№ 51

1673 г. октября 12 *. — Из указа царя Алексея Михайловича тобольскому воеводе боярину П. М. Салтыкову о беспрепятственном пропуске джунгарских послов в Москву 1 и о разрешении ойратам беспошлинно торговать в городах Сибири

(* Датировано по записи о приеме послов (на л. 109))

И великий государь его царское величество указал им, посланцом, объявить, что с подданных царского величества с ясачных людей, которые живут около Томска и Красноярского, и Кузнецкого острогов ясаку ему [Галдану] имать не довелось, потому что служат те люди и ясак платят великому государю его царскому величеству, а он, тайша, подданной царского ж величества и он бы, тайша, ясаку с них не имал и тем на себя царского величества гневу не наводил. А в Сибире царского величества бояря и воеводы собирают ясак по указу великого государя.

Да Галтан ж тайша к великому государю к его царскому величеству в листу своем писал, чтоб великий государь /л. 111/ пожаловал ево, не велел в Сибире своим царского величества бояром и воеводам улусным ево людям никаких налог чинить, а какие налоги царского величества бояря и воеводы улусным ево людям чинят, и того он в листу своем не написал, и о тех бы обидах объявили ныне словесно они, посланцы.

И посланцы говорили: тайши де их великому государю его царскому величеству со всеми своими улусными людьми всегда служить ради. А ныне прислали их к великому государю к его царскому величеству побить челом о том, чтоб великий государь пожаловал их, не велел бояром и воеводам своим посланцов их в сибирских городех задерживать, а указал бы из Сибири, к Москве пропускать без задержания, а их де, посланцов, держал в Тобольску царского величества боярин и воеводы князь Иван Борисович Репнин с товарыщи, 3 года, а к Москве /л. 112/ не пропустил, а давал им всем, 20 человеком, корму по 2 алтын по 4 деньги на день, и они де издержали в той ево задершке на харчь себе с людьми тайшиной казны 250 руб.

И иметца того поденного корму, что давал им боярин князь Иван Борисович Репнин, на день по 2 алтына по 4 деньги 20 человеком, и в том числе 12 человеком по полу 2 полушке, а о 8 человеком по полушке человеку на день.

/л. 113/ И посланцом говорено, что впредь тайшей их посланцом великого государя в сибирских городех задержанья никакова не будет, и указ о том в Тоболеск царского величества к [162] боярину и воеводам послан будет с ними ж, посланцы. А что они, посланцы, в Тобольску держаны многое время, и о том донесено будет до великого государя, до его царского величества, а каков о том царского величества будет указ, и то им, посланцом, объявлено будет иным времянем.

Да посланцом ж говорено: ведомо великому государю его царскому величеству учинилось по отписке из Тобольска боярина и воевод Петра Михайловича Салтыкова с товары-щи, что калмыцкой Кегень Котухта тайша, оставя старые свои кочевья, пришол со всеми своими улусными людьми кочевать в Киргискую землю царского величества под сибирские городы и хочет, соединясь с киргизами и с тубинцы, приходить под Томской и под Красноярской и под Кузнецкой остроги войною, и тем своим приходом царского величества подданных ясачных людей бунтуят и ясак им в казну царского величества платить /л. 114/ заказывает. Да он же, Кегень Кутухта, присылал в Красноярской острог к воеводе к Алексею Соморокову посланца своего с объявлением, что он учинился тайшею на Сенгино место, и чтоб ясачные люди платили ясак ему, тайше, а естли платить не будут, и он учнет на них приходить войною и ему было тайше, яко подданному царского величества писать и присылать говорить о таком нестаточном деле не годилось. И они б, посланцы, возвратясь из Московского государства и приехав в свои кочевья, тайшам своим сказали, чтоб они и иные тамошние тайши впредь царского величества в Сибирские городы к бояром и воеводам посланцов своих с такими выговарами не присылали, а пребывали б царского величества з бояры и воеводы и со всеми тамошних краев царского величества с подданными в совете, и кочевать бы под сибирские городы в ближние места не подходили, а пошли бы кочевать на старые сдои кочевья, где живали напред сего.

И посланцы говорили, что, приехав они в улусы свои, о том о всем тайшам своим розскажут подлинно, и по велению де и указу великого государя его /л. 115 а/ царского величества тайши их противны ни в чем не будут.

И те их посланичьи убытки, что они издержали в Тобольску 250 рублев на Москве им, посланцом не выданы для того, что из Сибирского приказу о том, что они в Табольску по какому указу 3 года держаны, в Посольской приказ не отписано.

/л. 115/ А в дарех к великому государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу Галдан-тайша с товарыщи с теми своими посланцы прислали.

Галдан-тайша: 9 камок китайских бархот, /л. 116/ Араптар тайша 2 камня, 1 лал другой яхонт, 2 камки, 6 барсов, всего на 109 рублев.

Да на продажу привезли посланцы с собою товаров. [163] 126 камки китайских, 600 китаек. А пошлин с тех их товаров великого государя в казну не взято для того, что напред сего с калмыцких посланцов пошлин с товаров их не имывано ж.

А от великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца послано его, великого государя, жалованья к Галдану да к Араптану тайшам с посланцы их против их даров в полтора. И отпущены они с Москвы в Тоболеск с тобольским сыном боярским с Ываном Корватцким.

А в Тоболеск послана с ними великого государя грамота к боярину и воеводам к Петру Михайловичю Салтыкову /л. 117/ с товарыщи, велено им их, посланцов, ис Тобольска отпустить к тайшам их в улусы и писать от себя к тайшам листы о том, что посланцы их на Москве были и великого государя его царского величества пресветлые очи видели и милостивое жалованье себе получили, и они б, тайши, видя к себе такую царского величества милость и жалованье ему, великому государю, служили и с подданными его царского величества с ясачными людьми были в совете и в любви.

А с листами велено ему, боярину, ис Тобольска послать к тайшам дворянина добра и великого государя жалованье, что послано к ним за их дары, велено к ним послать с тем ж дворянином.

И что будучи у тайшей посланной дворянин учинит и как назад возвратится и ему, боярину, и воеводам велено о том о всем подлинно писать к великому государю к его царскому величеству.

И как те посланцы ис Тобольска к тайшам в улусы отпущены и кого они, боярин и воеводы, великого государя з жалованьем и с листами от себя к тайшам послали и приехал ли тот посланной от них назад /л. 118/ в Тоболеск, о том к великому государю они, боярин и воеводы, по се время не писывали.

Да с теми ж калмыцкими посланцы послана великого государя грамота в Тоболеск к боярину и воеводам к Петру Михайловичю Салтыкову с товарыщи, а в грамоте написано: присылали к великому государю калмыцкие Галдан да Араптан тайши посланцов своих заисана с товарыщи, а в листех своих к великому государю тайши писали и посланцы их в Посольском приказе объявили, что в проезде им, посланцом, через сибирские городы чинятца от бояр и воевод задержанье и зацепки и держаны они были в Тобольску 3 года.

И как к ним та великого государя грамота придет, и они б по тому великого государя указу будет впредь от тех тай-шей или от иных тамошних владельцов учнут приезжать в Тоболеск посланцы и скажут, что они посланы к великому государю для его царского величества дел и объявят тайшей [164] своих листы, и они б велели их принимать и ис Тобольска отпущали к Москве без задержания /л. 119/ на подводах, дав им корм и питье против прежних примеров.

А буде будут с ними какие товары, и они б велели их пересматривать и переписывать имянно, а переписав, велели посланцом к росписям руки прикладывать и в те росписи за их и за осмотрщиковою руками присылать к Москве, а подводы под товары их давать им не велено, а чтоб они везли на своих подводах.

А которые посланцы или торговые люди приедут в Тоболеск или в ыные сибирские городы с товарами своими, а не для дел царского величества, и они б тех посланцов по тому ж велели принимать и товары их осматривали и переписывали з береженьем безо всякие налоги, и пошлины с тех их товаров имали великого государя в казну по уставу Российского царствия, а торг давали им повольной. А как они исторгуютца, и их велено отпускать по-прежнему в кочевья, а обид и налоги никаких приметов чинить им не велено, чтоб их тем от милости царского величества не отогнать. /л. 120/ А об отпуске и о асмотре посланцов и торговых людей велено им великого государя указ чинить по указным грамотам.

А которые посланцы или торговые люди похотят с товарами своими ехать к Москве, и их велено ис Тобольска и к Москве отпущать на их подводах, а товаром их взять у них росписи за руками и присылать под отписками к Москве, а пошлин с них в Тобольску не велено имать для того, что по указу великого государя взяты будут на них пошлины на Москве по их росписям...

По листам скрепа: диак Иван Остафьев.

ЦГАДА, ф. 126. Монгольские дела, 1673, д. 2, л. 110-120. Отпуск.


Комментарии

1. Посольство в Москву было отправлено от имени Галдана Бошокту-хана и его племянника Цэван-Рабдана. Это подтверждает мнение ряда советских ученых (И. Я. Златкина, Е. И. Кычанова и др.), считающих, что в первые годы правления Галдан сотрудничал со своим племянником и разрыв между ними произошел значительно позже.