Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

БОЛЬШИЕ КЕЛЬНСКИЕ АННАЛЫ

ANNALES COLONIENSES MAXIMI

Об Иерусалимском походе, который состоялся под руководством Готфрида, герцога Лотарингии.

Итак, в первом походе, [предпринятом] разными народами, [крестоносцы], следуя за неким монахом Петром и достигнув Венгрии, вызвали, казалось, ненависть местных жителей из-за ряда волнений, а на самом деле возбудили у этих полуварваров жадность обилием своих богатств; по приказу их короля Коломана 208 они скорее хитростью, чем силой оружия были захвачены в плен, и большинство было покарано смертью, а немногие, лишённые оружия и вещей, считали бегство величайшим благом.

Между тем, Готфрид, герцог Лотарингии, муж славнейший родом, отвагой и нравом, который обратил в прошлом году в деньги всё, чем владел, и располагал множеством рыцарей и крепкой верой, вместе со своими братьями Балдуином и Евстафием совершал путь через восточную Франконию; он не был устрашён бежавшими из Венгрии людьми, но с разрешения как императора Генриха, так и короля Коломана прошёл через Паннонию и Болгарию, заключил союз с Константинопольским императором и, опираясь на его поддержку, достиг Романии; там, присоединив к себе войска как Сицилии, так и Греции, датчан, норманнов и прочих заморских народов, вернее, вспомогательные силы всех почитающих Христа народов, начал сокрушать варваров в частых стычках; наконец, заняв Романию, он начал осаду Антиохии. После того как к нему в этом походе присоединились Гуго 209, брат Филиппа, короля Галлии, Раймунд 210, граф Сен-Жилль, Роберт 211, граф Нормандии, Роберт 212, граф Фландрии, вместе с вооружёнными силами, во главе которых они стояли, они с большими трудностями добрались до Иерусалима, уже на четвёртый год после того как столь великие воины добровольно взяли на себя крест участвовать в этом походе во имя распятого ради них Христа. Ибо остальная масса людей, кроме тех, которые вместе с Боэмундом 213 обосновались в Антиохии, или вместе с Балдуином ушли в Рохас 214, или оставалась в Лаодикее и Тире, была рассеяна по различным окрестным областям.

Мы читали книгу о Иерусалиме 215, которая с этого места весьма подробно излагает всю последовательность этих исторических событий и завершает многочисленные труды народа Божьего в течение трёх лет чрезвычайно радостной победой и взятием Иерусалима. Поэтому, начиная отсюда, мы лишь немногое скажем о многом, а именно, что император совершенно притворными благодеяниями расположил к себе таких славных героев, а затем связал их вынужденными клятвами в том, что они не будут причинять насилие его царству; хотя известно, что он коварно перебил бы их, в то время как первые отряды задержались там, ожидая других прибывающих, если бы мудрость герцога Готфрида не бодрствовала осмотрительно над стадом Господним. Об этом волнении свидетельствуют окрестности города, которые он тогда разрушил, и мост, который он захватил. Что же дальше? На протяжении почти двух месяцев Византий ежедневно принимал всё новые и новые войска, в которых, наконец, было насчитано 300 000 воинов, не считая невероятного множества черни, детей и женщин. Далее, отряды, следовавшие за Петром и ранее переправленные по приказу Алексея на тот берег, сделались уже игрушкой в руках язычников.

Итак, снявшись с лагеря, они прибыли к Никее и, прогнав названного правителя Сулеймана, захватили её и передали по взятии гарнизонам императора 216; ибо они таким образом подтвердили клятву, согласно которой города, отобранные у его империи, они в случае победы обязались возвратить прежней власти, и, в свою очередь, не сомневались, что в пределах этого края будут обеспечены как оружием, так и царским жалованьем. Далее, продвигаясь через царство Константина, землю богатейшую во всех отношениях, они добрались до Русского моря 217. Таким образом, как показывает отправленное графом Робертом 218 письмо, Христос привёл [туда] своё воинство с таким изобилием припасов, что баран стоил монету, а бык – сикль. «Кроме того, – говорит письмо, – сколько бы сарацинские князья и цари ни поднимались против нас, они по Божьей воле легко побеждались и попирались». Итак, поскольку некоторые возгордились из-за этих успешных действий, Бог противопоставил им Антиохию 219, город неодолимый для человеческих сил, где задержал их на девять месяцев и так смирил во время её осады, что угасла всякая напыщенность их гордыни. Итак, когда они были смирены в такой мере, что во всём войске едва можно было найти сотню добрых коней, Бог открыл им полноту своего благословения и милосердия, и ввёл их в город, и передал в их власть турок и всё их добро 220.

Когда они овладели всем этим, словно добытым их собственными силами, и не воздали достойную хвалу Богу, который всё это им даровал, их осадило такое множество сарацин, что ни один из такого большого войска не смел выйти из города. Кроме того, в городе воцарился такой голод, что некоторые едва воздерживались от человеческого мяса. Долго рассказывать о несчастьях, которые были в городе. Всё же Господь, заботясь о народе, который Он столь долго бичевал, любезно утешил его, и сперва, как бы в извинение за мучения, передал ему своё копьё, которым Он был ранен на кресте, дар невиданный со времени апостолов, как залог победы; а затем Он настолько воодушевил их сердца, что даже тем, у кого болезнь, или голод отняли силы ходить, дал силу взять в руки оружие и мужественно сразиться против врагов.

Итак, когда была одержана победа над врагами 221, войско оставило Антиохию из-за голода и скуки, но, главным образом, из-за раздоров среди князей, и отправилось в Сирию; они захватили Барру и Марру, сарацинские города, и овладели крепостями этого края. Когда они решили там задержаться, в войске был такой голод, что уже смердящие тела сарацин поедались христианским народом. Когда они по Божьей воле отправились оттуда во внутренние районы Испании 222, то имели с собой чрезвычайно щедрую, милосердную и победоносную длань всемогущего Отца. Ибо жители городов и крепостей того края, через который они проходили, высылали к ним послов с многочисленными дарами, готовые служить и сдать свои города. Но, поскольку войско было невелико и они все разом спешили в Иерусалим, то они, приняв меры предосторожности, сделали их данниками, ибо в каждом из многих городов, что были в этих прибрежных землях, было больше людей, чем во всём христианском войске. Когда в Антиохии, Лаодикее и Рохасе услышали, что с ними длань Господня, большинство из войска, которое там осталось, последовали за ними возле Тира. Итак, поскольку Бог сопутствовал и содействовал им таким образом, они добрались до Иерусалима 223. Поскольку войско сильно страдало во время его осады, особенно из-за недостатка воды, было проведено совещание, и епископы и князья объявили, что следует, мол, обойти город с босыми ногами, чтобы тот, кто в смирении вошёл в него ради людей, теперь ради их смирения во имя него открыл им его для свершения суда над его врагами. Итак, умилостивленный этим смирением Господь передал им город на восьмой день после их смирения, а именно, в тот день, когда отсюда была изгнана первоначальная церковь и когда многими верующими справляется праздник по поводу рассеяния апостолов 224.

Между тем, не следует, кажется, обходить молчанием тот факт, что в то время как войско стояло, осаждая Антиохию, все народы на востоке были поражены страхом, и со всех сторон круга земного сновали посланцы и шпионы, одни затевая мир, а другие войну, и даже послы вавилонского царя предстали перед собранием князей, обещая среди прочего, что если они, победив антиохийцев, прогонят также из Иерусалима турок, то они будут иметь в лице их господина брата и друга вместе со всеми сарацинами; ибо турки, как было записано выше, уже некогда отобрали у сарацин Иудею вместе с Иерусалимом и всей Палестиной. Получив гарантии безопасности, немало самых отборных рыцарей было отправлено по этому поводу в Вавилонию, и варвары, поражённые их силой, ростом, одеянием, осанкой, и всяческим изяществом, признались, что франки, – ибо так они обычно именуют все западные народы, – более, чем люди, то есть боги, уверяя, что нет ничего удивительного в том, что такого рода воины стремятся подчинить себе весь мир.

Затем, проведя совещание, царь Вавилонии осадил Иерусалим и, предъявив послов, заявил, что он союзник франков, и пригрозил, что если они не сдадут ему город, он предаст их мечам франков. Итак, с помощью этой хитрости, посредством страха не перед ним, но перед франками, варварский царь возвратил себе город и, после того как турки были отпущены со всем своим добром, с величайшими усилиями укрепил его против прихода христиан машинами и воинами; так вышло, что Иерусалим был дважды захвачен в один и тот же год: сперва – сарацинами, а затем – франками.

Если же кто хочет знать, что было сделано с найденными там врагами, пусть знает, что в портике, что зовётся Соломоновым, и в его храме победители скакали в крови сарацин по самые колени коней. Затем, когда было определено, кто должен будет удерживать город, а другие хотели вернуться домой из любви к отечеству и к своим родителям, им сообщили, что в Аскалон с несметным множеством язычников пришёл вавилонский царь, намереваясь, как он сам говорил, увести в плен франков, которые были в Иерусалиме, и завоевать Антиохию. Но Господь решил по этому поводу иначе. Итак, когда те, которые были в Иерусалиме, убедились, что вавилонское войско и в правду находится в Аскалоне, они устремились к нему, оставив багаж и своих больных в Иерусалиме вместе с гарнизоном. Когда их войско и войско врагов оглядели друг друга, христиане, упав на колени, воззвали к Богу, чтобы Он, который поддерживал христианский закон в других их бедствиях, сломил в нынешней битве силы язычников и дьявола и распространил царство Христа и церкви в полном смысле слова от моря до моря. Бог тут же оказался среди воззвавших к Нему и даровал им такие силы и отвагу, что тот, кто видел, как они бросились на врагов, мог бы счесть вялым истомлённого жаждой оленя, бегущего к источнику живительной влаги; а именно, удивительным образом, поскольку в войске христиан было не более 5000 всадников и 15 000 пехоты, а в войске врагов могло быть 100 000 всадников и 400 000 пехоты. Тогда Бог явил чудо в своих рабах, когда ещё прежде чем они вступили в бой, от одного их натиска обратил в бегство это множество людей и отнял у них оружие, так что если они впоследствии и хотели оказать сопротивление, у них не было оружия, на которое они могли бы положиться 225.

О том, сколько было взято добычи, спрашивать излишне, раз захвачены были сокровища царя Вавилонии. Там пало от меча более 100 000 мавров; они были объяты таким страхом, что в городской гавани утонуло до 2000 человек; а тем, которые погибли в море, вообще нет числа; многие из них также застряли в терновых зарослях. Определённо сам круг земной сражался за христиан. И, если бы многих из них не задержали лагерные трофеи, то из такого множества врагов было бы очень мало таких, которые могли бы рассказать об этой битве.

А за день до того, как произошла битва, войско захватило много тысяч верблюдов, коров и овец. Когда народ по приказу князей отпустил их, отправляясь на битву, верблюды, – удивительно сказать, – образовали множество крупных отрядов, и точно также коровы и овцы. Эти животные сопровождали войско таким образом, что казалось стояли вместе со стоявшими, шли вместе с идущими и бежали вместе с бегущими. – Также тучи защищали христиан от солнечного зноя и создавали прохладу.

Итак, после того как была отпразднована победа, войско вернулось в Иерусалим; оставив там герцога Готфрида, Раймунд, граф Сен-Жилль, Роберт, граф Нормандии, и Роберт, граф Фландрии, вернулись в Лаодикею и застали там пизанский флот и Боэмунда. Когда архиепископ Пизанский 226 заставил примириться Боэмунда и других бывших с ним в раздоре, Раймунд решил удалиться ради Бога и ради братьев; большое количество людей, как было сказано, решило вернуться на родину; прочие же, которые остались, до сих пор по Божьему промыслу в мире удерживают эту землю.

А великодушный герцог, равного которому в благочестии едва ли можно найти, опираясь, правда, на малые силы, начал предпринимать во имя Господа всё, что было великого, преследовать остатки язычников, где бы те ни оставались, ставить в подходящих местах крепости, восстанавливать давно разрушенную Яффу и уже долгое время заброшенный там порт, возрождать, насколько мог, церкви и духовенство, собирать там монашеские общины и самым преданным образом жаловать подарки как монастырям, так и госпиталю, который никогда не прекращал существования в Иерусалиме. С жителями Аскалона и Дамаска у него был прочнейший мир ради интересов торговли; рыцарей нашего народа он почитал более прочих воинов и, с любезнейшей вежливостью рекомендуя их дикость галльским рыцарям, укрощал ту зависть, которая некоторым образом имела место между теми и другими, благодаря присущему ему от рождения знанию обоих языков.

33. 1098 год Господень. Рождество Господне император Генрих отпраздновал в Кёльне; на Богоявление же он провозгласил в Ахене королём своего младшего сына Генриха V 227, отстранив старшего сына Конрада, которого ранее короновал.

Конрад же, открыв причину своего мятежа лишь немногим и самым преданным ему в королевстве людям, взял из разряда министериалов отца некоего мужа по имени Конрад, человека весьма храброго и умного, и почти девять лет удерживал титул и достоинство короля в некоторых частях Италии, распространив, между тем, по римскому миру такой слух о своих талантах, что никто из благочестивых, никто из мудрых не сомневался, что именно на него следует возложить спасение государства. Ибо он был мужем во всех отношениях католическим и полностью послушным апостольскому престолу, более преданным религии, чем власти или оружию; в достаточной мере, или даже сверх меры наделённый силой и отвагой, он предпочитал проводить свободное время в чтении, а не в играх; он делался близким всякого рода несчастным, но, особенно, терпящим нужду рыцарям благодаря сочувствию и плодам милосердия; никого не презирая, никому не причиняя насилия, никого не осуждая до суда, он был доступен всем лицам и всякому сословию, а потому по праву всегда был угоден Богу и людям. Хотя он предпочёл бы всю жизнь сохранять целомудрие, но, вынужденный своими людьми, взял в жёны дочь Рожера, герцога Сицилии 228, чуть ли не самого знаменитого в наши времена мужа, и столь целомудренно вёл себя в браке, что едва верилось, что он таки познал её; а она, наделённая верностью голубки, отказалась впоследствии от второго брака, так что после того как её тело утратило такую славную голову, она оставшееся время своей жизни посвятила труду, чтобы получить шестидесятикратную награду. Согласно законной заповеди: «Наготы отца твоего не открывай» 229, а также: «Почитай отца твоего» 230, он никогда не позволял достигать своего слуха молве, которая по всей Римской империи порицала нравы его отца и которая собственно явилась причиной его напряжённых отношений с отцом и последующего отпадения от него, всегда именуя его своим господином и цезарем, или императором; всех приходивших из отцовского дворца он называл сорабами и даже с самыми низкими из них обходился с товарищеской благосклонностью. Кроме душевных достоинств и устойчивости нравов он был весьма красив телом и отличался высоким ростом.

34. 1099 год Господень. Случилась великая смертность. Конрад 231, епископ Утрехтский, был жестоко убит неким купцом в среду на Пасхальной [неделе]. В это же время умер господин Герман, архиепископ Кёльнский, и его место занял Фридрих 232. Непредвиденный голод царил во многих местах.

Умер папа Урбан 233. Он созвал множество соборов по поводу – увы! – всё ещё сохранявшейся церковной смуты, и издал также множество декретов; среди прочего он, созвав в городе Пьяченце 234 почти 200 отцов, объявил, что император Генрих лишён церковного общения как им самим, так и его предшественниками, особенно, после того как королева Адельгейда, жена этого цезаря, присутствовала при этом и сообщила о нём всему собору много дурного. Но, перед тем, как уйти из этой жизни, он, наставленный духом Божьим, наметил для избрания на апостольскую должность Райнера, кардинала из святого Климента, аббата святого образа жизни и доброй репутации, знатного римлянина; его, отмеченного также другими откровениями, вся римская церковь посвящает себе в пастыри, хоть и вопреки его воли, и нарекает Пасхалием 235.

35. 1100 год Господень. Иерусалим был взят христианами, в то время как во главе войска стоял герцог Готфрид. Маркграф Удо 236 и очень многие другие саксы напали на варваров, что зовутся лютичами, и с честью одержали над ними победу.

Умер Викберт, архиепископ Равеннский, поставленный над Гильдебрандом Григорием и названный папой Климентом, как бы то ни было довольно славный муж благодаря природному дарованию, красноречию, благородству и достоинству личности, который тогда не чувствовал себя дома ни в Риме, ни в Равенне и который взошёл на престол при живом папе, хотя и вынужденно, как говорят некоторые; он пережил трёх сменявших друг друга пап, отвергнутый обоими престолами – и Римом, и Равенной, предпочитая, как мы слышали из его собственных уст, никогда не принимать апостольского имени.

Вильгельм 237, король Англии, был застрелен из лука на охоте; когда же его брат Генрих 238 хотел построить на этом месте монастырь ради спасения его души, то ему явился он сам и два несущих его дракона, говоря, что ему ничто не поможет, потому что в его времена было разрушено всё, что его предшественники построили в честь Господа.

36. 1101 год Господень. Молодой король Конрад, связанный с Матильдой, той великой, благороднейшей и, как некоторые говорят, благочестивой дамой, как родством, так и близкой дружбой, и постоянно пользовавшийся в требующих решения итальянских делах советами как её, так и господина папы и прочих богобоязненных лиц, в девятый год после того как ушёл из отцовского дворца, был застигнут внезапной смертью и в полной вере и добром исповедании отошёл, как полагают, из преходящего царства в царство вечное 239. Есть также такие, которые говорят, что он умер от яда. Те, которые при этом присутствовали, обычно уверяют, что видели, как на левой руке у бездыханного тела внезапно возник знак креста, и сами его похороны были почтены некоторыми чудесами.

37. 1102 год Господень. Император Генрих, проведя совещание с князьями, объявил о намерении отправиться в Рим и созвать там около начала февраля генеральный собор, чтобы, канонически обсудив на нём как своё, так и господина папы дело, укрепить католическое единство светской и духовной власти, которое столько лет оставалось нарушенным. Известно всё же, что ни сам он не прибыл, согласно этому решению, ни послов, которые бы заявили о его подчинении папскому достоинству, не отправил. Не осталось тайной и то, что он попытался бы, если бы это можно было сделать, поставить вместо господина Пасхалия другого папу, но не преуспел в этом.

После середины 40-дневного поста, когда собрались все епископы Апулии, Кампании, Сицилии, Тосканы и вообще всей Италии, а также послы от очень многих заальпийских отцов, в Риме состоялся великий собор, на котором помимо почтительного утверждения, как обычно, старинных установлений отцов, был также включён в число наиболее значимых ересей часто упоминаемый раскол нашего времени и вместе со своими зачинщиками и последователями предан вечному проклятию посредством следующего приведённого ниже исповедания: «Я предаю анафеме всякую ересь и, особенно, ту, которая привела в расстройство положение нынешней церкви, которая учит и доказывает, что анафемой следует пренебрегать, а церковные узы презирать. Я же, призывая в свидетели Христа и церковь, обещаю послушание понтифику апостольского престола, господину Пасхалию, и его преемникам, утверждая всё, что утверждает святая и вселенская церковь, и осуждая всё, что она осуждает». Там же названный папа Пасхалий провозгласил против императора и римского патриция Генриха приговор, который мы также среди бесчисленных толп от разных народов слышали из его собственных уст в Латеранской церкви в день вечери Господней 240; собственно после того как мы, доверившись 24 сентября в Яффе морским волнам, оказались в Риме, приведённые сюда милостью Христовой на упомянутой великой неделе. «Поскольку, – говорит папа, – он не перестал рвать тунику Христову, то есть разорять церковь грабежами и поджогами, пятнать развратом, вероломством и убийствами, то за своё непослушание он был отлучён и проклят сперва блаженной памяти папой Григорием, а затем святейшим мужем Урбаном, моим предшественником; мы также на нашем последнем соборе по приговору всей церкви предаём его вечному проклятию. Мы желаем, чтобы это стало известно всем и, особенно, заальпийским жителям, чтобы они воздерживались от его нечестия».

38. 1103 год Господень. Император Генрих, отпраздновав Рождество Господне в Майнце, велел официально объявить через епископа Эмехарда 241, что он намерен передать управление своему сыну, королю Генриху, и посетить Гроб Господень; вследствие этого он приобрёл немалое расположение как народа, так и князей и клириков всего королевства, и многих из разных частей королевства воспламенил тем же обетом готовиться сопровождать его в этом походе.

Куно 242, сын герцога Отто, один из высших князей, был убит в результата заговора некоторых проклятых людей.

Умер маркграф Генрих 243, могущественнейший муж своего времени в Саксонии.

39. 1104 год Господень. Император Генрих отпраздновал Рождество Господне в Регенсбурге. Когда он находился там какое-то время, а среди баварской знати ещё ранее возник ропот, поскольку саксам и франкам император оказывал там большее доверие и почёт, чем местным жителям, граф Зигхард 244, который в особенности выражал такого рода подозрения, постепенно начал казаться враждебным императору, главным образом из-за того, что он один прежде всех князей, которые тогда присутствовали, казалось, обезопасил себя более крупным отрядом рыцарей, приведённым им для сопротивления, если при дворе что-то случайно пойдёт не так.

По прошествии нескольких дней после этого, когда этот граф, чувствуя себя уже в безопасности, разрешил отрядам своих людей удалиться, против него, поскольку об этом сговорились как горожане Регенсбурга, так и люди от сословия министериалов из разных мест, поднялось неистовое волнение, которое никоим образом, даже через посредничество сына императора, не удавалось усмирить, пока граф, осаждённый на постоялом дворе с третьего часа дня до девятого, не был, наконец, обезглавлен, после того как были взломаны двери, но предварительно исповедовавшись и приняв предсмертное причастие Господне.

Когда в этом году около летнего солнцестояния разыгралась непогода, в Вюрцбургском округе, как говорят, посреди града упала ледяная глыба такой величины, что она, даже после того как её разделили на четыре части, казалась неподъёмной для стольких же человек. В Шпейерском же епископстве видели, как из хлебов текла кровь; её удивительным образом нашли также в кушаньях из чечевицы, что, как полагали согласно древней аналогии римской истории, предвещало гражданскую, вернее междоусобную войну.

40. 1105 год Господень. В то время как император Генрих праздновал в Майнце Рождество Господне, Генрих, его сын, названный пятым королём этого имени, готовил в Баварии мятеж против отца, а именно, по настоянию маркграфа Дипольда 245, графа Беренгара 246 и Отто 247, некоего знатного мужа и его родственника по материнской линии, по совету и при содействии которых он и покинул отца несколько дней назад. Ибо он, первым делом предав анафеме вышеназванную ересь, заявил о должном послушании понтифику апостольского престола, а затем, когда с ним соединились норикские князья и некоторые знатные люди из Алеманнии, а также восточной Франконии, направился к саксам. С почётом принятый ими, он, отпраздновав Пасху 248 в Кведлинбурге, вскоре овладел всеми городами Саксонии, и вельможи в полной мере почтили его королевским достоинством. По совету и при содействии епископа Рутарда Майнцского 249 и Гебхарда Констанцского 250, а именно, представителей господина папы Пасхалия, он возвратил к причастию римской церкви всю Саксонию, а епископам и клирикам назначил на 29 мая генеральное собрание в королевском поместье под названием Нордхаузен, на котором следовало обсудить меры по поводу уже ослабевшей дисциплины церковного распорядка. На этом соборе по поводу предстоящих решений были сперва зачитаны декреты отцов, и то, что можно, тут же было достохвальным образом улучшено, а кое-что, что казалось более серьёзным, было отложено до слушания в присутствии папы. Так, ересь симония была осуждена по обычаю отцов, и точно также отвергнуто там всеми развратное сожительство николаитов; вышеназванные епископы объявили апостольской властью, что пост марта месяца следует по римскому обычаю соблюдать в первую неделю 40-дневного поста, а пост июня месяца – в ту же неделю Троицы, и утвердили Божий мир; тем же, которые были посвящены лжеепископами, было обещано, что во время ближайшего поста им дадут примирение посредством католического возложения рук. Мы видели посреди этого, что не можем обойти молчанием, как король Генрих великим смирением и в то же время властью оправдал на глазах у всех немалые надежды на свой добрый характер. Так, когда он, только призванный, хотел принять участие в собрании рабов Божьих, – ибо там наряду с епископами и клириками собралась также огромная толпа аббатов и монахов, жаждущая церковного единства, – то, выйдя вперёд в смиренном одеянии и стоя на более высоком месте, он, наконец, разумным образом возобновил всем, согласно решениям князей, их законы и права; если же предлагались какие-то неразумные меры, то он отвергал их с восхитительным и не по возрасту мудрым возражением и наследственным великодушием, во всём этом удивительным образом сохраняя в себе застенчивость юности и оказывая достойное уважение к священникам Христовым. Между тем, проливая слёзы и призвав в свидетели самого царя небесного и всё небесное воинство, он заявил, что присвоил себе отцовскую власть не из желания царствовать и не хочет, чтобы его господин и отец был свергнут с престола Римской империи, вернее он всегда питал должное сочувствие его упорству и непослушанию; и обещал, что если тот по христианскому закону пожелает подчиниться святому Петру и его преемникам, то он или откажется от престола, или подчинится ему, как раб. Услышав это, вся толпа одобрила сказанное и стала проливать слёзы и молиться как за обращение отца, так и за успехи сына, громким голосом возглашая: «Кирие элейсон». В тот же час епископы Удо Хильдесхаймский 251, Генрих Падерборнский 252 и Фридрих Хальберштадтский 253, пав к стопам митрополита и призвав в свидетели его самого, а также стоящего рядом короля и всю присутствующую церковь, предали себя апостольскому послушанию. Их прегрешения тем не менее были отложены для папского суда, только при временном отстранении их от своих должностей.

Когда всё это было надлежащим образом устроено, король, отпраздновав Троицу 254 в Мерзебурге, велел посвятить Генриха 255, уже давно назначенного архиепископом Магдебургской церкви, но изгнанного верными императора; вскоре после этого он предпринял поход против Майнца, намереваясь восстановить изгнанного оттуда епископа, в то время как отец ожидал развития событий внутри его стен с немалым отрядом рыцарей и некоторыми, правда, не слишком верными ему князьями. Как тем мешало подойти к городу течение Рейна и отсутствие кораблей, так этим не давало вести братоубийственную войну размышление по поводу принесённых как отцу, так и сыну клятв. Всё же многочисленные гонцы сновали по реке туда сюда, все вельможи королевства обсуждали между собой многочисленные планы, в то время как отец обещал раздел королевства и обеспечение наследственной преемственности, а сын не требовал ничего, кроме подчинения папе и достижения церковного единства. Безуспешно отступив таким образом, [король] прибыл в Вюрцбург и, изгнав некоего Эрролонга 256, которого император назначил недавно вместо умершего епископа Эмехарда, посредством названного архиепископа Рутарда возвёл на престола Роберта, приора тамошней церкви, как ранее, так и ныне избранного духовенством и народом; так, когда эта церковь была возвращена к апостольскому общению, [король], получив от горожан гарантии безопасности, отпустил саксов, а сам вместе с баварцами приступил к осаде крепости Нюрнберг; благополучно взяв её через два или более месяцев 257, он, распустив войско, направился в Регенсбург. Отец, следуя за ним по пятам, вернул жителям Вюрцбурга Эрролонга, предварительно изгнав Роберта, а затем, разорив всё, что принадлежало сторонникам сына, изгнал, наконец, из города и самого сына, поскольку жители Регенсбурга коварно оказывали ему содействие. Расположившись там, он поставил епископом этой кафедры одного молодого человека по имени Ульрих, а затем собрал отовсюду войско и, двигаясь дальше, разорил марку Дипольда, главным образом благодаря жестокости чешского народа. Но рыцари короля вместе со своим господином не мешкают более, устраивают повсюду сходки, отплачивают людям цезаря с тыла огнём и грабежом и, наконец, с 10 000 отборных молодых людей, разбитых на пять отрядов, требуют битвы. Когда лагери были уже разбиты друг против друга, на протяжении трёх дней с одной стороны реки Реген развевались знамёна императора, с другой – знамёна короля, – весьма жуткое зрелище; уже в самом русле реки происходили частые поединки, в ходе которых со стороны императора пал граф Гартвиг, и немало людей с обеих сторон унёс сомнительный жребий Марса. Однако же в день, который самым очевидным образом предшествовал генеральному сражению, князья, которые, казалось, были главами и силой того и другого войска, после того как было получено взаимное согласие на мирные переговоры, после придирчивого обсуждения причины нынешней между ними войны, наконец, наученные, как полагают, Божьим духом, с единым мнением резюмировали, что в столь суровом и столь опасном деле слишком мало справедливости и слишком мало пользы; поэтому они с одинаковым стремлением решили, что бесспорно следует пощадить братьев, то есть христианский народ с той и с другой стороны, вернее прекратить братоубийственную войну. Говорят также, что молодой король, в то время как кровожадный Марс уже начал, как мы сказали, лютовать по выстроенным со всех сторон войскам, с взволнованным сердцем горестно воскликнул о своём отце: «Я от всего сердца благодарю вас, мои соратники, за ваше ко мне расположение; и не отказываюсь каждому из вас воздать тем же, если того потребует дело. Однако, пусть никто не желает и не рассчитывает приобрести мою милость тем, что будет хвалиться, будто благодаря ему был убит мой отец и господин, и не думает, что он должен быть убит. Я желаю получить причитающееся мне в соответствии с христианскими законами королевство, как наследник и преемник августа, если это всё же будет угодно повелителю всего сущего; и не желаю ни быть, ни называться отцеубийцей. Если же мой отец подчинится игу апостольского послушания, то я тут же удовольствуюсь тем, что мне только и уступит его милость; пока же знайте, что я сражаюсь не против отца, но борюсь за отцовское королевство». Итак, уже под вечер этого дня королевские фаланги освободили место, крича, что они оказывают уважение императорскому величеству. Император же, в то время как он давал в лагере распоряжения, уверенный в завтрашней битвы, вопреки чаянию услышал от чешского князя 258 и маркграфа Леопольда 259, что князьям не угодна ни эта битва, ни вообще намерение сражаться. Тут же пав духом, он смиренно просил их о помощи, но ничего не добился; узнав также от тайных посланцев сына, что против него составлен заговор его же людей, он вместе с очень немногими мужами тайно удалился из лагеря; так благодаря Божьему промыслу посредством спасения одного была спасена кровь многих, которая, как полагали, должна была пролиться. Ибо, как только об отсутствии императора стало известно повсюду по всему лагерю, каждый поспешил вернуться восвояси, тем более что покров тёмной ночи обеспечивал безопасность бегства. А король, в то время как мог поступить с рассеявшимися врагами по своему произволу, решив скорее щадить, нежели преследовать, закрепил за собой город бесспорно более суровым договором из-за нарушения заключённого ранее договора, и, устранив Ульриха, возвёл на тамошний престол Гартвига 260, во всех отношениях испытанного, католического и благородного мужа; он примирил с собой некоторых епископов и князей из отцовского войска, найденных внутри городских стен, и, тут же вернувшись во Франконию, предоставил испить ту же чашу неверным ему жителям Вюрцбурга. Посреди этого названный Эрролонг, который присвоил титул тамошнего епископа, обманутый в своих надеждах, уступил престол Роберту и сдался королю; с тех пор он считается среди его капелланов точно таким же верным.

Король, между тем, услышав, что его отец находится у Викберта 261, светлейшего и мудрого мужа, который княжил в тех землях, что населяют сорбы, разрешил предоставить ему сопровождение до самого Рейна, – ибо тот умолял об этом через послов; всё же, чтобы не быть потревоженным там каким-либо усилием с его стороны, он, заблаговременно удалившись из Вюрцбурга, не без риска переправился через названную выше реку неподалёку от Шпейера; тут же овладев этим городом и спрятанными там отцовскими сокровищами, он поставил Шпейерским епископом мудрого и благородного мужа, угодного всем здравомыслящим людям за добрую славу своего образа жизни и достоинство нравов, Гебхарда 262, аббата Хиршау. В те же дни достопочтенный архиепископ Рутард был выведен под охраной католических князей из Тюрингии, где он избегал ярости тирана в течение восьми лет, и при величайшем ликовании благородного Майнца восстановлен на своей кафедре; таким образом, примирив с апостольской церковью как духовенство, так и народ, он всячески почитался всеми не только как пожилой уже отец, но также словно воскресший из мёртвых. Итак, уладив дела в районе Рейна, король Генрих направился в Бургундию, но, призванный назад гонцами от своих верных, он с удивительной быстротой упредил козни отца, которые тот замыслил при помощи графа Зигфрида 263. Ибо, когда тот направлялся в Майнц и пытался помешать хофтагу, который был назначен всеми князьями короля по поводу настоящего дела и ожидался на Рождество Господне, он застал его около 13 декабря в Бингене 264; лицом к лицу, в обратном, но изменённом лишь по необходимости порядке, сын увещевал отца об узах анафемы и прочих безрассудно совершённых им против государства деяниях, и обещал должное послушание, если тот соизволит лишь образумиться. Старший же откладывал эти и многочисленные такого рода предложения до слушания в присутствии вельмож и на усмотрение предстоящего хофтага, и таким образом оба вместе со свитами, миролюбиво по отношению друг к другу, одновременно двинулись по направлению к часто называемой столице. Между тем, верные через тайных послов сообщили сыну, что отец предпринимает некоторые действия, которые не согласуются с этим договором и миром, и они решили, что отец должен ожидать собрания князей отдельно со своими людьми в сильно укреплённой крепости, особенно, после того как епископы Майнцский и Шпейерский и прочие, которые там были, официально заявили, что не могут предоставить ему церковное общение внутри своих недавно возвращённых им церквей. Уладив таким образом это дело, король, расставив стражу, чтобы от него не поступало никаких новостей и к нему не поступало ничего нового, прибыл в Майнц на собрание князей; но благодаря народной глупости повсюду разнеслась молва, что отец, мол, коварно схвачен сыном и помещён под стражу.

В 1106 году от воплощения Господнего при посредничестве Генриха Младшего в Майнце на Рождество Господне состоялось столь внушительное собрание всего Германского королевства, какого не видели на протяжении многих лет. Ибо те, которые присутствовали, рассказывают, что там было тогда 52 князя, или ещё более, так что было отмечено отсутствие только герцога Саксонии Магнуса, которому помешал прийти чересчур дряхлый возраст. Там прибывшие легаты апостольского престола, а именно, епископ Альбанский вместе с Констанцским, письменно и устно засвидетельствовав приговор об анафеме против Генриха Старшего, так называемого императора, неоднократно провозглашённый столькими следовавшими друг за другом папами, подтвердили, что всё множество людей, вернее вся рассеянная по всему кругу земному церковь уже многие годы властью Христа и блаженного Петра отделена от общения с ним. По этой причине, в то время как он пробовал явиться в Майнц из крепости, в которой находился, князья, чтобы уберечься от возмущения народа, который обычно больше сочувствовал его партии, чем партии сына, сами вышли к нему в Ингельхайм и, наконец, окружив его общим собранием, вынудили его к признанию вины и изъявлению покаяния. Поскольку легаты не могли тут же вернуть ему церковное общение и указать меру покаяния без решения генерального собора и исследования со стороны папы, он, вняв советам той и другой партии, передал во власть сына королевские и императорские инсигнии, а именно, крест и копьё, скипетр, державу и корону, желая ему удачи и с горьким плачем вверяя его князьям, и обещал впредь позаботиться о спасении своей души согласно решениям верховного священника и всей церкви.

Редакция I, II и III .

Годы Генриха V.

Таким образом Генрих, 5-й этого имени, избранный в короли сперва отцом, а затем, уже вторично, всеми князьями Германии, и католически утверждённый посредством возложения рук апостольскими легатами, после того как принял, согласно обычаям отечества, присягу как от епископов, так и от мирян, начал царствовать 88-м от Августа в 50-й год своего отца, в 1807 году от основания Города, в 5058 году от начала мира и, как сказано, в 1106 году от воплощения Господнего. (в Редакции II и III: от основания же Города в 1857 году, а от начала мира в 6305 году).

Итак, когда перед королём и всеми князьями и епископами всей Германии, перед всем духовенством и народом были доставлены послания римского престола по поводу различного и укоренившегося осквернения церквей этого королевства, и, напротив, всеми было единодушно обещано исправление, то и король, и князья приняли решение отправить к святой матери римской церкви стольких и таких влиятельных послов от этих земель, которые были бы в состоянии надлежащим образом дать отчёт в обвинениях, тщательно исследовать спорные вопросы и во всех отношениях мудро позаботиться о церковных выгодах. Для этого дела были отобраны исполненные духом мудрости мужи, выдающиеся должностями, благородством рода, изысканностью или богатствами, достойные всяческого уважения как духовного, так и светского: из Лотарингии – Бруно Трирский, из Саксонии – Генрих Магдебургский, из Франконии – Отто Бамбергский 265, из Баварии – Эберхард Эйхштеттский 266, из Алеманнии – Гебхард Констанцский 267, из Бургундии – епископ Курский 268, а также некоторые благородные мужи мирского чина со стороны короля; среди прочего они получают задание добиться присутствия господина папы, если это возможно, в заальпийских пределах. Однако, Генрих, епископ Магдебургский, и Бруно Трирский, неосторожно совершая свой путь, были схвачены в Трендиле, но спустя малое время освободились из плена и вернулись домой. (одинаково во всех Редакциях).

Около 40-дневного поста на небе появился новое и устрашающее знамение. Ибо в течение целых трёх недель или ещё больше на западе возникла звезда, испускавшая чрезвычайно широкий луч наподобие солнечного света во время вечернего заката, и освещала этим блеском значительную часть неба на востоке. (одинаково во всех Редакциях).

Вербное воскресенье 269 сын императора проводит в Кёльне, приглашённый епископом этого престола. Оттуда он направляется в Ахен, чтобы Пасху провести в Льеже, где в это время находился его отец. Когда он прибыл в Ахен, то выслал вперёд некоторых из своих князей, чтобы занять мост, по которому через реку Маас ведёт [дорога] к городу Визе 270. Там Генрих 271, герцог Лотарингии, и его сын Язычник 272, а также Готфрид де Намюр встречают прибывших и ничего не опасавшихся людей, наносят им раны, убивают и обращают их в бегство. После этого те бегут и в реке Маасе тонет почти до 200 рыцарей. Среди них погибает Герман фон Боцебах, любимец сына короля, и очень многие знатные мужи попадают в плен. Это произошло в день вечери Господней 273. Сын короля, встревоженный этими несчастьями, возвращается по пути, которым пришёл, и празднует Пасху Господню 274 в Боннском приорстве. А император, отпраздновав праздник Пасхи в Льеже, возвращается в Кёльн и укрепляет город валом и рвом. Фридрих Хальберштадтский 275 возвращается без должности епископа. Папа назначил всеобщий собор. Умер маркграф Удо, деятельный защитник провинции, ужас славян. Бурхард 276, епископ Мюнстера, когда против него сговорились министериалы провинции, с согласия графа Вестфалии Фридриха 277 был изгнан, схвачен, приведён к императору и брошен в оковы. (в Редакции I).

Явилась комета. Между императором Генрихом и королём Генрихом, его сыном, вновь возникает спор. Король Генрих проводит Вербное воскресенье в Кёльне, приглашённый архиепископом этого престола. Оттуда он направляется в Ахен, чтобы Пасху провести в Льеже, где тогда находился его отец. Когда он прибыл в Ахен, то выслал вперёд некоторых из своих князей, чтобы занять мост, по которому через реку Маас ведёт [дорога] к городу Визе. Там Генрих, герцог Лотарингии, и его сын Язычник, а также Готфрид де Намюр встречают прибывших и ничего не опасавшихся людей, наносят им раны, убивают и обращают их в бегство; там тонет до 200 рыцарей, и очень многие знатные мужи попадают в плен. Это произошло в день вечери Господней. Император возвращается из Льежа в Кёльн и укрепляет город валом и рвом. После этого Бурхард, епископ Мюнстера, был схвачен в Нейсе жителями Кёльна, приведён к императору и брошен в оковы. (в Редакции II и III).

Сын императора, предприняв поход, утесняет осадой Кёльн. После того как он провёл там в напрасных трудах целый месяц, он пришёл в Ахен. Генрих, герцог Лотарингии, из-за страха перед прибывшим войском сам сжигает свои крепости Лимбург и Рейфершейд. Луна была покрыта мраком в течение нескольких ночных часов июля. (в Редакции I).

Сын императора, предприняв поход, утесняет осадой Кёльн с огромным войском, но, когда горожане оказывают мужественное сопротивление, в страхе отступает. (в Редакции II и III).

Около этого же времени император, находясь в Льеже, видел достойный упоминания сон. Так, ему привиделось, будто он гуляет по саду, засаженному высокими деревьями; одно из них, казавшееся выше прочих, падая на землю, придавило другое дерево и повалило на землю вместе с собой. А затем постепенно упали и остальные деревья. Всё это в последующем подтвердил исход событий. Ведь император через малый промежуток времени, проболел восемь дней, на девятый день умер 278 и был погребён в церкви св. Ламберта перед алтарём св. Марии. Через пять дней после него в Ахене умер граф Дитрих фон Эмбике 279. (в Редакции I).

Между тем, император, вернувшись в Льеж и прожив малое время, умирает в 50-й год своего правления и 23-й императорской власти, и его хоронят в церкви блаженного Ламберта, перед алтарём св. Марии. (в Редакции II и III).

Умирают графы Готфрид и Адольф. Епископ Льежский обретает милость сына императора, освобождается от отлучения, но отстраняется от богослужебных обязанностей. (в Редакции I).

Умирают графы Дитрих, Готфрид и Адольф (в Редакции II и III).

Генрих, герцог Лотарингии, подчиняется королю; у него отбирают герцогство, а самого поручают Удо 280, епископу Хильдесхайма. Готфрида 281, графа Брабанта, ставят герцогом Лотарингии. Жители Кёльна сдаются и, сверх того, уплачивают королю 5000 марок за обретение его милости. Тело императора вырыто и доставлено в Шпейер, и папу спрашивают по поводу его погребения. А король Генрих пришёл в Мюнстер и восстановил на его престоле недавно изгнанного оттуда епископа Бурхарда. Умирает Магнус, герцог саксов, и герцогство вместе с маркой поручают графу Лиутгеру фон Супплинбургу 282. Герцог Генрих бегством спасается из-под стражи. Папа Пасхалий проводит в деревне Варесталь 283 собор, на который собираются епископы, герцоги, графы как Италии, так и Германии. Епископ Роберт Вюрцбургский 284 и епископ Лионский 285 умирают в пути. Там были осуждены очень многие епископы Италии, а некоторые преданы анафеме. Анафеме предан патриарх Аквилейский 286; Фридрих Хальберштадтский был лишён епископской чести, поскольку его обвинили каноники [его] церкви. Такой же приговор вынесен и в отношении Видело Минденского 287. Епископы Льежа и Камбре 288 преданы анафеме. (в Редакции I).

Генрих, герцог Лотарингии, подчиняется королю Генриху V; у него отбирают герцогство, а самого поручают Удо, епископу Хильдесхайма. Готфрида, графа Брабанта, ставят герцогом Лотарингии. Жители Кёльна сдаются при посредничестве Бертольда 289, герцога Каринтии. Тело императора вырыто и доставлено в Шпейер, и папу спрашивают по поводу его погребения. Умирает Магнус, герцог саксов, и герцогство вместе с маркой поручают графу Лиутгеру фон Супплинбургу. Герцог Генрих бегством спасается из-под стражи. (в Редакции II и III).

1107 год Господень. Было объявлено о прибытии папы в Майнц на Рождество Господне, но этому помешали тяготы пути и времени. Король же празднует Рождество Господне в Регенсбурге. Оттуда он через Тюрингию направляется в Саксонию, и приказал сжечь Радельбург и Бойнебург 290, весьма укреплённые замки в Тюрингии, из-за разбоев, которые совершались оттуда против соседних мест. Праздник очищения Пресвятой Марии он проводит в Кведлинбурге. Там он принимает послов короля Франции по поводу взаимных переговоров. Оттуда он прибывает в Мерзебург, а затем – в Гослар, по королевскому обычаю судив всех, кто обратился к нему со своим делом. Во главе Хальберштадтской церкви он поставил Рейнхарда 291. Умирает Марквард, аббат Корвеи, и король, придя, поставил вместо него Эркенберта, аббата Мерзебургского. Придя оттуда в Падерборн, от проходит через Вестфалию, Вербное воскресенье проводит в Кёльне, а Пасху 292 празднует в Майнце. Папа назначил всем епископам всеобщий собор в Труа. Король, собрав множество князей, направляется к папе, захватывает в пути множество крепостей, и принял сдачу Клермона и Брета, откуда грабили соседние местности. Послы короля: Бруно, епископ Трирский, Отто, епископ Бамбергский, Эрлольф, епископ Вюрцбурга, Бертольд, герцог Швабии, граф Герман 293, граф Викберт 294, придя к папе в Шампань, оказали ему всякое послушание, не нарушая со стороны короля чести королевства. А папа поручил передать королю, что он лично не требует от него ничего, кроме того, что относится к церковной чести. Король возвращается, не совершив переговоры о том, по поводу чего к нему отправлял послов король Франции. (в Редакции I).

Спор между королём Генрихом и папой Пасхалием по поводу инвеституры. Папа назначает всем епископам всеобщий собор в Труа, где Фридрих, архиепископ Кёльнский, был отстранён от богослужебных обязанностей вместе с зависимыми от него епископами, так как не прибыл на этот святой собор. Там папа утвердил под угрозой отлучения, что никто не должен принимать ни инвеституру, ни церковную должность из рук мирян, пока этот спор между ним и королём не будет разрешён. (в Редакции II и III).

Господин папа проводит в Труа собор при огромном стечении епископов, аббатов и других католиков. Там он объявил перерыв в деле, по поводу которого должны были встретиться он и король, до самого римского престола, чтобы принять о нём каноническое решение. Там Роберт, архиепископ Майнца, был отстранён от богослужебных обязанностей, потому что он без церковного согласия восстановил в должности Удо Хильдесхаймского и так как вопреки каноническому праву поставил во главе Хальберштадтской церкви Рейнхарда. Гебхард Констанцский точно так же был отстранён от богослужебных обязанностей, ибо он согласился с теми, которые навязали Минденской церкви вместо епископа Готшалка 295, и так как он безрассудно поставил во главе Магдебургской церкви Генриха. Кёльнский архиепископ Фридрих был отстранён от богослужебных обязанностей вместе с зависимыми от него епископами, так как не прибыл на этот святой собор. Папа вернул там всем церквям их свободу, чтобы они по каноническим установлениям избирали себе прелатов, каких считают достойными.

По окончании собора папа возвращается в Рим и был с честью там принят. Король же возвращается по пути, каким и пришёл, и празднует Троицу в городе Страсбурге. Он поставил Адальгота 296 епископом Магдебурга. Решение по поводу епископ было принято вопреки указу папы. Ибо папа в Труа утвердил под угрозой отлучения, чтобы никто не принимал ни инвеституру, ни церковную должности из мирских рук, пока этот спор не будет соборным образом решён между ним и королём. Король отправляется в Саксонию, собираясь предпринять поход в Чехию для подавления мятежа двух родичей, которые спорили из-за Чешского герцогства. Один из них 297, услышав о приходе короля, испугавшись, ушёл, а другой 298 пришёл к королю в Мерзебург, пожаловав королю за Чешское герцогство 5000 марок. Король, приняв заложников, поставил его в Госларе герцогом Чехии.

Около праздника рождества Пресвятой Марии, когда король рано утром спал в комнате Госларского дворца, внезапно раздался гром, и поразил стену, которая была во главе ложа короля, вырвал несколько гвоздей из королевского щита и опалил на конце меч, который король разместил у своего бока, так что ножны остались целы. Король же, проснувшись, бежал и прибыл к рыцарям кубикуляриям. Роберт 299, граф Фландрии, захватывает и овладевает Камбре; король, собрав для укрощения его дерзости войско, приходит к Дуэ, весьма укреплённому городу, осаждает его в Дуэ, опустошает прилегающую область грабежом и огнём. Наконец, Роберт, не полагаясь на свои силы, сдаётся, возвращает Камбре, становится по принесении клятвы верности вассалом короля и получает от короля в лен Камбрейское фогство. (в Редакции I).

Около праздника рождества Пресвятой Марии, когда король рано утром спал в Госларском дворце, внезапно раздался гром, и поразил стену, которая была во главе его ложа, затем силой молнии вырвал несколько гвоздей из королевского щита и опалил на конце меч, который король разместил на боку, а сам король в страхе выскочил за дверь. Король, собрав войско, отправился против Роберта, графа Фландрии, уже вернувшегося из Иерусалима. (в Редакции II и III).

1108 год Господень. Праздник Рождества Господнего король празднует в Ахене, а Пасху 300 – в Майнце. Брат короля Венгрии по имени Альм 301 приходит к королю, жалуясь, что изгнан своим братом, и умоляя короля о своём восстановлении. По этой причине король, собрав войско, вторгается в Венгрию ради восстановления Альма.

1109 год Господень. Рождество Господне король празднует в Майнце. Пфальцграф Зигфрид 302, обвинённый в том, что злоумышлял против партии короля, был помещён королём под стражу. Умер Рутард, архиепископ Майнца. Солнечное затмение случилось 31 мая. Фридрих, архиепископ Кёльнский, Бруно, архиепископ Трирский, канцлер Адальберт 303, граф Герман фон Винценбург и другие довольно известные князья отправляются в Рим, чтобы добиться согласия между господином папой и королём. Господин папа торжественно обещает принять его со всей отцовской любовью, со всей кротостью, если тот предстанет перед святым римским престолом как католический король, как сын и защитник церкви, как любитель справедливости. (в Редакции I).

Солнечное затмение произошло 30 мая. (в Редакции II и III).

1110 год Господень. Рождество Господне король празднует в Бамберге. 7 марта в Латеранской церкви под председательством господина папы Пасхалия, в присутствии множества епископов и аббатов, состоялся славный собор, на котором при общем согласии их всех были приняты следующие главы: «Канонами апостолов установлено, чтобы епископ имел попечение обо всех церковных делах и решал их, словно перед ликом Божьим. Также на Антиохийском соборе установлено, чтобы всё то, что принадлежит церкви, соблюдалось со всевозможной заботой и добросовестностью, с непритворной верой, какая есть в Боге; то же, что следует израсходовать, пусть будет израсходовано решением и властью епископа, которому поручен народ и души, которые собираются внутри церкви. Также блаженный мученик Стефан пишет: «Никому из мирян, хотя бы они и были благочестивы, как мы читаем, не дано права распоряжаться ничем из церковных средств; мы не разрешаем совершать это и впредь, но строжайшим запретом воспрещаем». Если кто-либо из князей или прочих мирян присвоит себе право распоряжаться, или дарить церковные средства, либо владения, то да будет он осуждён, как святотатец! Клирики же или монахи, которые примут их благодаря их власти, подлежат отлучению. Есть, кроме того, такие, которые посредством либо насилия, либо благосклонности не позволяют, чтобы церковные чины рукополагались законным образом; их, по нашему решению, также следует осуждать, как святотатцев. Те же, которые примут церкви благодаря их насилию или властной благосклонности, да будут преданы анафеме. Те же, которые разграбят имущество потерпевших кораблекрушение, да будут исключены из церкви, как разбойники и братоубийцы!». Было также повторено и утверждено то, что провозглашалось относительно инвеституры на соборе в Труа и выглядело так: «Следуя установлениям отцов» и прочее. Названные послы пришли к королю в Льеж, сообщив ему ответ господина папы, что, мол, господин папа требует только то, что принадлежит каноническому и церковному праву; из того же, что относится к королевскому праву, он ничего у господина короля не отнимает. Там в Льеже господин король с честью, как и подобает королю, принял [свою] невесту, дочь английского короля 304. Готфрид, герцог Лотарингии, заслужил королевскую милость благодаря вмешательству новой королевы. Праздник Пасхи 305 король проводит в Утрехте. Там по приказу короля был обезглавлен один человек, ибо согласился на убийство епископа этого места Конрада. Там король, согласно королевскому обычаю, наделил приданым свою невесту. Она же была посвящена в Майнце на праздник святого апостола Иакова в королевы архиепископом Кёльнским Фридрихом. В Утрехте всеми западными князьями был одобрен поход в Италию. Около 2 июня, уже ночью, появилась очень яркая звезда, испускавшая из себя по направлению к югу весьма длинные лучи. 6 мая произошло лунное затмение. Славяне нападают на область по Эльбе и, после того как многие были убиты и взяты в плен, возвращаются домой. Там был убит граф Готфрид фон Хамменбург. Герцог Саксонии Лиутгер, возмущённый вследствие этого, как враг вторгается в землю славян и обходит, разоряя, их страну; он захватывает девять самых укреплённых и богатых городов и, приняв от них заложников, победителем возвращается домой. Около Вознесения св. Марии король с королевской свитой вступает в Италию. Все укреплённые города, все замки подчиняются королю. Славный город Новара был разрушен из-за мятежа некоторых [его жителей]. (в Редакции I).

В Риме под председательством господина папы, в присутствии множества епископов и аббатов, состоялся славный собор, на котором было обсуждено очень много полезного. В Льеже король встретил невесту, дочь Генриха, короля Англии. Оттуда он прибыл в Утрехт, где по его приказу был обезглавлен один человек, который, как было доказано, согласился на убийство епископа Конрада. Там король наделил приданым свою невесту, которую позднее посвятил в Майнце в королевы Фридрих, архиепископ Кёльнский. Явилась комета. Произошло лунное затмение. (в Редакции II и III).

1111 год Господень. Рождество Господне король празднует во Флоренции. Вслед за тем, 12 февраля, он с честью был принят папой в Риме. После того как обеими сторонами были даны заложников, они расположились в церкви блаженного Петра, чтобы провести переговоры по поводу церковных дел. Наиболее же знатным из заложников, которые были переданы со стороны короля, был Генрих, брат Фридриха, графа Вестфалии, рыцарственный муж. Пока это происходило, действиями некоторых людей, которым всё было предпочтительней мира и согласия, на ступенях церкви блаженного Петра возникла сумятица; очень многие были ранены, а некоторые и убиты. Когда это дошло до слуха короля, совещание было прервано; папа вместе с кардиналами был взят королём под стражу. Римляне бежали по мосту на другой берег Тибра. В эту ночь вся Латеранская часть города сотрясалась от боевого грохота. Когда же настало утро, латеранцы, подняв знамёна, все разом внезапно бросаются на короля. Кубикулярии короля хватаются за оружие и мужественно сопротивляются толпе. А король и его уже [изрядно] пополнившееся войско, которое сперва было [весьма] немногочисленным, отважно бросаются на пришедших, убивают многих встречных, а остальных обращают в бегство; одержав полную победу и уведя с собой папу вместе с кардиналами, он направляется к городу Альбе, разбивает лагерь на прилегающих к городу полях и остаётся там на протяжении всего 40-дневного поста. Тем временем умирают Рожер, герцог Апулии, и его брат Боэмунд, величайший из норманнов, покоритель Антиохии, победитель турок и сарацин. Пока всё это происходило таким образом, некоторые вельможи короля, поделившись [с ним своим] планом, приходят к папе, который всё ещё содержался под королевским арестом, и просят его, умоляют рассмотреть дело короля более мягко, забыть обиды, если он имеет таковые против короля, и заключить с королём мир. Они представляют ему верность и послушание короля, и всячески уговаривают соизволить вместе с князьями королевства уладить то, что касается мира и согласия. Сам король, смиренно пав к его ногам, просит прощения, торжественно обещает ему послушание, только бы он разрешил ему пользоваться в королевской власти правами его предшественников, католических королей. Он так часто наседал на господина папу, что постепенно смягчил твёрдость его духа. Наконец, явилась Божья милость, вследствие чего и господин папа отступил от прежнего мнения, и господин король от души покаялся, если в чём-то погрешил против папы. Итак, король разрешил господину папе с честью вернуться в Рим. А господин папа уговаривает римлян быть с королём в мире и согласии, и ведёт переговоры с кардиналами и прочими, достойными [участвовать] в таком деле особами, о его посвящении. В установленный же день, 13 апреля, в церкви блаженного Петра он при содействии назначенных для этого дела епископов, в присутствии кардиналов римской церкви, в то время как немецкие епископы стояли рядом, на глазах у князей королевства с великой славой посвящает короля в императоры. Когда же духовенство торжественно отслужило мессу до того места, когда верующий народ обычно причащается, господин папа в наступившей тишине обратился к королю с такими словами: «Пусть это тело Господа нашего Иисуса Христа, рождённого от девы Марии, пострадавшего и распятого ради спасения рода человеческого, послужит укреплению истинного мира и согласия между мной и тобой»; и, причастившись, они поцеловались друг с другом. После того как столь славное богослужение было надлежащим образом завершено, император одаривает господина папу королевскими дарами, и, чтобы более не причинять читателям скуку чересчур пространной речью, император был отпущен господином папой, как сын отцом, с пожеланиями счастья. Троицу он празднует в Вероне. 7 августа, при стечении множества епископов и других князей, он согласно королевскому обычаю хоронит в Шпейере своего отца. В Майнце, на Вознесение св. Марии, Адальберт, самый известный из всех бывших до него при королевском дворе канцлеров, в присутствии и с согласия короля, по единодушному выбору церкви был поставлен архиепископом Майнцским. Между герцогом Лотарем и маркграфом Рудольфом возникает ссора, но перед Рождеством Господним она была улажена в Госларе в присутствии императора. Пфальцграф Зигфрид был освобождён и восстановлен в своей должности. (в Редакции I).

Король, придя в Рим, был с честью принят папой; там, после того как обеими сторонами были даны в обеспечение мира заложников, они расположились, чтобы провести переговоры по поводу церковных дел; из-за действий некоторых людей римлянами был поднят внезапный мятеж, и король оказался в таком стеснённом положении, что уже почти что обратился в бегство, если бы на помощь не пришёл архиепископ Кёльнский с сильным отрядом и, учинив римлянам неслыханную резню, не вынудил их бежать. Итак, одержав победу, он увёл с собой папу, но потом, примирившись между собой, они возвращаются в Рим; умиротворив римлян, король был посвящён папой в императоры, и посреди причастия, скреплённого поцелуем мира, передал ему привилегию, которую тот впоследствии, когда король ушёл, приказал называть правилегией 306, и, проведя против него в Риме собор 125 епископов, отлучил всех, кто стоял на его стороне. (в Редакции II и III).

1112 год Господень. Рождество Господне император празднует в Госларе. Эберхард, епископ Эйхштеттский, умер в Кведлинбурге. Ссора герцога Лотаря и маркграфа Рудольфа 307 с императором. Император этим разгневан, и оба они были осуждены по приговору князей. Герцогство было передано Отто фон Балленштедту 308, а марка – Хелприку 309. Император осаждает Зальцведель; а те стоят с войском неподалёку, собираясь сразиться с императором. Но благодаря милосердию Божьему весь этот боевой задор развеялся. Названные князья обретают милость императора и восстанавливаются в своих должностях. Адальберт, недавно поставленный епископ Майнцский, взят королём под стражу. Умер Готшалк, епископ Минденский. (в Редакции I).

Ссора герцога Лотаря и маркграфа Рудольфа с императором. В Кёльне составлен заговор ради свободы. Война между императором и князьями Саксонии, в которой Викберт и пфальцграф Зигфрид теряют его милость; при этом Викберт схвачен и передан королю, а Зигфрид ранен, отчего впоследствии и умер. Явилась комета. (в Редакции II и III).

1113 год Господень. Рождество Господне император празднует в Эрфурте. Умер Отто, богатейший граф из Цютфена. Викберт был схвачен друзьями императора, а пфальцграф Зигфрид убит. Пасху 310 император празднует в Вормсе; туда был доставлен епископ Майнцский. Он возвратил императору Трифельс 311 и вновь был помещён под стражу. Епископом Минденским вновь поставлен Видело. (в Редакции I).

Император предпринял поход против фризов, где кёльнцы, которые среди прочих участвовали в этом походе, были окружены фризами в результате хитрости самого императора, но спаслись благодаря вмешательству герцога Саксонии. Умер Отто, богатейший граф из Цютфена. (в Редакции II и III).

1114 год Господень. Рождество Господне император празднует в Бамберге. На следующий день после Богоявления, собрав князей со всего королевства, он с величайшим блеском справляет свадьбу с дочерью короля Англии. Там Людвиг, который полагал, что пользуется милостью короля, был схвачен по его приказу и помещён под стражу. Это обстоятельство настроило против короля многих князей. Ссора между епископом Кёльнским Фридрихом, герцогом Лувенским Готфридом, графом Вестфалии Фридрихом и его братом Генрихом, Дитрихом фон Аре, Генрихом фон Цютфен и Генрихом Лимбургским. Император двинул против них войско. Умер Удо, епископ Хильдесхайма. (в Редакции I).

Император, помня о своей обиде на кёльнцев и изо всех сил стараясь унизить или затмить этот самый цветущий во всей Галлии и Германии город, славнейший во всём мире, собрал огромное войско алеманнов, баваров и саксов вместе с их герцогом Лотарем и пришёл осадить и разрушить замок Дейц, чтобы, разместив в нём гарнизон, перекрыть кёльнцам судоходство. (в Редакции II и III).

(Часть хроники после 1114 г. опущена. Thietmar. 2010)

Текст переведен по изданию: Annales colonienses maximi. MGH, SS. Bd. XVII. Hannover. 1861

© сетевая версия - Тhietmar. 2010
© перевод с лат. - Дьяконов И. 2010
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Monumenta Germaniae Historica. 1861