Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

Паркетная доска цены

паркетная доска цены

www.parketpola.ru

ВАХУШТИ БАГРАТИОНИ

ИСТОРИЯ ЦАРСТВА ГРУЗИНСКОГО

ЖИЗНЬ И ДЕЯНИЯ ЦАРЕЙ КАРТЛИ ПОСЛЕ РАСПАДА ЦАРСТВА НА ТРИ ЦАРСТВА И ПЯТЬ КНЯЖЕСТВ

Вахтанг, царствовал 8 лет, татарского 1115 пришел Леван

И пришел Вахтанг в Тбилиси и сел правителем Картли лета Христова 1703, грузинского 391. И царь Эрекле отправился в Исшаган в мае. Затем июля 15-го прибыл и Леван. [93]

А этот Леван был с юных же лет боголюбивым, мудрым и почитающим премудрости, строителем и украсителем церквей, скромным и не поминающим зло, милостивым, спокойным, вдумчивым и мудроречивым. Он устроил дела всякие картлийские и никому не отомстил за содеянное ими зло царю Гиорги. (А Леван лишил [звания] амилахора Автандила и пожаловал Андукапару, сыну Гиви. Тот не захотел без принятия мусульманства, привел моллу и совершил обрезание в Тбилиси, чего никогда не бывало, кроме Персии. После сорока дней отправился к себе домой, чтобы повеселиться вместе со своими слугами. И по дороге поохотился в лесу, выскочил заяц, [Андукапар] собрался выпустить в него стрелу, но азнаур его, бывший больше всех ему верным, толкнул [Андукапара] конем, [сшиб его и Андукапар] сломал шею и умер. А заяц на глазах [всех] исчез. Тогда сочли это чудом, а зайца [приняли] за дьявола.

И о тех, кто без возвращения [в свою веру] умирал и хоронился здесь, говорили, что в каждую ночь из их могил выползали собачьи щенки и визжали. И страшною клятвою клялись, что видели это Тамар, невестка Кайхосро Цицишвили и Давид Павленишвили [утверждал] об отце своем и многие другие (примечание Вахушти))

Затем вновь по представлению царя отпустил шах Гиорги эристава, Папуа Мухранбатона и всех картлийцев с дарами.

А Лаван отправил воинов-картлийцев к царю Гиорги [в количестве] 2000 всадников. И когда они явились к царю в Кирман, выступил царь в Кандагар. Но до этого царем были посланы [туда] Систанский хан и Кациа, сын Тамаза. При их приходе авганы и азары узнали о прибытии [вслед за ними] и царя, по этой причине подчинились и не было больше разорения от них.

И шедший [в Кандагар] царь прошел жестокую пустыню и прибыл в Систан, оттуда в Гиришк и из Гиришка пришел в Кандагар. При появлении царя напал на всех страх и ужас и явились все к нему. Затем [царь] велел: «Всякий, кто подчинится, должен явиться ко мне и пожалую всех по достоинству их. А если не пожелают, истреблю мечом». Услышав это, явились все к царю с большими дарами и подчинил всех и обложил данью.

После отправился [царь] на охоту с большим войском. Мир-Самандар же подумал, что идет царь на него, выступил наскоро с племянником и несколькими рабами и явился к царю. За это царь пожаловал его и одарил и затем заручился его повиновением и обещанием выплатить дань в срок и отпустил. [94]

После этого прислал индийский царевич, сидевший в Кобуле, [послов] с большими дарами и с просьбой о мире, ибо он также предполагал, что царь идет на него. А царь отослал те дары и письмо его к шаху. За это шах остался весьма благодарен ему и те дары [индийского царевича] и многое другое пожаловал царю же, а также послал ему дары для индийского царевича и велел отправить своего посла. По этой причине царь стал весьма доверительным лицом шаха и завидовали этому кизылбаши.

А Леван привел в порядок расстроенные всякие дела Картли и оставался в Картли 15 месяцев и оставил сына своего Вахтанга правителем Картли, а сына своего Иесе взял с собой и отбыл в Испаган лета Христова 1704, грузинского 392, татарского 1116, сентября 26.

А этот Вахтанг был богобоязненный и [бого-]любивый и весьма деятельный, почитающий власти, одаривающий вдов и сирот и нищих, милостивый, строитель церквей, украшатель икон и крестов, любящий знания, мудрый, доблестный и мужественный, прекрасный телом, усердный, щедрый и уравновешенный, хотя временами грозный. Он сплотил всех грузин. Хотя царь каталикозом посадил того же Николоза, однако сговорились епископы и архимандриты и не пожелали Николоза, ибо человек он мирской, а Эвдемоза обвинили в невежестве, и волей Вахтанга избрали Доменти, сына Левана и брата Вахтанга, недавно прибывшего из России и благословили [его] в 1705, грузинского 393.

А Вахтанг восстановил Картли и управлял (им), ибо когда при царе Эрекле картлийцы перешли в Кахети, он по приказу шаха вернул их на свои места. Ему подчинялись имеры, слушались кахи. [Он] привез из Влахети печатное дело и умножил книги божии, так что невежественные власти также начали читать. Устроил постоянное войско для охраны своей, написал книгу о праве и по ней судили судьи, отменил пленопродавство, унизил [в правах] татар и особенно стражу Тбилисской крепости, возвысил грузин, проложил каналы, построил села многие.

А кахи не позволили каталикозу Доменти занять свои владения в Кахети. Поэтому отправился [каталокоз] [95] к шаху лета Христова 1707, грузинского 395. Шах пожаловал прибывшего каталикоза и отдал ему все свои вотчины и дары большие [и] затем отпустил и возвратился [каталикоз] в Тбилиси лета Христова 1708, грузинского 396. После прибыл он в Кахети к Имамкули-хану и разрешили занять владения свои и вернувшись [из Кахети], находился в Мцхета.

А когда царь [Гиорги] усмирил Кандагар, вновь восстал азарский султан Дакез. Царь велел Мирвеису убить или схватить его и привезти к нему. Тогда Мирвеис убил изменой и преподнес голову его и покорил царь Ааару, а голову Дакеза отослал с Мирвеисом шаху и посоветовал не отпускать Мирвеиса [вновь] туда, ибо был [Мирвеис] злым [и] хитрым. Но дидебулы шаха из-за зависти к царю вновь отпустили [Мирвеиса] и сообщили о вражде [к нему] царя. И возвратившись в Кандагар, Мирвеис постоянно искал случай, чтоб убить царя, однако из-за страха изображал верность.

А царь послал в Иерусалим 2000 туманов в помощь Голгофскому и Крестовому монастырям и многое другое для украшения их. Затем прислал Оконскую икону и святыни и кресты, которые были взяты в залог из Самцхе, и один месх преподнес ему там все [святыни] и царь одарил его дарами бесчисленными. А как Вахтанг передал те святыни и Оконскую икону, 30 июля учредил праздник.

А когда распространилась весть об усилении царя [Гиорги], услышал [об этом] Париджан султан, бежавший в Индию. Поэтому пришел он к Папуне Цицишвили, чтобы отправил он его к царю, так как он владел султанством. Однако калантар был врагом султана, дал [он] взятку Папуне и султана убили в дороге. Услышав об этом, царь разгневался и велел отрубить голову Папуне, но внял мольбам грузин и воздержался от этого. Испугался тогда калантар и отложился со своим племенем. Разгневанный этим царь послал на него воинов-грузин и кандаарцев всех, во главе их поставил Александра, сына брата своего Луарсаба и его наложницы, а сам царь с отрядом абдалов и домочадцами своими и немногими грузинами остался. Тогда открыл царю измену Мирвеиса брат же [его] Мирвеиса, однако не поверил царь. А прибывшие войска царя разгромили [96] крепости и побили сопротивлявшихся и пленили, захватили имущества их многие и подчинили всех. А здесь у царя в ночной дозор стоял Мирвеис. Воспользовался он случаем и призвал воинов и послушных своих, ушел тайно к своему отряду и напал на абдалского султана со словами: «Приказ царя!» и отрубил голову, так как не подчинялся он даже по приказу царя, ибо был предан царю. И если бы его не убил, [Мирвеис] ничего не смог бы свершить. Тогда напал на царя, но охрана царская — абдалы и племянник Мир-Самандара и немногие грузины и сам царь бились жестоко и Мирвеис не смог их одолеть. Решил царь вскочить на лошадь и так биться, однако не позволили кизылбаши с женоподобными сердцами.

Тогда Мирвеис сумел отрубить голову кому-то и сказал абдалам: «Вот, я убил царя, возьмите имущество и сокровища себе, а людей оставьте нам». Поверившие в это, абдалы забрали богатства и ушли. Затем окружил Мирвеис с войском царя, и [воины] царские бились сильно, однако спутали кровли домов [грузины] и убили [авганы] царя Гиорги лета Христова 1709, грузинского 397, в великий четверток. И отобрал у царя иконы и кресты Мирвеис и отослал шаху псалом, который читал в то время [царь] со словами: «так царь обманывал тебя». Затем возвратился в Кандагар и защитникам крепости сообщил о смерти царя по повелению шаха, по этой причине отдали [ему] Кандагар и занял [крепость Мирвеис].

Как узнали об этом Александр и грузины, крайне опечалились. И ушли от них авганы все и как только отступили, несколько раз нагнали их войска Мирвеиса, однако каждый раз грузины побеждали их. И пришли в крепость Леил-Маджнура и там узнали о захвате Мирвеисом Кандагара и направились в Гиришк, однако провожатые обманули их и вновь привели в Кандагар и вошли туда, за стенами фруктовой рощи. Подошли войска Мирвеиса и окружили их. Тогда глупой хитростью Иер-Махмад, брат Мирвеиса, взял Александра в Кандагар. Затем потребовали у грузин оружие и заставляли принять мусульманство и поселиться там же. Встревожились сильно этим грузины и ночью пробили стену фруктового [97] сада, вышли и ушли. Но и здесь нагнали их воины Мирвеиса многажды, однако одолели [грузины]. Встретили их и у кандагарской воды, но пришедшие грузины, увидев их, переплыли и все вместе вышли [на другой берег] и разгорелась битва сильная, дал бог победу, обратили их в бегство и побили многих. И дальше догнали [авганы] многажды, однако побеждали их грузины. Затем догнали 15000 авганcких всадника 500 грузин, бились сильно и силою божиею истребили так, что немногие спаслись бегством и победоносные прибыли в Гиришк. Но и здесь по наущению Мирвеиса не дали им струги, вновь переплыли на лошадях безвредно. Однако на берегу остался человек немощный. Напали на него авганы, взмахнул пеший воин саблей и рассек полностью авгана в панцыре и вскочил на его лошадь и он также переплыл. А авганы поднесли рассеченный панцырь Мирвеису и оказали: «С сотворившими такое не можем биться».

А грузины вошли в крепость Гиришка и укрепили ее, затем известили шаха обо всем происшедшем. Опечалился шах сильно этим, затем призвал Кайхосро, сына Левана, отдал Картли в царство и спасаларство Ирана, ибо Лаван был сильно болен, а грузинам прислал большие дары. А неугомонный в злобе Мирвеис собрал 13000 всадников и послал в Гиришк, чтобы обложить его. Тогда грузины решили до окружения [ими крепости] встретить их и напасть на них. И на втором рассвете напали на них я истребили многих, так что из их голов построили башни и кожи с Бежаном Ратишвили прислали шаху.

93-й царь Кайхосро, царствовал 3 года

А царь Кайхосро, собиравшийся отправляться и узнавая эти [победы грузин], радовался, однако не пожелали советники шаха отправления Кайхосро, так как грузины постоянно побеждали авган. [Поэтому] вновь послали грузинам дары, а бывшего там же Махмадкули-хана назначили командующим и отдали тамошние войска, чтобы он бился с Мирвеисом. Этот Махмадкули-хан послал в Кандагар к Александру письмо, чтобы сбежал он или сообщил, как можно напасть на Кандагар. А письмо это вручили Мирвеису. Разгневался он и вывел 30 грузин и отрубил головы. А Александра, Папуну и Нодара спас брат Мирвеиса. Тогда собрал Махмадкули-хан кизылбашско-грузинское войско и пошел на Кандагар. Мирвеис встретил прибывших боем. Где были [98] грузины, обратили в бегство и побили бесчисленное [количество], а с другой стороны кизылбаши убежали и оставили грузин среди них. Увидев это, грузины кликнули друг друга и боем прорвались и они тоже пришли в Гиришк. За это послали Бежана Ратишвили к шаху я известили обо всем. Тогда шах послал Кайхосро с большим войском и дарами, а Кайхосро потребовал грузинских воинов. А Вахтанг, узнавший о смерти дяди и отца Левана, который умер лета Христова 1709, грузинского 397 в мае, печалился сильно. И после сетования отправил брату своему Кайхосро 1500 грузин всадников, а сам правил Картли. Но за то, что унизил татар, защитники Тбилиси, татары, отложились и заперли крепостные ворота и начали пальбу ружейную и пушечную. Вахтанг сообщил об этом шаху. Разгневался шах и прислал пристава, [который] прибыл и всех закованных преподнес Вахтангу. Затем взяли [их] в Испагая и заключили в Аламутской крепости. По этой причине исчезло пленопродавство. Только Назарали-хан, наподобие царя Ростома, посылал шаху пленных многажды, а Вахтанг, если не требовал шах, не посылал, и тех большей частью купленных.

А Мирвеис, узнав об уходе Кайхосро, отпустил Александра и бьввших там грузин, отдал также тело царя и слуг их. Прибыли они в Гиришк. Оттуда с ними пошли все грузины и прибыли в Машат. Узнал это спасалар Кайхосро и приказал вновь войти в Гиришк. Узнав о возвращении грузин в Гиришк, Мирвеис собрал войска и окружил Гиришк. А грузины из-за многочисленности его войск не посмели сразиться [с ними] в поле и укрепились в городе-крепости [в продолжение] четырех месяцев. Однако начали голодать, ибо 3 фунта ослятины продавалось за рубль серебром (В тексте: «литра ослятины за 3 миналтуна». Литра равна 9 фунтам, а миналтун — это рубль серебром). (Но зри коварство, ибо Мирвеис монаху Арсену Доленджишвили присылал муку в достатке).

Услышал спасалар о тяжелом положении Гиришка, прислал к ним на помощь Махмад-хана с 5000 всадников. По дороге к нему обратился Мирвеис [со словами]: «Ты знаешь что спасалар враг мой. Поэтому доверяю тебе и прошу ходатайствовать перед шахом, чтобы простил меня и явлюсь к тебе». Услышав [99] это, Махмад-хан из-за зависти к спасалару не вник в коварство [Мирвеиса], а велел передать: «Приди и исполню все пожелания твои».

Мирвеис оставил Гиришк я утром появился перед ним. Видевшие [его] кизылбаши начали садиться на коней, чтобы сразиться [с ним], ню Махмад-хан, полагаясь на договоренность, сдерживал их. Тогда напал Мирвеис с войском и полностью истребил [их] так что никто не спасся, кроме Заала Лорткипанидзе и Арешишвили, и они благодаря мужеству своему. А Мирвеис с победой возвратился вновь к Гяришку и известил обо всем грузин и потребовал Сехмию Цицишвили в заклад «и уйду в Кандагар». Опечалились грузины и не пожелали [выдавать его], но Сехниа пожертвовал собой ради них, чтоб спасти их от гибели. И отдали Сехния и ушел Мирвеис, хотя оставил все свое продовольствие им.

А Вахтанг, как было выше сказано, правил Картли и охотился зимой в Караиа-Сомхити, осенью [и] весной в Гори и Тбилиси, летом в Триалети, в Шамбиани. Но умер брат его Теймураз лета Христова 1710, грузинского 398. Опечалились все и горевали до [положенного] времени.

А спасалар пришел в Машат, из Машата в Пара. Там к нему присоединился брат его Иесе с кирманским войском. Тогда прислал Мирвеис [человека] и потребовал у спасалара выкуп за Сехнию и тогда отпустит его, но спасалар, опасаясь шаха, не посмел это и поэтому Мирвеис отрубил голову Сехнии. Оскорбился этим спасалар, пришел и стал лагерем у реки Кандагар и на том берегу стал Мирвеис с войском. Там узнал Мирвеис, что к спасалару идет султан абдалов с войском. Оставил он тогда там брата своего Иер-Махмада, сам ушел и напал и истребил 4000 абдалских всадников и возвратился.

Утром поставил спасалар справа брата своего Иесе, слева Александра и вступили в брод. Авганы же начали палить из ружей и пищалей, но Александр перешел вплавь с конным войском и бежали авганы при переправе Иесе, [грузины] догнали и побили многих. А Иер-Махмад не смог уйти и вошел в скалы Бабавели и окружили их кизылбашские воины. А усталый Мирвеис, шедший на подмогу своим войскам и видя это, поскакал в Кандагар. Увидел его Александр и погнался за Мирвеисом, а он укрылся в одной разрушенной крепости. Тогда [100] Александр попытался напасть на крепость и захватить его, но кизылбаши посоветовали спасалару: «Мирвеис хитер, этот не Мирвеис, и когда нападем, он, наблюдавший за нами, нападет на нас и истребит наших воинов». Послушался их спасалар и призвал Александра к себе, однако Александр утверждал, что он и есть Мирвеис и настаивал на атаке. Но его вынудили вернуться, а к крепости приставили стражу. В ту же ночь Мирвеис вышел и вступил в Кандагар. Также Иер-Махмад обратил в бегство кизылбашей и тоже вошел в Кандагар. После узнали, что был Мирвеис и крайне опечалились, от чего случилось зло, о чем идет речь ниже:

А на другой день подошел спасалар и стал у стен Кандагара и думали, что Мирвеис выйдет, однако не вышел [он]. Затем послал спасалар шарбашарского султана, встретил его Мирвеис и отогнал. Увидя это, Иесе и Александр атаковали и Мирвеиса обратили в бегство и побили более 200 [и] у крепостных ворот отрубали им головы и возвратились с победой, с утра до вечера находящиеся в бою.

Но бои продолжались три месяца и с той и с этой стороны погибали многие. Хотя перекрыли дороги к Кандагару, однако из-за достатка продовольствия Мирвеис не испытывал нужду.

После того распространилась среди кизылбашей и грузин тоже болезнь желудка и не хватало продовольствия. Увидел это Мирвеис и перекрыл дороги и шедших [к войску] с продовольствием кизылбашей убивал. Видя это, Мир-Самандар, который обещал прибыть с войском к спасалару, не пришел и продовольствие тоже не прислал. От болезни и отсутствия пищи войска начали терпеть бедствия. А Мирвеис ободрял своих воинов. Потом выслал немногих воинов, а сам тайно выступил вслед за ними. Атаковали их кизылбаши [и] грузины, перегоняя друг друга. Авганы убежали, но как только вышли на удобное место, напал на них Мирвеис, обратил их в бегство и побил многих, хотя благодаря мужеству грузин остальные сумели уйти. Но с тех пор напал страх на кизылбашей и уже не могли биться с авгаиами. Вновь Мирвеис вышел [из крепости] и сражались. Но Мирвеис выходил из крепости, когда считал лучшим, а если нет, бился оттуда. Ворвались [тогда] туда грузины и спасалар также пришел на помощь, одолели Мирвеиса и побили его воинов. И [101] закрепились пешие авганы в скалах и палили из ружей. Тогда пришел какой-то кизылбаш, сказавший: «Приказ спасалара, заканчивайте битву и отступите». Услышав это, кизылбаши оставили грузин и ушли. Видя это, авганы вновь атаковали и побили многих. После убили мужественно сражавшегося Александра.

Тогда испугались сильно кизылбаши и посоветовали спасалару отступить и умножить войска и вновь придти и сразиться [с авганами], так как умножились болезни, смерть и голод. Узнал об этом Мирвеис и прислал спасалару условия мира: «Если уйдешь, не причиню тебе вреда и если шах даст тебе воинов, вновь приходи». Поверивший [в слова Мирвеиса], спасалар велел выступить ночью и направил Иесе, чтобы не остались воины, а [бросить] только обоз. Тогда коварный Мирвеис выслал стрельцов и начали [они] палить. Видя это, женоподобные кизылбаши бежали. Иесе также не оглянулся на своего брата, тоже бежал и оставил спасалара с немногими воинами. Но спасалар не пожелал бежать и атаковал Мирвеиса с немногими [воинами] и разбил их и обратил в бегство. Однако увидели авганы «верху бегущих кизылбашских воинов, крикнули своим воинам об их бегстве, повернули вновь [они] и напали на спасалара. Хотя доблестно сражался спасалар, ибо убил троих всадников, однако шестеро сразили спасалара копьями и умер [он] лета Христова 1711, грузинского 399, октября 26. Затем авганы погнались [и] разбили кизылбашей и захватили полиостью их богатство и добычу. А Иесе с грузинами прибыл в Гиришк и оттуда в Испаган.

А Вахтанг, правитель Картли, после скорби веселился и охотился, как было сказано выше. Затем выступил с войском на Осети, вступил и разрушил 80 башен, поджег и пленив непокорных, прошел Зрамаг и Жгелькую лощину и перешел Кедела и прибыл в Кударо и из Кударо [возвратился] с победою в Картли лета Христова 1711, грузинского 399. [После] захватил Двалети и наложил [на жителей] дань и находился в Гори, веселясь и размышляя.

94-ий царь Вахтанг царствовал 3 года

В это время сообщил шах о смерти брата своего и Картли отдал ему. Опечалился весьма Вахтанг и отбыл в Тбилиси, а там советники посоветовали идти к шаху. Послушался [Вахтанг их] и написал шаху [102] об этом. Затем выдал своих дочерей замуж — Тамар аа Теймураза, сына царя Эрекле, а Ануку за Вахушти Абашидзе.

После того прибыл мехмандар проводить [его] к шаху. Тогда оставил [Вахтанг] брата своего Свимона правителем Картли, а царицу и сыновей своих отправил в Гори и сам с немногими людьми отбыл лета Христова 1712, грузинского 400, апреля 23.

И прибыв к шаху, был [он] принят с большими почестями и полюбил [шах его] аа его доблесть и предлагал [шах принять] мусульманство и обещал большое жалованье и скорый отпуск. Однако он не согласился, говоря: «Я явился для того, чтобы враги не строили козни и Картли не был поколеблен. Но [у вас] находятся братья мои мусульмане и пошли, какого хочешь и я останусь у тебя». Тогда собрался шах отпустить Вахтанга со своей верой, однако не позволили амиры, советники его, и Иесе также не захотел идти по воле Вахтанга.

А так как среди мусульман считалось грехом платить дань и служить христианам, а цари Картли имели многих данников и слуг мусульман, то больше по этой причине омусульманивали царя. А жалованьем их было то, о чем говорилось выше в связи с Даудханом и [оплачивали царям] приезд и отъезд, и пока они находились в их странах, все расходы были их и три дня по приезде и три дня до отъезда прислуживали и подносили продовольствие для обеда и ужина, все [со стола] шаха на его же подносах.

А в том же году Свимон взял в жены дочь Бардзима, помолвленную с Кайхосро, и справил свадьбу, чтобы привлечь [на свою сторону] Гиорги эристава и затеяли к Вахтангу пронырство.

В том же году, августа 2, родился в Гори Гиорги, сын Вахтанга от царицы Русудан.

А Иесе восстановил против брата тбилисскую стражу, которым был топчибаш, и доносили шаху о сожжении корана и насилии многом над мусульманами. Для этого прислал шах в Тбилиси Холофу, чтобы выяснить, какое зло совершил Вахтанг над мусульманами. А тайно предложили ему — если найдет случай, самому занять Картли, а Свимона послать сюда [в Иран]. С прибывшим Холофой сговорились Свимон и мтавари картлийские против Вахтанга, так как, когда Вахтанг захватил Осети и создал отряд своих телохранителей, с той поры боялись Гиорги и Датуна эриставы потери своих вотчин. Поэтому [103] написали шаху: «Не желаем Вахтанга, а пришли Иесе». И вот странное, ибо каталикоз и епископы и власти дали разрешение за подвижника Христа Вахтанга, а сотворив сие, осудили Холофу и возвратился [он] в Испаган.

А в те времена появилась саранча, затмевая солнце при полете и был голод сильный.

А Свимон правил больше неправдою. И не побоялись бога и сотворили и сие: схватил Свимон каталикоза Доменти и отослал Бакару, чтобы ослепил его, однако не разрешила царица Русудан и находился [каталикоз] с ними в чести.

Когда шах услышал такие дела про Вахтанга (Находясь здесь в Испагане, царь Вахтанг изучил и перевел на грузинский [язык] персидскую. «Изидж», книгу звездочетов и о небесном строении (прим. Вахушти)), тяготился сильно и ие хотел так [поступать], однако вынудили амиры и отпустил Иесе на царство в Картли с дарами, ибо Иесе обещал шаху прислать царицу и сыновей Вахтанга и пятьсот картлийцев с семьями для поселения их в Фарабад.

95-й царь Иесе, царствовал 2 года

Пришел сей Иесе, нареченный шахом Аликули-ханом в Тбилиси лета Христова 1714, грузинского 402.

А был он мужественный, доблестный, милостивый, щедрый, одаривающий великих и малых, любящий пир, веселье и отдых, почитающий властей, и благословили его картлийцы все и поднесли дидебулы и знатные многие золото и серебро. И был он сильно омусульманившийся и поступал по их [обычаям], богатый и высокомерный.

А царица и сыновья Вахтанга ушли в Рача и отпустили каталикоза Доменти, которого Иесе принял с честью и вновь поставил каталикозом. Потом написал Иесе шаху: «Пока Вахтанг находится у тебя, не смогу выполнить приказанное тобой. Заключи его». Опечалился шах, ибо любил сильно [Вахтанга], затем написал Вахтангу елейно: «Отправляйся с почестями в Кирман, клянусь, что скоро тебя призову опять и одарю богато». И отправился с большими почестями, как патрон их (Находясь здесь в Кирмане, царь Вахтанг с персидского на грузинский перевел «Килилу и Даману» (прим. Вахушти)) [кирманцев].

А этот Иесе, который веселился и наслаждался непристойно с юнцами и неподобающими песнями, [вместо того], чтобы поступать величественно, отнял жену у Кайхосро Амираджиба, дяди матери своей, [104] племянницу бабушки своей, дочь Эрасти, и взял себе я жены. Осудили [его] каталикоз-епископы и особенно Иоанн Саакадзе, настоятель Гареджского [монастыря] Бертубани, человек достойный, однако не послушался юн, говоря: «Подобает мне, как мусульманину».

Затем привел в жены Елену, дочь царя Эрекле лета Христова 1715, грузинского 403 и справил свадьбу славную, хотя и неудовлетворительную.

В это время прошли чарцы Кахети, пришли в Хунан, разорили деревни, пленили [людей] и ушли. На это просили кахи помощь у Иесе, направил он Луарсаба спаспета с [войском] Сабаратиано. Вернулся после Луарсаб к Иесе бежавший и разгромленный. Затем послал Автандила Амилахора с [войском] Верхнего Картли. Прибыл он в Сагареджо, однако и он вернулся ни с чем.

Тогда, раз Иесе не сумел выполнить поручение шаха, призвал шах Вахтанга, дал Картли и спасаларство Ирана и обратили в их веру лета Христова 1716, грузинского 404 и направили в Тавриз, чтобы послал он войска в Хорасан, а правителем Картли поставили Бакара, сына его. И прислали [из Персии] пристава, чтобы схватить Иесе и передать [его] Бакару пленным, ибо так потребовал Вахтавг. А Бакар из Имерети прибыл в Мцхета, ибо в Тбилиси было моровое поветрие, а Иесе ушел в Кахети. Бакар послал шахского пристава за Иесе, однако господарь кахов Имамкули не разрешил. Об этом оповестил Бакар отца своего и царь [сообщил] шаху. Разгневался шах и прислал мурдара своего, пришел он, забрал Иесе, привел и передал Бакару, а Бакар заключил в тбилисском дворце. Затем по приказу отца схватил Луарсаба спаспета, однако его спасла царица Русудан. Потом схватил Эрекле Мухраибатона и ослепил [его], а Мухрани отдал Левану, сыну Папуны. Затем умертвил Папуну Диасамидзе, который был подстрекателем братьев. И кое-кого других изгнали и это все совершил по велению отца.

96-й царь Бакар, царствовал полтора года

А так как царь Вахтанг предполагал идти в Хорасан, по этой причине осмелился он просить у шаха, чтобы дал [он] царство Картли сыну своему Бакару. Послушался [шах] и отдал [царство Бакару] и обратили [Бакара] в их веру лишь словами, а не делом, находящегося в Коджори лета Христова 1717, грузинского 405. [105]

А тем летом вышли от Сулхава лезгины-чарцы 8000 всадников, разорили они Балнией и ущелье Кция до Тавмргвала. Узнав [об этом], Бакар послал дядю своего Свимона (который горевал, ибо во время морового поветрия погибли семья и слуги его, причиной чего называли проклятье каталикоза). Пришел Свимон с тремястами всадников к селению Назара, напали лезгины и окружили их, однако после ружейной пальбы атаковали грузины ев гущу их и обратили в бегство и побивали как диких зверей, но из-за многочисленности лезгин рассеялись грузины. Увидели это чарцы, собрались вместе и побили грузин и заставили их бежать, преследовали до Марнеулской горы и возвратились, прошли Караиа с добычею, но из-за жары и жажды погибли многие и после того до какого-то времени не смели грабить.

А когда Бакар лишил Датуну Ксанского эристава звания сахлтухуцеса и дал Эдишеру, сыну Кайхосро Лопина, счел это Датуна причиной и отложился. Поэтому послал Бакар на него брата своего Вахушти и при его прибытии умер Датуна эристави, а сыновья его ушли в Кахети и занял его владения Вахушти.

Но Шанше, сын Датуны, отправился к шаху в Казвин. Царь Вахтанг также был шахом вызван из Тавриза туда. Царь Вахтанг выпросил у шаха прибывшего Шанше, отдал шах и пленного [Шанше] прислал [царь Вахтанг] сыну своему Бакару. Бакар его также заключил в Тбилиси. А затем с согласия же царя Вахтанга лишил [его] шах спасаларства и отправил в Картли, чтоб управиться с лезгинскими делами.

94-й царь Вахтанг, царствовал 5 лет

После прибыл царь Вахтанг лета Христова 1719, грузинского 407 [и] сел на престол. Поклялись ему в твердой верности все грузины и благословили все [его] на царство и поздравили и поднесли золото и серебро многое [и] дидебулы [и] знатные [и] азнауры [и] каталикоз и епископы-архимандриты. (А этот порядок издревле существовал в Грузии и так совершали с каждым в Тбилиси и после этого почитали царем и никого, кроме него). И было веселье великое и радость по поводу прибытия Вахтанга и правил он добром.

Тогда схватил [царь] мелика Сомхити, сына Камарбега, и расстрелял ружьем. Затем [схватили] Баграта Цицишвили, Пешанга Палавандишвили, [106] Джамаспи Херхеулидзе, Папуну Ревазяшвили и Платона Вешапидзе, [но] спас их от смерти каталикоз и распродали [их] в Осети, как коз.

А так как царь имел от шаха поручение [управиться] с делами лезгин и лезгины разоряли не только Кахети, но [также] Ганджу, Бардав и Ширван, поэтому встретились в Мухрани царь Вахтанг и господарь кахов Имамкули, заключили мир и обещал Вахтанг послать войска в Кахети следующей весною. Послал [царь] Эрасти, сына Каплана с войском Сабаратиано, оставался он в Кахети около трех месяцев, не дали кахи [ему] воевать и возвратился в Тбилиси ни с чем.

После того сбежал Шанше в свою вотчину и отложился. А царь послал на него сына своего Бакара на Ксани и Вахушти на Лиахви. Вступили они и отобрали все, однако в Чурта [воины Шанше] обратили в бегство немногих воинов [царя] и закрепился там Шанше. Поэтому царь призвал имеров. Прибыли Шошита Рачинский эристави, Свимон и Леван Абашидзе с войском [и] напал царь на Чурта. Увидел это Шанше и, [в знак повиновения] повесив саблю на шею, явился к Бакару, [а] он привел к отцу. Вернулся царь в Тбилиси и дал имерам поохотиться и попировать, одарил богато и отпустил и до времени Шанше также отпустил с ними.

Однако вновь сбежал Шанше и укрепился в Чурта. В это время прислал шах ширванского хана на помощь кахам. Как он прибыл в Шаки, напали чарцы, убили хана и истребили его воинов. Поэтому велел шах царю разорить Чари и царь со всем собранным войском Картли выступил, а кахи привели [его] на следующий день в Магаро, Взмолились чарцы царю, чтобы пожалел их и повинуются ему во всем. Тогда прибыл от шаха Бежан [которого звали] Подседельник, чтоб царь возвратился от них [к себе]. На обратной дороге царь поохотился в Караиа и вернулся в Тбилиси.

А весной собрал царь войска, пришел и стал в Зебекури. Увидев [его], Шанше вновь явился к царю с повинною и с «саблей на шее, поклявшись на верность. Помиловал царь и пожаловал ему вотчины его полностью. Оттуда прибыл царь в Гори. Туда явился человек султана, ибо так как он послал племянника своего Александра с дарами в [107] Ахалцихе для воцарения в Имерети, поэтому просил о помощи. Согласился царь и послал на помощь Вахушти.

А зимой узнал царь о появлении лезгин, собрался и стал в Хунани, ибо Сулхав угрожал и Гандже. Оттуда послал войска и отогнал их от Гянджи. Однако азнауры посчитали, что их посылают в Кандагар и затеяли там смуту. Схватил царь [их], некоторых умертвил, некоторых замучил, других лишил наследства.

И усилились [в это время] авганы и Махмуд, сын Мирвеиса, подошел к Испагану с 8000 всадников. Вышли тогда амиры, беги и 120 000 войско сразиться с «им. Атаковал их Махмуд, обратил кизылбашей в бегство. И был там убит брат царя, куларагас Ростом с войском кули, сражавшийся мужественно. Истребил [Махмуд] воинов и подступил к Испагану лета Христова 1722, грузинского 410, в марте. Написал тогда шах царю, чтоб помог ему. Тем временем подошли к Гандже лезгины и ганджийцы также просили [царя] избавить их [от лезгин]. Затем прибыл посланец российского государя Мамука, чтобы присоединился [царь] к нему, когда он выступит в Персию. Услышав об этом, султан обратился к царю [с предложением] подчиниться ему.

Об этом посоветовался царь с мтаварами Картли, однако они не захотели идти в Испаган, ибо останется Картли обезлюденным и враги суть многие. Хотя постановили избавить [от лезгин] Ганджу и выступили в Ганджу. Однако как только царь пришел в Шанкори, узнал Сулхав, отошел от Ганджи и ушел к себе. Встретил [царя] ганджийский хан, привел в Ганджу и поднес дары большие и просил подчинить ему свои племена. Послал царь воинов, побили непокорных и подчинил (их) хану. Затем возвратился и прибыл царь в Тбилиси в мае. А в августе находящийся в Коджори царь получил от шаха таджи и перо и кинжал и саблю, осыпанную камнями, и должность спаспета Адрибежана [и повеление], чтобы захватить Ширван, ибо владели им лезгины.

[Тогда] вновь прибыл Баадур Туркистанишвили от великого императора Петра [с предложением] что, так как направлялся [император] из Солаха, прибыть царю в Ширван к нему. Потом прибыл [108] посол от султана (с предложением) о покорности его. Однако [царь] оставил всех и выбрал русского царя, ибо надеялся на освобождение церквей и христианских сил.

По этой причине с собранным войском направился в Ганджу, казахскому хану пожаловал Казахи и призвал. Однако в Казахи стоял господарь кахов Махмадкули-хан и он уведомил царя: «так как Казахи шахом пожалован мне, не положено вам его отнимать, а воинов дам я». Согласился тогда царь, но потребовал тамошних воинов и договорились встретиться и видеться друг с другом у моста Гатехили.

А до этого царь освободил брата своего Иесе из заключения и пожаловал ему Мухрани и [должность] мсаджултухуцеса. А был он все же порочным и некоторые картлийцы также и не пожелали встречу Махмадкули-хана с царем, желая смуты. По их совету Махмадкули-хан ночью перешел Мтквари у Гемикаиа и прибыл в Сагареджо и в воинах также отказал царю, и по этой причине возникла неприязнь между ними.

И царь Вахтанг прибыл в Ганджу и оставался там три месяца и ничего не мог узнать о государе Петре. После прибыли Баадур и посол царя Петра в Тбилиси, так как сам [государь] возвратился назад и обещал вновь прийти весною и обо всем этом известил царя Вахушти.

В то время войска царя и Махмадкули-хана сражались в Казахи. Тогда направил Махмадкули-хан чарцев, которых вели кахи, и разорили деревни Лило. Услышав об этом, царь возвратился и прибыл в Тбилиси, затем послал Бакара и Иесе для разорения Сагурамо. Подошел Теймураз с кахами, начали переговоры и заключили мир и Теймураза привели в Тбилиси вместе с кахами. Поклялись они перед царем, епископами и мтаварами не оспаривать [ничего у царя] и об единстве. И поверил царь и отпустил их с дарами.

После того взяли авганы Испаган октября лета Христова 1722, грузинского 410 и сел в Тавриз Шах-Тамаз, сын шаха Султан-Усеина, который был послан туда шахом во время осады Испагана. К этому Шах-Тамазу от царя был послан Сехниа Чхеидзе. Этот Сехниа угодил Махмадкули-хану и ничего не сообщил царю, ибо царь и Махмадкули-хан [109] унижали друг друга перед шахом. А Шах-Тамаз по совету [советников] пожаловал Картли Махмадкули-хану и выбрал шах-Тамаз его. Об этом известил Махмадкули-хан стражу Тбилиси, они заперли крепостные ворота ночью и начали палить из ружей и пушек.

Тогда царь выслал царицу в Гори, а сам с войском стал в Тбилиси. Затем подошел Махмадкули-хан и стал у Авлабари. А Теймураз тайно вошел в Мцхета и укрепили ее кахи. Потом кахи подкрались и захватили Клдисубани Тбилиси. Атаковал их Бакар с войском, побили кахов и обратили в бегство, занял сам и поставил стражу.

А Махмадкули-хан привел на помощь ганджийского хана и ереванские войска и лезгин, а царь рачинцев и имеров Абашидзе. И длилась война три месяца.

После вновь появились грабители у Телеги. Услышав это, Бакар выступил на них. Однако увидев [что он ушел], из Авлабари вышли кахи [и] лезгины и подошли к Табори, повернул Бакар с войском и атаковал их, обратил в бегство и побили многих, ибо обнаглели они.

Когда Мамука, сын Тамаза, стоял в Табахмела, напали [на него] кахи, и атаковал он и разгорелась битва, одолели Мамуку и побили многих. А в брата Мамуки, Раваза, попали девять пуль, однако [все же] ушел и вылечился. И теперь же убили Вахтанга сахлтухуцеса, сына Гиви Амилахора, совершенного во всем.

А Ганджийский хан пришел в Шулавери, прогнал воинов и опустошил Шулавери. Слышавший это царь послал Вахушти с войском Сабаратиано [и] имеров. Подошли они и истребили племена Борчалу, однако хан не вышел из Агджакальскoй крепости. Затем вернулись и стали в Цопа. На другой день послали отряды грабить. Тогда жители Сомхити известили хана о том, что Вахушти остался без войска. Тогда Махмадкули-хан выслал кахов и лезгин на помощь хану. Узнав это, вскочили они быстро на коней и выступили. Узнал Вахушти и встретил их, однако атакованные [ими] отступили в укреплениях и бились до вечера и присоединялись к нашим войскам [посланные нами] отряды. Затем атаковали слева, обратили кахов в бегство и побили многих и прибыли с добычею в Тбилиси. [110]

Затем вышли отряды грабителей [кахов], напал на них Бакар, истребил, других пленил трехсот [воинов]. А на обратном пути Бакара встретили кахи [и] лезгины и кизылбаши, атаковали [воины Бакара] и при первой же атаке обратили в бегство и побили большую часть и остальные спаслись, войдя в Сеидабад, а Бакар вернулся в Тбилиси.

Затем царь направил Вахушти в Мцхета, ибо Деметре Капланишвили, которому мцхетские [жители] предложили занять Мцхета, навел мост и по этой причине просил войско у царя.

Первым был послан Иесе, и выступили кахи, чтобы напасть на Иесе, но побил (их] Иесе, а спасшиеся беглецы вошли в Мцхета. Однако Иесе, не желая [продолжать] сражаться, ушел в Мухрани.

А Вахушти с 600 воинами подошел ночью и окружили Мцхета. Тогда молившимся в церкви кахам заперли ворота мцхетские [жители]. [И] хотя палили кахи сильно, однако [воины царские] ворвались, разбили и захватили всех и заняли Мцхета, забрали мтаваров кахов и преподнесли [их] царю в Тбилиси.

Затем вновь послал Бакар воинов ночью и отнял у них Табори. Встревожился этим Махмадкули-хан, ибо стоял [он] в Сейдабаде, снялся утром и направил к Табори пеших тушов и лезгин, взяли они Табори и пошли [они] на Бакара. Тогда Бакар атаковал Махмадкули-хана и сразу обратились [воины Махмадкули-хана] в бегство. И побивали их картлийцы [и] имеры и столпились они в теснине Мтквари, однако еще больше погибали в Мтквари. Но погнаться за ними не позволили Бакару мтавары коварством [своим], — так как чуть погнавшись, [Бакар] схватил бы Махмадкули-хана — чтоб не уничтожил [Бакар] соперника своего. Забрали [тогда] знамена и добычу его и осадили Тбилиси, ибо, не успев уйти, Теймураз вошел в крепость (отсюда пошли нижесказанные дела злые наизлейшие).

А Махмадкули-хан переплыл на лодке [реку] у Гемикаиа, прибыл в Марткопи и оттуда в Кисики [чтоб собрать] лезгинское войско, ибо опасался шаха, так как коварством затеял он смуту эту. А царь из Сейдабада подошел к крепости и [111] успокоился, затем послал Вахушти в Марткопи, который разорил его и возвратился в Тбилиси.

В ту пору стоял арзрумский паша в Карсе, собираясь разрушить Ереван и захватить Адрибежан. Присылал он к царю, чтоб не помог бы им и пожалует ему султан дары большие. В ответ послал [царь] Эдишера Рочикашвили и обещал не помогать им, так как надеялся, что весною прибудет русский царь.

Потом прибыли в Сейдабад и присоединились к царю знатные кахи «се. А прибывший [в Кисики] Махмадкули-хан обещал лезгинам серебро многое, (взял их с собой, и напали они на царя в Тбилиси. [И] смотри измену, ибо воинов было много, Мтквари прибавил сильно и мост [был] узким. Но находящийся там Свимон не разобрал моста, засады тоже не укрепил и картлийцы также оставили царя в руках вражьих, и видя такое положение ушли все. Видевший это конюх подвел коня к царю, а также к Бакару и ушли они. Тогда доблестно вел себя Ростом Палавандишвили, защищая царя и не подпуская лезгин. А лезгины побили картлийцев и кахов многих и подступили к городу. А царь прибыл в Мцхета и Бакар направился в Душети, чтобы подоспеть с войском в Тбилиси, однако Гиорги эристави отпустил его без коня.

А Махмадкули-хану отдали город и вошли лезгины, разорили и многих пленили. Вышли также татары, защитники крепости, и подожгли [собор] Сиони и разбили икону просвятой Богоматери (Леван украсил, Константин разбил (прим. Вахушти)). И сколько девиц и истинных матерей и монахинь было растлено злодеями и кровь праведных пролилась [от рук] неверных, лета Христова 1723, грузинского 411.

А Бакар возвратился к отцу и направились [они] в Гори. И занял Махмадкули-хан Тбилиси, призвал картлийцев и никто не пожелал явиться, ибо [хотя] на Сабаратиано послал войска лезгин, все же не пришли. Явился только Гиорги эристави из-за зависти к царю. После пришел Шанше Ксанский [эристави], кое-кто из Бараташвили и Цицишвили, а из Верхнего Картли никто [не явился]. За это Махмадкули-хан послал брата своего Теймураза с кахами и лезгинами. [112]

Тогда царь отправил царицу в Имерети и сам стал в Кцхинвали и отпустил оттуда посла русского царя вместе с Баадуром и попросил о помощи.

А обо всем этом узнал сараскир (Умер Мурад в 1640, сел Ибраим, брат Мурада. Умер Ибраим в 1648, сел Махмад, сын его. Умер Махмад в 1687, сел Сулейман, сын его. Свергли Сулеймана в 1691, сел Ахмад, брат его. Свергли Ахмада в 1695, сел Мустафа, брат его. Свергли Мустафу в 1703, сел Ахмад, сын Махмада. Он прислал сараскира Ибраим-пашу (прим. Вахушти)), находящийся в Карсе, и выступил, так как счел время удобным, и оповестил царя: «пришли ко мне родственника твоего, прогоню я Махмадкули-хана и именем султана вновь отдам тебе Картли». По этой причине послал царь [к сараскиру] Иесе, однако после него отправился и Бакар и встретил сараскира в Шанбиани, хотя и Теймураз подошел в Чала.

В это время у царя стало много войск, ибо прибыли Свимон Абашидзе с имерами и верхнекартлийцы все, и намеревался [царь] напасть на Теймураза. Однако известили о приходе [царя] османы [и] отступил вновь Теймураз в Тбилиси, а османы появились в июне и стали в Куркута.

Увидел Махмадкули-хан, что не смажет навести вред, явился к нему и преподнес крепостные ключи, чтобы отдал [сараскир] ему Картли.

Сараскир прислал янычаров и поставил в крепости. На другой день по просьбе Бакара схватил Махмадкули-хана и посадил под арест, а на персиян, жителей крепости, послал янычаров, [которые] разграбили их имущество и скот и выгнали всех из крепости обобранными и отдали город и Картли Бакару. Поэтому известил [Бакар] отца, чтобы прислал он османам дары. Послал тогда царь 12 лошаков, нагруженных золотом, серебром и украшениями.

После [того] арестованный Махмадкули-хан взмолился Бакару, чтобы отпустил [он его] и поклялся быть наподобие раба его. Помог он [Бакар] сбежать и пришел [Махмадкули-хан] в Кахети. Потом схватил [Бакар] по приказу отца и сараскира Гиорги эристава с сыном и сахлтухуцесом Теймуразом. Затем обезглавил Гиорги и османы направились для разорения и пленения Душети. [113]

Тогда вынудили османы царя повидаться с кехой. И стоял царь в Оками, а османы стояли в Шиосубани. Сюда прибыл для свидания с царем кеха и поклялись османы царю, что не отставят его от царства и решили вступить в Душети. Поэтому царь пришел в Ксанское ущелье с целью наступать со стороны Гремисхеви. Увидев [это], Отар, сын Гиорги эристава, дал взятку кехе и выразил покорность и явился к кехе, а кеха по этому уговору отпустил Отара, а сам направился в Тбилиси. Но после [Отар] прибыл к находящемуся в Кцхинвали царю, так как бежавшая от лезгин дочь его Тамар вместе с Теймуразом прибыла в Ананури. И царь выступил на ее помощь и стал в Аргуни, не доходя до Душети, но лезгины возвратились назад. А Отар явился к царю и поклялся в верности. За это царь дал ему эриставство и вотчины его и отпустил.

Однако той ночью пришли лезгины, разорили Гремисхеви и захватили имущество кахов-беженцев и ушли. Погнался за ними царь, догнали [их] воины и обратили лезгин в бегство и побили многих и остаток их скрылся за станами Цилкани. И после вновь вышли из Цилкани немногие [лезгины] и начали палить из ружей. Тогда бежали Свимон и Шанше и при подходе царя присоединились к нему. И воины стремились идти в атаку и разрушить стену, однако подошедший Шанше не позволил. [Тогда] отступил царь и стал в Ксовриси.

Затем пришли иные лезгины и разорили владения Амилахора и на обратном пути вступили в Шиосубани. В ту пору у царя был прибывший для кое-каких дел Свимон Абашидзе с немногими воинами. Собрались Отар эристави и картлийцы и требовали у царя [разрешения] сразиться. Но Шанше был врагом Отара и, так как войска Отара преобладали числом, не желал Шанше идти в бой, ибо Отар будет виновником победы.

И подойдя, вышли лезгины из Шиосубани, атаковали их имеры и разбили и обратили в бегство. Увидел это Шанше, повернулся и бежал. Погнались лезгины и убили Свимона Абашидзе и побили имеров, но больше картлийцев. И царя заставляли повернуть назад, но лошадь споткнулась и упал [царь]. Тогда Симарадишвили подвел свою лошадь и пришел [царь] в Кцхинвали и увидел царь, [что] картляйцы начали замышлять иное. [114]

После этого, стесненный взятками [османам] и непристойными делами османов, Бакар ушел из Тбилиси от османов. Затем прибыл в Мухрани с целью разбить лезгин, однако не смог догнать, ибо ушли лезгины в Сагурамо. Возвратившись, [Бакар] прибыл к отцу в Али. После направился в Мцхета и туда же прибыл Махмадкули-хан и договорились об единстве [и] любви и разошлись каждый к себе.

После [того] направил [Бакар] дядю своего Иесе в Тбилиси к османам, а Иесе принял их веру, ибо когда был он пленен [грузинами], вновь вернулся в христианство и теперь поступил так, ибо был плотояден. По этой причине доверились ему османы и послали его с войском на Бакара, стоявшего в Гористави. А Бакар, не имея войск, не смог противостать и ушел в Атени. И османы заняли Сабаратиано. Но весной Бакар послал воинов, они разбили находящихся в Триалети османов и у Фока истребили 500 всадников, идущих в Тбилиси. За это [османы] вновь направили Иесе и Исака ахалцихского пашу с войском. Бакар не смог противостать и ушел в горы. А османы подошли к Гори, разорили окрестности и заняли Гори. На обратной дороге [они] прошли владения Амилахора, Мухрани и пришли в Тбилиси. Затем вновь под предводительством Иесе пришли в Кцхинвали, разорили и пленили османы и ушли.

Царь Вахтанг отбыл в Россию

В это время пришли из России посланцы Давид Назарашвили и Франгистан и передали царю приглашение в Россию. Слышавший царь, надеясь на их государя, собрался, выехал и прибыл в Рача лета Христова 1724, грузинского 412. С ним поехали картлийцы из каждого дома и кахи тоже многие, около 1400, и многие с домочадцами. Из Рача пришел царь Вахтанг в Дигори. Там встретил его шурин, черкезский князь. Прибыв оттуда в Черкез, встретили его большие войска русских и пришел в Солахскую новую крепость 28 августа, в октябре сел на корабль и вышел в Астрахань 8 ноября.

А после царя Вахтанга собрались картлийцы, привели Махмадкули-хана с кахами, тушами, пшавами, хевсурами и стали в Тедоцминда. Узнав об этом, османы забрали с собой Иесе с войском Сабаратиано и пошли, а грузины встретили их у Гупта, атаковали и османы бежали. Подоспел Иесе, повернул османов, атаковал вновь, разбил и бежал Гиви Амилахори и [115] захватил Махмадкули-хана, погнались [за ними] османы, побили столько, что головы [убитых] Эрасти Капланишвили на арбах отвез в Тбилиси к Раджаб-паше, который дал ему в награду 30 драхканов.

И заняли весь Картли. И хотя Иесе не называли правителем, но с «им советовались и дела Картли вершили по нему. Но он собирал неправдой и забирал земли оптом и разбогател сильно.

Не осталось больше у османов противников, переписали весь Картли и определили подать на душу человека — драхкан, на овцу — полабаза, на корову — абаз, на буйвола и лошадь — полтора абаза, на урожай — пятину с фруктами.

И по этой причине было бедствие большое, и обернулась ложь на голову [свою], ибо лишили Отара эриставства, дали Теймуразу, сыну Ясона, а сбежавший Отар прибыл в Астрахань к царю. И разоряли османы вотчину Шанше.

Видя такое положение, каталикоз Доменти направился в Лоре, ибо не захватили еще османы, и при поддержке Иесе трон каталикоза захватил Бесарион. После [этого] приблизил паша каталикоза Доменти, но каталикоз попросил отпустить его к султану, ибо надеялся оттуда помочь Картли. Отправил он и прибывшего в Стамбул [каталикоза] встретили с великой честью, больше [чем] патриархов и выслушали обо всем. Однако Исак-паша Ахалцихский, которого посадили в Тбилиси наподобие царя, встревожился по поводу чести [оказанной] каталикозу, и при поддержке грузин донес султану [о нем]. За это каталикоза сослали на остров Тенадос и каталикозом Картли стал Бесарион.

А царя Вахтанга призвал император Петр Великий в Петербург. Прибыв в Царицын, узнал о смерти Петра Великого, опечалился сильно, но поехал [дальше] и прибыл в Москву. Там встретила его Дареджан, дочь царя Арчила, и встретились сердечно. Затем приехал в Петербург к императрице Екатерине и она оказала славную царскую честь и одарил бесчисленными [дарами].

После [того] весной направила [царя] в Гилян, чтоб заключить мир между ними и шахом. Поэтому царь призвал царицу в Москву и приехав в Москву, царя встретила там царица. И оставил там царицу и сам выехал в Гилян. А прибыв в Дербент, вручили [116] ему синюю [ленту] кавалера Андрея [Первозванного] от императрицы.

Затем прибыл в Гилян и явились к нему все гилянцы и известил царь обо всем шаха. В это время у шаха был Надир Авшар. Он по велению шаха убил Фатали-хана Каджара и помог шаху захватить Машат. Шах нарек его Тамазом и пожаловал должность корчибаша. Затем захватил [Надир] Хорасан. И без него ничего не мог предпринять шах.

Тогда шах, посоветовавшись с ним, сообщил царю о [своем согласии] заключить мир, как он желает и прислал дары.

Однако преставилась императрица Екатерина и [на престол] сел сын сына Петра Великого тоже Петр, 13 лет. Он призвал царя в Москву и прибыл царь [Вахтанг] лета Христова 1728, грузинского 416.

А за год до этого скончался Иесе. Тогда Исак-паша разделил Картли, Сомхит-Сабаратиано пожаловал Эраста Капланишвили, вверх от Мцхета Баграту Цицишвили, Верхний Картли — Гиви Амилахору, Мухрани и владения эриставов — главам их [домов] и от них получал дань и остальное, что было положено.

Но взаимной завистью грузины усугубили бедствия и по их наущению османы грабили и отнимали, особенно [разорялись] разбоем и пленением от лезгин. И из-за мтаваров османы поработили [грузин] так, что если гонец [их] сразу же не получал коней, то садились на них самих, как поступили с Ману чарам Капланишвили и Гиорги Кавтаришвили, надели узды, воссели [на них] и шпорили. Или если кто-либо причинит османам вред, посадят на кол и заставят выплатить серебро премногое, как поступили с Деметре Амилахором, которого вместе с двумя слугами посадили на кол.

Вновь возвысил Исак-паша тбилисского мелика Ашхарбега, и когда явились к нему на прием спаспет Луарсаб и картлийские мтавары все, не обратил он [мелик] на них внимания, не пожелал видеть и отпустил.

А Теймураз Мачабели не подчинялся Амилахору и истреблял османов всюду, где находил их.

Вновь отложился Шанше Ксаиский эристави. И Теймураза Арагвского эристава тоже прогнали османы и посадили Реваза и этот Реваз тоже не подчинялся османам. Поэтому Исак-паша велел [117] Махмадкули-хану и прислал ахалцихские отряды. Пришли они, прогнали Раваза и посадили Папуа, сына Зураба. Затем пришли, разорили Ксани и подошли к Ванатской крепости и из пещеры побивали многих османов, однако той ночью ушли из пещеры. Увидев это, дал Шанше османам дары [и] заключил мир с ними.

А Амилахори повел османские войска вместе с Махмадкули-ханом и напал на Мачабели в Мугути, разрушили крепость Свери, которая была построена Теймуразом Мачабели, однако в Мугути побили многих османов. Затем стало [Мачабели] трудно и ушел Мачабели и прибыл с семьей в Рача. А османы разорили, пленили [и] разрушили крепости и прибыли в Гори.

И задумали османы обмануть и схватить Махмадкули-хана, так как явились там к нему лезгины. Узнал Махмадкули-хан и ушел в Кахети. А османы в основном покорили Картли и поделили деревни.

В это же время подошли лезгины к Чала, убили Эрасти, сына Реваза Амилахора, и разорили Чала, забрали 1000 душ пленных и ушли. И кроме этого и [кроме] тех бед, которых причиняли османы, каждой весной и осенью лезгины уводили пленных, ибо нападали отрядами в примерно 1000 [человек].

А услышав Усуп-паша, сын Исака, о выступлении лезгин, направился с османо-грузинскими войсками и в Мухрани атаковал лезгин, истребил их и остатки [лезгин] вошли в Шиосубани. Окружил [Усуп] их, нападали и побивали лезгин, но шум боя услышали другие проходящие лезгины, напали и прогнали Усуп-пашу, так что еле спасся, и побили лезгины большинство османов.

Затем атаковал лезгин в Надарбазеви Махмад-бег с османо-грузинским войском, а лезгины отступили к лесу, где притаилась засада. И как подошли османы, начали лезгины палить из ружей с двух сторон, побили османов и обратили в бегство так, что спаслись немногие.

После того на окраине Ничбиси возвращавшиеся из Гори османские воины встретили лезгин, при первой же атаке лезгины обратили их в бегство и большинство захватили в плен, а убитым воткнули их же чубуки в задний проход. И усилились так, что начали нападать на Самцхе-Джавахети лезгины и разоряли и [жителей] полонили. [118]

Так что не осталось жителей в Мухрани, Картли и Сацициано и местами также в Сабаратиано-Сомхити, кроме как в крепостях, ибо даже для обработки земли спускались [в поле] украдкой, и увидя их [лезгин] возвращались в крепости. И османов побивали многажды так, что не могли они противостать [лезгинам].

Вновь разорили [лезгины] Джавахети. Узнали грузины и известили османов, подошли грузины и перекрыли перешейку Дидгорской башни и как появились лезгины, начали палить из ружей и побили [грузины] многих, а они бросили всю добычу и убежали. Тогда у Теладгоры встретили их османы и еще больших побили. Однако от самих османов было большее разорение и пленение и в бою тоже большей частью одолевали они.

И так как умножилось распутство, прелюбодеяние, содомия, пленопродавство, зависть, взаимное истребление и иное многое зло, поэтому и бот напустил [на землю] зло, ибо даже звери нападали и съедали без стеснения многих. Потом появились полчища воробьев, которые затемнили солнце своим числом и всецело съели посевы, чего не помнили веками. Затем погибли многие из-за чумы, однако никто не побоялся бога.

А после бегства Исак-паши прибыл Топал-паша. Он велел грузинам быть вооруженными и относился к ним с честью и учил единству и послушанию бога. В ту пору войска его всегда побеждали лезгин и истребляли [их]. Однако спустя немногое время отослали [пашу] в Багдад и после него вновь вернулся Исак-паша и стало по-прежнему, даже хуже.

А когда преставился император Петр второй и села императрица Анна, призвала она царя Вахтанга в Петербург, одарила его и направила в Дербент, чтоб захватить Шемаху и затем Картли. Выступив, прибыл [царь] в Дербент лета Христова 1734, грузинского 422. Однако вышеупомянутый Тамаз-хан первым занял Хорасан и прогнал из Испагана авганов и вновь посадил там шаха Тамаза. Затем вновь отнял у османов Тавриз и оставил шаха для взятия Еревана, а сам направился в Хорасан. Однако у Еревана османы отогнали шаха Тамаза, который вернулся в Испаган. Узнал об этом Тамаз-хан, пришел в Испаган и схватил шаха Тамаза, ибо был [шах] пьяница и низких поступков. А Тамаз-хан [119] направился в Багдад и убил Топал-пашу и возвратился в Испаган и собирался идти на Багдад. Однако узнал [он] о походе царя Вахтанга из Дербента на Шемаху, оставил Багдад и подошел тайком к Шемахе, отобрал ее у Сулхава и затем напал на Сулхава в Кулмухи, захватил и разорил, забрал имущество его, перешел в Шаки и оттуда приступил к Гандже [и] прислал в Дербент к царю Вахтангу человека, чтоб явился к нему. Однако Вахтанг не пожелал и отбыл в Астрахань, ибо отдали русские все [владения] персидские Тамаз-хану.

Но этой зимой Тамаз-хан не смог взять Ганджу. Тогда грузины истребили всех османов, находящихся вне Тбилиси. Гиви Амилахори также вошел обманом в Горимскую крепость и побил их и занял крепость. После [этого] явились грузины к Тамазхану у Ганджи. А он одарил их немногими дарами, отправил с ними Ханджал-хана с войском для борьбы с османами. Прибыли они, собрались вновь и стали в Авчала. Тогда из Тбилиси вышел Махмадбег с османским войском, напали на них кизылбаши и грузины, обратили в бегство и побили, а остальные вошли в Тбилиси.

Затем кизылбаши и грузины стали в Коджори, а ночной дозор их в Цавкиси. Ночью пришли османы и истребили ночной дозор полностью, а утром напали на кизылбашей и грузин и сразились эти тоже и убежали османы и побивали [их], погнались [за ними] и подошли к Тбилиси [кизылбаши и грузины].

И этой весной Тамаз-хан оставил Ганджу сами осадил ее другими войсками. Прошел он Сомхити, Дманиси, перешел Каикули и подошел к Карсу. Тогда там находился недавно прибывший сараскир Корул с большим войском. Не справившись с Карсом, Тамаз-хан вернулся и стал у Еревана. А на третий день, утром, прибыл и Корул с войском, сразились и развернулся бой сильный, убили Корула и османы обратились в бегство, так что один захватывал сотню [осман]. Видя это, османы отдали Ереван, Ганджу, Лоре, Тбилиси. И завял Тамаз-хан и призвал грузин в Ереван, однако там схватил всех, кроме Кайхосро Капланисшвили, который в то время был спаспетом, и отправил всех под арест в Тбилиси. После захватил весь Каикули и жителей отправил в Хорасан. [120]

Тамаз-хан прибыл в Тбилиси

Затем сам [Тамаз-хан] тоже прибыл в Тбилиси лета Христова 1735, грузинского 423. А дружины грузин ушли [все], кроме Вахушти Абашидзе.

А из Тбилиси направил войска и напали на Бардзима на [реке] Арагви. Оттуда кизылбашей прогнали. Но в Верхнем Картли и Сацициано забрал многих душ и отправил в Хорасан. И узри гнев [божий], будто недостаточно было этого, ибо от Хилхила до Инджа валялись триста мертвых младенцев, брошенных матерями.

А Тамаз-хан, который собрался полностью разорить Картли, услышал о появлении крымских татар у Дербента. По этой причине оставил [он] Картли, прошел Кахети, разоряя его, и прибыл в Дербент. Однако крымские татары возвратились назад и [не застав их] он опустошил уцмия и пришел в Муган и там короновался и стал называться шах-Надиром.

Затем прибыл в Испаган, собираясь [оттуда] в Кандагар, а в Картли в качестве вали оставил Алимирзу, сына Иманкули и Сефи-хана. Этот Сефи-хан приманил в Гори грузин, схватил Теймураза, Гиви Амилахора, Бардзима эристава и других, а Шанше сбежал, и отправил их в Испаган к шаху Надиру. А тот не причинил им вреда и взял с собой в Кандагар. Потом сделал Ханджал-хана ханом Картли, передал ему [этих] грузин и отпустил. А сам взял Кандагар и направился в Индию.

Обложил тогда прибывший [в Картли] Ханджал-хан поборами и [было] бедствие большое, ибо взымали ото всего — с деревьев, виноградников, пашни и животных. И этим подчинили воинов и нарекли «нокари» и мтаваров также пожаловали по их должностям и отняли вотчины и служили тбилисскому хану, ибо он же правил Кахети, Борчалу и Казахи. Часто собирали [кизылбаши] пленных и отсылали к шаху Надиру. Шанше же порой нападал [на кизылбашей], а затем отступал.

А царь Вахтанг обосновался в Астрахани и отправил в Москву сына своего Бакара с грузинами и привел туда царицу тоже и пребывал в покое один год. Затем преставился лета Христова 1737, грузинского 425, марта 26 и похоронили там с почестями большими и царскими. После него я царица уехала в Москву и остались они там.

И умер каталикоз Бесарион, затем прибыл Доманти из Стамбула в Имерети, призвали его в [121] каталикозы, встретили [его] Ханджал-хан я знатные все и [весь] город и оказали почести большие.

И умер Ханджал-хан [и] дали ханство Алаверди, сыну Иасе от наложницы.

А так как не нападал [больше] Шанше, пошли кизылбаши на него, не смог Шанше устоять и с домочадцами бежал в Имерети и оттуда в Россию. Прибывшего в Москву Шанше не пожаловал государь и вновь вернулся в Картли я занял владения свои и призвал лезгин и разорял земли.

А после бегства Шанше у брата его Арагвские ариставы отобрали жену и отдали кизылбашам. За это собрал Шанше лезгин и напал на Ананури, взял [его], разорил и истребил Арагвоких эриставов полностью так, что никто не спасся (узри, ибо жену Гиорги эристава нагрузили каменной солью и так погнали).

Но не успокоился Шанше и разорял Картли с помощью лезгин. Пришли эти лезгины в Ташири. Узнал об этом стоявший в Казахи Сефи-хан, который прежде сидел ханом в Тбилиси и по доносу грузин отозвал его шах Надир с гневом. Пришел он с 5 000 человек в Дманиси, забрал с собой Кайхосро спаспета и подоспел к лезгинам, переходящим из Ташири, атаковал и истребил так, что немногие смогли убежать. Затем вновь успел перейти в Кахети и вышедших из Картли [лезгин] побил многих. Кизылбаши также побивали их многажды.

Однако стояли [лезгины] в Ксани и было постоянно от них разорение и пленение, так что не осталось жителей, ибо были сильно напуганы от лезгин. Так, что пятеро лезгин с пленными женщинами перезимовали в [селе] Чхиквта. Забеременев от лезгин, (женщины) родили и летом заставили забрать своих детей и ушли. (И бог допустил такое, ибо не боялись бога).

После того возвратился шах Надир из Индии, прибыл и направился на страну лезгин. Послал войска и напали на Шанше, вывели они из крепости Ацерисхеви семью Шанше и многих пленных, а Шанше бежал в Ахалцихе. А Аликули-хан, начальник войск и Тбилисский хан, вступил в МагранДвалети, разорил его и горы [принадлежащие] Шанше, однако жамурские осетины обратили хана в бегство и побили его войска. [122]

А по просьбе шах Надира османы передали ему Шанше. Шах Надир согласился отпустить его при поручительстве грузин, однако грузины не пожелали и [тогда] послал в Хорасан. Но в дороге Шанше сбежал. Схватили вновь и вместе с братом ослепили.

А грузины продолжали пребывать у шаха Надира в Дербенте. В то время прибыл туда и каталикоз Доменти, и [шах] принял его с честью и вновь отправил в Картли каталикозом.

А было в Картли бедствие большое из-за корма, так как за один месяц заставил [шах] выплатить триста тысяч кодов хлеба и ячменя, ибо у знатных семьи были [оставлены] в Тбилиси и никто не омел не подчиниться.

Тогда же донесли грузины на Аликули-хана и прислал шах Надир в Тбилиси Коджа-хана. А Капланисшвили побили купцов турецкого каравана. Пожаловались [они] шаху Надиру, схватил Элизбара и умертвил, а у Кайхосро велел взять 500 туманов и вручил тем купцам. Затем у Бараташвили отрезал уши из-за корма. После того дал [шах] Гиви Амилахору Ксани и [звание] векила Картли, а Бежану (дал) эриставство Арагви и велел идти на лезгин с Кахетских гор.

И когда знатные грузины возвратились в Тбилиси, в ту пору преставился каталикоз Доменти, лета Христова 1741, грузинского 429 и похоронили в Мцхета. А он же посадил каталикозом Николоза Херхеулидзе.

А Гиви Амилахори стал сватам Бежана эристава и занял Ксани и подчинялся Бежан Гиви. И так как шах Надир вверил ему Картли, потребовал у него вдов, девиц и юношей по триста, пятьсот дымов мужчин и 20 000 харваров хлеба. По этой причине предложил Гиви грузинам: «Не в силах мы сделать сие и отложимся, ибо не сумел шах Надир по желанию своему покорить лезгин». И обещали они твердо. Тогда Гиви посоветовал хану идти на лезгин и выступил хан с [войском] кизылбашей и грузин. А Гиви ушел с семьей из Тбилиси, надеясь на крепости, и прибыл в ущелье Ксани. Но грузины не последовали за ним и не отложились. Услышав об этом, хан вернулся в Тбилиси и начал притеснять мтаваров из-за требуемой дани и многих бил и лишил свободы и напал на Гиви, не смог одолеть, разорил окрестности и возвратился в Тбилиси. [123]

В это время императрица Елизавета Петровна прислала в Астрахань Бакара, сына Вахтанга. Гиви предположил, что Бакар направляется в Картли для воцарения [и] послал Бардзима, двоюродного брата своего и призвал Бакара прийти и занять Картли.

А шах Надир в продолжение года бился с лезгинами, притеснил и привел их в ужасное положение, ибо продавали детей своих и ели свинину. Однако и среди воинов шаха Надира был голод сильный, ибо четыре коди хлеба продавались за три тумана. По этой причине отступил шах Надир и возвратился в Персию. А Бакара (вновь отозвали в Петербург и [он] возвратился туда.

Однако Гиви не успокоился и бился с ним тбилисский хан и разоряли земли и он и эти. Поэтому Гиви также призвал лезгин, как вспомогательное войско, и побил многих кизылбашских воинов, хотя больше разорял земли.

А после того по подстрекательству кахов Бежана пристава убили его же крепостные и явились к Теймуразу. А мтиулы отняли имущество у Гиви Амилахора и его семью выгнали из Хады. Однако Гиви вновь укрепил Ксанскую крепость, [а также крепости] Цхвилоси, Кехви и Сурами и ушел в Картли и не переставал Гиви разорять земли с помощью лезгин.

Теймураз известил обо всем этом шах Надира и шах Надир дал ему Арагвское эриставство. Пришел он и стал в Тини и нападал на Ксани.

В ту пору из страны лезгин пробирался к османам [человек], называвший себя сыном шаха, и его провожатый обманул его и привел к Теймуразу. А Теймураз схватил его и в сопровождении сына своего Эрекле отправил к шаху Надиру, который в то время воевал с османами в Мосуле. Надир был благодарен за это, дал ему дары большие и [царевича] Эрекле тоже отпустил с дарами.

А Реваз, двоюродный брат Гиви, отдал Теймуразу ксанские крепости и сам с азнаурами и крестьянами перешел в Кахети. И многие знатные, азнауры и крестьяне картлийцы заселялись в Кахети, ибо бедствия от татар там было меньше.

А лета христова 1744, грузинского 432, султан прислал лезгинам клад большой и прибыл Усуп, ахалцихский паша, с 15 000 войском, чтоб переслать его лезгинам. К нему присоединился и Гиви Амилахори. [124] Услышал об этом Тбилисский хан, собрался с кизылбашами и призвал картлийцев и Теймураза. Собравшись вместе, прибыли они в Гори, а османы подошли к Тедоцминда. Встретил их хан с картлийцами и Теймуразом, были они побеждены османами и вступили в Гори. Подошли османы и окружили их и клад тот с большим войском послали в страну лезгин. Известили об этом хан и Теймураз [царевича] Эрекле, собрался он с кахами и авганами и перекрыл [Эрекле] прибывшим османам лощину на берегу Арагви. Начали они палить из ружей, одолели их и побили многих, однако забрали они клад и побежали к Гори. Увидев это, Усуп-паша снялся и ушел, яко беглец. А хан и Теймураз вышли из Гори и завладели большой добычей.

Затем вернулись они в Тбилиси и сообщили обо всех событиях шаху Надиру. Обрадовался он сильно и отдал Теймуразу Картли, а сыну его, Эрекле, Кахети. После этого прибыл Теймураз в Тбилиси лета Христова 1744, грузинского 432.

(пер. Н. Т. Накашидзе)
Текст воспроизведен по изданию: Вахушти Багратиони. История царства грузинской. Мецниереба. 1976

© текст - Накашидзе Н. Т. 1976
© сетевая версия - Тhietmar. 2003
© OCR - Анна Вртанесян. 2003
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Мецниереба. 1976

Опубликовано совместно с проектом ArmenianHouse.org