ПЕТР СИМОН ПАЛЛАС

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО РАЗНЫМ МЕСТАМ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА

Деревня Куликова.

18 верст.

Деревня Слаткова.

18 верст.

Пяметна.

6 верст.

Волосникова.

4 версты.

Деревня Губина.

25 верст.

От Белозерской слободы до устья Суерской пошло опять открытое место; но в переди виден высокой хребет, которой начинаясь от Илецкова бора простирается до угла, которой река Исеть с Тоболью составляют и на коем самые лучшие пахотные поля находятся, ибо низменность водяна и довольно солона. На сем хребте виден был опять Курган чрезвычайной величины, который приметит можно в довольно великом расстоянии. В нескольких верстах надобно два раза переезжать узкое болото Гатино. У Куликовой деревни пошли больше солончаки и [67] несколько насыпных могильных Курганов; тремя верстами далее проходит небольшой ручей Крутиха; а не доезжая еще шести верст до Сладкого Лога встречаются опять Солончаки. Несколько далее течет в Тобол ручей, которой называется по имяни Речкиной деревни, при устье ручья того лежащей; мост чрез оной от степного пожару сгорел, но не смотря на то, мы сыскали такое место, по которому удобно можно было проехать. Отсюда видна в стороне еще деревня названная по имяни своего первого заводчика, вдавшегося в великое пьянство, Пьянова. Не доезжая до слободы лежат по дороге на поле могильными насыпями испещренном еще две деревни. Все Курганы до последнего взрыты: из сего несомненно заключит можно, что на то употребленный труд был не вотще, но кладоискатели при том ращет свой наблюдали.

Устзуерская слобода, где я ночлег имел, называется также и Пуховою по имени первого своего основателя. Она лежит при Тоболе, где находится обширная низменность, открытое место представляющая; церковь же обнесена деревянною крепостцою и кроме Комиссарского дому в сей слободе 58 дворов. Здешняя контора, непосредственно к Ялуторову принадлежащая, имеет под своим ведомством два села и 21 небольших деревушек, в коих около 1700 душ мужеского полу находится. Деревушки сии оселены частью при Тоболе, частью при Орепе, мало [68] повыше с другой стороны в Тобол впадающей; также лежат оне отчасти при малых, как то Степном и Конопляном озерах, и отчасти при Грачевском и Сладком логе.

И сего дня опять к ночи поднялася с западной стороны буря весьма жестоко на полуночную страну свирепствовавшая; она сопровождаема была сильным снегом продолжавшимся с непогодою до следующего полудня, так что поле вторично на поларшина покрылось снегом; а чрез то сделалась дорога наша столь дурною и грязною, что я на другой день едва 30 или 32 версты до Осиновой слободы, которая также Суерским острогом имянуется, мог проехать. От сего расстояния пойдет первая половина привольною равниною, которая с одной стороны Тобол, а с другой продолжающийся сосновой бор в себе заключает, где проезжать должно многие болотины и ручеек Мешевой. Вдоль по реке находится множество деревень, а при Шадринской на 16 версте от слободы стоящей деревне, лежит дорога к вышесказанному Болотному, даже до острогу простирающемуся, сосновому бору. Тут едва пробраться можно было за грязью, особливо между двумя обширными и глубокими Тебеняке и Мияпе в лесу протекающими ручьями, коих взаимное между собою расстояние в 5 верстах заключается. Над последним ручьем лежит деревня, от которой только пять верст до Суерского острога остается. Как в лесу [69] так и на привольных местах видно довольное число курганов; на некоторых из них укоренились больше ста лет стоявшие сосны. Сегоднишный вечер сделался опять светлым, а по наступлении ночи показалось северное сияние с белесоватыми весьма зыблющимися лучами, но отрез оного был несколько темноват. Ночь же была с изморозью ясная.

Суерской острог.

5 верст.

Лишь я прибыл в Суерской острог, уведомили меня что здоровье чучельника Шумского гораздо в хуждшем против прежнего находится состоянии. Но как он сам мне о худых своих обстоятельствах ничего не дал знать, то я и полагал, что нет опасности, и понеже тогда уже поздо было, то мне и не удалось его видеть прежде, как на другое утро рано. Подошедшие морозы привели его в двои сутки в крайнее изнеможение; самые несноснейщие скорбута припадки у него оказались; бывшая доселе в нижных членах ломота миновалась, и все признаки уже в огонь превратившегося жестокого воспаления в нижной части чрева, которые он тайным и при том неумеренным употреблением крепких напитков почти до последней минуты ускорял, были очевидны. Никакой уже не было надежды к поправлению его здоровья, и хотя я все средства, кои токмо к врачеванию в моей были силе, употребил, однакож он прежде нашего ожидания еще того же дня после обеда почти неприметно и [70] без всякого мучения жизнь свою скончал. Припадки чрез пять месяцов продолжающейся его болезни мало отменны были от самого хуждшего рода морского скорбута, и никаким способом оные не можно было преодолеть ради худо им при недостатке свежей зелени наблюдаемой диеты, и когда при том никакими советами не можно было его отвратить от употребления крепких напитков. Я оставив для погребения его тела некоторых из своих провожатых, при благоприятствующей погоде, тогдаж по полудни продолжал путь свой далее.

Суерской острог построен 1762 года, и в рассуждении длины своея лежит по Тоболу. Деревянное его укрепление вооруженное бойницами и башнею над воротами совершенно развалилось.

Суерской острог состоит из 76 дворов и одной церкви, а упалое место коммисара еще никем не занято; ведениюж канторы подлежат свыше 36 небольших деревень, из коих большая часть поселена на Тоболе, пять над впадающим пятью верстами выше с правой стороны в Тобол ручьем Емуртла, и две над изливающимся в Исеть ручьем Инголою. Во всем уезде купно с самою слободою находится не более 869 душ на подушном окладе. Ибо в сих соседственных слободах чрез заведение двух новопоселенных слобод уезда, над втекающим в Емуртулу ручьем Казак, и окрест [71] большого в Шимской степи озера Салтаим весьма запустело. От Осиповой или от Суерского острога до Ялуторова или по просторечию до Бочанки оставалось токмо 52 версты, но мне берегом Тобола надлежало еще ехать до Лубаевой только тридцать три версты.

Деревня Тютрина.

2 версты.

Деревня Сирянская.

20 верст.

Деревня Денисова.

Деревня Лубаева.

6 верст.

Досель попадавшейся лес кончится по сию сторону реки при Осиповой, по другому же берегу начинаются прекрасные лесом поросшие сугорки. От Осиповой лежит дорога высоким полем, около пространной низменности, заключающей в себе длинное искривившееся озеро, которое кажется произведено прорывом реки. Все поле, занятое малым березником, усеяно было безчисленным почти множеством Курганов, которые идут даже за деревню Тютрину; многие из них гораздо велики и обыкновенно ограждены малыми холмами; а один из сих величиною ни чем прежде описанному цареву Кургану не уступает. Не подалеку от Тобола, где пресеклись Курганы, находится малое карасей в себе содержащее озеро Кулчи; оное зимнею порою бывает вонюче и рыбу его едва в пищу употребить можно. В 4 от оного озера верстах будет опять высокое поле чрез две версты до небольшого озера Пещанова продолжающимися Курганами покрытое. По Тоболу и в сих местах множество деревень. Отъехав 16 верст переправились мы чрез Шиликун исток от стечения малых озер происходящей. За сим скоро последует Сирянская [72] деревня, где около болот и на потопленных низменностях великие насели стада северных гусей, которые в продолжении морозов водились в ближних лесах, ныне же путь свой далее продолжают. От сея деревня оставалось до Денисовой, в коей прежде была почтовая станция, переведенная ныне в Лубаеву, еще семь верст. Выше первой деревни по другую сторону реки лежит большое Березовскому монастырю принадлежащее село Заимка прозываемое. — Позади Денисовой будет малорослый березник с многими болотинами, между коими примечания достойно весьма глубокое Котелообразное малое озеро; оно чаятельно произошло от провалу земли. Наконец миновав озеро Лубаево, и его исток, прибыли мы в деревню, стоящую на водной низменности, от которой она проименована, о 30 дворах с небольшою деревянною часовнею.

Река Тобол, по которой мне плыть надлежало, гораздо выступила из своих берегов; а причину сего приписывают простаки множеству вод Исетом наносимых, коего устье отсель до Тобола в десяти верстах расстоянием находится. Для перевозу делан был здесь плот, на котором мы 4 числа переправились опять на правой берег Тобола. Близ перевозу по левую сторону уклоняется от Тобола извилистом глухой рукав, который крестьяне по подобно Калагиком нарицают. — А на другом берегу находится [73] низменность лужами и прорывами изобильная, по чему мы принуждены были далеко объезжать оную. Тут стреляли охотники прекрасных самого малого роду ястребков, которых описание в прибавлении (Fаlсо rеgulus под № 30) видеть можно. Сей от упомянутого при звероописании малого Кобчика (Fаlсо minutus) совсем отменен. Оный ястребок более гоняется за подорожниками и с ними в верх подымается.

Уковской винной завод.

3 версты.

По край низменности, окруженной продолжающимися лесом покрытыми сугорками, ехали мы чрез деревню Сунгорову о 15 дворах, не далеко от устья реки стоящую. Здесь было еще несколько курганов, но отсель далее до Ишима уже оных более не видал. Скоро после сего добрались мы до Уковского бору, коего пещаные холмы делали путь наш трудным. Оный бор в сторону от Уки почти до устья Тобола в Иртыш впадающей, шириною от 5 до 20 верст непрерывно продолжается. Но вниз далее сосновый бор изчезает, а за ним будет более черной лес, где и липы попадаются, коих начиная от Урала по сие место совсем не было. — Путь мой был поперег леса вверьх по реке Уке, на которой я, отъехав 5 верст нашел весьма знаменитый и по имени сея реки названной Винной Уковской завод, от Тобола по прямой линии в трех верстах находящейся. [74]

Сей Уковской завод построен за 20 и более лет Верхотурскими купцами Власьевским и Походяшиным в сей лесом и хлебом столь обильной стране: он прежде состоял из одной винокурни; но за 16 лет, когда она досталась во владение его сиятельству графу Шувалову, к ней еще две, которые в один ряд построены, распространены и гораздо более населены. Теперь в сем заводе боле трех сот дворов, которые по запруженной речке Уке лежат; в нем построена изрядная деревянная церковь, прекрасный для управителя или тамошнего надзирателя с садом дом, также Государственная палата, хлебные амбары, и учреждена контора. Против сего завода лежат винокурни, из коих старая для перегонки раки из браги имеет 10 дщанов и 40 простых котлов: равным образом и три настоящие куба для сидки вина из раки, а из двух новых находится в одной 35, а в другой 31 котел и 3 куба, но в каждой 9 дщанов. На всякой дщан щитают 10 четвертей солоду, которого всегда пятую или седьмую долю овсом или ячменем добавляют. Простые котлы; содержащее в себе 42 Российских ведер, наполняются обыкновенно из одного дщана, так что ряд всегда почти в четверы сутки обходит; но как дщаны немедленно опять доливают, то работа может безконечно продолжатся. При каждой винокурне наруже бывает большой в стену вмазанный котел, из коего кипяток [75] посредством труб в дщаны проводится. По причине претерпенного от бывшей высокой воды сими винокурнями вреда, ни на которой из них ныне не производилась работа. Наружи при плотине построены хлебные амбары, большая солодовня, а на реке крупяная мельница. Здесь изходит ежегодно сии 30 до 40000 четвертей ржи, которой привоз бывает зимою; из четверти ржи полагают здесь обыкновенно, что высидеть можно три, а с лучшим старанием и четыре ведра вина, но при всем том не иначе как вторичною гонкою; а еслиб сидка была учреждена порядочнее и кубы исправить, то такое же крепкое вино можно получит и в первой раз. Из сего легко усмотреть можно, сколь великой в хлебе урон при столь худом распоряжении необходимо произойти долженствует. Ржи около завода не сеют; рабочие люди употребляемые для рубки дров, возки и для случающейся при заводе работы по большой части вольные или наемные. Отсель отвозится вино частию сухим путем к Ишимской и Сибирской линиям, частию водою в Тобол, а оттуда далее по всей Сибири, и во все места, доколе Тобольское наместничество простирается, отпускается вино только из сих, по том Устмиасского, Верхотурского и Енисейского заводов. — Лес в окольности сего завода столь неосторожно вырублен, что в нескольких верстах уже нет ни одного большого дерева. И как молодой посев не [76] имеет себе покрова и оставшиеся корни еще в несколько лет не выгниют, то ко возращению леса и надежды не нет. Еще бы на несколько лет стало дров, ежели бы срубили оставшееся пни, не редко на два локтя над землею стоящее, чрез что очистили б молодому лесу место.

Падуйской винной завод.

8 верст.

Ук переезжают здесь посреди проведенной чрез его плотины, а по том следуя правому его берегу вверьх, продолжающимся лесом, пока не достигнешь второй на Уке построенной винокурни, которая стоит с немногими дворами при малом к вышеупомянутой речке протекающем Падуне. При устье сего Падуна находится крупяная мельница и деревушка Пугина, которая от завода едва на два поприща отстоит. В здешнем заводе производилась работа, и тут было как обыкновенно 14 простых дщанов и 56 Котлов с деревянными крышками, с короткими широкими трубами, коих у каждого котла по три друге от друга на 4 пальца расстоянием находится. Котлы и дщаны стоят вне завода под крышкою, а трубы проведены чрез заводскую стену и жолоб, в которой введена холодная вода, беспрестанное течение имеющая. Из огромных сих труб течет вино на подкрепленную вдоль оных доску с запуском, чрез который запуск бежит каплями вино в подставленные открытые котлы. Не трудно себе представить, сколь много при толь худом распоряжении [77] теряется летучих частиц, а наипаче, когда сидят раку и вино в таковых котлах и то одинаким образом. В самом заводе, хотя он не столь плотно состроен, бывает такой чад, что едва четверть часа, даже при отверстых дверях, пробыть можно, что бы не опьянеть. Из труб не токмо что выходит горячий пар, который свечею зажечь можно, но тепло истекающее и уже ослабевшее вино на запускной доске и в открытых дщанах беспрестанно испаряется. Из сих дщанов собирают раку в большой дщан, который также не закрыт; а из его перепускают ее чрез жолоб в те котлы, в которых ее еще раз гонят; наконец перегоненное вино, которое при первой сидке столь же или еще слабее раки сделалось, наливают в большое судно, которое почти не закрыто ставится близ огня, а для теплоты и содержится в винокурне. Великое еще щастие, когда перегнанное вино только две трети доли той крепости удержит, которуюб оно при лучшем устройстве от первой сидки имело. Заводчики ни во что ставят сей убыток; ибо барыш их при всем том велик. Но ежели помыслить, что то количество ржи, которое не нужно употребляется в замену сего ущерба в сидке количеством и приумножением так называемой раки, есть истинный для государства урон, и что заводы при хорошем смотрении, утрачивая меньшее число хлеба доставлялиб столькож вина: не можно [78] не негодовать на тех, кои основывая или содержа таковые заводы, упорно остаются при древних своих обыкновениях.

Деревня Менщикова.

4 версты.

За Падуйским заводом лес мало по малу исчезает и переменяется в малорослый березник. Я переменив подводы в деревне Менщиковой, по левую сторону Ука в двух местах раздельно лежащей, сего же дня продолжал путь по болотным и гористым местам ростущим березником. Отъехав менее версты от нижней деревни, увидел я тройный источник, который с Падуном в Ук течет, и имеет Марциальную воду, для питья весьма приятную, и содержащую в себе много летучих частиц. Средний источник обильнейшей всех водою, но не столько имел Марциальных частиц. Но напротив того, близ оного несколько с южной стороны выходящей источник гораздо богат составными частицами, и в нем осядает множество охры. Третий же ничего не содержит. Окружающее источник сей сугорки покрыты обжелезнелым илом и чаятельно находится в них железная руда. Путь мой продолжался еще все по Уку, к которому приобщаются некоторые еще ключи, и где в стороне осталась старая монастырская заимка. Но деревня Сосновка лежит на одном из главных источников, из которого Ук выходит и имеет 207 дворов и церковь. Сей главной источник идет от востока, а другой от юга, но оба начало свое имеют в гористой [79] стране. На последнем стоит село Рафайлова Заимка называемое, которое прежде было монастырским стяжанием, ныне же принадлежит економии, и еще числится к Оренбургскому наместничеству, по тому что состояло под ведением Рафаильского монастыря.

Деревня Сосновка.

Около источника Ука находящееся холмы состоят из ила и чернозема, и также как площадь Вагайской реки нарочито покрыт березником; но страна сия столь холодна, что березовые почки и весеннее цветы еще повсюду даже до Ишыма не более распустились, как я их при отъезде своем из Челябинска видел. Березник и здесь во множестве рос, когда он по западной стороне Тобола уже пресекся, а деревья зеленеть начали. Последней снег был столь велик, что в иных местах по ныне есть остатки оного. И зимою выпадает здесь пороша гораздо обильнее, нежели в странах, по другую сторону Тобола открыто и привольно лежащих.

Здесь в Сосновке настигли меня мои в Суерском остроге для погребения умершего чучельника оставшееся провожатые, а на другое утро отправился я еще на рассвете, и поспешал к Ишиму. От угорков, по Уку простирающихся, и березником поросших, проехав пашни в стороне лежащей деревни Рафаиловой, увидишь скоро низменные и болотные долины, которые между Уком и Вагайским волоком все пространство занимают. Здесь была дорога несказанно худа, и мы бы [80] без толикого числа лошадей, добровольно крестьянами припрягаемых, конечно из грязи не выбрались. Самые хуждшие места составляли некоторые глиноватой породы лужи, коих окружность селитреною солью обильна, и которые по Вагаю тем чаще встречаются. Где земля несколько суше, там все покрыто поросшими кочками, произходящими от муравьев, коими вообще все травистые и низкие поля наполнены. Те муравьи, которые кочки строят и населяют, суть самой малой породы, цветом совершенно светложелты, и редко увидишь между ими черных. Оне иногда гнездятся в крестьянских избах, и в других близ поля находящихся деревянных жильях, но вреда не причиняют; я знаю еще примеры, что от них клопы истреблялись; что весьма внимания достойно, и заслуживает повторительных опытов.

Вагайская избушка.

25 верст.

Дватцать верст от Сосновки приедешь к реке Вагаю, и тотчас чрез ее переправишся, которая отсель не в далном отстоянии берется, и по тому она еще весьма мала. Она то есть выходит несколько верст выше из двух небольших сосновыми кустами, по тамошнему Ремы называемыми, окруженных озер, по чему и имянуются оне Рямовые озера. Не далеко оттуда впадает в него ручеек Крутая. — Ехав пять верст чрез Вагай, добрались мы до Вагайских избушек, что составляет о шести дворах деревенька, за 22 года для перемены лошадей [81] путешествующих сюда из Омутной переведенная; она есть первая из принадлежащих к Усламанской округе деревень и следственно принадлежащая к Ишимскому уезду, коего границы с Ялуторовским составляет необитаемый и болотистый Вагайской валок.

Теперь лежит дорога по левой бок Вагая в сторону. Здесь еще продолжаются пространные соленые земли и лужи, которых горькою селитренною солю как снегом покрыты. В прочем же земля сия лежит выше и при том не столько водна, и продолжается ровными открытыми полями и березовым лесом до Ишыма. Во всей здешней области весьма прибыльная ловля горностаев производится от крестьян зимою плашками, которые зделаны на подобие мышачьих ловушек.

Село Омутинское

22 версты.

В десяти верстах от станции идет село чрез дорогу к Вагаю ручей Окуневка, и не далеко пред селом Омутинским еще ручеек Боянка. Омутинское село стоит на Вагае, но так рассеяно, что крайние дворы, которых около семидесяти к погосту приписано, один от другого более нежели на пят верст отдалены. Отсель до Усламинской слободы почитается двадцать три мерных верст. Скоро ниже села впадает с другой стороны в Вагай малой ручей Каш, на котором несколько крестьян из Омутной поселились. Пять верст от сего места в леве будет малое, круглое, карасей содержащее, Красноярское озеро; [82] скоро по том поедешь чрез ручей Красноярку, за ним еще чрез меньшей безъимянной, а на половине дороги мимо деревни Подволошной. По причине множества здесь водящихся ящериц, и малых жабами питающихся ястребов (Falсо aрivоrus) птицу сию сходнее бы назвать ящеричным ястребом (F. lасertаrius) нежели пчелиным, по тому что я, зоб его ни чем не находил более наполненным как только ящерицами и жабами.

Усламинская слобода.

23 версты.

Усламинская слобода лежит также по Вагаю на болотной, многими солеными местами испещренной низменности, и составляет не большое только из 38 дворов состоящее место. Часть слободы построена почти на два поприща, на подобие малой деревни. Деревянное оной укрепление, даже башни и не большой ров древностью уничтожены; но церковь теперь вновь построена. Здесь живет Коммисар, состоящей под начальством Ишимского управителя, и имеющий под своим ведением 50 деревень, в которых 2395 душ. Из числа деревень лежат девятнадцать по Вагаю, большею частию ниже слободы, две над ручьем Окуневкою, три над ручьем против деревни Подволошной с правой стороны в Вагай впадающим и имя от соленой своей низменности заимствующим. Пятнадцать деревень поселено по Емецу, и девять по Суетяку, которые оба ниже слободы текут к Вагаю.

У слободы ехать должно чрез ручей Гремячу, после его чрез Вагай, которой [83] оставя в левой стороне, начнет удалятся, потеряв уже из виду ближайшие к нему деревни. В девяти верстах от сего течет ручей Глубока, восемь верст выше Зеленовка, которой соединяется из двух рукавов, и по тому два раза по ней ехать должно. Еще три версты остается до высыхающего ручья Шубинки; проехав тридцать три версты от слободы прибыли мы на конец к малому Емецу, которой будучи пространнее Вагая, оной сильно умножает. На высоких его берегах лежит при дороге деревня, где опять станция. Доселе была здесь застава с обыкновенным укреплением и казармами, но теперь и следов оных уже нет. — Емец выходит из озер, меж коими знатнейшими Источной и Черенховой почитаются.

Деревня Гулумшанова.

33 версты.

В десяти верстах от Голушмановой проехали мы к Емецу идущий ручей Черемшенку; за ним следует открытое место с пространным Солончаками окруженным болотом, из коего стекают как сей ручей, так и против востока к Ишыму льющийся Карассун, к которому опять одним все малорослым березником пробираться должно, и на коем за восемь лет построено зимовье с десятью дворами и станциею, где я принужден был ночевать, поелику лошади, коих всех здесь переменить было не можно, требовали отдыху. От Вагая начнут места перемежатся малым березником, кустарниками ростущею ивою, которая около Ишыма [84] обыкновеннее, нежели в какой либо другой земле, так что она одна все большие болотистые долины занимает. (*) Здесь множество попадалось прекрасных синичек, имеющих голову, спину и хвост черные, но грудь оранжевую. (Musсiсара maurа f Nо. приб. 17) коих пение слышно было повсюду и не неприятно.

Деревня Безрукова.

33 версты.

Коркина слобода.

13 верст.

Село Боровое

16 верст.

Карассун, над коим я ночлег имел, содержит в себе серую, болотную воду, которая по причине иловатой своей земли мало лучше становится. Вдоль по Карассуну лежит дорога прекрасными березовыми перелесками до ручья Опеновки (20 верст), после сего начнет лес умаляться и при Березовке и деревне Безруковой получит приятные открытые поля, продолжающиеся до Ишыма и далее до Иртыша, и которые ничего более не составляют как токмо весьма рассеянные перелески. — Поелику от большого села Безрукова прямая дорога к Иртышу лежит чрез отстоящее по прямой линии только на 25 верст село Боровое, то я и не хотел около Коркиной слободы делать объезд, что составит четыре версты, и по тому приказал, не смотря на упорство крестьян, ехать прямо в Боровое. Но злость наших возников до того простиралась, что они не взирая на все дорогу переменили в Коркину. Таким образом после девяти верст ехал я мимо изрядного озера Камчатки называемого, которое осталось в леве, и весною [85] изток свой имеет в Карассун; скоро по том пустился я по богатому тростником ручью Мергену, выходящему из двух озер, и которой весьма близко у Ишыма течет, однакоже не в ето озеро, но в Карассун впадает; и еще проехав несколько верст увидел я против чаяния, что хитрые мужики, дабы скоряе видеть перемену своим коням, меня привезли в Коркину, от Безрукова только в тринатцати верстах находящуюся. И так я в наказание им, что и естественно, приказал мимо слободы ехать далее на Боровое, что лежит 16 верст далее, и чрез что дорога, которую они желали укоротить, четырмя верстами прибавилась. И дабы позади оставшееся тяжелые повозки сему же примеру последовали, послал я рисовальщика на одной повозке с егарем ехавшего для объявления сего прочим, не доезжая до слободы назад, а сам потихоньку продолжал путь свой далее к Карассуну, и вдоль оного весьма приятною страною до Борового села, куда я прибыл столь благовременно, что мог бы удобно далее ехать, ежели бы окрестные достопамятности, а особливо долгое отсудствие моих возов меня не побудили тут переночевать. Они приехали уже в полночь, и когда я спрашивал о причине их замешкания, то к немалому удивлению услышал, что Коркинской управитель, имеющей начальство над целым Ишимским уездом, убежденный прозьбою тайно от возов [86] убежавшего крестьянина, собрав несколько людей учинил на возы, которые по моему приказании ехали путем к Боровому, неприятельское нападение и оные ругательством и насилием принудил ехать в слободу, где под видом смены лошадей, людей моих своевольно продержал до вечера, в чем не беззаконно я имел причину жаловаться.

Места вдоль Карассуна, особливо около Борового села, на левом оного берегу лежащего, отменно приятны. Не трудно было здесь приметит, что страна сия опять несколько теплее, хотя почти и ближе к северу нежели Вагай; по тому что все растения уже поднялись и деревья зеленели, а по берегам цвели уже Аndrоsaсе sерtеntriоnаlis, Glесhоmа hеdеrасеа, и малая Ирь, Iris рumilа. Карассун изливающейся дивными змеиными искривлениями, нарочито остроен деревнями, и имеет высокие иловатые берега, которые сверху, как и поля около Коркиной, и далее у Ишыма, на пядень толщины покрыты белым, известно опочистым слоем, по видимому от раздавленных раковинных скорлуп произходящим, и который лежит тотчас под дерном. В прочем же берега состоят из простого желтоватого ила, с песком смешенного, и в них уже не видать морских тел. Но слоновые кости как над Карассуном, так и выше у Ишыма, иногда на берегах находят вымываемые наружу вешнею водою. В Боровом селе принесли мне огромной коренной [87] слоновой зуб: оный выкопан с многими другими большими костями, и слоновым клыком не далеко от деревни из берега. Клык был в средине еще тверд; но коренной зуб без сомнения уже несколько времени в воде лежавшей посинел и очень истлел, так что слои один от другого легко отставали. Вес его составляет девять российских фунтов, длина от одного конца к другому десять с половиною Парижских дюймов, самой корень около шести, а толщина почти третью часть Парижского дюйма. В Тоболске хранится слоновой клык, найденный у Ишыма, вне нынешней пограничной линии, на рыбную ловлю вышедшими российскими крестьянами, которые оной в крепость Петропавловскую принесли; он длиною четыре аршина с четвертью, и столь безмерной толщины, что я еще никогда подобного не видывал. При том хранятся там и другие различные слоновые кости, также и отменно великой буйволов рог, и все таковые вещи найдены не инде, как в областях около Ишыма, Вагая и Иртыша.

Еще некую достопамятность составляют здесь из земли насыпанные курганы, кои около большой кривизны Карассуном повыше Борового на пространной низменности делаемой, на высокой земле в великом множестве находятся, и далее вдоль по Ишыму, в которой Карассун у самой деревни впадает, повсюду, где только высокая места есть, довольно встречаются. Многие сказывают, что земли [88] сии по тому только так скоро многолюдны стали, что жители соседственных уже издавна населенных областей слыша пользу, какую другие при взрытии могил находили, за оною сюда перейти польстились да при том и не ошиблись, по тому что сверх всею того нашли и плодоносную землю и прекрасные луга и рыбою богатые ручьи и озера и столько места, сколько каждому потребно было. Здесь почти и самой последней курган не остался в целости, хотя мне некоторые и казались быть не вредимыми; но как я приказал осмотреть, то увидел, что все в оных взрыто и кости мертвых лежали по поверхности земли рассеяны. Сказывают, что в здешних могилах не редко находили около головы и груди плющенное золото и серебро, что мне уже и у Тобола слышать удалось. — Здесь при вершине Борового, где начинается кривизна Карассуна, почти три четверти дуги круга составляющая, и где показываются первые курганы, виден также на высоком берегу реки весьма заросшей след укрепления, которое конечно одной древности с могилами. Ясно также видеть можно, что деревни часть лежащая возвышенно, окружена валом и рвом, которые примыкаются к крутому яру берега. Вал делает продолговатую, в средине несколько сжатую дугу, и имеет в окружности 250 шагов, но расстояние обоих концев вдоль крутого берега простирается на сто девяносто, а ширина внутри [89] находящегося пространства к западному концу, которой шире на восемдесят шагов. К восточному краю внутри вала будет большой бугор, около шестидесяти шагов в окружности имеющей, и в средине которого яма, на подобие подземного жилища; напротив же сего бугра лежат плотно один подле другого три кургана. Несколько далее от восточного края вдоль берега находятся еще два большие да один малой курган. Из старого сего укрепления видно, прямо против кругообразной кривизны Карассуни, что деревня Боровая, не много далее версты от него отдалена, но в окружности ее три версты.

Деревня Боровая имеет кроме деревянной церкви около 25 дворов, в числе которых многие населены отставными военными служителями; она лежит на углу, от Карассуна при изтоке его в Ишим, когда мало пред тем в него ручеек Боровлянка впадает, произходящим. Ради близости Ишима и Карассун весьма богат рыбою. В нем водятся налимы, ерши и лещи, но вся рыба даже и в самом Ишыме, по причине иловатой земли, весьма худа и вяла.

Я для вышереченных достопамятностей пробыл здесь до полудня, а по том продолжал путешествие свое далее чрез Боровлянку прекрасными высокими перелесками, в нарочитой отдаленности от Ишыма, обширными низменностями окруженного. На половине [90] третей версты от Боровлянки увидел я в стороне от дороги на весьма ровном месте, где теперь расположены пашни, чудные древности остатки, которые я не знаю за памятники ли некоего произшествия, или за особливые могилы почесть должен. Первое составляет четвероугольной, плоской и весьма заросшей вал, но не видать следа рва: и так конечно для него землю доставали из долины. По южной стороне оного есть вход четыре шага шириною, который двумя продолжениями вала, почти на двенадцать шагов простирающимися, сопровождаем. Он весьма правилен и в каждом боку вала по шестидесяти шагов; а внутри столь гладко и ровно сделан, как будтоб убит был. Ширина сего памятника имеет десять шагов, и изображение его с другими при нем находящимися видеть можно на девятом изображении в нижнем отделении. — Двенадцать шагов от оного к востоку находится еще лучшее земляное изделие, представляющее три вместе соединенные изгиба с подобным оным изгибам в средине провалом.

В семи шагах от тех к востоку лежащих изгибов находится небольшой, вырытой уже, могильной курган, которой в окружности своей сорок шагов имеет; а в восьми шагах далее к востоку находится еще совершенно сомкнутой четвероугольник с такою же насыпью, без рва, коего северная и южная сторона по 25 шагов, а другие две [91] только по 22 шага в длину имеют. С северной стороны нововспаханными там полями отрезана была часть сея насыпи, но так, что образ оной еще распознать можно. В восьми шагах от оного находится к востоку еще один могильной курган, в окружности своей 37 шагов имеющей; шестью шагами далее несколько в сторону другой поменьше, а в 12 шагах от сей еще меньше. Но за сто шагов от последней насыпи к востоку следует превеликой в окружности 90 шагов имеющей земляной курган, в коем пятнадцать рвов выкопано. По том видны по той линии еще два большие кургана, расстоянием первой в 85 а другой в 25 шагах, и едва на версту от сих рядом стоящих памятников лежит к юговосточной стороне посредственное озеро Мерген, за коим видны некоторые весьма рассеянно лежащая могильные насыпи.

Деревня Тушнолобова.

30 верст.

Отселе за версту минуешь небольшое озеро Палашное, а за пять верст от оного обширное и глубокое озеро Моховое. По всей сей дороге до Тушнолобова едучи подле нижней многими саженями долины, по коей течет река Ишим, можно из дали примечать течение оного. Помянутая деревня лежит несколько вне дороги на быстром Вавилонском Истоке, которой протекая чрез различные в той низменности находящиеся озера Камышенское, Дикое, Коровье и так далее, сливается в одно место и излучинами течет к Ишиму, в [92] которой оной одинадцатью или двенадцатью верстами далее, при деревне Кокуй впадает.

Отсель ведет дорога чрез густой березник, в коем за версту от деревни лежит большое и приятное Пещаное озеро, изобильное карасями; а тремя верстами далее, несколько в сторону, озеро Няшино, которое так как и первое, сказывают, что чрезвычайно большие и вкусные караси имеет. По правую руку вдоль по Вавилонскому Истоку и озеру Вавилон, происходящему от некоторого разлива оного, лежат различные деревни. По том ведет дорога опять на открытую возвышенную степь, имеющую безчисленное множество больших и малых могильных курганов, между коими в самом начале находится примечания достойный насыпной вал более сорока сажень на ровном месте в длину имеющий, без рвов, которой на каждом конце оканчивается большим могильным курганом, простираясь от югозапада к северовостоку. От сей насыпи к востоку стоят рядом еще десять до двенадцати весьма великих и множество маленьких могильных курганов, почти все рядом, с начала один от другого в 15 до 30 а далее в 80 до 100 сажен отстоящие. Сие могильными насыпьми наполненное высокое и сухое поле ведет к той низменности, по которому течет Вавилонской исток, и кое по тому Бугорным Займищем называется. Здесь и везде весьма ясно видно, что народы, кои древле, в сих [93] странах обитали, и умерших своих под такими земляными курганами погребали, для таковых гробниц наиприятнейшие, самые высокие, и открытые места избирать обыкновение имели. Обыкновенно в том месте, где могилы стоят кучами, бывает высокая, растениями преизобильная и сухая степь, где курганы весьма далеко видеть можно; приятные березовые рощицы вблизи, и вид по большой части на восток или юг к приятной обширной низменности, на которой находится озеро или большие извилины текущие воды. По сей то причине западной возвышенной берег Ишима могилами наполнен, которых на восточном берегу и далее даже до Иртыша по не столь возвышенной и солоноватой Абацкой степи (так как она вообще называется) почти нигде не видно.

Абацкая слобода.

22 верст.

На половин дороги к Абацкой остается помянутая деревня Кокуй при начал Вавилонского истока по правую сторону несколько отдаленно. При оной показывается чрезвычайно большой могильной курган, которой далеко в окрестности виден. Вскоре после сего идет дорога по солончаку, оставляет по правую еще одно карасевое озеро, которое стока не имеет, Угловое, и другое продолговатое озеро Чеча, а по том чрез одну березовую рощу ведет к Абацкой слободе. Севоднишным и вчерашним вечером виден был по ту сторону Ишима сильной степной пожар, которой, казалось, захватил и лес. [94] сия слобода есть невеликое местечко не более как о 14 дворах, которые на две кучи на берегу Ишима разделены. В нижней части находится маленькая деревянная церковь. Здешней Комисариат с Усламинскою, Красноярскою и Выколовою слободою состоит под ведомством Коркины. Сюда принадлежат 34 деревушки о 4 до 30 дворах, кои частию вдоль по Ишиму, частью на ручье Китерме и Вавилонском истоке лежали, вообще около пяти сот дымов, коих население составляет 1416 душ. Ишим здесь довольно великая и быстротекущая река, которой вода совершенно иловата и мутна, подобная той, которая обыкновенно бывает после бури и дождей при Ротердам в Мозе. Но Ишим во всякое время таков; однако менее после убыли воды, нежели как был теперь, и по сему рыбы в нем имеют весьма мягкое тело и пахнут илом.

По причине многих починок, и медленной переправы чрез Ишим, не прежде мог я сию реку оставить, как уже около полудня. По другую сторону простирается на несколько верст мокрая и весьма соленая низменность; в оной особливо многочисленные муравейники выветриваются белым цветом, селитряною солью, и большие места оною покрыты. Возвышенная земля составляет также крутой берег к сей низменности, и иловатую, ко хлебопашеству годную, землю имеет; однакож крестьяне жалуются, что здешния [95] пашни спустя несколько лет заростают травою и плевелом, чему примеры я видел. Земля здесь с лишком рыхла и ноздревата, чтоб хлеб также удавался, как и на другой стороне Ишима и над Карассуном. Место от Ишима до нижеупомянутого ручья Тюкалы изобильно было березником; но видно, что за многие лета свирепствовал здесь сильной вихрь, ибо дольшие пространства находятся, в коих больше гниющих берез по земле рассеянных лежит, нежели на корне стоящих осталось. Сии ветры захвачивают часто степного огня, и сильной и продолжительной пожар причиняют, от коего и здоровые деревья засыхают.

Деревня Камышенка.

25 верст.

Чрез такой палящейся, редкой, и несвязной березовой лес ехал я до болотной речки Камышенки, которая ниже Абацкой в Ишим впадает, и на которой построена деревушка о 20 дворах Тарского ведомства. Поелику переменит лошадей здесь было нечем, а ехать оставалось еще 50 верст; то остался я здесь переночевать: при том же уже склонялось к вечеру, и небо угрожало громом и дождем; что однакож ночью наступившим холодным северным ветром было унесено.

По ручью Камышенк только несколько верст ехать надобно: после чего земля становится ниже, и большие мокрые поля, кои одним хворостом заросли, прерывают ровнину березою занятую. На сих полях муравейники почти везде выветрились солю. [96] Багряная вшивая трава (реdiсulаris inсаrnаtа) начала там появляться в великом изобилии и по большой части с белыми цветками. Мало по малу показывалась также и белая ветреница (Hоlсus аdоrаtus) в великом изобилии.

Орлова избушка.

25 верст.

Яманская избушка.

22 версты.

Крутая деревня.

8 верст.

За 25 верст ради проезжающих Куриеров сделана почтовая станция с двумя избушками, где мы остановились накормить лошадей. В оной никакой другой воды нет кроме худых стоячих болотцов; в окрестностях же находятся большие селитряно соляные поля, в коих травы не было, а только саликорния и морская полынь. Сие соляное свойство продолжается еще далее до ручья Яман, которой верст за 50 с южной стороны из пространного водяными займищами окруженного озера Мангут истекает и по узкому болоту в озеро Ик впадает. На оном лежит деревушка, которая тоже имя имеет; и несколько далее к низу, другая почтовая станция. За ручьем пойдет опять несколько возвышенная земля, которой основание однакож также солоновато, так как и все низменные места от Ишима до Иртыша тучно насыщены различными солями, о чем я здесь всегда предуведомлять буду. В вечеру достигли мы до деревни Крутой по южную сторону озера Ик, там, где изливается Крутой ручей которой не подалеку из болота в озеро, течет.

Я был здесь в такой стороне Ишимской степи, которая наполнена многими [97] чрезмерно большими озерами, а по тому и водяною дичью весьма изобильна. Особливо здесь весьма много больших белых журавлей, коих образ жизни желал я несколько узнать, и по чему решился я промедлит дни два в Крутой и послать исследовать оных. Важнейшие озера в окрестности суть помянутое в пространные болота разлившееся озеро Мангут, которое от Крутой к юговостоку в необитаемой еще степи близ пограничной линии лежит; Ик, на коем лежит деревня, имеющая в прорезе около девяти верст с половиною, коего самая большая глубина на семь локтей простирается, и в коего втекает ручей Яман и Крутая; Залтаим, которой сказывают, около тридцати верст в длину, и десять в ширину имеет, в которой с востока Ик чрез ручей Китерму втекает и в северной ручей Каранук и озеро Чалдат со впадающим в оное ручьем Солоновкою изтекают. Залтаим к востоку соединяется с озером Тенис, а сие впадает далее в озеро Услагач, из коего на конец течет изрядная речка Оис и стремится в Иртыш. Сверх помянутых лежало еще от Ика к северовостоку Кабинье озеро, стечения не имеющее. Все сии озера изобилуют рыбою и содержат множество водяной дичи, которая здесь по причине умеренных еще жителей спокойно гнездится. Сказывают, что около озера Мангут, которое по причине многих болот непроходимо, есть, много еще диких часть [98] свиней. — Около озера Залтаима и впадающих в оное ручьев так как и около Ика построены менее, нежели лет за десять деревни, в которых поселили частию, места на Тоболе занимающих, частию из таких людей, кои за невеликие преступления в Сибирскую губернию посланы бывают. На Ике кроме Крутой построена на западном берегу такаяж деревня Иковская, которая подобно Крутой 65 дворов имеет.

О Стерхе или белом журавле.

11 Возвратились ко мне назад охотники посланные за белыми журавлями, и привезли мне несколько сих отменных больших птиц, которые им не мало труда стояли. (Белой стерх, Grus lеuсоgеrаnоs приб: № 30.) Ибо сия птица изображенная на 1 таблице еще гораздо осторожнее самых журавлей: ибо как бы далеко оне человека ни приметили, с обыкновенным своим лебединым криком подымаются к верху. По причине высокости своей, которая, ежели они стоят прямо, содержит в себе почти пять футов, могут они весьма далеко окрест себя видеть; и малейшее в тростнике движение бывает им подозрительно. По сему и надобно, чтоб стрелок, которой хочет их убит, совершенно скрытно приближаться к ним старался, когда они по берегам озера ищут мелкой рыбы, которая пищу их составляет. Сколь они в прочем людей страшатся, столько напротив того не боятся они собак, и приметя их на берегу, с яростию [99] на них кидаются, позабыв даже предостерегаться от близь стоящего стрелка; стольже дерзски они и противу людей, к их гнездам приближающихся. Тогда они не стараются улетать, но защищают жилище свое отважнейшим образом, а по своей величине и остроте своего носа довольно опасны. Гнезда свои вьют они из сплетенного камыша в отдаленных болотах, поросших тростником, на холмах осокою покрытых, и самец с самкой стерегут оные попеременно. Они кладут два токмо яйца, которые величиною с гусиные яйца, из желта зелены и с темными пятнами. В сие время они лишь только начали нестись, дети их в первой год выростают величиною почти с старых, но по всему телу покрыты вохрожелтыми перьями, цветом в низу несколько побелее, а голова у них около носа цвету черного. По другому году они белеют и у них остаются только верхния перья крыла черны; на голове повыше глаз, где нет перьев, краснеет и покрывается только маленьким красным пухом. Кожа, нос и ноги красны; токмо лишь на шее остается несколько жаркова и желтого цвету; но и сей с летами совсем переменяется и вся птица получит лебединую белизну. Птицы сии водятся между Уральским поясом и Обью по большой части около пустых отдаленных озер и болот в Ишимской и Барабинской степи; куда они в каждую весну с южных сторон [100] прилетают. В каждую весну видно, как он чрез Каспийское море перелетает, и чаятельно, что летает он один и очень высоко, по тому что редко можно его усмотреть, и нигде не бывает в таком множестве, как простые журавли. По причине сходства российского названия Стерх с Немецким сторх почитали оного конечно прежние Сибирские путешествователи за белого журавля, а в близи его не наблюдали. Но белого журавля по всей Сибире сыскать не можно, хотя сказывают, что они в Бухарии водятся и так как в Европе на кровлях вьют себе гнезда, и в Малороссии под именем Бочана, весьма известны. Башкирцы на своем языке называют нашего белого журавля так же Актурнах, а у Сибирских Татар именуется он Кейголок. Молодых можно так как журавлей воспитывать, и они живут с обыкновенными журавлями вместе очень мирно, что я сам в Нижнетагильске и Тобольске видел; однакож они весьма сердиты и кидаются охотно на детят.

О летягах.

Между тем, как ездили за сими птицами, послал я также в окрестном березнике искать летяг (Sсiurius vоlаns). Сей удивительной зверок находится в местах начиная от Уральского пояса, по всей северной Азии или Сибире, если только там находится березник с елями и другими деревьями или и без оных. Она бывает всегда на высоких местах и гнезда себе вьет в [101] дуплах дерев, из коих выходит она токмо по ночам, либо в сумерках, и на березах ищет себе корму. Сей корм состоит из так называемых сережек (Аmеntа), кои растут на березах, зимою малы и темного цвету, весною цветут, а летом от части с семенами бывают, и следственно зверку сему доставляют пищу на целой год. Где ростет ельник, там кормится она почками цветошными и почками сих дерев, и тогда внутренности ее имеют дух весьма смолистой, которые в прочем березовой дух имеют. Зверок сей редко спускается на землю; но такой отменной обычай имеет, что от нечисти своей испражняется при корне того дерева, на коем пребывает и около коего летает. По чему и гораздо легче найти их пребывание, что бы без сего следа трудно показалось. Когда она с одного дерева на другое перепрыгивает, тогда разширяет кожу или продолжение кожи, которая растягивается по обеим сторонам от передних ног до голеней посредством кости, всеми ногами врознь: и таким образом по воздуху носится, и помощию своего широкого хвоста может она на воздухе всякая произвольные делать направления. По сей причине, и по тому, что она сим способом саженей на дватцать перескакнуть может, названа она по Российски Летяга; однакож в горизонтальном направлении лететь она не может, но всегда наискось вниз с верхушки дерева [102] на средину или к корню другого. Когда она лазит по березам, то трудно, а особливо в вечеру, по причине светлосерого ее цвету различить от белой коры сих дерев. Сим природа старалась премудрым образом предохранить их от нощных хищных птиц. В самое сие время имели Летяги молодых; они их родят только по два, по три, или много, по четыре. Молодые родятся голы, и слепы. Гнездо оных, которое мне было принесено, несколько недель возил я с собою. Мать сидела над детьми целой день и покрывала их своею кожею, помощию коея летает. Но в вечеру, коль скоро солнце зайдет за горизонт, покрывала она их мохом и корму искала. Дети ее росли весьма медленно, и спустя лишь шесть дней получили волосы и передние зубы. Оне были слепы до 13 дня, в которое время нашел я сих мертвых и одного, которого мать начала есть. И так ежели принесенные мне были в то время только двух дней, сколько судя по росту их они иметь долженствовали, то следственно сей зверок более четырнадцати дней от своего рождения остается еще слепым, чего еще ни у одного из четвероногих зверей не примечено. Матка их вскоре после оного умерла, и те старания мои, чтоб сего прекрасного животного привезти живого, были тщетны; всего бы было лучше оное зделать зимою. Но тогда трудно их изловить живых; ибо они попавшись в повешеные на [103] деревьях для белок ловушки, бывают в оных придавлены.

Позабыл я еще упомянуть, что в новонаселенных между Тоболом и Ишимом деревнях тараканов совсем нет; а по Иртышу они не далее как до Омской крепости расплодились; хотя их там за несколько времяни и великое множество водилось; напротив же того клопы и сверчки по Иртышу уже везде развелись.

Рямки избушка.

18 верст.

Озеро Колмаково.

12 верст.

13 Маия отправился я от речки Крутой. Страна сия везде одинакова. На 18 верст от Крутой есть опять станица построенная при нескольких болотных и по находящемуся около оной бору Рямки называется; для накормления же лошадей поехал я еще за 12 верст к тиноватому озеру Колмоково называемому. Зной был сего дня весьма сильной, так что по Делилеву термометру было выше 104. град. Аnеmоnе Sуlvеstris и Рediсulаris Inсаrnаtа были тогда в полном цвете, также Сinеrariа аlрinа ти горох Lathуrus рirifоrmis уже начинают цвести. Цветы вышеупомянутых Реdiсulаris обертываются обыкновенно на своих ножках по течению солнца. Сколь много здесь было растений, столь мало напротив того насекомых.

Тюкалинская слобода.

20 верст.

От сего места, где мы кормили лошадей, было около 20 верст до Тюкалинской слободы, куда я однакож еще довольно рано прибыл, но ради починки нашей повозки должен был я там переночевать. Слобода сия с лежащими около ней деревнями и прочими [104] соседними слободами построена в 1763 году и населена российскими поселянами и ссылошными на поселение. В ней 77 дворов и одна небольшая деревянная церковь. Под здешним правительством принадлежащим к Тарскому уезду находятся еще 12 деревень, лежащие около озера Ика по Абацкой дороге, и вдоль по Оше, в коих щитая со слободою 357 семей и 816 окладных душ находится. Слобода сия лежит при ручье Тюкале, которой за 15 или 20 верст отселе из многих озер лежащих, как сказывают, полосою простирающеюся до Камышловской линии и по тому Китайским займищем называемой, вытекает, и впадает в озерко Рошары, неподалеку от оного лежащее, из которого в озеро Теиш есть два протока Рошарки. Сей ручей, от севера к югозападу бежит около слободы излучиною и на оном построена мельница. Сказывают что окружность вышеупомянутого Катая в двенадцать дней не объедешь, и оное состоит из 20 озер, коих дно обросло тростником.

Андронкина избушка.

27 верст.

14 числа были наши повозки по причине празднества Духова дни запряжены поздно, ибо ямщики были на другой день с похмелья: отселе до Иртыша становится березник реже и стоит как в увеселительной рощице рассеян по степи. За неимением больших берест покрывают крестьяна свои избы дерном, также как и в лежащей на Иртыше крепости, по учреждению покойного Генерала [105] порутчика Шпрингера заведено. В правой руке минуешь многие карасями изобилующие озера, которых сказывают тут еще больше нежели в Катае. Первая встретившаяся нам станица называется Андронкина: покормив там лошадей, продолжал я путь мой открытою степью, коея на дороге находится довольно солонцов; за несколькож верст не доезжая еще до станицы Бекишевой и озера тогож имени, в левой руке пред озерком, болотом окруженным, находится солонец, где прекраснейшая селитра с горькою солью больше нежели на палец толщиною покрывает землю как мука, и может быть собираема в великом множестве. Впрочем земля здесь лучше и суше. Дикой укроп (Реuсеdаnum) здесь ростет в великом множестве, которой также по Иртышу в великом количестве находится и показывает всегда, что испод земли содержит в себе соль. Но не менее того попадалось здесь и Гусениц Sрhуnх Ерhiаltеs.

Бекишева станица.

26 верст.

На Бекишевом озере держат для перемены 20 лошадей, и так мог я взятых с собою из Тюкалы назад отпустить. Зной был здесь еще на 1° с половиною сильнее нежели как вчерашнего числа, и ветр с юга хотя дул сильнее, но собою весьма теплой, которой подняв множество соли засорил всем нам глаза. Около ночи по всему Камышенному острову раздавался ужасный крик разных водяных птиц. Лебеди, утки, цапли, нырки, горлицы и проч: одна за другой часть [106] до самой полуночи, кричали и наконец горлица заключила весь крик. Во второй уже раз предвозвещают она нам мороз; ибо по полуночи поворотил ветр с севера и был на другой день столь холоден, что должны были опять надавать шубы. Но не смотря на то цвели еще Vаlеriаnа оffiсinаlis, Lаthуrus рirifоrmis, Сinеrаriа раlustris, аlрinа и колокольчики; но как мы теперь ехали ближе к югу, то попадались нам около Иртыша и растений больше, так что на высоком его берегу Таволожник Sрirеа Сrеnаtа, Бараней язык Onosma Simрlех, Пурпоровая солнцевая сестра Sсоrzохerа Рurрurеа, Лесной шалфей Sаlviа nemоrоsа, Цветная горчица Еrуsimum сhсirаntоidеs, Фезия Thеsium Linорhуllum, Козья стручковая трава Аstrаgаlus оnоbrусhidеs, Альпийской звездник Аstеr Аlрinus, Волосистая вшивица Реdiсularis соmоsа, Боярыня Сrаtаеgus охуасаnthа, и калинник, отчасти уже цветут, а отчасти распускаются. К северовостоку от сего озерка, на котором станица построена, лежит в 5 верстах обширное озеро Бекишево, куда я на рассвете послал людей на охоту; на оном озере поселилось несколько мужиков ради рыбной и птичей ловли. — По возвращении моих людей с охоты, продолжал я мой путь далее. Ни из одного из оных озер нет ни единого изтока, хотя они и лежат по правой линее и не более как на сорок верст расстоянием от Иртыша. [107]

Замиралова избушка.

25 верст.

За 25 верст от Бекишевой опять находится на озерке станица Замиралово называемая, на которой лошадей мало держат. Земля тут высока и пещана, которая далее понижается вдруг и составляет мокрую и соленую долину. На соленых здесь местах кроме соленых растений, ростет еще Серратула с удивительными и примечания достойными зубчатыми листочками. — Проехав 14 верст от сей станицы, прибыл я на высокой берег Иртыша, на котором по наступлении сумерек, не доехав 4 верст до Воровской деревни, остановился.

Деревня Воровская.

15 верст. Описание особливого рода снастей стерлядей ловить.

Деревня Воровская, в которой до положения Камышловской линии была застава, принадлежит к Чернолуцкой слободе лежащей на другом берегу Иртыша, текущего здесь большею излучиною, так что та в рассуждении Воровской стоит почти насупротив, но по реке гораздо ниже. Она состоит из 27 дворов: некоторые из здешних поселян получают великую прибыль от рыбной ловли, а особливо от осетров и стерлядей, которых они ловят особливою рыбачьею снастью, употребляемою также на Волге и Каме. Оную снасть на Волге также и на Урале, где ее тайно употребляют, Шашковая снасть, а в Сибире самоловом называют. Но как я говоря о Волгских рыболовлях оные не описал, то даю теперь об оной понятие. Вся сия снасть состоит из 30 или 40 саженных хребтин, к коим на поларшина, а ежели для [108] больших рыб, то и на аршин расстоянием, прикрепляются крепкие тоже насмоленые коленца, а на Волге поводки называемые; к сим коленцам прицеплены четырех и пяти дюймов весьма острые удяные крючки, которые чтоб не заржавели, намазывают салом. К каждому удному крючку привязаны, на тетиве из лошадиных волос сплетенных, Бабашка или Балбирка, сделанные из ясенной корки, которая еще лехче пробки; а дабы оная тетива не соскочила, то крючок сгибают несколько углом и на дюйм от острея оного крючка делается маленькая зазубрина. К хребтине, к которой уды рядом прицеплены, привешивают почти у каждой десятой уды камни, с одного конца свешивают деревянной каменьями обвешенной якорь, а с другого на канате какой-нибудь короб, либо какой другой маяк. Устроив таким образом сию снасть разкидывают ее в глубоких реки местах, так что сперва якорь опустится на дно, хребтина с удами ляжет также на дне по течению реки, а маяк плавает по верху. Уды же посредством бабашек всегда остаются в воде не доставая дна, а удные крючки посредством своих поплавков недопускаемы до дна. Плавающее осетры и стерляди зацепляют за крючки боком, хвостами или жабрами; а ежели они захотят с крючков соскочить и станут биться, что они, как говорят, редко делают, то вместо освобождения еще зацепляют за другие крючки. На разных [109] местах по реке расставленные хребтины хозяин каждой день из воды вынимает и обирает попавшуюся рыбу. Ловля сия продолжается с весны до самой осени. — На Волге обыкновенно снасть сию расставляют либо поперег речного рукава либо между двух мелей. На Волге ставят сию с удами хребтину, так чтоб на обеих сторонах оставались концы оной, дабы оная могла в воде качаться. Но здесь на Иртыше опытами нашли, что ставить поперег реки не столь способно к ловлению рыб. Зимою, когда река уже замерзнет, ловят осетров только в верху Иртыша около Семипалатной и Устькаменогорской на тех местах, где они стадами зимуют. И тогда ловят их так, как и на Урале Ловигами. — Хотя вообще осетры и стерляди так как и прочие в Иртыше рыбы жирны, но они вялы и имеют не хороший вкус, а причиною тому тиноватое дно. Здесь на реке Оби бывают самые большие стерляди по всему российскому государству, так что иногда попадаются более полуторых аршин длиною, осетры же здесь бывают весом в три пуда. Также и налимов в Иртыше великое множество, и оные бывают длиною в три аршина. Белуг, сомов и севрюг здесь совсем нет, а из сигов попадаются токмо белые (Nеlmа приб № 33). Форели здесь весьма редки. Кажется, что здесь у осетров и стерлядей по причине чрезмерного жира, головы необыкновенно малы. Напротив же [110] того в верху реки на каменистом дне, сказывают что головы у них весьма велики и сами не жирны.

Здесь по Иртышу берег глинист и из оного часто вымывает водою слоновые клыки и протчие кости. В прошлом году над Воровскою деревнею найден слоновой клык, который однако уже очень выветрился. Также и у Чернолуцкой слободы на другом берегу высоком, по красному его виду Красной Яр называемом, часто находят слоновые кости.

Текст приводится по изданию: Петра Симона Палласа, медицины доктора, естественной истории профессора, российской императорской Академии Наук, Вольного Экономического Санктпетербургского общества, Римской императорской естествоиспытательной Академии и королевских английского, шведского и геттингского собраниев члена, путешествие по разным местам Российского государства по велению Санктпетербургской Императорской Академии Наук, Часть вторая. Книга вторая. 1770 год. СПб. 1786

© текст - Томанский Ф. 1786
© сетевая версия - Тhietmar. 2013
© OCR - Сирик В. 2013
© дизайн - Войтехович А. 2001

ReadEra

ReadEra - Издательская платформа

readera.ru