БУТКОВ П. Г.

МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ НОВОЙ ИСТОРИИ КАВКАЗА

С 1722 ПО 1803 ГОД

П. Г. БУТКОВА

ЧАСТЬ II.

ГЛАВА 206.

Истинными событиями в Персии, во время Шах-Надыра, доказано, что государства чем более подвержены междоусобиям и разорениям, от коих следующая нищета и отчаяние наполняют ополчения воинами неустрашимыми и ввергают необходимостию народы в новые брани; тем менее на спокойствие от них сопредельным государям считать, и на бессилие областей находящихся в гибельном положении сем полагаться можно 413. Такой народ тогда токмо ничтожным быть кажется, когда разделенные внутри части онаго восстают одна на другую и взаимными поражениями занимаются и изнуряют силы свои решительно, не превозмогая одна другую; но коль скоро явится власть соединяющая противоборствовавшие силы во едино, тогда народ тот произвесть может усилия, каковых бы он в изобильном и спокойном положении явить не мог.

Напротив, восстановленное спокойствие и порядок в Персии откроет России богатый торг, не токмо при берегах моря Каспийского, но и внутри пределов персидских областей; посредством сих последних удобовозможно будет открыть путь в Индию и привлечь к нам богатейший торг сей кратчайшими путями, чем тот, коему следуют все народы европейские, обходя мыс Доброй Надежды. [356]

Польза империи российской взыскует предостерегать и не допускать до соединения и утверждения всех сил народа сего во едино; поелику, более уверенности иметь будем сохранять мир и дружбу с правителями народа, связанного взаимными выгодами и интересованного обоюдными пользами в соблюдении тишины и спокойствия, и с народами имеющими больше связи по торговле и пребывающими в довольстве, в богатстве и в роскоши, чем с лютым и коварным хищником.

После многих, частых и скоропостижных перемен, доведших Персию в настоящее положение, а торговлю нашу на Каспийском море и в тех странах в сущее ничтожество, хитрый и коварный Ага-Магомет-Хан, со времени утверждения власти своей в Астрабате, Мазандеране и Гиляне, явно обнаружил расположение свое к российской империи известным изменническим и наглым поступком с графом Войновичем. Тайное согласие, существующее между Ага-Магомет-Ханом и Портою оттоманскою, в намерении руками хищника сего оскорбить достоинство, испровергнуть все пользы и обратить оружие его против империи российской; и он восстал на гонение предавшихся покровительству России и обратился на грабительства и опустошения, простирая оные и до областей сопредельных с империею российскою, приводя тем в опасность и собственные пределы наши, а паче, если бы ненаказанная дерзость сего хищника, распространяясь до оных, предуспела рассеять в горских народах восстание и мятежи противу войск наших, на линии пребывающих.

Ага-Магомет-Хан приняв решимость в оскорблении торжественнейших прав и достоинства российской империи, не смотря на предварительное объявление генерала Гудовича, чтоб не касался владений царя Ираклия, находящегося в покровительстве российской империи, гордый хищник вступил в Грузию, где, по завладении самой столицы, по разорении и разграблении храмов 414 Божиих и по опустошении земель, увлечением в неволю великого числа христиан, и по совершении [357] других неистовств, обратился он, чрез Ганжу, к берегам Каспийского моря, на гонение ханов приверженных к нам и всегда благоприятствовавших торговле подданных наших. Столь неистовые, много раз причиненные оскорбления сим грабителем и поход его к ширванской и дагистанской областям, лежащим при берегах Каспийского моря, и к нам сопредельным, в явном намерении, приблизясь к границам нашим, и в тех землях испровергая все то, что польз и выгод наших касаться может, поставя нас с сей стороны в заботливое положение и возбудя беспокойства в горских народах, и самые пределы наши привести в опасность, привлекли по всей справедливости внимание наше.

Таковы-то были побудительные причины подвигшие императрицу Екатерину восстать силою оружия на Ага-Магомет-Хана, ради отвращения многих неудобств и самых опасностей от распространения до пределов наших и утверждения мучительской власти и вящшего усиления, а паче при берегах Каспийского моря, и так уже предуспевшего соединить мочное владычество почти над всею Персиею коварного Ага-Магомет-Хана, всегда являвшегося врагом империи нашей и гонителем всех приверженных к нам; все пользы и выгоды торговли нашей стеснившего 415 в противность и в [358] наглое нарушение трактатов наших, с Персиею постановленных, в коих права и преимущества, Россиею присвоенные, приобретены были уступкою областей завоеванных оружием Петра Великого; и наконец для сильного подкрепления царя Ираклия, многих благонамеренных ханов и владетелей дагистанских, взывающих защиту и покровительство наше.

К управлению тех сил и способов, которые на тот конец заблагорассуждено употребить, избран генерал-порутчик граф Валериан Александрович Зубов, и 19 февраля 1796 года получил от императрицы подробнейшие в руководство свое наставления.

ГЛАВА 207.

Воинские силы, предназначенные к действиям в Персии, под командою генерал-порутчика графа Зубова, составляли в полном комплекте:

3 баталиона кавказского гренадерского полка.

3 баталиона гренадерских, из сводных рот, от мушкатерских полков.

12 баталионов мушкатерских.

7 баталионов егерских.

28 эскадронов драгун; в них одних строевых чинов 3360 чел.

2 эскадрона московской легионной команды, в коих одних строевых 240 чел.

12 эскадронов легкоконных полков Павлоградского и Острогожского.

Первый Чугуевский регулярный казачий полк.

Казаков

линейных

1775

«

донских, в 3 полках

1700

«

черноморских пеших

1000

Калмыков

500

Полевой артиллерии с двойным числом зарядов:

Мортира 2 пудовая

1

Единорогов 1/2 картаунных

13 [359]

Пушек

12 фунтовых

6

«

6 фунтовых

19

 

Кроме того, рота полевой артиллерии из 12 орудий на флот каспийский, для десантов.

Полковой артиллерии при полках и егерских баталионах до 60 пушек.

Фурщиков из малороссийских рекрут 1000.

На верное полагать можно, что все ополчение простиралось до 30 т. человек. Полки и баталионы находились в полном комплекте здоровых и наличных людей и снабжены всем полною рукою.

В том числе полагаются войски как в Грузии, с полковником Сырохневым, так и в Дагистане с генерал-маиором Савельевым находящиеся, и назначенные в десанты на каспийскую эскадру. Все сии воинские силы не разом двинулись в Персию, но некоторые части прибыли туда летом и осенью 1796 г.; так, что число состоявших на провианте составляло по счету Гудовича до 37 т. человек. Сюда не входят флотские служители; а с оными, до 40 т. человек.

Генералы, высочайше назначенные к служению в персидском походе, под начальством генерал-порутчика графа Зубова: генерал-маиоры Булгаков, Савельев, Римский-Корсаков, Рахманов, князь Цицианов, барон фон Бениксен, Платов и бригадир граф Апраксин.

Командир каспийской эскадры контр-адмирал Федоров, под приказаниями графа Зубова, как и вся флотилия каспийская.

Инженерные: Труссон, Брюзгин.

Квартирмейстерской части или Генерального Штаба Лен.

Над артиллериею Нейтгарт.

Повелено, довольствовать войска золотою и серебряною монетою.

Для охранения же линии кавказской оставалось от тех полков и баталионов, могущих быть употребленными: Драгун до 578 чел.

Легионный эскадрон до 65 чел.

Пехоты, гренадер и мушкатер 7 баталионов, с двумя [360] при каждом запасными ротами, но в каждом не более как по 250 человек наличных; ибо больные, отлучные и выслужившие сроки все к оным перечислены от прочих баталионов, выступивших за границу; и так, сей регулярной пехоты, оставалось до 1750 человек.

Целый егерский баталион до …

Казаков поселенных, и в 5 донских полках до 4 т. человек.

Полевой артиллерии 21 орудие.

И так, вновь назначено на усиление кавказской линии из внутрь России:

Карабинер 3 полка, которые по мире с Турками взяты были из кубанского корпуса, по малой пользе, которую они могли приносить службою своею на Кавказе.

Мушкатер 4 полка.

Полевой артиллерии 1 рота.

ГЛАВА 208.

План военных операций составлен был еще по тому предположению, как Ага-Магомет-Хан стоял на Муганском поле и часть войск его занимала Ширван.

Оный состоял в следующем 416:

Корпусу каспийскому занять Дербент, потом взять город и порт бакийский и соединя силы свои с морскими силами и способами, и учредя тут главный депо, обеспечить себя верным подвозом сюда, из Астрахани, жизненных и воинских припасов; далее, приближением войск наших к соединению рек Куры и Аракса и ко впадению их в Каспийское море, и открытием беспрерывной и надежной связи в одну сторону с каспийскою флотилиею и с теми частями войск, кои высажены будут контр-адмиралом Федоровым для [361] защиты и подкрепления благонамеренных ханов бакийского и талышинского; с другой, с корпусом кавказским, не токмо соединятся все силы наши, но и все до реки Аракса очищено будет. Главная цель в том состоит, чтоб уничтожив власть Ага-Магомет-Хана, овладеть берегами Каспийского моря.

Для подкрепления и усиления двух баталионов, перешедших в Грузию при первой возможности, назначаем мы послать туда еще 2 баталиона пехоты, и 8 орудий полевой артиллерии, из числа войск определенных для заграничных походов; да из екатеринославской губернии 12 эскадронов легкой конницы и 2 полка Донских Казаков.

Сии войски составят корпус под названием кавказского.

Оные должно устремить к восстановлению царя Ираклия не только в столице, но и в прочих областях его, наблюдая токмо 417, чтоб не разделяя войск наших, предоставить собственно царю, способами у него имеющимися, обратить в повиновение свое подвластных своих и сношениями сопредельных ханов эриванского и прочих адербиджанских, властвующих в околичностях границ Порты оттоманской. [362]

Предмет и назначение корпуса сего быв освобождение Грузии и подкрепление царя грузинского, меликов армянских в Карабаге и Ибраим-Хана шушийского, мужественно сопротивляющегося Ага-Магомет-Хану, и других утесненных и нам благонамеренных ханов; и как предмет, и главные силы войск вами лично предводимых, устремлены будут вдоль берегов моря Каспийского, то сообразно тому, и в облегчение тех подвигов, действия и сего кавказского корпуса, единовременно с действием каспийского, простираемы быть долженствуют от Тифлиса вниз по Куре, на Ганжу, и чрез город сей, на восстановление христиан живущих в Карабаге, или меликов карабагских, и показывая намерения к стороне шушийской крепости, для освобождения Ибраим-Хана, стремиться должны к скорейшему открытию связи с каспийским корпусом.

По восстановлении хана шушийского, желательно бы, переправя его на правый берег Аракса, устремить в те страны, на испровержение власти хищника, и на призыв к соединению тамошних и адербиджанских ханов 418.

Корпус же кавказский совокупные операции свои продолжать имеет меж Курою и Араксом, до соединения сих двух рек, устремляя все способы к удобнейшему утверждению коммуникаций с корпусом каспийским.

На каспийскую флотилию посадить в Астрахани 2 баталиона мушкатер 419, которые, под прикрытием каспийской флотилии, определяются к десанту. Военные суда, сообразуясь подвигам сухопутных войск и обращениям их, и следуя предписаниям графа Зубова, чтоб содействовали наступлению [363] тех войск наших, и подавали всевозможные споспешествования, а паче при завладении городом Баку, поелику город сей, положением своим при самом море, дает удобность флотилии нашей, при сопротивлении, метать бомбы и в самый город. Покровительствуя, защищая и охраняя торговлю и по оной обращающихся подданных наших, истреблять суда противных нам ханов, поелику пользы государства нашего взыскуют не терпеть на Каспийском море никаких судов, принадлежащих народам неподвластным скипетру нашему; а хозяевам морских судов, обращающихся у берегов персидских, объявить, чтоб они уклонились от всех тех мест в Персии, где распространилась власть и воля Ага-Магомет-Хана. Сие запрещение сделано, дабы не подвергнуться в руки его, а более, чтоб не могли доставляемы быть к нему какие либо воинские или жизненные припасы, или производимы с ним какие-либо предосудительные пользам нашим сношения. На сей конец, все парусные и рыболовные купеческие суда, плавающие по Каспийскому морю, подробно переписаны.

Как Сальяны и Талыши весьма отдалены от сухопутных пределов наших, и благонамеренные ханы ширванских областей не скоро получить могут защиту и спасение от войск в Дагистан вступить имеющих; а между тем, быв утеснены и гонимы врагом своим, ожидают подкрепления; на сей случай изготовить, как наискорее, несколько купеческих судов, хотя для перевезения половины назначенных в десант войск, так, чтобы под прикрытием судов наших, при первой возможности войска сии могли плыть к устьям Куры, и закрывши остров Сары, подать достаточную помощь Сальянам и хану талышинскому, дабы быв ободрены и подкрепляемы оною, могли они удержаться до пришествия войск наших в Баку.

Сохранение острова Сары, где устрояется торговое селение наше, будет одна из забот Федорова.

Предполагается, что сухопутные войска, обращаясь в Дагистане и Ширване, предуспеют покорить сии области, и очистив их от врагов наших, достигнут до берегов Куры и Аракса до сентября, по надлежащем отдохновении и [364] успокоении войск от больших жаров. С сентября же могут возобновить подвиги. К тому времени все приготовления и к соделанию сильного десанта в Гилян совершенно окончены быть могут, и тогда (т. е. осенью) 420 законный владетель как сей провинции, так и мазандеранской и астрабатской, Муртаза-Кули-Хан, соединясь с другом его талышинским ханом и прочими, кои пожелают пристать к его владычеству, возвращать будут области похищенные, сопровождаемы будучи тем десантом 421.

При наступлении же удобного осеннего времени, и по соображении местных обстоятельств, удобнейших путей и тогдашнего дел положения, подвиги войск наших обратить за реки Куру и Аракс, поставляя себе главным предметом уничтожение сил и власти Ага-Магомет-Хана, восстановление Муртаза-Кули-Хана начально в Гиляне, а потом, по утверждении его здесь, в Мазандеране и Астрабате, сильное к тому содействие морским силам нашим и десанту и подкрепление от войск сухопутных, и тем взаимное облегчение в предлежащих обоюдно подвигах.

К успехам Муртаза-Кули-Хана и хана талышинского, много споспешествовать могут, диверсиею своею и на востоке, народы туркоманские, обитающие на восточном берегу моря Каспийского и сопредельные астрабатской провинции. Графу [365] Зубову прилагать всемерные старания, как прямо от себя, так и посредством Муртаза-Кули-Хана и других к тому способных людей, обратить сей сильный к брани народ на Ага-Магомет-Хана. Туркоманы, делая впадения ближе к сердцу надежнейших для него областей его, из единых видов грабежа и корысти, обращая на себя и занимая собою главное внимание и силы Ага-Магомет-Хана, удобны отвлечь его от западных областей персидских и от тех мест, где, под покровительством войск наших, восстановляемы будут ханы и народы в бытие мирное и немятежное.

ГЛАВА 209.

Виды российского двора в предпринятой войне против Ага-Магомет-Хана, заключались главнейше в возобновлении тех желаний, какие двор имел еще в 1784 году, при Али-Мурат-Хане испаганском.

К образованию в крепости и силе политического бытия Грузии, хотели царство грузинское распространить и лучше утвердить, присоединением к оному города Ганжи и области эриванской 422. Сие более привяжет к нам царя Ираклия и [366] весь род его и даст способ царству сему, без нашей помощи, не токмо противостоять врагам христианской веры, но и удачные производить над ними поиски, весьма для нас полезные при случае войны с Турками. Чрез посредство распространенной таким образом Грузии, более утвердится и обеспечится наша торговля с Персиею. По союзу с Армениею и Имеретиею Грузия собственными силами могла бы иметь в Персии поверхность.

Восстановить в единую зависимость нашу меликов армянских и подвластных им карабагских жителей, и привлечь к пользам нашим патриарха араратского, имеющего, как известно, весьма сильное влияние над всем рассеянным армянским народом. Сие многие бы дало способы утвердить поверхность христиан и обеспечить верховное владычество и влияние наше 423.

Если Муртаза-Кули-Хан при содействии наших морских и сухопутных сил в гилянской области восстановлен и утвержден будет; а потом возможет таким же образом приобресть мазандеранскую и астрабатскую области, и покровительством нашим утвердит там свою власть, то мы, имея в руках своих два порта: астрабатский и энзелийский, можем построить там, на твердой земле, в выгоднейших местах, крепости, полезные ко влиянию над народами тех стран и к распространению и обеспечению торгов наших. Тогда, не токмо торговля наша, и по оной обращающиеся, но и сам Муртаза-Кули-Хан всегда имел бы надежное и достаточное подкрепление и верное пристанище. Снабдение и содержание оных расположено быть может насчет тех областей 424, а все, что нужно будет, и из Астрахани водою весьма удобно доставляемо быть может. Тогда, не токмо все воды, но [367] и порты и берега Каспийского моря быв в руках наших, при дальнейшем распространении торговли и обращении народов в тех успокоенных городах правительством нашим, влияние наше над теми странами год от году более распространяться может, и купно с тем безопасность пределов и государственные и частные выгоды по торговле. Восстановленное спокойствие и порядок в Персии, откроют России богатый торг не токмо при берегах моря Каспийского, но и внутри пределов персидских областей. Посредством сих последних удобовозможно будет открыть путь в Индию и привлечь к нам богатейший торг сей кратчайшими путями, чем тот, коим следуют все народы европейские, обходя мыс Доброй Надежды 425.

Быв равнодушны в происшествиях южных и отдаленных от пределов империи нашей персидских областей, не можем однако же не обращать все внимание наше на ограждение границ наших и берегов моря Каспийского, таковым положением, чтоб никто из властвующих там не мог быть опасен империи российской; но, напротив того, миролюбием, преданностию и усердием полезен и Россиянам и Персам.

То есть, что все владетели дагистанские, ширванские и адербиджанские, до берегов реки Аракса, равно как и поморские, подверглись в повиновение державе российской; отчасти под покровительством и верховною властию российскою, отчасти в непосредственном владении нашем.

Главнейший же предмет, распространение торговли.

Предметом введения в Персию войск великой Екатерины было ни суетное желание побед, ни распространение пределов и без того обширнейшей в свете империи; но чтоб [368] под предлогом наказания Ага-Магомет-Хана за Грузию, главнейше основать твердым образом с Персиею нашу торговлю. Для сего, Грузия должна была быть так распространена и увеличена в силах своих, чтоб не только самобытность свою содержать, но по связи с Армянами и Имеретиею, иметь влияние и на Персию и, в случае войны с Турками, на Анатолию; обеспечить кавказскую линию от набегов хищных народов; линия должна быть тесно связана с Грузиею. Но все для распространения в Азии российской торговли.

ГЛАВА 210.

На политическое поведение главнокомандующего преподаны ему следующие правила:

В походе в Дагистан привлекать всеми способами и наиболее утверждать в верности шамхала, усмия, Хамбутая и хана аварского, награждая услуги их, по усмотрению вашему, деньгами или подарками; а дабы при оставлении областей сих войсками нашими удостовериться в верности их, можете брать от них ближних родственников и сыновей, как самих владетелей, так и знатнейших старшин, под видом служения при войсках ваших, производя им нужное жалованье; тоже и от ханов адербиджанских, коих заложники могут быть при кавказском корпусе. Они полезны быть могут открытием лучших путей в землях им известных, явлением одноплеменным им народам образца покровительства нашего. Ветренный и непостоянный молодой хан дербентский должен обращаем быть к последованию по стезям родителя его, к преданности России. Если найдете, что окружающие отвлекают его от верности к нам, таковых отдалить можете отсылкою в Астрахань, и окружа его благонамеренными и верными людьми, утвердить в верное подданство наше.

Дабы иметь в руках своих заложников в верности царя грузинского, жены, детей его и лучших людей народа сего, нужно будет присоединить и взять к войскам нашим, т. е. [369] к кавказскому корпусу, хотя до 1 т. человек отборных Грузин, и при них тех из сыновей царицы, к которым она наиболее привязана, т. е. царевича Юлона, тоже и царевича Давида, пожалованного в полковники армии нашей 1795 года, сына царевича Гиоргия, наследника царства грузинского 426.

В обращении войск наших в Дагистане наикрепчайше наблюсти, чтоб Лезгинцы и другие хищные горские народы удерживаемы были от нападений, в чем наилучше предуспеть можете, воздерживая легкие войска ваши от всякого их озлобления, ибо, касаясь прав и собственностей их, легко возбуждаются они к отмщению, а паче, не занимаясь покорением народов, оружием неукротимых и от сотворения мира не признававших ни чьей власти. Хан аварский возможет удерживать их, и по сей причине благорасположение и верность его весьма полезна быть может. Неважные грабежи их презирать, против коих полезнее умножать собственные предосторожности и оными наказывать дерзающих, чем отмщать целому народу за грабежи нескольких хищников и возбудить против себя взаимно отмщение целого народа, и трудными походами в ущельях терять людей напрасно, тратить время и одерживать победы бесполезные.

Равные правила наблюдать и при обращении войск наших со стороны Грузин.

ГЛАВА 211.

Дабы утишить междоусобия и обезоружить даже и неверных ханов и народы их, принимайте снисходительно ханов или посланцов их, желающих снискать покровительство и защиту нашу; примиряйте их жалобы взаимные на состоящих в покровительстве нашем. Строгий разбор и справедливость во взаимных их притязаниях; определяемое вами ограничение во владениях каждого единожды меж ими [370] постановленное и вами утвержденное, равно как и права и преимущества их так расположенные, чтоб они один другому не были предосудительны: все сие, справедливо постановленное и единожды на всегда утвержденное, определить должно бытие каждого.

После такого примирения различных владетелей, дабы взаимные притязания и рождающиеся от того распри отвыкли они меж собой решать силою и оружием, и дабы на всегда пресечь поводы к междоусобиям, обяжите их пред властию нашею, под опасением потери приобретенных прав своих и преимуществ, не собирать войски и вооруженною рукою не нападать па соседственных себе ханов, равномерно в подданстве России находящихся, и по общему условию их пользующихся безопасностию, проистекающею от верховного покровительства российской империи.

Быв отвлечены от оружия, могут вдаться в упражнения мирные, в торги и промыслы.

Конечно, много трудов вам стоить будет образование сих свирепых владетелей; но если присоединить к сим мерам правосудие и те воинские способы, коими можете наказывать неверных и строптивых, удалением от правления городов и областей и отосланием их в Астрахань, а решения ваши приводить в исполнение, то твердостию и благоразумием не невозможно будет достигнуть желаемого.

В дальнейшем обращении войск наших, все те ханы, города и народы, кои познавая покровительство наше, сопротивления чинить не будут, таковые, а паче изгнанные Ага-Магомет-Ханом и пострадавшие от лютости его, в награду усердия их утверждены быть имеют во владении городов, в собственностях, и по мере дальнейших услуг их награждаемы, по усмотрению вашему, на счет сопротивляющихся. Таковые, являющиеся явными врагами, в пример и страх другим скорым поражением низлагаемы быть имеют; с городов же упорных собирать можете военную дань, по возможностям их и по лучшему усмотрению вашему. [371]

ГЛАВА 212.

В изданном от императрицы Екатерины манифесте к персидскому народу, в марте 1796 г., содержится изложение причин вступления в Персию российских войск. Причины те суть, что российские подданные, по торговле от некоторых частных персидских начальников угнетаемы и обижаемы были; оскорбления и разные обиды причиненные графу Войновичу от Ага-Магомет-Хана; нарушение трактатов с Персиею, в пользу торговли Россиян, приобретенную уступкою завоеванных Петром Великим провинций, и наконец впадение Ага-Магомет-Хана в Грузию; и что он, посредством фирманов своих, стремится на возмущение пограничного спокойствия. И потому, внемля прошению царя грузинского и многих благонамеренных ханов и владетелей дагистанских, взывающих защиту и покровительство российской императрицы, вступают российские войска в персидские пределы, ради надлежащего отвращения, распространения и утверждения в оных беззаконно похищенной власти Ага-Магомет-Ханом. Обещается всем обитателям, остающимся спокойно в домах своих и не присовокупляющимся к Ага-Магомет-Хану или сообщникам его, не вспомогающим ни тайно, ни явно им деньгами или съестными припасами, безопасность частно и обще всем; неприкосновенность к лицам и имуществам всякого состояния обывателей; равномерно и тем, кои познав свое заблуждение и раскаясь в оном, прибегнут к покровительству войск наших.

В утвержденном же императрицею Екатериною от имени графа Зубова извещении сказано, что вся цель восприятого нами подвига наивящше клонится к избавлению вас и собратий ваших от мучительского ига наложенного Ага-Магомет-Ханом. Почему, главнокомандующий и не сомневается, что вы потщитесь содействовать всеми усилиями к сим спасительным предприятиям, и рвение ваше изобильным воздаянием вознаградится. В случае упорства, угрожаетесь [372] с одной стороны от Ага-Магомет-Хана, с другой от праведного мщения оружия российского, в защиту вашу поднятого, но не обревшего в вас достодолжного признания и надлежащего доброжелательства.

Сии объявления быв напечатаны с переводами на персидский, грузинский и армянский языки, пред вступлением войск повелено заблаговременно разослать в области, лежащие на пути походов их, в руки ханов и правителей, и рассеять по людным городам и селениям, в народное известие.

Но в лучшее убеждение народов в благих намерениях наших, чрез земли коих войска наши проходить будут, есть опытное ими познание, что от войск наших, спокойно пребывающим притеснения или озлобления чинимы не будут; что личная и имущественная безопасность их ограждается неприкосновением, и что не стесняется свободное отправление их веры, содержанием войск наших в высшей степени воинской дисциплины, удалением оных от совместностей с жителями, и строгою справедливостию, предуспеете достигнуть до сего желаемого расположения народов.

За всем тем, еще высочайше повелено графу Зубову письменно обвестить как царя Ираклия, меликов карабагских и Ибраим-Хана шушийского, так и владетелей дагистанских и ширванских, что он, вступая с войсками для освобождения их, ожидает от благодарности их всех зависящих от них пособий, и что бодрость духа их обновясь надеждою, не допустит их подвергнуть жребия своего в руки мучителя. К сим обещаниям присовокуплены и письма пребывающего в Санктпетербурге Муртаза-Кули-Хана к ханам дербентскому, бакийскому, талышинскому и шушийскому.

ГЛАВА 213.

Двор предвидел, что по случаю настоящих замешательств в Персии, часть снабдения войск и пропитания их всем потребным будет наизатруднительнейшею, и не можно в даль обращать войск наших не обеспеча предварительно [373] пропитания и снабдения их всем нужным наинадежнейшим образом.

Посему, 8 генваря 1796 года дано высочайшее повеление генералу Гудовичу:

Войска для занятия Дербента, всего Дагистана и взятия Баку назначаемые, снабдить по крайней мере на три месяца провиантом, а затем, по обстоятельствам, доставлять и дополнение, для чего устроить подвижной магазин, к укомплектованию коего людьми указано доставить в Георгиевск 1 т. человек рекрут из Малой России.

Сверх того, иметь при сих войсках для 20 т. человек, на один месяц, сухарей 27,600 пуд, и круп 3750 пуд, на вьючных верблюдах. Покупку их произвести на оренбургской линии, в кавказской губернии, на Дону и в Тавриде 427. И как каждый верблюд поднимает 27 1/2 пуд, то и нужно оных 1200. К двум по одному вожатому взять из Трухменцов, Калмыков донских, белевских и дербетевских и прочих людей, к сему сродных.

Как главная часть войск устремлялась к берегам Каспийского моря, большой магазин в Астрахани соделывается крайне нужным: то и повелено генерал-прокурору графу Самойлову отправить туда, из состоящего в сельских запасных магазинах саратовской, симбирской, казанской и вятской губерний зернового хлеба, обратив оный в муку, доставить наймом, водою, в Астрахань, по первому вскрытию вод, 70 т. четвертей, с пропорциею круп и 40 т. четвертей овса; а чего недостанет в наличности, в то число искупить немедленно.

Из сего хлеба составить особый запасной магазин, из коего водою, чрез Каспийское море, удобно будет доставлять в Баку, место, к коему и подвиги сухопутных войск устремляемы быть должны.

Для перевозки десантных войск и сих запасов и [374] вообще всех воинских припасов из Астрахани в Баку, яко главное депо для жизненных и воинских запасов, по договорной плате, употребить купеческие парусные и рыболовные суда, плавающие по Каспийскому морю, с заплатою не свыше вольных прошлогодних цен, под прикрытием судов военных 428; и ввести первый транспорт в Баку, коль скоро сухопутные войска сим местом завладеют.

Вообще же все снабдения и подкрепления, как при открытии компании, так и во все продолжение оной, людьми, воинскими и жизненными потребностями, и вообще удовлетворение всех требований и нужд графа Зубова, высочайше возложено на генерала Гудовича, с тем, чтоб он принял к тому надлежащие меры, всегда в двойне учреждаемые посредством сухопутных доставлений, а сверх того и водяных транспортов.

ГЛАВА 214.

Все войски назначенные к заграничным походам из бывших на линии кавказской, собраны были ко 2 числу апреля 1796 г. в близости Кизляра. Генерал-порутчик граф Зубов прибыл в Кизляр 26 марта, и принял их в свое начальство.

Коль скоро подножный корм подал возможность к дальнейшему движению, войски 9 и 10 апреля переправились чрез Терек, в Каргалинской станице и у Лишуринского форпоста, остановились на левой стороне речки Каргиной, в 13 верстах впереди Кизляра.

Следовало в сие же время отправить в Грузию, чрез Моздок, войска к составлению кавказского корпуса назначенные; но поелику два легкоконные полка из екатеринославской губернии ко времени удобного прохода в Грузию не [375] пришли, а прибыли уже к Моздоку в исходе мая, то главнокомандующий граф Зубов, согласно с мнением генерала Гудовича, расположился назначенное в Грузию усиление отправить чрез Дербент. Сие исполнено однако не прежде осени сего 1796 года, когда уже Каспийский корпус достиг реки Куры, и вероятно, что от войск Ага-Магомет-Хана Адербиджан опасности не имел.

12 апреля главнокомандующий прибыл из Кизляра в стан войск его начальства. 15 числа отдан приказ, что все воинские предприятия клонятся единственно к наказанию Ага-Магомет-Хана; прочих же народов не должно почитать неприятелями России, и поступать с ними благосклонно, наблюдая во всех частях строгость воинской дисциплины.

Обряд службы велено исполнять изданный от графа Петра Александровича Румянцова Задунайского.

18 апреля войска двинулись в предлежащий путь, 22 переправились чрез реку Койсу на 15 понтонах, 25 прибыли к Тарку.

Главнокомандующий встречен был за три версты от того города шамхалом тарковским Мегеметом, выехавшим в свите, до 30 человек простиравшейся. Шамхалу подарены часы, ценою в 1325 руб.

26 войска проходя мимо Тарков, вытянуты были в одну колонну, так, что жители и сам шамхал насчитали оных до 60 т. человек.

27 числа войска проходили Бойнаки. Шамхалов сын Махти, управляющий всеми владениями своего отца, который был предан пьянству, верст за 10 оттуда встретил главнокомандующего со многочисленною свитою, одетою по большей части в панцыри.

28 числа войска прибыли к речке Гамри-Озень, во владения усмия каракайтакского. Сей владелец лежал тогда на смертном одре и 13 или 14 мая умер, а сын его Мамабек или Рустем ему наследовал, с верностию к нам своего отца.

Главнокомандующий имел известие, что Шейх-Али-Хан дербентский положил сопротивляться до самой крайности, и [376] на сей конец собрал в Дербенте более 10 т. воинов, в числе коих находились многие из горских народов, да еще ожидает знатных подкреплений из Кубы и от ханов бакийского, казыкумыкского и прочих дагистанских владельцов. Для разорвания сей вредной для нас связи, следовало учинить решительное предприятие, и именно обойти крепость дербентскую чрез горы Кавказские в Табассаране, землями благонамеренного кадия табассаранского.

Возможности сего пути, хотя и с великими трудностями сопряженного, изведаны и испытаны предварительно капитаном Симоновичем, в виде лекаря, по согласию кадия табассаранского, который за сию услугу получил от генерал-маиора Савельева значительный подарок.

И так, главнокомандующий назначил отряд войск, который бы пройдя чрез Табассаран, явился под южными стенами Дербента, в одно и то же время как главные силы каспийского корпуса приблизятся к северным, и сим занятием пресек бы всякое сообщение Дербента с южной оного стороны.

ГЛАВА 215.

Сей отряд вверен был генерал-маиору Булгакову, и составлен из 2 1\2 баталионов гренадер, 2 баталионов егерей, 14 эскадронов драгун, 625 линейных Казаков и 6 орудий полевой артиллерии.

Ему предлежало пройти более 84 верст, и в том числе более 20 верст самыми труднейшими дефилеями, и явиться под Дербентом 2 мая.

Земля табассаранская лежит по хребту, вышедшему от высочайшей снеговой горы Кохма, возвышающейся в северном Дагистане, на становом хребте Кавказа, и дающей исток реке Койсу. Тот хребет проходит от запада к востоку, и там, где табассаранская земля 429 оканчивается [377] утесистыми крутизнами, близ берегов Каспийского моря, стоит Дербент. Положением своим, тот хребет табассаранский запирают проходы чрез Табассаран с севера на юг, и в глубокой древности, к сугубому защищению, укреплены каменною стеною с башнями, которая начавшись от Дербента, проведена была по табассаранскому хребту, от востока к западу, до помянутой снеговой горы Кохма. Табассаранский хребет 430 занимает в длину, от востока к западу, около 70 и в широту, от юга к северу, 50 верст. К востоку граничит с дербентским владением; к югу и западу с владением Хамбутая, отделяясь от оного хребтом гор, называемых Бенти, отраслью же горы Кохма 431; к северу, чрез хребет камахский, с владением усмия. Верхняя возвышенность табассаранского хребта, называемого от жителей Бент, покрыта дремучим лесом, с обеих сторон, в покатостях своих чрезвычайно крута и имеет множество каменистых, утесистых стремнин; и сие то самое образует страшные дефилеи, прикрывающие проходы к верхним жилищам Табассаранцов и запирающие, по положению Дербента, сообщение северного Дагистана с южным и Ширваном.

29 апреля отряд выступя из лагеря при речке Гамри-Озени, в препровождении капитана Симоновича, прибыл к речке Большой Дарбах; а 30, оставя влеве большую дербентскую дорогу, в 18 верстах от Дербента поворотил вправо, долиною Меньшего Дарбаха, и прошед 20 верст, от востока к западу, по пути на деревню кадия табассаранского Дарбах, приблизился к началу табассаранских дефилей и стал лагерем при роднике Майдан-Булаке.

Здесь к начальнику отряда приезжал кади табассаранский и угощен. Главнейшее удовольствие доставила ему полковая музыка и песенники. Он сам сопровождал отряд чрез свои владения.

1 мая войска вступили в дефилею. Они во-первых [378] поднимались от севера к югу на гору, т. е. на главный табассаранский хребет или Бент, чрез деревню Дарбах и древнейшую каменную стену, проведенную от Дербента чрез весь Табассаран. Крутизна горы, простирающейся по склону на 3 версты, сделала следование артиллерии и обозов так трудным, что до половины дня едва могли переправиться один егерский баталион и Казаки. Много людей и все лошади употреблены были в помощь упряжным лошадям. С половины дня настал проливной дождь, продолжавшийся до утра другого дня; дорога узкая, просеченная в дремучем лесу, в таком пространстве, чтоб пройти только фуре, имеющая глинистую землю, так испортилась, так сделалась прежде грязною, потом слизкою, что 200 человек, в пособие 6 лошадям, едва могли двигать с места 12 фунтовый единорог.

Таким образом, переправа артиллерии и обозов продолжалась чрез всю следующую ночь и до 11 часов 2-го числа мая, имея в пособие 500 рабочих и 150 казачьих лошадей.

Когда поднялась на вершину или на хребет табассаранской горы большая часть обозов, то движение последних и провиантского транспорта оставлено под прикрытием двух гренадерских рот; а взобравшиеся уже на гору войска и обозы, пройдя еще 3 версты к югу, расположились в вершине долины Деремержлер, на южной покатости табассаранского хребта, откуда истекают некоторые небольшие речки, впадающие в Рубас, в 8 верстах от прежнего лагеря. Здесь отдохнув несколько часов, в 3 часа по полудни, оставя для прикрытия обозов еще один гренадерский баталион, войска переходом 14 верст к юго-востоку, достигли урочища Девечумагатан, где оканчивается табассаранское ущелье и начинаются земли дербентского ханства.

Сей путь шел по той же долине Деремержлер, соделываемой течением оной речки; долина та, которая при деревне Махраги, или справедливее Миграчи, в коей пребывание Мурза-Бека, родственника кадиева, переменилась в тесную и глубокую дефилею, состоящую по обеим сторонам из утесистых каменистых стен, до 80 сажень перпендикулярной высоты. В сей опаснейшей дефилеи продолжался поход по [379] узкой каменистой дороге, имеющей вправо глубокую стремнину, орошаемую оною речкою, а влево прямой утес, стоящий и почти нависный, на расстоянии 4 верст. Оттуда пошла дорога по ровной долине, простирающейся между песчаных сланцовых гор, к реке Рубасу.

Об оной тесной и глубокой дефилеи вообразить надобно две полосы высоких гор, разделяющихся узкою долиною, по которой протекая река занимает все ее пространство. По крутому, какой только представить можно косогору левой из сих гор, лежит высеченная и выровненная дорога, по которой только два драгуна могли ехать рядом. От нее вправо, вниз, стремнина сажень на сто глубины, а влево стенообразная возвышенность сажень в 80 перпендикулярной высоты. Лежащие на вершине горы огромные камни, кажется, будто навесились на всей этой дороги.

Обозу тем труднее тут идти было можно, что одна изломавшаяся повозка останавливала все позади себя: не было места сдвинуть ее ни на право, ни на лево. От сего, только часть обозов едва далее полудня 3 мая могла присовокупиться к войскам в долине Девечумагатан.

Между тем войска, прибыв в долину Девечумагатан ночью 2 мая, провели ночь без палаток; лишь люди уляглись, сильный дождь возбудил их и так наводнил речку, выступившую из берегов в сию узкую долину, что не было безводного места, и все люди стояли в воде, не смыкая глаз и обмокши.

3 мая ясный и теплый день обсушил солдат, и отряд, оставляя назади большую часть своих обозов, в 11 часов утра выступил далее, и вышед из тесных мест табассаранских в дербентское владение, поворотил влево к Дербенту, отстоящему от Девечумагатана в 18 верстах.

Когда отряд переправлялся чрез речку Кучкери, у деревни дербентского владения Сенгер, коей жители разбежались, бывшая впереди, для открытия мест, сотня Казаков, захватывавших людей и все, что им попадалось, сблизясь к Дербенту, встречена была вылазкою неприятеля.

Тотчас поскакали туда все прочие Казаки из отряда, а [380] за ними и все драгуны с своею артиллериею. Шермицелия 432 началась и продолжалась верстах в 1 1/2 от Дербента с немалым от неприятеля упорством. Но когда сто пеших драгун зашли неприятелю в бок, и несколько брошено гранат в неприятеля, Персы скрылись в крепость. У нас убит один казачий капитан, а у неприятеля до 20 человек.

Тогда был вечер. Соединившиеся войска сего отряда расположились лагерем в урочище Куруты, в 2 верстах от города; но в следующий день, 4 мая, поставили лагерь свой не далее 300 сажень от стен Дербента, в ханских садах, обнесенных рвом довольно глубоким, примкнув правым флангом к берегу Каспийского моря, а левым, заняв егерями высоты, под ружейными выстрелами крепости, учредили сообщение с главным корпусом, проходившее выше западной оконечности дербентских укреплений. Воду сей отряд получал из колодцов устроенных Дербентцами, для поливки садов и огородов. В Дербенте пушек было мало; выстрелы оных по сему отряду во все время были безвредны.

ГЛАВА 216.

По отправлении отряда чрез табассаранские дефилеи, каспийский корпус 29 апреля выступил из лагеря своего при речке Гамри-Озени, и не доходя до Дербента за 18 верст, присоединил к себе отряд генерал- маиора Савельева, упражнявшийся пред сим в поиске на Дербент. 2 мая корпус приблизился к Дербенту и расположился от оного в полтора версте, у протока родника Аван-Булака, имея позади себя, в 2 верстах, свой вагенбург, при речке Куру-Чае; при чем была от Дербентцов неприятельская встреча, но маловажная.

Еще при сближении войск к Дербенту, требована от [381] Шейх-Али-Хана сдача города, без кровопролития; но он дал отрицательный ответ.

Прежде, на высотах господствующих с северной стороны Дербентом, существовали только две каменные башни или бойницы; но со времени, как отряд генерал-маиора Савельева отступил от Дербента, Шейх-Али-Хан построил еще вновь третью, из дикого камня, под ружейными из крепости выстрелами, на важнейшей высоте, против замка крепостного, где была у Савельева главнейшая батарея.

Сия новая круглая башня, о трех сводах, имея высоты до 3 сажень, поперечник 433 около 4 сажень, и стены толщиною в 2 аршина (каждый этаж разделялся на 4 перегородки), закрывала большую часть стен, препятствовала построению наших батарей и повсеместному около крепости сообщению войскам нашим, и обезопасала выход из крепости к колодцу.

Найдено потому нужным поспешнее овладеть сим местом, и решено произвесть сей поиск в ночь со 2 на 3 число мая. Дело сие поручено генерал-маиору Римскому-Корсакову, и определен гренадерский сводный баталион, под начальством полковника Кривцова.

Проливной дождь и темнота ночи воспрепятствовали действовать полевым орудиям назначенным к произведению в башне пролома. Баталион бросился штурмовать; но не имея лестниц, только мог окружить башню, а не овладеть ею. Сопротивление бодрых неприятелей, башню сию охранявших, и открытие из крепости сильного огня, продолжавшегося непрерывно три часа, соделали на тот раз покушение наше тщетным. Убито: 1 офицер и нижних чинов 40; ранено: полковник Кривцов и два офицера.

ГЛАВА 217.

4 мая, между расположением каспийского корпуса и отрядом оного, на южной стороне Дербента стоящим, учреждена [382] коммуникация посредством занятых около Нарын-Кале или дербентского замка высот, для чего, на объемлющих Нарын-Кале от запада крутизнах гор поставлены два баталиона егерей, один от каспийского корпуса, другой от Булгакова отряда

В следующие дни устроены и открыты нужные кругом крепости батареи, и начато делание по ночам, противоположно замку, траншей и бреш-батареи, на 11 орудий; чрез что неприятель отовсюду был заперт, кроме морской стороны, где однако ни он, ни мы мореходных судов не имели. Дербентцы наиболее старались укрепить Дубари, или приморскую и слабейшую часть города, где, ко входящим в море крепостным стенам, по отмели, уставляли они туры, насыпанные диким камнем.

После неудачного покушения на башню, устроена была противу нее особая бреш-батарея, для произведения пролома. 7 мая, среди дня, две роты гренадер и один егерский баталион, при пособии учиненного из 12 фунтовых пушек пролома, бросились штурмовать оную бойницу. Неприятели упорно сопротивлялись 1 1/2 часа, будучи подкрепляемы пальбою с крепостных стен. Когда наши овладели верхним этажом, они защищались еще из двух нижних; наконец, не видя спасения, начали кидаться из окон башни, и бежать в другие близлежащие башни; ибо Дербентцы боялись отворить для них крепостные ворота. Неприятелей убито больше 30, спаслось бегством до 100 человек.

Наш урон состоит: убито офицер 1 и нижних чинов 14; ранено 34.

Сего же 7 числа мая, приверженные к нам Армяне перехватили посланных от дербентского хана, с письмами, к кубинскому наибу, к хану бакийскому и к Хамбутаю казыкумыкскому трех чиновников и 12 человек простых, которые отправясь из Дербента ночною темнотою, на лодках, вышли на берег позади расположения отряда Булгакова. Сими письмами склоняемы были помянутые лица соединить свои силы и сделать удар на табуны отряда генерал-маиора Булгакова. [383]

Лодки, у сих чиновников бывшие, послужили Булгакову для учреждения из Казаков разъездов по берегу моря. Сие тем нужнее было, при неимении у нас никаких судов, ибо каспийская флотилия не прежде половины мая могла из Астрахани отправиться, что доходили известия о намерении хана к побегу из Дербента морем, и что 6 мая вошло в полночь, в Дубари или приморскую часть Дербента, одно небольшое судно, плывшее от стороны Баку.

При поспешном шествии отряда чрез табассаранские дефилеи, осталось назади, в урочище Девечумагатан, много тягостей и провиантский подвижной транспорт, под довольным воинским прикрытием. От трудной дороги тяглый скот изнурился, и много повозок поломалось. Сия колонна расположась на месте последнего лагеря отряда, в урочище Девечумагатан, не могла еще далее двинуться. 8 мая посланы из отряда провиантские от всех полков и баталионов фуры, для облегчения провиантского транспорта; на каждой посажено было по два вооруженных солдата. Все они должны были следовать совокупно; но по оплошности, 12 из сих фур взяли от прочих перед версты на две. Партия подданных Хамбутая казыкумыцкого, т. е. из области Кюре, которая отделяется от Табассарана только одним хребтом гор, в 300 человеках, на них напала, 6 гренадер и 6 извозщиков взяла в плен, а 2 гренадер, защищавшихся, зверски умертвила.

Сей случай побудил в тот же день препроводить в лагерь отряда все, что назади оставалось, под усиленным воинским прикрытием. Неприятели конечно покусились бы прежде и на транспорт сей; но кади, проведав о том, находился при оном с 150 человеками своего войска, преследовал хищников, но ничего не успел, а на перестрелке ранено у кади 2 человека. Он довольно нам усердствовал, и еще 4 мая во владениях Шейх-Али-Хана отогнал скота до 8 т. голов. Нередко приезжал в лагерь к генерал-маиору Булгакову, и всегда что-нибудь выпрашивал для себя, даже и рубашки. [384]

ГЛАВА 218

8 и 9 числа мая, все батареи наши действовали по крепости с отменным напряжением. Две бреш-батареи отстояли от крепостного замка не далее 40 сажень; и 10 числа совершенно почти разрушен угол крепостного бастиона, самого крепкого в Нарын-Кале.

Дербент стеснен был со всех сторон, так, что жители ни сами выходить, ни скот свой не могли выпускать на паству, без чего нечем было кормить его; ибо со стороны отряда Булгакова передовая цепь из егерей каждую ночь располагалась в садах, почти под самыми стенами Дербента; хлеба потравлены, огороды потоптаны, сады занятые лагерем отряда Булгакова опустошены; надежда Шейх-Али-Хана на помощь союзников его, Хамбутая казыкумыцкого и других осталась напрасна. Хотя бомбы и гранаты наши падали в крепость цельно, но как домы в оной все каменные и крыши на оных глиняные, то и не могли произвести пожара, но за то бреш-батареи близки были произвесть проломы в замке дербентском. Все сие навело страх на Шейх-Али-Хана и на жителей дербентских, который и преклонил их к желанию сдаться.

Еще 9 мая, поздним вечером, прислан тайно от Шейх-Али-Хана в отряд Булгакова мулла, с просьбою прислать к хану человека, знающего их язык, коему мог бы он открыть для донесения главнокомандующему свои намерения, но скрывал в чем оные заключались. Генерал-маиор Булгаков, известя о сем главнокомандующего, получил приказание отпустить муллу обратно в крепость, под видом, что он долго должен ждать, пока получится на просьбу хана резолюция, а советовать ему, от имени Булгакова, чтоб Шейх-Али-Хан, утром следующего дня, отнесся явно с надобностями своими прямо к главнокомандующему.

И так, 10 числа мая, по утру, от общего собрания народа дербентского высланы 5 человек на батарею против [385] Дубари, к генерал-маиору барону Бенигсену, и просили пощады. Барон Бенигсен тотчас дал знать о том главнокомандующему и на противуположную сторону Дербента генерал-маиору Булгакову; канонада прекращена, все батареи умолкли и 18-летний Шейх-Али-Хан, со многими старшинами, имея каждый на шее своей повешенный меч, в знак признания вины своей, предстали к главнокомандующему, в стане его, поднесли ему серебряные ключи Дербента 434 и предавали себя и весь народ в волю победителя.

Хан и вся свита его со всевозможною учтивостию и благостию, сообразною характеру графа Валериана Александровича Зубова, приняты и оставлены в лагере и помещены в палатках, приличных достоинству хана и его чиновников. Сестра Шейх-Али-Хана Периджи-Ханума, дочь Фетали-Ханова от усмиевой сестры, девица в летах, бывшая невеста Омар-Хана аварского, добровольно явилась верхом в российский лагерь с закутанным лицом. Хотя ей предварительно послано было сказать, чтоб она оставалась в Дербенте, в своем доме, но она отвечала, что имев участие во владении дербентском, как старшая сестра хану, должна разделить с ним и участь его, и действительно провела с ним целые сутки, а потом, возвратилась в Дербент, получа позволение свободно навещать своего брата.

В Дербенте, до сдачи оного, были две партии: одна, составленная из жителей сей крепости, настаивала, чтоб сдаться Россиянам; другая, составленная из приезжих горских народов, подкрепляемая ханом и главными чиновниками, желала держаться. Сии противоборения продолжались всю зиму и даже до прибытия под Дербент каспийского корпуса. Но теперь, жители видя явные бедствия, упорно принудили начальников своих сдать крепость.

И так, лишь Шейх-Али-Хан предстал к главнокомандующему, генерал-маиор Савельев вступил в Дербент с четырьмя баталионами пехоты, занял все нужные [386] места: один баталион расположился в замке Нарын-Кале, подняв на главном бастионе оного белое знамя, два в средней части города, а один в Дубари — незаселенной приморской части Дербента.

Жителям не делано ни малейшего оскорбления.

В Дербенте найдено: медных и чугунных пушек и мортир 15, подбитых во время осады города мортир 1, пушек 13, довольное количество бомб и ядер, свинцу 115 плит, 5 знамен и гарнизон из 11 т. человек, от которого тотчас все оружие отобрано 435. Бывшие здесь до 500 человек Лезгин и прочих Дагистанцов взяты под стражу.

Приобретение сей крепости стоит нам убитыми с декабря 1795 г. офицеров 2, нижних чинов 51.

Главнокомандующий даровал всем жизнь и уверенность личную и имущественную. 13 мая прибыли к главнокомандующему депутаты из Кубы, о сдаче сего города российским войскам. Шейх-Али-Хану 14 мая возвращена его сабля, и он, быв оставлен при главной квартире, всевозможно в жребии своем был облегчаем разными ласками от главнокомандующего, и имел почти совершенную свободу, которую однако употребил во зло, как мы скоро увидим.

Но главнейшие из числа дербентских чиновников 10 человек: Имам-Кули-Бек, Ахмет-Бек 436, Зулфукар-Бек, Али-Мурат-Бек, Ибрагим-Бек, Мегемет-Гассан-Бек, Гачи-Тагир, Гачи-Аллаг-Кули, Мирза-Аскер и Аби, которые казались не спокойными, вредными нашим пользам, и кои тайно сплетали ковы и сносились вновь с Дагистанцами, чтоб напали внезапно на российское войско, 18 мая арестованы и 25 отправлены на пакетботе в Астрахань, а оттуда препровождены в Саратов.

По приведении в порядок всего, что относилось до [387] Дербента, управление оного, ради лучшей уверенности жителей, поручено сестре Шейх-Али-Хана Периджи-Хануме, и назначенному от главнокомандующего в наибы Хадыр-Беку, всегда к нам склонному, родственнику дербентского хана Мегмет-Гуссеина, возведенному Россиянами в ханы 1729 или 1730 года, и лишенному Дербента от Фетали-Хана 1765 года.

Охранение Дербента поручено генерал-маиору Савельеву и при нем оставлено 3 баталиона пехоты, один казачий полк и четыре орудия полевой артиллерии.

Здесь же оставлены все больные и раненые от каспийского корпуса, впредь до выздоровления.

ГЛАВА 219.

Каспийский корпус предпринял дальнейшее движение. 24 мая, пройдя чрез Дербент и присоединя к себе отряд генерал-маиора Булгакова, следовал 20 верст и расположился у реки Рубаса.

Здесь прибыли на российском пакетботе к главнокомандующему посланцы бакийского хана с объявлением, что хан со всеми подданными своими покоряется монаршей воле.

26 мая Хамбутай-Хан казыкумыкский прислал к главнокомандующему из захваченных партиею его 8 мая 10-ти гренадер, трех человек и объявлял, что он отдается в покровительство России. Однако после не преставал злодействовать.

31 мая каспийский корпус разделен для дальнейшего движения на три части, дабы одна за другою следовала днем позже, по неимению лагерных мест, удобных к расположению всего корпуса, и для лучшей удобности в марше.

Таким образом войска переправились в 16 верстах от реки Рубаса чрез быструю речку Гургели, и прибыли чрез 8 верст оттуда к реке Самуру, что значит соболь, чрез которую едва в три дня корпус мог переправиться. [388]

Сия река, с коею ни одна в Дагистане и Ширване широтою и быстротою не может сравниться, стремится по каменистой постеле. Она имеет в широту, на большой дербентской дороги, версты 1 1/2, разделяется на многие рукава, которые составляют многие малые острова. Некоторые рукава имеют глубины на 1 1/2 аршина. Течение ее чрезмерно быстрое, неровное, но падинами, так что нельзя утвердить на ней ни мостов, ни понтонов. Стремлением воды опрокидывало провиантские и лазаретные фуры; пехота переходила скинув нижнее платье и держась руками за повозки, что и людей и повозки предохраняло от падения. Не смотря на то, многих сбивало с ног, даже и верховых, и несло по воде, для чего, ниже переправы поставлены были по островам Самура Казаки, чтоб подавать таковым помощь и спасать.

Снеги, лежащие в горах, из коих Самур истекает, тая в жары, ее наводняют; но чем ближе к осени, тем менее опасности в переправе, а зимою Самур становится незаметною рекою. Во время переправы каспийского корпуса, страшные глыбы снегу упав с вершины гор в сию реку, удержали несколько ее стремление, сделав тем в обе стороны еще новые рукава, от чего в Самуре вода уменьшилась, а за два дня до того, Самур был глубже и быстрее.

По переправе чрез Самур, главная часть корпуса выступив 4 июня, и пройдя 53 версты, чрез речки Яламу, Кусар и Дели, 6 числа расположилась у речки Ак, при деревне Егрек, имея вправе у себя, в 5 верстах, город Кубу. Ключи оного поднесены здесь главнокомандующему, но гарнизон в Кубу не послан, вероятно потому, что укрепления онаго весьма маловажны и почти без пушек.

8 июня посланы два офицера генерального штаба к бакийскому и шамахийскому ханам, с письмами главнокомандующего, а главнейше для обозрения и описания дорог туда ведущих.

По четырехдневном отдыхе, дабы дать время исправиться обозам от трудных переправ, 11 и 12 июня корпус выступивши от речки Ак, перешел 50 верст и занял лагерь на правом берегу речки Гельгели, у древнего валу [389] Алгун-Ибару, верстах в 10 от моря, и здесь провел для отдыху 6 дней.

Сюда 13 июня прибыл к главнокомандующему бакийский Гуссеин-Кули-Хан, и поднес ключи города Баку. Почему, в тот же день послан для занятия Баку и учреждения там всего нужного генерал-маиор Рахманов с 3 баталионами пехоты, 2 эскадронами конницы и 3 орудиями полевой артиллерии. Рахманов занял Баку без сопротивления, ибо флотилия каспийская уже плавала по Каспийскому морю, и часть судов ее равнялась уже походу сухопутных войск.

И так, занятием Баку исполнен главнейший предмет первых операций войск, в Персию вступивших, ибо в сем городе учреждены главные депо всех воинских снабдений.


Комментарии

413. Монтескье пишет в Размышлениях о причинах величества и упадка Римлян (см. перевод Алексея Поленова, Спб. 1769), стр. 130: «Никакое владение столь другим не угрожает, как подверженное суровости междоусобной брани.»

414. На полях:?

415. С 1737 по 1746 год, в течение 8 лет: Отпущено из России в Персию товаров на 3,598,163 р. 88 к.; приходится на каждый год по 449,770 р. 48 1/2 к. Привезено из Персии в Россию на 2,429,913 р. 35 1/3 к.; приходится на каждый год по 303,739 р. 17 к.

По Палласу (см. P. S. Pallas Bemerkungen uber eine Reise in die sudlichen Statthalterschaften des russischen Reichs in den Jahren 1793 und 1794, Leipzig 1799-1801, часть I, стр. 195-198), персидских товаров входит к нам чрез Каспийское море более нежели на 1,100,000 руб., а от нас, из Астрахани, вывозят не более как на 540,000 р.

По ведомости сочиненной генералом Гудовичем и представленной к императрице 30 декабря 1798 года, из собранных от разных торгующих в Астрахани купцов сведений о привозных в Астрахань из Персии товарах и о вывозных из Астрахани в Персию, показано по сложной цене, по коей те товары проданы были: Привезено в Астрахань из Персии товаров, в больших статьях, кроме мелочных, на 1,412,000 р. Вывезено из Астрахани к персидским портам, в больших статьях, кроме мелочных, на 925,000 р.

416. На полях: Действия должно было открыть с трех разных сторон: 1) Флотилиею каспийскою, к Баку и талышинским берегам; 2) войсками из Грузии на Ганжу и Карабаг; 3) главными силами, от Кизляра, чрез Дербент и Баку, до устьев Аракса и Куры.

417. Приписано: обращаться на Ганжу и Карабаг, а отнюдь ни к Эривану, ни к прочим соседним Порте странам, дабы приближением к пределам Порты не возбудить рановременно сильное в ней беспокойство и тревогу. Область же эриванская, лежащая к границам Порты и вся верхняя часть реки Аракса, очищена быть может собственно царем Ираклием и войсками его и другими ханами, коих он к себе преклонить и против Ага-Магомет-Хана восстановить предуспеет. Сколь ни полезно утверждать царя имеретинского в связи его с Ираклием и в пособии последнему, но и сие самое предоставить самому Ираклию, дабы отнять у Порты все права к подозрению, что мы, вопреки кайнарджийскому трактату, ищем себе присвоить власть над царством имеретинским.

Но если бы, не смотря на всю осторожность удаления войск наших от пределов Порты и неподания даже видов прикосновения к пользам и уверенности ее, паши турецкие вздумали, под видом безопасности, ввести войска свои в Эриван или какую другую персидскую область, то дать знать начальникам турецким, чтоб они оставили движения войск своих, и не вводили бы их далее, особливо в такие земли и области, кои от царя Ираклия зависят, на владение коих он право имеет, и кои по трактатам с нами имеющимся, должны быть войсками нашими охранены и соблюдены в пользу его. То отнеслись бы к Порте о сем объявлении вашем, дабы по существующему доброму согласию между обеими империями дело сие взаимным министерством могло быть принято в наилучшее уважение.

418. Приписано: т. е. соединению с ним ханов адербиджанских, против Ага-Магомет-Хана, на западе.

419. Приписано: из назначенных к заграничным действиям войск, 12 полевых орудий при роте артиллерийской, и I т. Черноморских Казаков, с тем, чтоб сих последних перевезя пешими, давать им лошадей и употреблять конными по сошествии на берег.

420. На полях: 2-ая операция.

421. На полях: Во вступлении войск в Персию рассчитывать так, чтоб пользуясь лучшим временем, и с самого открытия весны предуспеть возможно было воспользоваться и совершить первую операцию предприятия до наступления больших жаров в июне, июле и августе месяцах; т. е. чтобы до того времени все очищено и занято было до соединения рек Куры и Аракса, и чтобы сделана была беспрерывная и надежная связь к стороне Грузии, с корпусом кавказским, а к стороне Гиляна с островом Сары; и там расположа войска для отдохновения в удобнейших местах к сохранению, дабы до осени и до минования сильных жаров, не изнурить войска ненужными походами и безвременными трудами.

Но сии предположения воинских операций служить только могут общим основанием предлежащих подвигов. Обращения войск Ага-Магомет-Хана откроют графу Зубову дальнейшие намерения. Стараться привлекать к битве войска Ага-Магомет-Хана на левой стороне Куры и Аракса, ежели они есть в Ширване.

422. Между строками: (то есть протянуть ее границы до …… (Здесь в рукописи, слово, которого решительно нельзя разобрать. (Изд.)) Куры и Аракса).

На полях: NB. распространить владычество грузинских царей до самых пределов хойских, до Аракса и до пределов Порты, чтоб возвелича силы и способы царств и областей грузинских, не токмо на всегда царь сам собою против неверных в состоянии был защищать права свои и собственность подвластных царю народов, но опровергая дерзостные покушения врагов ваших, наказывать их ослаблением их силы, и приращением польз подданных наших. Таким образом твердо основанное бытие царств и власть христианского царя ободрит надеждою христиан, страждущих в порабощении у неверных, и представляя им верный покров и убежище под сению грузинской державы, стечение их в подданство царя грузинского умножать будет силу и пользы его.

423. Приписано: (Так, что Грузия, Имеретия, Шуша, Нахичеван, Эриван, Ганжа, вместе соединенные, вместили бы в себе земли плодороднейшие и несколько миллионов народа христианского. Мнение графа Зубова (см. № 14 рукоп. П. Г. Буткова, стр. 452-468).)

424. О сем смотри представление в Петербурге посланца Муртаза-Кули-Хана.

425. От Астрабата чрез Хорасан и Кандагар, до пределов Индостана, считается около 1 т. верст, чрез горы отделяющие Индию от Персии. Восточная Индия отделена от Персии цепью крутых гор, которые простираются чрез всю Азию, и в которых множество узких и извилистых проходов. По одному и тому же пути шли Александр, Тамерлан и Надыр.

426. Приписано: (который, по желанию его, взят к графу Зубову).

427. Приписано: и произведено. Верблюд с вьюком обошелся дешевле 60 рублей.

428. Приписано: столько годных судов, сколько нужно, чтоб в один раз на сих транспортных судах перевозить провианта до 20 т. четвертей.

429. Этого слова недостает в рукописи.

430. Этих двух слов нет в рукописи.

431. Гора Кохма дает от себя, в направлении к востоку, многие отрасли или гряды гор Черных.

432. У П. Г. Буткова, вероятно по ошибке, шермиция; см. выше, стр. 211 примеч. 1. (Изд.)

433. Надписано: в диаметре.

434. В числе поднесших сии ключи был один 120-летний старик, который за 74 года подносил их Петру Великому.

435. Домов обывательских в Дербенте 1700; каждый на защиту должен был иметь трех воинов; следовательно, всего 6100 человек.

436. Имам-Кули-Бек, Ахмет-Бек и Зулфукар-Бек были ближайшие при Шейх-Али-Хане.

Текст воспроизведен по изданию: Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 год П. Г. Буткова, Часть II. СПб. 1869

© текст - Бутков П. Г. 1869
© сетевая версия - Тhietmar. 2017
© OCR - Чернозуб О. 2017
© дизайн - Войтехович А. 2001