-

ИЗ ИСТОРИИ ШИРВАНА

(Конец XV века)

Внутренняя история североазербайджанского государства Ширван (государство ширваншахов) в XV в. освещена источниками скудно. Местные хроники этого периода до нас не дошли или, по крайней мере, пока не обнаружены, а большие персоязычные хроники типа "всеобщих историй" почти не касаются внутренней истории Ширвана в XV веке. Несколько больше данных сообщают эти хроники по истории внешней политики ширваншахов дербендской династии (1382-1538) ¹. Однако и этот участок истории стран Закавказья данного периода пока недостаточно освещен. Тем более ценны для исследователя некоторые данные, содержащиеся в неопубликованной части "Лучшей из [88] историй" (Ахсан-ат-таварих) Хасан-бека Румлу, автора XVI века ² .

Как известно, этот большой труд состоял из 12 томов, из которых до нас дошёл только том XI, обнимающий историю стран Передней и Средней Азии от смерти Тимура (807 г. х. = 1404-1405 г. н. э.) до 900 г. х. (1494-1495 г. н. э.), и том XII, содержащий историю Кызылбашского государства до 985 г. х. (1577-1578 г. н. э.). Из этих двух томов последний недавно опубликован в Индии, а первый, сохранившийся в немногих рукописях, до сих пор не издан и почти не был использован исследователям ³. Xасан-бек Румлу, азербайджанец по происхождению, хотя и писавший, подобно многим своим современникам, по-персидски, сообщает интересные подробности по истории Ширвана конца XV века.

Как ни мало освещена источниками внутренняя история Ширвана, мы всё же знаем, что XV век был периодом экономического и политического его расцвета. Это процветание обращало на себя внимание европейских путешественников и восточных географов. Военные силы ширваншаха венецианский посланник Иосафат Барбаро определял в 8-10 тыс. всадников. Эту цифру следует признать для того времени внушительной, если принять во внимание, что и соседняя огромная держава Ак-Койунлу (объединения туркменских племён Белого Барана), во много раз превышавшая своими размерами небольшое Ширванское государство, могла выставить в поле едва ли многим более 25 тыс. всадников.

В 1405-1406 гг. Ширван был главным очагом и центром объединительного и патриотического движения, охватившего почти все уголки Азербайджана. Позже объединение страны надолго стало невозможным вследствие образования державы туркменских кочевников Кара-Койунлу (Чёрного Барана). Позднее утверждение на её месте в Южном Азербайджане, Карабахе, Армении, Курдистане, Ираке Арабском и Западном Иране державы другого объединения туркменских кочевников — Ак-Койунлу (1468) при Узун-Хасане (1453-1478) привело к созданию союза Ак-Койнулу и Ширвана. К началу 1469 г. три государя Азербайджана — Узун-Хасан Ак-Койунлу, ширваншах Фаррух-Ясар (1462-1500) и владетель Ардебиля шиитский дервишеский шейх Хейдар Сефевид (1456-1488), сын шейха Джунейда (1447-1456) ⁴ , охватившего почти все уголки Азербайджана. Позже объединение страны надолго стало невозможным вследствие образования державы туркменских кочевников Кара-Койунлу (Чёрного Барана). Позднее утверждение на её месте в Южном Азербайджане, Карабахе, Армении, Курдистане, Ираке Арабском и Западном Иране державы другого объединения туркменских кочевников — объединили свои военные силы против пришедших в Азербайджан, дабы поддержать обломки державы Кара-Койунлу, войск тимуридского султана Хорасана Абу-Саида.

Общие стремления государей Азербайджана и их вассалов в победоносной борьбе с султаном Абу-Саидом выразил представитель ширваншаха, главный казий ширванский, потребовавший на военном совете союзников, происходившем в ставке Узун-Хасана на Мугани, казни пленного Абу-Саида, дабы уберечь "эту страну" (т. е. Азербайджан в целом, а не только отдельные государства его) от новых иноземных вторжений. Все присутствовавшие на совете эмиры, т. е. военная знать, единодушно поддержали казия ширванского.

Благодаря тактичной и благоразумной политике Узун-Хасана союз трёх государей Азербайджана продолжал существовать до самой смерти (январь 1478 г.) этого талантливого правителя и полководца. Позднее усилилось начавшееся ещё раньше шиитско-дервишеское, так называемое кызылбашское движение, возглавляемое ардебильскими шейхами Сефевидами и опиравшееся на азербайджанские кызылбашские кочевые племена (шамлу, румлу, устаджлу, текелю и ветви племён афшар, каджар и эулкадар). Эти тюркские племена переселились между ХШ и XV в. частью из Средней Азии, частью из Рума (Малая Азия) и позднее ассимилировались с азербайджанцами. Под религиозной оболочкой шиизма развивалось движение, руководитель которого шейх Хейдара стремился прежде всего к политическому объединению Азербайджана под своей властью. Эти планы шейха Хейдара, ясно обозначившиеся в 80-х годах XV в., были разгаданы султаном Я'куб-падишахом Ак-Койунлу (1478-1490) ⁵ и ширваншахом Фаррух-Ясаром, следствием чего и явилось их враждебное отношение к ардебильскому шейху. Не в интересах ширваншаха было поддерживать объединительное движение, поскольку оно возглавлялось не им, а ардебильским шейхом. Воинствующий и непримиримый шиизм кызылбашей также вызывал вражду ширваншаха-суннита. Враждебные отношения ширваншаха с ардебильским шейхом привели к военному столкновению между ними (летом 1488 г.), закончившемуся для шейха Хейдара трагически.

Ещё в 50-х годах XV в. походы, совершаемые ардебильским владетелем дервишевским шейхом Джунейдом (отцом шейха Хейдара) против "неверных черкесов" ⁶ и Грузии, под знаменем "войны за веру", вызвали подозрение ширваншаха Халилуллаха I [89] (1417-1462): отправляясь в поход, шейх Джунейд каждый раз проходил через территорию Ширвана. В 1456 г. на берегу реки Самура между войсками обоих владетелей произошла битва, в которой шейх Джунейд погиб ⁷ . Затем в 80-х годах XV в., как уже сказано, отношения между ширваншахом и ардебильским владетелем снова обострились. В эти годы шейх Хейдар ежегодно отправлялся для "войны за веру" с "черкесами", т. е. с дагестанскими горцами-язычниками, проходя через Ширван, к великому неудовольствию ширваншаха. В те же годы Я'куб-падишах Ак- Койунлу разорвал дружбу с шейхом Хейдаром, какую поддерживал с последним отец Я'куба Узун-Хасан. Эту новую линию поведения Я'куб-падишаха некоторые источники объясняют тем, что Я'куб женился на дочери ширваншаха Фаррух-Ясара и в силу родственной связи поддерживал своего тестя. Однако Я'куб был в то же время двоюродным братом и шурином шейха Хейдара ⁸ . В действительности родственные связи, повидимому, не имели влияния на внешнеполитическую линию Я'куб-падишаха. Мотивы, руководившие последним, хорошо освещаются упомянутой выше неопубликованной частью (т. XI) "Ахсан-ат-таварих" Хасана Румлу.

Рассказывая об отношениях трёх азербайджанских государей в 1488 г., Хасан-бек Румлу ⁹, несомненно, пользовался рассказом Хондемира; отдельные фразы в обеих хрониках почти совпадают текстуально. Но Хондемир не был единственным источником для Хасан-бека Румлу, и последний приводит подробности, которых нет в других дошедших до нас источниках ¹⁰. Конечно, как представитель кызылбашской кочевой знати (из азербайджанского племени румлу) и ревностный шиит, Хасан-бек Румлу относится к ширваншаху и к Я'куб-падишаху крайне враждебно. Однако это не мешает нашему автору быть достаточно объективным при передаче фактов.

По рассказам Хасана Румлу (под 893 г. х. = 1488 г. н. э.) ещё перед очередным походом шейха Хейдара против "черкесов" ширваншах Фаррух-Ясар обратился к Я'куб-падишаху с просьбой о помощи и получил обещание поддержки. Под знамёнами шейха Хейдара на этот раз собралось 6 тыс. "газиев" (борцов за веру), "суфиев" и "дервишей" — так обычно именовались кызылбаши, мюриды (последователи) и вассалы ардебильского шейха. Первый город, лежавший на ширванской территории, к которому прибыло войско шейха Хейдара, был Махмуд — абад в Муганской степи у Каспийского моря. Жители его открыли враждебные действия против шейха Хейдара и не пожелали пропустить его, но были разбиты. Город был разрушен и обезлюдел, так что, по словам Хасана Румлу, "в той стране не осталось обитателей" ¹¹. События в Махмудабаде испугали ширваншаха. Он вновь послал доверенного человека к Я'куб — падишаху с просьбой о немедленной помощи, поручив передать ему: "Султан Хейдар ¹², подняв знамёна завоевания, прибыл с победоносным кызылбашским войском в Ширван. Если он покорит эту страну, то он пожелает [овладеть] Азербайджанским государством" ¹³ (в данном значении державой Ак-Койунлу). Я'куб-падишах ответил ширваншаху благосклонным письмом, в котором вполне соглашался с его доводами, и послал на помощь ему 4 тыс. всадников под начальством Сулеймана Бижан-оглу, лучшего из полководцев державы Ак-Койунлу.

Тем временем шейх Хейдар со своими газиями двинулся в Дагестан. Ширваншах отказался пропустить его через свои владения. По сообщению Хондемира, шейх Хейдар прибыл в "страну неверных", именно в Южный Дагестан, через пограничную с Грузией область Шеки ¹⁴. Неясно, для чего понадобилось идти к Дербенду таким длинным и кружным путём. Можно предположить, что шейх Хейдар желал всё же избежать, хотя бы на ближайшее время, столкновения с ширваншахом, пройдя окольным путём на северозапад, через Шеки и перевалы Главного Кавказского хребта, в обход Ширвана. Как бы то ни было, столкновения всё же не удалось избежать. Город Дербенд, понадеявшись на крепость своих стен, отказался пропустить шейха Хейдара и открыл военные действия. Кызылбаши осадили Дербенд. Когда одна из башен крепости была разрушена, горожане заявили о готовности сдаться и просили пощады (аман). В это время один из представителей кызылбашской знати, Пири-бек Каджар, прибыл в ставку шейха Хейдара и уведомил его о том, что Сулейман Бижан-оглу прибыл на помощь к ширваншаху и что "оба полководца" (сардара) с соединённым большим войском выступили из Шемахи.

Получив это известие, шейх Хейдар, по словам Хасан-бека Румлу и Хондемира, немедленно выступил навстречу своим [90] противникам. Встреча с ними и битва произошли в округе Табарсаран (т. е. Табасаран). Район этот расположен в Восточном Дагестане, к северу от Дербенда, и, следовательно, не по дороге к Шемахе. Это обстоятельство заставляет предполагать, что шейх Хейдар и на этот раз не имел в виду встретиться с войсками противников, а, напротив, вопреки сообщениям источников, думал избежать военного столкновения с неприятелем, вернувшись в свои владения снова через Нагорный Дагестан и Шеки, в обход Ширвана. Тем не менее встреча противников состоялась. Хасан Румлу отмечает храбрость, проявленную с обеих сторон.

Во время сражения шейх Хейдар, по сообщениям источников, лично сразился с Сулейманом Бижан-оглу и "ударом своего огнемётного копья сбросил его с лошади на землю презрения", однако не убил его, а проявил великодушие и даровал ему пощаду (аман). Когда удивлённые кызылбаши спросили шейха о причине такого рыцарского поступка, шейх будто бы ответил, что час смерти Сулеймана ещё не пришёл, а, напротив, самому шейху предопределено вскоре "испробовать мёд мученичества за веру", т. е. быть убитым. По всей вероятности, здесь мы встречаемся с позднейшим легендарным мотивом, вошедшим в хроники. По словам Хондемира и Хасана Румлу, успех склонился на сторону кызылбашей, и Сулейман Бижан-оглу с ширваншахом готовы были дать сигнал к отступлению, когда шейх Хейдар неожиданно был убит стрелой. Хасан-бек Румлу прибавляет, что стрела не была вражеской: её пустил один из кызылбашей и случайно и помимо воли попал в своего шейха.

Умер шейх Хейдар 20 раджаба 893 г. х. (30 июня 1488 г. н. э.) ¹⁵

Смерть вождя вызвала смятение в рядах кызылбашей, и битва закончилась их поражением. Это поражение было настолько полным, что Я'куб-падишаху вслед за тем удалось занять самый Ардебиль и захватать трёх сыновей шейха Хейдара — Султан-али, Ибрахима и Исмаила с их матерью; они были заключены сперва в крепость Истахр в области Фарс, а потом в армянский Ахтамарский монастырь на островке озера Ван. Ардебильское духовное княжество на время (1488-1492 гг. н. э.) перестало существовать. О своей победе Я'куб уведомил османского султана Байазида II и получил в ответ от него поздравительное письмо ¹⁶. Из писем обоих суннитских государей явствует, что они усматривали в шиитском кызылбашском движении опасность для целостности своих владений и придавали поражению кызылбашей международное значение.

Я'куб-падишах не бескорыстно оказал помощь ширваншаху Фаррух-Ясару: воспользовавшись затруднительным положением последнего, Я'куб добился того, что ширваншах вскоре согласился признать, себя его вассалом.

Подробности этого эпизода сообщаем Хасан-бек Румлу под 894 г. х. (1489 г. н. э.), приводя и копию договорной грамоты. Русский перевод этого документа мы здесь воспроизводим, опустив лишь славословия: "В этом году падишах Ширвана Фаррух-Ясар, прислав опытных послов ко двору (дергах) Я'куб-падишаха, представил договорную грамоту (шерт-намэ), копия её такова: "Клянусь богом.., что в течение жизни [моей] я пребуду другом с друзьями его величества (а'ля хазрет) хагана Абу-л-Музаффар-Султан-Я'куб- Бахадур-хана и врагом с врагами их. И в отношении заботы о подданных и распространения справедливости я буду следовать старинному образу действий и прямому пути того государя. И в уплате суммы в пять тысяч туманов тебризских, каковую я согласился [вносить] наместникам (каибам) его величества ¹⁷, я безусловно не допущу отговорки и нерадения. И эмиров, и столпов государства (аркан-и доулет), и именитых правителей (хакимов), и вельмож (а'ийан); и известных людей страны Ширванской, которые в эти дни были заодно с моим отцом ¹⁸; без согласия и разрешения со стороны наместников (наибов) его величества я не буду наказывать, казнить и подвергать их конфискации имущества (буквально: "грабить их". — И. П.). И на призыв и на службу того государя [91] явлюсь согласно порядку, [установленному] счастливым хаганом, эмиром Тимуром, и пошлю войско по любой дороге, куда прикажут, и ни под каким предлогом и ни по какому извинительному поводу не задержу [явки]. И относительно действий, какие проявятся в делах всего царства, я ничего не скрою и не утаю от его величества, а, как достойно, доложу. По этой причине я дал клятву и обязательство. И если — упаси, боже, — из всех дел в некоторых я проявлю неповиновение в упорство, выйду из ограды бога всевышнего, — да будет он прославлен, — и посланника божьего, — да благословит бог его и потомство его, — и да буду я достоин гнева божьего и кары падишаховой" ¹⁹.

Эта договорная грамота при условии, если бы она соблюдалась ширваншахом, должна была бы поставить его в зависимость от державы Ак-Койунлу. Действительность, однако, не оказалась для Ширвана столь печальной, как можно было бы думать. Принятые щирваншахом договорные обязательства если и соблюдались, то не дольше 1-2 лет. Уже в 1490 г. Я'куб-падишах умер, отравленный по ошибке своей матерью. Сын и преемник Я'куба Байсунгур, внук ширваншаха по матери, подчинился влиянию последнего. Когда вскоре Байсунгур был свергнут с престола державы Ак-Койунлу своим двоюродным братом Рустамом (1492), он бежал к деду-ширваншаху — и пытался затем возвратить себе престол при помощи последнего. Правда, Байсунгур был разбит и погиб ²⁰, но военные действия между ширваншахом и Рустам-падишахом (1492-1497 гг. н. э.) продолжались и в последующие годы ²¹. Попытка падишахов Ак-Койунлу подчинить себе свободолюбивый Ширван не удалась, и последний остался независимым. Приведённая договорная грамота, однако, сохраняет интерес для историка как документ, свидетельствующий о неудачной попытке державы Ак-Койунлу подчинить Ширван.

Комментарии

1. См., например, у Мирхонда, Роузат-ассафа бомбейское литографированное издание 1261 г. хиджры (в дальнейшем — г. х.). Т. VI, стр. 240-243, 256-257, 294-296, 307-310, 326-328, 332-333, 443-446.

2. Родился в 938 г. х. (1531-1532 г. н: э.), был ещё жив в 985 г. х. (1578 г. н. э.). Библиографические данные об этом авторе скудны.

3. Единственная в СССР рукопись "Ахсанат-таварих", содержащая оба последних тома, находится в Ленинградской государственной публичной библиотеке, каталог Dorn, N 287.

4. Мы здесь останавливаемся на Сефевидах исключительно как на южноазербайджанских владетелях, каковыми они и были в XV в., в плане их взаимоотношений с Ширваном, не касаясь последующей деятельности Сефевидов в качестве шаханшахов Ирана.

5. См. у Али Лахиджи, Тарих-и хани, изд. Б. Дорна, в серии Muhammedanische Quellen zur Geschichte der suedlichen Kuestlander des Kaspischen Meeres. Ч. 2-я, стр. 102. СПБ. 1857.

6. "Черкесами" в то время обычно называли все племена и народы Северного Кавказа и Дагестана; даже среди горцев Дагестана в то время язычники преобладали над мусульманами. См. об этом Barthold W. Daghestan, Enoyclopedie de l'Islam. Vol. 1 (там же, см. библиографию вопроса).

7. Дата смерти шейха Джунейда 860 г. х. (1456 г. н. э.) установлена у Фр. Бабингера Schejch Bedr-ed-'din, S. 83. Berlin- Leipzig. 1921.

8. Мать шейха Хейдара-Хадиджа, жена шейха Джунейда, была сестрою Узун-Хасана Ак-Койунлу; дочь последнего и греческой трапезундской царевны Катерины (Деспина — хатун), Алемшах-бегум, была женою самого шейха Хейдара и матерью его трёх сыновей, в числе их и шаха Исмаила (родился в 1436-1487 г. н. э.).

9. Ахсан-ат-таварих, фотокопия рукописи Ленинградской публичной библиотеки, каталог Dorn, N 287, лл. 156-157; не имея под руками рукописи, мы пользовались фотокопией Института имени Н. Я. Марра Академии наук Грузинской ССР.

10. В свою очередь, и у Хондемира есть детали, которых нет у Хасана Румлу, например относительно маршрута похода шейха Хейдара (см. ниже).

11. Ахсан-ат-таварих, цит. рукопись, л. 156.

12. Историографы XVI в. обычно называют духовных феодалов, ардебильских дервишеских, шейхов Джунейда, Хейдара и Али султанами, подчёркивая этим их положение независимых правителей.

13. Ахсан-ат-таварих, цит. рукопись, л. 156.

14. Этой детали нет у Хасана Румлу.

15. Дата установлена Э. Г. Броуном, См. его "A Literary History of Persia", Vol. IV, p. 47.

16. Текст письма Я'куб — падишаха к Байазиду II Османскому и ответ последнего (на персидском языке) приведены в Мунша'ат-и са латин (дипломатические документы османских султанов, собранные Фезидун-беем в 982 г. х. = 1574 г. н. э. и изданные" в Истамбуле в 1274 г. х. = 1858 г. н. э). Т. I, стр. 309-310.

17. Согласно принятому этикету, вассал не дерзал обращаться непосредственно к монарху, а обращается к его "наместникам", "слугам", "рабам", от имени которых якобы и получал ответ, т. е., по сути дела, от самого монарха. "Наместники", "наибы" — здесь условное техническое выражение, обозначающее особу монарха. См. об этом И. П. Петрушевский Персидские официальные документы как источник по истории феодальных отношений в Азербайджане и Армении в XVI — начале XIX вв. "Проблемы источниковедения". Т. III. M. и Л. 1940.

18. Тёмное место. Речь не может идти об отце Фаррух-Ясара, ширваншахе Халилул-лахе I, умершем ещё в 1462 году. Возможно, что здесь ширваншах называет отцом, как это практиковалось иногда на Востоке, своего нового сюзерена Я'куб-падишаха. Если эта догадка правильна, то здесь, возможно, содержится намёк на то, что ширваншах был вынужден подписать данную договорную грамоту под давлением части своих эмиров и знатных людей, вступивших в соглашение с Я'куб-падишахом и имевших основание опасаться в будущем мести со стороны ширваншаха.

Текст воспроизведен по изданию: Из истории Ширвана (Конец XV века) // Исторический журнал, № 1. 1944