Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ИОАНН ДИАКОН

ВЕНЕЦИАНСКАЯ ХРОНИКА

CHRONICON VENETUM

[КНИГА I].

[1.] В действительности есть две Венеции. Первая – та, что упоминается в историях древних авторов и простирается от пределов Паннонии до реки Адды; её столицей является город Аквилея, в которой блаженный евангелист Марк, просвещённый божественной благодатью, проповедовал Господа Иисуса Христа. А вторая Венеция – та, которую мы знаем на островах и которая, стиснутая заливом Адриатического моря, благодаря чудесному местоположению из-за протекающих между ней [и материком] вод благополучно населена многочисленным народом. Этот народ, насколько можно понять из названия и что подтверждается книгами анналов, ведёт происхождение из первой Венеции. А причиной того, что он живёт на островах моря, было вот что.

[2.] Народ винулов, то есть лангобардов, выйдя с берегов северного океана 1, когда, наконец, прошёл через сражения многих войн и окольными путями разных земель в Паннонию, то не посмел уже идти дальше и учредил себе в ней место постоянного обитания. Когда он обитал там 42 года, в то самое время, когда Римской империей в Константинополе правил славнейший август Юстиниан 2, последний направил в город Рим патриция Нарзеса 3, евнуха, чтобы он с Божьей помощью сокрушил войско Тотилы 4, короля готов, который опустошал Италию. И тот, когда прибыл, сперва заключил всякого рода мир с лангобардами, а затем, приступив к войне, истребил вплоть до полного уничтожения весь народ готов и их короля Тотилу и овладел всеми землями Италии.

[3.] *Этот Нарзес был сперва картулярием, а затем за доблесть удостоился сана патриция. Он был праведный муж, по вере католик, щедрый к бедным, весьма ревностный в восстановлении базилик и столь усердный в бдениях и молитвах, что добывал победу скорее обращёнными к Богу молитвами, нежели боевым оружием* 5. *Но, когда он приобрёл из добычи, взятой у племён, которых разгромил, много золота, серебра и несметные богатства в разных вещах, то претерпел сильную зависть со стороны римлян, ради которых много потрудился против их врагов. И те внушили августу Юстину 6, который сменил на престоле Юстиниана, и его жене Софье такие слова против него: «Для римлян будет лучше служить скорее готам, чем грекам, где повелевает евнух Нарзес и угнетает нас службой; и наш благочестивейший император об этом не знает. А теперь или освободи нас из его рук, или мы непременно предадим язычникам и город Рим, и самих себя».

Когда Нарзес услышал об этом, то коротко произнёс такие слова: «Если я дурно поступал с римлянами, то зло и пожну». Август тогда так сильно разгневался на Нарзеса, что тут же отправил в Италию префекта Лонгина, который должен был занять место Нарзеса 7. А Нарзес, узнав об этом, сильно встревожился и так сильно был напуган, в особенности, августой Софьей, что уже не осмеливался более возвращаться в Константинополь. А та среди прочего, – поскольку тот был евнухом, – поручила передать ему, что заставит его распределять среди девиц пряжу в гинекее. На эти слова Нарзес, как говорят, заявил в ответ, что он сплетёт ей такую пряжу, какую она в жизни своей не сможет распутать. Итак, подгоняемый ненавистью и страхом, он удалился в Неаполь, город в Кампании, и тут же отправил послов к племени лангобардов, велев передать, чтобы они, оставив весьма скудную землю, пришли и завладели Италией, полной всяческих богатств. И вместе с тем прислал множество разного рода плодов и образцы прочих продуктов, которыми изобилует Италия, чтобы тем легче можно было склонить их души к приходу. Лангобарды охотно приняли присланные вести и то, что предпочитали они сами, и воодушевились в предвкушении будущих благ; выйдя со своим королём Альбоином 8, они прибыли в Италию, чтобы овладеть ей* 9.

[4.] В это время римской церковью правил святейший муж – папа Бенедикт 10. Во главе же города Аквилеи и её народа стоял патриарх – блаженный Павел 11; страшась ярости лангобардов, он бежал из Аквилеи на остров Градо 12 и, принеся с собой тела блаженнейшего мученика Гермагора и прочих святых, которые были там погребены, с достойнейшими почестями поместил их в этом замке Градо, и назвал этот город Новой Аквилеей. Спустя немного времени выдающийся патриарх Илия 13, который принял управление церковью третьим после Павла, на состоявшемся в этом же месте соборе 20 епископов с согласия блаженнейшего папы Пелагия 14 повелел этому городу Градо быть столицей всей Венеции. Для его укрепления Ираклий 15, [ставший] после этого августом, поддерживаемый любовью к святым, прислал престол блаженнейшего Марка, который Елена, мать Константина, некогда привезла из Александрии. И он до сих пор почитается там вместе с кафедрой, на которой восседал блаженный мученик Гермагор.

[5.] Так вот, когда прошло 540 лет 16 от воплощения Господнего, лангобарды проникли в Венецию, которая является первой провинцией Италии; они штурмом взяли Виченцу, Верону и прочие города, за исключением Падуи и Монселиче (Monte Silicis) 17, а также Одерцо (Opitergio) 18, Мантуи и Альтина 19; а жители этой провинции, отнюдь не желая подчиняться власти лангобардов, устремились на ближайшие острова. Таким образом они дали этим островам имя Венеции, из которой ушли, и, до сих пор тут проживая, называются венецианцами (Venetici). «Энеты» (Heneti) же, хотя у латинян и добавляется здесь ещё одна буква, в переводе с греческого означает «достойные похвалы». И правда, после того как они решили устроить на этих островах место будущего обитания, они, построив сильно укреплённые замки и города, создали себе новую Венецию и воссоздали замечательную провинцию.

[6.] А теперь надлежит последовательно изложить названия отдельных островов.

Первый из них зовётся Градо (Gradus); он, как известно, украшен высокими стенами и множеством церквей, поддержан мощами святых и, как Аквилея [была столицей] старой Венеции, так и он, как известно, является главой и столицей всей новой Венеции.

Второй именуется Бибионе (Bibiones) 20.

Третий был назван Каорле (Caprulas). Епископ Конкордии (Concordiensis) 21, испытывая страх перед лангобардами, пришёл на него со своими людьми и властью папы Деусдедита 22 утвердил там престол своего епископства, дабы он и впредь здесь находился, и решил там жить.

Четвёртый остров – тот 23, на котором император Ираклий некогда 24 построил величественный город; но, когда тот обветшал от старости, венецианцы вновь свели его в небольшое [местечко]. А после того, как город Одерцо был взят королём Ротари, епископ этого города по увещанию папы Северина 25 пожелал отправился на эту Ираклиану и утвердить там свой престол.

Пятый остров называется Эквил (Equilus) 26; в то время как жившие на нём люди были лишены епископского престола, там Божьей властью было учреждено новое епископство.

Шестым островом является Торчелло (Torcellus), который, хоть и не особо славен городскими стенами, но опоясан цепью укреплений других островов и, находясь посредине, считается наиболее безопасным.

Седьмой остров зовётся Мурано (Morianas).

Восьмой остров – Риальто (Rivoaltus) 27. Хотя люди собрались там для обитания в последнюю очередь, он всё же является самым богатым и величественным среди всех. И он не только славится красотой церквей и домов, но и обладает, как видно, герцогским достоинством и епископским престолом.

Девятый остров зовётся Маламокко (Metamaucus) 28; он не нуждается ни в каких городских укреплениях, но почти со всех сторон окружён красивым берегом; благодаря апостольскому внушению людям там удалось заполучить епископский престол.

Десятым островом является Повелья (Pupilia).

Одиннадцатый зовётся Кьоджа Малая (Minor Clugies); на нём расположен монастырь святого Михаила.

Двенадцатый остров именуется Кьоджа Большая (Clugies Maior).

Есть также на окраине Венеции замок, который зовётся Капо д’Арджиле (Caput Argilis). Ведь у этой провинции большинство островов обитаемы.

[7.] *В те времена в Константинополе, как было сказано выше, правил Юстин Младший, муж, всецело преданный жадности, презиравший бедных и грабивший сенаторов. Ему была присуща такая неистовая алчность, что он приказал сделать железные сундуки, в которые складывал те таланты золота, которые награбил; он, как говорят, впал также в пелагианскую ересь. Поскольку он отвратился сердцем от божественных заповедей, то по справедливому суду Бога лишился разума и стал безумцем. Тиберия 29, человека праведного, полезного, деятельного, мудрого, щедрого на милостыню, справедливого в судах, славного в победах и – что выше всего этого – истиннейшего христианина, он принял в цезари, чтобы тот управлял его дворцом и всеми провинциями. И, поскольку многие из сокровищ, которые собрал Юстин, тот раздал бедным, августа Софья часто упрекала его в том, что он, мол, вверг государство в бедность, говоря: «То, что я собирала многие годы, ты за короткое время расточаешь без всякой меры». Но он отвечал: «Я полагаюсь на Господа в том, что в нашей казне никогда не окажется денег столь мало, что их не хватит на то, чтобы бедные получали милостыню, или выкупались пленные. Ведь это и есть величайшее сокровище, по слову Господа: «Собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут» 30. Так что будем собирать сокровища на небе за счёт того, что даровал Господь, и Господь соизволит дать нам ещё большее на земле».

И вот, Юстин, после того как правил 11 лет, прекратил, наконец, безумие, в которое впал, вместе с жизнью. Те войны, которые, как мы перед тем сказали, были объявлены готам и франкам патрицием Нарзесом, велись в его время. А когда Рим во времена папы Бенедикта 31 страдал от мук голода из-за того, что лангобарды опустошили всё вокруг, он прислал на кораблях из Египта много тысяч мер зерна и утешил его стараниями своего милосердия* 32.

[8.] *Итак, когда умер Юстин, Тиберий Константин, 50-й из римских царей, принял императорскую власть. Когда он, как мы сказали выше, управлял дворцом при Юстине ещё в качестве цезаря и ежедневно раздавал щедрую милостыню, Господь даровал ему огромное множество золота. Так, прохаживаясь по дворцу, он увидел на полу дома мраморную плиту, на которой был высечен крест Господень, и сказал: «Крестом Господа мы должны осенять наше чело и грудь, а мы, вот, попираем его ногами». Сказав это, он велел поскорее убрать эту плиту. Когда плиту выкопали и подняли, под ней обнаружили ещё одну – с тем же знаком. [Тиберий] приказал и её убрать. Сняв её, обнаружили третью; а когда и её унесли по его приказу, то нашли огромное сокровище, имевшее более тысячи центнеров золота; подняв золото, он стал ещё более щедро, чем обычно, раздавать его бедным* 33.

[9.] Когда умер патриарх Павел, который правил церковью в Градо 12 лет, ему наследовал Пробин 34.

[10.] *Нарзес же, патриций Италии, имея в одном городе в Италии большой дом, пришёл в вышеупомянутый город с многочисленными сокровищами и тайно вырыл там в своём доме большое подземное хранилище, в котором спрятал много тысяч центнеров золота и серебра. Убив всех, кто об этом знал, он поручил это лишь одному старику, взяв с него клятву.

Когда же Нарзес умер, вышеназванный старик, придя к цезарю Тиберию, сказал: «Будет ли мне какая награда, если я расскажу тебе, цезарю, о важном деле». Тот сказал ему: «Чего ты хочешь? Ты не останешься без награды, если расскажешь о чём-то, что пойдёт нам на пользу». [Старик] говорит: «У меня находится спрятанное сокровище Нарзеса, которое я в конце жизни не могу больше скрывать». Тогда цезарь Тиберий, обрадовавшись, послал к тому месту своих слуг: старик шёл впереди, а те восторженно следовали сзади. Подойдя к подземному хранилищу и, открыв его, они вошли внутрь. В нём было найдено столько золота и серебра, что носильщики в течение многих дней с трудом смогли вытащить его наружу. Всё это [Тиберий] по своему обыкновению раздал бедным посредством щедрых выдач.

Когда он готовился принять корону августа, и народ по обычаю ожидал его на цирковом представлении, августа София, строя против него козни, решила возвести в императорское достоинство Юстиниана, племянника Юстина; [Тиберий] же, пройдя сперва по святым местам, а затем, вызвав к себе епископа города вместе с консулами и префектами, вошёл во дворец и был облачён в пурпур, увенчан короной, возведён на императорский престол и при нескончаемых славословиях утверждён в царской славе. Его противники, слыша это и будучи не в состоянии помешать тому, кто все свои надежды возлагал на Бога, были поражены великим стыдом смущения. По прошествии нескольких дней Юстиниан, придя, бросился к ногам императора, передав ему ради снискания милости пятнадцать центнеров золота, а тот, подняв его, согласно присущей ему снисходительности, таким образом приказал ему оставаться во дворце. Но августа Софья, забыв об обещании, которое некогда дала Тиберию, попыталась устроить ему западню. Когда он отправился на виллу, чтобы, согласно императорскому обычаю, тридцать дней веселиться при сборе винограда, она, тайно призвав Юстиниана, хотела возвести его на престол. Узнав об этом, Тиберий быстрым маршем вернулся в Константинополь и, схватив августу, отнял у неё все сокровища, оставив ей лишь средства для ежедневного пропитания; удалив от неё её собственных слуг, он дал ей других – из числа своих верных, чтобы те ей служили, строго приказав, чтобы никто из прежних [слуг] не имел к ней доступа; Юстиниана же он лишь словесно отчитал и впоследствии так сильно его полюбил, что обещал выдать свою дочь замуж за его сына, а для своего сына выпросил руку его дочери. Но это так и не было исполнено неизвестно по какой причине. Его войско было отправлено им и наголову разгромило персов. Вернувшись с победой, оно доставило такое громадное количество добычи наряду с 20 слонами, что ею, казалось, можно было насытить [любую] человеческую жадность* 35.

[11.] Когда в Аквилее умер патриарх Пробин, который правил церковью один год, во главе этой церкви встал *священник Илия, который устроил то, что записано выше, и заново построил себе дом. Он также чудесным образом разместил названные тела святых, огласив на соборе постановленное выше: «Дорогие братья, по вине наших злодеяний мы ежедневно страдаем от вражеского бича. Аквилея, наш город, уже ранее была до основания разрушена Аттилой, королём гуннов 36; затем, едва переведя дух, она была потрясена нашествием готов и прочих варваров; а теперь не в силах уже выносить бичи нечестивого народа лангобардов. Поэтому, если вашей святости угодно, наша кротость считает достойным утвердить нашу столицу в этом замке Градо».

Сказанное им пришлись по нраву всем епископам, и они, составив грамоту своего установления, то есть по поводу упомянутого Халкедонского собора и о самом этом престоле, подписались её ниже собственноручно, а именно: первым – патриарх Илия; затем – Маркиан, епископ святой церкви Одерцо; Леониан, епископ Тибурнии (Tyborniensis) 37; Пётр, епископ Альтина; Виндемий, епископ Цессии (Cessensis) 38; Бергулл, епископ Падуанской церкви; Иоанн, епископ Цилли (Celeianae) 39; Клариссим, епископ Конкордии; Патриций, епископ Эмоны (Emonensis) 40; Адриан, епископ Полы (Polensis) 41; Максенций, епископ Юлии 42; Север, епископ церкви в Тергесте 43; Солаций, епископ Веронский; Иоанн, епископ церкви в Паренцо (Parentinae) 44; Аарон, епископ Авронцо (Avonciensis) 45; Ингенуй, епископ второй Реции; Агнелл, епископ Триента (Tridentinae); Вигилий, епископ Скарабантии (Scaravaciensis) 46; Фонтегий, епископ Фельтре (Feltrensis); Марциан, епископ Петенаты (Petenatis) 47, провинциалы: пресвитер Лаврентий, пресвитер Марин, пресвитер Эмерит и прочие пресвитеры – как митрополичьи, так и плебаны 48. Все вышеуказанные лица выразили согласие и утвердили всё это в названном месте* 49.

[12.] *Итак, Тиберий Константин, после того как правил империей семь лет, чувствуя, что близится день его смерти, по совету августы Софьи 50 избрал на императорский престол Маврикия 51, родом каппадокийца, деятельного мужа, и, передавая ему свою дочь, украшенную царскими нарядами, сказал: «Да будет дана тебе вместе с этой девицей моя империя. Счастливо пользуйся ей, никогда не забывая находить удовольствие в справедливости и правосудии». Сказав это, он отошёл из этого мира к вечной отчизне 52, оставив людей в великой печали из-за своей смерти. Ведь он был [мужем] большой доброты, склонным к раздаче милостыни, справедливым в суде, весьма осмотрительным в вынесении приговоров; он никого не презирал, но относился ко всем с доброжелательностью и всех любил; да и сам был всеми любим. Когда он умер, Маврикий, облачённый в пурпур и увенчанный короной, вышел в цирк и, когда ему возгласили хвалу, а народу были розданы подарки, первым из греческого народа был утверждён на императорском престоле* 53.

[13.] *В это время император Маврикий отправил через своих послов Хильдеберту 54, королю франков, 50 000 солидов, чтобы тот напал с войском на лангобардов и изгнал их из Италии. [Тот внезапно вступил в Италию с несметным множеством франков. Лангобарды же, укрепившись в городах, в то время как послы сновали туда и обратно] 55, предложив дары, заключили с Хильдебертом мир. Когда он вернулся в Галлию, император Маврикий, узнав о том, что он заключил договор с лангобардами, стал требовать обратно те солиды, которые дал ему ради того, чтобы он нанёс поражение лангобардам, но тот, полагаясь на мощь своих сил, не пожелал дать на это ответ* 56.

[14.] *После папы Бенедикта понтификом римской церкви был поставлен Пелагий – без повеления императора, так как лангобарды обложили Рим со всех сторон и никто не мог выйти из Рима. Этот Пелагий отправил Илие, епископу Аквилеи, не желавшему принимать три главы Халкидонского собора, весьма полезное послание, которое написал блаженный Григорий, когда был ещё дьяконом* 57.

[15.] *Около этого [времени] вышло [так], что из-за наводнения река Тибр настолько поднялась близ города Рима, что воды её перелились через городские стены и заняли в нём значительные пространства. Тогда же по руслу этой реки вместе с потоком воды и огромным множеством змей проплыл по городу и перебрался в море дракон. За этим наводнением тотчас же последовала страшная чума, которую называют паховой. Она опустошила город и унесла столько людей, что из несчётного множества едва уцелели немногие. Первым она поразила и без промедления унесла папу Пелагия, достопочтенного мужа, а затем, убив пастыря, распространилась среди людей.

Во время такого бедствия блаженнейший Григорий 58, который тогда был левитом, был всеми единодушно избран папой. Когда он постановил устроить семикратную (septiformis) литанию, то в течение одного часа, пока люди молились Богу, восемьдесят из них, внезапно упав на землю, испустили дух. Семикратной же эта литания зовётся потому, что весь народ Города был разделён блаженным Григорием на семь частей, чтобы молить Господа. Так, в первом хоре было всё духовенство, во втором – все аббаты со своими монахами, в третьем – все аббатисы со своими общинами, в четвёртом – все дети, в пятом – все миряне, в шестом – все вдовы, в седьмом – все замужние женщины. Мы, впрочем, не будем много говорить о блаженном Григории, так как несколько лет назад уже написали с Божьей помощью его житие 59, и по мере наших скромных сил описали в нём всё, о чём следовало сказать* 60.

[16.] *В это же время блаженный Григорий отправил в Британию Августина, Меллита и Иоанна вместе со многими другими богобоязненными монахами и их проповедью обратил к Христу англов* 61.

[17.] В те дни, когда минуло 588 лет от воплощения Господнего, Илия, патриарх Аквилейский, после того как 15 лет исполнял обязанности священника, скончался и был погребён в митрополии Градо, в церкви святой Евфимии. *Патриций Смарагд 62, придя из Равенны в Градо, лично вытащил его 63 из базилики и увёл в Равенну вместе с тремя епископами из Истрии, а именно, Иоанном из Паренцо, Севером и Виндемием, а также с Антонием, уже пожилым хранителем церкви. Угрожая им ссылкой и применяя насилие, он заставил их вступить в общение с Иоанном 64, епископом Равенны, который осудил три главы и отпал от сообщества римской церкви во времена пап Вигилия и Пелагия. По истечении года они вернулись из Равенны в Градо, но народ не желал вступать с ними в общение, да и прочие епископы их не приняли. А патриций Смарагд, не без основания одержимый злым духом, приняв приемником патриция Романа 65, вернулся в Константинополь. После этого в Мариано 66 состоялся собор десяти епископов. Там они вновь признали Севера, патриарха Аквилейского, давшего запись о своём заблуждении, [а именно, что он ошибся], вступив в Равенне в общение с теми, кто осудил три главы. Вот имена епископов, которые удержались от этого раскола: славнейший Пётр из Альтина, Ингенуй из Сабиона, Агнелл из Триента, Юниор Веронский, Горонтий из Виченцы, Рустик из Тревизо, Фонтей из Фельтре, Агнелл из Азоло (Acilo) 67, Лаврентий из Беллуно. А в общении с патриархом находились следующие епископы: Север из Паренцо, патриций Иоанн, Виндемий и Иоанн* 68.

[18.] *В этом году в Равенне, Градо и Истрии вновь свирепствовала ужаснейшая паховая чума, как то было и ранее – тридцать лет назад* 69.

[19.] *И вот, август Маврикий, после того как 21 год правил империей вместе с сыновьями Феодосием, Тиберием и Константином, был убит Фокой 70, который был конюшим патриция Приска. Он был полезен для государства, так как часто одерживал победы в сражениях против врагов. И даже гунны, которые зовутся аварами, были побеждены его доблестью* 71.

[20.] *В те дни, после смерти патриарха Севера, вместо него патриархом в старой Аквилее был поставлен с согласия короля 72 и герцога Гизульфа 73 аббат Иоанн. В Градо же римлянами был поставлен епископ Маркиан* 74.

[21.] *Итак, Фока, убив, как было сказано, Маврикия и его сыновей, захватил римский престол и царствовал на протяжении восьми лет. Во второй год его [правления], в 8-й индикт, папа Григорий отошёл к Господу 75. По просьбе папы Бонифация 76 он 77 постановил, что престол римской и апостольской церкви должен быть главой всех церквей, ибо [ранее] первой среди всех церквей писала себя константинопольская церковь. Также по просьбе другого папы Бонифация 78 он приказал убрать из древнего святилища, которое называлось Пантеоном 79, мерзость идолопоклонства и устроить в нём церковь Пресвятой Приснодевы Марии и всех мучеников, чтобы там, где ранее поклонялись не богам, но демонам, впредь совершалось поминовение всех святых.

В его время прасины и венеты 80 вели междоусобную войну по [всему] Востоку и Египту и громили друг друга во взаимной резне. Также персы, ведя против государства жесточайшие войны, отняли у римлян многие провинции и сам Иерусалим; разрушая церкви и оскверняя святилища, они среди украшений святых мест и общин унесли также знамя креста Господнего. Против этого Фоки восстал Ираклий, который управлял Африкой; придя с войском, он лишил его власти и жизни, и его сын Ираклий 81 принял управление римским государством* 82.

[22.] Когда же Маркиан, который правил церковью в Градо три года и пять дней, умер, ему наследовал Кандидиан.

[23.] *В те дни, после смерти Ираклия, который правил империей 25 лет, его сын Ираклеон 83 принял бразды правления вместе с матерью – Мартиной и правил империей два года. Когда он ушёл из жизни, его брат Константин 84, второй сын Ираклия, занял его место и правил шесть месяцев* 85.

[24.] *В ноябре и декабре вновь являлась звезда комета. Когда же патриарх Кандидиан, который правил церковью в Градо пять лет, умер в Градо, те епископы, которые находились под властью римлян, поставили патриархом Епифания 86, который был примицерием нотариев; и с этого времени стало два патриарха* 87.

[25.] *А когда уже названный Константин, сын Ираклия, умер, царское достоинство перешло к его сыну Константину 88, который занимал престол 28 лет* 89.

[26.] *Около этого времени жена царя персов, по имени Цезара (Cesara), ушла из Персии и из любви к христианской вере в простой одежде прибыла в Константинополь вместе с немногими своими верными. Она была с почётом принята императором и спустя несколько дней, как и желала, приняла крещение и была воспринята августой из святой купели. Её муж, царь Персии, услышав об этом, направил в Константинополь к августу послов, чтобы тот вернул ему его жену. И те, придя к императору, передали слова царя персов, который требовал обратно свою царицу. Император, услышав это и будучи в неведении об этом деле, дал им такой ответ: «Мы заявляем, что ничего не знаем о царице, которую вы ищите; если не считать того, что к нам сюда пришла в простом платье какая-то женщина». Послы же заявили в ответ: «Если угодно, то мы хотели бы посмотреть на ту женщину, о который вы говорите». Когда она пришла по приказу императора, послы тут же её узнали, бросились к её стопам и почтительно внушили ей, что её муж нуждается в ней. Та ответила им: «Идите и сообщите вашему царю и господину, что если он не уверует во Христа так, как уже уверовала я, то он не сможет более разделять со мной брачное ложе». Что же далее? Послы, вернувшись на родину, сообщили своему царю всё, что слышали, и тот, ничуть не медля, с 60 000 мужами мирно прибыл в Константинополь к императору и был им охотно и с немалым достоинством принят. Уверовав в Господа Христа вместе с прочими, он точно так же был орошён водами святого крещения вместе со всеми своими людьми и, воспринятый августом из купели, утверждён в католической вере. Август почтил его многими дарами, и он, получив [обратно] свою жену, радуясь и ликуя вернулся к себе на родину* 90.

[27.] В 602 году от воплощения Господнего патриарх Епифаний, который правил церковью в Градо 5 лет и 3 месяца, умер. Ему наследовал патриарх Киприан 91.

[28.] *В те дни 92 август Константин, которого звали также Константом, желая вырвать Италию из рук лангобардов, вышел из Константинополя и, держа путь вдоль побережья, прибыл в Афины, а оттуда, переправившись через море, высадился в Таренте; но перед этим он прибыл к одному отшельнику, который, как говорили, обладает пророческим духом, и стал настойчиво у него выспрашивать, сможет ли он одолеть и завоевать народ лангобардов, который обитал в Италии* 93.

[29.] Как раз около этого времени патриарх Киприан, который правил церковью в Градо 25 лет, три месяца и двадцать дней, ушёл из жизни. Ему наследовал Примогенит 94, иподьякон регионарий римского престола.

[30.] *И вот, раб Божий попросил у августа Константина одну ночь, чтобы помолиться Господу об этом деле, и с наступлением утра ответил августу следующее: «Народ лангобардов никем не может быть побеждён ныне; потому что некая королева, прибывшая из другой страны, построила в пределах лангобардов базилику блаженного Иоанна Крестителя. И блаженный Иоанн из-за этого постоянно заступается за народ лангобардов. Но придёт время, когда его святилище окажется в пренебрежении, и тогда этот народ падёт». Мы 95 подтверждаем, что так и произошло, ибо сами видели, как перед крушением лангобардов базиликой блаженного Иоанна, по крайней мере той, что поставлена в месте, что зовётся Монца (Modicia) 96, распоряжались ничтожные особы, так что место это жаловалось недостойным людям и прелюбодеям не за жизненные заслуги, а за предоставление даров* 97.

[31.] *Итак, когда август Константин, как мы сказали, прибыл в Тарент, он, выйдя оттуда, вторгся в пределы беневентцев и захватил почти все города лангобардов, через которые проходил 98. Смело атаковав, он также взял штурмом и, разрушив, сровнял с землёй Лучеру (Luceriam), богатейший город Апулии. Но Ачеренцу (Arentiam) он из-за сильно укреплённого местоположения взять не смог. Затем он вместе со всем своим войском обложил Беневент и стал яростно его штурмовать. Герцогский престол там тогда занимал Ромуальд 99, совсем ещё юный сын Гримоальда 100. Как только он узнал о приходе императора, так сразу же направил своего наставника, по имени Сесуальд, чтобы тот привёл отца – Гримоальда, заклиная его прийти как можно быстрее и оказать своему сыну и беневентцам, которых он должен опекать, действенную помощь. Услышав об этом, король Гримоальд тут же отправился с войском к Беневенту, чтобы оказать помощь сыну. Многие из лангобардов, оставив его в пути, вернулись домой, говоря, что он разграбил королевский дворец 101, и пусть, мол, уходит обратно в Беневент и более не возвращается.

Между тем, войско императора яростно атаковало Беневент при помощи разных осадных машин. В свою очередь, Ромуальд с лангобардами храбро сопротивлялся. И, хотя он из-за малочисленности войска не осмеливался вступать в битву с таким множеством воинов лицом к лицу, он всё же часто нападал на вражеский лагерь с готовыми к бою юношами и отовсюду причинял им немалый урон. Его отец Гримоальд, когда был уже близко, отправил к сыну его наставника, о котором мы говорили выше, чтобы тот сообщил ему о его прибытии. Но тот, подойдя совсем близко к Беневенту, был схвачен греками и приведён к императору; когда тот спросил его, откуда он прибыл, [Сесуальд] сказал, что пришёл от короля Гримоальда, и сообщил, что этот король скоро придёт. Император испугался и тут же принял со своими людьми решение заключить мир с Ромуальдом, дабы он смог вернуться в Неаполь* 102.

[32.] *Взяв в заложники сестру Ромуальда, которую звали Гиза, он заключил с ним мир, а его наставника Сесуальда приказал отвести к стенам, чтобы тот подтвердил, что [король], мол, не может прийти, и угрожая ему смертью, если тот что-нибудь скажет Ромуальду или горожанам о прибытии Гримоальда. И [Сесуальд] обещал сделать так, как он ему приказал, а когда подошёл близко к стенам, сказал, что хочет видеть Ромуальда. Когда же Ромуальд поспешил прийти, он обратился к нему с такими словами: «Твёрдо держись, господин Ромуальд! Верь в себя и ничего не бойся, так как твой родитель скоро придёт, чтобы оказать тебе помощь. Знай, что он уже этой ночью стоит с сильным войском возле реки Сангро. Об одном только умоляю: прояви милосердие к моим жене и детям, ибо этот вероломный народ не оставит меня в живых». Как только он это сказал, ему по приказу императора отрубили голову и при помощи боевой машины, которую называют «петрария» 103, забросили город. Ромуальд приказал принести ему эту голову и, со слезами поцеловав, велел похоронить её в достойном месте* 104.

[33.] *Итак, император, опасаясь внезапного прихода Гримоальда, снял с Беневента осаду и отправился в Неаполь. Однако, Митола, граф Капуи, сильно потрепал его войско возле течения реки Калоре (Caloris) 105, в месте, которое поныне зовётся «Пугна» (Pugna) 106* 107.

[34.] *После того, как император прибыл в Неаполь, один из его вельмож, чьё имя было Сабурр, выпросил, как говорят, у августа 20 000 воинов и обещал сразиться с Ромуальдом и одержать победу. Когда он, получив войско, прибыл к месту, которое зовётся Форнит (Fornitus), и разбил там лагерь, Гримоальд, который уже прибыл в Беневент, услышав об этом, решил выступить против него. [Но] сын – Ромуальд сказал ему: «Не нужно; но дайте нам только часть из вашего войска; я с Божьей помощью сражусь с ним и, если добуду победу, то вашему могуществу непременно припишут ещё большую славу». Так и вышло; получив из отцовского войска некую часть, он вместе с ней и со своими собственными людьми выступил против Сабурра; прежде чем вступить с ним в битву, он велел с четырёх сторон трубить в трубы и тут же отважно напал на них 108. Когда оба войска сражались с немалым ожесточением, один из королевского войска, по имени Амалонг, который обычно носил королевское копьё, обеими руками с силой пронзил этим копьём некоего грека 109 и, сняв его с седла, на котором тот скакал, поднял в воздух над своей головой. Войско греков, увидев это, было охвачено сильным страхом и обратилось в бегство; бежав, оно принесло себе окончательную погибель, а Ромуальду и лангобардам – победу. Так Сабурр, который обещал своему императору добыть у лангобардов победный трофей, добыл лишь позор, возвратившись к нему вместе с немногими. А Ромуальд, одержав победу над врагами, с триумфом вернулся в Беневент, доставив отцу радость и безопасность – всем остальным* 110.

[35.] *Тогда август Констант, видя, что против лангобардов у него ничего не вышло, весь гнев своей злобы обратил против своих, то есть римлян. Так, уйдя из Неаполя, он отправился в Рим 111. В шести милях от Города ему навстречу вышел папа Виталиан 112 вместе со священниками и римским народом. Придя к гробнице святого Петра, август пожертвовал там вытканный золотом паллий и, пробыв в Риме двенадцать дней, снял всё, что издревле было сделано из бронзы для украшения города, так что оставил без крыши даже базилику Пресвятой Марии, которая некогда называлась Пантеоном, была основана в честь всех богов и где с позволения прежних императоров было [устроено] место всех мучеников, сняв с неё бронзовую черепицу и переправив её в Константинополь вместе со всеми прочими украшениями.

Затем, вернувшись в Неаполь, император по суше отправился в город Регий. Прибыв на Сицилию в 7-й индикт 113, он обосновался в Сиракузах и стал подвергать народ – и жителей, и землевладельцев Калабрии, Сицилии, Африки и Сардинии – таким притеснениям, о каких прежде никогда не слыхивали, так что даже жён разлучали с мужьями, а сыновей – с родителями. Но и много других неслыханных вещей претерпели жители этих областей, так что и надежды на жизнь ни у кого не осталось. Ведь даже священные сосуды и сокровища святых церквей Божьих были отняты по императорскому приказу и из-за алчности греков. Император пробыл на Сицилии с 7-го по 12-й индикт 114; но, в конце концов, он понёс кару за такие беззакония и был убит своими людьми, когда мылся в бане* 115.

[36.] *Итак, когда император Констант был убит в Сиракузах, власть на Сицилии захватил Мецетий, но вопреки желанию восточного войска 116. Солдаты Италии пришли против него в Сиракузы: одни – через Истрию, другие – через земли Кампании, третьи – из пределов Африки и Сардинии, и лишили его жизни; многие из его судей были подвергнуты увечью и увезены в Константинополь, и вместе с ними [туда же] доставили и голову лжеимператора* 117.

[37.] *Народ сарацин, который уже захватил Александрию и Египет, услышав об этом, внезапно прибыл с многочисленными судами, напал на Сицилию, вступил в Сиракузы и учинил страшное избиение людей, так что лишь немногие, которые укрылись по сильно укреплённым замкам и в горах, едва спаслись; унеся также огромную добычу и всё то убранство в бронзе и разных богатствах, которое август Констант вывез из Рима, они таким образом вернулись в Александрию* 118.

[38.] В 647 году от воплощения Господнего патриарх Примогенит, который управлял церковью Градо 20 лет, 3 месяца и 7 дней, ушёл из этого мира; ему наследовал Максим; в его время Мавр, епископ Альтина, не снеся безрассудства лангобардов, по внушению папы Северина прибыл на остров Торчелло 119 и решил утвердить там свой престол и оставить его там на будущее. Он управлял Альтинской церковью 4 года, после чего умер. Ему наследовал епископ Юлиан.

[39.] *Итак, когда август Констант 120 был, как мы сказали, убит, а тиран Мецетий, который ему наследовал, покаран, управление римским царством перешло к Константину 121, сыну августа Константа* 122. *Сарацины напали на Сицилию и, увезя с собой огромную добычу, тут же вернулись в Александрию.

[40.] Папа Агафон 123 по просьбе благочестивейших императоров Константина, Ираклия и Тиберия 124 отправил в царственный град 125 своих послов, среди которых был и Иоанн 126, тогда дьякон римской церкви, а немного погодя епископ, ради объединения святых церквей Божьих. Принятые достопочтеннейшим защитником католической веры Константином самым радушным образом, они получили приказ оставить философские споры и в мирной беседе провести изыскание об истинной вере. Итак, им выдали из константинопольской библиотеки все книги древних отцов, о которых они просили; присутствовали там и 150 епископов под председательством Григория 127, патриарха царственного града, и Макария 128, [патриарха] Антиохии; и те, кто заявлял об одной воле и одном действии во Христе, были уличены в том, что они во многом исказили слова католических отцов. По окончании же спора на Григория был наложен штраф, а Макарий вместе со своими приверженцами и предшественниками – Киром, Сергием, Гонорием, Пирром, Павлом и Петром – был предан анафеме, и епископом Антиохии вместо него был поставлен Феофаний 129 из Сицилии; и такая милость сопутствовала послам католического мира, что один из них – Иоанн, епископ Порто, в воскресенье на отдание Пасхи служил в церкви святой Софии торжественную мессу на латыни в присутствии императора и патриарха.

[41.] Это был Шестой вселенский собор; он был проведён в Константинополе 130, и его акты записаны на греческом языке во времена папы Агафона, после того как благочестивейший император Константин созвал его и расположился у себя во дворце, и вместе с ним заседали послы апостольского престола и 150 епископов. Ибо Первый вселенский собор 318 отцов был созван в Никее против Ария, во времена папы Юлия, при императоре Константине 131; второй – 150 отцов – в Константинополе против Македония и Евдоксия, во времена папы Дамаса и императора Грациана 132, когда епископом этого города был поставлен Нектарий; третий – 200 отцов – в Эфесе против Нестория, епископа августейшего града, при императоре Феодосии Великом и папе Целестине 133; четвёртый – 630 отцов – в Халкедоне при папе Льве, во времена императора Маркиана 134, против Евтихия, нечестивейшего епископа монахов 135; пятый – также в Константинополе во времена папы Вигилия, при императоре Юстиниане 136, против Феодора и всех еретиков. А шестой – тот, о котором мы только что говорили.

[42.] Святая и приснодева Христова Этельдреда 137, дочь Анны, короля англов, сперва выданная замуж за одного блистательного мужа, а затем – за короля Эгфрида, после того как 12 лет в целомудрии блюла супружеское ложе, приняла святой покров, став после королевы монахиней, а вскоре после этого – благочестивой матерью и наставницей святых дев, получив для постройки монастыря место под названием Или (Eilge). Её животворные заслуги подтверждает и мёртвое тело, которое после 16 лет погребения было обнаружено нетленным вместе с одеждами, в которые оно было завернуто* 138.

[43.] Когда Максим, который 20 лет управлял церковью в Градо, умер в ту же пору, ему наследовал патриарх Стефан.

[44.] *Около этого времени Луп, герцог Фриульский 139, вступил с конным войском на остров Градо по дороге, которая издавна была проведена через море, и, разграбив сам город, увёз оттуда и доставил домой сокровища Аквилейской церкви* 140.

[45.] *Посреди этого в Константинополе умер император Константин, и римское царство перешло к его сыну Юстиниану Младшему 141, который держал бразды правления им 10 лет. Он отнял у сарацин Африку и заключил с ними мир на суше и на море. Отправив своего протоспафария Захарию, он приказал доставить в Константинополь понтифика Сергия 142, ибо тот отказался поддержать собор его ереси, который он провёл в Константинополе 143, и подписать его акты. Но воинство Равенны и соседних земель, презрев нечестивый приказ императора, со стыдом и поношениями изгнало из города Рима этого Захарию* 144. В наказание за вероломство Юстиниан был лишён царской славы и отбыл в ссылку в Понт.

[46.] В 672 году от воплощения Господнего патриарх Стефан, который правил церковью в Градо пять лет, ушёл из этого мира. Ему [наследовал] Агафон.

[47.] *Августейшее достоинство выхватил у вышеназванного Юстиниана Лев 145, а его самого лишил власти. Правя римским царством три года, он держал Юстиниана в ссылке в Понте* 146.

[48.] *В свою очередь, против этого Льва поднялся Тиберий 147, захватил его престол и всё время, пока царствовал, держал его под стражей в этом же городе* 148.

[49.] *Затем Юстиниан, который, утратив власть, жил в ссылке в Понте, опять вернул престол при помощи Тервела 149, болгарского царя, и казнил тех патрициев, которые его изгнали. Он также схватил Льва и Тиберия, которые присвоили себе его место, и приказал казнить их посреди цирка на глазах у всего народа; Каллинику (Gallicium) 150 же, патриарху Константинопольскому, он вырвал глаза и сослал его в Рим, а вместо Каллиника поставил епископом аббата Кира 151, который поддерживал его в изгнании в Понте. Велев папе Константину 152 прийти к нему, он почтительно его принял и отпустил; распростёршись на земле, он просил его ходатайствовать за его грехи и возобновил все привилегии его церкви. Когда он отправил войско в Понт, чтобы схватить Филиппика, которого сослал туда, досточтимый папа упорно отговаривал его от этого, дабы тот этого не делал 153, но так и не смог ему помешать.

[50.] Всё войско, перейдя на сторону Филиппика 154, провозгласило его там императором. Вернувшись с ним к Константинополю, оно сразилось с Юстинианом в двенадцати милях от города; победив и убив Юстиниана, Филиппик занял престол* 155.

[51.] В это же время умер патриарх Агафон, который правил церковью в Градо 10 лет, и ему наследовал Христофор. Около этого времени умер Юлиан, епископ Альтина, который правил церковью 48 лет. Ему наследовал епископ Деусдедит, который добился, чтобы церковь Пресвятой Богородицы была весьма набожно построена и украшена разноцветным мрамором.

[52.] *Затем Филиппик, которого звали также Вардан, после того как утвердился в императорском достоинстве, отстранил Кира, о котором мы говорили, от должности епископа и велел ему вернуться в Понт для управления своим монастырём. Этот Филиппик отправил папе Константину письмо с изложением ложного учения, которое тот по совету апостольского престола отверг. По этой причине он 156 велел написать в портике святого Петра картины, которые изображали деяния шести святых вселенских соборов. Ибо такого рода картины имелись в царственном граде, но Филиппик приказал их убрать. Римский народ постановил [не возглашать] имя императора еретика и не принимать ни [его] указы, ни солиды с его изображением. Поэтому ни портрет его не вносили в церковь, ни имя не возглашали на торжественных мессах.

Когда он осуществлял власть один год и шесть месяцев, против него восстал Анастасий 157, которого звали также Артемием; он свергнул его с престола и лишил зрения, но не убил. Через Схоластика 158, патриция и экзарха Италии, этот Анастасий направил папе Константину в Рим письмо, в котором объявлял себя сторонником католической веры и исповедником Шестого святого собора* 159.

Текст переведен по изданиям: Iohannis diaconi chronicon Venetum et Gradense. MGH, SS. Bd. VII. Hannover. 1846; Istoria Veneticorum Iohanni Diaconi. Fonti per la storia dell'Italia medievale: Storici italiani dal Cinquecento al Millecinquecento ad uso delle scuole, 2. Bologna. 1999

© сетевая версия - Strori. 2017
© перевод с лат., комментарии - Дьяконов И. 2017
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Monumenta Germaniae Historica. 1846