№ 2

1700 г. ранее февраля 27 *. — Отписка селенгинских казачьих десятников Игнатия Онфимова и Аники Григорьева нерчинскому воеводе И. Ф. Николеву о действиях монгольских и маньчжурских представителей по возвращению перешедших в русские владения табунгутов

(* — Датируется по отметке о подаче.)

/л. 104/ Великого государя царя и великого князя Петра Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белая России самодержца, стольнику и воеводе Ивану Федоровичю из Селенгинска десятники казачьи Ганька Онфимов, Аничка Григорьев челом бьют.

В нынешнем 208 году (1700 г.) февраля в 14 день по указу великого государя и по памяти из-Ыркуцка велено иркуцкому сыну боярскому Андрею Москвитинову выслать в-Ыркуцк селенгинского сына боярского Петра Арсеньева да пятидесятника Антона Березовского тотчас с нарочными посыльщики. И в нынешнем 208 году февраля вышеписанного числа для высылки Петра Арсеньева в-Ыркуцк нарочной посыльщик из Селенгинска служилой человек Кондрашка Тюхин послан, и велено ево, Петра, ему, Кондрашке, взять с собою в-Ыркуцкой и явитца в приказной избе тебе, стольнику и воеводе Ивану Федоровичю. А Онтон Березовской до указной памяти уехал де в-Ыркуцкой.

Да в нынешнем же 208 году февраля в 13 день приезжали в Селенгинской от подданных китайских тайшей Цемцек-гумовы и Бинтухаевы 1 посланцы басу Ирки-Хошка да Сантан Иудзин с товарыщи. А сыскивают они беглых табунуцких людей 2, которые разбегались от смертной казни за шатости их и неустойки. А в Селенгинску они, посланцы, говорили: будет такие их беглецы в стороне царского величества объявятцы, и их отдать им безо всякой споны.

А в Селенгинску и у ясашных иноземцов таких беглецов не сыскалось.

А китайской де алехамба с войсками, которой из царства для тех [47] табунутов прислан, стоит на Толе-реке против Хана-олая камени 3 от Селенгинска не в дальности. /л. 105/

И буде такие беглецы впредь в стороне царского величества где (1700 г.) объявятца, а от тайшей будут приезжать с выговором об отдаче в Селенгинской посланцы, и об том против прежней селенгинской и нынешней отписок стольник и воевода Иван Федорович, что укажешь.

На л. 104 об.:

Адрес: Великого государя царя и великого князя Петра Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя России самодержца, стольнику и воеводе Ивану Федоровичю.

Отметка о подаче: 208 году февраля в 27 день подал отписку пешей казак Кандрашка Иванов.

ЦГАДА, ф. Иркутская приказная изба, оп. 1, д. № 457, лл. 104-105. Подлинник.


Комментарии

1. Цэрэнчжаб Бинтухай — монгольский тайджи. В 1687 г. бежал от войск джунгарского хунтайджи Галдана и принял русское подданство. В 1693 г. с 600 монголами своего улуса откочевал обратно в Халху, где был определен маньчжурами дзасаком Тушету-хана. По распоряжению императора Канси ему было поручено заведование походными табунами лошадей, а позднее — овечьими пастбищами. Ему был присвоен титул «главнокомандующего делами коннозаводства и скотоводства».

Владения Цэрэнчжаба находились в непосредственной близости от Селенгинского уезда. В 1712 г. его пограничный караул был расположен на р. Буре (А. М. Позднеев. Монгольская летопись «Эрдэнийи эрихэ». СПб., 1883, с. 228, 245; Е. М. Залкинд. Присоединение Бурятии к России. Улан-Удэ, 1958, с. 139-140).

2. Табунуты — монголоязычная группа населения, в которой присутствовал значительный бурятский элемент и которая сложилась как политическое объединение в 40-50 годах XVII в.; до 1689 г. они находились в управлении отдельных монгольских феодалов Халхи. Во второй половине XVII в. их улусы располагались на правом берегу Селенги и в низовьях рек Хилка и Чикоя. После разгрома ойратами сил халхаских феодалов в 1688 г. около 3 тыс. табунутов приняло русское подданство, только небольшая часть их ушла в Монголию. В 1691 г. табунуты, принявшие русское подданство, также откочевали в пределы Халхи, но в 1692 г. большая часть их вернулась в русские владения. Были и более поздние откочевки. Так, крупная группа табунутов, поселившаяся вдоль рек Онон и Керулен, откочевала в Россию в 1717-1719 гг. (Города Сибири. Нерчинск, Селенгинск, Якутск. Материалы для истории сибирских городов XVII и XVIII столетий. М., 1886, с. 1, 48-49; А. М: Позднеев. Монгольская летопись..., с. 267; С. А. Токарев. Расселение бурятских племен в XVII в. — «Записки Бурят-монгольского государственного научно-исследовательского института». Вып. 1. Улан-Удэ, 1939, с. 126-128; Б. О. Долгих. Расселение народов Сибири в XVII в. — «Советская этнография», 1952, № 3, с. 88; его же. Родовой и племенной состав народов Сибири в XVII в. М., 1960, с. 132; В. А. Александров. Россия на дальневосточных рубежах (вторая половина XVII в.). М., 1969, с. 132).

3. Хана-олоя камень — гора Хань-ола (Ханская гора) близ Урги, считавшаяся монголами священной (Иакинф [Н. Я. Бичурин]. Записки о Монголии. СПб., 1828, с. 110).