Отписка 1594 г. казачьего головы Б. Хрущева царю Федору Ивановичу с жалобой на действия казачьих сотников К. Жаворонкова, С. Морина и М. Спыльного.

ЦГАДА, ф. 141, оп. 1, 1594 г., д. 1

/л. 18/ Государю царю и великому князю Федору Ивановичю всея Руси холоп твой Бориска Хрущов челом бьет.

Велел ты, государь, мне, холопу своему, быти на своей государевя службя на Воронежа, у своего государева дела у казаков. А со мною, государь, с холопом с твоим, велел ты, государь, быти сотником Михайлу Спыльному, да Кондрату Жаваранкову, да Сыдавному Морину, и сотники, государь, Кондрат Жаваронков да Сыдавный Морин со мною, с холопам твоим, на твоей государевя службя на Воронежа не живут, а живут, государь, в себя по дамом в деревнях. А съехов, государь, с твоей государевай службы с Воронежа Сыдавной Морин у себя в деревни годовал, а приехол на Воронеж сего лета Оспажин день и твое государева денежноя жалованья пять рублев взял. А Кондрат Жаваронков приехол на Воронеж из деревни сего лета тот же день по Петрова дни, а твоего государева жалованья он взял пять рублев. И ныне, государь, стокавшись сотником с [386] Михайлом Спыльным Сыдавной да Кондрат ко мне, к холопу твоему, для твоего государева
дела не ходят и по кароулом не ездят, а меня, холопа твоего, в твоем государеве деле не слушают и с твоей государевы службы с Воронежа съехоли без моего ведома. А по кароулом, государь, я, холоп твой езжю адин и за тотары, /л. 19/ государь, на сонмы со мною, с холопом твоим, не ходят. И побил, государь, я, холоп твой, с казаки у дву местех татар Тгубердея Сеидякова да Кочкарогу азовских и нагайских людей и языки я, холоп твой, тебе, государю, прислал. А те, государь, сотники со мною, с холопам твоим, ни одном деля не бывали, а живут у себя в деревнех по дамом. А сотни, государь, им росписоны Михаилу Спыльному: два пятидесятника Иев Желтопятой да Матвей Ульянов, а с ними сто человек, а Кондрату Жаворонкову отдана сотня Оксена Онтипина с товарищи, а Сыдавному, государь, Морину отдона сотня новаприборных козаков Зомятны Зайцова с товарищи. И сотники, государь, Михайла Спыльной, да Кондрат Жаворонков, да Сыдавной Морин живут по своим сотням в Козацкой слободе, дворов себе не ставют, а стоят в козаков на дворех насильством, и козаки, государь, ко мне, холопу твоему, приходят на них жалобою. А стоит, государь, во дворе Михайла Спыльной в козакав в Богдана в Шерстином, и тот козак Богдан Шерстиной приходил ко мне, холопу твоему, на Михайла Спыльного жалобою, что, напившись пьян, Михайла к его дочери к девки и к его снахе дролся в клеть, а хотел их сильничеть. И я, холоп твой, за то Михайлу Спыльному говорил, и Мих[айла] Спыльного про то козака Богдана Шерстеного бил да палусмерти, и голову пробил до крови и ногу ему переломил надвоя. Да тот же, государь, Михайла Спыльной, напившися пьян, застрелил ис пищали воронежского торгового человека Коншю Потсекина и платья, государь, на нем ис пищали пробил [387] и тела занел. И я, холоп твой, про то Михайлу говорил и он меня, холопа твоего, лаел и бесчествовал. И я, холоп твой, писал к тебе, к государю, на сотники не одиножды, что они на твоей государевай службе на Воронежа не живут, а меня, холопа твоего в твоем государевя [деле] не слушают, и в походы со мною, с холопом твоим, на поля за тотары не ходят, а живут, государь, в себя в деревни, а отпущает, государь, их Иван Кобяков без моего ведома. О том, государь, как укажешь.