ПАИСИЙ АГИАПОСТОЛИТ

ОПИСАНИЕ ГОРЫ СИНАЙСКОЙ

Паисия Агиапостолита, митрополита Родского, описание Святой горы Синайской и ее окрестностей, в стихах написанное между 1577 и 1592 гг., изданное в первый раз с предисловием А. И. Пападопуло-Керамевсом и переведенное Г. С. Дестунисом.

От Cпб. Комитета духовной цензуры печатать дозволяется. 5 Мая 1891 г.

Паломничество на Синайскую гору иеромонаха Паисия, впоследствии митрополита Родского (Родосского), издаваемое ныне в первый раз, заключает довольно подробное описание, принадлежащее перу ученого грека конца XVI столетия, отлично знакомого с этим краем и бывшего в состоянии сообщить нам о нем самые точные местные предания. В виду скудости подробностей в описаниях доселе известных греческих паломников, сообщение Паисия занимает выдающееся место, потому что он первый греческий поклонник, который специализировал свой труд.

Если бы мы доверились заглавию сочинения Паисия, то получили такое представление, что он во время своего хождения на Синай был митрополитом острова Рода (Родоса). В действительности он в ту пору был только иеромонахом. Заглавие же сочинения Паисия указывает на высший иерархический сан, полученный им позже (1597 г.), по написании уже паломничества.

Преосвященный Николай Катрами, автор ценного сочинения об острове Закинфе, знает очень мало подробностей о Паисии, своем земляке 1. [II]

Место рождения Паисия означено им самим в конце издаваемого нами сочинения его. Он ZakunJioV, т. е. уроженец острова Закинфа. Сборник бесед Паисия, произнесенных им на Востоке и еще не изданных, подтверждает это сведение. Этот сборник есть собственноручная рукопись Паисия, сохранившаяся в библиотеке Св. Марка в Венеции (Codex Nan. CXXIV), которая по пометке автора была отправлена на родной его остров, вероятно после его отречения или смещения с престола острова Рода (Родоса) 2.

Закинфское семейство, к которому принадлежал Паисий, осталось неизвестным Преосвященному Катрами 3. И с этим тоже знакомит нас Паисий: он принадлежит к семейству Агиапостолитов (Agiapostolitai) 4.

Вероятно Паисий поступил в монашество в одном из монастырей Закинфских, может быть, даже в монастыре Св. Екатерины, зависевшем от Синайской горы 5. [III]

Сделавшись иеромонахом, Паисий не раз посещал Синай. Он сам сообщает (стих 2264), что жил в Синайском подвории в Каире, и что тут написал свое стихотворение. Сделавшись членом Синайского братства, он приобрел право иметь особое жилище в самом монастыре Синайском. О своей Синайской келии упоминает он четыре раза (стихи: 1109, 1110, 1148, 1151).

Престол Александрийской патриархии помещался в конце XVI в. в городе Каире, где пребывают также епископы Синайские или их представители с довольно многочисленной свитой. Патриарх Мелетий Пига, занимавший в конце означенного столетия престол Александрийский, очень уважал Паисия, и обращался с ним как с одним из отличнейших духовных мужей своего времени и как с лицом, могущим служить ему по управлению делами православной Церкви.

Мелетий Пига посвятил Паисию шестостишие на классическом языке, приносящее честь памяти нашего писателя. Предмет этих стихов — приезд Паисия в Египет, случившийся во время прибывания Нильских вод. Приводим это шестистишие.

NeiloV epismaragdoV elissomenaiV eni dinaiV

alletai aisJomenoV Paisiou ercomenou.

Steyate NhreideV amarantoiV, steyate Numjai

andra jilon umnoiV, eikelon aJanatoiV.

AlwV o gerwn ejaJ, ai d ekluon mala g wka

hchsan o aktai Paision ercomenon 6.

"Нил шумящий прядает в крутящихся водоворотах, услыхав о приближении Паисия: Увенчайте, Нереиды, амарантами, увенчайте ими, Нимфы, мужа любимца [IV] песнопений, бессмертным подобного. Так старец вещал, они же быстро послушались, и берега огласились вестью о прибытии Паисия".

При всяком удобном случае патриарх Мелетий оказывал покровительство Паисию. Мы имеем ряд разновременных писем Мелетия к Паисию, доселе еще не изданных 7. Самое старое из них писано в августе 1592 г. из Каира. Паисий в то время находившийся на службе у Мелетия, поверг на его усмотрение свое намерение оставить свою епархию, по причинам, смысла которых нельзя выяснить себе из отрицательного ответа Мелетия 8. Однако причину этого намерения можно сблизить со следующим происшествием, известием о котором мы обязаны Нектарию Синаиту, сделавшемуся позже патриархом Иерусалимским 9. Около 1592 г. (?) скончался Синайский епископ Анастасий, престол которого, как известно, подчинен патриархии Иерусалимской 10. Со своей стороны Александрийский патриарх Мелетий желал воспользоваться случаем, чтобы приобрести некоторое влияние на дела Синайские и с этой целью старался посадить Паисия на Синайский епископский престол, но это ему не удалось, так как Синаиты избрали Лаврентия 11. [V]

Паисий любил философские и богословские исследования, но его не вполне еще выработанный метод исследования догматических вопросов приводил нередко к выводам, не удовлетворявшим друга его Мелетия, ученейшего богослова того времени. Мелетий Пига, человек с выдержанным характером и вполне православный, опасался всякого отступления от начал догматических. Занимаясь вопросом о душе, Паисий предположил, что она имеет материальное происхождение. Об этом Паисий неоднократно беседовал в присутствии Мелетия с целью разъяснить мучившие его вопросы 12. В 1595 году патриарх Мелетий получил от своего друга письмо с вопросами по тому же предмету. Мелетий, несмотря на малое свободное время, оставляемое ему управлением Церковью и удручающие его недуги, отвечал Паисию и подал ему в последний раз самое удовлетворительное утешение, какое только может подать ученый иерарх, и благодаря своему разуму возвратил своего друга к православию 13. [VI]

Ответ Мелетия, написанный в Александрии в августе 1596 года (dekath jJinontoV bohdromiwnoV zro) пространнее обыкновенного письма; он содержит в себе небольшое сочинение о происхождении души, которое может быть признано образцовым для своего времени 14. Паисий, вполне удовлетворенный логическими объяснениями и наблюдениями своего друга, не дерзнул более подымать этого вопроса.

После продолжительного молчания, Паисий отправил из Константинополя письмо к Мелетию, в котором извещал его, что духовенство и народ этого города выражают желание вверить вселенскую патриархию управлению Мелетия, на время упразднения престола, по смерти похитителя Феофана Карики. В ответе [VII] своем Мелетий выразил согласие на всеобщее предложение 15 и мы знаем, что он в 1597 г. действительно занимал патриарший вселенский престол в качестве местоблюстителя (epithrhthV).

По случаю этого перемещения, Мелетий мог обнаружить, как он ценил Паисия, назначив его митрополитом острова Рода (Родоса) (1597 г.). Но едва занял Паисий свой престол, как пришел в столкновение со Вселенской патриархией. По приезде на Род (Родос) Паисий узнал, что этот остров посещен был экзархами для сбора милостыни в пользу Вселенской патриархии, которая тогда должна была огромные суммы денег еврейским банкирам Оттоманской столицы. Паисий и духовенство его епархии восстали против такого сбора и стали домогаться у патриархии освобождения от уплаты этого сбора, который синодальным решением был обязателен для всякой епархии, подчиненной юрисдикции Константинопольской патриархии, а потому всякое сопротивление к уплате этого сбора со стороны должностного епископа признавалось за проступок и Родский (Родосский) митрополит Паисий явился в ряду непокорных.

Однако Мелетий не прогневался на митрополита Родского (Родосского) и почел достаточным обратиться к Паисию с отеческими увещаниями, советуя ему не противодействовать, а наоборот помогать экзархам, чтобы тем облегчить ежедневные муки своего первосвятителя, который, со всех сторон притесняемый, старался спасти по крайней мере останки вверенного его попечению престола. Это отеческое увещание помечено 3-м февралем 1598 г. В том же письме Мелетий разрешал Паисию приехать в Константинополь, [VIII] и тем, на короткое время, рассеять свои печали 16. Этим разрешением Паисий не мог воспользоваться, так как вскоре патриарх Мелетий, местоблюститель Вселенского престола, оставил Константинополь и возвратился в свою Александрийскую патриархию. Судно пристало к Линду, гавани острова Рода (Родоса), отстоящей на довольно далекое расстояние от местопребывания Паисия. Из Линда Мелетий приветствовал своего друга колким письмом от 1 августа 1598 г. 17. Паисий, узнав об отъезде Мелетия из Константинополя, пожелал угодить той партии синода Вселенской патриархии, которая составляла оппозицию Мелетию; поэтому он почел благоразумным сделать вид, что ему ничего неизвестно о приезде Мелетия и таким образом упустил случай выехать ему на встречу.

По возвращении Мелется в Александрию, его переписка с Паисием получает особенное значение для истории его временного управления делами в Константинополе. В двух письмах, одном от 2-го ноября 1598 г., другом 1599 г., он повторяет рассказ о томивших его тамошних церковных делах и свои жалобы на счет обращения с ним Цареградского духовенства 18. Третье письмо его к Паисию, помеченное 26 июлем 1599 г., вполне офищальное: оно имеет предметом дело об обители Св. Илии на острове Роде (Родосе), зависевшей от патриархии Александрийской 19. Есть еще одно письмо, последнее, 1600 г., в котором говорится об одном незаконном браке 20.

Между тем Паисий, ставленник Мелетия, не мог [IX] быть приятен противникам сего последнего, воссевшим на Константинопольский патриарший престол.

Предлоги, по существу недостаточные, но с формальной точки зрения законные, привели к тому, что Вселенский патриарх Рафаил II отнял у Паисия его митрополичий престол Родский (Родосский) и отдал его епархию одному из своих сторонников (1603 г.).

Вот официальный акт его низложения:

Рафаил, Божиею милостию Архиепископ Константинополя, нового Рима, и вселенский патриарх.

По сему соборному (синодальному) решению и произошедшему в то время рассмотрению, поелику Родский (Родосский) митрополит Паисий оказался не только непокорным и пренебрежительным, когда не захотел выдать даже и части сей повинности, в определенное на то время или и до сих пор, но и очень много против архиереев собора, их помыслов и управления (между тем как собор по смерти законного патриарха Матфея правильно дал нам сие назначение), итак он, увлекаемый дерзостью и [X] неразумным порывом, много против архиереев собора письменно наболтал и их осуждал, и осмелился без соборного (синодального) и нашего разрешения, покинуть сию свою митрополию и свыше шестимесячного срока пребывать в иноземных городах и странах 21, что воспрещено божественными канонами, посему за все упомянутое сей митрополит Родский (Родосский) Паисий подлежит отрешению, а по сему и мы, ныне здесь находящиеся, последуя таковому мнению архиереев, решаем, дабы сей митрополит Родский (Родосский) Паисий был и оставался отрешенным и лишенным всяких архиерейских власти и чина, и вместо сего нарушителя канонов и обвиненного рукоположен бы был канонически другой законный митрополит в сию Родскую (Родосскую) епархию. Посему и для [XI] объявления о том учинен сей акт в лето 7112, в декабре месяце, индиктиона 2-го 22.

Паисий, изгнанный из своей епархии, прибегнул к другу своему Дионисию, митрополиту Ираклийскому, во Фракии, человеку ученому, стороннику Мелетия, опытному в делах церковного управления, с просьбою о его ходатайстве перед новым патриархом, испрошении для него прощения и о доставлении ему звания экзарха для прокормления. Ответ Дионисия есть блестящее доказательство невиновности Паисия. Вот письмо Дионисия:

Дионисий, митрополит Ираклийский, Паисию, бывшему архиепископу Родскому (Родосскому):

Получив твое честное письмо, любезный друг, и внимательно рассмотрев его содержание, — как тебе покажется? — я почувствовал печаль. Я подумал: ведь это беззаконно, чтобы люди достойные и отличные отрешаемы были от должности и чтоб ею беспрепятственно овладевали люди свойств противоположных. [XII] Итак, согласно с Софоклом 23 “этим страждут по большей части города, когда муж способный и доблестный ничем не отличен от негодяев”. Справедливо, как кажется, в настоящем случае могут быть сказаны слова поговорки, что “источники текут поверх рек”.

Однакож обратим необходимость в честолюбие, как наставляет Григорий 24, да обретем мзду скорбей во время нашего епископства. По этому делу я переговорил с (таким-то) и просил оказать возможное, согласно с твоим прошением и с моим к тебе расположением. Но дело не подвинулось, а все одни отлагательства. “Пусть потерпит, сказал он, и через несколько времени мы ему дозволим пользоваться ею” 25. Относительно же [XIII] другого дела ничего не произошло достойного нашего желания, ничего из того, о чем я сам просил. Он говорит: “За делом, о котором ты просишь, следует и пользование должностью”. Поэтому тебе должно выбирать то, что тебе кажется лучшим: ты сумеешь и понять и исполнить лучшее 26.

Однако Дионисий не мог удовлетворить просьбе Паисия. Патриарх Рафаил II и люди его окружавшие советовали Паисию через Дионисия иметь бесконечное терпение.

И на самом деле терпению Паисия не было конца. С 1603 г. до 1639 он был забыт и жил в неизвестности. Нигде не попадается никакого о нем сведения; не знаем даже, где он проживал. Патриарший Константинопольский престол за этот промежуток времени был занимаем многими патриархами, по нескольку раз. Только в 1639 г. положен был конец бедствиям Паисия. 18 сентября этого года он был выведен из забвения, и рукоположен в митрополита [XIV] Гана (Ганоса) и Хоры во Фракии 27. Этот же год был, вероятно, концом его жизни, так как история больше о нем не упоминает.

Сочинения Паисия немногочисленны, нам известны:

1. “Стихи избранные из Псалтири”. Находятся в конце одной Псалтири, писанной в 1620 г. Синайским иеромонахом Иеремией 28.

2. Эпиграмма в десять стихов, написанная языком классическим, посвященная похвале ученого Максима Маргуния. Она извлечена из рукописи № 124 библиотеки Св. Марка в Венеции и издана Димитракопулом 29.

3. Тридцать не изданных бесед, в той же рукописи; в одной из них рассуждается о чистилище латинской церкви 30.

4. Описание горы Синайской и ее окрестностей пятнадцатисложным размером, языком смешанным. О ней упоминает Никифор Марфали Глика, автор сочинения о Синае, изданного в Терговисте в 1710 г. Нам известны три рукописи этого описания: Первая — в книгохранилище Синайской обители № 534, 1629 г. 31. Вторая в Национальной Парижской библиотеке f. du suppl. grec. № 680, того же 1629 г. 32, и третья приобретенная нами в 1884 году в Константинополе, начала XVII века.

Наша рукопись есть небольшая книжка в 12-ю долю, состоящая из восьми пронумерованных тетрадок, а именно из 64 листков бумаги. Каждая страница [XV] содержит 18 стихов. Судя по письму эта рукопись не старше первых годов XVII ст. Переписчик писал красиво, но сокращений и орфографических ошибок очень много. Заглавие написано красными чернилами, равно как и первая буква каждого двустишия. Помета, на поле 1-го листка, указывает, что в 1755 году рукопись эта принадлежала некоему Иоанну табулларию.

Между тем наш список, по множеству имеющихся в нем ошибок и неясностей, не мог бы служить главной основой в настоящем издании, если бы у нас не было под руками другого списка. Благодаря Императорскому Православному Палестинскому Обществу, управление Парижской Национальной Библиотеки благосклонно выслало в Петербург хранящийся там список, который мы могли внимательно сличить с нашим. Парижский список, хотя и сильно нарушающий правописание и очень уступающий нашему с точки зрения исполнения, оказался для понимания многих стихов предпочтительным. Парижский список имеет малый формат и составляет в целом книжку в 53 листа, переплетенную вместе с другими текстами в одном томике. По сделанной в конце записи он написан в 1629 г. Этот список мы обозначили под буквой В, а наш под А 33.

Мы рассудили за благо не отмечать при нашем издании орфографических ошибок обоих списков, [XVI] так как не предвидим пользы в сличении тысячи слов, в относительно новом тексте, неправильно написанных необразованными списателями; тем не менее мы озаботились обозначать разночтения обоих списков в тех случаях, где нам казалось, что сии разночтения представляют какой-либо интерес по отношению к смыслу и к форме слов. В таких случаях мы были принуждены выдерживать своеобразное писание обоих списков.

Текст стихотворения Паисия написан языком смешанным. Так, он содержит в себе новогреческое образование древних слов, много слов сложных, очень много новогреческих, из которых порядочное число вышло из употребления. Вследствие этого было бы необходимо приложить к тексту литературные и грамматические примечания. Но так как такой труд потребовал бы не мало времени, которым мы не располагали, то ограничились в настоящее время [XVII] изданием только текста, который мы постарались установить с возможною точностью, насколько нам позволяли сличение обеих рукописей, мысль автора и размер стихов. Все различия и грамматические ошибки обеих рукописей мы тщательно отметили в примечаниях внизу страницы, за исключением неверных ударений, которых мы не сочли необходимым отметить. В конце издания помещен азбучный указатель слов и форм, в котором, как мы надеемся, занимающиеся историей новогреческого языка, найдут полезный материал, а также тe опечатки, которые мы успели заметить до окончания печатания. За текстом следует Русский перевод, сделанный моим почтенным другом Гавриилом Спиридоновичем Дестунисом.

Остается прибавить еще следующие примечания.

По собственному своему признанию, Паисий написал свое стихотворение в Каире, на подвории Синайской обители (стихи 1264, 1265). Когда писал его, он был иеромонахом (стихи 1276, 1277), а не митрополитом Родским (Родосским), как означено в заголовке стихов. Поэтому мы в заглавии этого издания, сообразуясь с действительностью, именовали его иеромонахом и Синаитом, бывшим потом митрополитом Родским (Родосским). Для определения эпохи его сочинения принято в основу его звание иеромонаха и упоминание об Александре, господаре Угровлашском (стихи: 1113, 1114). Этот Александр, по-видимому, есть Александр II (1569 — 1577), а не Александр III, которого княжение (1592 г.) не продолжалось и одного года 34. Выше было сказано, что Паисий, из иеромонахов был рукоположен митрополитом Родским [XVIII] (Родосским) в 1597 г. А так как ему в Каире в 1592 г. не удалось быть избранным в епископы Синайские (что принудило его вслед затем покинуть братство и поступить на службу патриарха Александрийского); поэтому нам кажется вероятным, что Паисий написал свое стихотворение немного раньше 1592 г., будучи еще Синайским иеромонахом.

В стихах 1231 и 1232 Паисий упоминает об Александрийском патриархе Иоакиме, как о чудотворце и о благотворителе Синайской обители. Иоаким скончался, занимая свой престол, 17 сентября 1567 г. в глубокой старости; по собственноручной отметке его преемника Сильвестра, 115 лет от роду, после того, как был патриархом целых 78 лет, а именно с 1489 года 35. Сильвестр часто посещал Синайскую гору, покровительствуя тамошнему монастырю своим званием и тем уважением, которым он пользовался у Арабов. Древнейшее известное нам посещение его Синайской горы относится к 1523 году, когда он там переписал собственноручно Октоих, в августе месяце 36.

Достойно замечания сведение, сообщаемое о Иоакиме Александрийском, как чудотворце. Последний действительно сопричислен к новейшим Святым нашей церкви, и Паисий упоминает о чуде с ядом, о котором имеем достоверные свидетельства в Русских путешествиях Василия Познякова 37 и Трифона Коробейникова 38. Другое чудо, относящееся до небольшой горы, называемой по-турецки Дуб-даг и находящейся [XIX] в старом Каире, известно нам по арабскому тексту, переведенному на греческий язык в 1682 г. Греческий текст о чуде впервые обнародован в Венеции в 1755 г. с последованием освященного Христодула, на стр. 15 — 27 приложения. Однако некоторые, приняв этот текст за неизданный, не преминули издать и большие отрывки из оного как нечто новое. Достойно замечания сверх того упоминание Паисием в Синайском монастыре часовни латинской для приезжающих туда из Европы паломников и для латинских священников (стихи 1321 — 1326). Синайская обитель в самом деле в средние века оказывала латинянам терпимость, которую трудно объяснить с точки зрения канонической. История этого обстоятельства еще не исследована. Есть много памятников, из которых видно, что Синаиты собирали в Европе милостыню, и что Европейские короли и князья часто отсылали на Синай подаяния. Покойный грек Перикл Григориад, автор превосходной истории Синайского монастыря, первый сообщил сведение, что в архивах оного находятся многочисленные латинские и итальянские акты Венецианской республики, королей Испанских и Французских. Древнейший акт относится к началу XIII столетия. Некоторые из них были изданы Григориадом, одни в переводе, другие в подлиннике 39. Кардинал Питра издал также некоторые акты Римских пап к епископам Синайским или о делах Синайских 40. Древнейший из них принадлежит 1218 году; этот акт отправлен был к Синайскому епископу Симеону, как верному [XX] чаду Римского престола, между тем как сей Симеон у нас считается каноническим епископом. С XIII в. по XIV, а может быть, и позже, на Синае, по-видимому, была в употреблении в лице епископа система унии, которой Синаиты достигли сохранения Синайских владений в латинских княжествах Востока и добывали из Европы пособия для охранения в те бедственные времена самих себя и своей обители.

29 апреля 1891 г.

Текст воспроизведен по изданию: Павла Агиопостолита, митрополита Родского, описание Святой горы Синайской и ее окрестностей в стихах, написанное между 1577 и 1592 г. // Православный палестинский сборник. Вып. 35. СПб. 1892

© текст - Пападопуло-Керамевс А. 1892
© сетевая версия - Тhietmar. 2005
©
OCR - Вдовиченко С.; Колоскова Л. 2005
©
дизайн - Войтехович А. 2001
© Православный палестинский сборник. 1892