МАЧЕЙ СТРЫЙКОВСКИЙ

ХРОНИКА

ПОЛЬСКАЯ, ЛИТОВСКАЯ, ЖМУДСКАЯ И ВСЕЙ РУСИ

МАЧЕЯ СТРЫЙКОВСКОГО

____________________________________________

По изданию 1582 года

ТОМ I

Варшава, 1846

____________________________________________

КНИГА СЕМНАДЦАТАЯ

Глава 1. Владислав Третий Ягеллович, король Польский, а потом и Венгерский.

О разных войнах в Литве, о поражении лифляндского магистра в Жмуди и о прочем.

Глава 2. О поражении великого войска Свидригелло, об утоплении Корибута и о присяге двух валашских воевод.

Глава 3. О [том, как] Свидригелло опомнился, и о его нужде.

Глава 4. О смутах в Польше, [устроенных] Мельштынским, и о принятии венгерской короны.

Глава 5. Об убийстве Сигизмунда, великого князя Литовского, князем Иваном Чарторыйским.

Глава 6. Казимир Ягеллович, великий князь Литовский, Жмудский, Русский, Волынский и Подляшский.

Глава 7. О смутах Смоленских и Жмудских.

Глава 8. О поражении москвы Станиславом Кишкой и об опасном [происшествии] с Казимиром.

Глава 9. Об успехах Владислава Ягелловича, короля польского и венгерского, [в борьбе] с внутренними и внешними врагами в Венгрии и о счастливой войне с турками.

Вельможному пану
пану Евстахию Тышкевичу
1,
воеводичу Смоленскому.

Глава первая

Владислав Третий Ягеллович,

король польский, а потом и венгерский.

Год Господень 1434.

Элекция Владислава Ягелловича. Итак, когда о смерти короля Ягелло стало известно во всех странах, сразу же в Познани краковский епископ Збигнев с великополянами провозгласили и избрали на королевство Польское Владислава, старшего сына короля Ягелло, на что потом согласились и панство с рыцарством Малой Польши, хотя и не сразу. Был назначен и день коронации — на Святого Иакова (25 июля) 1434 года, в который в Краков съехалось множество духовных и светских панов и рыцарства. Сигизмунд же, великий князь Литовский, сам будучи то время болен и свален великой немочью, со своей стороны прислал на эту коронацию знатных послов из литовских и русских панов. Так же поступили валашский воевода Стефан и князья мазовецкие: Земовит, Казимир и Болеслав.

А когда на Святого Иакова уже наступил день коронации, тут же Спытко из Мельштына 2, Дерслав Рытвяньский, Абрам Збаский и Ян Страж из Костельника восстали и подняли великие смуты, говоря, что негоже короновать столь молодого и еще ребенка 3, который не сможет всерьез соблюдать (poprzysiac) права и вольности народа. Но краковский епископ Збигнев с другими сенаторами им это сразу разъяснил (rozwiodl), когда показал старинного письма книги польских хроник из Краковского костёла, в которых был нарисован портрет молодого, а не заросшего (zarosla) [бородой] Казимира Великого, коронованного в тех же летах, и описаны его достойные дела.

Итак, эти сумасбродные паны перестали баламутить. И тут из домашнего примера каждый может видеть, как одно самое маленькое дело старинной истории в важных, трудных и больших делах значит более, чем тысячи философских сетований (questij).

Потом при коронации в воскресенье, в день святого Иакова, когда на Владислава уже собирались возложить корону, воникли новые смуты, когда некоторые паны и земские послы провокационно (rosterkliwi) заявили, что этого не дозволяют, ибо короля коронуют без их воли. Это немного похоже на коронацию Генриха, когда произошла склока (swar) по поводу религиозной конфедерации 4. Это сразу угомонил великий маршалок Ян Гловач Олесницкий 5, который от имени сената заявил противной стороне, чтобы те, которые за Владислава Ягелловича, становились на правую сторону, а те, кто думает иначе — на левую. Хитрость по поводу разрешения на коронацию. А когда это услышали, получилось, что благодаря этой хитрости все единодушно проголосовали [«за»]. А Мельштынский, Сбаский и Страж, которые, не желая позволить, высоко было залетели, были постыдно сброшены вниз. И из-за того, что долго спорили, месса была после полудня. Меховский, стр. 301. Post meridiem missa incepta. (Месса состоялась после полудня). А коронацию, [которую] проводил гнезненский архиепископ Войцех Ястржебец, едва закончили до вечера. Кромер, стр. 310. Sole ad vesperum declinante. (Закончили на заходе солнца).

Также на той же коронации русская и подольская шляхта в вольностях и правах новым королем была уравнена и объединена с польской. Ибо и до этого подоляне, волынцы, хелмяне и белжане 6, как пишут Длугош и Кромер (кн. 21), издавна должны были исполнять следующие повинности. Если король или великий князь литовский прикажут им ехать на войну, то должны [идти] без какой-либо платы; также [они] были обязаны строить и содержать земские замки. А с каждого стадия (staja) 7 засеянного поля королю или великому князю ежегодно должны давать два корца 8 овса и два ржи и по четыре гроша. Там же Сигизмунд, великий князь Литовский, через послов заново обновил литовский пакт с новым королем и с Короной.

О разных войнах в Литве, о поражении лифляндского магистра в Жмуди и о прочем

в году 1434.

Вечный смутьян Свидригелло собрался с руссаками,
С лифляндским магистром, с комтурами и с крыжаками,
И двинулся к Брацлаву, разоряя и паля волости,
Собственному народу чиня великие жестокости.
А в то время из-за дождей были большие болота,
Так что у Свидригайло воевать отпала охота.
Отступил он к Полоцку и там с войском распрощался.

Об этом читай также Длугоша, Кромера (кн. 21) и Меховского.

А лифляндский магистр грабежом в Жмуди забавлялся.
А когда уже отходил с полоном, в дремучих чащах,
Которые для зверей были лежбищем настоящим,
Там, где немцы пойдут, жмудины стволы подрубили,
И, когда те в леса зашли, деревья повалили.
Сосны валились на дубы, трещали,
Крики мужей облака пробивали.
Жмудины немцев кололи, рубили, били, вязали,
Их кровью густые кусты и колоды заливали.
Иных привалило жестоким деревьев ударом,
Хладные трупы лежали сомкнутыми рядами.
А раненые стонали, Herr Gott, Herr Gott призывая,
Жмудины mus usmus 9 кричали, в тупики их сгоняя.
Немецкие рыцари 10 их фрезов космоногих 11 бросали,
Всю снасть 12 и оружие (strzelby), дорогие шатры оставляли.
Раненый магистр едва ушел, а жмудины не зевали,
Добычу с этой хитрой облавы поскорей собирали.
А когда так побиты были жмудинами крыжаки,
Наконец, получили покой от пруссов и поляки.
Заключив обоюдный мир, с молодым королем
Утверждали польские дела в мире золотом.

Прусские крестоносцы вскоре узнали о поражении лифляндского магистра в Жмуди и были вынуждены заключить мир с поляками и литовцами.

Об этом Длугош и Кромер (кн. 21). Fefellerat enin Crucigeros eventus Samogitici belli. Nam Livonienses praeda onusti e Samagitia revertentes, in silva quadam suссisis arboribus impediti a Samagitis et circumventi magnaque strage profligati erant etc. (Из-за этих событий крестоносцы объявили жемайтам войну. Из Жемайтии в Ливонию они вернулись, нагруженные добычей, но в некоем лесу жемайты подрубленными деревьями преградили им путь, и они были окружены и разбиты с большим кровопролитием).

Федко Корибутович захвачен Свидригайло. Также в то время Свидригайло, с русской и московской помощью разоряя Подолию, захватил Федора (Teodora) или Федка Корибутовича, князя Несвицкого 13, который пристал было к королю. Но поляки с Михалом Бучацким сразу же дали Свидригелле отпор и освободили Федка Несвицкого, предка князей Збаражских. Тот добровольно сдал королю Владиславу Кременец и Брацлав, а король за это вернул ему эти замки в пожизненное владение, предоставив успешно защищаться там с женой и детьми. Кромер (стр. 311) прямо называет этого Федка Ducem Nieswiessensem (герцогом Несвижским), ныне же Несвиж, так как все на свете меняется, перешел к дому Радзивиллов, из-за чего те по императорскому привилею пишутся также князьями на Несвиже и Оливах.

Глава вторая

О поражении Свидригелло с великими войсками и утоплении Корибута в году 1435 в день святого Симеона 14 и о присяге двух валашских воевод

Потом Свидригел, который в Витебске проживал,
Вновь собрал русские силы и соседей призвал.
Двинулся в Литву вместе с магистром Лифляндским,
С князем Тверским, с Московским и с царем Казанским.
Силезец Сигизмунд Рот, преследователь поляков строгий 15,
Который в Польше и в Литве привык устраивать тревоги,
Привел к Свидригайле на помощь множество народу на службу
Из Пруссии, Чехии, Силезии и привез оружие 16,

Лагерь Свидригелло под Браcлавом Литовским над озером.

Свидригел лифляндское и русское войско собрал
И пришел под Браcлав, который над озером стоял 17,
Встал там лагерем, и решил загоны рассылать.
Собственный сын мечом тревожил отчизну-мать.
Корибут из Чехии явился к нему с силезцами.
Соединившись потом в Литве с ливонскими немцами,
Волости Сигизмунда разоряли и палили,
Гражданской войной чуть не всех литовцев истребили.
А король Владислав восемь тысяч поляков отправил,
Якуба из Кобылян 18 над ними гетманом поставил.
И на помощь Сигизмунду его в Литву послал,
Чтобы нечестивому 19 Свидригайле отпор дал.
Сигизмунд тоже свое литовское войско устроил,
Все нужное для битвы, как положено, приготовил,
Сына Михала 20 гетманом поставил,
К рыцарскому делу его приставил.

Битва князя Михайло со Свидригайло.

Свидригелло в то время город Вилькомир 21 добывал
Который кривой линией берег Швенты 22 окружал.
Князь Михайло с поляками и с литвой примчал
К лагерю, где Свидригел с его войском стоял.
Поправив полки, ударил по ним с криком и с боем,
А поляки с длинными копьями гусарским строем
Прорвали их строй, а литовцы из луков били.
Лес и небеса крики их эхом разносили.
Титан 23 уже воз золотой из моря выкатил,
Огненное сияние по небу распустил 24,
Когда князь Михаил три Свидригелловых полка разбил,
Убитыми поля наполнил, трупами рвы завалил.
А поляки строй лифляндцев и чехов прорвали,
Корибута и Сигизмунда Рота поймали,
Там же князя Михайлу Вяземского 25 убили,
Князя Ярослава Тверского 26 жизни лишили 27.
Лифляндский магистр 28 с маршалом 29 пали убитыми,
Вся лифляндская мощь полегла 30 с московитами.
Множество их потонуло вместе с конями, спасаясь,
Вода в Святой реке текла, с кровью убитых мешаясь.
Сорок других князей на побоище взяли,
Одних тюрьмой, а других мечом наказали.
Там Корибута с Ротом в Святой реке утопили 31,
Других в плен гнали, руки им веревками скрутили.
Свидригел в малом числе едва смыться (uwiozl mydlo) 32 успел,
В Вильно брести, как скотине, был пленных удел.
Тем временем Сигизмунд Смоленск, Полоцк и Киев взял 33.
Свидригел, о крови мечтая, в Валахию бежал,
И там он несколько лет пас волов добровольно 34.
Так вот случай может сбросить с вершины невольно
Из князей в пастухи. Ветрено счастье, изменчив жизни ход:
Сегодня ты Крез, завтра Ир 35; приласкает, а потом убьет.
Никогда не верь счастью, не отчаивайся в печали:
К одному результату судьба ведет двумя путями,
Когда нечесаная Клото 36 все так странно смешивает,
Человеческие судьбы на ниточках подвешивает.
Поликрат, счастья вкусив, в море перстень швырнул,
И сразу же повар в пойманной рыбе его нашел и вернул
Хозяину, баловню счастья. Но потом изменило оно
Вдруг так, что угодить на виселицу было ему суждено 37.
Так и наш Свидригелло со счастьем обжигался,
Когда бой под Вилькомиром ему не удался.
Без княжеств, которых много имел на Руси, остался
И с гайдуками, живущими грабежом, побратался.

Здесь Кромер пишет о [своих] сомнениях относительно утопления Корибута: Tametsi de Coributo (scilicet aquis suffocato) fama variat nam et veneno in medicamentum infuso a Sigismundo extinctum esse vulgatum est. (Однако же по поводу Корибута (а именно утопления) существуют известия, что [по приказу] Сигизмунда ему вместо лекарства ввели умертвивший его яд).

Император Сигизмунд, который пустыми обещаниями побудил Свидригелла к той войне против великого князя Сигизмунда, прислал в Краков своих послов к королю Владиславу Ягелловичу, прося за Свидригелло, но [послы] были уже сильно обескуражены (rostrzygneli) ходом этой войны, когда Сигизмунд выгнал Свидригелло.

Валашские смуты. В то время великое княжество Литовское пошло было [войной] на господарство Валашское. В том году валашский воеводич Ильяш тайно бежал из Серадзского замка, в котором в интересах брата Стефана содержался под стражей Петром Шафранцем. Придя в Валахию, [он] сразу же собрал войско против брата Стефана, а затем, изгоняя один другого, [братья] залили кровью всю Валашскую землю 38. Потом, уже в 1436 году, король Владислав помирил обоих через послов, и разделил им Валашские земли на две части. Стефан взял в удел Белгород с черноморским портом, Техинию 39, Килию, Силистрию и Облучицу 40. Ныне этими замками, как я сам видел, завладели турки. Ильяш же получил другую сторону от Днестра (Niestru): Хотин, Сочаву, Яссы (куда ныне перенесена столица из Сочавы после убитого Деспота), Браилов, Берлад, Хуши (Uszi),Текуч и другие. Эти города при мне выжег Ивоница (Iwonia) 41 в 1573 году. Присяга и дань Валашской земли, о чем читай Длугоша и Меховского (кн. 4, гл. 53). Потом Ильяш приехал во Львов, где с частью этих валахов принес присягу королю Владиславу и определил (postapil) ежегодную дань от этой части [Молдавии]: для начала двести возов дунайской рыбы визиги (wyziny) 42, четыреста волов для королевской кухни, четыреста шарлатных (szarlatnych) 43 или пурпурных одежд и сто коней в качестве верной дани. А король предоставил ему Галицкий замок для хранения сокровищ. Стефан же от другой части [Молдавии] должен был каждый год платить по 5 000 золотых червоных и при каждой королевской потребности выставлять 400 конных. Ныне же турки все это упразднили 44.

Глава третья

О [том, как] Свидригелло опамятовался и о его нужде.

В году Господнем 1437, в 13 день августа, князь Свидригайло, утратив всю несговорчивость и не вовремя жалуясь на старость 45, ныне пришел каяться в Краков, прося короля Владислава и коронных панов, чтобы милостиво его приняли и помирили с двоюродным братом Сигизмундом, великим князем Литовским, чтобы где-нибудь в Литве [он смог] получить хоть какой-нибудь спокойный уголок как опору в старости. Длугош и Меховский (кн. 4, гл. 56, стр. 308), Кромер, кн.21.

И вот так своей покладистостью и покорностью Свидригелло склонил было [к себе] короля и всех коронных панов, когда передал польской короне и Луцк, которым все еще владел. Но Сигизмунд, отправив в Краков своих литовских послов, не дал и слова молвить по поводу согласия на мир со Свидригайло, грозя разрывом с Польшей вместе со всем княжеством Литовским, если король пожелает поставить Свидригайло на русское княжение.

Вот так бедный Свидригайло, горько сетуя на свои несвоевременные смуты, со слезами, плачем и нареканиями был выставлен из Польши как враг. И как император Иовиниан 46 или царь Навуходоносор, будучи прежде великим князем Литовским, Русским и Жмудским, в конце концов, как я прежде писал, был вынужден пасти овец в Валахии в течение семи лет, о чем пишет также и Меховский. Свидригайло семь лет пас овец в Валахии вплоть до возведения на престол Великого княжества Литовского Казимира, который оказал ему милость 47. А полученный от него Луцк вместе со всей Волынью король вернул Сигизмунду и всему литовскому княжеству с тем условием, что после смерти Сигизмунда Волынь будет возвращена Короне. А Довгерд (Dowgierd), в то время сделавшийся воеводой Виленским и старостой Луцким, от имени всей Литвы присягнул, что после смерти великого князя Литовского Сигизмунда не передаст Виленский замок никому иному, как только Владиславу или королям Польским, его наследникам. А ты, читатель, убедись, что Довгерд (Dawgerd) 48, которого после смерти Витольда поляки как-то было поймали, вызвав его из Каменца Подольского, все-таки не был тогда убит, как свидетельствуют летописцы, так как и поныне (teraz) 49 жив и является воеводой Виленским, А Петровином 50 не мог быть, разве что это должен был быть его брат того же имени и фамилии.

В том же 1437 году император Сигизмунд, король Чешский и Венгерский, едучи из Праги, умер в Зноиме и похоронен в Варадине, а на его место вступил австрийский герцог Альбрехт 51. Некоторые же чехи, особенно еретики табориты, которые были более сильны 52, послали к польскому королю Владиславу, чтобы поставил им господином [своего] брата Казимира, которому было тринадцать лет. Другие выбрали римского короля Альбрехта, которого пражане короновали в Праге руками констанского (Konstantienskiego) епископа Филиберта (Filiberta) 53. Поэтому король Владислав послал в Чехию своего брата Казимира с познанским воеводой Седзивоем Остророгом и с сандомирским воеводой Яном из Тенчина, дав им в сопровождение немалое количество людей, которые карали в Чехии тех, кто не признавал Казимира. Альбрехт же, призвав на помощь немецких князей, а также электоров 54, венгров и других, с тридцатью тысячами человек двинулся к Табору, где расположились польские войска. Их могло быть четырнадцать тысяч, и к тому же [они] как следует окопались. И там каждый день устраивали гарцы (harce) 55, а табориты с горы полякам были в великую подмогу, поэтому их не могли сбить с позиций (pozyc). Но так как оба войска мучил голод, они разошлись прочь: Альбрехт в Прагу, поляки в Табор 56.

Владислав сам [идет] в Чехию. Потом воеводы письмами известили короля Владислава о великой силе Альбрехта, поэтому Владислав, собрав войско из поляков и литовцев, через Силезию двинулся в Чехию. А когда был у Опавы, к нему приехал сандомирский воевода Ян из Тенчина и сообщил, что войска разошлись. Из-за этого король двинулся назад, чиня в Силезии большие беды.

В Польше бесчинствовали Спытко из Мельштына и Дерслав Рытвяньский, возгордившиеся от великих богатств и имений. Завожские татары, в 1438 году вторгшиеся в Подолию со своим царем Шахматом, тоже взяли большую добычу и полон. А когда выходили, собралась русская и подольская шляхта и завязали с ними битву, однако в плохом и болотистом месте, и из-за этого были татарами побеждены. И там полегли все силы подольской шляхты и каменецкий староста Михал Бучацкий.

Влодек поразительным терпением сохранил себе жизнь. Некий Ян Влодек, знатный шляхтич герба Сулима, явил там достопамятный пример должного терпения. Будучи уязвлен множеством ран, он утаился среди трупов, а когда татарин стал сдирать с него одежду, как с мертвого, ибо никого не оставили в живых, так затаил дыхание, что, когда [тот] спарывал и со многими ранами обрезал ему с ног лундский (lundskie) убор 57 и отрезал палец, на котором был перстень, не шевельнулся и неслыханной терпеливостью сохранил себе жизнь. Писавший о нем Длугош говорит, что сам его видел с отнятым пальцем и с ногами, распоротыми вдоль одежного шва. Egregium fortis viri facinus tolerantiaeque exemplum singulare (Отличный пример смелого человека и случай [редкой] выдержки), дивится этому свидетельству Кромер.

Владислав утвержден королем. В том же самом году в декабре месяце на Петркувском сейме король Владислав Ягеллович был окончательно утвержден на польском престоле и освобожден от опеки. Ему уже было пятнадцать лет, а в этом возрасте у поляков опекунство прекращается. И на четвертый год после коронации всем духовным и светским сословиям [он] клятвенно подтвердил их права и вольности.

Сигизмунд, великий князь Литовский, с панами радными тоже возобновил и письменно подтвердил соглашения Литвы с польской Короной, заключенные при Ягелло и Витольде.

Папа Евгений низложен Базельским собором. Тогда же из-за несогласий с папой Евгением Базельский собор отрешил его от должности и избрал другого [папу] 58. Но все же через послов хлопотали о мире между королем польским и императором Альбрехтом, королем Чешским и Венгерским, чтобы тем легче могли оказать помощь притесняемым турками чехам и венграм. А когда послы с обеих сторон договаривались с поляками о мире, то ничего не могли довести до конца из-за немецкой спеси, а только взяли перемирие на четыре месяца. Но с внешними врагами в то время был мир.

Глава четвертая

О смутах в Польше, [устроенных] Мельштынским, и о принятии венгерской короны

Потом король Владислав Ягеллович назначил сейм в Корчине или в Новом Мясте над Нидой в 1439 году. Когда туда съехались многие польские и русские паны и послы от литовского князя Сигизмунда, Спытко из Мельштына тайно собрал немалое наемное (za pieniadze) войско из своих друзей и из подданных крестьян своих волостей. И построившись при оружии у своей деревни Большие Пески, где его окопы показывал мне пан Чеховский 59, нынешний потомок его семьи, он внезапно стремительно ворвался в Новое Място и рано утром, когда все еще спали, разгромил [монастырские] постоялые дворы (gospody) епископа Владиславского и краковского декана Миколая Лясоцкого. Он устроил это в монастырских [стенах], ища там канцлера Яна Конецпольского и маршалка Яна Олесницкого, на которых имел зуб (wark), однако они, будучи предостережены, ушли. Натворив дел, он отступил из города и начал с войском устраивать лагерь и окапываться против места, где Нида впадает в Вислу. Даже и ныне я видел там явные следы того, что здесь пытались насыпать добрый вал, но не доделали этого. Спытко Мельштынский убит и лишен чести. Сразу же все, кто был с королем, всеми силами ударили на его войско, невооруженные на вооруженных 60. Спытко проиграл битву в первой же стычке и умер, храбро обороняясь, а остальные, оставшись без вождя, разбежались. Крестьян его волости, которые вынуждены были действовать по принуждению своего пана, король повелел простить, однако при атаке множество их потонуло в реке Ниде, которая была позади них. Спытку, который еще шевелился, вынесли приговор и лишили его чести как насильника и смутьяна народного покоя. Три дня он лежал на виду [у всех], нагой и непогребенный. Его замок Рабштын (Rapstin) король взял себе, и только Мельштын король позволил [оставить] его жене [по ее] просьбе 61. Отношение (wzglad) к потомкам Мельштынского относительно чести. А так как все сказанное [Спытко] учинил по безумию 62, то, чтобы это не ложилось бременем на его потомков, по совету панов радных король смягчил (zfolgowal) для них свой декрет о лишении чести.

Збаский смутьянствует в Великой Польше. А в Великой Польше в то время была не меньшая смута от Абрахама Збаского, который укрывал чешских еретиков и сотрудничал с ними. Однако познанский епископ, собрав около тысячи конных, осадил их в замке на Збащине и силой вынудил его, раз уж он клятву нарушил, выдать ему пять чешских священников, которых публично сожгли в Познани 63. А сам Збаский вскоре умер от переживаний (z frasunku). Так эти два возмутителя народного спокойствия окончили свои дни.

Кардиналы Збигнев Краковский и Сидор Киевский. В том же году на соборе во Флоренции, на котором были константинопольские император и патриарх и старшие прелаты из Греции, состоялась церемония воссоединения римской и греческой церквей 64, но длилось это недолго. Там же краковский епископ Збигнев и киевский митрополит Исидор или Сидор были поставлены кардиналами 65.

Император Альбрехт умер, объевшись тыкв (ban) и грибов. В том же году, когда от дизентерии (plynienia zywota) умер император Альбрехт, король венгерский и чешский, оставив беременную жену, венгры, предвидя опасность турецкой войны, постановили взять королем [Венгрии] Владислава Ягелловича, короля Польского. Отправили тогда к нему знатных послов от королевского совета и от венгерских городов: Яна, епископа Сегединского; Матка Талоши (z Talonczu), бана Далмации и Хорватии (Karwackiego) 66; Эмериха Марцелла, маршалка (ochmistra) королевского двора; Яноша Перени и Ладислава Палоши (z Palonczu). Приехав в Краков, в замковой церкви они исполнили свое посольство к королю Владиславу, от имени всех сословий призвав его на королевство Венгерское, Далматское и Хорватское. Там некоторые коронные паны ему отсоветовывали, чтобы предлагаемого королевства не принимал, а оставался бы на своем, упирая на трудность двойного царствования и опасность (gwalt) вечной войны с турками. Но другие паны [этими] турецкими жертвами (ofiarowania) и страхом войны на стороне пренебрегли, предвидя красу и славу Польши, к тому же ради лучшего покоя от турок за чужой стеной. И Владислав принял Венгерское королевство.

В то время в Кракове были также послы от турецкого царя Амурата 67, которые три месяца ждали ответа (odprawy), ибо приехали еще при жизни императора Альбрехта, обещая [дать] в помощь польскому королю Владиславу сто тысяч войска и деньги, которые потребуются на солдат, если тот начнет с императором Альбрехтом войну за Чешское королевство (к которой дело уже шло). Чтобы с помощью турок христиане сами себя извели.

Итак, в 1440 году, на святого Войцеха, Владислав со множеством польских людей выехал из Кракова в Венгрию через Садец, а когда в субботу святой Троицы 68, въехал в Буду (Budzyn), был с почестями принят венграми.

Венгерская корона украдена так же, как до этого польская. А в то время венгерская королева, [вдова] императора Альбрехта, родила сына 69, которому дали имя Ладислав. Украв корону, [королева] приказала кардиналу Дионисию (Dionizemu) короновать его в святочный день 70, а потом тайно переправила и дитя и корону в Австрию и отдала сына на воспитание своему свойственнику императору Фридриху 71.

А когда венгерские паны, съехавшись в Буду, хотели короновать Владислава венгерским королем и не нашли короны, они не хотели выпустить из города Ладислава Гару 72, а также кардинала Дионисия и других прибывших со стороны королевы, требуя (na glejcie), чтобы те, [прежде чем] покинут замок Вышеград, вернули корону, [сохранность] которой была поручена упомянутому Гаре.

Когда Гара вместе с архиепископом должны были присягнуть польскому королю Владиславу, они сразу с великим триумфом проводили его в костел. И там архиепископ Дионисий по венгерскому обычаю взял его на свои плечи, поднес и провозгласил королем Венгерским, Хорватским и Далматским. А потом из Буды поехали на коронацию в Белград (Bialogrod). И там, когда Гара пошел в Вышеград за короной, то не нашел ее в ларце, ибо та с его ведома была украдена королевой 73. Владислав коронован короной с черепа святого Стефана. Поэтому в день святого Алексия (17 июля) Владислав был коронован в Белграде короной, снятой с черепа (sczalbatka) головы святого Стефана 74. Отсюда пошли великие распри между королевой Эльжбетой и Владиславом, королем Венгерским.


Комментарии

1. Евстахий (Остафий) Серафин Тышкевич (1560-1590) герба Лелива — сын смоленского воеводы (1569) Василия Тышковича (ум. 1571) и Анастасии Сопочко. Староста Ждитовский и каштелян Смоленский (1589), однако обе эти должности занимал позже, а во время посвящения ему книги был еще молодым человеком. Евстахий должен был унаследовать отцовский титул графа на Логойске и Бердичеве, но Стрыйковский почему-то не называет его графом.

2. Спытко III из Мельштына (1398-1439) герба Лелива не следует путать с его отцом, Спытко II из Мельштына, который погиб в битве с татарами на Ворскле (1399). Смотри примечание 24 к книге четырнадцатой.

3. Владислав родился 31 октября 1424 года, так что во время коронации ему не исполнилось еще и десяти лет.

4. Имеется в виду коронация Генриха Валуа польским королем (20 февраля 1574 года), когда воеводы-протестанты во главе с Фирлеем потребовали от короля произнести дополнительный текст присяги. См.: Эрланже Ф. Генрих III. СПб, 2002. Стр. 162.

5. Смотри примечание 21 к книге шестнадцатой.

6. Хелмяне (Chelmianie) и белжане (Belzanie) — жители городов Хелм (Холм) и Белз.

7. Если рассматривать стадий как меру площади (180 х 180 м), то это более 3 гектаров. Но так как древнегреческая площадь, именовавшаяся стадием, была продолговатой, то это может быть и меньше — скажем, около 2 гектаров. Смотри примечание 14 к книге шестнадцатой.

8. Корец — мера сыпучих тел. В Польше это чуть больше 10 ведер или примерно 120 литров. Один корец вмещает примерно 85 кг ржи (удельный вес — 0,68 кг/л), а два корца — около 170 кг. При средней урожайности ржи 15-20 центнеров с гектара с одного стадия собирают 40-50 ц. Таким образом, размер натуральной подати составляет около 4% урожая, что не кажется таким уж обременительным. Однако этот налог надо удваивать (вместе с овсом), да еще и прибавлять денежный сбор. В итоге мы выходим на привычную десятину.

9. Mus usmus — вероятно, боевой клич жемайтов, который по-литовски означает что-то вроде Наша берет!

10. Это тот редкий случай, когда слово rejterowie действительно следует перевести как рыцари, ибо только рыцари сидели на таких дорогих и редких конях. Смотри примечание 20 к книге десятой.

11. Смотри примечание 36 к книге пятнадцатой.

12. У Стрыйковского здесь rystunkow wojennych, что можно перевести как военное снаряжение. Но это слово не польское, а литовское, восходящее к слову ristiсвязывать, привязывать.

13. Смотри примечания 69 и 76 к книге шестнадцатой.

14. День памяти преподобного Симеона Столпника — 1 сентября. Именно в этот день 1435 года и произошла битва под Вилькомиром или битва на Швенте. В средневековой Литве это было едва ли не самое крупное сражение, масштабы которого сравнивают с битвой при Грюнвальде и с битвой на Ворскле. Можно было бы ожидать, что Стрыйковский уделит ему совершенно особое внимание. К великому сожалению, здесь наш автор относительно краток и мало информативен. Единственным источником, где более или менее толково рассказывается об этой великой битве, является сообщение Длугоша. См.: Jana Dlugosza kanonika Krakowskiego Dziejow Polskich ksiag dwanascie, t. IV, ks. XII. Krakow, 1868. Стр. 520-523.

15. Примечание Стрыйковского на полях: Силезец Сигизмунд Рот был великим врагом поляков, ибо, когда он ехал от императора к Витольту, его поймал было Чарнковский. Смотри главу 15 книги пятнадцатой.

16. В оригинале: strzelby roznej ristunk wszelki. Относительно использования в битве при Швенте огнестрельного оружия ничего определенного сказать нельзя, ибо информации недостаточно. Но в этих вопросах Стрыйковский то и дело «забегает вперед», поэтому, когда он пишет strzelby, всегда следует быть осторожным. Смотри также примечание 12.

17. Город Браслав в Витебской области находится на берегу озера Дривяты.

18. Примечание Стрыйковского на полях: Якуб Кобылянский (Kobylinski). Якуб из Кобылян (1390-1454) герба Лодзя — польский рыцарь и военачальник, племянник великого коронного подскарбия Гиньчи из Рогова. Дворский маршалок Витовта (1425), королевский кравчий (1450), каштелян бечский (1444) и гнезненский (1453). Поскольку в битве при Швенте он командовал польскими рыцарями, некоторые польские историки именно его считают главным героем этого сражения.

19. В оригинале skretnemu. Это слово не польское, а литовское, и означает нечистоплотного, а в переносном смысле непорядочного человека. Смотри примечание 85 к книге четырнадцатой.

20. Михаил, а в католическом крещении Болеслав Сигизмундович (1385-1452) — сын великого князя Сигизмунда, внук Кейстута и Андрея Одинцевича. Формально был главнокомандующим армии Сигизмунда, однако его роль как полководца из существующих источников неясна. Одни историки полагают, что «Михайлушко» был лишь «свадебным генералом», а армия Сигизмунда победила благодаря искусству других своих командиров. Другие утверждают, что Михаил был главным организатором этой выдающейся победы. См.: Kopystianski A.  Michal Zygmuntowicz, ksiaze litewski. Lwow, 1906. Стр. 19.

21. Вилькомир — ныне город Укмерге на реке Швенте. Битва произошла к югу от Вилькомира, близ нынешнего Пабайска, название которого, собственно, и означает эту самую битву.

22. Швента (по-литовски Sventoji) или Святая – река в Литве, правый приток Вилии.

23. Во всех других случаях, упоминая солнечную колесницу, ее возничим Стрыйковский считает Феба или Гелиоса. Гелиоса в «Одиссее» называют Гиперионом — по имени его отца. А Гиперион был титаном. Вероятно, именно поэтому солнечный возничий здесь вдруг назван Титаном. См.: Гомер. Одиссея. М., 2000. Стр. 139.

24. Примечание автора на полях: Свидригайло поражен уже почти на восходе солнца. Из этого можно сделать вывод, что битва началась еще до рассвета и длилась недолго. На самом деле сражение началось рано утром и длилось весь день, а преследование разбитого противника и охота на беглецов продолжались не только до утра, а, если верить Длугошу, в течение двух недель.

25. Михаил Львович Вяземский (1400-1435) — возможно, сын вяземского князя Симеона-Льва Мстиславича (ум. 1406). См.: Хроника Быховца. М., 1966. Стр. 88.

26. Ярослав Тверской (1400-1435) — младший брат великого князя тверского (1426-1461) Бориса Александровича. См.: Клюг Э. Княжество Тверское (1247-1485 гг.). Тверь, 1994. Стр. 288, 322.

27. Примечание Стрыйковского на полях: Жигмонт Корибут и Сигизмунд Рот захвачены, князья Тверской и Вяземский убиты.

28. Ливонским магистром (1434-1435) тогда был Франке фон Керскорф (Керсдорф), родной брат великого комтура Тевтонского ордена (1434-1436) Вальтера фон Керскорфа.

29. Во всей истории ливонской ветви Тевтонского ордена это единственное сражение, в котором погибли сразу и ландмейстер, и ландмаршал. Ливонским маршалом (1434-1435) был Генрих фон Бекенферде, по прозвищу Шунгель.

30. Примечание на полях: Crom.: Ibi robur omne Livoniensium cum Magistro et marsalko concidit, etc. (Кром[ер]: Там пала вся сила ливонских [рыцарей] с магистром и маршалом). Битва на Швенте для ливонских «братьев» и впрямь стала настоящим Грюнвальдом. Магистр пал вместе с маршалом и многими сановниками (еще два Керсдорфа, Лоде, Врангель, Фиркс, Рутенберг и другие). Победителям достались семь орденских знамен.

31. Примечание на полях: Жигмонт Димитрович Корибут, князь Збаражский, который носил также [титул] чешского короля, и силезец Сигизмунд Рот утоплены в Швенте. Меховский, кн. 4, стр. 307. По этому поводу ниже смотри рассуждение Кромера.

32. Примечание Стрыйковского на полях: Кромер, кн. 2, стр. 312.

33. Примечание на полях: Сигизмунд после этой победы подчинил русские княжества.

34. Примечание на полях: Меховский пишет, что [Свидригайло] семь лет пас овец в Валахии. Пастушество Свидригайло — такая же легенда, как и утопление Корибута. Свидригайло вплоть до самой смерти (1452) оставался знатным вельможей, а его земельные владения были велики. См.: Коцебу А. Свитригайло, великий князь литовский. СПб, 1835. Стр. 229, 233.

35. Ир (Irus) — у Стрыйковского синоним нищего. «Беден, как Ир» (А.И.Герцен). Ир — персонаж Гомера, попрошайка, завязавший драку с Одиссем, когда тот прибыл на Итаку в образе нищего. См.: Гомер. Одиссея. М., 2000. Стр. 206.

36. Клото (по-гречески пряха) — одна из трех мойр, древнегреческих богинь судьбы, которым соответствуют древнеримские парки. Их имена (Клото, Лахезис и Атропо) капитан Блад дал своим пиратским кораблям. См.: Сабатини Р. Одиссея капитана Блада. М., 1960. Стр. 190.

37. Примечание на полях: Поликрат очень счастливо княжил на острове Самос и благодаря своему счастью подчинил себе много других островов и стран. Желая, чтобы его хотя бы раз постигло несчастье, он бросил в море перстень очень высокой цены, который сразу же нашелся в [желудке] выловленной рыбы. И все-таки потом [Поликрат был] повешен, такая же [судьба постигла и] Креза, побежденного Киром, и прочее. Об этом читай у Геродота, Юстина, Ксенофонта, Плутарха, Страбона (кн. 14), Волатерана (кн. 18) и других. См.: Поликратов перстень. В кн.: Жуковский В.А. Собрание сочинений в 4-х тт. Том 2. М.-Л., 1959. Стр. 167-169.

38. Смотри примечание 66 к книге шестнадцатой.

39. Техиния или Тигина — прежнее (до 1541 года) название города Бендеры.

40. Облучица — нынешняя Исакча.

41. Ивоница — молдавский господарь (1572-1574) Ион Лютый. См.: Хашдеу Б. П. Ион-Воевода Лютый. Кишинев, 1989.

42. Визига или вязига — высушенная хорда осетровых рыб. Однако неясно, имел ли наш автор в виду именно вязигу или же осетровых рыб вообще.

43. Итальянское ciarlatano — от глагола ciarlare (говорить с пафосом, напыщенно). Поэтому шарлатная — это, вероятно, роскошная, модная и очень дорогая ткань, что подтверждает и ее взаимозаменяемость с пурпурной.

44. В оригинале ozieneli. Слово не вполне понятное и скорее литовское, чем польское.

45. По самым осторожным подсчетам, Свидригайле в то время было 67 лет. Его имя впервые упомянуто в 1386 году, и Коцебу полагал, что в то время Свидригайло должен был находиться в самых юных летах. Однако некоторые историки датируют его рождение 1355 годом, и тогда в 1437 году его возраст уже перевалил за восемьдесят, а умер он в 97 лет. Нам кажется, что точка зрения Коцебу предпочтительнее.

46. В древнем Риме не было императора Иовиниана (Jowinianus), однако был император Иовиан (363-364), преемник Юлиана Отступника. Но этот Иовиан, как, впрочем, и Навуходоносор, не свергался с престола и не отрекался, Возможно, Стрыйковский путает его с Диоклетианом (284-305), который после отречения от престола восемь лет выращивал овощи. См.: Секст Аврелий Виктор. Извлечения о жизни и нравах римских императоров // Римские историки IV века. М., 1997. Стр. 169.

47. Это известие находится в явном противоречии с содержанием этой же самой главы хотя бы потому, что в 1437 году Свидригайло еще владел Луцком, а уже в 1440 году великим князем Литовским стал простивший его Казимир. Смотри также примечание 34.

48. Смотри примечания 28 и 29 к книге четырнадцатой.

49. Слово ныне в данном случае означает время, о котором рассказывается, то есть 1437 год.

50. Петровин — герой одной из легенд о святом Станиславе, воскресившем его из мертвых.

51. Альбрехт II Габсбург (1397-1439) — герцог Австрии Альбрехт V (1404), маркграф Моравии (1423), король Венгрии (1437), Чехии (1437) и Германии (1438). В 1420 году изгнал из Австрии всех евреев, отказавшихся креститься, приказав разрушить все синагоги. В 1422 году женился на дочери и наследнице императора Сигизмунда Елизавете Люксембургской. Избранный после смерти Сигизмунда (1437) римским (германским) королем (1438), впервые в истории объединил престолы Австрии, Венгрии, Чехии и Германии, но так и не был коронован императором, ибо уже 27 октября 1439 года скончался, заболев дизентерией.

52. Напомним, что дело происходило значительно позже битвы у Липан (1434), в ходе которой табориты потерпели сокрушительное поражение.

53. С 1421 по 1561 год в Праге не было собственного архиепископа. В 1435-1439 гг. пражским епископом-визитатором был Филиберт Констанский. Однако его не надо путать с епископом Констанцским, которым в 1436-1462 гг. был Генрих фон Хевен.

54. Электорами (избирателями) автор в данном случае называет немецких курфюрстов.

55. Смотри примечание 34 к книге пятнадцатой.

56. Табором, последним оплотом таборитов, Иржи Подебрад овладел только в 1452 году.

57. Лундский убор — какая-то особенная одежда (датская или шведская), изготовленная в Лунде.

58. Папа Евгений IV (1431-1447) был человеком строгих правил и сторонником твердой руки. С самого начала он пытался распустить Базельский собор и в конце концов официально объявил об этом. В 1438 году папа созвал новый собор — в Ферраре. В ответ на это делегаты Базельского собора низложили самого папу и избрали его преемником Феликса V (1439-1449), который считается последним антипапой католической церкви. Но Феликса признали далеко не все, и Евгений IV сохранил свою тиару до самой смерти. См.: Ян Веруш Ковальский. Папы и папство. М., 1991. Стр. 160-163. Смотри также примечание 77 к книге шестнадцатой.

59. Примечание Стрыйковского на полях: пан Чеховский, граф из Тарнова.

60. Решающая битва состоялась 6 мая 1439 года у деревни Гротник (Grotnik). См.: Jana Dlugosza kanonika Krakowskiego Dziejow Polskich ksiag dwanascie, t. IV, ks. XII. Krakow, 1868. Стр. 563.

61. Женой Спытко была Беатриса, дочь великопольского генерального старосты Доброгоста из Шамотул.

62. Стрыйковский очень упрощает и этим искажает историю рокоша Спытко из Мельштына, который имел весьма глубокие корни и которому ведущие польские историки всегда уделяли самое серьезное внимание. Это была не только непримиримая борьба немалой части польской шляхты против политики краковского епископа Збигнева Олесницкого, но и открытая схватка польских гуситов (которых и представлял Спытко) с их противниками. См.: Бобржинский М. Очерк истории Польши. Том I. СПб, 1888. Стр. 237-238.

63. Длугош рассказывает эту историю несколько иначе и намного подробнее. См.: Jana Dlugosza kanonika Krakowskiego Dziejow Polskich ksiag dwanascie, t. IV, ks. XII. Krakow, 1868. Стр. 564-565.

64. 6 июля 1439 г. См.: Сильвестр Сиропул. Воспоминания о Ферраро-Флорентийском соборе (1438-1439). СПб, 2010. Стр. 285-288.

65. Тот же папа Евгений IV, который короновал императором Сигизмунда Люксембургского, 18 декабря 1439 года сделал кардиналами Збигнева Олесницкого и митрополита киевского и всея Руси Исидора. Смотри примечание 58.

66. Длугош называет его баном Далмации и Словении (Slawonii). См.: Jana Dlugosza kanonika Krakowskiego Dziejow Polskich ksiag dwanascie, t. IV, ks. XII. Krakow, 1868. Стр. 570.

67. Мурад II (1404-1451), внук Баязида I и отец Мехмеда II, был турецким султаном в 1421-1451 годах.

68. День святого Войцеха — 23 апреля, и в 1440 году это была суббота. А вот суббота святой Троицы в том году была 7 мая и это, конечно, день въезда Владислава в Буду. Но в оригинале у Стрыйковского предложение построено так, что можно подумать, что суббота святой Троицы и день святого Войцеха — один и тот же день. См.: Jana Dlugosza kanonika Krakowskiego Dziejow Polskich ksiag dwanascie, t. IV, ks. XII. Krakow, 1868. Стр. 587.

69. Ладислав Постум родился 22 февраля 1440 года. Ко времени отъезда в Венгрию Владислава Варненчика об этом, разумеется, уже знали и в Польше.

70. Речь идет о так называемых «зеленых святках» — неделе, предшествующей Троице. В 1440 году зеленые святки у католиков заканчивались 7 мая, а у православных — 14 мая. Однако датой коронации католика Ладислава считается 15 мая 1440 года, так что здесь что-то не клеится. Но Стрыйковский уже не в первый раз «сбивается» с католического календаря на православный.

71. Фридрих (1415-1493) — король Германии (1440) Фридрих IV и император (1452) Фридрих III. Сын австрийского герцога Эрнста Железного. Елизавете Люксембург он не родственник, а с ее мужем Альбрехтом его роднит разве что принадлежность их обоих к Габсбургам (дед Фридриха был братом деда Альбрехта).

72. Ладислав Гара или Ласло II Гараи (1410-1459) — сын Миклоша II Гараи (1367-1433) и Анны Цилли (1384-1439), племянник Барбары Цилли (1395-1451), вдовы Сигизмунда Люксембурга, внук Миклоша I Гараи (1325-1386). Бан Мачвы и Хорватии (1433), палатин Венгрии (1447-1458).

73. По поручению королевы Елизаветы корону выкрала ее фрейлина, некая Елена Коттаннер, оставившая дошедшие до нас мемуары. См.: Aus den Denkwurdigkeiten der Helene Kottannerin. 1439.1440. Leipzig, 1846.

74. Одна из древнейших корон Европы впервые упомянута в 1001 году, когда ей короновали Иштвана (Стефана) Святого, а после него и всех остальных венгерских королей. Это и была та самая корона, которую украли. Владислав Варненчик был коронован другой короной. Януш Туроци сообщает, что для этого была использована корона, находившаяся в гробнице самого Иштвана Святого. Была ли это копия настоящей короны или просто декоративная безделушка — точно неизвестно. См.: Janos Thuroczy. Hronicle of the Hungarians. Indiana University, 1991. Стр. 113.

Текст переведен по изданию: Kronika polska, litewska, zmodzka i wszystkiej Rusi Macieja Stryjkowskiego. Wydanie nowe, sedace dokladnem powtorzeniem wydania pierwotnego krolewskiego z roku 1582, poprzedzone wiadomoscia o zyciu i pismach Stryjkowskiego przez Mikolaja Malinowskiego, oraz rozprawa o latopiscach ruskich przez Danilowicza. Warszawa. 1846

© сетевая версия - Тhietmar. 2017
© перевод с польск., комментарии - Игнатьев А. 2017
© дизайн - Войтехович А. 2001