Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

КУЯВСКИЕ АННАЛЫ

ANNALES СUYAVIENSES

Эти анналы с некоторыми разночтениями сохранились в большом количестве списков. Три рукописи, а именно: Виляновская (V), Вроцлавская (VI) и Синявская (VIII) начинаются кратким сообщением о Лешке Белом, а заканчиваются описанием битвы под Пловцами Владислава Локетка с крестоносцами. В Любинской рукописи (VII, где эти анналы расположены на лл. 461–463, непосредственно между хрониками Паски и Янa из Чарнкова, нет сообщения о Лешке Белом, точно также как нет его и в Кёнигсбергской рукописи (VIII). Возможно, это было особое упоминание, которое изначально не входило в эти анналы: точно также как в рукописи Седживоя (II) на стр. 213 после Споминок смешанного содержания есть пометка: «Следует о Лешке сыне Казимира». В Любинской же рукописи эти анналы начинаются со времён Болеслава Стыдливого, а заканчиваются короткой заметкой о смерти Владислава Локетка и восшествием на трон Казимира Великого. Наконец, из двух рукописей: Оттобонийской (I) и Кёнигсбергской, можно понять, что анналы продолжались немного дальше и заканчивались известием о вступлении на польский трон Людовика Венгерского, а также кратким сообщение о его правлении, которое обрывается около 1378 г., т.е. когда этот король ещё сидел на троне.

Представляет интерес вопрос о взаимосвязи этих анналов с «Хроникой» Янa из Чарнкова, с которой они обычно находятся в одних и тех же рукописях, располагаясь либо среди других анналов, либо перед самой «Хроникой». Возникает вопрос: не был ли автором этих анналов сам Ян? Здесь трудно сказать что-то определённое: с одной стороны нет автографов обоих произведений, с другой стороны, как о жизни, так и о писательской деятельности Яна мы вообще мало что знаем. Непосредственно же против этой точки зрения говорит то обстоятельство, что о смерти Владислава Локетка и Казимира Великого анналы приводят другие даты, чем «Хроника». Кроме того, практически невозможно, чтобы Ян, участник последнего путешествия Казимира, лично присутствовавший при его смерти, ошибся бы в такой подробности, как описанное в анналах принятие Казимиром схимы перед смертью. На этом основании, а также по причинам, изложенным в предисловии к самой «Хронике» во втором томе MPH 1, считаем эти анналы отдельным от «Хроники» произведением и, обращая внимание на симпатии автора к куявским князьям (Лешеку Чёрному и Владиславу Локетку), называем эти анналы куявскими. Их автором было духовное лицо, что видно из его манеры освещения событий. Есть большое сходство с Яном из Чарнкова, который кроме всего прочего как каноник участвовал в обрядах куявского капитула, имел в своём распоряжении этот рочник. Видя в нём описание событий после битвы под Пловцами, рассказал о них более подробно, начав свою хронику описанием смерти Владислава Локетка, которая наступила вскоре после той битвы и правления Казимира. Этим же объясняется и использование в ряде рукописей этих анналах заимствований из других анналов или из «Хроники».

Описание рукописей содержащих Куявские анналы можно найти во втором томе MPH на стр. 460 и ниже. Любинская рукопись будет подробно описана в другом месте.

А. Беловски.


КУЯВСКИЕ АННАЛЫ

В лето Господне 1202 сын Казимира Лешко 2, который под Завихвостом 3 убил русского князя Романа 4 и множество его людей, овладел Краковом. В 1228 лето Господне он был обманом убит во время переговоров 5.

Также в лето 1239 сын Лешко Болеслав 6 взял в жёны дочь 7 венгерского короля Белы 8. В 1266 лето Господне он отправил войско на Русь (Russiam), где не только собственной доблестью, но и благодаря молитвам церкви и небесной поддержке, победил Шварна 9 и перебил множество русских (Ruthenis). Эту победу следует приписать не людям, а скорее божественному могуществу. Землю же княжества того Шварна опустошило войско 10. В то же время был канонизирован краковский епископ блаженный Станислав 11. Этот знаменитый и славный князь (princeps) тогда же к чести всемогущего Бога и блаженного мученика славного Станислава необыкновенно одарил церковь и клир краковского диоцеза различными свободами и привилегиями.

[(в VII рукописи) В лето Господне 1266 знаменитый краковский и серадзский князь Болеслав отправил своё войско на Русь, где не только собственной доблестью, но и благодаря молитвам церкви и небесной поддержке победил Шварна и перебил множество русских. Землю же княжества того Шварна опустошило войско. В то же время в лето 1255 12 был канонизирован краковский епископ святой Станислав. Этот знаменитый и славный князь тогда же к чести всемогущего Бога и блаженного мученика славного Станислава с удивительной щедростью одарил церковь и клир краковского диоцеза различными свободами и привилегиями.]

В лето Господне 1279, когда Болеслав Стыдливый по божьему повелению оставил власть 13, краковское и сандомирское княжества по божьей воле и по решению жителей тех земель принял сын куявского князя Казимира Лешек 14. Из-за этих княжеств, по совету и при помощи некоторых краковских рыцарей (militum), на него напал черский 15 (czirnensis) князь Конрад 16. Князь же Лешек, совершенно разбив его в битве при Богушице на реке Раве 17, победил, после чего мирно владел упомянутыми княжествами. Также он приказал, чтобы горожане Кракова и Сандомира обнесли свои города рвами и укрепили их деревянными стенами. Умер без потомства.

[(в VII рукописи) В лето Господне 1289 по божьему повелению Болеслав Стыдливый отправился к Христу. Краковское же и сандомирское княжества по божьей воле и по решению жителей той земли принял сын куявского князя Казимира князь Лешек, по прозвищу Чёрный. Из-за них, по совету и при поддержке некоторых рыцарей, на него напал черский (cirnenensis) князь Конрад. Князь же Лешек, разбив его в битве при Богушице на реке Раве, победил его. После чего он мирно владел упомянутыми княжествами и приказал, чтобы горожане Кракова и Сандомира обнесли свои города рвами и укрепили их деревянными стенами; умер без потомства.]

В лето Господне 1289, после того как скончался Лешек Чёрный, жители Кракова и Сандомира взяли себе в правители мазовецкого князя Болеслава 18. Тот же, осмотрев своё княжество и краковский замок, который в то время был сделан из дерева, поручил защищать и управлять ими рыцарю Сулько из Мендзыжеч (Medzirzecz). Сулько же с краковскими горожанами передали свой город вроцлавскому князю Генриху 19, который, с радостью осмотрев домен и всех собранных к его удовольствию в краковской земле приверженцев, захотел вернуться во Вроцлав. Когда же он возвращался, на него с тыла напали князья Болеслав Мазовецкий и Владислав Куявский 20 со своими людьми. Сойдясь под Севежем (Syeowor) 21 в сражении 22 с войском того Генриха, они одних союзных Генриху князей и рыцарей перебили мечами (acutis ensibus et gladiis), других же живыми взяли в плен. После этого князь Генрих никогда больше не посещал Краков; тем не менее, он продолжал упоминать краковские город и замок в своём титуле. Когда же он, будучи во Вроцлаве, ослабев приблизился к вратам смерти, краковское княжество словно по завещанию было им передано познанскому князю Пшемыслу 23, с чьей дочерью 24 некогда сочетался браком чешский король Вацлав Второй 25. Этот хитрый и лукавый король, пригласив тестя к себе в Прагу, действуя деньгами и уговорами, постарался добиться передачи ему краковского княжества; которое он таким образом случайно и заполучил в своё полное владение. Придя с сильным и храбрым войском в Польшу и Куявию и изгнав князя Владислава по прозвищу Локеток из куявской и серадзской земель, он повелел архиепископу Якубу 26 венчать себя в Гнезно в польские короли. Этот король Вацлав вместе с краковским епископом Яном по прозвищу Муската (Muscata) 27 заново обнесли стенами город Краков; краковской церкви король передал находившийся рядом с епископской деревней замок Беч (Byecz) 28 с соседними деревнями. На равнине около той деревни он основал город под названием Новы-Сонч (Sandecz nova) 29, предоставив за себя и своих наследников патронатное право на него упомянутому епископу Яну и особо оговорив, как было сказано в находившихся в сокровищнице краковского епископа грамотах того короля Вацлава, содержание церквей святого Адальберта и святой Маргариты. Во времена этого короля в Кракове, где прежде наряду с чёрным серебром употреблялись шкуры с голов животных (capitibus asperiolinis), появились малые серебряные гроши.

Наконец, 13 мая 30 в 1305 лето Господне король Вацлав отдал долг природе. На следующий же год в день святого Эгидия 31 жителями краковской земли – епископом Яном и горожанами – единодушно был призван прежде упоминавшийся князь Владислав: он завладел краковским и сандомирским княжествами, а после получил серадзскую, ленчицкую, куявскую и польскую земли. Через шесть лет фогт Адальберт и краковские горожане снова восстали против названного князя Владислава и, заперев город, позвали себе в защитники и господина опольского князя Болеслава 32. Когда же он пришёл, приняли его с большой радостью и передали ему ключи от всех городских ворот. Однако краковский замок по-прежнему удерживался князем Владиславом и верными ему воинами. В конце концов, придя с сильным войском против краковян, Владислав осадил сам город и находящегося в нём опольского князя. А тот, не желая особенно сопротивляться, сдал город князю Владиславу и, взяв с собой единственно только фогта Альберта, вернулся восвояси. И из-за этого преступления князь Владислав навечно лишил Альберта, его детей и их наследников краковского фогства, а также всех относящихся к нему доходов и прав; тех же горожан, которые были наиболее виновны, приказал разорвать лошадьми и повесить. Наконец, когда все замки в краковской и сандомирской землях были полностью завоёваны, и мир с королями и князьями (principibus), где искренне, где неискренне, был устроен, по воле Бога, из-за которой короли правят, а князья властвуют, и властью папы Иоанна XXII 33, Владислав в 1320 лето Господне был венчан в польские и краковские короли гнезненским архиепископом Яниславом 34 и его суффрагантами.

В то же лето в день Господен после октавы 35 апостолов Петра и Павла 36 король Владислав свою дочь по имени Елизавета отдал в жёны венгерскому королю Карлу 37. Также, желая оградить свой народ в люблинской и сандомирской землях от притеснений неверующих во Христа литовцев, он взял в жёны 38 своему сыну Казимиру 39 дочь литовского князя Гедимина 40 по имени Анну, предварительно крестив её из святого источника. После этого, расчистив леса, люди на этих землях в полной мере насладились очарованием мира. Так было пока эта госпожа не умерла, и создатель всего злого 41 снова не воздвиг вражду между поляками и литовцами; как и будет подробнее рассказано ниже 42 42a.

Наконец, господин король Владислав, желая вернуть свою отчину: торунскую, михаловскую земли и поморское княжество из рук крестоносцев из ордена тевтонского дома святой Марии, начал с ними войну; и в 1329 лето Господне, придя со своим войском в торунскую землю, совершенно её опустошил. Когда же он вернулся в Краков, крестоносцы вместе с чешским королём Иоанном 43, завоевав добжинский замок, подчинили всю добжинскую землю. На следующий год в ноябре месяце король Владислав вторично с сильным войском ходил в торунскую землю и опустошал её на протяжении 29 дней; после же наступления «божьего мира», надеясь на прекращение войны, вернулся восвояси. Крестоносцы же поступили лживо и коварно: призвав себе на помощь множество наёмников из Алемании, они опустошили Польшу, Куявию и Серадз. В конце концов, когда в 1331 лето Господне в сентябре месяце в день святого славного мученика Станислава 44 из уже опустошённых и сожжённых земель они захотели идти к Торуни, знаменитый король Владислав, в войске которого были только жители его королевства, в куявской земле у деревни, которая называется Пловцы 45, сойдясь с этими крестоносцами, развязал великое сражение от восхода солнца до девяти часов 46. В этой битве погибло всего 12 польских воинов, из войска же крестоносцев точно было убито свыше 40 тысяч вооружённых воинов, многие же прочие были взяты в плен.

В лето одна тысяча триста тридцать первое
На поле Радзюева 47 поляки кричали: «Краков» 47.
Король послал своё войско и кровавым мечом поразил крест:
Погибшие исчислялись двадцатью двумя тысячами,
Одних лишь бородачей 48 погибло смертью шестьсот,
Воистину, из поляков же погибли лишь дважды по восемь панов.

На следующий год в апреле месяце крестоносцы, осадив город Брест, полностью завоевали его и Влоцлавек. Подчинив себе всю куявскую землю с людьми, замками, крепостями и укреплениями, те крестоносцы долгие годы удерживали её со всеми правами, доходами и прибылью в ней.

Король же Владислав в 1333 лето Господне 2 марта 49 отправился к Христу. В то же лето все жители королевства единодушно выразили желание взять в короли его сына князя Казимира, и в день святого евангелиста Марка 50 в краковской церкви гнезненский архиепископ Янислав со своими суффрагантами короновал его 50a.

Этот славный король в 1370 лето Господне заболел, и когда были собраны прелаты и знать его королевства, он завещал краковской церкви – золотой щит, украшенный драгоценными камнями с древом Господним, познанской церкви – украшенную золотом и серебром руку святого Козьмы, гнезненской церкви – украшенную библию. Наконец, как верующий христианин, причащённый телом и кровью Господа, и помазанный святым маслом, с великим плачем и скорбью бедняков 13 ноября 51 отправился к Господу 52.

В лето 53 Господне 1370 венгерский король Людовик 54, племянник короля Казимира, по единодушному желанию жителей королевства избирается королём и в день святой Елизаветы 55 архиепископом Ярославом 56 и его суффрагантами коронуется в краковской церкви. Хотя сам король Людовик был ко всем справедлив, да и всем своим людям он повелел быть справедливыми и следил за каждым из них, однако из-за его отсутствия и склонности к милости, которая давала свободу преступнику и, напротив, затрудняла доступ к нему бедняков 57, в польском королевстве возникло неописуемое зло; а именно: появились грабители на дорогах, кражи, жестокие убийства, пожары и различные притеснения бедняков. В ночное же время бедняков, кметов, священников и знатных по своему происхождению, а не по своей судьбе, людей хватали и ради получения их имущества пытали огнём. Зная об этом, лучшие люди польского королевства, которым иногда улыбалась судьба, своими глухими ушами и слепыми глазами оставляли всё это без внимания, преследуя не что иное, как свою собственную выгоду 58. Какая печаль! В присутствии короля Людовика они утверждали, что в польском королевстве такой же мир, какой был во времена короля Казимира. Но увы не так! не так! В суды ходили с множеством вооружённых людей, разбирающие тяжбы и притязания задерживали справедливый суд и правосудие, а для бедняков правосудие и мир в польском королевстве с тех пор полностью исчезли. Увы, увы! Остались лишь скорбь и горе, стенания и плач о смерти короля Казимира, в чьи времена такого никогда было. Из-за стольких трудностей и несправедливостей божественным попущением в 1376 лето Господне 29 октября литвины, придя неожиданно в сандомирскую землю, сожгли многие деревни, а бесчисленный христианский народ, священников и знатных людей с жёнами и детьми одних убили, а других увели и обратили в рабство. Король же Людовик, наказывая за причинённую своему королевству несправедливость, на следующий год с бесчисленным множеством вооружённых воинов вступил в землю Руси, и замки Юрия 59, который и был виновником преступления, полностью присоединил к своим владениям, а именно: Грабовец, Хелм, Белз, Городло, Всеволож. Любарт 60 же, оценив свои силы, со всеми своими замками и доходами сдался на милость Людовика и перешёл под его власть 60a.

Текст переведён по изданию: Rocznik Kujawski. MPH, Tomus 3. Lwow. 1878

© сетевая версия - Тhietmar. 2010
© перевод с лат., комментарии - Досаев А. С. 2010
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Monumenta Poloniae Historica. 1878