Комментарии

1 Stanislas-Xavier, comte de Provence. P. 5 (16) Ноября 1755 г. † 2 (14) Сентября 1824 г. Был женат, с 14 Мая 1771 г., на дочери короля Сардинского, Марии-Жозефине-Луизе, умершей 1 (13) Ноября 1810 г. Эмигрировал из Франции 9 (20) июня 1791 г.

2 “Elle etait francaise de coeur”. Такой отзыв, кажется, совершенно естественным в устах Француза, не знающого более лестной похвалы, но обличает наивное непонимание характера великой женщины, которая во всю свою жизнь неизменно действовала в духе только Русских интересов.

3 Francois-Emmanuel de Guignard, comte de Saint-Priest, p. 1735 † 26Февр. 1812 г. Начал службу при Людовике XV, сперва в войсках, а потом по дипломатической части; был посланником в Лиссабоне и Константинополе (1768 — 1783 г.), при чем получил от Екатерины Андреевскую ленту. В царств. Людовика XVI, имея чин генерал-лейтенанта, был государственным советником, послом в Голландии, министром внутр. дел и королевского двора. Ему принадлежала мысль об экспедиции в Египет, которою потом воспользовался Бонапарт. Во время эмиграции отправлял обязанности главного министра при Людовике XVIII, а по восстановлении его на престоле, возведен в 1815 г. в достоинство пера Франции. Трое сыновей его были в Русской службе: графы Эммануил, Карл и Людвиг Францовичи. Из них старший и младший участвовали в войне России с Наполеоном, с 1812 по 1814 г; особенно известен первый, который скончался от смертельной раны, полученной под Реймсом, 17-го Марта 1814 г., имея тогда чин генерал-лейтенанта с званием генерал-адъютанта и Георгиевский орден 2-й степени.

4 Русские полки при Павле наводнились этими господами, которые получили весьма видные назначения и делались у нас нередко крупными помещиками-душевладельцами, тогда как в других Европейских государствах они заработывали себе скудный кусок хлеба или преподаванием Французского языка и танцмейстерством, или разными “приятными” ремеслами, в роде плетения корзинок, точения табакерок, клейки коробочек, вырезки силуэтов и т. подобн. Из многих представителей Французской аристократии, которые вступили в Русскую службу и вдоволь ублаготворялись милостями, назовем, наприм., герцога Брольо (duc de Broglio), принятого с фельдмаршальским чином, генералов маркиза д'Отишана (d'Autichamp), де-Виомениля, Ланжерона, начальствовавших инспекциями и корпусами, герцогов Полиньяка и Ришельё, графов Шуазёль-Гуффье и Эстергази, герцога Лаваль-де-Монморанси (генер.-лейт.), Прево-де-Люмиана (ген.-майора) и мн. друг. Знатные Француженки, равным образом не были обойдены милостями. Из них княгиня Луиза де Тарант, герцогиня де-ла-Тремуйль, дочь последнего в роде своем герцога де-Шатильон, бывшая статс-дама королевы Марии Антуанетты, получила это же высокое звание при Русском дворе 20 Июля 1797 г., и состояла в нем до самой смерти своей, последовавшей 22 Июня 1814 года.

5 Симолин, Иван Матвеевич, кавалер св. Александра Невского и св. Владимира 2-го кл., служил более полувека по дипломатической части (с 1743 по 1799 г.), хотя не отличался ни выдающимися дарованиями, ни знатностью происхождения, быв сыном Шведского пастора в Финляндии. Он состоял посланником при разных дворах: в Стокгольме — с 1774 г., в Лондоне — с 1779 г. и в Париже семь лет: с 1785 по 1792 г. Кроме того, числясь по ведомству Коллегии Иностранных Дел, Симолин был президентом Юстиц-Коллегии Лифляндских, Эстляндских и Курляндских дел. Умер он в 1799 году.

6 Принц Конде (Louis-Joseph de Bourbon, prince de Conde), p. 1736 † 13 Мая1818 г. С молоду служил в военной службе и, участвуя в Семилетней войне, отличил себя в 1762 г. победою над принцем Брауншвейгским, при Иоганнисберге. В самом начале революции, в 1789 г., эмигрировал сперва в Брюссель, потом в Турин; на Рейне он составил десяти-тысячный корпус из эмигрантов, принимавший деятельное участие в кампаниях 1793 и 1796 г. против Французск. республики. Впоследствии, когда корпус этот перестал существовать, принц жил в Англии, а по возвращении Бурбонов, въехал в Париж с Людовиком XVIII, 24 Апр. (4 Мая) 1814 г. Есть его сочинение: “Essai sur la vie du grand Conde”, Paris 1756.

7 Императрица Екатерина II с своей стороны оказывала корпусу принца Конде денежные пособия, как видно из книги Масона: “Memoires secrets sur la Russie” (III, 69).

8 Письмо принца Конде к имп. Павлу отвезено было в Петербург бароном Ла-Рошфуко. (“История войны 1799 г.” Д. А. Милютина, изд. 1857 г., т. I, гл. IV, стр. 51).

9 От 3 Августа 1797 г., из Павловска, Император писал своему послу в Вене: “По сродному нам великодушию, не могли мы не внять прошению принца о принятии войск, под командою его состоящих, в нашу службу, и вследствие того, решилися мы дать убежище сим людям, жертвовавшим собою верности к законному государю” (См. там же).

10 У Милютина (“Ист. войны 1799 г.”, т. I. стр. 51), сказано, что это был подполковник князь Василий Иванович Горчаков, которому было поручено провожать корпус принца Конде до Русской границы. Далее в той же книге он значится состоявшим постоянно при особе принца, в чине полковника и звании императорского флигель-адъютанта, и по документам везде пишется: “кн. Горчаков 3-й”. Надобно полагать, что это тот самый внучатный племянник родственников Суворова, князей Алексея и Андрея Ивановичей Горчаковых, который показан в 1-й части “Российской родословной книги” кн. П. В. Долгорукова, в поколенной росписи Горчаковых, под № 46, на стр. 64.

11 Полн. Собр. Закон., № 18,255 (т. XXV).

12 То-есть, во Владимире-Волынском.

13 Сын принца Конде, Louis-Henri-Joseph, duc de Bourbon, p. 1756 г. В 1830 г., после Июльской революции, он впал в слабоумие и найден повесившимся в своей спальне. С его смертию пресекся род Конде в мужском колене.

14 Полк Гогенлоэ — впоследствии полк Дюрана.

15 Во Владимире-же Волынском.

16 Герцог Беррийский — Charles-Ferdinand-d'Artois, duc de Berry, родной племянник короля, младший сын брата его, графа д'Артуа, р. в Всрсали 24 Янв. 1778 г., жен. б., с 1816 г., на принцессе Сицилийской Марии-Каролине-Луизе. Погиб от кинжала убийцы Лувеля, в Париже, 13 Февраля 1820 г.

17 Герцог Энгиенский — Louis-Antoine-Henri de Bourbon, duc d'Enghien, сын герцога Бурбона и внук принца Конде. Р. 1772 г., расстрелян, по повелению Наполеона, 21 Марта 1804 г.

18 Он б. пожалован Андреевским орденом 20 Ноября 1797 г. (С м. Списки Карабанова Андреевским кавалерам, в I-й кн. “Чтен. в Имп. Общ. Ист. и древн. рос. при Mоск. yн.”, 1860 г., стр. 58).

19 Сперва Павел предназначал Людовику другое местопребывание. “Зная стесненное положение короля-изгнанника (излагает автор “Истории войны 1799 г.”), он послал ему 200,000 руб. и предлагал переселится в Иевер, маленький Германский округ, принадлежавший Российско-императорскому дому. Людовик XVIII на это не решился, опасаясь близости к Голландии, занятой Французскими войсками. Император Павел предлагал (в Августе 1797 г.) императору Германскому, королям Английскому, Прусскому, Испанскому, Неаполитанскому и королеве Португальской общими средствами доставлять приличное содержание изгнанному из Франции дому Бурбонов; но вызов этот не нашел нигде живого отголоска” (т. I., гл. IV., 51 — 52.) Д. Д. — Иевер есть наследственное владение Екатерины II-й, отданное ей, когда она шла замуж; граф Бобринский полагал, что она завещала его ему. П. Б.

20 Впрочем, приглашению этому предшествовала собственная просьба Людовика XVIII к Павлу I. Одновременно с тем, король просил и Русского посланника в Берлине, графа Н. П. Панина, “исходатайствовать ему у Прусского правительства дозволение остановиться где-нибудь в Прусских владениях до получения ответа от императора Павла”. Прусское министерство обратилось тогда к курфирсту Саксонскому, прося его дать временное пристанище графу Прованскому в Лузации. Но прежде еще, чем последний собрался выехать из Бланкенбурга, он получил дружелюбное пригласительное письмо Павла I-го. “Приглашая вас в свои владения, писал Император (в Декабре 1797 г.), я желаю, чтобы это послужило вам очевидным доказательством моей к вам дружбы и участия” (Там же, т. I, гл. IV., стр. 52 — 53; т. III (прилож. № 38), стр. 62 — 63).

21 После Кампо-формийского мира Французское правительство настаивало, чтобы Людовик XVIII был удален из Бланкенбурга.

22 Милютин: “История войны 1799 г.”, т. I, гл. IV, стр. 53: т. III, стр.62 — 63.

23 Полн. Собр. Закон., № 18,392.

24 Граф д'Аваре (Antoine-Louis-Francois, comte d'Avaray), один из преданнейших приближенных Людовика ХVШ, сопутствовавший ему в эмигрировании из Франции, род. 1748 † 1810.

25 Вероятно, граф Петр Андреевич Шувалов, бывший потом генерал-адъютантом при Павле I. род. 1771 † 1808.

26 Бывший регент Российской империи Эрнст Иоганн Бирен (р. 1690 † 18 Дек. 1772 г.), управлявший Курляндиею шесть лет, с 1763 г. по 1769 г., отрекся от своих владетельных прав в пользу старшого сына своего Петра (p. 1724 † 13 Января 1800 г.), который имел частые пререкания с Курляндским сеймом и отказался от престола 17/28 Марта 1795 г., после чего и совершилось окончательное присоединение Курляндии и Семигалии к Российской империи (См. Полн. Собр. Закон., т. ХХШ, № 17,319).

27 Полн. Собр. Закон , № 18,573.

28 Незадолго до этого указа последовало именное-же повеление Васильеву от 28 Июня 1798 г., об уплате 20,000 р. сер. за прежде купленный для принца Конде дом, бывший графа Чернышева, у Синего моста. На доме этом тотчас-же сделали надпись: Hotel Conde и кроме того, принцу подарили дачу на Петергофской дороге, с назначением ему и семейству 70,000 р. ежегодного содержания. Все эти дары принц получил еще в Январе 1798 г., как видно из письма Ростопчина к гр. С. Р. Воронцову, от 14-го Янв. (“Русский Архив” 1876, II, 80); но, судя по этому-же письму, принцу казалось, что для него сделано еще очень мало. “Нового ничего нет (пишет, Ростопчин), кроме истинно-французского примера неблагодарности со стороны принца Конде. Этот человек имел наглость спросить Императора, не будет-ли ему еще чего и не забывают-ли, что он Бурбон. С ним обращаются невнимательно; но как это своего рода проходимец, герой и Француз, то как-нибудь справится....” Вообще говоря, все эти господа были очень жадны до всякой благостыни и забирали ее как нечто должное, хотя и несоразмерное высокому их достоинству, делая вид, что принятием тароватых даяний они одолжают дарителя. Намек Ростопчина на внутреннее нерасположение императора Павла в принцу Конде, не смотря на обильные ему награды и подарки, находит некоторое подтверждение и в известной книге Массона: см. “Mem. secr.” t. III, 183.

29 Нельзя не сопоставить с этим отзывом чужестранца интимных признаний Русского государственного человека, который не может быть заподозрен в личной его преданности Павлу, — т. е. Ф. В. Ростопчина. Вот его слова из письма в Лондон к гр. С. Р. Воронцову, от 28 Марта 1800 г.: “Я только убиваюсь, глядя на то, что делается и чему воспрепятствовать не могу … Государь ни с кем не говорит ни о себе, ни о делах. Он не терпит, чтоб ему заикались о них; он отдает приказания и требует безусловного исполнения Он хорошо знает, что его не любят. Ближайшие люди боятся его. Он обманут в своих сердечных привязанностях.... боится самого себя и не хочет сам обсудить свои действия.... На меня косо смотрят в публике, полагая, что я пользуюсь доверенностью Государя, которого не любят....” (“Русский Архив.” 1876, III, 416 — 417).

30 Вероятно, к этому времени относится обстоятельство, указанное в книге г. Милютина, что “король просил позволения приехать в Петербург для принесения Императору признательности, или, по крайней мере, прислать туда одного из своих племянников; но Государь отклонил это намерение” (Истор. войны 1799 г., I, 53).

31 Вот придворный персонал: графы д'Аваре и де Гиш (de Guiche) были при особе короля; капитаном дворцовой стражи граф де Коссе (de Cosse); маркиз Жокур (de Jaucourt) — государственным министром без портфёля; граф Ла-Шапель (de la Chapelle) — министром военным; герцог Виллекье (de Vellequier) первым камер-юнкером; маркиз де Сурди (de Sourdis), виконт д'Агу (d'Agoult), кавалеры Монтаньяк (de Montagnac) и де Буасёль (de Boisheul) шталмейстерами; аббат Фирмон (Edgeworth de Firmont) — исправляющим обязанности придворного духовника (aumonier), под ведением кардинала Монморанси (de Montmorency), состоявшого в звании главного духовника (grand-aumonier de France); Гилерми (de Guilhermy), бывший в 1789 г. членом генеральных штатов, и Курвуазье (de Courvoisier) — оба рекетмейстерами; герцоги д'Омон (d'Aumont), Флёри (de Fleury), Дюрас (de Duras), князь Пиен (prince de Pienne) — камер-юнкерами; кроме того, три аббата-капеллана при кабинет-секретариате и еще около 50-ти лиц в разных придворных званиях и должностях.

32 Вероятно, или князь Григорий Сергеевич, который был впоследствии генерал-адъютантом при Павле и, наконец, губернатором в Пензе и сенатором (р. 1779 † 1848 г.), или-же кн. Борис Владимирович, впоследствии генерал-лейтенант (р. 1769 † 1813).

33 Родилась 13/24 Сентября 1778 года; умерла, бездетною, 7/19 Октября 1851 года в Фрошдорфе (в Иллирии); отличалась меланхолическим характером, твердостию воли и строгостию нравственных правил, доходившею до суровости. Наполеон говорил о ней, что это единственный мужчина женского пола в семье женщин мyжеского пола (Бурбонов). Она овдовела 3-го Июня 1844 г.

34 Королеве сопутствовали герцогиня Де-Латур-д'Овернь (de-La-Tour-d'Auvergne) с дочерью и герцогиня-же Нарбонн (de Narbonne). Мать, сей последней, г-жа Серран (de Serrent) провожала принцессу от Вены до Митавы. В письме Ростопчина к гр. С. Р. Воронцову, от 10 Июля 1799 г., замечено, что с “приездом королевы, при этом дворе не оберутся сплетней; о герцогине же Ангулемской говорят с чрезвычайною похвалою” (Русск. Архив 1876 г., III, 82.)

35 Герцог Ангулемский, Louis-Antoine de Bourbon, duc d'Angou1eme, старший сын королевского брата, графа д'Артуа (впоследствии короля Карла Х, род. в Версали 1775 г., отрекся вместе с отцом от прав на Французский престол в пользу племянника своего герцога Бордосского, 2-го Авг. 1830 г. Умер в Грёце, изгнанником, 3-го Июня 1844 г.

36 Граф д'Артуа был тогда в Англии.

37 По всей вероятности, описываемое посещение Суворова было и самом начале Марта 1799 г.

38 “Aux fideles serviteurs du roi, honneur et protection. Aux Jacobins point de quartier!”

39 Состоявший при великом князе граф Е. Ф. Комaровский, пишет: “Великий князь изволил выехать из Петербурга в начале Марта 1799 года. Свиту его составляли: генерал Дерфельден, ген.-маиор Сафонов, — великого князя адъютанты-полковники: я и Ланг, Измайловского полка поручик Озеров, адъютант гр. Дерфельдена, кадетского корпуса поручик Перский, двора его высочества доктор Вельцен, лейб-хирург Линстрем, два пажа: Храповицкий и кн. Гагарин и берейтор Штраубе. В проезд через Митаву великий князь послал меня наведаться о здоровье Людовика ХVШ и просить позволения его навестить. Король мне сказал, что он счастлив будет увидеть сына своего благодетеля. Его высочество приказал и нам всем идти к королю. Его величество встретил великого князя в первой комнате, в коей стояли в два ряда его gardes de corps: их оставалось еще несколько (?) человек. Двор короля был тогда довольно многочислен. Людовик ХVIII взял великого князя за руку, привел его в гостиную, куда и мы вошли и, показав его высочеству портрет императора Павла, висевший над канапе, сказал: Voici mon bienfaiteur (вот мой благодетель). Потом великий князь представил нас королю, который пригласил его высочество, и со всеми нами, к обеденному столу: нас сидело особ пятьдесят. Первый камер-юнкер короля был герцог Дюрас. Я видел тут многих, других, принадлежавших к знатнейшим фамилиям Франции”. (Р. Архив 1867 г., стр. 522 — 523). Вел. кн. Константин Павлович прибыл обратно в Петербург из армии Суворова 27 Декабря 1799 года. С ним возвратились и поименованные лица его свиты, кроме полковника Ланга, умершого от полученной в сражении раны.

40 Кардинал Mори (Jean Siffrein Maury), p. 1746 † l817 г. Был сын башмачника, вступил в духовное звание в 1789 г.; состоя членом Национального Собрания, защищал в своих речах интересы церкви и престола, но был вынужден эмигрировать в Рим. Там папа возвел его сперва в сан епископа, а затем и кардинала (1794). Впоследствии-же, когда Наполеон сделался императором, то Мори из ревностного роялиста превратился в верноподданного приверженца империи и в 1810 г. получил место архиепископа Парижского, которого был лишен тотчас по восстановлении Бурбонов. Возвратясь в Рим, он выдержал там полугодовое заточение в крепости св. Ангела и в монастыре Лазаристов. Из его сочинений, изданных в 1827 г., главным считается “Essai sur l'eloquence de la chaire” (2 vol.).

41 Louis-Philippe-Joseph duc d'Orleans (Ega1ite) род. в Сен-Клу 13 Апр. 1747 г., казнен в Париже, в Ноябре 1793 г.

42 Барон Дризен (Drisеn) был сперва поручиком ІІрусской службы в царствование Фридриха Великого, потом находился в числе придворных герцога Курляндского, а в 1796 г. состоял командиром местной Курляндской гвардии; по восшествии-же на престол Павла, из маиоров произведен прямо в чин генерал-маиора, получил Анненскую ленту и через несколько времени назначен губернатором в Митаву. Массон, в своих “Memoires secrets” (III, 93), говорит, что пожалование генеральского чина и, сверх того, доходного имения Экгоф, достались Дризену единственно за его большой рост и фронтовую выправку. Это показание находит полное подтверждение как в заметке барона Ф. А. Бюлера, приведенной к его статье о герцоге Бироне (“Русск. Старина” 1871, т. VII, № I., стран. 53 — 54), так и в другой, нензвестно-чьей, помещенной в “Русском Архиве” 1875 г., под заглавием: “Паульс – Гнаде” и “Зорген – Фрей” (кн. II-я, стр. 228 — 229).

43 Дюмурье (Charles-Fгаncois Dumouriez) р. 1739 † 1823 г. Он служил уже в Семилетнюю войну, а во время революции, в 1790 и 91 г., действовал за одно то с Якобинцами, то с Жирондистами, и 1792 г. занял место министра иностр. дел; но в том же году, когда началась война с Австриею, объявленная Людовиком XVI по его внушению, он получил командование корпусом, который был сформирован Лафайетом, и отличился в этой войне несколькими победами над Австрийцами, особенно при Жемаппе; в следующем же 1793 г., разбитый в свою очередь при Тирлемоне, он, в ожидании за то преследований со стороны Конвента, вознамерился склонить свои войска к восстановлению во Франции монархического правительства, однакож не успел в этой попытке и решился бежать к Австрийцам. После того он был признан навсегда изгнанником из отечества. Умер в Англии, близ Лондона. Его „Записки" изданы в Гамбурге; в 1794 г.

44 Милютин, “Ист. войны 1799 г.”, II, 487; III, 636 — 637. Кажется, Дюмурье не отчаявался до конца в своих усилиях увлечь Павла. Он не спешил выехать из России и даже оставил ее не по доброй воде, что случилось одновременно с удалением из Митавы Людовика XVIII. По крайней мере, о том и другом можно судить по двум письмам Ростопчина. В первом из них к гр. С. Р. Воронцову, в Лондон, от 22 Февр. 1800 г., сказано: “Дюмурье на следующей неделе возвращается в Голстинию. Это человек на все руки. Ему смертельно хочется, чтобы не прекращалась его известность, и так как он думает загладить прежния свои действия, когда он служил против своего законного государя, то, конечно, он может оказать большую пользу Французской монархии” (Р. Архив 1876, III, 416). Второе письмо было писано оффициально к самому Дюмурье, от 19 Марта 1800 г., с приглашением удалиться из России. Черновой отпуск этого письма, составленного, конечно, по поручению императора Павла, принадлежит бывшей Чертковской библиотеке, что ныне Московской городской. (Р. Архив 1867, 320).

45 Этот аббат, бывший секретарем при упомянутой Мальтийской депутации, уехал из России в последних числах Мая 1800 г. Он известен весьма интересным описанием своей поездки в Петербург и пребывания там в зиму с 1799 на 1800 г., под заглавием: “Memoires pour servir a l'histoire des evenements de la fin de ХVШ siecle, par un contemporain impartial, feu m. l'abbe Georgel, Jesuite, ancien secretaire d'ambassade et charge d'affaires de France a Vienne ” ... etc. 6 vol., Paris, 1818, in 8-?.

46 Тo-есть (вероятно) в возможности (забыть) старое.

47 Достаточно будет привести здесь несколько строк из рескрипта Павла I к Суворову, от 18 Сентября 1799 г.: “В таковом положении вещей со всею силою можно будет вам войти во Францию.... для восстановления короля. Если вы найдете, что присутствие его в-ва может, соучаствовать к пользе его собственного дела, то дайте мне о сем немедленно и заранее знать, дабы я его тотчас с малою свитою к вам отправил, предав его жребий в руки ваши. Но должно заранее вас, уведомить, что король Французский есть человек весьма ученый, скрытный, и хотя приготовленный на все, но великий охотник царствовать не 6ыв еще на престоле; а притом его сбивает друг его и наперсник граф д'Авaрe, имеющий самую сумасбродную Французскую голову. Вы можете употреблять персону принца Конде по делам, до восстановления королевства касающимся; но остерегайтесь, впускать скоро во Францию эмигрантов, корпус его составляющих. Они войдут с огнем и мечем, и опровергнут все мысли благорасположенных людей” (Милютин, Истор. войны 1799 г., т. III, прилож. № 228, стр. 461).

48 Орден св. Лазаря дан был и Ростопчину, вместе с некоторыми другими лицами, в том числе и Суворову, когда он лежал уже на смертном одре, в начале Мая 1800 г. (Милют., II, 499). Андреевскую-же звезду Людовик XVIII получил 5 Марта 1800 г. (Списки кавалерам, Карабанова, стр. 60).

49 Аббат Эджворт де Фирмон (Henri-Essex-Edgeworth de Firmont), р. 1745 г., † 10/22 Мая 1807 г. Известен, в особенности, тем, что напутствовал Людовика XVI перед его казнию и сопровождал его на эшафот, при чем, в виду толпы народа, громко произнес знаменитое изречение: “Сын Людовика Святого! Восходи на небеса!” Аббат Фирмон приобрел всеобщее уважение своими христианскими добродетелями. Он был Ирландский уроженец. Умер в Митаве, под-конец вторичного пребывания там Людовика XVIII.

50 Тут нельзя не припомнить аналогичного сказания Л. Н. Энгельгардта о монахе Авеле. См. “Записки Энгельгардта”, изд. 1868 г., М., стр. 217 — 218. — Об этом же самом монахе-предсказателе помещены две любопытные статьи в “Русской Старине” 1875 г., кн. 2, стр. 414 — 435, и кн. 4, стр. 815 — 819.

51 В манифесте о кончине Петра III-го сказано, что предсмертною его болезнию были гемороидальные колики (см. XVIII век, кн. 4-я). П. Б.

52 Князь Андрей Иванович, родной племянник генералиссимуса по его сестре Анне Васильевне, впоследствии еще более породнившийся с фамилиею своего дяди, женитьбою на его внучке, Варваре Аркадиевне (по первому мужу Башмаковой). Он род. 1776 † 1855 г., имея чин генерала от инфантерии. Его характеристику см. y Массона, “Mem. secr.” t. III, 367.

53 Полн. Собр. Зак., № 19.292.

54 “Русская Старина” 1870 г., т. I, изд. (3-е) 1875 г., стр. 494.

55 Т. е. на Русском содержании.

56 Милютин, “Ист. войны 1799 г.”, изд. 1857 г., т. II, стр. 493 — 95; т. III, прилож. № 40, стр. 644 — 647. Не можем, при этом не сказать нескольких слов о дальнейшей судьбе этого дворянского ополчения. Первый консул Французской республики, обратив на свою сторону всех почти представителей духовенства оффициальным восстановлением богослужебных обрядов во Франции, умел также своевременною амнистией отвлечь от королевской партии огромное большинство аристократической эмиграции, открыв ей доступ в отечество, с возвратом всех гражданских прав. Почти весь корпус принца Конде, за изъятием ничтожной части, оставшейся на содержании Англии, воспользовался этою амнистией нового Французского правительства и примкнул к рядам усердных слуг будущей империи.

57 Это был тот же самый Ферзен, который за два года назад был командирован встречать и сопровождать Людовика XVIII до Митавы.

58 Le comte de Lille, имя, которое всегда употреблял Людовик XVIII в своих заграничных странствованиях, когда жил incognito. Псевдоним же маркизы де-Ла-Мельере (de Lа-Меillегay) приняла герцогиня Ангулемская.

59 Годовщина казни Людовика XVI, обезглавленного в 1793 г.

60 Последнее обстоятельство передано здесь не точно и не ясно. Деньги были добыты иным способом и за счет Русской государственной казны. Император Павел, распорядившись удалением своего гостя из Митавы, действительно упустил из виду дать куда следует особое приказание о снабжении его надлежащею суммой на дорогу; но один из придворных короля, герцог Виллекье, нашелся лично обратиться от его имени к Курляндскому вице-губернатору Арсеньеву, как к председательствовавшему в местной Казенной Палате, и объяснил ему затруднительное положение Людовика XVIII, поставляющее его в невозможность исполнить царское требование о выезде. Арсеньев отвечал, что Казенная Палата не встречала бы законных препятствий отпустить королю из годовой суммы, ассигнованной на его содержание, сто тысяч рублей, причитающихся ему за истекшее уже полугодие, но что в настоящее время денег в казначействе нет, почему он, вице-губернатор, и предлагает выдать, вместо того, особое временное облигационное свидетельство, которое может быть передано кому угодно для обмена в казне на подлежащую наличную сумму, по предъявлении этого документа. Тогда Людовик XVIII дал от себя доверенность на сей предмет герцогу Виллекье, a тот немедленно отправил нарочнопосланного в Ригу, где тамошние банкиры приняли кредитный документ и выплатили королю задатком 3.604 червонца, в счет следовавшей из казны суммы, то есть в счет ста тысяч рублей. Так по крайней мере рассказывает об этом обстоятельстве в своем дневнике один из приближенных короля, д'Ардуино (d'Hardouineau), сопутствовавший ему при выезде из Митавы.

61 Она присоединилась к своим уже впоследствии, когда они поселились в Варшаве.

62 В 80 верстах от Митавы.

63 Очевидно, исковерканная фамилия, как большею частию Русские или Немецкие имена, упоминаемые во Французских книгах, даже и тогда, если речь идет о людях известных. Так, например, фельдмаршал Кутузов в этих мемуарах назван Strаtusow!

64 Вероятно, причитавшихся в окончательную уплату по кредитному документу (или талону), выданному из Курляндской Казенной Палаты, как сказано выше.

65 Вот что говорит знаменитый Гервинус об этом эпизоде изгнаннической жизни Людовика XVIII: “В 5 дней зимнего пути он проехал среди метелей и снегов в Мемель.... Воспоминание о высоко-трагическом творении древности сделало то, что странствующий Эдип, с этих пор назвал свою спутницу, герцогиню Ангулемскую, которая должна была заложить свои брильянты в Мемеле, своею Антигоною. В Париже скоро после этого продавали трогательное изображение этого путешествия. Но и эти несчастия.... не произвели на претендента никакого исправительного влияния.... не сообщили его душе возвышенного характера; ограниченность ума и мелочность чувства остались теже” (“История XIX века”, в Русском переводе Антоновича, Cпб. 1863, т. I, стр. 58 — 59).

66 Вот его слова: “Un pretendant doit toujours protester, c'est la seule maniere de regner qui lui reste” (Претендент должен протестовать всегда, это у него единственное остающееся средство царствовать).

67 Кажется, что именно по поводу подозревавшегося умысла отравления составлен был королем, после свидания его с графом д'Артуа, особый акт, на который прозрачно намекает письмо Людовика XVIII к гр. Н. П. Румянцову, от 1/13 Февраля 1805 г., писанное из Митавы через посредство графа Блака (de Blacas), бывшого королевским поверенным при дворе Александра I. Письмо это, ходатайствовавшее о наградах графу Д'Аваре, герцогу де-Грамону и архиепископу Реймскому, напечатано в “Р. Архиве” 1872 г., стр. 186 — 197.

68 В “Русской Старине” 1876 г., кн. 5, стран. 61 — 62, под заглавием: “Домашний памятник Н. Г. Левшина”. Позволяем себе выписать здесь отрывок этого дневника: “....В Ригу гвардия вступила с большим парадом, 15-го ч. Марта. Здесь узнали о победах Наполеона и о разорениях, претерпеваемых Прусским королевством. В Риге только дневали и пришли в Митаву также на дневку. — Полковник наш, гр. Сент-При, приказал явиться в нему, в полной форме, нескольким офицерам, а именно: графу Растиньяку, шевалье де-ла-Гарду, князю Хилкову и мне; тут поехал он с нами в близ города находившийся замок и объявил нам, что мы едем на свидание с Французским королем. Старинный, совершенно обветшалый замок представился глазам нашим. По нечистой лестнице вошли мы в комнаты, которые от древности и непризору удивили нас. Мебели самые старые, обтертые и оборванные показывали, сколь в бедном положении находятся обитатели его. Стены хотя и обтянуты были штофными обоями, но изодранными, и лоскутки их висели со стен, а золоченые рамки полинялые, и золочение кое-где блестело. В приемной зале встретили нас человек пять придворного штату королевского, в числе которых был и герцог Ангулемский. Они все одеты были в партикулярных платьях, весьма много уже изношенных фраках. После обычных приветствий ввели нас в кабинет к королю. Кабинет не был украшен и меблирован лучше всех прочих апартаментов, которые мы проходили. Король Людовик XVIII, хотя и не в самых преклонных летах, толстяк, с большим брюхом, но в подагре, сидел в вольтеровских креслах недвижимо, с приятной улыбкою поклонился нам. Графа Сен-При посадил близ себя и с большим удовольствием разговаривал с ним. Все мы были ему поочереди представлены и стояли поодаль. В это время мог я увериться, что вижу точно потомка из рода Бурбонов; носы особенной формы, принадлежащие сей династии, не изменяют им. С нами занимались разговорами свита королевская и герцог. Герцогиня Ангулемская (дочь несчастного короля Людовика XVI) сидела рядом с королем, с самым жалостным лицом. Женщина росту довольно изрядного и худая как скелет. Костюм короля был ватошный синий сюртук и звезда ордена Св. Духа. Свидание продолжалось не более часу и, при прощании, король нам сказал следующее: — “Messieurs, battez bien les Francais, mais epargnez-les apres, car ce sont mes enfants” (Господа, пo-бейте хорошенько Французов; но после того имейте к ним снисхождение, потому что они мои дети). — На другой день свита королевская отплатила нам визит в Митаве, и полковник с своего полка офицерами дали славный обед гг. маркизам в трактире, чем они все было чрезвычайно довольны. Гг. эмигранты очень нас полюбили, даже открыли свои тайны, показывая нам залог своей верности — это орден Св. Людовика, зашитый между сукна и подкладки, который они никогда не снимали с той минуты, когда были принуждены бежать из своего отечества. Чувствовал-ли король, что, чрез самое короткое время, он лишится и сего пристанища? После несчастного Фридландского сражения, бедствующий король уехал в Англию со всей своей свитой. Чувствовал-ли он и то, что чрез шесть лет будет на престоле прародителей своих? Все в руце Божией! Дивен Господь в чудесах Своих, и судьбы Божии неисповедимы!”

69 Sa Majeste Tres-Chretienne — титул, издревле данный папами королям Франции, подобно тому как королям Испанским присвоен, титул Кaтолическaгo величества, а Австро-Германским императорам — Aпостолического.

70 Обер-гофмаршал граф Николай Александрович (р. 1761 † 1816). Кроме того, находились тогда в свите Государя: министр иностранных дел барон Андрей Яковлевич Будберг (р. 1750 † 1812) и генерал-адъютанты: князь Петр Михайлович Волконский (р. 1776 † 1852) и граф Христофор Андреевич Ливен (†1838), См., Михайловск.-Данилевского. “Опис. войны 1806 — 1807 г.”, стр. 250.