Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

АННАЛЫ ВИНЦЕНТИЯ И ГЕРЛАХА

издал Вильгельм Ваттенбах,
Вроцлавский королевский архивариус.

Винцентий, по-видимому, уроженец Чехии 1, в 1158 г., сопровождая Даниила, епископа Пражского, в качестве его капеллана, принимал участие в осаде Милана и лично писал текст мирной грамоты, дарованной императором миланцам 8 сентября. Он остался с епископом в Италии 2, а затем в 1160 г., когда тот исполнял обязанности императорского посла в Венгрии, сопровождал его и, наконец, после многих невзгод, как он сам заявляет, вернулся домой. В 1166 г. он вновь отправился вместе с епископом в Италию и, когда тот исполнял обязанности императорского судьи вместе с Германом, епископом Ферденским, Винцентий объездил вместе с ним большую часть Италии 3. Однако, 9 августа 1167 г. епископ Даниил умер в результате эпидемии; после этого Винцентий, вернувшись домой, взялся за описание событий, в которых принимал участие, и, став уже каноником и нотарием Пражской церкви, начал книгу с намерением преподнести её королю Владиславу. [Кроме посвятительного послания королю] он прибавил ещё одно послание – королеве Юдифи, умоляя её преподнести его сочинение королю и, удостоив его милостивого взора, изволить после стольких трудов и мучений оказать автору этого труда некоторое утешение.

В какое время он его написал – не ясно. Ибо хотя он и упоминает в этом послании о том, что пражский мост был завершён по приказу королевы за три года, но вот когда это было сделано – неизвестно 4; по-видимому, это произошло в 1173 г. Если же мы предположим, что в этом году были написаны посвятительные письма, а книга ещё не была завершена, то тогда понятна причина, по которой автор, если он был ещё жив, отказался от намерения писать дальше. Ведь в этом году Владислав, отрёкшись от престола, удалился в Страговский монастырь, а затем из-за возникших смут укрылся в Тюрингии. Собеславу же, новому князю, преподносить книгу, написанную о блестящих подвигах Владислава, не имело смысла. Ибо Винцентий собирался описать именно эти деяния, именно их главным образом он и прославил своей книгой, наряду с деяниями епископа Даниила, которые были ему прекрасно известны. Итак, начав со вступления на престол Владислава II в 1140 г., он хоть и весьма пространно, но не слишком точно изложил деяния ближайших после этого лет, опираясь, как кажется, на одну только память 5. Затем он более подробно и обстоятельно записал события, которые видел сам, находясь в Италии в 1158 – 1160 гг., прибавив к ним чешские события 1161 – 1165 гг. и итальянские 1161, 1162 и 1166, 1167 гг., при изложении которых нить повествования внезапно обрывается. В этом месте Герлах сделал приписку: «До сих пор Винцентий, каноник Пражской церкви, довёл свою историю, а именно, с 1140 г. до 1167 г.». Так что большего не находил уже Герлах, который приказал записать оставшиеся фрагменты Винцентия, начертанные, как кажется, на отдельных досках. Ибо в конце 1159 г. написано: «Отсутствует, ищи», и оставлено пустое пространство; и вновь точно так же между 1162 и 1164 гг. и в конце 1164 г. Поскольку уже Герлах напрасно это искал, возникает вопрос: было ли вообще ещё что-то написано? Мало того, даты часто неверно расставлены и во всяком случае отчасти только тогда и были добавлены, как хотелось бы полагать вместе с Палацким. Впоследствии из анналов Винцентия черпали «Пражский продолжатель Козьмы», Неплах, аббат Опатовицкий, и Пулкава; все они упоминают о Винцентии, но никто из них, кажется, не имел более полных его анналов; мало того, они пользовались или тем самым экземпляром, который продолжил Герлах, или фрагментами, сохранившимися в Пражской церкви 6.

Но, хотя Винцентий и не слишком точен в отдельных местах, особенно, в начале сочинения, он всё же искусно и славно описал те события, которые видел и хорошо знал, весьма изысканным стилем 7, как знаток классических авторов.

Тем, кто удосужился собрать и переписать бумаги Винцентия, прибавив к ним продолжение, был Герлах, аббат Милевский, или, по-чешски, Ярлох, как он сам написал под 1186 г., сократив своё имя: «Я, Iar., который написал это после Винцентия, был рукоположен в священники в возрасте 21 года». Он происходил из знатного рода и, возможно, был родственником графа Георгия из Милевска, как небезосновательно заключили учёные мужи на основании его анналов. Под 1174 г. он называет своим дядей господина Герхарда. Итак, он родился в 1165 г., а 1 ноября 1174 г. был отдан на обучение, как он сам говорит, в келью возле Вюрцбурга, по милости Готшалка, аббата Желивского, то есть аббата монастыря ордена премонстрантов в Желиве, расположенного в Чаславском округе на реке Желивце. Затем этот аббат, возвращаясь из капитула своего ордена, увёл Герлаха с собой в Чехию ради его дяди Герхарда, по-видимому, в 1177 г., ибо Герлах сообщает под 1184 г., что он почти семь лет до самой смерти Готшалка, то есть до 18 февраля 1184 г., оставался при нём отроком, то есть клириком низшего чина; чуть ранее он говорит, что был его капелланом. А когда аббат умер, то 25 февраля того же года Генрих, епископ Пражский, рукоположил его в дьяконы, и он, пока этот епископ был жив, был известен ему и дорог, как он сам заявляет. Вскоре, 7 июня 1186 г. он в возрасте 21 года был рукоположен в пресвитеры, а в 1187 году – поставлен аббатом монастыря в Милевске или Мюльхаузене в Таборском округе, недавно основанном графом Георгием. Под 1187 г. он говорит, что испытал там много невзгод в те особенно бурные времена и почти не имел успеха. Под 1190 г. он упоминает о том, что монастырь сгорел. В 1193 г. он был очевидцем предательства чехов, которые обманывали князя Пржемысла пустыми обещаниями; в 1197 г. он вместе с графом Георгием отвёл в Прагу кардинала Петра. Затем мы встречаем его имя только лишь в текстах грамот вплоть до 2 июля 1221 г., когда он выступал свидетелем короля Оттокара на горе Скак. В 1234 г. аббатом Милевска упомянут уже Иоанн 8.

Обретя дружбу епископа Генриха, Герлах после 1184 г., по-видимому, нашёл бумаги Винцентия и позаботился их переписать; с того времени он и сам принял решение писать историю. Когда именно это произошло, не ясно. Под первым годом он сразу же упомянул о Дипольде, умершем в 1190 г., но эти слова были добавлены чуть позже, из чего можно заключить, что сам рассказ был написан до 1190 г. Так же и то, что он говорит в конце того же 1167 года о сыновьях короля Владислава, может казаться написанным в правление Конрада Отто (1189 – 1191 гг.). Но это сомнительно; точнее было бы сказать, что это написано после смерти князя Фридриха (25 марта 1189 г.). События 1176 г. он написал после 1195 г., ибо называет Генриха, герцога Австрии, дедом того, который правит ныне, то есть или Фридриха I (1195 – 1198 гг.). или Леопольда VI (1198 – 1230 гг.). Далее, его слова под 1182 г. о том, что он часто видел выборы епископов Оломоуцких 9, он вряд ли мог написать ранее 1201 г., когда после Энгельберта (1194 г.) и Иоанна V Бавора (1199 г.) был избран Роберт. Под 1182 г., говоря о епископе Генрихе, он делает отсылку к 1197 г., когда скажет о нём больше. Под 1184 г. он говорит как об умершем о Киприане, епископе Вроцлава, который скончался в 1207 г. О смерти короля Филиппе (ум. в 1208 г.) он упомянул под 1198 г., о смерти епископа Даниила (ум. в 1214 г.) – под 1197 г. Но согласие между братьями Пржемыслом и Владиславом всё ещё сохранялось, когда он писал: то есть ещё жив был Владислав, который умер в 1222 г.

Итак, ясно, что наш автор написал книгу о событиях, которые произошло задолго до этого, в зрелом возрасте, примерно в 50 лет. Но, опираясь на одну лишь память, он не смог бы описать события столь точно; более того, только тогда он и собрал грамоты и бумаги, известные ему ранее, и соединил их в единое целое. Это подтверждается словами, приведёнными под 1170 г.; ведь то, что он написал некогда о расколе, он впоследствии напрасно искал, желая вставить в этом месте, хотя он и под 1182 г. ссылается на этот утраченный ныне рассказ.

Концовка сочинения уже давно отсутствует из-за утраты последней тетради кодекса 10, и нить повествования обрывается на середине 1198 г. Малая часть последующей части до 1208 г. сохранилась, как кажется, в хронике Пулкавы.

Итак, Герлах описал события 1167 – 1198 гг., отчасти по своей памяти, как сам говорит под 1173 г., отчасти по рассказу тех, кто старше его. Из последних он упоминает главным образом аббата Готшалка, умершего в 1184 г., и он увековечил многое как узнанное от него, так и сделанное им; под 1179 г. он пишет, что ему помнится об огромном налоге, впервые введённом князем Фридрихом 11. С 1184 г. он, обретя дружбу епископа Генриха, получил возможность видеть и слышать гораздо большее и притом более важное. Став в 1187 г. аббатом, он вращался уже в кругу вельмож королевства. Мы уже говорили, что под 1193 и 1197 гг. он сообщает то, что видел сам; ясно, что в 1193 г. он видел послания папы, но, когда писал, не имел их под рукой. В целом же он писал обстоятельно и точно и, хотя являлся поборником церковной свободы и был весьма предан епископу Генриху, но никогда не позволял себе увлекаться партийными пристрастиями и честно стремился к истине. Он, однако, не слишком заботился о правильной форме и соразмерности всего сочинения, что-то излагая подробно, а что-то – чересчур сжато. Так, под 1184 г. он распространился об аббате Готшалке больше, чем следовало, и под 1190 г. целиком вставил в своё сочинение книгу Ансберта о походе императора Фридриха, а о чешских событиях написал на полях лишь очень немногое. Но и за это всё мы ему весьма признательны.

Из его анналов черпали: «Пражский продолжатель Козьмы» – в начале своего продолжения и до 1182 г.; затем Неплах – в немногих местах, и, наконец, Пулкава, то есть те же, которые списывали и Винцентия 12.

1. Сохранившийся кодекс Винцентия и Герлах – это хоть и оригинал, но повреждённый; некогда он находился в Милевске, но затем хранился среди книг Пражской митрополичьей церкви, как кодекс G. XXVII. В ХVII в. он был развёрнут там викарным пражским епископом Фомой Ио. из Чехорода, а в следующем веке – в 1737 г. – приведён Бергхауэром, вышеградским деканом, в первой части «Protomartyr poenitentiae». Чуть позже стараниями Бонавентуры Питтера, райградского аббата, который готовил собрание «Памятников чешской истории», с него была снята копия; вторая копия была сделана усилиями Антония Вокауна, епископа Каллиникского. Но в 1764 г. граф фон Вальдштейн, епископ Литомержице, которому была предоставлена копия Вокауна, напрасно искал сам кодекс; ибо тот уже перешёл в руки Кнейслия, который в 1754 г. издал хронику Франциска Пражского; после его смерти кодекс был куплен евреями и продан одному хирургу в окрестностях Постолопрти, который начал использовать пергамент кодекса для разных нужд. Волей судьбы он был случайно обнаружен там в 1824 г. Иосифом Дитрихом, тогдашним постолопртским капелланом, который написал об этом деле Добровскому. Тот выкупил кодекс и какое-то время хранил его у себя, но, в конце концов, передал страговской библиотеке, где его просматривал в 1843 г. Пертц (Arch. IX, 464); по его распоряжению я сверил его в 1848 г. с изданиями.

Итак, этот кодекс, который тщательно списал Добровский, представляет собой пергамен ин-фолио; после «Церковной истории англов» Беды, которая соединена с остальной частью книги одной завязкой, он содержит анналы Винцентия и Герлаха; на первом листе руками ХIV и ХV вв. сделана надпись: «Книга из Милевска, Милевск, Книга Милевская». Листы, которые дошли до нашего времени, пронумерованы более поздней рукой, все страницы – более ранней, начиная с л. 77ʹ, где начинается Винцентий; при этом страница первого листа оставлена незаполненной. Рука одного и того же писца прослеживается до 1175 г., с. XXXII; очень многое исправлено рукой № 2, если не ошибаюсь, самого Герлаха, который исправил и книгу Ансберта, добавив заметки на полях, а в некоторых местах записал, по-видимому, и сам текст.

То, что кодекс плохо сохранился, мы уже видели; ибо отсутствуют 19 с половиной листов, вырезанных ножом того хирурга, о чём можно будет найти указания в соответствующих местах.

2. Вокаунская копия, которая впоследствии попала в руки епископа Литомержицкого, графа фон Вальдштейна, ярого сторонника Добнера. Добнер опубликовал её, тщательно выверив и исправив; ибо она изобилует многими ошибками. Она лучше копии Питтера, но неполна, так как в ней отсутствует вся книга Ансберта, которую автор копии, интересовавшийся только чешскими событиями, опустил 13.

3. Копия Питтера, которая хранится в Райградском монастыре, где она была весьма любезно принята в 1848 г. аббатом Виктором Шлоссаром, который некогда, исполняя должность архивариуса, сделал для Добровского копию листов из книги Ансберта, уже тогда вырезанных, и всё, что во всём кодексе ныне отсутствует, я сверил с изданиями Добнера и Добровского. Но копия эта, хотя и тщательно записана, изобилует ошибками, возникшими из-за неправильно понятого сочетания букв.

После Пессины, который включил небольшую часть Герлаха в свой «Фосфор» (л. 558) под мнимым именем Ярослава, пражского каноника, а затем премонстрантского монаха, эта анналы первым издал в 1764 г. Геласий Добнер в Т. I «Monumenta historica Bohemiae nusquam ante hoc edita» 14; при этом он пользовался копией Вокауна, в которой отсутствовала книга Ансберта. Этот учёный муж, хотя и верно полагал, что всё продолжение Винцентия написано одним Герлахом, но, испытывая всё же некоторые сомнения, первую часть издал под названием «Желивского летописца», а Герлаху приписал только последнюю часть, начиная с 1193 г. По обнаружении же кодекса 1. Добровский на основании убедительных доводов доказал в своём предисловии к изданию Ансберта (Прага, 1827), к которому он прибавил оставшуюся часть Герлаха, что сказанное Добнером в его предисловии об авторе сочинения, полностью соответствует истине. Наконец, в 1830 г. Палацкий, рассуждая о книге Герлаха, опубликовал разночтения из код. 1.

Целью нашего издания было весьма точно воспроизвести кодекс-оригинал, а там, где он обрывается, попытаться восстановить текст путём сравнения кодексов 2. и 3. и привлечения также «Пражского продолжателя Козьмы» и хроники Пулкавы, в которую включено многое из обоих анналов, хотя и в сокращении; явные ошибки мы отметили ради примера лишь в очень немногих местах. История Ансберта, чуждая анналам Герлаха, будет опубликована в другом месте, тогда как добавления Герлаха соединены с остальным его сочинением.

Вроцлав, 24 октября 1857 г.

В. Ваттенбах.


Комментарии

1. Палацкий подозревает это на основании слов под 1161 г.: «воздавая благодарность Богу и нашим мученикам, которые увели нас … на нашу родину». Сюда же можно добавить и чешскую поговорку под 1158 г. о тягостном и страшном пиршестве.

2. Так, в апреле 1159 г. он был отправлен в Болонью для покупки книг.

3. Города, которые он видел, он перечисляет под 1158 г., а под 1161 г. упоминает о том, что на службе у епископа он изъездил всю Италию до самой Апулии.

4. Хрон. ap. Dobn. (III, 48) приводит 1177 год, когда король был уже мёртв (он умер 18 января 1175 г.). Да и слова эти расположены между 1170 и 1175 гг.; далее, поскольку Владислав отрёкся от престола в 1173 г., то вместо LXXVII следует, по-видимому, читать LXXIII.

5. Так, рассказ о первом походе императора Фридриха I в Рим он размещает под 1156 г., когда сам находился в Италии и когда ему об этом рассказали.

6. Можно вместе с Палацким решить, что «Пражский продолжатель Козьмы» пользовался самими бумаги Винцентия, так как в отдельных местах он иногда отступает от нашего текста, приводя тут и там лучшие варианты, и, подробно описав многое, внезапно останавливается. Под 1158 г. и в начале 1159 г. он особенно сильно расходится с нашим кодексом. Но против этого говорит то, что он выписал также продолжение Герлаха.

7. В венском кодексе Козьмы № 508 на полях написано: «затем Хроника святого Прокопия имеет другой весьма славный стиль, но ещё лучший стиль – у Винцентия, пражского каноника и нотария короля Владислава». Palacký, Würdigung, p. 77.

8. Erben Reg. Boh, I, 231. 239. 265. 285. 300. 399. Хагеций, автор не слишком достоверный, сообщает, что Герлах умер в 1228 г.

9. Т.е. после того, как он стал аббатом; ибо ранее доступ в капитул Пражской церкви был для него закрыт.

10. В конце второй копии, которая начинается с 1193 г., было, по сведению Добнера, записано: «Прочее отсутствует, и не достаёт четырёх пергаментных листов, то есть одной тетради, которая сгорела в цискианском пожаре, когда монастырь был разорён (1420 г.). На чехле кодекса видны разные порезы и следы повреждений от погрома и опустошения». Но ещё существующая часть кодекса неплохо сохранилась, и я думаю, что если не опираться на одни догадки, то не следует придавать этой заметке большого значения.

11. После изгнания Собеслава, о котором ему не было известно под 1174 г., как видно из его слов; ср. под 1176 г. о том же: «так как я не помню». Об инвеституре епископов он говорит под 1182 г.: «не вполне помню».

12. Добнер добавил перевезённый на родину фрагмент об основании Куницкого монастыря и о деяниях графа Вильгельма, который приводит Папроций в Speculo Moravico.

13. Другая копия последней части, начиная с 1193 г., которой пользовался Добнер, после обнаружения кодекса 1. не представляет ныне никакой ценности.

14. Т.е. «Памятники чешской истории, никогда ранее не изданные».

Текст переведен по изданию: Vincentii et Gerlachi annales, annales. MGH, SS. Bd. XVII. Hannover. 1861

© сетевая версия - Thietmar. 2020
© перевод с лат., комментарии - Дьяконов И. В. 2020
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Monumenta Germaniae Historica. 1861