СРЕДНЕВЕКОВЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
ВОСТОКА И ЗАПАДА

РАШИД АД-ДИН

ПЕРЕПИСКА

Дорогой и почитаемый сын Маджд ад-Дин — да сохранит его всевышний Аллах! — пусть примет привет, от которого исходит аромат дружбы и согласия. Страстное желание и стремление увидеться столь велики, что не поддаются ни описанию каламом, ни изложению в письме. Затем сообщаю, что раб его величества хакана ³²⁷ Газан-хан — да сделает Аллах вечным царство его и его правление! — который является основателем здания богоугодных дел, узаконением благотворительности, кустом роз в цветнике справедливости и древом в саду правосудия, хочет, чтобы зимою разбили его ставки на побережье Румского моря (Т.е. Средиземного моря) и в вилайете страны |стр. 184| Дунгузлу ³²⁸, которые являются [местом] наслаждения природой султанов и [местом] прогулок хаканов, где разбивали свои лагери и свои станы древние кесари и великие государи [прошлого]. Однако государи Кипра и саклабов и вожди Рума от границ Уснуба до Антаба ³²⁹ со страхом и покорностью обратились ко дворцу защитника мира и были удостоены и осчастливлены целованием ковра; вслед за тем государи Мисра и Шама поставили на лоб клеймо покорности, завязали на талии души пояс повиновения, [а] лицевая сторона дирхемов и динаров удостоилась чести распространения хвалы [Газану] и его прославления. Все садры и знать европейских полуостровов, таких, как Стамбул, Бундук (Венеция) и другие, вносят харадж и джизию подобно тому, как они давали [их] халифам Аббасидам — Харун ар-Рашиду, Мамуну, Му’тасиму, Васику и Мутаваккилю, и установили, что каждый год без задержки и промедления они посылают харадж и джизию в столицу Тебриз. Та [же] группа непокорных, которые долгие годы и длительное время искали убежища в высоких горах и крепостях и никто из падишахов [231] и султанов не приводил их в ярмо повиновения и на широкую дорогу союза, все [они] из-за страха перед силой и из боязни могущества Ильханов толпами подобно волнам падали на берег повиновения и [послушания] приказам, [гонимые] валом моря нападения. |стр. 185| [К тому же] теперь час за часом и мгновение за мгновением со стороны Сиджистана и Кабула прибывают посланцы, гонцы и ильчи, [сообщая], что государи Синда хотят носить ожерелье заботливости и хотят быть увенчаны венцом покровительства шаха, войти в круг младших и в разряд слуг [ильхана] и сделать вилайет Хинд завоеванным вельможами шаха. [Так вот, на основании всего этого] раб его величества хакана [Газан-хан] — да сделает Аллах вечным царство его! — окончательно решил, что эту зиму он соизволит расположиться на зимовку в Карабаге, а когда согревающее мир солнце, [придя в созвездие] Хамал (Созвездие Овна), которое является домом его величия, веянием весеннего ветра и каплями [дождя] из угла глаз мартовских облаков оденет землю зеленым шелком, а горы — пурпурным плащом и мир с приходом весны получит новую жизнь и полное исцеление, [тогда] он направится в Хорасан и на лето расположится лагерем в области Нишапура. На следующую же зиму, собрав армии и войска государства Ирана, он выступит в сторону вилайета Синд и с помощью обладающей справедливостью благосклонности и сжигающего мир гнева приведет к покорности и подчинению государей стран Хинда ³³⁰.

Необходимо, чтобы этот сын — как то определено на каждый год — приготовил нужное нам на зиму и [тем] удовлетворил [нас], и пусть он разошлет в [разные] стороны охраняемых областей проворных нукеров и опытных наибов. [Надлежит] сделать так, чтобы все просимое нами и все необходимое он подготовил бы согласно этой росписи, которую мы составили и посылаем. Роспись же следующая:

|стр. 186| Роспись

просимого нами из стран Ирана, Турана, Хинда, Рума, Мисра и Шама, по которой уполномоченные этого немощного [232] [должны] приготовить, подготовить и привести [все] в исполнение, следующая:

Носильное платье

(личное и упомянутой группы на обязанности шихне с передачей ходже Нусрату, Даулатшаху, ‘Анбару и Мубараку)

Одежда,

Багдад ³³¹

камка ³³² — 200 штук;

атлас — 300 штук;

[ткань] валад, разноцветная — 10 тысяч локтей;

[ткань] мусс.нн.ф — 400 штук;

|стр. 187| [ткань] гулистан — 200 штук;

[ткань] машад — 200 штук;

полосатая [ткань] — тысяча кусков;

[ткань] бундуки из Мисра — тысяча кусков;

карбас обыкновенный ³³³— 100 тысяч локтей;

сапоги — две тысячи пар:

из шагреневой [кожи] ³³⁴ — 500 пар,

из сафьяна ³³⁵— 1500 пар.

Хилла

камка — 100 штук;

атлас — 200 ³³⁶ штук;

[ткань] валад, разноцветная — 5 тысяч локтей;

[ткань] махфийа ³³⁷ — 100 штук;

[ткань] х. равийа (?) — 100 штук;

[ткань] шамсийа— 100 штук;

[ткань] шадда — 200 ³³⁷ штук;

шелковые чалмы — в количестве двух тысяч;

шелковая муаровая ткань в полоску (?) — 200 штук; [232]

[ткань] ‘айн ал-бакар — 100 штук;

льняное полотно черно-белое и белое — 10 тысяч локтей;

прочие ткани разного сорта — тысяча кусков.

|стр. 188| Тебриз

камка — 200 штук;

шерстяная [ткань для] одежды ³³⁸ — 200 штук;

[ткань] из козьего пуха, среднего [качества] — в количестве 300 [штук];

[ткань] из козьего пуха, высшего [качества] — в количестве 200 ³³⁹ [штук];

[ткань — ? — для] шалей, разноцветная — две тысячи локтей;

карбас обыкновенный — в количестве тысячи локтей;

шерстяные короткие безрукавки — в количестве тысячи [штук];

сапоги шагреневой [кожи] и из сафьяна — две тысячи пар.

Арзинджан

камка — 200 штук;

разноцветная [ткань — ? — для] шалей — 10 тысяч локтей;

тонкое сукно— 10 тысяч локтей.

Рум

тонкое сукно — тысяча кусков;

крымское льняное полотно — 20 тысяч локтей;

[ткань] русийа-йи ансар — 100 кусков;

камка — 200 штук;

суф — 4 тысячи штук:

мурабба’ — тысяча штук;

мухаттам — тысяча штук;

тафсила — тысяча штук;

другие [виды] — тысяча штук;

прочие ткани разного сорта — тысяча штук. [234]

|стр. 189| Искандарийа (Город Александрия)

[ткань] бундуки — две тысячи штук:

черно-белая — 500 штук,

мисрийа — 500 штук;

белая — 1000 штук;

[ткань] махфийа — 200 штук;

шелк разноцветный — тысяча штук;

[ткань] абйарийа ³⁴⁰, разноцветная — 300 штук;

[ткань] лулуйа — тысяча штук;

[ткань] ‘айн ал-бакар — 500 штук;

полосатые [ткани] — 200 штук;

камка — тысяча штук;

[ткань] сабурийа — 200 штук;

тонкое полотно изо [льна сорта] мискали, разноцветное — 200 кусков;

[ткань] м.х.р.хит, (?) ³⁴¹ — 200 штук;

парча — 200 штук;

[ткань] русийа ³⁴² — 100 кусков;

черно-белая [ткань] из Сина ³⁴³ — тысяча штук;

прочие ткани разного сорта — две тысячи штук.

Шираз

карбас обыкновенный — 20 тысяч локтей;

[простая ткань с] набивным рисунком — 300 штук;

цветная казерунская бязь — в количестве двух тысяч [штук];

сапоги шагреневой [кожи] и из сафьяна — тысяча пар;

прочие ткани разного сорта — тысяча штук.

Исфахан

карбас — 80 тысяч локтей:

[сорта] мискалийа — 30 тысяч локтей,

обыкновенный — 50 тысяч локтей;

прочие ткани [разного сорта] — 200 штук.

|стр. 190| Йезд

[ткань] валад — 100 тысяч локтей; [235]

ткань шелковая — 50 тысяч локтей;

[ткани] абйарийа, шамсийа и ‘айн ал-бакар — две тысячи штук;

[ткани], имеющие естественную окраску, — тысяча кусков;

прочие ткани разного сорта — две тысячи штук.

Керман и Бам

ткани разного сорта — тысяча штук.

Казерун

[ткань] сафидбар — тысяча штук,

карбас обыкновенный — 10 тысяч локтей;

гиве ³⁴⁴ — 2 тысячи пар.

Кашан

[ткань] валад — 5 тысяч локтей:

гладкая — 3 тысячи локтей,

атласная — 2 тысячи локтей.

Абаркух

ткани разного сорта — тысяча штук.

Хиндустан

[разные] сорта [ткани] сафибар — 3 тысячи штук;

карбас-и кунбаити — в количестве 4 тысяч [штук].

Герат

камка — 200 штук;

прочие ткани разного сорта — 200 штук.

Самарканд

камка — 200 штук;

атлас — 200 штук.

Йемен

[ткань] кидн — в количестве 300 [штук];

плащи ³⁴⁵ — в количестве 200 [штук],

|стр. 191| Дамаск

местное тонкое полотно — 1600 штук:

разноцветное — тысяча штук,

другие [виды] — 600 штук. [236]

Хитай

шерстяная [ткань для] одежды — 200 штук;

камка — 500 штук;

атлас — 500 штук;

[простая ткань с] набивным рисунком — 200 штук;

[ткань] дж. з. м — 200 штук;

тонкий муслин — 200 штук;

шелковая [ткань] лаи — 200 штук;

[ткань] валад — 5 тысяч локтей:

гладкая — две тысячи локтей,

к.л.г.и — 3 тысячи локтей;

прочие ткани разного сорта — две тысячи кусков.

Мосул

[ткань] мус. нн. ф.— тысяча штук;

карбас обыкновенный — 20 тысяч локтей.

Ирбил

[ткань] мус. нн. ф. — тысяча штук;

карбас обыкновенный — 10 тысяч локтей.

Мардин

суф — 3 тысячи кусков:

мурабба — тысяча кусков,

обыкновенный — 2 тысячи кусков;

а.в.м ³⁴⁶ — в количестве 5 тысяч [штук].

Хусн Кайфа

суф — тысяча кусков;

а.в.м. — в количестве [одной] тысячи [штук].

Са’ирт

а.в.м — в количестве [одной] тысячи [штук];

карбас обыкновенный — 10 тысяч локтей.

|стр. 192| [Изделия] из меха

Тебриз

соболь:

воротники — 2 тысячи штук, [237]

[мех] на подбивку [шуб] — 100 связок;

рысь — 100 связок;

белка — две тысячи связок;

пестрый — ? — [мех] — 300 связок;

горностай — 200 связок;

фенек — 400 связок;

куница лучшего [сорта] — тысяча связок;

красная лисица — тысяча связок;

а(?)л.в.к — 200 связок;

корсак (степная лисица) — тысяча связок.

Ширван и Шемаха

соболь:

воротники — 500 штук,

[мех] на подбивку [шуб] — 200 связок,

рысь — 500 связок; белка — 500 связок;

пестрый — ? — [мех] — тысяча связок;

горностай — 300 связок;

фенек —100 связок;

куница лучшего [сорта] — тысяча связок;

красная лисица — тысяча связок;

прочий [мех] — 500 связок.

|стр. 193| Рум

различные [изделия] из меха — 5 тысяч штук.

Дашт-и Кипчак

...... (В оригинале пропуск) пять тысяч связок.

Багдад

м.с.н.фи (?) ³⁴⁷ — тысяча связок. [238]

Дамаск

м.с.н.фи (?) ³⁴⁷ — 500 связок.

Крым

овчинные шубы ³⁴⁸ — 300 штук.

[Одежда для] группы евнухов — 360 человек:

рубашки — 720 штук:

[из] полотна — 360 штук,

[из ткани] мискалийа — 360 штук;

шаровары — 720 штук:

[из] полотна — 360 штук,

[из ткани] мискалийа — 360 штук;

джуббе из суф-и тафсила — 360 штук;

шубы из красной лисицы и беличьи — 360 штук;

пояса мисрские и румские — 360 штук;

чалмы [из ткани] бундуки — 360 штук;

теплая шерстяная одежда из суфа — 360 штук;

сапоги — 720 пар:

из шагреневой [кожи] — 360 пар,

из сафьяна — 360 пар.

|стр. 194| [Одежда для] рабов и рабынь — 1 400 человек:

Земледельцы Фатхабада ³⁴⁹

Мужчины — 500 человек:

рубашки [из] карбаса — тысяча штук,

шаровары — тысяча штук,

джуббе ³⁵⁰ — 500 штук,

шерстяные короткие безрукавки — 500 штук;

овчинные шубы — 500 штук, :

кафш ³⁵¹ — 500 пар,

пояса — 500 штук,

чалмы — 500 штук.

Женщины — 500 человек:

рубашки — тысяча штук, [239]

шаровары — тысяча штук,

джуббе — 500 штук,

овчинные шубы — 500 штук,

м.с.н.фа (?) (Текст неясен: ***) — 500 штук.

кафш — 500 штук.

повязки для головы — 500 штук.

Земледельцы Рашидабада

Мужчины — 100 человек:

рубашки — 200 штук,

шаровары — 200 штук,

джуббе — 100 штук,

шерстяные короткие безрукавки — 100 штук,

овчинные шубы — 100 штук,

пояса — 100 штук,

чалмы — 100 штук,

кафш —100 штук,

Женщины — 100 человек:

рубашки — 200 штук,

шаровары — 200 штук,

джуббе — 100 штук,

овчинные шубы — 100 штук,

м. с. н. фа (?) (Текст неясен: ***) — 100 штук,

кафш— 100 пар,

повязки для головы — 100 штук.

|стр. 195| [Одежда для] живущих в Руб’-и Рашиди ³⁵² и состоящих на службе:

Мужчины — 100 человек:

рубашки — 200 штук,

шаровары — 200 штук,

пояса — 100 штук,

чалмы — 100 штук, [240]

джуббе — 100 штук,

шубы из [меха] красной лисицы — 100 штук,

суф — 100 штук,

сапоги — 100 пар.

Женщины — 100 человек:

рубашки — 200 штук,

шаровары из [ткани] валад — 200 штук.

м. с.н. фа (?) (Текст неясен: ***) — 100 штук.

джуббе [из] атласа — 100 штук,

беличьи шубы — 100 штук,

сафьяновые сапоги — 100 пар,

повязки для головы, гладкие — 100 штук,

кафш — 100 пар.

Слуги

рубашки [из] карбаса — две тысячи штук,

шаровары — 300 штук,

овчинные шубы — тысяча штук,

шерстяные короткие безрукавки — две тысячи штук,

кафш — 300 пар,

джуббе [из] карбаса — две тысячи штук.

из того, что ежегодно дают нам государи и правители в виде хакк ат-такрир согласно следующему с передачей ходже Икбалу Мансури.

|стр. 196| Сандал — 400 манов:

Басра — 100 манов,

Кидж и Мекран ³⁵³ — 100 манов,

Бахрейн — 50 манов,

Киш ³⁵⁴ — 50 манов,

Бандар-и Махи Раван ³⁵⁵ — 50 манов,

Бандар-и Махул — 50 манов.

Амбра — 9200 манов:

Басра — 3 тысячи мискалей,

Кидж и Мекран — две тысячи мискалей, [241]

Бахрейн — 500 мискалей,

Бандар-и Махи Раван — 500 мискалей,

Бандар-и Махул — 300 мискалей,

Фал — 200 мискалей,

Мулк-и Су.мал — 2500 мискалей,

Катиф — 200 мискалей.

Алоэ — 200 манов:

Басра — 50 манов,

Кидж и Мекран — 50 манов,

Мулк-и Су.мал — 30 манов,

Бандар-и Махул — 20 манов,

Катиф — 10 манов,

Бахрейн — 10 манов,

Фал — 10 манов,

Харак — 20 манов.

Забад ³⁵⁶ — 2350 ³⁵⁷ мискалей:

Мулк-и Су.мал — 500 мискалей,

Басра — 250 мискалей,

Бандар-и Маджул — 100 мискалей,

Государство Киш — тысяча мискалей,

Катиф — 100 мискалей,

Бандар-и Махи Раван — 100 мискалей,

Бандар-и Абадан — 200 мискалей,

Бахрейн — 200 мискалей.

|стр. 197| Мускус — 5 тысяч мискалей:

Кидж и Мекран — тысяча мискалей,

Государство Киш — тысяча мискалей,

Мулк-и Су.мал — тысяча мискалей,

Басра — тысяча мискалей,

Бахрейн — 250 мискалей,

Катиф — 250 мискалей,

Бандар-и Маджул — 250 мискалей,

Бандар-и Махи Раван — 250 мискалей. [242]

Шафран — 10 тысяч мискалей:

Шах-Бахрам — две тысячи мискалей,

Хамадан — две тысячи мискалей,

Рум — пять тысяч мискалей,

Демавенд, гора — тысяча мискалей.

‘Арак-и каддах ³⁵⁸ — 200 фляг :

Хилла — 100 фляг,

Ба’куба — 100 фляг.

Из того, что доставляют наши купцы из страны Хинд

сандал мукасри — 200 манов,

отборная амбра — 5 тысяч мискалей,

тибетский мускус — 3 тысячи мискалей,

забад — две тысячи мискалей,

алоэ — 100 манов,

к.н.д.радж (Текст неясен) — 3 тысячи мискалей,

арак из роз [сорта — ?] ка.е — 50 манов,

камфора — две тысячи мискалей,

сандал, обработанный на розах [сорта — ?] ка.е — 50 манов.

Фрукты

Свежие финики — на обязанности ходжи Шахина Руми, [который должен] собрать их в амбары.

Гранаты — 62 000 манов:

Багдад (поручается Кутлуку Баверчи, доставка на диване маджри) — 35 000 манов:

Дуджаил — 10 тысяч манов,

Шахрабан, [гранаты] кисло-сладкие — 5 тысяч манов,

Нахр-и Иса — 5 тысяч манов,

Нахр-Малик — 10 тысяч манов, [243]

Ба’куба — 5 тысяч манов.

Прочие области (поручаются Алтун-буке и Кути-буке, доставка на диван-и маджри) — 27 000 манов:

Йезд — 3 тысячи манов,

Абаркух — две тысячи манов,

Сарустан — две тысячи манов,

Тихран ³⁵⁹ [гранаты сорта] ... , ³⁶⁰ — 3 тысячи манов,

Мардин [гранаты сорта] милиси — две тысячи манов.

Вилайет Дизмар и Арасбар — 15 тысяч манов.

|стр. 199| Яблоки — 3700 манов:

Тебриз, из собственных садов — 29 000 манов:

Марата — 10 тысяч манов,

Маранд — 5 тысяч манов,

З.нуз.ф (Зунуз?) ³⁶¹ — две тысячи манов,

Рудхане — две тысячи манов,

Вилайет Бакийа — 10 тысяч манов.

[Из садов в] других областях — 8 тысяч манов:

Исфахан — две тысячи манов,

Дамаск — тысяча манов,

Ахлат — две тысячи манов,

С’ах Рум (Шах-Руд?) (Текст неясен) — две тысячи манов,

Арзинджан — 500 манов,

Самарканд — 500 манов.

Виноград — 50 000 манов:

Тебриз, из собственных садов — 47 000 манов,

Другие области — 3000 манов:

Шираз — [виноград сорта] мискали, упакованный в ящики, — тысяча манов;

Мардин — [виноград сорта] к(ф?).р.мал — тысяча манов;

Дамаск — [виноград сорта] асаби-и Зайнаб, упакованный в ящики, — тысяча манов:

|стр. 200| Груши — 9000 манов:

Тебриз — [груши] всех сортов из собственных садов — 6000 манов. [244]

Другие области — 3000 манов:

Арзинджан — 500 манов,

Исфахан — тысяча манов,

Хавипайгамбари — тысяча манов,

Нишапур — 500 манов.

Айва — 8000 манов:

Тебриз, из собственных садов — 5 тысяч манов,

Другие области — две тысячи манов:

Исфахан — тысяча манов,

Самарканд — тысяча манов.

Арбузы — 520 джарибов:

Йезд — на обязанности ходжи Маджд ад-Дина — 20 джарибов;

Мардин — на обязанности малика Салиха — 30 джарибов;

Халеб — на обязанности населения Бахасна и Кар-кара — 20 джарибов;

Багдад — на обязанности сына ‘Али, который посылает [арбузы] на собственных верблюдах, — 100 джарибов;

Карабаг — на обязанности кочевников — 300 джарибов:

Ширван — на обязанности малика Ширвана — 50 джарибов.

|стр. 201| Дыни — 2130 джарибов:

Исфахан — на обязанности мауланы Мухаммада Са’да — 50 джарибов;

Герат — на обязанности кочевников — 50 джарибов;

Тебриз — с собственных бахчей — две тысячи джарибов;

Самарканд —на обязанности ходжи Мухаммада Хафи — 30 джарибов.

Финики, полусухие — 6 тысяч [манов]:

Басра — две тысячи манов,

Хилла — две тысячи манов, [245]

Васит — тысяча манов,

Ба’куба — тысяча манов.

Сливы — из собственных садов в Тебризе — две тысячи манов.

Персики, зимние, из садов в Тебризе — две тысячи манов.

Сухие [фрукты]

На обязанности ходжи Сандала, [который должен] собрать их в амбары.

Сливы — на обязанности сына Джалала, хакима Исфахана — 3500 манов:

Бухара — 400 манов,

Исфахан (алыча) — 400 манов,

Кара-тепе (алыча) — 500 манов,

Тебриз [слива, сорта] ‘а.тус (?) и другие — две тысячи манов,

Хамадан — 200 манов.

|стр. 202| Абрикосы — 5100 манов:

Тебриз [абрикосы сорта] хульванийа — 1500 манов [в том числе]:

разрезанные и начиненные абрикосовым зерном — 500 манов,

целые — тысяча манов,

[абрикосы сорта] тухм-и Ахмад — тысяча манов,

[абрикосы сорта] галхе ³⁶² — 500 манов.

Другие области — 2100 манов:

Исфахан — 800 манов, [в том числе]

[абрикосы сорта] таргиш ³⁶³ — 400 манов,

[сорта] сирмиш ³⁶³ — 400 манов;

Кашан — абрикосы [сорта] шикаете — 100 манов;

Хамадан, из собственных садов — 500 манов;

Арзинджан — 200 манов;

Бастам — [абрикосы сорта] шахруд ³⁶⁴ и [сорта] бул-були — 200 манов;

Йезд — [абрикосы сорта] пахлавани — 300 манов.

Изюм — 5900 манов: [246]

Тебриз, из собственных садов — 4000 манов, [в том числе]:

обыкновенный — 3000 манов,

обработанный с [помощью] роз (?) — тысяча манов.

Другие области — 1900 манов:

Герат—100 манов,

Баванат Ширазский — 500 манов,

Казвин — 500 манов,

Шам — 400 манов,

Мардин — 400 манов.

|стр. 203| Кишмиш — 4500 манов:

Вилайеты Рей, Кум, Саве — тысяча манов,

Хамадан — две тысячи манов,

Герат — тысяча манов,

Баг — 500 манов.

Персики — 3000 манов:

Вилайеты Рей и Кум — тысяча манов,

Хамадан — две тысячи манов.

Ююба — 400 манов:

Горган — 200 манов,

Дакук — 200 манов.

Инжир — 5 тысяч манов:

Джабал-и Джилуйа — две тысячи манов,

Керман — 400 манов,

Синджар — тысяча манов,

Мардин — 600 манов,

М’арре — на обязанности населения Рас ал-‘Аин — 200 манов,

Са’ирт — 800 манов.

[Сушеные финики сорта] касб — 5900 манов ³⁶⁵:

Бадарайа — касб обыкновенный — две тысячи манов,

Хилла — касб разноцветный — две тысячи манов,

Дуджаил — тысяча манов,

Шафаса — 500 манов,

Бакусайа — нежный [сорт] касба — 200 манов. [247]

|стр. 204| Финики — на обязанности наибов Багдада и Шираза,

Багдад — 550 джарибов:

финики пестрые из Хиллы — 300 джарибов,

прочие — 250 джарибов;

Шираз — две тысячи манов:

[финики] сорта барг — тысяча манов,

прочие гармсирные (Т.е. субтропические) [сорта] — тысяча манов.

Недозрелые вареные финики — 1200 манов:

Васит — 500 манов,

Басра — 250 манов,

Хилла — 250 манов,

Дуджаил — 200 манов.

Лох ³⁶⁶ — из Кумайа в вилайете Михран, из собственных садов — тысяча манов.

Груши вилайета Михран — тысяча манов.

Головки китайского мака (?) на обязанности населения Рас ал-‘Айн — 100 манов.

Кунар ³⁶⁷ — 300 манов, [в том числе]:

Багдад — 50 манов.

Тустер — 250 манов.

Дыни самаркандские [вяленые], нарезанные полосками — на обязанности жителей Хорасана — 200 манов.

|стр. 205| Кислые [приправы] с передачей ходже ‘Анбару.

Сумах ³⁶⁸ — 3 тысячи манов:

Акр — тысяча манов,

Суш — тысяча манов,

Мардин — 500 манов,

Са’ирт и Хизан — 500 манов.

Гранатовые зерна ³⁶⁹ — 5 тысяч манов:

Синджар — 3 тысячи манов,

Дизмар — 2 тысячи манов. [248]

Тамаринд индийский ³⁷⁰— 1200 манов:

Басра — 900 манов,

Бандар-и Махул — 300 манов.

Нариндж ³⁷¹ — 200 тысяч штук:

Б’акуба — 50 тысяч штук,

Шахрабан — 20 тысяч штук,

Хилла — 30 тысяч штук,

Джилан — 100 тысяч штук.

Лимоны — 20 тысяч штук:

Б’акуба — 10 тысяч штук,

Мандалиджайн — 5 тысяч штук,

Шахрабан — 5 тысяч штук.

Турундж ³⁷² — 6 тысяч штук:

Б’акуба — тысяча штук,

Нахрибин — тысяча штук,

Шахрабан — тысяча штук,

Джилан — 3 тысячи штук.

[Лимоны сорта] наффаш ³⁷³ — 6 тысяч штук:

Б’акуба — тысяча штук,

Нахрибин — тысяча штук,

Шахрабан — тысяча штук,

Джилан — 3 тысячи штук.

Мураккаб ³⁷⁴ — 4 тысячи штук:

Б’акуба— тысяча штук,

Шахрабан — тысяча штук,

Хилла — тысяча штук,

Нахрибин — тысяча штук.

|стр. 206| Д.н.б.ли — 4 тысячи штук:

Б’акуба — тысяча штук,

Шахра’бан — тысяча штук,

Хилла — тысяча штук,

Нахрибин — тысяча штук.

Нариндж [сорта] махтум — 3 тысячи штук:

Б’акуба — тысяча штук,

Шахра’бан — тысяча штук,

Хилла — тысяча штук. [249]

Сладкие лимоны, которые известны в Китае, — 10 тысяч штук:

Б’акуба — 5 тысяч штук,

Хилла — 5 тысяч штук.

Сок наринджа — тысяча манов:

Б’акуба — 500 манов,

Хилла — 500 манов.

Лимонный сок — тысяча манов:

Б’акуба — 500 манов,

Хилла — 500 манов.

Сок щавеля — 500 манов:

Б’акуба — 250 манов,

Хилла — 250 манов.

Сок из мураккаба — 500 манов:

Б’акуба — 200 манов,

Нахрибин — 200 манов,

Хилла — 100 манов.

Сок из д.н.б.ли — 200 манов:

Б’акуба — 100 манов,

Хилла — 50 манов,

Нахрибин — 50 манов,

Сок турунджа - 100 манов:

Нахр-и Иса — 50 манов,

Нахр-и Малик — 50 манов.

Барбарис — 1000 манов:

Мерага — 200 манов,

Ишле — 200 манов,

Вастан — 100 манов,

Арасбар — 200 манов,

Курдистан — 200 манов,

Диз’мар — 100 манов.

|стр. 207| Сок неспелого винограда — 500 манов:

сад Фатхабад — 100 манов,

сад Рашидабад —100 манов,

сад Мухтаран — 100 манов,

селение Битлис — 200 манов.

Сушеный неспелый виноград — тысяча манов ³⁷⁵: [250]

Мерага — 50 манов,

Арунук Дул ³⁷⁶ — 300 манов,

Сады ... , ³⁷⁷ — 300 манов.

Абкаме (?) жидкий — 500 манов.

Зу’ак — тысяча манов:

Байбурт — 200 манов,

Тифлис — 300 манов,

Абхаз — 200 манов,

Ганджа — 300 манов.

Индийский виноградный уксус — 100 манов:

Хилла — 40 манов,

Шабанкаре — 60 манов.

Обыкновенный виноградный уксус — 20 ³⁷⁸ тысяч манов:

Фатхабад — 5 тысяч манов,

Селение Битлис — 5 тысяч манов,

Мерага — 5 тысяч манов,

Сады Шам-Газана ³⁷⁹— 10 тысяч манов.

Остальное — таким же образом.

№ 35 ³⁸⁰

|стр. 208| ДОНЕСЕНИЕ, КОТОРОЕ МАЛИК КАЙКУБАД ³⁸¹, СЫН СУЛТАНА АЛА АД-ДИНА ИБН КАЙКУБАДА ИБН КАЙХУСРАУ ИБН КЫЗЫЛ АРСЛАНА СЕЛЬДЖУКИД НАПИСАЛ ИЗ АРЗИНДЖАНА ОТНОСИТЕЛЬНО СВОЕГО ПОЛОЖЕНИЯ, А ХОДЖА РАШИД АД-ДИН — МИР ЕМУ И ПРОЩЕНИЕ! — НАПИСАЛ СЛЕДУЮЩИЙ ОТВЕТ НА КАЖДЫЙ ИЗ РАЗДЕЛОВ ДОНЕСЕНИЯ

Раздел первый с упоминанием о своем положении

Да не будет скрыто перед господином живущих, султаном везиров времени, величию которого поклоняются правители земли и могуществом которого устрашены Хинд, Рум и Син, Рашидом ал-Хакк ва-д-Дунйа ва-д-Дин — да будет вечно [украшен] зелеными ветками сад его счастья и да покроются листьями ветви сада его желаний! — что этот [покорный] раб происходит из древнего рода и великой семьи.

Всю [свою] драгоценную жизнь он употреблял на общение с людьми искусства, а все свои помыслы обращал на [251] приобретение возвышенных качеств и почета. [Однако], несмотря на эти достоинства, которые были приобретены благодаря обилию божественной милости, [уже] в начале расцвета юности [я] подвергся различным невзгодам судьбы и длительным трудностям, [приносимым] временем, и из круга государей |стр. 209| перешел в разряд нищих, как то будет описано [ниже]. Как могут [даже] в мыслях представить себе мудрецы, до каких пределов, несмотря на безумие юности, [может] дойти терпение и выносливость человека при различных опасностях и [когда он] во власти слабости, а «ведь создан человек слабым» (Коран IV, 32). Вместе с этим [я] подвергся страшному несчастью и [пережил] мучительное событие — смерть родителей. И в это же самое время пришлось [претерпеть] разлуку с тем, кто давал [мне] все спокойствие сердца и духа и [вселял] уверенность в душу. Несмотря на [все] эти невзгоды и беды — [ведь] «небеса готовы распасться от этого, и земля разверзнуться, и горы пасть прахом» (Там же, XIX, 92), — отовсюду, со всех сторон, далекие и близкие подобно змеям и скорпионам протягивали ко мне руки притеснения и языки злословия, [напоминая о сказанном], «всякий раз, как они пожелают выйти оттуда, их туда возвращают» (Там же, XXXII, 20). И от всякого живого [существа], от которого я (В оригинале в третьем лице) ждал милости, я слышал: «Вкусите наказание огня!» (Коран, III, 177). Как говорит поэт (*Стихи):

Они [вовсе] не дрессированные звери.
Ты ошибаешься, если считаешь его похожим на зверя.
Они нечто противоположное зверям и не волки
С ощеренными мордами. Они и не гиены.

И в этом же смысле сказано (*стихи):

Все мы из рода людского — волки.
Да будет благословен тот, кто создал нас своим могуществом. [252]
Волк не станет есть мясо волка,
А среди нас одни едят других [у всех] на глазах.

|стр. 210| А я сам сказал по этому случаю [следующие] стихи:

У людей, находящихся в этом городе, —
Не был свет у них ни светом, ни тенью,
Все они проливали кровь друг друга,
А затем совместно считали это [дело] дозволенным.

Таким образом, я терпел оскорбление от родных, я бывал [как будто] повешен вниз головой близким [человеком], терпел трудности от каждого друга, [подобно тому, как говорят]: брат — силок, дядья — горе и беда, а родственники — скорпионы.

Ответ

Великий царевич, обладатель незапятнанной славы, очевидной [для всех] гордости и высокого происхождения султан Джалал ад-Дин Кайкубад ³⁸² —да будет Аллах заботиться о нем на протяжении всей его жизни! — пусть знает, что вероломный мир и [происходящие] ночь и день перемены сажают низких [людей] на [самое] высокое место пьедестала величия и почета , на место, [которое должно принадлежать лишь] благородным, а благородных ставят в последний ряд у порога и [помещают] в толпу недостойных. Стих:

Если бы судьба раздавала звания по заслугам,
Не было бы на голове невежд венца гордости и славы.

Ведь если бы счастье достигалось храбростью, а главенство — проницательностью ума, каждый силач был бы везиром в какой-нибудь стране, а каждый знающий дело — сахиб-диваном. Стихи:

О ты, который стремительно гонится за счастьем,
[Знай], что счастье я власть не зависят от знания дела. [253]
Иди [и не спорь], ведь царство, имущество, слава и положение
Не получаются иначе, чем с помощью неба.

Таким образом известно, что шапка счастья и каба величия идет голове и стану [лишь] того, |стр. 211| кого захочет бог достохвальный и всевышний. Как говорит [бог] — да возвеличится имя его! — «Скажи: «О боже, царь царства! Ты даруешь власть, кому пожелаешь, и отнимаешь власть, от кого пожелаешь, и возвеличиваешь, кого желаешь, и унижаешь, кого желаешь. В твоей руке — благо; Ты ведь над каждой вещью мощен!»» (Коран III, 25). Стихи:

Даны одним сокровища, блаженство и избалованность,
Это доля, предназначенная одним с самого начала.
Другие же созданы с сердцем, полным муки и страданья, [и]
Это участь, которая назначена им со дня распределения.

Если из-за различных превратностей судьбы на долю этого сына [так] тяжело выпали разнообразные испытания — [пусть] посмотрит он на обстоятельства своих предков — султанов и наследных царевичей, своих благородных отцов и великих дедов, которые были в свое время защитниками сущности веры и покровителями стран на земле, и как [теперь] брошены они во прах могилы и истлели. Слова Его — да прославится его могущество! — «Разве не разъяснил он им, сколько Мы погубили до них поколений; они ходят по их обиталищам. Поистине, в этом — знамения, разве они не послушают?» (Там же, XXXII, 26) *Стихи (Бейт Мутанабби (прим. М. Шафи’)):

Где Хосровы [и] Кесари, те, которые
Копили сокровища? Нет ни их, ни сокровищ!

Каждое мгновение до тех пор, пока существует мир, на людей [будут] нападать сменяющие друг друга горести и множество невзгод. Разумен тот, кто на арене горести и в [254] пропасти несчастья согласно [айату]: «Терпи душой с теми, которые взывают к их Господу утром и вечером, стремясь к Его лику» (Коран, XVIII, 27) — надевает платье терпения и одежду выносливости. Стихи:

Сделай терпеливость своим ремеслом,
Учись у фиалки терпению нести траур,
Ибо, если сердце найдет успокоение в терпении,
Ты обретешь богатство, счастье и могущество.

|стр. 212| Никоим образом не надо волноваться, если [даже] звезда счастья превращается в [звезду] несчастья, ибо говорят стихи:

Когда приближается [счастье] — притянешь чуть ли не волосом,
Если же удаляется — то порвется даже цепь.

[Стихи], перевод:

Когда везет — можно притянуть даже волосом.
Когда же не везет — нельзя [приблизить] даже с помощью цепи.

Однако, как подобает благоразумным людям, как следует думай об исходе своего дела, [ибо говорят]: «кто думает о выходе — освободится от погибели»; и не надейся на радость во время печали, ибо «дела зависят от определенного времени». Во всех обстоятельствах не отклоняйся от дороги умеренности, так как умеренность в делах ближе к здравому смыслу и [золотой] середине, ибо [говорят]: «Хорошее бывает посредине между плохим», «И не делай твою руку привязанной к шее и не расширяй ее всем расширением, чтобы не остаться тебе порицаемым, жалким! (Коран, XVII, 31). [Не отклоняйся от умеренности и потому, что] большой излишек портит хлеб насущный и превращает солнце жизни в еле видную звезду. Стих (Ср. Са’ди, Гулистан, гл. 1): [255]

У всякого, кто днем зажигает дорогие свечи.
Скоро не будет ночью даже масла в светильнике.

И в трудном положении, и во времена беды, и в дни безденежья не надейся на добрые дела и помощь ни со стороны близких, ни со стороны чужих, как сказал самый [сладкоречивый] из ораторов, шейх Са‘ди, — да будет с ним милость [божья]! Стих (Стихи Са’ди (прим. М. Шафи’)):

Эти вероломные друзья, которых ты видишь,
Подобны мухам вокруг сладкого.

|стр. 213| Второй раздел. Рассказывает о смерти родителей

Далее. После того как [я] претерпел различные трудности, сердце [мое] было [вновь] брошено в огонь и [вновь] запылала [моя] печень из-за смерти родителей — этих двух бесподобных [людей] века, защитников [нашего] рода и семьи. Из-за страха перед этим событием и ужаса этой трагедии мир потемнел в глазах и вырвался вопль из [самого] сердца жителей страны. Маснави:

Не осталось розы в саду моей надежды,
Не осталось подобного давудову пенья соловья.
Судьба наполнила страданием мою грудь.
Заснуло мое пробудившееся [было] счастье.
Сняла [судьба] корону счастья с моей головы — и ушла,
Растоптала меня под ногами печали — и ушла.

Ответ

Похвальный образ действий и превосходные душевные качества отцов и дедов этого сына были таковы, чтобы, подвергшись беде, следовать по дороге терпения и выносливости согласно слову: [обрадуй] «тех, которые, когда их постигнет бедствие, говорят: «Поистине, мы принадлежим Аллаху, и к нему мы возвращаемся» (Коран, II, 151), что «они — идущие верным путем» (Там же, II, 152). Твердость и спокойствие сделали они [256] кораблем своего спасения и способом своей жизни. Итак, этому сыну надлежит украсить себя качествами своих благородных дедов, ибо говорят: «Благородный сын берет пример со своего знаменитого отца». [Стих]:

Сына, который не имеет отличий отца,
Называют — «чужой», а не называют «сын».
Берегись! Не погрузись в море сожаления и печали! Стихи:
Кто ныряет в это море, полное крови,
Не принесет наверх ни одной жемчужины.
Много лодок разбилось на этом море,
[И] никто не опасен от его воля [во время] бури.

|стр. 214| Не говори [судьбе] ничего, кроме слов согласия и покорности, и твердо знай, что уже исчерчены линиями исчезновения все листы мира и на доске видимого [мира] написано почерком небытия. Никто не знает, что такое обстоятельства [смерти] и что такое достояние смерти. Поэтому мудрецы полагают, что (проявлять] терпение и спокойствие в беде — [это значит] приобрести сокровища и славу. Стихи (Стихи Анвари (прим. М. Шафи’)):

Никто не может вопрошать, «как и почему»,
Потому что художник, изображающий события, [находится] вне «как и почему».
Время делает тысячи изображений, но нет
Ни одного, которое находилось бы в зеркале нашего представления.
Мы можем только так жить под лазурным сводом.
Как определено лазурью небес.

*Стихи

Аллах один предопределяет [судьбу], и участвуют
В этом звезды, [но] не солнце и не луна.
Добро и зло происходят так, как
Он пожелает, и не помогут [здесь] ни хитрость, ни обман. [254]

Если будет угодно Аллаху, этот сын наследует [всю продолжительность] жизни своих благородных дедов. По милости, великодушию, щедрости и доброте его!

Далее. После этой великой скорби и большой печали покой [моего] сердца проистекал от оживляющей души близости и поднимающего дух общения с братом ходжой Джалал ад-Дином, к которому применимы слова, [сказанные ‘Али пророком Мухаммедом]: «Твое тело — мое тело, твоя кровь — моя кровь». Я был счастлив всевозможным сочувствием и состраданием [с его стороны], мое разбитое и скорбное сердце успокаивалось от [одного] вида этого не имеющего себе подобного в мире и редкостного [человека нашего] времени. И вдруг вступила в действие ревность небес и зависть кровожадной судьбы и посмотрел на него дурной глаз завистников и [наводящих] порчу. |стр. 215| *Стихи:

Мы были подобны паре голубей в чаще,
Мы пользовались молодостью и здоровьем.
Напало на нас время и разъединило нас,
Ведь время разлучает друг с другом.

Поскольку [я уже] потерял [перед этим] родителей, [то теперь] в третий раз из-за ухода этого [моего] |л. 64а| ³⁸³ доброго воспитателя погрузился в море тоски и огонь разлуки. *Стихи:

О, если бы в один из дней по милости бога
Мы бы могли соединиться и увидеть друг друга.

Ответ

Обычай злобного мира всегда таков, что он рубит мечом разлуки узы соединения и бросает друзей в горн разлуки и тигель расставания. Стих:

Есть ангел на этом украшенном лазурью своде.
Который воздвигает стану перед стремлением влюбленных. [258]

Если умный [и] проницательный [человек] достаточно рассудительно и ясным, пристальным взглядом вглядится в дела этого [полного] соблазнов мира, [то] увидит в каждом напитке болезнь, а в каждом спокойствии — боль. Стихи:

Иди [и не спорь], ибо во прахе этого тленного мира
Нет ни одного сердца, в котором не было бы печали.
На пиру меняющегося мира
Не увидишь вина, которое не заключало [бы в себе тяжести] похмелья.
Ни в саду судьбы, ни в саду рока
Нет [даже самого] нежного цветка, который не имел бы колючек.

Как хорошо известно, если войско разлуки ночью атакует крепость небес, оно загонит игральную шашку луны в беспросветный шишдар (Шишдар — безвыходное положение при игре в нарды) и связывающей ферзя фигурой сделает мат солнцу, которое является шахом площади небес и начертателем земной сферы. Стих:

Если ты стонешь от боли разлуки — это допустимо,
Потому что удаление от близких душе друзей — это беда.

|стр. 216| Если Аллаху будет угодно, чтобы дни разлуки превратились в дни соединения, а вечер расставания в утро встречи согласно значению [айата]: «Он распределяет Свое повеление с неба на землю» (Коран, XXXII, 4), создатель — да возвеличится дело его! — поможет исполниться надежде встречи и из [связки] ключей от тайн |л. 64б| пошлет ключ попавшим в разлуку, [ибо! «У Него — ключи тайного» (Там же, VI, 59). Стихи:

Если ты грустишь из-за вечера разлуки —
Зачем печалиться, ведь после него есть утро встречи.
Не горюй из-за разлуки и не стенай от расставания,
Потому что и то и другое быстро изменяется. [259]

Несмотря на то что боль разлуки и тяжесть терпения — это основание уменьшения силы и причина ослабления выносливости, проявление терпеливости в трудностях и выносливости в несчастье может быть в числе добрых дел в будущем мире и способом исполнения желаний в этом мире. Уповаем на благо божьей милости, что отстранит оно мешающую препону и цепь трудностей разлуки, предоставит основание для встречи и соединения, а горечь разлуки самым лучшим образом превратит в сладость единения. Поистине, он владыка исполнения.

Раздел четвертый. Говорит о бедности и плохом положении

Поскольку я стал очевидцем следов жестокости характера на лбу и на челе судьбы из-за безвыходности положения и бедности, я обратился к истинному господину, наиболее именитому и знатному по своему происхождению [среди] современных государей, плоду древа справедливости и ветви сада великодушия, к руднику благородства характера, обладателю истинной щедрости и доблести — да сделает Аллах вечным царство его! — к брату Кайумарсу, который является хакимом вилайета Уснуб. [Однако] когда [ваш] покорный раб похвалился |стр. 217| тем, что служит Вам, поистине, он настолько не проявил в отношении меня (В оригинале в третьем лице) той милости, которую следовало бы ожидать от великодушия и похвального характера правителей, что об этом можно [долго] говорить ³⁸⁴. Умножая оскорбления и унижения в [своем] воображении и в [своих] намерениях, он не останавливался ни перед чем и только лишь не грозил оковами и кандалами. Несколько дней я пребывал даже в хижине Йа’куба и претерпевал мучения |л. 65а| Айуба, а сердце мое было разбито и ноги сломлены различными унижениями и разнообразными лишениями, и сидел [я] в темнице, [где] «Мрак — один поверх другого» (Коран, XXIV, 40). [260]

После столь плохого обращения с этим немощным он приказал дать мне ничтожный улаг ³⁸⁵, но и это тоже было слишком поздно. С тысячью трудностей, которые претерпевал я от чужих и близких, в конце концов продал [я улаг «за малую цену отсчитанных дирхемов» (Там же, XII, 20) и пошло [это] на уплату кредиторам. Несмотря на всевозможные болезни, на лихорадку, на чувство изнеможения и на слабость сил, в сердце моем появилось стремление убежать и желание [отправиться] в Тебриз. [Однако] не смог я выполнить этого намерения из-за (возникших] помех и (продолжал] терпеть всяческие унижения и оскорбления среди близких и братьев. Внезапно распространился аромат присутствия господина [моего] Рашида и прибыло поднимающее душу, дающее исцеление и полное изливающим радость светом послание — «Его свет— точно ниша; в ней светильник» (Там же, XXIV, 35). Благодаря полученному счастью освободился [я] из упомянутого дома бедствия: «Хвала Аллаху, который удалил от нас печаль! Поистине, Господь наш — прощающ, благодарен» (Там же, XXXV, 31).

Теперь [я] живу в городе Тукате — да сбережет его Аллах от беды! — и удовольствуюсь тем малым, что соизволили определить [мне]. |стр. 218| Жду, что [Вы] более достойным образом подумаете об этом ничтожном, дабы благодаря полному спокойствию мыслей он мог заняться молитвами за [своего] господина.

|л. 65б| Ответ

Обстоятельства таковы. Поскольку этот сын удалился от служения блестящему порогу падишаха ислама, который суть убежище и прибежище шахов мира и государей [нашего] времени, бедность его и скитания достигли последнего предела и крайней степени. Увеличилось бессилие его и безвыходность его положения [в сравнении] с сынами времени. Из-за всяческого смирения и покорности стали очевидны и [261] были подкреплены доказательствами признаки его унижения и знаки оскорбления. Оправдалось и стало явным по причине переполнения печалью и скорбью содержание [айата]: «[Знает Он]... что скрывает грудь» (Коран, XL, 20). Как говорили — (*полустишие):

Ведь страсть, когда она удовлетворена, становится более требовательной.

В этом же [смысле]: когда чаша полна — переливается [через край]. Длительное время сокровенные мысли, подобно невинным девушкам, спрятанным под покрывалом, и скрытые сокровища помыслов сердца этого сына воспитывались во всяческой радости и веселье. И вся жизнь этого дорогого и его благородное время [протекали] в местах, где источники, и посевы, и почетные места (См. Коран, XLIV, 24 и 25), и [его] берегли подобно редкостному перлу и хранящейся в [сокровищнице] жемчужине. Об этом были осведомлены все подданные и все люди — знатные и простые. Имеющее свойства эликсира сердце раба его величества [также] очевидец этого. Но достаточно и одного свидетеля! [Покинув] блага рая и [тотчас] подвергшись различным унижениям, оскорблениям и притеснениям [со стороны] близких и друзей, [ты], несомненно, оказался несчастным и превратился в скитальца.

Теперь по прежнему обычаю тебе вручается управление и власть в городе Конье ³⁸⁶, который является родиной и местом пребывания твоих благородных отцов и дедов и воистину |л. 66а| Ка’ба веры |стр. 219| и [гнездо?] ³⁸⁷ птиц познания бога.

[Правление вручается тебе] с тем условием, что ты сделаешь справедливость признаком и знаком отличия [своей] одежды. Дабы бог — да возвеличится дело его! — ради тебя (В оригинале в третьем лице) превратил в действие [слова]: «Я устремил на тебя Мою любовь» (Коран, XX, 39) — и утвердил в сердцах людей любовь и [262] расположение к тебе. И поселит он в сердцах людей проницательных симпатию и любовь к тебе. Но берегись! Не вступай на дорогу притеснения и вражды, [ибо они] — самые нижние ступени темноты и греха. *Стихи:

О забавляющийся притеснитель, [помни]: могущественна его рука.
Если ты пребываешь в вечной дремоте, [то] он бодрствует!

*Стихи:

Не притесняй, если ты могуществен,
Ведь несправедливость в конце концов принесет
Глаза твои спят, но бодрствует угнетенный.
Он проклинает тебя, а глаз Аллаха не дремлет.

]Твоя] обязанность состоит в том, чтобы ты заключил брачный договор с невестой-справедливостью, которая имеет приятный вид и врожденное достоинство. Не бросай невинных за малейшую провинность з ущелье опасения, [не подвергай их] опасности и согласно смыслу [слов]: «Ведь предположение ни в чем не избавляет его от истины» (Там же, X, 37) — не превращай себя в место насилия и проявления гнева. |стр. 220| Стихи:

За малейшую случившуюся провинность
Не мсти никому,
Ибо, [только нанизывая] ожерелье безопасности и нить надежды
На помилование, шахиншах достигает порядка.

Ты (В оригинале в третьем лице) должен укрепить основы шариата и основание справедливости. Считай, что послабление, в этом запретно даже для мыслей, а [проявление] слабости — недопустимо с точки зрения разума. На страницах правления и на полях [листов] страны напиши айат: «Страна благая и Господь милосердный» (Коран, XXXIV, 14). Стихи: [263]

Охраняй государство и преврати его в неприступный замок —
Таков обычай государей. Поступай и ты так.

Добрыми намерениями и милостивыми мерами стремись развязать узлы трудностей и заботься о больных и страждущих. В ушах души держи советы этого немощного, потому что натура людей дика, трудно принимает советы и не способна сохранять их. Тот [же], кто считает себя человеком, несомненно, получает назидание от чредующихся день и ночь происшествий, от [каждого] нового события пробуждается от сна беспечности, [данного нам] судьбой. Всегда [следует] держать перед глазами и не забывать советы добрых друзей. Мир вам!

№ 36 ³⁸⁸

ОТВЕТ НА ПИСЬМО МАУЛАНЫ САДР АД-ДИНА МУХАММАДА ТУРКЕ, НАПИСАННЫЙ В СОСТОЯНИИ ТЯЖЕЛОЙ БОЛЕЗНИ, С ИЗЪЯВЛЕНИЕМ ПОСЛЕДНЕЙ ВОЛИ ДЕТЯМ И [ОТНОСИТЕЛЬНО] НАСЛЕДСТВА ³⁸⁹

*Стихи

Привет вам, как в дни ранней молодости
И во время встречи после долгой разлуки.
Губы самых выдающихся [людей] не перестают целовать землю перед господином,
Гордясь друг перед другом [своей близостью к тему].

|стр. 221| Получено ваше благородное послание, наполненное сокровищами добрых вестей, и халат намека и указания надет на тройного сплетника, который суть язык и губы. [Письмо Ваше] возвело меня на трон во дворце убеждения. Стихи ³⁹⁰:

Секрет — у меня, и не получит он
От меня собеседника, к тому не приведет даже напиток.

Из каждой точки узнал я то, что надо знать, и в каждой букве прочел то, что надо прочесть. Если хватает ума — [264] [тогда] достаточно одного слова, а если есть кто-то дома — достаточно одного намека.

Поскольку мое стремление [к Вам] не имеет границ и выходит [за пределы] счета, поэтому я ничего не напишу относительно этого и удовлетворюсь стихами шейха шейхов мира Абу Хафса ‘Умара Сухраварди — да осветит бог его дорогую душу! *Стихи:

Когда вспоминаю о нашей близости в прошлом,
Обильно льются [мои] слезы.
Я сплю, но огонь любви бередит мое сердце тоской.
Я выпил чашу желчи из рук разлуки,
А до разлуки я был весел и приятен.
О ты, далекий от глаз моих [друг],
Ты в моем сердце. Сохрани тебя Аллах, будь ты близко или далеко,
Я больше желаю встретить тебя,
Чем заблудившийся, жаждущий — пресный источник.
[Стихи] его же (Абу Хафса ‘Умара Сухраварди) — да будет над ним милость Аллаха!
Разлука с тобой сняла вуаль она с моих глаз;
Заставила выйти из глаз кровь моего пылающего сердца.
В моем сердце память о тебе подобна огню.
Плачу, как только вспомню о тебе.

|стр. 222| То, что касается утешения сердца этого немощного, было написано рассеивающим драгоценные камни пером и рассыпающей жемчуг кистью. *Стихи:

Бесчисленны звезды на небе,
Но затмевают их и солнце и луна.

[В этом мире] каждое мгновенье за радостью следует печаль, за печалью — радость. Мир состоит из противоположных вещей; как то: нектар и уксус, мазь и рана, болезнь и лекарство, заболевание и выздоровление, свет и тьма, прозрачность и мутность. Никто не может освободиться от цепей его плена и сетей его гнева. *Стихи: [265]

Не оставит время в покое того, за кого оно взялось.
А жизнь не вернется к тому, кого она покинула.

Подлый здешний мир — это место нападения печали и мишень [для] камней проклятия, [бросаемых] звездами. Много голов благородных людей разрубил [вероломный мир] «острием меча и [много] суставов [людей] знатных разрубил .концом сабли. Могущественных везиров и знатных вельмож превратил он в жителей гробниц и в корм для ворон. Стихи:

Посмотри ради назидания на великого эмира,
Как попал он в плен аркана смерти.
Теперь от великих властелинов прошлого
Не найдешь ничего, кроме превратившейся в труху кости.

*Стихи:

Я видел, что мир играет с юношей
И придает ему разные положения.
Что касается прошлого — оно подобно сну спящего,
А что ему предстоит — то действительность.

|стр. 223| Мир — это степь потрясения, глубины океана огорчения, водоворот вреда несчастия, бездна болезни, загон, [где охотится] скорбь, оковы боли, промежуточное [состояние], место назидания, молот несчастных случаев и наковальня, [на которой выковывается] терпение. [Мир] полон шумом волнения. Стихи:

Лекарство [в нем] — болезнь, соединение — разлука, а цветы его — колючки.
Радость его мала, а огорчения велики.
Каждый напиток в лавке мира —
Как посмотришь — это не противоядие, а яд.

Я [долго] раздумывал об обстоятельствах мира и обдумывал, что и как. Я увидел, что периоды, [через которые проходит] мир, — это стан испытания, а этапы его — стоянка караванов искушения. Я нашел, что огонь его бедствий и холод несчастий — это адские пытки и мучительное наказание. [266]

Стих:

В этом доме скорби
Никому не дано счастья.

По этой причине и в течение всей [моей] жизни и во время [моего] правления я всегда избегал стрел утренних молитв притесненных и стонов терпящих нужду. Я избегал плохого начала и конца притеснения, [ибо] это самая сильная причина, [наносящая] ущерб добру и [приводящая к] исчезновению счастья. Распространение справедливости я сделал образом своего поведения и основой своих принципов. Я расходовал запас своих сил и капитал своих возможностей для того, чтобы заслужить доброе имя. Я прилагал все усилия к подавлению восставших и уничтожению разбойников. Поскольку я видел, что стремление населения мира и усилия: человеческого рода ограничиваются получением средств к жизни и что в этом у каждого есть [свой] подход, [свои] форма и способ, которыми люди достигают своей цели, то я показал людям изображение потребности и желания в одежде проявления. Конечно, каждый, у кого есть крепкое здоровье и здравый смысл, надевает пояс стремления, чтобы добиться благородного положения и высоких знаний. |стр. 224| *Стихи:

[Человек] желает самой большой высоты среди высот
И никак не мажет удовлетвориться никаким положением.

На основании [всего] изложенного этот слабый и немощный не находил покоя в постели болезни и не отдыхал на подушке неведения [о делах], не придавал значения всему тому, чему предназначено исчезнуть. Насколько мог, он укреплял основы справедливости и поддерживал [опоры] щедрости в этом имеющем две двери караван-сарае. С помощью тленного добра он приобрел вечное блаженство. [Это продолжалось до тех пор], пока теперь из-за затмения, [принесенного] страшной болезнью, не обратилось солнце жизни к закату исчезновения. [Скоро] ночи надежды будут срублены; мечом смерти. Пришло время — и мы освободим клетку [267] тела от сладкозвучного соловья [души]. Мы возвращаемся в небесный сад и на свою истинную родину, согласно приказу: «А ты, упованием покоившаяся душа, возвратись ко Господу своему, будучи удовлетворенною, удовлетворившею! Войди в среду слуг Моих, войди в рай мой!» (Коран, LXXXIX, 27—30 (пер. Г.С. Саблукова)). Стихи:

Для благородного хороша всякая стоянка,
Но древние стоянки лучше всего.

Поскольку мне пришло время переменить цветник роз [этого] мира на райские сады, то по этой причине я посылаю этому господину для памяти эту просьбу.

Завещание касается [моих] детей, и я надеюсь, что по отношению к ним не будет допущена небрежность. То, что составляет нашу собственность из недвижимого и движимого имущества и из скота, — часть я обратил в вакф, а часть оставил каждому из детей.

Первое. Все земли, которые я купил в упомянутом квартале и которые я благоустроил, я отдаю в вакф. Некоторые — только сыновьям, некоторые — только дочерям, некоторые и на благотворительные цели и детям, а некоторые только на благотворительные цели. Часть я отдаю в собственность детям, а часть — в собственность улемам ислама.

|стр. 225| Второе. Имения , которые в разных областях распаханы этим немощным, орошены и заселены, как в личных имениях, так и в имениях газановых, которые также зависимы от этого ничтожного, подобно другим полям, урожай с которых собирается натурой, следующие:

Подробная роспись ³⁹¹ [владений] в федданах по областям

Арабский Ирак

Во всех вилайетах вместе — 3200 федданов ³⁹²:

Васит — 300 федданов;

Басра — 300 федданов; [268]

Тарик-и Хорасан ³⁹³ — 100 федданов;

Нахр-Малик, Нахр-и ‘Иса и Шатт-и Нил ³⁹⁴ — 500 федданов;

Нахр-Шилави и Нахр-Джадид — 500 федданов;

Михри-Руд, Мандалиджайн, Бадарайа, Шахрабан ³⁹⁵ и Ханикин ³⁹⁶ — 200 федданов.

Хилла, включая Садрейн и Дадах ³⁹⁷ — 300 федданов;

Хавас и Муштарак — 200 федданов;

Наджийа ³⁹⁸ — 200 федданов;

|стр. 226| Барбисма — 300 федданов;

Мустаджадда-йи Рашиди — 100 федданов;

‘Идарат и Мухавала-йи Синджар ³⁹⁹ — 200 федданов;

Дуджаил — 200 федданов.

Рум

Славному сыну [моему] Джалалу — да убережет его Аллах! — 1090 федданов ⁴⁰⁰

Арзинджан — 100 федданов;

Сивас — 50 федданов;

Тукат — 100 федданов;

Байбурт ⁴⁰¹ — 50 федданов;

Джуршин — 100 федданов;

Джабакджур — 50 федданов;

Кифи — 100 федданов;

Палу ⁴⁰² — 100 федданов;

Дивриги ⁴⁰³ — 50 федданов;

|стр. 227| Хартабирт — 50 федданов;

Амид — 50 федданов;

Кайсарийа — 100 федданов;

Малатья — 100 федданов;

Тарсус — 100 федданов;

Антакийа ⁴⁰⁴ — 50 федданов;

Абкаль — 20 федданов;

Гюзель-хисар — 10 федданов;

Дж. м. з. К. зал ⁴⁰⁵— 10 федданов;

Ангурийа ⁴⁰⁶ — 20 федданов;

Киршахри ⁴⁰⁷ — 20 федданов; [269]

Амасийа — 50 федданов;

Дунгузлу ⁴⁰⁸ — 50 федданов;

Аснаф — 20 федданов;

Кутай — 30 федданов;

Конья — 50 федданов;

‘Араб-К.рд ⁴⁰⁹ — 20 федданов

Кал’а-йи Камах — 20 федданов;

Сансун — 10 федданов;

Хани — 20 федданов;

|стр. 228| Хаттах — 10 федданов;

Ларанде — 20 федданов;

К(ф?).р.сй ⁴¹⁰ — 10 федданов;

Афлан [?] — 50 федданов.

Вилайеты

Шахри-зул ⁴¹¹, Кави, Лухнад — известному Менгли-бука Каманче ⁴¹² — 300 федданов.

Ирак- и ‘Аджам

От Султанийи до Пул-и Заре, включая туда, таким образом, Хамадан, Казвин и вилайеты Джира и Фарахан, а также все булуки Исфахана, как то подробно расписано в этом дафтаре, тысяча федданов.

Азербайджан

с вилайетами и со следующими наибствами — 1040 федданов:

З.нуз.ф (Зунуз?) — 30 федданов;

Меренд — 20 федданов;

Хой — 30 федданов;

Салмас — 20 федданов;

|стр. 229| Михран-Руд — 20 федданов;

Хишт-Руд — 30 федданов;

Гарм-Руд — 20 федданов;

Мерага — 50 федданов;

Ардебиль — 50 федданов;

Ахар — 30 федданов;

Серав — 50 федданов; [270]

Вилайет Пишкин — 50 федданов;

Нахичеван — 100 федданов;

Вилайеты Карабаг, Муган, Арран и Шеки — 300 федданов;

К.рби — 50 федданов;

Армения — 50 федданов;

Арунк Дул — 30 федданов;

Сард Руд — 30 федданов;

Уджан 20 федданов;

Халхал — 30 федданов;

Шахруд — 30 федданов.

Многочисленные вилайеты

Известному маулане Джалал ад-Дину Исфахани — 940 федданов:

Кум вместе с Вади-Исхаком — 100 федданов;

Кашан — 10 федданов;

Саве — 100 федданов;

Рей — 300 федданов;

Демавенд — 10 федданов;

Джурджан — 20 федданов;

Тихран ⁴¹³ — 10 федданов;

В.р.ва — 10 федданов;

|стр. 230| Аве — 50 федданов;

Дамган — 50 федданов;

Хувар — 50 федданов;

Семнан — 30 федданов;

Бастан — 20 федданов;

Лурдаган ⁴¹⁴ на попечительство [вакфам?] Газани — 50 федданов;

Гундаман ⁴¹⁵ на попечительство [вакфам?] Газани — 50 федданов;

Каб.ле ⁴¹⁶ на попечительство [вакфам?] Газани — 50 федданов;

Сумайрим — 30 федданов. [271]

Вилайеты

Абаркух, Иклид, Сармак ⁴¹⁷ и сардсир (Сардсир — прохладный высокогорный район) Шираза — известным ходже ‘Айбару и ходже Сандалу ⁴¹⁸ — 100 федданов.

Вилайеты

Баванат, Герат, Марук и Сарджахан, являющиеся вакфом Руб’и Рашиди и медресе в Герате, — 200 федданов.

|стр. 231| Вилайеты

Грузия, Ван, Вастан ⁴¹⁹, Кизан ⁴²⁰, Уник ⁴²¹, Бидлис, Кидлис, Ахлат, Си’ирт, Хусн Кайфа, Арзан ⁴²², Хизан, М’д.н. (?) — известному наввабу дорогому сыну Пир-Султану — да продлится жизнь его! — 300 федданов.

Вилайеты

Хорасана — известному наввабу сыну Ахмаду — да продлит Аллах его жизнь! — 1000 федданов.

Вилайеты

Диар Бакр и Диар Рабиа — известному наввабу сыну Хумаму — да сохранит Аллах его жизнь — 500 федданов.

Вилайеты

Авган — известному маулане кази Мухаммеду Абаркухи — 100 федданов.

Вилайеты

Шираз, равно Иклид, Сармак и сардсир — 500 федданов.

|стр. 232| Вилайеты

Шабанкаре и Нириз, которые являются вакфами двух медресе в Шабанкаре и попечение над которыми принадлежит маулане ‘Азуд ад-Дину Иджи и его сыновьям, — 100 федданов;

Керман — 500 федданов;

Йезд, Тебес и Джандак ⁴²³ — 50 федданов. [272]

Вилайеты

Тустер, Хувайза ⁴²⁴ и Дисфул — известному ходже Саруру — 50 федданов.

Вилайеты

Килан ⁴²⁵, К.лин и Джиджмал — известному ходже Шахину Руми и ходже Са’дату — 200 федданов.

Вилайеты

Казаваси, которые я купил в Руме для известного мауланы ‘Имад ад-Дина Ахмада Сиваси, — 300 федданов.

Вилайеты

Джабал-и Джилуйа, Зайтан, Рамаз и Даврак — известному ходже Джамал ад-Дину, благородному садру Зайгана — 200 федданов.

Вилайеты

Саджистан ⁴²⁶ — известному малику Музаффар ад-Дину, владетелю Систана ⁴²⁷, — 200 федданов.

Вилайеты

Газна, Кабул, Забул, Кандагар, Лахор — известному ходже Махмуду Кабули — 200 федданов.

|стр. 233| Кроме того имения (Здесь и далее в оригинале ***)

в Туране. Некоторые из них — сойургалы султанов, а некоторые куплены вакилями этого немощного. По причине их отдаленности и того, что они расположены вне владений султанш Ирана, я отдал их за определенную сумму на откуп знатным людям тех краев. И это вакфы всех [моих] детей — сыновей и дочерей.

Сверх того имения

в Сирии и Йемене, часть которых — сойургалы малика ан-Насира, государя Мисра, и малика Ашрафа, государя Йемена ⁴²⁸, а другую часть по шариатской доверенности купили вакили этого немощного. Их я сделал вакфами Ка’бы, Медины и Иерусалима ⁴²⁹. [273]

[3атем] имения

в Синде и Хинде — купленные [земли] и [те, которые] являются сойургалом султанов Хинда ⁴³⁰, — я сделал вакфом ханака шейха шейхов Шихаб ал-Миллат ва-д-Дина ‘Умара Сухраварди — да освятит Аллах душу его!

Далее

Пальмовые деревья, которые куплены [в различных] областях государства и посажены, согласно следующему ([всего] — 39 тысяч деревьев):

Дуджаил — 1000 деревьев — я отдал в собственность сыну Ахмаду;

Багдад — 5000 деревьев — я отдал дочери Хадийа-Мулк;

Мандалиджайн — 100 деревьев — я также отдал дочери Хадийа-Мулк;

|стр. 234| Тарик-и Хорасан — 1000 деревьев — я также отдал дочери Хадийа-Мулк;

Хилла — 1000 деревьев — я отдал в собственность сыновьям Ахмаду и ‘Али;

Нахр-и ‘Иса — 1000 деревьев — я отдал маулане Афиф ад-Дину Багдади и его сыновьям;

Васит — 5000 деревьев — я сделал вакфом кази ‘Айн ад-Дина и его сыновей;

Басра — 5000 деревьев — я сделал вакфом пятничной мечети повелителя правоверных ‘Али — мир ему!

Гармсиры (Гармсир — район субтропиков) — Шираза — 3000 деревьев — я сделал вакфом медресе Шабанкаре;

Хабис — 5000 деревьев — это вакф Руб’-и Рашиди и сыновей;

Тебес—1000 деревьев — это вакф Руб’-и Рашиди и мечети Шиш Киле.

Что касается щедро плодоносящих садов, а также рощ [274] деревьев, которые находятся в [разных] вилайетах, [то] они вне пределов мер и сосредоточения подсчетов.

Относительно большого вакфа, который включен в [дарственную] грамоту ‘Абд ал-Малика Худдади, подтверждается назначение выдавать ежегодно из той прибыли, что приносит обращенное в вакф, 748 тысяч манов хлеба и 320 тысяч манов мяса ⁴³¹ бедным и состоящим на пенсии. А также поставлено другое условие [относительно того], что делать с госпиталем, домом [для чтения] Корана, домом хадисов, странноприимным домом и прочими благотворительными учреждениями. Если Аллаху будет угодно, надеюсь, что |стр. 235| [мои] распоряжения встретят благосклонный прием.

Далее. Я отдал детям — сыновьям и дочерям — табуны лошадей (кобылицы и прочее), которые поручены старшинам кочевых племен в Руме, Диар Бакре, Тебризе, Ширазе и Кермане. [Их общее] количество — 30 000 голов.

Затем. Пять тысяч верблюдиц, которые в местах, где живут арабы, поручены племенам хафаджа, раби’йа и г.зна, а также пять тысяч других верблюдов, которые я поручил [заботам племени] халадж — [все] их я оставил своим детям.

Далее. Стада овец, которые я поручил старшинам кочевых племен в Руме, Багдаде, Диар Бакре, Ширазе, Тебризе, Исфахане, Мазендеране, Хорасане, Луристане и в других областях — [всего их] пятьсот стад по пятьсот голов в каждом стаде — их я сделал вакфом Руб’-и Рашиди, чтобы масло, шерсть, сухое кислое молоко и приплод ежегодно расходовались бы на благотворительные и богоугодные дела.

Далее. Десять тысяч коров, которые поручены дехканам и деревенским старостам [различных] местностей |стр. 236| и селений, я отдал детям (В тексте оборот в третьем лице).

Затем. Двадцать тысяч кур, которые поручены [заботам] дехкан и крестьян селений, местностей [близ] Тебриза, Султанийи и Хамадана, я сделал вакфом госпиталя в Руб’-и [275] Рашиди, больницы в Султание и аптеки в Хамадане, дабы их приплод расходовался на больных.

Далее. Десять тысяч гусей и десять тысяч уток, которые в селениях [около] Тебриза и Мераги поручены [заботам] сельских общин , я оставил детям (В тексте оборот в третьем лице).

Затем. Тысячу быков и тысячу ослов я отдал в вакф Руб’-и Рашиди и садов, созданных мною, ничтожным , в Тебризе. [Отдал] для перевозки плодов, удобрений (*** букв, «помет, смешанный с золой»), навоза, камня и прочего. Этот скот я поручил издольщикам деревни Михран-Руд и садовникам Фатхабада и Рашидабада.

Далее. Двести пятьдесят тысяч мулов я дал детям. Затем, лично [мне принадлежащих] лошадей — тысячу арабских скакунов, которые стоят на привязи в конюшне, — я отдаю своим детям.

Далее. Пятьсот рабов-чужестранцев, рабов, которые переданы в вакуфное владение, я отдаю сыновьям. Затем триста рабынь-чужестранок, которые [также] переданы в вакуфное владение, я оставляю дочерям.

Далее. Две библиотеки, которые я построил рядом со своим Гумбадом ⁴³² с правой и с левой стороны [от него] и в которых в общей сложности находится тысяча Коранов, — их я сделал вакфом Руб’-и Рашиди. А роспись их такова:

40 штук написаны золотом ⁴³³;

10 штук [написаны] почерком Йакута ⁴³⁴;

2 штуки [написаны] почерком Ибн Мукла ⁴³⁵;

|стр. 237| 20 штук [написаны] почерком Ахмада Сухраварди ⁴³⁶;

20 штук [написаны] почерком самых крупных [каллиграфов];

548 штук [написаны] ясным, хорошим почерком.

Затем. Шестьдесят тысяч томов книг по различным областям знаний, исторических сочинений, сборников стихов, [276] сборников поучительных рассказов и басен и т.п., которые я собрал из [разных] стран — Ирана, Турана, Мисра, Магриба, Рума, Синда и Хинда, — их я тоже отдаю в вакф Руб’-и Рашиди.

Далее [следуют] домашние вещи, светильники, подсвечники, ковры, подушки, кухонная утварь и посуда странноприимного дома и утварь госпиталя, т.е. [всё то], упоминание и подробная роспись чего вне пределов подсчета и [что] собиралось годами. В том числе тысяча бочек шербета, доставленного из Чина и сделанного чрезвычайно старательно, а названия напитков написаны на них, они украшены титулами этого немощного. Ларцы с лекарственными смесями также сделаны в Чине. Если же дать подробный перечень всех вещей, [принадлежащих] Руб’-и Рашиди, то это будет тоскливо и утомительно.

Далее. Сто двадцать тысяч курров зерна ⁴³⁷, которые сложены в амбарах в разных областях Ирана, я оставляю детям — сыновьям и дочерям, [чтобы] разделили между ними.

Затем. Наличные дирхемы и динары в сумме 250 туманов газановых полновесных динаров по три мискаля [серебра] в каждом динаре ⁴³⁸. Большая же часть [денег] препоручена мною доверенным купцам, и с теми деньгами сии ведут торговлю. Имена их я занес в свой личный реестр, который отдал на хранение маулане Шамс ад-Дину Мухаммаду |стр. 238| Абаркухи под тем условием, что эти деньги после смерти этого немощного (Рашид ад-Дин имеет в виду себя) будут разделены следующим образом между государем времени, детьми этого немощного — сыновьями и дочерями, женами , наложницами, отпущенными на свободу евнухами и другими [лицами]. [Разделить следует] согласно тому, как подробно изложено ниже:

Султану Мухаммеду Худабанде — да сделает Аллах вечными царство его и его правление! — 1000 туманов;

Детям — 1500 туманов; [277]

Сыновьям — 1000 туманов;

Дочерям — 500 туманов;

Женам — 500 туманов;

Наложницам — 250 туманов;

Отпущенным на свободу евнухам, рабам и рабыням — 100 туманов;

На богоугодные дела — 150 туманов.

Затем ⁴³⁹. Золото в количестве пяти тысяч мискалей я оставляю детям — сыновьям и дочерям. Редкостные драгоценности я отдаю часть детям, часть женам, а часть наложницам.

Различные ткани, которые находятся в соответствующих казнохранилищах, — все, что окажется в наличии, разделите также между [моими] детьми.

Далее. Сыновья — да убережет их всевышний Аллах! — согласно тому, как то упоминалось, поручены тому господину, возвышенность звания |стр. 239| и превосходство достоинств которого выше, чем звезда Симак (Звезда Арктур), и обширнее небес.

Имена детей таковы.

Сыновья — четырнадцать человек ⁴⁴⁰:

Ходжа Са’д ад-Дин;

Ходжа Джалал ад-Дин;

Ходжа Маджд ад-Дин;

Ходжа ‘Абд ал-Латиф;

Ходжа Ибрахим;

Ходжа Гийас ад-Дин Мухаммад;

Ходжа Ахмад;

Ходжа ‘Али;

Ходжа Шайхи;

Ходжа Пир Султан;

Ходжа Махмуд;

Ходжа Хумам;

Ходжа Шихаб ад-Дин;

Ходжа ‘Алишах.

Дочери — [их] четыре: [278]

Фирман-Ханд;

Ай-хатун;

Шахи-хатун;

Хадийа-Мулк.

|стр. 240| Моя просьба к славному своим благородством маулави состоит в том, чтобы не была допущена небрежность относительно положения [моих детей] и глаз вашей заботливости [был бы] обращен единственно на их пользу.

Это письмо написано для того, чтобы сохранить письменное свидетельство и не допустить, чтобы дети его превысили. Я написал сто одинаковых с этим писем и разослал их достойным ученым [на тот случай], если все погибнут — одно какое-нибудь сохранится и с ним вместе мое распоряжение . Поскольку эти копии будут в большинстве стран, то у [моих] детей не будет возможности [что-либо] изменить или переменить. Мир вам!