Комментарии

143. Эти монголы, известные под именем дун-корва или донгарских монголов, вместе с толмукгунами и родом Мори-вана входят в состав одного ведомства (Мори-вана). Общая численность монголов этого ведомства не превышает 800-1.000 семейств.

144. Китайцы называют его Хай-эр-цзы, что значит «сын озера».

145. По тибетски оно называется Цо-онь-бо, что также означает синее озеро. Китайцы в разные времена давали ему различные названия, напр. Сянь-шуй, что значит «блестящее» или «красивое озеро», Юнь-гу-янь-чи, Лин-хай, Бэй-хо-цян-хай. Си-хай и Цин-хай. В настоящее время употребляются только два последних названия, из которых первое означает «западное озеро», а второе — «голубое озеро». Китайские писатели определяют окружность озера в 700-1.000 ли. Вода в озере соленая, а глубина его, насколько известно, незначительна.

146. По более точному определению Пржевальского уровень Куку-нора лежит на высоте 10.500 ф. выше ур. воды в океане. Прим. Гр.-Гр.

147. Equus kiang, Moorcr. Прим. Гр.-Гр.

148. Несомненно, Perdix sifanicn, Przew. Прим. Гр.-Гр.

149. Lagomys melanostomus, вид пищухи, открытый Пржевальским и описанный Бюхнером. Прим. Гр.-Гр.

150. Улан-мурень носит на карте Пржевальского название Улан-хошун. Это была самая крупная речка из числа впадающих в озеро с севера. Ложе ее, покрытое галькой красного и пурпурного песчаника и грубым гравием, имело до трех верст в ширину.

151. В Цайдаме за пару сапог, стоящую в Донкыре около 35 центов, дают двух овец, кожу яка, четыре шкуры дикого осла, восемь гарнцев ячменя и т. д.

152. Подробнее легенда эта передана у Гюка, см. «Souvenirs d’unvoyage», II, 192, и у Пржевальского — «Монголия и страна тангутов», I, стр. 279-281. Мне неоднократно рассказывали ее ламы, причем рассказы их лишь в деталях отличались от того, что нам уже известно из книг помянутых путешественников.

153. См. «Фан-юй-цзи-яо-вэнь-цзянь», Шань-си, 12. Ср. также рассказ знаменитого буддийского пилигрима Сюань-цзана о лошадях драконовой породы из Цюй-чжи (Кучи). Предание о «драконовых лошадях» было впервые рассказано в истории династии Тан (Тан шу, в отделе Тугухунь, кн. 231).

Считаю не лишним привести следующую выдержку из соч. Pfizmaier’а — «Die fremdlandischen Reiche zu den Zeiten der Sui», дающую реальную основу вышеприведенной легенде: «Тугухунь добыл однажды кобылицу персидской породы. Он загнал ее в море, после чего она ожеребилась таким быстрым и могучим скакуном, что он мог пробегать в сутки тысячу ли. Со временем его назвали быстрым конем синего моря». Прим. Гр.-Гр.

154. См. стр. 37. С большим удовольствием могу в подтверждение моих слов привести следующее место из статьи полковника Белля «Великий торговый путь в Центральной Азии». («Ргос. Roy. Geog. Soc.», XII, 69). «По моему мнению, Пржевальский слишком несправедливо отнесся к сочинениям этого талантливого иезуита, и я считаю своим долгом заявить, что во всех тех случаях, когда я имел возможность проверить его показания, я всегда находил, что сообщаемые им факты и наблюдения строго соответствовали действительности».

155. За кедр, который в Южно-Кукунорских горах не растет, Рокхиль без сомнения, принял древовидный можжевельник (Juniperus pseudosabina). Примеч. Гр.-Гр.

156. Обо — это переделанное на монгольский лад тибетское слово «до-бон», что значит — «груды камней», или до-бум. «сто тысяч камней». Такие «обо» встречаются всюду в Монголии и Тибете. — Обычай, подобный описанному ниже в тексте, существовал и у древних перуанцев. «Когда путник достигал вершины перевала, он никогда не забывал бросить в кучу возле дороги камень, а иногда и шарик своего излюбленного кока: это было своего рода жертвоприношение горному духу, причем произносилось молитвенное обращение к божеству: «Apochicta muchani!», что значит: «я покланяюсь тебе, или — я приношу тебе благодарность на этой куче». C. R. Markham в «Narrative and Critical History of America», I, 251. На островах Фиджи также существует однородный обычай: всякий человек, который раз прошел мимо какого-нибудь идола, проходя вторично мимо него, должен бросить несколько листьев или несколько травинок в знак того, что он помнит о первой встрече. Thos. Williams. «Fiji and Fijians», стр. 197 и 202. Cp. также «The Century Magazine», декабрь, 1890 г., стр. 185. Такие «обо» встречаются также в Корее и Японии, но их совсем нет в Китае. Тот перевал, о котором идет речь в тексте, может быть, тожествен с Цзахань-обо-кутуль, упоминаемым в китайских путеводителях, относящихся к этой части Империи.

157. Гюк, op. cit., II, 211, упоминает о развалинах ламайского монастыря в долине Тулаин-гола; но из его сочинения не видно, чтобы в его время, т. е. сорок пять лет тому назад, здесь было хоть одно селение; да и вообще, описывая Цайдам, он нигде о селениях не упоминает. Это вполне подтверждает достоверность собранных мною сведений, что все селения в Цайдаме были основаны лишь в последние сорок лет для защиты от внезапных нападений цанаков. Пржевальский в своем сочинении «Монголия и страна тангутов», I, 292. это место называет Дулан-кит и переводить слово «кит» — «церковь». Я никогда не слышал этого названия и полагаю, что он был дурно осведомлен.

158. См. H. H. Howorth «History of the Mongols». I. 525. По словам указанного исследователя, Цин-хай ван происходит от Далай кунтайши. второго сына завоевателя Тибета, Гуши-хана. До 1697 года кукунорский князь был вассалом далай-ламы.

159. Это так называемая калмыцкая водка — мутный хмельной напиток, известный у калмыков под названием «ирэк» и «молым арки». Прим. Гр.-Гр.

160. Гюк, op. cit, II, 212, пишет: «Унылый и мрачный колорит этих печальных стран, по-видимому, отравился и на характере жителей: все они, кажется, страдают сплином... Они очень молчаливы...» У Пржевальского, «Монгол. и страна танг.», I, 285, читаем: «Общее выражение их лица крайне глупое; глава тусклые, бессмысленные, характер мрачный и меланхолический...» В описании своего третьего путешествия он характеризует их следующим образом: «Они ленивы, лживы, бесчестны и глупы, хотя и не лишены некоторой хитрости».

161. В области Куку-нор такие китайцы, живущие среди монголов и тибетцев и совершенно ассимилировавшиеся с ними, представляют довольно обычное явление. Ни в образе жизни, ни в одежде они не отличаются от своих новых сородичей; они только не женятся на тибетянках и монголках, так как слишком свободные семейные нравы, царящие у этих народов, им не по вкусу.

162. Оба эти озера лежит приблизительно на высоте 10.600 футов над уровнем моря, Дулан-го же на высоте 11.100 футов.

163. В строении северной части этой горной цепи главную роль играет долерит, а в средней и южной конгломераты (пуддинги). Об этом хребте замечу еще, что его главные вершины поднимаются футов на 1.200 над уровнем равнины, и что северные его склоны поросли кое-где древовидным и кустарным можжевельником.

164. По китайски бэй-цзы. Пржевальский это растение называет «хармык», а A. D. Carey, «Proc. Hoy. Geog. Soc.». IX, 745 — «хармо».

165. Я говорю, что это слово — монгольское, основываясь единственно на авторитете китайского географического словаря «Си-юй-туи-вэнь-чжи».

166. Барон (по монгольскому словарю I. I. Schmidt’а пишется барагон) значит «правая сторона или юг»; Дзун (дзегон) — «левая сторона или восток».

167. Пржевальский — «Третье путешествие по Центральной Азии», стр. 148-149, определяет цифру населения в 1.000-2.000 семейств, Тун-ши же, с которым я путешествовал, управляющий куку-норского князя и управляющий джасака Бапрон-Цайдама дают следующие цифры:

Тайчжинер

1.000

семейств (ва-ка)

Курлык

1.000

семейств (ва-ка)

Куку

1.000

семейств (ва-ка)

Барон

300

семейств (ва-ка)

Дзун

1.000

семейств (ва-ка)

Всего

4.300

семейств (ва-ка)

К этому числу следует прибавить еще до 500 лам. Цифры эти мне кажутся слишком высокими, и мы будем ближе к истине, если общую цифру монгольского населения Цайдама уменьшим на 1.500 семейств.

168. 11-го апреля в 5 ч. 30 м. утра 22° по Фаренгейту, в 2 часа дня 81° в тени, а в 6 час. вечера — 39°; 15-го апреля в 6 час. утра 32°, в 1 час дня 81° в тени, в 8 час. вечера 33°.

169. Номорхун — согласно Пржевальскому. Прим. Гр.-Гр.

170. На наших картах эта цепь гор фигурирует под целым рядом различных названий, но все они неизвестны туземцам. Наиболее часто у нас встречается название «Кунь-лунь», но новейшие китайские географы обозначают этим именем другую горную цепь, по всем вероятиям — Нань-шань Пржевальский дает ей название Бурхан-Будда, на других картах она называется Angirtakshia, но и то, и другое название неправильны. Бурхан-Будда надо в сущности читать Бурхан-бода (как правильно указано это уже, у Гюка, op. cit. II, 215), что значит «Котел Будды». Бурхан-бода в действительности есть название не всей горной цепи, а одного из горных проходов, так же, как Angirtakshia Номоран и Хато. Пржевальский, который так охотно придумывал новые имена для горных вершин, озер и местностей, имеющих местные, всем хорошо известные названия, здесь упустил прекрасный случай создать новое название: эта горная цепь, действительно, не имеет у туземцев одного общего названия. Почему бы не дать ей имени этого первого европейского исследователя северного Тибета или, по крайней мере, имени Гюка, которого Пржевальский так несправедливо поносит в своей книге?

171. Старшина этой маленькой купеческой компании, состоявшей из восьми или десяти человек, говорил мне, что годовой его заработок, притом только в особенно удачные годы, не превышает 35 ланов. За верблюдов, которых он нанимал, чтобы отправлять товары в Донкыр, он платил по семи пар сапогов, ценностью до 2 лан верблюд же поднимал до шестнадцати шкур яка, ценою в Донкыре 0,7 лана каждая. Он скупал шкуры диких яков и диких ослов, коз, баранов, ягнят и проч., а также в небольшом количестве меха, главным образом, рысьи, выменивая их на сапоги, вермишель, пшеничную муку, шертинг, иголки, нитки и проч.

172. В этом рассказе верно лишь то, что Пржевальский имел стычку с голоками. Прим. Гр.-Гр.

173. Я рассказал ему, что живу всегда в западной части Индии, и могу добраться до дома не иначе, как только проехав через весь Тибет, в котором я уже прежде жил некоторое время. На это он сказал мне, что и без моих слов был в этом совершенно уверен, так как, не будь я раньше в Тибете, откуда же мог бы я знать тибетский язык вообще, а диалект Лхассы в особенности?

174. Бранные выражения почти неизвестны тибетцам и монголам Куку-нора и Цайдама. Единственное «сильное выражение», которое, и то лишь в редких случаях, можно услышать от них, это «ах лама, кончок ченбо». Протестантские миссионеры в Лэхе перевели слово «Бог» — словом «кончок», но тибетцы никогда не употребляют его в этом смысле.

175. Гюн, op. cit, II, 214, описывает действие янь-чжана на человеческий организм в таких выражениях, которые мог бы употребить и китаец. В пров. Сы-чуань гористая болезнь нарывается «чжан-чи». И «янь-чжан», и «чжан-чи» означают одинаково — «ядовитые пары». Тибетцы называют ее ла-ду (ла-дуг), что также значит «яд горного прохода». Они приписывают ее действию ревеня, в обилии растущего по склонам местных гор, и утверждают, что испарения этого растения особенно ядовиты летом. В виде противоядия они советуют курить табак и есть чеснок. Даже животным, страдающим горною болезнью, дают чеснок. Д-р Bellew, — во время своего путешествия в Кашгар при переходе через Каракорумский перевал, нашел, что значительное облегчение приносят частые приемы хлорноватокислого кали. См. его «Kashmir and Kashghar».

176. Во всяком случае, несомненно, что вполне интеллигентные и образованные китайцы, хорошо знакомые с внешним видом медведей, их привычками и т. д., уверены, что в горах восточного Тибета, действительно, живут первобытные дикари.

177. Такие кисти в Китае употребляют только офицеры, а в Монголии и Тибете — все чиновники вообще. Описанный выше способ передачи полномочия третьим лицом — очень употребителен в этих краях.

178. Мой проводник называл этот перевал Дурин-ола, но один очень хорошо знающий эту местность человек уверял меня впоследствии в том, что это Амуни-Кор, принадлежащий к числу самых трудных горных проходов во всей этой цени.

179. На наших картах эта река носит название Бай-гола, но здесь я никогда не слышал этого названия. Но всем вероятиям, это неточная транскрипция слова Баян-гол.

180. В «Си-юй-тун-вэнь-чжи» Алак переводится «пестрый», а Ареки тот же источник объясняет таким образом, что это испорченное «хайарики» — крупный песок; последнее название, вероятно, стоит в связи с почвой русла этой реки. Озеро находится на высоте около 13.800 футов.

181. Я определил высоту перевала в 16.521 фут, по Пржевальскому же высота его равняется 16.100 футам.

182. Как оказалось, спускаясь с перевала, мы сбились с дороги, а потому я ничего не могу сказать об удобствах или недостатках этого горного прохода, который имеет, однако, большое значение, так как именно здесь чаще всего про ходят путешественники, направляясь в Восточный Тибет, и по этой же дороге в прежние времена ездили в Лхассу. Его название, означающее в переводе «легкий, удобный», очевидно указывает на то, что его предпочитают другому перевалу, лежащему к востоку и носящему название Хато-кутул — «каменистого перевала», между тем как, по моему мнению, второй гораздо лучше. Дороги, ведущие через оба эти перевала, сливаются на северном склоне перевала Бордза-кэра. Протекающую здесь речку Номоран-гол не должно смешивать с речкой того же имени, упоминаемой Пржевальским в его книге «Третье путешествие в Центральной Азии», которая находится много западнее.

183. Лаб-гомба — местечко, находящееся по близости к Тумбумдо, в восточном Тибете, дало Цайдаму множество великих святых. Хотя перерожденец Каб-Жиалсэрэ был только гыгэн, о нем говорили, что он вполне достоин быть хутухтой. Барон-Цайдам не мог позволить себе такой роскоши, так как за святого в таком сане было надо заплатить приличную сумму в пекинском министерстве колоний.

184. Приблизительная высота этого перевала 15.290 футов.