Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ДЕЯНИЯ ЕПИСКОПОВ НЕАПОЛИТАНСКИХ

GESTA EPISCOPORUM NEAPOLITANORUM

Вторая часть деяний, написанная Иоанном Дьяконом.

41. Епископ Павел. Он пребывал в должности четыре года, два месяца, 6 дней.

Он жил во времена папы Павла 1. Когда он исполнял обязанности дьякона Неаполитанской церкви, то часто ездил послом в город Рим. Там он благодаря небесной любви завязал дружбу с названным папой, украшенным ещё тиарой левита. Когда они, однажды вели между собой дружескую беседу, неаполитанец, словно заискивая, сказал левиту: «Да позволит мне Всемогущий увидеть тебя папой». А названный папа тут же ему ответил: «А мне – увидеть тебя епископом». Что же далее? Когда в короткое время умер господин папа Стефан, дьякон Павел был избран на предвещенную ему должность. А спустя малое время, когда к Господу отошёл досточтимый епископ Кальв, [другой Павел] занял неаполитанскую кафедру. Но из-за ужасного спора по поводу икон, который шёл между авторитетом апостольской тропы и отвратительнейшим безумием императора Константина Каваллина 2, прошло девять месяцев, в течение которых он не мог быть рукоположен, ибо неаполитанский народ тогда поддерживал власть греков. Желая, однако же, как друг, получить от названного папы хоть какую-то поддержку в таких обстоятельствах, он тайком отправился в Рим. Его тут же посвятили в епископы и направили в Неаполь, но его сограждане из-за союза с греками не захотели его принять. Тем не менее, проведя совещание, они отправили его в церковь святого мученика Христова Януария, освящённую неподалёку от города. Прожив в ней почти два года, он построил множество зданий. Среди них он построил триклиний, что расположен с правой стороны от входа. Всё духовенство и весь народ вполне повиновались ему канонически, как пастырю, и он владел и распоряжался всем церковным имуществом без помех с чьей-либо стороны. Он построил там и мраморную крестильную купель; на Пасху и в другие праздники все приходили туда и крестили в ней своих детей. Между тем, первые лица Неаполя, видя, что столь выдающийся город изнывает по такому славному епископу, единодушно и единогласно, радуясь и ликуя, ввели его в должность епископа этого города. Там, по прошествии двух лет, он почил в Господе, и конец его был такой. В воскресенье святой Пасхи 3 он, почти завершив торжественное богослужение, расцеловал всех клириков и, когда он ободрял весь народ, его дух устремился на небеса. Всё духовенство и все люди обоего пола и всякого возраста вместе с крещёнными в ту же ночь детьми проводили его погребальные дроги до базилики святого Януария и похоронили его тело в портике перед церковью святого Стефана; а именно, в 48-й год императора Константина Каваллина и в 15-й год 4 императора Льва, его сына, когда шёл одиннадцатый [индикт] …

42. Епископ Стефан пребывал в должности 33 года, 5 месяцев, 27 дней. В том году, когда скончался епископ Павел, в Неаполе в результате гнева Божьего свирепствовала такая напасть (медики называют её бубонной чумой), что за гибелью отца следовала смерть сыновей и редко можно было найти кого-то, кто остался в живых, чтобы их похоронить; поэтому же окончили жизнь почти все клирики этой епископии. Из-за этого все неаполитанцы, придя к названному главе, просили его в настойчивых просьбах, чтобы он стал заботливым пастырем святой церкви. Не отвергая их просьб, он, ещё мирянин и консул, отправился к римскому престолу. Ибо он с похвальным спокойствием 12 лет правил неаполитанским герцогством. Когда же господин Стефан, высший апостолик, увидел такое благоговение к нему со стороны народа, то постриг его и надлежащим образом посвятил в епископы 5. Затем тот был отпущен им с благословением и вернулся в свой город. Там он был почтительно принят и начал проявлять к духовным делам такое усердие, как если бы с детства был в них наставлен. А жена его умерла из-за преклонного возраста ещё когда он был консулом. Он направил в Рим трёх клириков, которые прошли прекрасное обучение в певческой школе и во всех тонкостях познакомились со священным римским обрядом, после чего вернулись восвояси. Одного из них – Льва по прозвищу Маврунта – он рукоположил в кардиналы-пресвитеры, а других клириков определил в монастырь святого Бенедикта к левиту Павлу. Один из них по имени Иоанн, впоследствии рукоположенный в дьяконы, славился как большой учёный. И что же? Если бы я захотел описать всё, что он совершил в этой святой епископии, то это вызвало бы досаду у читателей, а сами мы слегли бы [от усталости], как бездарности. Мы же, упомянув о драгоценных вещах и важнейших трудах, менее ценное оставим без внимания. Так, он сделал для украшения святой церкви золотой крест, искусно изготовленный в изумительном стиле, который называют спанокласт и антипентон 6. С тем же старанием он сделал и три золотые чаши с золотой патеной 7, которую украсил драгоценными камнями по кругу и в середине. Он также сделал две пары масцелл 8, вырезанных из золота, на которых по праздникам читают Евангелие. Он сделал праздничные покровы святого алтаря, которые постарался украсить золотом и драгоценными камнями, изобразив портрет и указав своё имя на них всех. Итак, он построил внутри епископии апсиду немалых размеров и две большой высоты башни, под которыми выстроил церковь святого Петра, украшенную изумительными произведениями 9. Перед входом в неё он изобразил шесть соборов святых отцов, выложив из кирпича необыкновенной величины открытую галерею 10. Он приобрёл много имуществ наряду с очень многими людьми для поддержания жизни клириков. Кроме того, он построил три монастыря в самом городе и освятил их во имя святых мучеников Феста и Панталеона и святого исповедника Гаудиоза. Пожертвовав им большие средства, он разместил в них святых дев, живущих по уставу и под руководством аббатисы. Он также прибавил к монастырю святого Гаудиоза базилику святой Фортунаты, в которую тело этой мученицы было доставлено из Патриенской церкви 11, где она ранее хотела быть погребённой, и похоронил там с большими почестями. По совершении этого таким образом церковь Спасителя, которая называется Стефанией по имени своего основателя, сгорела по Божьему суду в результате пожара (о чём я говорю со слезами). Ибо в обычае было ставить во славу Воскресения Господнего святую свечу огромных размеров и не гасить от начала благословения до завершения торжественного богослужения другого дня. И вот, в ночь на этот праздник, когда её по обыкновению оставили зажжённой, и все спали, огонь по скоплению паутины случайно добрался до потолка этой церкви и таким образом, в конце концов, перекинулся на всё здание. Тогда названный епископ был поражён великой скорбью и никак не мог утешиться. Но Всемогущий, который низводит в преисподнюю мук и возводит 12, который после слёз и плача вселяет радость 13, наконец, соизволил по своей невыразимой милости возвеселить опечаленное сердце такого славного отца. Тогда он, поддержанный надёжным содействием всего народа, восстановил эту церковь, описав это в стихах наподобие финикийских. Для её украшения он облёк киворий в серебро наподобие павлина и украсил амвоны тем же металлом. Он также с великими почестями поместил там тела святых мучеников Евтикета и Акутия, пожаловав множество земель и залогов.

43. Затем, в его времена Константин Каваллин, побуждаемый дьявольской гордыней, попытался прийти в Рим, чтобы властвовать там, но лишился жизни вместе с царством в результате жестокой смерти, крича и вопя, что он, живой, терпит адские муки.

В это же время господин папа Стефан Младший, поскольку Дезидерий, король лангобардов, был враждебен апостольскому престолу, отправился к Карлу, благочестивому императору франков, и был принят им с величайшим почётом, и сообщил его власти, сколько всего и что именно Дезидерий не перестаёт причинять римскому преимуществу 14. Тут же отправив своё посольство, Карл увещевал Дезидерия по этому поводу. Но тот высокомерно презрел это, упорствуя в начатом зле. Из-за этого он, несчастный, впоследствии потерял царство и окончил жизнь в изгнании.

44. При этом же епископе Арихиз 15, князь Беневентский, среди многого другого посредством ряда грамот пожертвовал церкви святого Януария место под названием Планурия 16 со всеми его имуществами и положил на алтарь этой церкви драгоценнейший покров.

45. Итак, в те дни Иоанн, чьё прозвище было Ниустетис 17, посвящённый в патриархи еретиками, своими приверженцами, из почтения к небесам возвратился к святой матери церкви. Там он со многими слезами и вздохами признался в том, что заблуждался, после чего ушёл из жизни.

В это же время при августе Константине 18, сыне Льва, и его матери Ирине, а именно, когда апостольский престол занимал папа Адриан 19, в Никее состоялся собор многих епископов 20. Когда названные императоры расположились там вместе с патриархом Тарасием 21, то в присутствии апокрисиариев римского престола соборным решением постановили набожно почитать святые иконы с прежними почестями, предав анафеме Анастасия 22 и Константина, ересиархов того нечестия. Жил он 23 во времена пап Стефана и Адриана. Когда исполнился семидесятый год его жизни, он мирно ушёл из этого мира. Он был погребён в монастыре святого Януария внутри апсиды церкви святого первомученика Стефана, когда шёл восьмой индикт 24.

46. Епископ Павел пребывал в должности 20 лет, четыре месяца, шесть дней. Итак, начав писать о том, как его возвели на должность епископа, мы умоляем пытливых читателей не воспринимать это с досадой и не обвинять нас в том, что мы якобы рассказываем небылицы; ибо куда полезнее излагать истину, чем уклоняться, прибегая в речи к разным недомолвкам. Так вот, когда умер господин епископ Стефан, Феофилакт, его зять, исполнял обязанности неаполитанского консула. Упорствуя в жадности, он никого из духовного звания не хотел возводить в священный сан, говоря: «Я не могу огорчать этим мою жену Евпраксию». Та же, как бы пользуясь случаем, произнесла: «Вы радуетесь смерти моего родителя. Но поверьте мне, никто из вас не взойдёт на должность епископа». Обращаясь к ним долгое время, все начали кричать: «Дайте нам кого вы хотите, ибо мы не можем быть без пастыря». Тогда она, воспылав бабским пылом, схватила этого Павла, простолюдина и мирянина, хотя и лишённого жены, и дала им. Но, поскольку никто не осмелился возразить, они его тут же постригли и избрали себе; через несколько дней он отправился к римскому престолу и был рукоположен в епископы господином Адрианом. Когда он вернулся, то облачил в серебро, которое оставил господин Стефан, его предшественник, и покрыл золотом святой алтарь церкви Стефании. Из оставшегося же он сделал пять подсвечников и два из них покрыл золотом. Перед входом в свою епископию он построил большой склад, а внутри него – одну комнату. Он также расписал башню, что стоит перед церковью святого Петра, и положил в алтаре этой церкви мощи, ибо господин Стефан не освятил его, застигнутый смертью. Итак, некая благочестивая дама Евпраксия построила в Альбийском регионе монастырь и, присоединив его к церкви Пресвятой Богородицы, была поставлена в нём аббатисой названным епископом.

47. Затем, в те же времена императрица Ирина лишила зрения августа Константина, своего сына 25; а малое время спустя сама была схвачена Никифором и окончила жизнь в монастыре 26. А этот Никифор 27, когда хотел подчинить себе землю болгар, овладел ею, изнурив многих людей грабежами и, наконец, заставив их бежать в очень тесные места. Но, поскольку отчаяние весьма опасно, болгары, внезапно напав, убили его самого вместе со многими другими.

48. В это же время нечестивые мужи, сговорившись против Льва III 28, главы римского престола, схватили его. Когда они хотели вырвать ему глаза, то посреди этой сумятицы, как то обычно бывает, ему немного повредили один глаз. Бежав, однако, к королю Карлу, он торжественно обещал ему короновать его императорской короной, если тот защитит его от его врагов. Карл же, услышав желанное обещание, тут же отправился с огромным войском и, взяв город, восстановил папу на его престоле. И тот сразу же короновал Карла 29 и совершил достойную месть над своими врагами.

49. В то же время Никифор 30, муж весьма сведущий в свободных науках, был возведён в патриархи Константинополя, вскоре после того, как еретик Лев 31, спафарий и эконом, составил заговор против августа Михаила 32, который поставил его во главе своих войск. Михаил, не в силах ему противостоять, был поражён страхом и просил дать ему одеяние святого образа жизни; получив его, он ушёл из жизни в монастыре 33.

50. Итак, в те же дни Анфим 34, неаполитанский консул, построил просторную церковь в честь святого Павла, которую украсил прекраснейшей живописью и пожертвовал ей множество средств и много рабов. По распоряжению римского папы Льва, в чьей власти она тогда была, он присоединил её к монастырю святого Андрея, который называется Новой Кельей. Этот консул вместе со своей женой построили также монастырь святого Кирика и Юлиты, в котором учредил двенадцать келий и велел жить там странникам и пилигримам, которых должны были кормить за счёт средств этой церкви. В этих двух базиликах названный епископ поместил святые мощи. Когда всё это произошло, консул Анфим умер и возникла борьба за неаполитанский консулат, ибо многие желали присвоить себе герцогское звание. Тогда неаполитанцы, желая подчиняться скорее иноземцу, чем таким соотечественникам, отправили послов на Сицилию и, привезя оттуда некоего Феоктиста, поставили его себе магистром милитум 35. По прошествии некоторого времени его, как то в обычае у греков, сменил протоспафарий Феодор 36.

51. Между тем беневентцы по наущению старинного врага убили своего князя Гримоальда 37, едва живого и чахнувшего в постели, и сделали герцогом Сико Фриульского 38, который в детстве пришёл туда вместе с матерью. Пока это происходило таким образом, вышеназванный Павел был поражён смертельным недугом, уплатил долг смерти 39 и был погребён в церкви святого мученика Януария в … индикт, в … году императора … Он жил во времена пап Адриана и Пасхалия 40.

52. Епископ Тиберий пребывал в должности 20 лет, один месяц и 11 дней 41. Он, когда был избран народом, исполнял должность дьякона. И хотя в то время было много достойных клириков, все единогласно решили избрать именно его. Но, поскольку добродетель всегда открыта для зависти, и чем выше становится кто-либо из низов, тем больше он терпит от ядовитых языков сплетников, некоторые, которые сами добивались этого звания, настолько опорочили его, сделав предметом насмешек, что это дошло даже до ушей папы. Поэтому и вышло, что римские послы, придя и проведя тщательное расследование, обнаружили, что всеми такого рода соперниками владеет зависть. Таким образом он тут же был посвящён папой Пасхалием в епископы и подобающим образом вернулся домой. Он также обложил квинтанами 42 из меди алтарь святой Стефании. Он сделал там также множество медных венцов. Затем, в те же дни Феодонанда, жена бывшего герцога Анфима, учредила в своём загородном доме монастырь святого Марцеллина и поставила в нём аббатисой свою внучку со служанками Божьими.

53. В это же время неаполитанцы, изгнав Феодора, преемника герцога Феофилакта 43, избрали консулом Стефана 44, племянника вышеназванного епископа Стефана. Из ненависти к нему Сико, князь Беневентский, причинил неаполитанскому граду много зла, то осаждая его, то совершая опустошения, и желал тем или иным образом подчинить его своей нечестивой власти. Когда же он так и не смог добиться исполнения своих планов, он, дав нечестивым гражданам этого города многие дары, послал их убить этого герцога. Что же далее? В летнее время, когда убирают хлеба, он отправил к герцогу, просившему о мире, своих послов, дав им поручение переговорить с коварными неаполитанцами. Те же, придя, притворно расположились в покоях этой епископии, чтобы ввиду гнева Божьего довести до конца злое намерение. Итак, на следующий день консул Стефан, желая заключить желанный мир, встретился с ними перед воротами церкви Стефании. Тогда приверженцы Сико, совершив нападение, убили своего консула на глазах у его послов. Но Господь, праведный судья, праведный воздаятель, который никому не позволяет уйти безнаказанным, дозволил одному из этих убийц по имени Бон захватить Неаполитанское герцогство. Как только он стал консулом, то одних из своих сообщников лишил зрения, а других навсегда отправил в ссылку.

54. В это же время Лев, император Константинопольский, в канун Рождества Господнего 45, схватил некоего Михаила, замыслившего его убить. Когда он ввиду этого праздника отложил его наказание, тот послал сказать своим сообщникам: «Завтра перед следственным трибуналом я назову всех вас, одного за другим». Тогда те, поражённые страхом, в близкий праздник святого первомученика Стефана 46 зарубили мечом этого Льва, возносившего похвалы во время заутрени. И, тут же выведя из темницы Михаила, короновали его императорской короной. Сиракузяне, восстав по наущению некоего Евфимия против этого Михаила, убили патриция Григору. Из-за этого названный август выслал против них огромное войско, и сиракузяне были вынуждены бежать ввиду его многочисленности. Тот же Евфимий, отправившись в Африку вместе с женой и детьми, навёл на этих греков Аркария 47, вождя сарацин, с огромным флотом. Греки, не в силах ему противостоять, устремились в укрепления этого города и, оказавшись в весьма стеснительном положении, уплатили ему в виде дани 50 000 солидов. С того дня они, бесчинствуя без всякого страха, опустошили всю Сицилию. В конце концов, захватив палермскую провинцию, они увели в плен всех её жителей 48. И только Лука, избранный [глава] этого города, и спафарий Симеон спаслись оттуда вместе с немногими. Затем, в те же времена некий Фома, очень похожий на императора Константина, сына Ирины, прельщённый пустой надеждой, заявил, что он – Константин, так что даже обманул исмаилитов, чтобы с разрешения их царя, собрав огромное войско, осадить город Константинополь. Но Господь, который обманывает обманщиков, воздал ему согласно его измышлению. Ибо в самом бою Он даровал победу колеблющимся грекам и предал в их руки этого обманщика 49. Схватив его, те, тут же нагнув вершины двух деревьев, привязали его к ним за ноги, а затем отпустили их, и те, вернувшись в прежнее положение, разорвали его пополам, и ему вместо царства досталось вечное пламя.

55. Между тем, названный епископ Тиберий безупречно провёл на епископском престоле 13 лет; о том же, как он провёл оставшиеся годы, мне боязно говорить. Но, поскольку мы знаем из писания, что праведный Господь, в чьей руке сердца всех живущих, бьёт всякого сына, которого принимает 50, то не откажемся изложить это. Итак, названный Бон, убийца герцога Стефана, в том же году, как начал исполнять должность неаполитанского консула, во усугубление своей погибели начал совершать против святой церкви многочисленные злодеяния. И епископ не усомнился противостоять ему, насколько то было в его силах, предпочтя навлечь на себя гнев скорее земного, чем небесного судьи, и непрерывно грозил ему Божьим судом. Но тот, слух сердца которого приглушил хвост древнего змея, по прежнему отвергал спасительные увещевания и, вдобавок, чтобы продлить меру грехов на свою погибель, ещё больше внимал многословию ликторов. Но что я чересчур медлю? В конце концов, он наложил на него руку и, схватив, заточил во мрак темницы, и держал его там на скудном хлебе и воде. Оставшиеся же его годы, то, как он жил и как умер, поскольку этого более удобно коснуться в последующем, мы сочли целесообразным тогда же и изложить. А жил он во времена Пасхалия 51, Евгения 52 и Валентина 53, дожив до папы Григория 54.

56. Епископ Иоанн пребывал в должности семь лет, 9 месяцев, 12 дней 55. Если бы я попытался описать его жизнь, нравы и то, как праведно и благочестиво он жил с самой юности, то это было бы нелегко не то что для моей юности, чей образ мыслей ограничен в силу возраста, но даже для людей более острого ума. И всё же мы постараемся, насколько хватит сил, ради распространения его славы среди потомков, рассказать кое-что о деяниях его жизни; но прежде умоляем никоим образом не смеяться над тем, что он происходит не из знатного рода, согласно светским понятиям, ибо он, который принадлежит к истинному благородству, что процветает во Христе, знал, что Господь изначально имел сотоварищами бедных и убогих. Итак, происходя от незнатных родителей, он провел детство в бедности. Когда же он повзрослел, то не стал гнаться за мирскими соблазнами, как то обычно бывает в этом возрасте, но предпочёл скорее отдаться в руки учителей, чтобы обучиться грамоте и знать, как служить одному Богу. Ибо он всеми силами искал не учителей свободных наук, но главным образом учителей божественного учения, ибо желал всего себя посвятить Богу. И Господь милосердно соизволил исполнить его желание. Ибо он прославился как известнейший учитель божественного учения. Но особенно хорошо он умел писать, так что получил прозвище по профессии, и его все называли Иоанн Писец. Его ноги редко касались улиц. И он всегда хранил в сердце голубиную простоту вместе со змеиной мудростью. За злословие он воздавал не злом, но послушанием. Благодаря этому он всем был приятен, всем дорог, и его по воле небес возвели в звание дьякона. А в сердце упорно держалось то же терпение, та же простота, и он горевал более за поношения других, чем себя. Особенно же его расстроил арест названного епископа Тиберия, так что он даже заболел. Когда же названный Бон, как мы сообщали выше, томил Тиберия в мрачной темнице и морил его ужасным голодом, то он трижды, а то и четырежды приказывал собраться всем клирикам, чтобы предложить им епископа 56. Но, в то время как некоторые пытались занять, или скорее захватить этот престол, он 57 один отсутствовал и выступал против. Наконец, подвергшись неоднократному поношению, он был приведён к консулу Бону. И тот начал высокомерно и зычным голосом угрожать ему. Спустя малое время он, охваченный яростью, поклялся, что не сделает епископом никого, кроме него. Но тот воскликнул: «Пока жив мой епископ, я не буду захватчиком престола». И герцог, страшно этим разгневанный, сказал, что умертвит этого Тиберия и конфискует рабов и владения всей епископии. Тогда Иоанн, стеснённый со всех сторон, стал обдумывать разные варианты, с одной стороны, боясь небесного суда за убийство епископа и разорение епархии, с другой стороны, опасаясь апостольского приговора и порицания людей. Но, предпочитая с точки зрения милосердия подвергнуться осуждению скорее людскому, чем божественному, он сказал консулу: «Если ты подтвердишь клятвой, что я получу право входить к епископу Тиберию, и что ты никоим образом не выведешь его из этой епископии и не нанесёшь ему какого-либо телесного повреждения, то я дам согласие, хотя бы и с опасностью для моей жизни». Тут же получив это обещание, он был избран епископом. А сколько человеколюбия он выказал потом епископу Тиберию, какое успокоение ему доставил, мы описать не в силах.

57. Между тем, по истечении одного года и шести месяцев консул Бон умер 58, и ему наследовал Лев, его сын. Спустя шесть месяцев этого Льва изгнал его тесть Андрей, и сам стал консулом 59. Тот же Андрей по просьбе избранного [Иоанна] извлёк епископа Тиберия из рва несчастья и мрака 60 и поместил его под стражей в покоях перед церковью святого мученика Януария. Против этого Андрея предпринял множество вторжений Сикард 61, князь Беневентский, сын Сико 62. Возмущённый этим, герцог Андрей, отправив посла, призвал сильнейшее сарацинское войско 63. Охваченный страхом перед ними, Сикард, заключив с ним как бы на время ненадёжный договор, вернул ему всех пленных. Но малое время спустя, когда эти сарацины ушли, он нарушил мир и усилил нападки на Неаполь. Тогда консул Андрей направил послов во Францию, умоляя господина Лотаря 64, чтобы Сикард угомонился хотя бы по его приказу и прекратил подобные злодеяния. По этой причине тот послал Контарда, своего приближённого, чтобы в случае, если Сикард откажется прекратить преследование неаполитанского народа, тот унял его безумную ярость. Когда этот Контард прибыл в Неаполь, то, услышав, что Сикард убит своими согражданами 65, хотел вернуться к своему сеньору. Но Андрей, магистр милитум, постарался удержать его из-за внезапно возникшей враждебности лангобардов, обещая дать ему в жёны свою дочь Евпраксию, которая была женой названного Льва, сына герцога Бона. Получив это торжественное обещание, Контард остался, презрев возвращаться. Но, когда этот Контард увидел, что такого рода брак, издеваясь, откладывают, то сговорился с врагами консула Андрея и, поразив его мечом в месте базилики святого Лаврентия, что зовётся «У источников», получил должность консула и взял в жёны названную Евпраксию 66. Неаполитанцы же, возмущённые постыднейшим убийством своего консула, через три дня все разом ворвались в епископию, где тот жил, и, вступив в ожесточённую битву, убили Контарда, его жену и людей. Затем, проведя совещание, они охотно поставили герцогом Сергия 67, сына Марина и Евпраксии, и послали в Кумы конных гонцов, которые должны были поторопить его стать дельным консулом. Ибо на рассвете того дня, когда был убит герцог Андрей, последний отправил его послом к Сиконольфу 68, князю Салернскому, осаждавшему тогда Беневент 69. Ведь в те самые дни княжество лангобардов разделилось 70. А когда он возвращался и находился в области Свессулы, то услышал об убийстве Контарда. Чтобы узнать правду об этом, он и отправился к Кумской крепости. Итак, вызвав его оттуда, они поставили его магистром милитум.

58. Когда всё это свершилось таким образом, и епископ Тиберий пребывал под стражей, приблизился его последний день. Перед тем, как умереть, он, восседая на епископской кафедре, обратился к народу по поводу избранного господина Иоанна с такой речью: «Вы знаете, дорогие братья, что я, подавленный тяжестью грехов, без милосердия предан людям по справедливому суду. Но Господь, который низводит в преисподнюю мук и возводит 71, который при искушении даёт и облегчение, так чтобы вы могли перенести 72, позволил этому моему сыну, господину Иоанну, взойти на наш престол, чтобы я имел утешение в величайшем мучении. Поэтому мы не хотим скрывать от вашей любви, что даже если бы я говорил всеми членами, то и тогда бы не смог выразить ему благодарность за то человеколюбие, какое он мне выказал. Всё же, поскольку он, побуждаемый скорее милостивым желанием меня утешить, нежели дерзостью, занял должность епископа при моей жизни, пусть ему не грозит осуждение ни со стороны римского престола, ни от других людей. Мы решили иметь вас свидетелями истинности этого признания, которое я добровольно сделал ради него, перед Богом и всеми властями». Сказав это, он поднялся с престола и велел отнести себя к ложу, где через два дня ушёл из этого мира, славя Господа и моля о прощении грехов. Господин Иоанн с почестями похоронил его тело в церкви святого Януария, в … индикт, в … год императора … 73

59. А консул Сергий, воодушевлённый признанием, которое сделал епископ Тиберий, направил своих послов в Рим и смиренно просил рукоположить избранного Иоанна. Но господин Григорий, римский папа, решил отложить исполнение такого рода просьбы, пока, отправив посольство, канонически не разузнает, не захватил ли тот епископский престол хитростью. Но, когда он получил клятвенное подтверждение клириков, мирян и самого герцога, что тот не по своей воле занял престол, что действовал он не против Тиберия, но за него, и, как признался сам Тиберий перед ними всеми, старался оказывать ему, пребывавшему в опасности, много добра, то сразу же призвал его и украсил епископской митрой. О том, сколько всего и что именно он сделал, став епископом, не сможет рассказать никакой плотский язык. Ведь он для всех сделался всем, чтобы всех приобрести 74. Старцев он почитал как отцов, юношей любил как братьев; он никогда никому не воздавал злом на зло, никого не упрекал иначе, как только за его грехи. Кого из скорбящих он не утешил? С кем из болящих не переболел? Он так повелевал всеми, что скорее сам казался подданным. Он, согласно апостолу, был тем епископом, что имел также доброе свидетельство от внешних 75: он во всех отношениях выглядел не иначе, как благочестивым, праведным, святым. Но к чему всё это? Неужто мы обладаем таким талантом, что можем излагать похвалы ему? Не лучше ли нам признаться, что мы лишь бегло можем рассказать о нём? И что же? Приступим к иному, а эти вещи, поскольку они слишком высоки, оставим. Итак, он изготовил один позлащённый флакон для приготовления святого миро и на краях его написал своё имя. Он также приобрёл две курильницы для фимиама, искусно сделанные из золота, и с тем же прилежанием изготовил золотой крест. Он собственноручно написал много полезных книг. Он также поднял тела своих предшественников из могил, в которых они лежали, и, по отдельности похоронив их в церкви Стефании, каждому приготовил сводчатую гробницу и изобразил сверху их портреты.

60. В это же время, когда умер Феофил 76 и воцарился его сын Михаил 77, суда множества сарацин, желавших пройтись с разбоями по Италии, прибыли в Понтию 78. Тогда консуляр Сергий вместе с амальфитянами, гаэтанцами и соррентцами, полагаясь не на многочисленность людей, но на милосердие Господа и на молитвы его епископа, отправился на войну с ними. Разбив их, он при покровительстве Господнем быстро одержал верх 79. Затем он одержал победу над теми исмаилитами, которые укрывались на Ликозе 80. По этой причине огромное палермское войско пришло и захватило крепость Мизен 81. Затем африканцы, желая мышцею крепкою 82 опустошить весь этот край, внезапно напали на Рим 83 и, поскольку обрушился суд с небес, разграбили церкви апостолов и всё, что нашли снаружи, предав достойному слёз уничтожению и ужасающему плену. Разгневанный этим, Лотарь, король франков, отправил против них неустрашимое войско; и те, спеша, преследовали их до самой Гаэты. Но там сарацины, прибегнув к обычной хитрости, спрятали в теснинах и на отвесном холме нескольких наиболее смелых мужей. Франки же, не зная об их хитрости, попытались мужественно ринуться на них сверху. Но те, выскочив из засады, в результате гнева Божьего сперва поразили их знаменосца; когда он был убит, прочие обратили тыл и были наголову разбиты; и если бы Цезарий, сына герцога Сергия, который пришёл с кораблями неаполитанцев и амальфитян, не начал с сарацинами битву на побережье, то они бы не отказались от преследования. Итак, радуясь такой победе, язычники угрожали взять город Гаэту. Но Цезарий, сын названного Сергия, заметив это, завернув со своими и амальфитанскими судами в гавань этого города скорее как страж, чем как воин, оказал им сопротивление при покровительстве Господа. Между тем, всемогущество Спасителя, которое смиряет возвеличивающих сами себя и похваляющихся своими силами, подняло сильнейшую бурю, грозившую кораблекрушением судам такой гордыни. Устрашённые ею, они просили у Цезария дать им перемирие, чтобы они вытащили корабли на сушу и вернулись восвояси, когда настанет ясная погода. Когда об этом тут же сообщили герцогу Сергию, он приказал сделать это под присягой, боясь, как бы они в случае, если корабли будут разбиты, не захватили ту землю. Когда это было сделано и погода прояснилась, они пустились в путь; но, когда они бороздили морские просторы, Господь поднял южный ветер, которым они были рассеяны и утонули, и лишь немногие из них вернулись в свои земли.

61. В этом же году, вняв мольбам этого Сергия и лангобардских князей, император Лотарь направил своего сына Людовика 84, юношу славных дарований, ввиду полчищ сарацин, оставшихся в Апулии под властью царя и опустошавших все земли. Придя, он, сопутствуемый небесной помощью, одержал победу над этими исмаилитами 85. Мудро организовав раздел [страны] между беневентским и салернским князьями 86, он вернулся победителем.

62. Пока происходило всё, что мы кратко изложили выше, господин епископ Иоанн, муж всяческой святости, почувствовал, что настал день его разрешения, дабы он мог принять благодать своей славы. Ведь он радовался, что, разрешившись на протяжении краткого времени, он положит конец своей борьбе, и ему будет гораздо лучше навечно быть со Христом. Он семь дней был скован недугом и, упорно предаваясь молитве, возносил хвалу Господу. По прошествии этих дней он почил в мире. Весь народ плакал, лишившись такого пастыря, но хор ангелов ликовал тому, что принял на небесах своего согражданина. Люди обоего пола и всякого возраста проводили его блистательные погребальные носилки до базилики святого Януария и должным образом похоронили его в 10-й индикт, в … год императора 87.

63. Епископ Афанасий пребывал в должности 22 года, 6 месяцев, 24 дня 88. Благодаря своему отцу, герцогу Сергию, он с самого времени своего детства и до получения сана дьякона оставался под властью опекунов и попечителей, чтобы, не зная мирских занятий, изучить все католические установления. О том, как и насколько ярко он заблистал, если умолкнут люди, возопят камни 89. В двадцатилетнем возрасте он был возведён в сан левита, но почитался уже почти как епископ. Ибо Господь, который предвидел в нём такого славного пастыря для своей церкви, некоторым образом внушил в человеческие сердца знак своей милости относительно него, показав им будущего епископа. Он, говорю я, был медоточив и услаждал всех таким нектаром, что господин епископ Иоанн любил его отцовской любовью настолько, что рта не раскрывал о нём без слов «мой сын», а весь народ – без заявления «мой господин». Его дивным образом наперебой все хвалили и, что Всемогущий предназначил прежде веков 90, он уже тогда обещал быть целомудренным и святым. Итак, когда господин Иоанн устремился к небесной отчизне, весь народ тут же возгласил его избрание. Сразу же введённый в должность, он через несколько дней отправился в Рим. Там он был почтительно принят, с ещё большим почтением рукоположен и с великой славой вернулся в Неаполь. Итак, взойдя на престол, он начал щедро распространять изобилие учения, которое впитал в детстве. Он учредил школы чтецов и певчих; некоторых определил для изучения грамматики; иных собрал для исполнения обязанностей писцов; таким образом предусмотрительный пастырь укрепил загоны своей паствы, чтобы, ни в ком не нуждаясь, представить Господу своё созерцание и воистину услышать: «Процветает во дни твои святая церковь, искупленная кровью Христовой». Кроме того, он возобновил церковь святого Януария, расположенную в самом покое 91, и изобразил в ней портреты знаменитых наставников, установив там мраморный алтарь с серебряными региолами 92. Он возложил на него сверху покров, на котором изобразил мученичество святого Януария и его товарищей, искусно вышитое иглой. В церкви Стефании он в том же стиле сделал тринадцать панно, изобразив на них евангельскую историю, и приказал повесить их для украшения на головах колонн. На алтарь этой церкви он пожертвовал четыре покрова того же стиля, украсив их множеством золота и драгоценных камней. Он позаботился сделать множество панно, которые предпочёл пожертвовать для украшения церквей. В той же церкви он сделал немало сосудов из серебра. Ибо он отвесил сорок восемь ливров серебра для изготовления больших и малых венцов и других священных сосудов. Из того же металла он сделал большую патену, вырезав на ней лик Спасителя и ангелов и покрыв изнутри золотом. Он также приготовил две серебряные чаши, весившие двадцать ливров, на одной из которых было начертано имя Сергия. Сделал он и комитиклы 93, которыми по праздникам пользуются певчие. В самой епископии он пожертвовал для ежедневных таинств почти сто ливров серебра в ложках и чашках. Он также распорядился, чтобы в церкви Спасителя каждый день служили обычную мессу с диптихами, пожертвовав ей земли, за счёт которых община должна была жить. Затем, в атрии названной церкви он устроил странноприимный дом, пожертвовав много земель, чтобы там могли останавливаться нищие и странники. В церкви святого Януария, расположенной снаружи, он учредил общину монахов под властью аббатов, дав им один сад, расположенный на неаполитанской равнине. И вот, он позаботился поддержать многие церкви, священники которых страдали от бедности, за счёт щедро пожертвованных им даров и вещей собственного приготовления. Но если бы мы захотели перечислить всё это, то нам пришлось бы долго описывать частности и мы причинили бы читателям немалую досаду. В это же время Мизенская церковь в наказание за грехи была опустошена язычниками. Почти всю её недвижимость по просьбе епископа герцог Сергий, его родитель, пожаловал неаполитанской епископии. На алтарь церкви Стефании он возложил покров, украшенный золотом, драгоценными камнями и бахромой, который содержал имена его самого и его жены Друзы. Он также передал в библиотеку этой епископии три кодекса Иосифа Флавия.

64. Затем, когда консул Сергий умер и герцогством правил его сын Григорий 94, наглость сарацин так возобладала в тех землях, что ежедневно происходило разорение многих городов и замков. Поэтому император Людовик, побуждаемый мольбами лангобардов, отправил для их освобождения сильное войско 95, заявляя, что ему придётся дать отчёт, если он не освободит от ига язычников угнетённых, ради которых Христос спустился из недра Отчего и подверг себя телесной смерти. Перед ним распахнули ворота все города. И только в город Неаполь он не вступил, так как господин Афанасием приобрёл у него такое доверие, что не терпел от его власти ни малейшего огорчения. Итак, находясь в Беневенте, он получил от небес такую победу, что, истребив агарян голодом и мечом и взяв в плен их царя Сеодана 96, отнял у них города, которые те захватили, и возвратил их в прежнюю власть 97.

65. Между тем, герцог Григорий, проведя совещание со своими родными братьями, в особенности, с господином епископом Афанасием, назначил консулом Сергия 98, своего сына, а малое время спустя, после продолжительной болезни испустил дух. Когда он умер, консул Сергий по наущению дурных людей арестовал всех братьев своего отца, и даже названного епископа. Когда он поместил их под стражу, каждого по отдельности, все монахи, слуги Божьи, священники и духовенство, собравшись, в течение семи дней кричали, проливая слезы: «Консул Сергий, верни нам епископа; отпусти святого, отца сирот, защитника вдов, светоч всего края, утешителя скорбящих; освободи человека, благодаря которому вся отчизна пребывала в мире; ибо в противном случае мы уйдём в добровольное странствие, чтобы в наше отсутствие на тебя обрушился гнев за такое злодеяние». Тот не знал, что ему делать и куда обратиться; наконец, стеснённый [со всех сторон], он отпустил к ним упомянутого епископа, но связал его такой клятвой, что он никогда не уйдёт без его согласия, разве только для исполнения церковного обряда. И вот, по прошествии десяти дней он просил об отпуске, якобы для того, чтобы устроить пир для монахов острова Спасителя. Получив его, он, ничуть не медля, поднялся на этот остров со всеми клириками; ибо он в известной мере желал вывести своих братьев из темницы, где их содержали. Но Сергий, не желая отступать от такого упрямства в образе мыслей, сказал: «Я не только не позволю освободить их, но попытаюсь вдобавок вывести с этого острова самого епископа». По этой причине господин епископ Афанасий, отправив к господину императору Людовику своего посла, рассказал ему, сколько всего и что именно он претерпел от своего племянника. Тогда тот послал из города Беневента предписание Марину 99, сеньору амальфитян, чтобы он в целости вывел его с названного острова со всеми его людьми, куда тот захочет. Марин же, спеша исполнить повеление, в целости привёл его вместе со всеми людьми в Сорренто. Итак, когда он там находился, беневентцы и салернцы, ревнуя к такой доброте названного императора, восстали против него по совету герцога Сергия. Когда его схватили и заточили вместе с его женой 100, многие франки, потеряв пастыря, со скорбным воплем вернулись в свои земли. Но впоследствии беневентцы, когда Салерно уже был осаждён нагрянувшими сарацинами, отпустили императора, связав его клятвой в том, что он никоим образом не воздаст им должное за такое бесчеловечное отношение, которое они ему причинили. Епископ Афанасий, стремясь выйти ему навстречу, тут же ушёл из Сорренто, отправился в Рим и был там задержан на короткое время папой Адрианом 101. Затем, выйдя оттуда, он встретился с названным императором в Равенне и таким образом вернулся с ним в тот самый город; он многими просьбами добился от него, чтобы тот, забыв о своих обидах, помог салернцам, осаждённым исмаилитами, предвещая ему суд Господень, на котором каждый будет принят согласно измышлению своих рук 102. Побуждаемый этим, благочестивый август направил вооружённое войско, чтобы под защитой Господа начать войну против них. Спешно придя, войска разгромили сарацин в ожесточённой резне и, когда небеса даровали победу, вернулись как победители. Цезарий же, родной брат названного епископа, окончил жизнь под стражей. А Афанасий, который шёл вместе с ними, заболел лихорадкой и на пятнадцатый день при всеобщем плаче отошёл к Господу 103. Его тело отнесли в монастырь святого Бенедикта, расположенный в Монтекассино, и похоронили в основанной там же церкви святого Петра, в пятый индикт, в … год императора … А жил он во времена пап Льва 104 и Бенедикта 105, Николая 106 и Адриана 107.

До сих пор – Иоанн Дьякон. То, что следует далее, написал Пётр, иподьякон Неаполитанского престола.

66. Епископ Афанасий Младший, а именно, племянник названного епископа Афанасия, сын консула и герцога Григория, пребывал в должности 22 года, 5 месяцев, 2 дня 108. Он в особенности был мужем высочайших дарований и дивной премудрости. Он был посвящён в церкви блаженного мученика Назария, расположенной в месте, что зовётся Канция, в капуанской области, папой Иоанном VIII 109, который в то время пришёл туда, чтобы побудить Сергия, консула и герцога, родного брата названного епископа, разорвать союз с агарянами, которые жили тогда в Неаполе и дотла разорили римскую провинцию 110. В его времена в землях Кампании и, особенно, в неаполитанской земле, появились такие полчища саранчи, что были, казалось, уничтожены не только хлеба, но и листья деревьев и овощи в садах. Все жители были поражены из-за этой напасти сильным страхом, ибо думали, что погибнут от мук голода, и пришли к названному епископу Афанасию, чтобы он оказал им особое содействие и помолился по этому поводу Господу. Быстро и смиренно вняв их просьбам, он принял вместе с ними спасительное решение, чтобы умилостивить Господа постами и милостыней; и они за один день построили базилику в честь блаженного мученика Юлиана и совместно отслужили там торжественную мессу по поводу такой напасти, чтобы [Господь] услышал их по поводу такого несчастья …

Текст переведен по изданию: Gesta episcoporum neapolitanorum. MGH, Scriptores rerum langobardicarum et italicarum saec. VI-IX. Hannover. 1878

© сетевая версия - Strori. 2014
© перевод с лат., комментарии - Дьяконов И. В. 2014
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Monumenta Germaniae Historica. 1878