Комментарии

К главе "БЕЗУМНЫЙ ПОХОД"

1 См. стр. 277-278 в главе "ОХОТА ЗА ЗОЛОТОМ".

2 Хиль Гонсалес де Авила (Gil Gonzalez de Avila) (? - 1543 г.) - конкистадор, участвовал в завоевании Панамы; его племянником был Франсиско де Авила (см. прим. 80 к главе "ЭКСПЕДИЦИЯ В ТАБАСКО")

3 .. аделантадо - Франсиско де Монтехо (см. прим. 80 к главе "ЭКСПЕДИЦИЯ В ТАБАСКО").

4 Слова популярной в то время песни.

5 1/4 легуа (1 легуа = 5,572 км)= 1,393 км.

6 Берналь Диас дает множество утомительных однообразных подробностей (Л., 1928 г.). О лесах этих мест Кортес писал: "Кроны деревьев отбрасывали такую тень, что солдаты не видели, куда ставить ногу".

7 Гуэйакала (Gueyacala) - Большая Акала (Gran Acala) и Малая Акала (Acala la Chica); сама провинция, согласно Кортесу и некоторым другим авторам, называлась Акалан (Acalan); столицей Акалана был город Ицамканак.

8 См. прим. 7 к этой главе.

9 Очевидно, река Канделария (Candelaria - Сретение). При постройке этого моста было много трудностей, ропот конкистадоров, требующих возвращения в Мешико, нарастал; они кричали Кортесу: "Безумец, куда ты нас завел?! Немедленно веди назад!" Как сообщает Франсиско Лопес де Гомара в "Истории завоевания Мешико": "Никогда еще Кортес не испытывал таких неурядиц. Он не вступал в споры и не ругался с солдатами, а испросил у них лишь 5 дней. И если в течение этого времени мост не будет построен, он дал обещание повернуть назад". Постройка индейцами этого моста была завершена за 4 дня.

10 Масеуали (науа - простолюдин; как группа - масеуальтин), составляли основную часть населения государства мешиков; это были общинники - члены кальпулли, с выделенным каждому земельным наделом, - земледельцы, ремесленники, охотники и рыбаки - рядовые воины в армии мешиков. Масеуали в отличие от другой, гораздо меньшей по численности части - текутли (с науа - владыка; так мешики называли свою знать: глав кальпулли, военачальников, жрецов, чиновников, которая к тому времени была наследственной, от этого ее другое название - пилли, с науа - дети владык; как группа - пильтин), не платящей налоги и имевшей много других привелегий, несли на себе бремя налогов и различных повинностей. Была и другая группа мешиков, формально свободных, но не имеющих своего земельного надела и работающих за плату на чужой земле, презираемых в мешикском государстве - тлальмаитль (с науа букв. - рука, у которой нет земли); ниже же всех были рабы - тлатлакотин.

11 Эрнан Кортес об этих событиях в своем пятом письме-реляции (от 3 сентября 1526 г.) императору Карлу V сообщает следующее: "Здесь, в этой провинции [Акалан], произошло одно событие, о котором сообщаю Вашему Величеству особо. Один честный житель города Теночтитлан, которого звали Мешикальсинго, а после крещения - Кристобаль, весьма секретно ко мне прийдя ночью, принес мне изображение на бумаге, сделанной в своей земле, и дал понять, что хочет сообщить мне важное о Куаутемоке - бывшем сеньоре города Теночтитлан, которого я победил и пленил, и как человека, склонного к мятежу, взял с собой в этот поход вместе со всеми остальными сеньорами, которых также было опасно оставлять, ибо они могли взбунтоваться на своих местах. И сообщил мне этот Кристобаль, что Куаутемок и Коанакочцин - бывший сеньор Тескоко, и Тетлепанкецальцин - бывший сеньор Тлакопана, и еще Такитекль, который был - в Тлателолько, части города Мешико, много раз говорили о том, как вернуть себе свои земли и власть, отнятые испанцами. И сообщил Мешикальсинго, которого, как я сказал, теперь зовут Кристобаль, что они решили это исправить и вернуть себе власть и владения, и говорили об этом много раз в этом походе, и они приняли решение - воспользоваться подходящим случаем и убить меня и тех, что шли со мной, а после, убив нас, призвав людей этих мест, пойти и убить Кристобаля де Олида и всех людей, что были с ним. И послать своих вестников в город Теночтитлан для того, чтобы убили всех испанцев, которые в нем были, сделав это внезапно и быстро, а потом, покончив с ними, начать войну и уничтожить во всех городах и селениях живущих там испанцев, и еще во все порты послать отряды, чтобы ни один корабль не вернулся в Кастилию. Вот что было решено этими сеньорами, которые уже распределили земли между собой, также и этого Мешикальсинго сделали сеньором какой-то провинции. А поскольку я был столь подробно информирован этим Кристобалем о готовящемся бунте против меня и против других испанцев, я принес множество благодарностей Нашему Сеньору [Богу], а затем на рассвете взял под стражу всех сеньоров и поместил их отдельно одного от другого, и произвел допрос о том. как было дело, и каждый рассказал мне тоже самое, что и другие, хотя каждый из них находился отдельно от других; так все они признали правдой, что Куаутемок и Тетлепанкецальцин были организаторами этого дела, и все другое было правдой, а они только слушали, однако никогда не собирались согласиться на это; таким образом, повешены были эти двое, а остальные были отпущены, поскольку, на мой взгляд, не были больше ни в чем виноваты, кроме того, что слушали, хотя одним этим они заслуживали смертной казни". Следует заметить, что позже, когда этого Мешикальсинго (Кристобаля) подверг допросу с пристрастием Иштлильшочитль (дон Эрнан) - правитель Тескоко, то первый утверждал, что ничего не сообщал Кортесу. Добавим, что Кортес не сообщил Карлу V о том, что рядом с Куаутемоком и Тетлепанкецальцином повесил монаха Хуана де Текто, а второй монах, Хуан де Айорас, также не вернулся из этого похода. Об этих двух монахах Берналь Диас вскользь говорит (в этой же главе, стр. 298-299): "...и те, что были наказаны, два монаха-франсисканца, хорошие и набожные, успели обучить..." В этой книге на стр. 294 есть иллюстрация со старинного индейского рисунка, где изображены повешенные на ветвях сейбы Куаутемок и Тетлепанкецальцин. а рядом на виселице монах Хуан де Текто. В старинном индейском предании из родного города Куаутемока Ичкатеопана (совр. штат Герреро в Мексике) рассказывается, что Эрнан Кортес, желая любой ценой вырвать у Куаутемока, который был уже христианином, признание в заговоре, послал к нему монаха Хуана де Текто, который, вернувшись, сказал, что Куаутемок ни в чем не замешан. Кортес разгневался и повесил монаха на виселице, а в первом часу ночи 28 февраля 1525 г. конкистадоры, ворвавшись в хижину, где спал Куаутемок, забрали его и 9 или 10 знатнейших мешиков и всех их повесили без суда. На ветвях дерева вместе с Куаутемоком и Тетлепанкецальцином, по другим источникам, были повешены многие другие вожди, число их называют разное. Так например, испанский хронист Хуан де Вильягутьерре Сото Майор говорит о 8, а другие -от 5 до 10 человек. А в старинной индейской рукописи из Тепешпана в месте, где говорится о событиях 1525 г., нарисовано дерево, а на его вершине привязано за ноги обнаженное тело Куаутемока с отрубленными головой и руками до плеч. И хотя Хуан де Торкемада в своем труде "Индейская Монархия" делает следующий вывод: "...если меня спросят о причине этой казни, то я должен сказать, что она была не иначе, как следующей: для Кортеса было большой нагрузкой все время охранять этих сеньоров", несомненно то, что Кортес боялся Куаутемока, которому были преданы мешики, ведь если бы он поднял восстание, они бы не раздумывая пошли за ним. Ведь Кортес, по словам Франсиско Лопеса де Гомары, еще раньше в Мешико никогда не выезжал верхом и не выходил из дома без Куаутемока и постоянно держал его при себе в качестве заложника. Относительно других знатных мешиков скажем, что их не спасло от смерти то, что они были Кортесом "отпущены'', ибо как говорит Диего Дуран в "Истории индейцев Новой Испании": "...но не один Куаутемок был отправлен на тот свет, все те знатные сеньоры и сановники, которых Кортес взял с собой из страны мешиков, нашли свой конец в тех краях: одни умерли сами, другие погибли насильственной смертью, будучи повешенными, затравленными собаками или убитыми иным способом..." В заключение расскажем следующее. После ухода войска Кортеса от места казни несколько десятков мешиков, оставив тайно его ряды, вернулись, сняли трупы своих вождей, и по обычаю обложив их душистыми растениями, завернули в куски тонкой хлопчатобумажной ткани. Тело Куаутемока было скрытно доставлено в его родной город Ичкатеопан, там жила его мать, и там ему как верховному правителю Мешико были устроены, согласно обычаю, пышные похороны с погребальным костром, а останки были погребены в родовой усыпальнице предков-правителей Ичкатеопана. В этот город в декабре 1529 г. пришел известный монах Торибио де Бенавенте "Мотолиния", уважаемый и любимый индейцами, он, узнав о том, где погребены останки Куаутемока, убедил индейцев перенести их в другое место и, захоронив, возвести над этим местом христианскую часовенку, поскольку, как уже говорилось, Куаутемок был христианином. Через 7 или 8 лет при содействии этого же монаха на месте этой часовенки был построен величественный собор, спланированный так, что место, где были погребены останки Куаутемока, оказалось под его алтарем. Это место захоронения по совету того же Торибио де Бенавенте "Мотолинии" индейцы держали в строжайшей тайне, передавая от поколения к поколению, от отца к сыну, на протяжении сотен лет. В начале 1949 г. ее хранитель, умирая, раскрыл ее на исповеди католическому священнику, а тот сообщил центральным властям в Мехико, оттуда прибыла в Ичкатеопан специальная комиссия из известных ученых - археологов, архитекторов, медиков и антропологов. 26 сентября 1949 г. под алтарем этого собора на глубине двух метров исследователи нашли узкую щель, оказавшуюся входом в маленькую гробницу, высеченную в твердом скалистом грунте; в ней были части сильно обожженных человеческих костей, пепел, медные кольца, бусы и подвески, два украшения из столь ценимого мешиками голубого нефрита и большой медный наконечник копья, тут же рядом лежала тонкая пластинка овальной формы из сильно окислившейся меди, на ее лицевой стороне отчетливо были видны крест и короткая надпись из букв в староиспанском стиле, выбитых или выгравированных каким-то острым и твердым предметом. Надпись гласила: "Государь и повелитель Коатемо". Учеными было установлено, что этот собор был построен до конца 30-х годов XVI века над уже имевшейся там гробницей, также был доказан древний возраст, более 400 лет, медных изделий и пластинки с надписью; палеографический анализ самой надписи позволил уверенно отнести ее к XVI веку. Были изучены и части человеческих костей, найденных в этой гробнице; в заключительном протоколе этой комиссии сообщалось: "Большая часть исследованных костей принадлежит мужчине атлетического сложения, 25-30 лет, 180 сантиметров роста... На третьей плюсне пальца правой ноги заметна деформация, которая, очевидно, не является следствием возрастных изменений, травмы или какого-то заболевания (например, туберкулеза). Остается предполагать, что она вызвана повреждениями, полученными при жизни в результате сильного ожога ступней ног..." (MartinezH. Perez, Guzman Е., Сиагоп A. Quiroz, Labre A. Teja, La supervivencia de Cuauthemoc. Mexico, 1951, p. 202-203).

12 Лакандоны (Lacandones) - индейский народ, говорящий на диалекте языка юкатанских майя (языковая семья майя-киче).

13 Масатекас (Mazatecas); Эрнан Кортес называет эту область: "...провинция Масатлан (Mazatlan).

14 Тайясаль - столица индейцев маяй-ицев (обосновавшихся в этом районе с XII в.), располагалась на острове посреди озера Петен Ица, в нее можно было попасть лишь по воде на лодках, от берега до нее было несколько километров. Эрнан Кортес в своем пятом письме-реляции Карлу V сообщает: "Покинув провинцию Масатлан, я направился в Тайясаль и через 4 легуа заночевал в безлюдном месте, безлюдной была и вся земля на протяжения этой дороги. Со всех сторон были горы и дремучие леса, а еще здесь был трудный перевал, который из-за своих камней и скал, состоящих из ломкого алебастра, получил название Алебастрового. Мои разведчики, находившиеся впереди вместе с проводниками, на пятый день увидели перед собой огромное озеро, похожее на морской пролив, и я даже поверил, что так оно и есть, несмотря на его пресную воду, - так велико и глубоко было это озеро". Кортес отправил на лодке в Тайясаль к правителю майя-ицев Канеку посланца, одного из своих проводников, жителя Масатлана; конкистадоры тем временем строили укрепленный лагерь. Кортес продолжает: "И таким образом я расположился на берегу этого озера и собрал всех своих людей, разместил, наилучшим образом позаботившись о них, так как проводник из Масатлана сообщил мне, что здесь есть много людей, весьма искусных в военном деле, так что все соседние провинции очень их боятся. [Проводник вернулся ночью вместе с двумя знатными из Тайясаля.] Я принял их весьма радушно и подарил им несколько вещиц, сказав, что прибыл в эти края по приказу Вашего Величества повидаться и переговорить с их сеньорами и простыми людьми о некоторых делах по Вашей королевской службе и о делах, выгодных для них. [Кортес, провожая гостей, просил о встрече с Канеком и, дабы снять подозрения, послал с ними одного солдата.] На другой день на 5 или 6 лодках прибыл Канек, и вместе с ним примерно 30 человек... Я принял его весьма учтиво и, поскольку наступил час мессы, я приказал ее провести с пением и музыкой очень торжественно". В конце долгих переговоров с участием доньи Марины Канек добровольно признал себя вассалом Карла V и обещал уничтожить всех своих идолов. Что же касается оставленного Кортесом коня, то его поместили в храм, преподносили мясо и букеты цветов. А когда он умер, майя-ицы сделали его статую почти в натуральную величину, дав и имя новому идолу - Циминчак ("Громовой тапир"; цимин - тапир, чак - гром, дождь, гроза), и поклоняясь как божеству дождя, грома и молний; статуя была разбита монахом-франсисканцем. Последнее государство индейцев майя-ицев было завоевано конкистадорами лишь в 1697 году, в марте месяце.

15 Пасху Святого Воскресения Нашего Спасителя Иисуса Христа в 1525 году римско-католическая церковь праздновала 16 апреля (по старому стилю, а по новому - 26 апреля 1525 г.); следовательно, канун Пасхи приходился на 15 апреля (по ст. ст., а по новому - 25 апреля 1525 г.).

16 ...новый город Трухильо - основанный Франсиско де Лас Касасом (см. стр. 288 в начале этой главы); расположен около мыса Гондурас; в настоящее время город-порт в Республике Гондурас.

17 То есть, доньи Марины (Л., 1928 г.).

18 См. прим. 15 к главе "ОТКРЫТИЕ ЮКАТАНА".

19 То есть, кораблей Франсиско де Лас Касаса (см. стр. 288 в начале этой главы).

К главе "ВОЗВРАЩЕНИЕ КОРТЕСА"

20 Нуньо де Гусман, полное - Нуньо Бельтран де Гусман (Nuno Beltran de Guzman) - испанский конкистадор; был губернатором провинции Пануко, главой Аудьенсии Новой Испании, позже был заключен в тюрьму Мехико, а затем отправлен в Испанию, где и умер в безвестности.

21 ...люди Педро Ариаса де Авилы - того самого, о котором Берналь Диас говорит в начале главы "ОТКРЫТИЕ ЮКАТАНА", стр. 10 (см. также прим. 28 к той же главе).

К главе "КОРТЕС НЕ У ВЛАСТИ"

22 См. в главе "КОРТЕС И ИСПАНИЯ" стр. 287.

23 См. прим. 27 к главе "БОРЬБА ЗА ДАМБЫ".

24 Папа Климент VII (кардинал Джулио Медичи; считается, что он стоял во главе заговора против предыдущего папы Адриана VI, в результате которого последний был отравлен) - с 1523 г. по 1534 г.

К главе "ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ"

25 ...со всех концов Мешико - то есть, со всех концов бывшего государства мешиков (астеков).

26 Под видом наказания за "бунт" (Л., 1928 г.). При Нуньо Гусмане число индейцев, обращенных в рабство в провинциях Пануко, Халиско и проч., было очень велико; он продавал их огромными партиями работорговцам с островов Эспаньола, Ямайка, Куба и других, на которых местные индейцы были уже почти полностью истреблены. Не намного отставали от него и прочие конкистадоры. Бартоломе де Лас Касас в "Кратком донесении о разорении Индий" сообщает: "Уничтожая невинных людей и разоряя их земли, испанцы прикрывались тем, что будто бы они карают за неповиновение королю. Если индейцы не так быстро выполняли требования испанцев и не торопились попасть в их жестокие руки, то испанцы называли их мятежниками, восставшими против короля.... Однажды пришли испанцы в поселение и принесли с собой индейских идолов, которых они отобрали в прежних походах. Капитан вызвал касика и повелел ему взять идолов и за каждого идола дать раба или рабыню, в ином случае угрожал войной. Касик, устрашенный этим, приказал взять идолов, а испанцам дать рабов. Где было два сына, брали одного, а где три - двух. Таким образом, он выполнил требование испанцев... Вот теперь вы видите, какие примеры христиане показывали индейцам!.. Не могу не рассказать о том, что корабли, увозившие рабов-индейцев, бросали потом в море более одной трети людей. В погоне за большим количеством рабов, чтобы получить побольше денег за них, корабли набивали сверх всякой меры. Продуктов и воды едва хватало для испанцев, ездивших грабить. Индейцы умирали в дороге от жажды и голода, их тела бросали в море. Один испанец говорил, что на всем протяжении от Лукайских [(Багамских)] островов до Эспаньолы, на расстоянии 60-70 легуа, корабль мог идти без компаса, ориентируясь только по трупам индейцев, брошенных в море с кораблей. Привозили индейцев на острова, и сердце могло разорваться у каждого, кто видел этих голых, падающих без сознания от голода детей и стариков, женщин и мужчин. Как ягнят, отделяли детей от отцов, жен - от мужей. Разбив индейцев на группы по 10-20 человек, испанцы начинали делить их между собой. Они бросали жребий, кому какая группа достанется, и если там попадался старик или больной, то испанец кричал: "А этого старика пошлите к дьяволу. Зачем вы его мне даете, чтобы я его похоронил? Зачем мне этот больной, чтобы его лечить?" Вот какую любовь к ближнему выказывали эти христиане!.. Все рассказанное могут подтвердить многие свидетели, прокуроры из Королевского Совета по делам Индий. Но все чиновники-юристы, которые должны заниматься вопросами права, очень мало разбираются в этом, и до сего дня из-за их невероятной слепоты никто не занимается изучением всех этих преступлений и убийств, совершаемых и по сие время. Они только регистрируют: "Такой-то и такой-то совершили такие-то жестокости по отношению к индейцам, и из-за этого король потерял из своих доходов столько-то тысяч кастельяно". Раньше индейцы считали испанцев посланцами с небес, и как они их принимали, как верили им до тех пор, пока испанцы не показали, кто они есть на самом деле и что им нужно!.. Заканчиваю я свой труд в Валенсии, 8 декабря 1542 года, когда тирания продолжается во всей ее силе - угнетение и разорение, скорбь и тревога, насилие и коварство - во всех частях Индий, где имеются христиане... Испанцы бесчинствуют, не хотят выполнять "Новых законов", занимаются узурпированием прав индейцев и держат их в постоянном рабстве. Там, где перестали убивать индейцев ударами мечей, их убивают непосильным трудом и несправедливостью. И до сих пор король недостаточно могуществен, чтобы этому помешать, ибо все испанцы - и дети и взрослые - грабят, одни больше, другие меньше, одни публично и открыто, другие скрытно, тайком, прикрываясь тем, что они служат королю".

27 У залива Калифорнии (Л., 1928 г.).

28 Антонио де Мендоса (Antonio de Mendoza) - знатный испанский вельможа, конкистадор, первый вице-король Новой Испании, был назначен 17 апреля 1535 г., вступил во владение 14 ноября 1535 г., передал власть приемнику - Луису де Веласко (Luis de Velasco) 25 ноября 1550 г.

29 То есть Тихом океане (Л., 1928 г.).

30 Кортесом был поставлен во главе этой экспедиции (из трех небольших судов и 115 человек) его двоюродный брат Альваро де Сааведра Серон (Alvaro de Sayavedra Zeron). Эта экспедиция отплыла 31 октября 1527 г. от тихоокеанского побережья; ею были совершены открытия в Океании. Но Кортес долго не знал о судьбе этих судов и их экипажа, он так и не увидел больше Альваро де Сааведру Серона, умершего в октябре 1529 г. во время этого плавания. Молукки были уступлены императором Карлом V за 350 000 дукатов Португалии по договору, подписанному в Сарагосе 23 апреля 1529 г.

31 Во главе второй экспедиции (из двух небольших судов) Кортес поставил другого своего двоюродного брата - Диего Уртадо де Мендосу (Diego Hurtado de Mendoza); она вышла из Акапулько 30 июня 1532 г. в Тихий океан на поиски пролива между Северной и Южной Америками. Третья экспедиция (из двух судов), во главе с Диего Бесеррой де Мендосой (Diego Becerra de Mendoza), снаряженная Кортесом, вышла в Тихий океан 20 октября 1533 г. Остров Санта Крус - южная оконечность полуострова Калифорния, которую испанцы перестали считать островом лишь после экспедиции Франсиско де Ульоа.

32 Неудачи не остановили Кортеса, и он в мае 1537 г. отправил снаряженную им экспедицию (из трех судов, во главе с Андресом де Тапией (Andres de Tapja)), которая продолжила открытие Калифорнии до 29° северной широты и вернулась обратно в мае 1538 г. Кортес снаряжал и другие экспедиции; самая успешная - последняя экспедиция из снаряженных Кортесом (из трех судов, во главе с Франсиско де Ульоа (Francisco de Ulloa)) - вышла 8 июля 1539 г. из Акапулько, завершила открытие полуострова Калифорния, продвинулась почти до 33° северной широты и благополучно вернулась обратно в Акапулько в конце лета 1540 г.

33 В 1534 г. Педро де Альварадо во главе флота (из 12 судов) и войска (из 500 конкистадоров, более половины - конные) прибыл на северное побережье владений поверженного государства инков и двинулся с севера к городу Кито, стремясь первым занять его и перехватить часть богатств у Франсиско Писарро и его сподвижников. После тяжелого перехода через Кордильеры ему удалось достичь долины Кито. В этой долине уже находились два отряда, посланные Франсиско Писарро: Себастьяна де Белалькасара, который первым захватил Кито (22 июня 1534 г.) и якобы не нашел там сокровищ, и Диего де Альмагро. Дабы избежать столкновения, было заключено мирное соглашение, по которому Педро де Альварадо получил 100 000 золотых песо за то, что передал Франсиско Писарро свой флот, войско, все припасы, и за отказ от претензий на захваченные земли.

34 11 сентября - по старому стилю, а по новому - 21 сентября 1541 г.; этот столичный город был позже разрушен землетрясением в 1773 г. (на его месте теперь город Антигуа), после этого он был перенесен на 40 км северо-восточнее прежнего места и заново отстроен в 1776 г. (теперь это город Гватемала - столица Республики Гватемала).

35 Неудачный поход императора Карла V на Алжир, октябрь-ноябрь 1541 г. События эти развивались следующим образом. В октябре 1541 г. Карл V с 360 судами и 21 000 войском отправился к Африке, намереваясь захватить Алжир, хотя его предупреждал об осенних штормах венецианский адмирал Андреа Дориа (1466 г. - 1560 г.). Войско Карла V высадилось 20 октября на мысе Матифу в 28 км восточнее города Алжир, а затем, подойдя, осадило его. Но предводителю алжирских пиратов Хайр-эд-Дину "Барбароссе" - правителю Алжира (с 1519 по 1546 гг.), вассалу Османской империи - повезло: в начале осады сильная буря разметала флот Карла V и уничтожила большую часть судов. Этим воспользовались осажденные и совершили вылазку, в результате которой войско Карла V понесло большие потери. Остатки его (14 000 человек) отступили к Матифу, потом погрузились на оставшиеся суда и отплыли в Европу. Что же касается отношения Карла V к Кортесу в последние годы завоевателя Новой Испании, то его хорошо иллюстрирует следующий эпизод, сохранившийся у французского философа Вольтера. Эрнан Кортес, однажды пробравшись сквозь толпу, вскочил на подножку кареты императора Карла V, который, притворившись, что не узнает знаменитого конкистадора, спросил придворных: "Что это за человек и чего он хочет?" Кортес, услышав это, гордо сказал: "Это тот самый человек, который подарил Вам больше земель, чем Ваши предки оставили Вам городов!"

36 В пятницу 2 декабря 1547 г. (по старому стилю, а по новому - 12 декабря 1547 г.) Кортес был торжественно похоронен в фамильной усыпальнице герцогов Медины-Сидонии в монастыре Сан Исидора в Севилье. В 1562 году, исполняя последнюю волю Кортеса, выраженную в его завещании, прах Кортеса перевезли из Испании через океан в Новую Испанию и предали земле в Тескоко, в монастыре Сан Франсиско, рядом с могилой его матери, которая после смерти мужа прибыла вместе с Кортесом и его женой в Новую Испанию весной 1530 г. В 1629 г. прах Кортеса опять был потревожен, на этот раз его перенесли в Мехико, в храм Сан Франсиско. Прах Кортеса потревожили вновь в 1794 г., перезахоронив его на территории основанного Кортесом госпиталя Иисуса из Назарета в Мехико; на новой могиле Кортеса был установлен его бронзовый бюст работы известного скульптора Мануэля Тольса. Но этим дело не кончилось. В 1823 г.. когда мексиканцы с оружием в руках завоевали независимость, изгнав испанцев, группа молодых мексиканцев решила разрушить склеп Кортеса и развеять по ветру его прах. Но их противники успели в последний момент спрятать на территории этого же госпиталя железный черный ящик со злополучным прахом Кортеса, ими же был пущен слух, что прах Кортеса был отправлен на остров Сицилию, где в то время проживал герцог Монтелеоне, один из потомков Кортеса. И вот в 1946 г. мексиканским антропологам Эйсебио Давалосу Уртадо и Даниэлю Ф. Рубину де ла Борбольи удалось при помощи старинных архивных документов найти этот железный черный ящик с прахом Кортеса, он был замурован в стене госпиталя Иисуса из Назарета в городе Мехико (Maza de la El busto de Heman Cortes por Manuel Tolsa у ип "retrato" del conquistador - "Boletin del Institute National de Antropologia e Historia", N31 (Mexico), 1968, p. 31-34). Комиссия авторитетных ученых очень тщательно исследовала останки Кортеса и представила свое заключение, по которому, опровергая все приукрашенные изображения и описания знаменитого конкистадора, Кортес в действительности был человеком ниже среднего роста, со множеством патологических отклонений - врожденных и приобретенных позже (Guzman E. Relaciones de Нernап Cortes a Carlos V Sorbe invasion de Anahuak, t. 1. Mexico, 1958, p. LXXXII-XCIII).

37 Франсиско Лопес де Гомара в своей "Истории завоевания Мешико" дает такое описание Кортеса: "Эрнан Кортес был хорошего роста, крепкий и широкогрудый, с кожей пепельного цвета, редкой бородкой и длинными волосами. Он был необычайно силен, энергичен и весьма искусен во владении оружием..." А вот описание Кортеса, мимоходом данное Хуаном Хуаресом де Перальтой, братом первой жены Кортеса - Каталины Хуарес Ла Маркайды, в своих мемуарах: "[Эрнан Кортес -] низкого роста, почти безволосый и с редкой бородой..."

38 Далее Берналь Диас еще раз приводит длинный ряд отдельных, уже известных нам примеров (Л., 1928 г.).

39 Далее следует длиннейший поименный перечень всех "конкистадоров первого призыва" и сбивчивая, но любовная характеристика наиболее выдающихся (Л., 1928 г.). Ко всему этому для полноты картины приведем сообщение Бартоломе де Лас Касаса из его "Краткого донесения о разорении Индий": "Что же касается этого большого материка [(Южной и Северной Америк)], то доказано, что наши соотечественники-испанцы разорили более десяти густонаселенных стран, превратив их в безлюдные пустыни; земли каждой из этих стран больше всей Касталии. И я берусь решительно утверждать, что за сорок лет, охватываемых в моей книге, вследствие власти христиан и их сатанинских поступков умерло там несправедливой смертью больше 12 миллионов мужчин, женщин и детей; а точнее будет сказать, что число жертв превышает 15 миллионов, и я не думаю, что ошибаюсь".