Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:
Ввиду большого объема комментариев их можно посмотреть здесь (открываются в новом окне)

КОРЮН

ЖИТИЕ МАШТОЦА

ИСТОРИЯ ЖИЗНИ И СМЕРТИ БЛАЖЕННОГО МУЖА, СВЯТОГО ВАРДАПЕТА МАШТОЦА, НАШЕГО ПЕРЕВОДЧИКА, (НАПИСАННАЯ) УЧЕНИКОМ ЕГО ВАРДАПЕТОМ КОРЮНОМ

[16]

Затем он стал вновь разъезжать по устроенным им местам и по обученным гаварам страны Армении, дабы придать силу, обновить и упорядочить их. И когда, таким образом, во всех местностях наполнил он (всех) святым Евангелием господним, (строго) наказывая им идти по праведному пути, он задумался и о другой половине армянского народа, находившейся под властью императора ромеев 121.

И поспешно двинулся он в путь со многими своими учениками, чтобы поехать в страну греков.

И так как молва о добрых делах его еще задолго до его прибытия дошла туда из северных стран 122, он с самого начала вступления в пределы (греческой земли) был весьма радушно и с почестями принят епископами страны, князьями и жителями этих областей, в особенности же спарапетом 123 края, по имени Анатолий 124. Этот в письме сообщил о намерениях (Маштоца) императору Феодосию 125, сыну императора Аркадия 126, от которого поступило повеление оказать подобающие почести святому (Маштоцу) и прозвать его Акумитом 127.

Множество своих учеников увез он в город Мелитинцев 128 и поручил их святому епископу города, по имени Акакий 129, а старшим над учениками поставил того, которого звали Левондэосом 130, мужа верного и благочестивого. Затем блаженный (Маштоц) взял с собой достопочтенного епископа Дерджана 131, которого звали Гинтом, и некоторых учеников (своих), находившихся там, сел на общественную повозку 132, и встреченный большими почестями (в пути) приехал в престольный град императоров, в (город) Константина 133. О нем немедленно было доложено двору; войдя и став перед высоким троном, он предстал богопоставленным венценосцам и святому патриарху, католикосу царского двора, по имени Аттикос 133а, и удостоился почестей от них. Было приказано, чтобы там, во всемирном городе некоторое время ему оказаны были почести двором и почтенными вельможами города и установлено довольствие церковью.

Затем, после того, как справили Пасху, он (Маштоц) доложил императору необходимые подробности дела и взял от него неукоснительное повеление со скрепленными (печатью) императорскими грамотами 134 о наборе отроков с (греческой) половины армянского народа для обучения. Взял также (приказ) относительно развратной секты барбарианов 134а об утверждении церквей и о том, чтобы почтили (Маштоца) большими дарами. Относительно их (этих дел) праведный уговорил двор и ничего не оставил не принятым 135. И поклонившись облеченным в порфиру августейшим (императорам) 136, святому патриарху и, приняв добрые напутствия церкви и знатных вельмож города, (Маштоц) со всеми своими (спутниками) благополучно сел на повозки и коляски, выделенные им двором, и весьма торжественно и величаво двинулись по царской дороге. И во всех городах по пути они выступали во всем великолепии.

(Везде) удостоившись великих даров, они (наконец) прибыли в намеченные края. Там немедленно встретились они со спарапетом Армении и представились ему с императорскими грамотами. Приняв грамоты, (скрепленные) императорской печатью, он поспешил немедленно исполнить повеление (императора). И отправил он гонцов в гавары, (населенные другой) половиной армянского народа, находившейся под властью императора, чтобы собрать множество отроков и назначить им пропитание в надлежащих местах, где блаженный (Маштоц), начав осуществлять на деле свое учительствование, услаждал собравшихся отроков.

Затем он (Маштоц) приступил к расследованию секты бесстыдных и непокорных барбарианов. И когда не нашел никакого средства обратить (их) на истинный путь, он взялся за посох усмирителя и предал (их) тяжким мукам в тюрьмах, пытках и тисках. Но когда (после применения) и этих (мер) оказались они лишенными спасения, тогда избивали, предавали огню, мазали их сажей и, опозорив разными способами, изгоняли их из страны.

А блаженный (Маштоц), продолжая учительствовать, размерял (взвешивал) и завершал. Он приобрел много вдохновенных книг отцов церкви 137, разливал, подобно морю, глубину своего учения и, преисполнившись, рассыпался всеми добродетелями.

В это самое время приехал к нему некий иерей, алуанец по имени Бениамин 138. Он (Маштоц) расспросил его, расследовал варварские слова алуанского языка, затем своей обычной проницательностью, ниспосланной свыше, создал письмена (для алуанцев) и милостью Христа успешно взвесил, расставил и уточнил 139.

После этого он простился с епископами и князьями страны, а также со всеми церквами, при которых он оставил настоятелями для верующих двух своих учеников, людей набожных и преуспевающих в служении Евангелию: имя первого из них Еновк, а второго — Данан, (Маштоц) их оставил там, поручив божьей милости. Сам же со многими (другими) учениками вернулся в Великую Армению и, прибыв в Нор-Калак, предстал перед святым епископом Сааком и царем армянским, по имени Арташэс 140, и всем станом.

И рассказал им Маштоц о делах, успешно совершенных им с божьей милостью в тех краях; пробыв там несколько дней и увещевая их умножать духовное рвение.

[17]

И затем, после этого он простился (с ними), чтобы отправиться в страну Алуанк 141. И поехал он в тот край, и прибыл в местопребывание царей, повидался со святым епископом Алуанка, звали которого Иеремией, а также с их царем Арсвалом и всеми азатами. Все они именем Христа покорнейше приняли его. И когда они спросили его, он изложил им цель приезда своего 142. И они — оба равные — епископ и царь, согласились принять эту письменность и издали приказ привезти из разных гаваров и местностей владычества своего отроков для обучения письменности, собрать их, распределить по группам в школах, в удобных и надлежащих местах и назначить содержание на (их) пропитание.

И когда это приказание на деле было претворено в жизнь и завершено, блаженный епископ Иеремия немедленно принялся за перевод божественных книг 143, с помощью которых (варварские), празднобродящие и диких нравов люди страны Алуанк вскоре узнали пророков, апостолов, унаследовали Евангелия, были осведомлены о всех божественных лреданиях. Тем более, что богобоязненный царь Алуанка с прямодушной поспешностью отдал строгое повеление сатанинскому и предавшемуся идолам народу отречься от прежних суетных преданий и покориться наилегчайшему ярму Христа.

Когда все надлежащее было согласованно сделано, ему (Маштоцу) оказал большую помощь в деле священной проповеди в краях Баласакана 144 святой епископ по имени Мушел. После этого (Маштоц) простился с царем, епископами и со всей церковью Алуанка. Кое-кого из своих учеников, вместе с придворным священником по имени Иовнатан, проявившим много усердия (в деле) учительствования, назначил надзирателями над ними (жителями Баласакана).

И поручив учеников и себя всехранящей милости бога, отбыл из краев Алуанка, чтобы прибыть в страну Иверию.

[18]

И когда доехал он до Гардманского ущелья 145, вышел ему навстречу ишхан Гардмана по имени Хурс и, боголюбивым благоговением оказав ему гостеприимство, предоставил (в распоряжение) вардапета себя самого и все свое княжество. Насладившись вдоволь соками и обильными плодами 146 учения его (Маштоца), проводил он (князь) блаженного туда, куда он путь держал. И тот отправился в края (Иверов).

В то время царствовал над Иверией (царь) по имени Ардзюл 147, который особенно усердно способствовал процветанию и прославлению его учительской деятельности, и он (Маштоц), объехав всех своих учеников, наказал идти по праведному пути.

Тогда ишхан таширцев 148, муж почтенный и боголюбивый, которого звали Ашуша 149, предоставил в его распоряжение себя и весь гавар свой. Он же (Маштоц) распространяемое повсюду учение развернул (и здесь) не менее усердно, чем в других гаварах.

И поручив их святому еписколу Самуэлу, тому, которого мы упомянули выше, сам он возвратился в Великую Армению. Прибыв в свое обычное местопребывание и обменявшись ласковыми приветствиями со святым Сааком и всеми встречающими, рассказал он им также о своих новых деяниях. Услышав (его рассказы), они еще больше воздали хвалу богу за его деяния.

[19]

Вслед за тем оба блаженных (Саак и Маштоц) уделили (особое) внимание тому, чтобы еще больше развить и облегчить просвещение своего народа. По своему обыкновению великий Исаак как и прежде продолжал переводить и сочинять.

Вскоре они отправили в Сирию, в город Эдессу двух братьев 150 из числа своих учеников, чтобы они (там) с сирийского языка переводили на армянский писания святых отцов их (сирийцев). (Первого звали) Иовсэп 151, о котором мы упомянули выше, а имя второго — Езник 152 из гавара Айрарат, из села Колб 153.

Переводчики же, прибыв туда, куда были направлены, выполнили повеления их, и, отослав переводы почтенным отцам, (сами) отправились в края греков 154, где, поучившись, приобрели опыт и были поставлены переводчиками с греческого языка 155.

По прохождении некоторого времени случилось так, что еще двое из братий выехали из Армении и прибыли в Грецию; первого (из них) звали Гевондэс 156, а вторым был я — Корюн 157. В городе Константина мы встретились с Езником и присоединились к нему, как к самому близкому однокашнику. Там они, совместно разрешили задачи, связанные с духовными нуждами. Затем они вернулись, захватив с собою достоверные списки богоданных писаний 158, многие вдохновенные поучения отцов (церкви), а также каноны Никейского 159 и Эфесского 160 соборов и, прибыв в страну Армению, положили перед отцами (т. е. Сааком и Маштоцом) привезенные заветы 161 святой церкви.

Блаженный Саак перед тем с греческого языка перевел на армянский собрание церковных книг 162, а также многие истинные премудрые писания патриархов 163. После того он вместе с Езником 164 взял прежние поспешно сделанные переводы, проверил и уточнил их по вновь привезенным экземплярам. Они перевели также множество толкований писаний 165.

Так все свое время, денно и нощно, отцы проводили в чтении книг и, просветленные и обогащенные этим, служили добрым примером близким ученикам, жаждущим знаний. Тем более, что они имели предупреждающие заветы назначенных богом провозвестников 166, первый из коих повелевает: «О законе господа надлежит размышлять день и ночь!» 167. И второй, подобно ему наказывает: «Занимайся чтением, наставлением, учением. Не неради о пребывающем в тебе даровании... О сем заботься, в сем пребывай... Вникай в себя... Так поступая, и себя спасешь, и слушающих тебя» 168.

[20]

И после этого своей превысокой ученостью блаженный Маштоц начал сочинять и распределять легко понятные, вдохновенные, полные прелести истинной евангельской веры разнообразные проповеди для частого чтения, черпая их из лучезарных и мудрых книг пророков. В них сочинил и расположил много сходных случаев и примеров из земной суетной жизни, больше относительно надежды на воскресение из усопших, дабы были они легковоспринимаемыми и доступны людям бестолковым и преданным плотским наслаждениям, чтобы образумить и ободрить и непоколебимо воодушевить их обещанными дарами.

[21]

Так во всех краях Армении, Иверии и Алуанка в течение всей своей жизни, и летом и зимой, денно и нощно, отважно и безотлагательно, своим евангельским и праведным поведением нес на себе имя всеспасителя Христа перед царями и князьями, перед всеми язычниками и противниками, которые не осмеливались выступить против него. И каждого он облекал во Христа и духовно вооружал. Для многих узников и заключенных и трепещущих перед лицом насильников он добился отпущения, вызволив их всесильной силой Христа. Он разорвал много несправедливых долговых обязательств и своим утешающим учением возвестил многим скорбящим и обиженным о надежде и уповании на славное явление превеликого бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. И всех вообще приобщил он (Маштоц) к вере и порядкам богопочитания.

[22]

И еще он (Маштоц) поселил и утвердил в населенных и пустынных местах многочисленные группы монахов, называемых степными и горными (в обителях); время от времени он сам лично показывал им пример. Взяв с собой из каждой обители некоторых из учеников и забравшись в горы, жил он с ними в пещерах и расщелинах скал, (где) они принимали насущную пищу, довольствуясь лишь травами. В таких страданиях они предавались изнеможению, тем более, что они имели ввиду утешение апостольских слов: «Когда и немощен (за Христа), тогда силен» 169. И далее: «Я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова 170.

Там они не упивались вином, но преисполнялись святым Духом и подготовляли сердца (свои) духовными песнопениями во славу и хвалу бога. Там упражнялись в чтениях назидательных книг, изреченных Духом (святым). Там вардапет ободрял и увещевал идти вперед и достигнуть той высоты, где Христом положен венец. Там кипели души (их) в служении богу. Там — молитвы, (вознесенные) к человеколюбивому богу, исполненные мольбы, и миротворящие просьбы за жизнь всех людей.

И этим священным искусством бывал он занят много дней в пустынных местах, пока один из иереев умолял (его), чтобы он милостью Христа поспешил на помощь церквам тех мест какими-либо полезными делами. И он без промедления со своими сообщниками спустился (с гор) на помощь случившемуся и, завершив (дело) силою бога, отверзтыми устами весьма обильно и с избытком разливал в сердца слушателей потоки богоучения.

Так он поступал для себя и для страны в течение всей своей жизни, ибо истинные учители имеют обыкновение свои добродетели ставить в пример своим ученикам, особенно памятуя (наказ) господа, единого, мудрого бога: «...что Иисус делал и чему учил...» 171.

Нередко Он (Христос) брал с собой учеников (своих), уединялся с ними и своим воздержным житием подавал пример нуждающимся, как это Он сделал на горе Табор 172, обещав блаженства 173, или когда на той самой горе совершал канонические молитвы 174, в то время как ученики Его плыли по Тивериадскому озеру 175. Или же, когда Он в дни опресноков 176, в священный праздник, возносил к богу всенощные и заутренние молитвы (свои), уединившись на Масличной горе 177. Вот почему и без особого изыскания очевидно, что Всеспаситель совершил все это не ради себя, а в назидание всему миру, что и служит примером всем покорным (ему), о чем Он даже говорил: «бодрствуйте, чтобы не впасть в искушение» 178.

И если в простых искусствах землеродные (люди) недостаточно (обучены), то тем паче невежественны они в том искусстве, коим ведут речь с богом. Поэтому блаженный Павел всех называет невежественными, ибо он знает, что всезиждитель Дух неизреченными воздыханиями поспешит на помощь как ходатай 179.

И вот, когда мы слышим о том, «что Иисус делал и чему учил от начала» 180, то действительно Он (это) делает и учит: и не следует понимать это так, что (Он это делал) ради вознаграждения. И ходатайства Его за святых и ходатайство Святого Духа — это ради того, чтобы нас учить. Ибо следует это понимать как ходатайство друг за друга, так как божеское (достойно) единой почести, а не многообразной.

А блаженные апостолы, взяв (пример) от истинного Учителя, прежде всего снабжали себя, нуждающихся в этом, и лишь после несли это своим ученикам. Порой в отдельности, а порой всем собором они премного возносили хвалу Христу. Ибо в самом деле весьма полезно отмежеваться от всех мирских дел и заниматься лишь почитанием бога, как это делали пророки, которые в горах и пустынях, в пещерах скал вели богоугодную жизнь в молитвах.

Так и все отцы, которые пришли после апостольских канонов, нося в себе благочестие, подавали пример нам, идущим за ними. Вот почему этот блаженный (Маштоц) нес добродетели предшественников и то же самое наказывал делать всем, следующим за ним. Так и в дальнейшем, преисполненные благолепия божественных сокровищ, обогащенные (ими), долгое время они (ученики) вели свою жизнь подобным образом, рано просыпаясь и ежедневно пребывая в ней (добродетели).

[23]

В то время в стране Армении появились лживые книги, пустословные предания некоего мужа ромея по имени Теодорос 181. Синодальные патриархи 182 святых церквей написали о нем и предупредили Саака и Месропа, правоверных (мужей), прославляющих (господа). И они с особым усердием уничтожили их, преследовали и изгнали из своих пределов (последователей Теодороса), чтобы дым сатанинский не смешался со светлым учением.

[24]

После этого случилось так, что старец-блаженный Саак, исполненный той же истиной, благими плодами, дарованными богом, прожив долгую жизнь, в первом году царствования сына Врама 183, Иазкерта Второго 184, воцарившегося над страной персов, находясь в селе Блроцац 186, в гаваре Баграванд 187, в конце месяца навасарда 185, в тот самый день, когда отмечали день рождения блаженного, во втором часу дня, во время служения обряда благоухающего елея 188, сопутствуемого богоугодными молитвами, отдал душу Христу, следуя словам пророка, говорившего: «В твою руку предаю дух мой 189», и (словами) блаженного Степанноса 190, который говорил: «Господи Иисусе! приими дух мой» 191. По тому же примеру и он себя и остальных поручил милости всеохраняющего бога.

Вскоре питомцы его, боголюбивые служители во главе с Иеремией, мужем святым и набожным, вместе с боголюбивой княгиней, которую по имени звали Дустр 192, женой Вардана, упомянутого выше, и вместе со множеством собравшихся святых (монахов) взяли его (Саака) со всем убранством (и двинулись в путь). И с псалмами, славословием и духовными песнопениями несли святого в течение нескольких суток, днем и ночью, и доставили в Тарон, в собственное их село Аштишат 193. И там, в часовне мучеников, с благовонным ладаном положили святого в гроб и, осенив знамением Христа, отслужили над ним установленную панихиду, и затем каждый возвратился (к себе). Из года в год они собираются (там) в том же месяце и торжественно чтут память его.

[25]

А блаженный ровня его, я говорю о Маштоце, услыхав (о смерти Саака), сокрушался, охваченный великим, жгучим горем, оплакивал (его) и впал в тяжелую скорбь. Ибо, если святой апостол 194, не находя на время рядом с собой друга своего Тимофея 195, говорит, что душа его беспокойна, то как сильна должна быть скорбь оставшихся (в живых) по умершим. И хотя печаль одиночества не давала ему ободриться, он все же продолжал свою проповедническую деятельность и управлял святой церковью милостью бога без всякого недостатка и еще больше заботился и еще большим усердием увещевал всех (направляя) к хорошему и к добру. И денно и нощно, постом и молитвами, страстными просьбами и громкими речами, напоминая повеления установленных богом заповедей, он призывал всех идти по праведному пути, соблюдать многочисленные и труднейшие управления подвижнической жизни, тем более, что достигши преклонного возраста 196, он все думал о последнем дне своей жизни, отгонял сон от очей и дремоту от век своих, пока не настал день покоя от господа.

[26]

И покуда он таким образом воспламенял духовное рвение своих приближенных и рассылал множество поучительных и предостерегающих посланий во все гавары, в том самом году, по истечении шести месяцев со дня кончины блаженного Саака, [когда] армянское войско вместе со святым вардапетом находилось в Нор Калаке в Айрарате; после непродолжительной болезни, тринадцатого (числа) мехекана 197 месяца, по зову Христа, настала кончина добродетельной жизни святого. И когда стал отдаляться он от своих питомцев-учеников, чтобы смешаться с полком Христовым, (вдруг) облегченный от болей, пришел в чувство, приподнялся (на месте), сел среди собравшихся и, подняв всегда распростертые к небу руки, поручил всех остающихся милости божьей, прося помощи для них.

Имена главных учеников его, собравшихся там, следующие: имя первого — Иовсэп, упомянутый нами в самом начале, (имя) второго — Тадик; мужи трезвые, послушные наставлениям вардапета. Из числа военных первого звали Ваан из рода Аматуни 198, который был азарапетом Великой Армении, второго — Амаяк 199 из рода Мамиконеанов, мужи набожные, достопочтенные, исполняющие повеления вардапета.

И пока руки святого были вознесены к небу, чудесное крестообразное знамение, светлое и лучезарное, снизошло на те хоромы, где умирал блаженный, и каждый увидел это своими глазами, а не то, что по рассказам товарищей узнал. И он (Маштоц), завещав святым любовь и согласие, благословил близких и далеких и, вознося богоугодную молитву Христу, скончался.

Ваан и Амаеак вместе с толпой мирян взяли (тело) покойного со всем убранством и (сопровождая в пути) пением псалмов и благословением, ликованием духовным, факелами пылающими и лампадами горящими, ладаном благоухающим, светильниками лучезарными и следуя за движущимся впереди крестообразным светящимся знамением, прибыли в Ошакан 200. Там положили его в часовню мученика, отслужили установленную панихиду; лишь тогда исчезло знамение, и они разошлись по своим местам.

А спустя три года 201 Ваану Аматуни христолюбивым усердием удалось выстроить (в Ошакане) дивную часовню 202 из тесаных камней, украшенных резьбой, и внутри часовни устроил могилу для святого. Он приготовил в память чудную утварь, разноцветную, отделанную золотом и серебром и драгоценными камнями для алтаря животворящей плоти и крови Христа и вместе со всеми собравшимися святыми (монахами) тело блаженного Маштоца, страдальца, почитателя креста Христа перенесли в могилу в часовне. А ученика его по имени Тадик благоразумного и благочестивого, вместе с братией во славу бога поставил служить в часовне достигшему блаженства святому (Маштоцу).

[27]

Покойные (ныне) отцы поставили главенствующих 203, настоятелей и местоблюстителей, среди коих первым был Иовсэп 204, глава собора, а вторым другой ученик (Маштоца) по имени 205.Иован , муж святой, справедливый, почитающий учителей. Случилось (так), что он (Иован), после кончины святого (Маштоца), в городе Тизбоне 205а перенес всевозможные и разнообразные испытания и страдания в оковах, в одиночку борясь против двойного насилия и терпением своим одержал победу за (веру) Христа, за что и удостоился прозвища Исповедника. Затем он вернулся в Армению на ту же должность 206 настоятеля .

А благодетелю Ваану, который нежданно поспевал на помощь всем, являясь милостью Христа бога нашего особливым (духовным) сыном возродивших страну отцов (Саака и Маштоца), пристало быть близким соучастником (их) жизни.

[28]

Что отцы скончались (именно) так, как это описано у нас, (явствует из того, что) мы расположили (все) это по порядку и написали не по стародавней молве, а лишь то, что мы сами воочию видели их облики, присутствовали при исполнении духовных деяний, слушали вдохновенное учение их, (сами были) прислужниками их согласно евангельским повелениям. Не лживому красноречию поддавшись, — но своими словами повествовали мы об отце своем, опустив многое и черпая у видных знатоков 207 (сведения), мы кратко изложили (все), что известно не только нам, но и всем; кто прочтет эту книгу.

Ибо нам действительно было не под силу описать все деяния каждого, а потому мы прибегли к более легкому и доступному, а именно, апостольскому 208. Мы прошли мимо многочисленных заслуг святых, дабы, подробно исследуя, рассказать лишь важнейшие обстоятельства. И это мы рассказали не в честь святых господа, которые (и без того) были известны своей всесветлой верой и жизнью 209 и почитались, но как вдохновляющий пример духовным сынам их, а также всем тем, кто будет учиться у них из поколения в поколение.

[29]

Итак, счет годам духовной жизни Блаженного (Маштоца) составляет сорок пять лет, а со дня (создания им) армянской письменности до кончины Святого — тридцать пять лет, что следует подсчитать следующим образом: персидский царь Крман 210 царствовал шесть лет, Иазкерт 211 — двадцать один год, (Врам — восемнадцать) 212, и в первом же году царствования Иазкерта второго 213, сына Врама, умер блаженный. И вот, счет годам святой веры 214 берет начало от четвертого года царя Крмана до первого года Иазкерта 215 Второго, сына Врама, а армянская письменность берет начало свое с восьмого года Иазкерта.

И Христу человеколюбивому слава во веки, аминь!

(пер. Ш. В. Смбатяна и К.А. Мелик-Огаджаняна)
Текст воспроизведен по изданию: Корюн. Житие Маштоца М. 1962

© текст - Смбатян Ш. В., Мелик-Огаджанян К.А. 1962
© сетевая версия - Тhietmar. 2002
© дизайн - Войтехович А. 2001