НЕИЗДАННАЯ ГРАММАТИЧЕСКАЯ ЗАМЕТКА ЛОМОНОСОВА.

Эта небольшая заметка, четко написанная рукою Ломоносова, найдена в одном сборнике, составленном из черновых его бумаг и хранящемся в библиотеке Академии наук, куда он поступил из Академии Российской и означен в Каталоге книг и рукописей сей последней (Спб. 1810).

Кроме этой статьи в сборнике находятся заметки Ломоносова, деланные им вероятно в то время, когда он готовил к печати свою Грамматику, иачпло известного ”Суда писмен Российских” (в том объеме, в каком этот отрывок напечатан в ”Зеркале света” Туманского и перепечатан в ”Москвитянине,” только без последних строк, заимствованных, по словам Туманского, из подготовительных набросков для статьи), перевод одного псалма, начальные строки [325] Рассуждения об успехах словесных наук в России и пр.

Из содержания печатаемой заметки видно, что она была вызвана мнением Тредьаковского о правописании имен прилагательных в именительном падеже множественного числа. По этому предмету Тредьаковский в 1746 г. представил в Историческое собрание Академии особое рассуждение и в нем — как видно из слов Ломоносова — высказал тот же взгляд на правописание прилагательных в именительном падеже мниожественного числа, который потом повторил в своем ”Разговоре об орфографии”; именно он предлагал для имен. падежа множ. ч. имен прплагательных принять троякое окончание: в мужском роде ии, в женском ие и в среднем ия. По напечатанным г. Билярским отрывкам из протоколов Исторического собрания Академии видно, что при чтении в нем рассуждеиия Тредьяковского Ломоносов высказался против его мнения и намеревался подробно изложить свое возражение, но потом, за недостатком времени, отказался исполнить свое намерение (см. ”Материалы для биографии Ломоносова,” издан. П. Билярским, стр. 81 и 83.) Из печатаемой заметки видно однако, что знаменитый академик написал свое возражение. Самое рассуждение Тредьяковского, подавшее повод к полемике, не напечатано и до сих пор оставалось неизвестным в рукописи, но в последнее время оно найдено г. Билярскмм в академическом архиве и предназначено к изданию в Записках Академии Наук, о чем см. Материалы, собр. г. Билярским, стр. 811-812.

Л. Майков.


Примечания на предложение о множественном окончании прилагательных имен.

На § 1.

Хотя в Славенском языке мужеские прилагательные имена множественного [326] числа, в именительном падеже, кончатся на и, однако из того не следует, чтоб в Великороссийском языке имели оии такое же окончание: ибо Славенской язык от Великороссийского ничем столько не разнится, как окончаниями речений. Например, по славенски единственные прилагательные мужеские именительные падежи кончатся на ый и ий: богатый, старший, синий; а по велпкороссийски кончатся на ой и ей: богатой, старшей, синей. По славенски сыновoм, делoм, рyце, мене, пихом, кланяхуся; по великороссийски сыновьям, делам, руки, меня, (мы) пили, (они) кланялися. Таким же образом и множественные мужеские в именительном падеже Славенские разны от Великороссийских.

От Малороссийского диалекта для установления Великороссийских окончаний ничего не следует: ибо хотя сей диалект с нашим очень сходен, однако его ударение, произношение и окончания речений от соседства с Поляками и от долговременной бытности под их властию отменилися или, прямо сказать, попорилися. И так, ежели нам в сем случае Малороссиянам последовать, не взирая на общее употребление, то Великороссийской язык тем больше испортится, нежели исправится. Тоже надлежит разуметь и о других Великороссийскому сродных языках.

На § 5 и 6.

По местоимениям, именам существительным и усеченным прилагательным, во множественном числе, именительном падеже, кончающимся на ы и и, прилагательные мужеские можественные в именительном падеже кончиться на и принудить не льзя: ибо всякое надлежит к [327] собственному склонению, в котором каждое от употребления положено.

Из сего всего явствует, что к постановлению окончаний прилагательных множественных имен, никакие теоретические доводы не довольны; но как во всей грамматике, так и в семь случае, одному употреблению повиноваться должно.

На § 8 и 9.

Подлинно, что употребление множественного окончания Великороссийских прилагательных имен в именительном падеже не постоянно; однако не так, как в сих параграфах предложено. Ибо на е множественное окончание во всех родах употребительнее нежели на я, что явствует во всех, печатных и рукописных, гражданских книгах, от Великороссиян сочиненных, каковы Уложение, Указные книги и другие печатные и писменные права и указы. А на и окончании множественного прилагательных в книгах, от Великороссиян сочиненных и переведенных, нигде видать мне не случалось. Что надлежит до неявственного произношения последнего писмени в разговорах, то, хотя слухом и трудно распознать, однако сие бывает явно в двух случаях: 1) когда один другому из дали кричит, 2) в писмах. Например, хотя в обыкновенных тихих разговорах речения человек, сударь произносятся глухо и почти члек, сдарь; однако в громких разговорах произносят, равно пишут, человек, сударь. Подобным образом и в произношении прилагательных множественного числа, в именительном падеже, всяк услышит у всех Великороссиян, когда они громко говорят, и у всех увидит, которые не думая о правилах, пишут, [328] что оные кончатся на е или на я вовсех родах, без разбору, но больше на е, нежели на я, а на и никогда.

И так, выведенное следствие в конце § 9 есть не правильно: ибо 1) из Славенских, Малороссийских и других диалектов, окончание множественных прилагательных не следует, а потому и с разумом не согласнее и от него не защищается, 2) в Великороссийском языке, как на писме, так и в громких разговорах, неупотребительно, а следователыю и на употребление основания не имеет. Сверх сего помянутое окончание на и немало воспрещает употреблять какофония, то есть звук слуху противной, от смягчения гласных, подобное произношение имеющих; ибо легче выговорить и приятнее слышать: истинные свидетели, нежели истинныи свидетели.

§ 10 и 11.

Окончание множественных прилагательных, женских, в именительном на е утверждается особливо на требуемом различии родов. Однако я рассуждаю, что такого различие родов, которого в Российском языке нет, вновь замышлять не надлежит.

Наконец мое мнение в том состоит, что введенное за 10 и больше лет в академической типографии употребление множественных прилагательных окончаний мужеского на е, а женского и среднего на я, хотя довольного основания не имеет, но однако свойству нынешнего (Вероятно: Великороссийского языка) не противно. А предложенное в сих пунктах, мужеское окончание прилагательных множественных на и употреблению Великороссийского языка противно. И так лучше буду я в [329] прозе употреблять оное, как уже несколько старое, нежели сие новое и незрелое, а в стихах е и я во всех родах класть буду без разбору, смотря как потребует оных сложение; ибо сие свойству Великороссийского языка не противно.

Текст воспроизведен по изданию: Неизданная грамматическая заметка Ломоносова // Русский архив, № 3. 1866

© текст - Майков Л. 1866
© сетевая версия - Thietmar. 2020
© OCR - Закиров Р. 2020
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Русский архив. 1866