Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

НОВАЛЕЗСКАЯ ХРОНИКА

CHRONICON NOVALICIENSE

Начинаются главы книги третьей.

1. О некоем замечательном и выдающемся муже по имени Магафред.

2. О его сыне по имени Фродоин, которого он ребенком передал в Новалезу для воспитания в монашеском чине.

3. О том, как этот юноша, подрастая, отличался послушанием при аббате и постоянно продвигался от добродетели к добродетели.

4. О том, что после смерти отца этого монастыря упомянутый Фродоин был поставлен на его место.

5. О том, что никто из людей не может в полной мере описать его мудрость и святость.

6. О том, что в его времена Господь внушил Карлу, королю франков, в видении, чтобы он поспешил и подчинил Италию своей власти.

7. О том, что Карл, как только перешел через гору Монженевр, сразу же вместе с войском расположился на некоторое время в Новалезе.

8. Там он израсходовал вместе со своими людьми все припасы монахов.

9. О Дезидерии, короле лангобардов, который хотел закрыть ему всякий доступ в Италию.

10. О шуте, который пришел к Карлу и обещал показать ему дорогу без всяких потерь.

11. О святом аббате Фродоине, который отправил к Карлу двух монахов, велев передать, чтобы на следующий день перед выступлением он соизволил принять пищу.

12. О чуде блаженного Фродоина и о том, с каким восхищением король относился к нему с тех пор.

13. Где [Карл] обещал сделать много добра по причине восхищения его святостью.

14. О том, как после завоевания Италии он передал святому мужу один королевский двор под названием Габиана.

15. О Гуго, сыне Карла, которого он просил блаженного мужа воспитать в монашеском чине.

16. О кресте, который этот блаженнейший муж поставил в этом месте, и о тех реликвиях, которые в него вложил.

17. О том, что он в течение 43 лет безупречно пребывал в должности аббата.

18. О завещании этого места, которое он велел обновить.

19. О крепостных этой церкви, которые жили в деревне Оциатис, и о том, как аббат уличил их в присутствии представителей короля.

20. О примерах щедрости Карла, короля и патриция, к аббату Фродоину.

21. О монахе Аттеперте.

22. Об императоре Карле и Алгизе, сыне короля Дезидерия.

23. О том, почему Карл хотел его убить.

24. О том, как он спасся и пришел к своей матери Ансе.

25. Об аббате Амблульфе.

26. О том, что после Амблульфа на должность аббата был избран Гуго.

27. О том, что он благополучно правил им в свое время.

28. О кончине императора Карла.

29. О том, как в те времена возникла война между четырьмя братьями, сыновьями Карла.

30. О том, что в тот день, когда произошла битва, дьявол сообщил римлянам.

31. О монастыре святого Медарда.

32. О кончине аббата Гуго.

33. Об императоре Оттоне, который хотел увидеть Карла спустя много лет.

Завершаются главы книги третьей.

Начинается книга третья.

1. Итак, жил около этого времени в королевстве франков славный муж по имени Магафред, который и сам был франк; а жил он во времена Пипина 1, герцога вышеназванного народа. Он же, как передают некоторые, вел линию родства от самих франкских королей древних времен; он был также очень богат, имея опору в землевладении. В те дни в Италии деятельно правил Лиутпранд 2, король лангобардов, у которого, как говорят, ступни были такой длины, что были равны примерно нашему локтю. Размер этих ступней по обычаю используют среди лангобардов для измерения земли вплоть до нынешнего дня, так что 12 его ступней в шесте (pertica) или канате (funis) образуют полосу (tabula) 3. Добрый к вдовам и сиротам, милосердный в суде, щедрый в раздаче милостыни бедным, он как благодетель управлял церквями Божьими 4. Итак, в его времена в Форовике был святой Баоделин, а во главе епископства Асти стоял епископ Эвасий 5. Пипин отправил к названному королю своего малолетнего сына Карла, чтобы тот по обычаю срезал ему волосы и стал его духовным отцом. Тот так и сделал, и отпустил [Карла] к его отцу, почтив многими подарками 6. Когда Пипин ушел из этого мира, и воцарился его сын Карл, сарацины напали на его землю и все опустошили. И Карл тут же передал через послов Лиутпранду, чтобы он вместе с лангобардами пришел в Галлию ему на помощь. И франки, соединившись с лангобардами и местными жителями, с позором изгнали сарацин из этой страны. Итак, малое время спустя славный король Лиутпранд скончался, и на его место был возведен король Дезидерий 7. У него была жена по имени Анса. Итак, сказанного о них нам вполне хватит; а теперь вернемся вкратце к истории.

2. Среди прочих сыновей у вышеназванного мужа был сын по имени Фродоин, который, как можно прочитать, был в Новалезе отцом большого влияния и удивительной святости. Ибо когда он был маленьким мальчиком, уже названный отец передал его аббату Новалезского монастыря 8, который и сам в те дни блистал в миру величайшими добродетелями. Полагают, что отцом этого монастыря был тогда святой памяти аббат Азинарий. Он также был родом франк, именитейший среди франкских вельмож. Итак, отец дал этому своему сыну, которого он передал для воспитания в монашеском чине, множество земельных владений.

3. Этот мальчик был воспитан и наставлен во всей книжной премудрости и во всем, чему его следовало обучить, и, став юношей, начал сам себя обуздывать совершением некоторых добрых дел, и так смирил себя послушанием и повиновением мудрейшим и святейшим старцам, что никто в монастыре не мог с ним в этом сравниться. Так он преуспевал от добродетели к добродетели, и ежедневно блистал теми или иными добрыми делами. Кто мог бы изложить языком его деяния? Я думаю, что даже если члены всего тела превратятся в языки, то и тогда на это не хватит времени, и язык заплетется, а ум помрачится прежде, чем они смогут описать его добродетели, в которых он упражнялся день и ночь, а именно, в бдениях, в которых он превзошел других, в особых молитвах, умерщвлении плоти, воздержании от еды и питья, любви, смирении, послушании, терпении, целомудрии, кротости и повиновении; и, как я уже сказал, день окончится прежде, чем язык сможет изложить добрые результаты его усилий.

4. Итак, ушел из мира благой отец Азинарий 9. Ему в аббатстве тут же наследовал весьма достохвальный муж, господин епископ Витгарий 10. Когда же и он умер, то его место занял, следуя его святости, славнейший пастырь Фродоин. Также при избрании этого аббата у Господа испросили, кто из них всех достоин принять такое высокое звание. И им вскоре было явлено свыше, что этого достоин Фродоин. Итак, в том месте в давние времена возник такой обычай, что там после смерти отца никого не избрали в пастыри, пока все братья по общему решению и единодушно не помолятся Господу, вознося молитвы день и ночь в течение двух или трех дней воздержания. Таким образом после этого настоятельного моления Бог находил достойных для этого труда. И поскольку это происходило по Божьей воле, то за хорошим всегда следовал еще лучший. Всего этого я сам не видел и не обнаружил в каком-либо тексте, но узнал понаслышке.

5. Кроме того, в блаженном аббате Фродоине была такая неусыпная заботливость и святое рвение, что я не рискнул бы сравнивать с его заслугами и добродетелью никого из аббатов и епископов в этой стране или кого-либо живущего в святом рвении. И поскольку никто из людей не может в полной мере рассказать о его мудрости и святости, я в конце этого своего сочинения скажу о нем кое-что удивительное и невероятное.

6. Итак, в то время, когда слава об этом святейшем муже блистала, искрясь, по [всем] сторонам света, всемогущий Господь соизволил явить в видении Карлу, королю франков, чтобы он как можно скорее поспешил в Италию и подчинил ее своей власти. Тот, немедленно созвав соседние народы, собрал наряду с сильным отрядом франков многочисленное войско и решил тут же спешно идти в Италию со своими людьми 11.

7. Между тем, этот король, двинув свое огромное войско, пришел к горе Монженевр 12, или, если можно так выразиться, к воротами в Итальянское королевство, на которой некогда был построен удивительной красоты храм в честь некоего бога Како, а именно, Юпитера, из квадратных камней, прочно скрепленных свинцом и железом. На этой горе также возникают два источника, один с одной стороны горы, второй – с другой, которые текут таким образом по своим лощинам и, постепенно увеличиваясь в размерах, образуют крупные реки. Одна, название которой Дора 13, всегда стремительная, течет по Италии и, не имея много рыбы, не теряет своего названия, пока не впадает в По, крупнейшую из рек. Другая 14, весьма богатая рыбой и прозрачная, течет по Галльской провинции, пока не впадает в реку Рону. Когда Карл спустился с этой горы, то обнаружил при горном спуске некую башню, под которой дорога разделялась и где жил со своими разбойниками атаман по имени Эбрардо; он совершал там со своими людьми много зла и никому не позволял проходить невредимым, либо грабя людей, либо избивая, а то и убивая. Таким образом невинная кровь лилась там вовсю. Итак, Карл напал на этого разбойника, победил его, захватил и убил, а башню разрушил. Двинув войско дальше, он прибыл в Новалезский монастырь, где очень долго находился со своими людьми.

8. Когда король занял со своими людьми всю Сузскую долину, он, как мы сказали выше, прибыл в знаменитый Новалезский монастырь и оставался там до тех пор, пока не израсходовал все средства и съестные припасы монахов. Ибо он задержался там не без причины. А монастырь этот был в те дни очень богат и изобиловал припасами, и был красиво украшен святейшим отцом.

9. Итак, перед прибытием Карла Дезидерий, король лангобардов, услышав, что он намерен отправится против него, послал ко всем могущественным мужам и магнатам своего королевства, и спросил у них, что ему следует делать. Те заявили в ответ, что ему нельзя выступать с малым войском против того, кто пришел с сильной армией. «Но прикажи, – сказали они, – перегородить стенами и известняком все долины и перевалы Италии, через которые можно перейти из Галлию в Италию, от горы до горы, и таким образом закрыть этот проход бастионами и башнями». Тот так и сделал. Ибо вплоть до нынешнего дня видны основания этих стен 15. Точно так же сделали и от горы Поркариан 16 до деревни Кабрий 17, где в те же дни был построен для обозрения всего этого дворец.

10. В то время как это было сделано Дезидерием, и франки не могли найти никакого прохода, часть франкского войска каждый день приходила, в основном, по тысяче человек, а иногда и по две тысячи, нападала и осаждала лангобардов, в то время как те оборонялись в бастионах над ними. Ибо у короля Дезидерия был сын по имени Алгиз, с детства очень сильный физически. Во время войны он, разъезжая верхом, имел обыкновение носить железную палицу и, храбро поражая, громить ею врагов. Этот юноша выжидал дни и ночи и, когда видел, что франки отдыхают, внезапно бросался на них и вместе со своими людьми поражал их справа и слева и громил в сильнейшей резне. Когда же это происходило изо дня в день, случилось, что к Карлу пришел шут из лангобардского народа 18 и, кувыркаясь на виду у его людей, распевал сочиненную им по этому поводу песенку. Смысл этой песенки был такого рода:

Какая награда будет дана человеку,
Который приведет Карла в Итальянское королевство?
Во время этого перехода
Против него не будет поднято ни одно копье,
Не будет выставлен ни один щит,
И никто из его людей не понесет никакого ущерба.

Когда эти слова долетели до ушей Карла, он подозвал его к себе и обещал дать ему все, о чем он попросит, после победы.

11. Итак, Карл велел своим людям быть назавтра полностью готовыми к выступлению. Когда святейший отец Фродоин узнал об этом, то немедленно отправил к нему двух монахов, просив передать, чтобы он на следующий день перед отправлением соизволил принять пищу. Карл им ответил: «И так прошло уже много дней, в течение которых я со своими людьми проел все ваше добро». Но те упорно настаивали, чтобы он соизволил исполнить приказ святого мужа. И он сказал: «Я сделаю то, что приказал мой господин». Когда те вернулись, он велел своим людям всю ночь бодрствовать и следить за воротами монастыря, чтобы туда не ввезли с какой-либо стороны еду или питье. Ибо он знал, что в монастыре не осталось ни еды, ни питья, ни чего-либо съестного. Но он знал также, что этот муж во всех отношениях свят.

12. Всю эту ночь блаженнейший отец провел без сна и со слезами просил Господа, который изволит всегда подавать пищу своим рабам, живущим в горах и пустынях, чтобы Он соизволил сжалиться над ним, предоставив монахам припасы, и чтобы Он, который пятью хлебами и двумя рыбинами насытил в пустыни 5000 человек, соизволил накормить и его гостей. Когда он провел в этих и других такого рода молитвах всю ночь, то ранним утром обнаружил в погребе такое изобилие вина и хлеба, какого никогда не имел в результате собственных трудов. Ибо все винные сосуды были полны превосходным вином и амбар также был полон. Когда настал день, король, принимая пищу со своими людьми, спросил, каким образом и откуда им принесли эту пищу? Когда ему все по порядку рассказали, король изумился, и провозгласил святость этого мужа, и, хваля Бога и прославляя Его, удалился.

13. Между тем, король обещал перед своим уходом сделать там много добра как по причине восхищения названным аббатом, так и из уважения к этому месту и собранию живущих там братьев, ибо там Богу служило много благородных по плоти и еще более благородных по вере мужей из франкского рода. Если кто-либо не имел в своем месте епископа или аббата, то кандидаты брались из монахов этого места, из учеников святого Фродоина и от его обучения. Некоторые из них совершили в этом месте [дела] удивительной и совершенной святости.

14. Итак, звуки трубы созвали все королевское войско, и король вверил себя молитвам аббата и всех братьев, а затем попрощался и, в то время как впереди шел уже названный шут, начал переход. А шут, оставив все дороги, вел короля с его людьми по склону той горы, которая по сей день зовется «Дорогой франков». Когда они спустились с названной горы, то вышли на равнину у деревни под названием Гавен 19. Там они собрались и выстроились в боевом порядке против Дезидерия. Дезидерий же полагал, что Карл [стоит] перед ним для битвы, но Карл, спустившись с горы, спешно подходил к ним с тыла. Когда Дезидерий узнал об этом, то вскочил на коня и бежал в Павию. Франки рассыпались там и сям и захватывали все, разоряя крепости и деревни. Тогда уже названный шут пришел к королю и просил дать ему обещанное, как ему ранее обещали. И король сказал ему: «Проси, что хочешь». Тот: «Я поднимусь на одну из этих гор и с силой протрублю в рог, и ты в награду за заслуги дашь мне все земли с мужчинами и женщинами, где этот рог услышат». Король: «Пусть будет так, как ты говоришь». Он тут же поклонился королю и ушел; и поднялся на одну небольшую гору, и сделал так, как сказал. Тут же спустившись, он пошел по деревням и пашням, спрашивая тех, кого встречал: «Ты слышал звук трубы?». Если тот говорил ему: «Да, слышал», он давал ему пощечину, говоря: «Ты – мой раб». Таким образом Карл дал ему территорию, в пределах которой был слышен звук трубы, и тот, пока был жив, владел ею, а после него – его сыновья. Вплоть до нынешнего дня эти крепостные зовется Транскорнаты 20. Затем Карл захватил город Турин, а также все города и все замки. Когда он подошел к Павии, там в это время находился святой епископ Феодор 21, который тогда возглавлял тамошнее епископство. Ради его заслуг Карлу было запрещено свыше брать этот город до тех пор, пока названный епископ будет жить во плоти. Ибо так открылось Карлу свыше. Итак, когда Карл отступил от этого города, он начал идти вокруг Павии, захватывая все города, а именно, Иврею, Верчелли, Новару, Пьяченцу, Милан, Парму, Тортону и те, которые были возле моря, вместе с их крепостями. Затем, спустя малое время этот блаженный епископ скончался. Карлу тут же стало известно, что он умер. Не медля собрав все войско, он направился к Павии, окружил ее и взял в осаду. Там же находился бежавший король Дезидерий со своим сыном Алгизом и дочерью. Дезидерий же был весьма смиренным и добрым. Некоторые передают, что Дезидерий ежедневно вставал вместе с ними посреди ночи и приходил в церковь святого Михаила или святого Сира или шел по другим церквям, и по Божьей воле ворота тут же открывались перед его взором. Итак, пока город Павия долгое время терпел осаду, случилось, что дочь Дезидерия, составив послание, переправила его Карлу за реку Тицин при помощи баллисты, говоря, что если он соизволит взять ее в жены, то она тут же сдаст ему город и все сокровища отца. На это Карл написал девице такие слова, которые должны были еще сильнее разжечь ее любовь к нему. И она тут же, украв, взяла ключи от городских ворот, которые лежали в изголовье кровати отца, и при помощи баллисты дала знать Карлу, чтобы он был готов этой ночью со своими людьми войти в город, когда она подаст ему сигнал. Он так и сделал. Когда же Карл этой ночью, приблизившись, вошел в городские ворота, названная девица, охваченная радостью от этого обещания, выбежала ему навстречу, но была тут же растоптана копытами коней и погибла. Ибо была ночь. Тогда Алгиз, сын короля, был разбужен ржанием коней, входящих через ворота, и, обнажив меч, стал разить всех франков, входящих через ворота. Отец тут же запретил ему это делать, ибо такова была воля Божья. И Алгиз, видя, что не сможет сдержать такое огромное войско, бежал. Карл же, взяв город, поднялся во дворец, где к нему вышел весь город, и, приняв клятву верности, удалился. Затем, спустя малое время названный король велел аббату Новалезы, а именно, Фродоину, прийти к нему; что тот и сделал. И он из уважения к аббату передал ему в пользу Новалезского монастыря большое имение под названием Габиана 22, которое вместе с прибавками насчитывало 1000 мансов. Некоторые же говорят, что король Карл вырвал Дезидерию глаза в городе Павии, где захватил его 23.

15. Затем, после совершенного Карлом захвата Италии, он отправился в римскую землю, где заслужил императорский титул и звание патриция; когда он возвращался обратно, то велел привести Гуго, своего малолетнего сына, и, поручив его блаженному мужу Фродоину, просил воспитать в святом и монашеском исповедании. Тот, радушно приняв, растил его и воспитывал, как и подобало воспитывать сына такого императора 24. Из любви к нему [Карл] щедро подарил этому месту множество земельных владений и много сокровищ. Так, он привез туда и подарил [мощи] святых мучеников Козьмы и Дамиана; и точно так же подарил мощи святого Валерика 25 и других святых.

16. Итак, в свое время блаженнейший Фродоин собрал там огромные сокровища. Наряду с этими сокровищами он сделал в этом месте крест, красиво отделанный золотом, серебром и драгоценнейшими камнями 26, в который, как говорят некоторые, были вложены драгоценнейшие реликвии, а именно, часть молока Пресвятой Марии, часть ее волос и часть крайней плоти Господа. Впрочем, то, какие реликвии в нем содержатся, показывают его действия. Ибо мы часто видели и слышали, что благодаря заслугам покоящихся в нем святых реликвий и самого святого аббата Фродоина расслабленные исцелялись, слепые прозревали, бесы изгонялись, больные выздоравливали, пожары тушились, краденое находилось.

17. В это время блаженный Фродоин, желая обновить завещание этой церкви, которое патриций Аббо составил некогда по поводу этой церкви во времена Теодориха, короля готов, отправил двух монахов, а именно, Агаберта и Гисларана, к императору Карлу Великому, чтобы тот своей императорской властью разрешил ему обновить это завещание. Тот, любезно согласившись, смог исполнить все, о чем тот его просил 27.

18. В его времена у этого монастыря была одна деревня под названием Отиатис 28, которую некий человек по имени Дионисий со своим сыном Хуно ради спасения своей души передал святому Петру в Новалезе вместе с рабами и рабынями. Спустя много дней, уже после смерти своих хозяев, эти крепостные начали бунтовать против монахов и служителей этой церкви и судиться с ними, говоря: «Мы не принадлежим вашему монастырю, так как наши предки никогда вам не принадлежали». Через несколько дней в Италию пришли представители императора Карла, чтобы рассмотреть дело этих и других людей; среди них были граф Раперто и Андрей, епископ и капеллан господина императора; с ними были также многие судьи и скабины со скульдахиями, чьи имена мы могли бы назвать, если бы не стремились к иному быстрым шагом. Они расположились в городе Павии. Тогда отец Фродоин отправил двух своих людей, а именно, монахов Адама 29 и Додо, вместе с Раймбертом из Фелетто, адвокатом этого монастыря 30. Среди них присутствовали также люди из деревни Отиатис, а именно, крепостные этого монастыря. Когда подали иск, дело было рассмотрено и решено таким образом. Но через несколько лет названные люди вновь начали бунтовать и повторять те же слова, что и раньше, говоря, что их якобы совершенно противозаконно присвоили и обратили в рабство. Тогда же король Людовик, сын Карла, отправил графа Бозо вместе со своими судьями в город Турин; среди них от имени монастыря присутствовал Клавдий, епископ Туринский, вместе с двумя монахами, а именно, Аглераном и приором Рихарием, и со своим адвокатом. Тогда же они предъявили грамоты на эту деревню Дионисия и Хуно, отца и сына, в которых говорилось, как те вместе с деревней передали этих людей под власть святого Петра в Новалезе. Пастырем этого монастыря тогда был отец Эльдрад. Уже названные люди вновь были посрамлены на глазах у всех графов, судей и всего собрания.

19. Святейший отец Фродоин безупречно прожил в должности аббата 43 года; по прошествии этих лет он ушел из этого мира 10 мая 31, исполненный дней; а в должность пастыря он был рукоположен 10 февраля. Ибо в тексте Евангелия, которое Аттеперт написал по распоряжению этого святейшего отца, мы находим в самом начале стихи, записанные среди прочих таким образом:

Если читатель задаст вопрос, кто написал эту книгу,
Пусть по крайней мере стихи укажут ему его имя.
Это – Фродоин, некогда пастырь и славный старец,
Который сорок лет и еще три года безупречно
Являлся защитником овечьей отары.
Именно так написал Аттеперт во имя Христово.

20. Этот Аттеперт, монах и священник, жил в уже часто называемом монастыре во времена благого Фродоина. Он был служителем названной церкви, как весьма сведущим в книжной премудрости, так и проворнейшим автором в правдивом изложении. Ибо он написал в свое время много разных и весьма значительных книг по поводу этой церкви. Итак, где бы мы ни находили среди прочих написанные им книги, мы всюду узнаем их по его старинному почерку.

21. Итак, в то время, когда все Итальянское королевство мирно пребывало под властью Карла, а сам он расположился в городе Тицине, который называется и другим именем – Павией, Алгиз, сын короля Дезидерия, осмелился лично явиться как бы на разведку, желая, как то в обычае у завистников, знать, как обстоят дела и что говорят. Ибо он, как мы говорили выше, с детства был очень силен физически, смел и весьма воинственен. Когда он вошел в названный город, то решительно никем не был узнан. Итак, он въехал туда на лодке, не как сын короля, но как человек средней руки, в окружении небольшого отряда рыцарей. Хотя сразу он не был узнан никем из рыцарей, в конце концов, его узнал один его знакомый и весьма верный его отцу человек. Он был при нем до тех пор, пока он не лишился отца и королевства. Когда Алгиз увидел, что тот его узнал и он не может более скрываться, то начал просить его и умолять, чтобы он во имя клятвы верности, которую недавно давал его отцу и ему, не рассказывал королю Карлу о его присутствии. Тот сразу же согласился и сказал: «Клянусь моей верностью, я не выдам тебя никому, пока смогу это скрывать». На это Алгиз сказал: «Так вот, я прошу тебя, о друг, чтобы ты сегодня посадил меня за один из столов на обеде у короля, когда тот будет кушать, и, пожалуйста, все кости, которые будут поднимать со стола, как покрытые мясом, так и унесенные от взоров пирующих сеньоров вместе с мясом, постарайся складывать возле меня». Тот сказал: «Я сделаю, как ты хочешь». Ибо он был тот самый, который обычно подавал королевские блюда. Когда они пришли на уже ожидаемый обед, он сделал все, как было сказано. Алгиз же ломал все кости и поедал мозг так, словно голодный лев, пожирающий добычу, а обломки костей бросал под стол, так что образовалась огромная куча. Затем Альгиз поднялся и ушел раньше других. А король, поднявшись со стола, посмотрел и, увидев под столом названную кучу, сказал: «О Боже, кто это наломал здесь столько костей?». Когда все ответили, что не знают, один подошел и сказал: «Я видел, что здесь сидел могучий рыцарь, который ломал все кости – оленьи, медвежьи, коровьи так, словно это были стебли тростника». Тот, кто подавал пищу, тут же был вызван к королю. Король сказал ему: «Кто и откуда был тот рыцарь, который сидел здесь и, поев, наломал столько костей?». Тот ответил: «Я не знаю, о господин». Король сказал: «Клянусь короной с моей головы, ты это знаешь». Тогда тот, видя, что его разоблачили, испугался и тут же замолчал. Когда же король понял, что это был Алгиз, он сильно огорчился, что позволил ему безнаказанно уйти и спросил своих людей: «В какую сторону он ушел?». И один из них сказал ему: «О господин, он приехал на лодке и я подозреваю, что он так же и ушел». А другой сказал королю: «Хочешь, мой господин, чтобы я погнался за ним и убил его?». «Каким образом?», спросил его король. «Дай мне твои браслеты, и я обману его ради тебя с их помощью». Король дал ему золотые браслеты, и тот погнался за ним, чтобы его убить.

22. Итак, этот муж со всей скоростью гнался за ним по суше, пока не настиг. Когда он увидел его вдали, то позвал по имени. Тот откликнулся, и он сказал ему, что Карл послал ему в дар свои золотые браслеты, укоряя за то, что он так скрытно ушел; и просил вдобавок подогнать лодку ближе к берегу. И тот сразу же направил к нему лодку. Но, когда он приблизился, то увидел, что названный подарок ему протягивают на конце копья, и тут же понял, что ему угрожает опасность. Немедленно прикрыв спину кольчугой, он схватил копье и сказал: «Если ты протягиваешь мне это вместе с копьем, то я и приму это вместе с копьем. Впрочем, если твой господин послал мне подарок с коварным умыслом, чтобы меня убить, то и я не должен оказаться хуже него. Так что я посылаю ему свой подарок». Итак, он дал ему свои браслеты, чтобы тот отнес их Карлу как бы в виде ответного дара. И тот немедленно вернулся обратно, ибо обманулся в своих ожиданиях. Итак, когда он протянул Карлу браслеты Алгиза, тот сразу же надел их, и они оказались ему по самые плечи. Тогда Карл воскликнул: «Здесь нечему удивляться, раз этот муж обладает огромной силой». Этот король всегда боялся Алгиза, так как отнял у него и у его отца королевство, и потому что герой этот обладал большой силой; из-за этого он и послал его убить.

23. Итак, когда Алгиз избежал страшной опасности, он пришел к своей матери, королеве Ансе, которая тогда пришла ради молитвы в те земли, а именно, в город Брешию, где она с удивительным мастерством построила часовню святых Фаустина и Иовитты и, пожаловав множество поместий, основала богатейший монастырь. Ибо совсем недавно 32 она, дав большую цену, велела привезти туда с острова Корсики [мощи] святой девы Юлии. Итак, поскольку мы в своем повествовании чересчур уже уклонились в сторону, вернемся теперь коротко к нашей истории.

24. Между тем, когда блаженный отец Фродоин умер, как мы сказали выше, бразды правления этой церковью принял господин Амблульф, благочестивый монах. Он пришел в этот монастырь во времена господина Витгария, епископа и аббата. Он происходил от благородных родителей и был с раннего детства передан Богу и святому апостолу Петру в Новалезский монастырь 33, ибо набожный отец постарался весьма набожно пожертвовать его, призвав в свидетели добрых людей. Так, мы находим в этом пожертвовании такие слова: «В то время как издавна считается установленным законным образом и надежным, чтобы родители наряду с пожертвованиями передавали Господу и своих сыновей, чтобы те счастливо служили в храме, и нам несомненно спасительным образом был дан пример поступить так с нашими сыновьями. Ибо я считаю справедливым отдать нашему Творцу плод от нашего имени. Поэтому я, Видило, на глазах у свидетелей, во имя святого Петра, святого Андрея и прочих святых, чьи мощи содержатся здесь, передаю этого моего сына Амблульфа с пожертвованием в руке и прошением, возложенным моей рукой на покров алтаря, тебе, Вернеру, нынешнему декану, выступающему от имени господина епископа Витгария и приора Рихария, чтобы он жил по уставу; так что с этого дня ему не разрешается стряхивать с шеи иго устава, но пусть лучше он учится честно соблюдать установления этого устава и с чистой душой служить Господу. А чтобы эта наша передача оставалась нерушимой, я клятвенно обещаю перед Богом и Его ангелами, что никогда ни лично, ни через какое-либо подозрительное лицо, ни каким-либо образом посредством моих средств не дам ему повода уйти из монастыря. А чтобы это прошение оставалось в силе, я скрепил его внизу моей рукой».

25. Но, хотя он старался жить в нынешнем мире свято и набожно, он спустя несколько лет освободился от плотского бремени и благополучно отошел к Богу. Вместо него братья тут же поставили во главе Новалезской церкви господина Гуго, святого сына Карла Великого. Из любви к этому Гуго, как мы писали выше, при передаче его в монастырь, Карл, его отец, пожертвовал сюда множество драгоценных тел святых наряду с разными золотыми и серебряными сосудами. Он также передал сюда поместья в Италии и в королевстве франков и бургундов, как ради сына, так и из любви к его благому наставнику, то есть Фродоину, чьей жизни и примерам тот подражал.

26. Этот счастливец в свое время благополучно и мудро управлял Новалезским аббатством. Итак, он имел таких почитателей и покровителей, какими были короли Италии и Франции. Это были Карл, его отец, Людовик, его брат, Лотарь, его племянник, и другие, следовавшие за ними. Итак, Карл передал в названный монастырь, а именно, в Морьенскую епархию, два поместья – Арву и Лиану и один двор в Италии под названием Габиана; в этом дворе вместе с его прибавками насчитывается 1000 мансов 34. Людовик вместе с отцом Карлом дал ему вдобавок долину Бардонеккью с замком Бардин 35. Лотарь же, выдав аббату Иосифу грамоту на эту долину 36, добавил, сверх того, Пагн 37, богатейший и королевский монастырь, который некогда основал хитроумный король Айстульф. Грамоты этих королей на указанные поместья и другие [земли] по сей день хранятся в этом монастыре.

27. В это время Карл, король франков, император и римский патриций, после того как прожил в этом мире 76 лет, ушел из жизни 26 января; ибо он, пока жил, 46 лет благополучно удерживал власть, [и умер], когда прошло уже 814 лет от воплощения Господнего. В эпитафии о нем можно прочесть следующее 38:

С тех пор, как из-за преступлений мира Христос принял
От златой Девы небесной пригодное для него тело,
Шел уже 814-й год, и тогда
Карл, слава франкского народа, заслужил
Переправиться через бурное море суетного мира
И обрести спокойную гавань вечности.
В течение 46 лет он, как король, благополучно держал
Королевский скипетр и присоединял к королевству королевства,
И ушел из этого мира 28 января 39,
На 76-м году жизни, которую завершил.
Поэтому я прошу, о читатель, который прочтет эту эпиграмму,
Если только ты снизойдешь к этим просьбам,
Скажи: «Пусть душа Карла обретет царствие небесное!».

На похоронах этого Карла присутствовали, как говорят, его сыновья, а именно, аббат Гуго 40 вместе с остальными братьями.

28. Итак, около этого времени, поскольку сыновья Карла 41 не смогли поровну разделить между собой владения своего отца, между ними вскоре возникла война. Так, в одном поле, где берут начало некоторые источники, из-за чего оно и получило название Фонтене, четыре короля собрались со своими полками и храбро сразились друг с другом 42; там было убито несколько тысяч человек, и они учинили там немалое кровопролитие. Хотя с обеих сторон пали очень многие, известно все же, что Людовик вместе с сыном Лотаря, одолев братьев, одержал победу и овладел полем. Став таким образом победителями, они овладели Итальянским королевством.

29. И вот, в тот самый день дьявол, строящий козни человеческому роду, который и заставил свершиться всему этому между ними, объявил римлянам об этой битве. Итак, он расположился в высоких окнах церкви святого Петра и, в то время как каноники в полной мере провели богослужение, сообщил им громким голосом, что короли Карл Младший и Пипин, Лотарь и Людовик вступили в битву на уже названном поле. Отметив день и час, они обнаружили, что все было так, как им говорил дьявол.

30. Кроме того, был в земле франков богатейший монастырь, основанный в честь святого исповедника Медарда, и недавно Карл из любви к своему сыну Гуго, который, как он видел, весьма обильно прирастает успехами в святом благочестии и святости и по примеру своего наставника, блаженного мужа Фродоина, преуспевает изо дня в день, передал, как говорят, этот монастырь Новалезе, где начальствовал этот отец 43. С тех пор в Новалезском аббатстве поют ладно сложенные антифоны о названном исповеднике, которые, как кажется, не поют по другим монастырям, особенно, в пределах Итальянского королевства. Поистине бесценные сокровища были переданы франкскими королями названному аббатству и, как мы слышали и видели, оказаны выдающиеся почести.

31. Через несколько лет, когда достопочтенный муж Гуго обходил, однажды, согласно обычаю кельи своего аббатства ради предусмотрительности и увещевания, то прибыл во Францию, где под властью Новалезского монастыря было возведено множество келий. Когда он отчасти посетил их, то расположился вскоре в названном монастыре святого исповедника Медарда. Пробыв в нем несколько дней, он был поражен телесным недугом и начал болеть; эта болезнь довела его до смерти, и он умер там 13 июня, счастливейший во всех отношениях; там же покоится, почтительно погребенное, его святое тело. Ибо он отличался мудростью и святостью, был щедрым в милостыни, обладал похвальным благочестием, был целомудрен, набожен, бдителен, весьма украшен телесной красотой, как и подобает отпрыску такого славного императора. Итак, спустя много лет аббат из святого Медарда сообщил нам, что названный аббат Гуго [славится] у них многими добродетелями и чудесами, и что Господь сотворил через него в этом месте, и каким почтением он пользуется у местных жителей. Когда он умер, во главе аббатства был поставлен выдающийся отец Эльдрад. Итак, мы постарались весьма набожно описать жизнь названного отца в похвалах ему, насколько смогли в наше время собрать сведения о его чудесах и добродетелях, исходя из слышанного, виденного и прочитанного, и о том, что Господь соизволил совершить через него.

32. Итак, спустя много лет император Оттон III 44 пришел в землю, где было погребено и по праву покоилось тело Карла, и спустился к месту его погребения с двумя епископами и Отто, графом Ломелло; сам же он был четвертым императором. Этот граф рассказал об этом таким образом: «Итак, мы вошли к Карлу. Ибо он не лежал, как обычно лежат тела других покойников, но, как живой, сидел на некоем возвышении. На голове у него была золотая корона, а в руках, одетых в перчатки, он держал скипетр; из перчаток, пробив их, наружу вылезли ногти. Над ним был свод, хорошо сложенный из известняка и мрамора. Когда мы пришли туда, то сразу же велели пробить в нем дыру. А когда мы вошли к нему, то ощутили сильнейший запах. Итак, мы тут же его почтили, преклонив колени; император Оттон нарядил его в белые одежды, обрезал ему ногти и возобновил вокруг него все, что пришло в негодность. Все части его тела были на месте и ничто еще не сгнило, кроме кончика носа, который Оттон тут же велел восстановить из золота и, вырвав у него изо рта один зуб, восстановил свод и ушел».

Завершается книга третья.

Текст переведен по изданию: Chronicon Novaliciense. MGH, SS. Bd. VII. Hannover. 1846

© сетевая версия - Strori. 2013
© перевод с лат., комментарии - Дьяконов И. В. 2013
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Monumenta Germaniae Historica. 1846