№ 60. Официальное сообщение. С.-Петербург, 30 марта (12 апреля) 1902 г.

(Ср. Сборн. дог. и дипл. 1895—1805 г., стр. 535—538).

Внезапно возникшие в 1900 г. во всем Китае тяжкие внутренние потрясения, подвергшие опасности императорскую миссию и [157] русско-подданных, вынудили Россию принять решительные меры для ограждения своих государственных интересов. С этою целью, как известно, императорским правительством командирован был значительной силы военный отряд по направлению к Пекину, покинутому богдыханом и правительственными властями, и введены российские войска в пограничную Маньчжурию, куда из Бэй-чжилийской провинции быстро распространились беспорядки, выразившиеся в нападении мятежных шаек и войск на русские пределы, с формальным объявлением местными китайскими властями войны России.

Тем не менее, императорское правительство предупредило правительство богдыхана, что принятие Россиею таковых мер отнюдь не имеет враждебных целей против Китая, независимость и неприкосновенность коего положены были в основу русской политики на Крайнем Востоке.

Верная этим началам, Россия, как только миновала непосредственная опасность, грозившая императорской миссии и русско-подданным, ранее всех прочих держав отозвала отряд свой из Бэй-чжи-ли и, при первых же признаках восстановления спокойствия в Манчжурии, заявила о готовности особым соглашением с Китаем установить способ и ближайшие сроки эвакуации этой провинции, конечно, с некоторыми гарантиями временного характера, которых требовало смутное положение дел в упомянутой области.

Заключение такового соглашения затянулось на многие месяцы, вследствие тяжелых условий, в кои поставлены были высшие китайские сановники, не решавшиеся, за отсутствием двора, действовать, как подобает представителям вполне независимого государства.

За последнее время, однако, умиротворение Китая сделало значительные успехи. Вслед за подписанием протокола 25 августа (7 сентября) 1901 года, богдыханский двор возвратился в столицу; центральная законная власть вступила в свои права; во многих частях империи восстановлены местные административные органы. На первом приеме дипломатического корпуса в Пекине кит. императрица, выразив иностранным представителям благодарность за оказанное державами содействие к подавлению смут, заверила их в непоколебимом решении принять все меры к водворению в стране существующего до восстания нормального порядка вещей. В сущности этим достигалась главная задача, которую Россия поставила себе с минуты возникновения беспорядков в соседней империи. Не преследуя никаких завоевательных целей, имп. прав-о настаивало на том, чтобы и другие державы не нарушали независимости и неприкосновенности Китая; чтобы законное прав-о, с которым России заключила многообразные соглашения, было восстановлено, и таким образом, по окончании смут, явилась бы возможность продолжения искони дружественных отношений с Китаем.

Имея в виду, что лишь с этими целями были посланы росс. войска в пределы поднебесной империи и что принятыми Китаем письменными обязательствами обеспечивается как сохранение порядка в стране, так и полное возмещение России материальных затрат, вызванных военными действиями в Китае, имп. прав-о отныне не видит более надобности к дальнейшему оставлению своих вооруженных сил в пределах соседней территории. Вследствие сего, по высочайшему государя имп. повелению 26 с. марта росс. посланником в Пекине, д. с. с. Лессаром, совместно с кит. уполномоченным подписано было следующее соглашение об отозвании русских войск из Манчжурии (См. № 59.).