ПУТЕШЕСТВИЕ АНТИОХИЙСКОГО ПАТРИАРХА МАКАРИЯ

в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским. 1

(Перевод с арабского по рукописи Главного Архива Министерства Иностранных Дел).

(Продолжение). 1

КНИГА VIII.

Москва.

ГЛАВА I.

Москва. — О царе Иоанне Грозном и завоевании им Казани, Астрахани и Сибири.

Патриарх, отпустив Собачелицых, позвал других. Как раз в это время приехал (в Москву) воевода областей внутренней Сибири, Называемой по-гречески ??????? ?????, то есть ени дунья, что есть Новый Свет. Она завоевана недавно, при нынешнем царе, шесть лет тому назад 2. Причина ее завоевания была следующая. В передней сибирской стране живет многочисленный народ, именуемый казак, люди весьма храбрые; они-то покорили переднюю Сибирь во дни царя Иоанна, того самого царя Иоанна, коего имя хорошо известно в нашей стране. Он жил около 110 лет тому назад и перед своею кончиной принял монашество. До этого царя в стране московитов не существовало названия «царь», но было название «князь», которое, по степени, равняется, самое большее, великому бею, и царь мог набирать едва сто тысяч ратников. Вся страна [786] московитов была в руках князей, из коих каждый владел отдельною областью (по наследию) от отцов и дедов, что походило на положение страны ляхов и ее правителей: каждый править одною областью, а краль не имеет над ним власти. Точно в таком же положении были и московиты. Род теперешнего царя, по словам достоверных людей, ведет начало из Рима. Деды его дедов, около семисот лет тому назад, пришли по океану в эту страну и завладели ею. Смотри же, какой это благословенный род! с той поры и до сих пор не прекратился. Упомянутый царь Иван, воцарившись в этом городе, — а был он человек храбрый, обладавший ловкостью и хитростью, весьма склонный к гневу, любящий пролитие крови, так что, как говорят, собственноручно убил своего сына, — воцарившись, он хитростью заманил к себе семьдесят князей, кои правили всею страной московитов в семидесяти областях, всех их умертвил и завладел их сокровищами, богатствами, областями и войсками. Чрез это он усилился, воевал и победил еще двенадцать кралей франкских, завладел их сокровищами и странами, а их всех умертвил, как это изложено в повествовании о нем, ибо он был удачлив и ему на роду было написано (одержать) великие победы. Затем он пошел войной в страну Казань, которая была в обладании независимого царя из татар. Этот город, как нам рассказывали, очень велик и крепок: кругом обтекает его большая и весьма глубокая река. Он отстоит от Москвы на семьсот верст по суше. Гонцы на лошадях в зимнее время совершают путь в четыре, пять дней, а в летнее в семь, восемь дней, торговцы же в пятнадцать дней, а на судах по Москве-реке в пять недель или более. Царь осаждал его двенадцать лет, пока не прорыл ходы под землей и под упомянутою рекой, наполнив их порохом; тогда городские стены поколебались и обрушились на жителей. Царь вступил в город и перебил всех бывших в нем мечом, захватил его царя живым и отослал в Москву, где он оставался до своей кончины. Царь завладел всеми его сокровищами, но как он в них не нуждался, по той причине, что, в течение своей жизни, приобрел множество сокровищ, то все их пожертвовал на Божье дело, а именно — позолотил ими пять куполов великой церкви вместе с девятью куполами церкви Благовещения и всей ее крышей, (покрыв их) чистым накладным золотом. [787] Мало того: все, что осталось из этих сокровищ, он обратил в слиток и сделал из него очень большой крест, — неведомо, сколько миллионов золотом он стоит, — и водрузил его на куполе церкви Благовещения. Он существует доселе, горит как солнце, в высоту более трех или четырех локтей и столько же в ширину. Вследствие обилия золота, коим были позолочены эти куполы, оно до сих пор кажется новым, хотя, в течение такого долгого времени, более ста лет, было под дождем, снегами и льдом из года в год непрерывно. Царь позолотил также купол высокой колокольни, которая видна с более чем десятиверстного расстояния, а если место низменное, то и с большего расстояния. Эта колокольня, по своим ярусам и подъемам, похожа на минарет Висячей мечети в Дамаске, но много выше и обширнее его. Под позолоченным ее куполом с высоким крестом идут кругом письмена в четыре строки, кои можно прочесть снизу: одному Богу ведомо, какова величина их букв, различаемых снизу. Все это покрыто обильною позолотой.

Возвращаемся (к рассказу). По причине обширности Казанской области и (многочисленности) ее поселений, в главном городе живут трое воевод — важных визирей, кои правят областью, которая, как говорят, выставляет 400 тысяч ратников. Большая часть ее жителей — татары, обитатели степей, ибо 3 царь, покорив ее, оставил большую часть войск на прежнем положении с (прежним) их содержанием; говорят, в ней теперь шестьдесят тысяч мусульман, платящих подать. Царь Иоанн, по завоевании этого города, пошел на Астрахань и также осадил ее. Город был во власти другого большого царя, равным образом из татар, правившего всеми северными странами до внутренней Сибири. Поэтому жители Астрахани и Казани до внутренней Сибири — татары, знающие по-турецки. Они мусульмане 4, но теперь принимают крещение, так как, в виду их бедности, московские цари стали применять к ним такое лекарство: всякий, кто из них окрестится, получает высокое положение, ибо царь такового награждаете делает одних из них князьями, то есть правителями, (других) беками, агами, (зачисляет) в спаги 5, [788] в простые ратники и пр. По этой причине они крестятся днем и ночью. Говорят, что они искренни в вере более, чем другие племена, чему мы сами были свидетелями, видев многих, которые были религиознее нас.

Рассказывают, что этот город Астрахань имеет семь громадных оград, построенных московитами из земли, дерева и камня. Город расположен на средине реки Волги, ширина которой, как говорят, четыре мили. Вокруг Астрахани есть шестьдесят укреплений также из камня, ибо она составляет большую область. В ней растут во множестве тутовые деревья, на коих производят шелк; его обрабатывают и ведут им торговлю с Москвой, весь шелк которой идет оттуда. По местоположению область эта жаркая; в ней много винограда, из коего выделывается вино, доставляемое собственно только царю, который рассылает его по всем своим областям для употребления на литургии, так как оно чистое, без примеси. Как мы раньше упомянули, до царя дошел слух, что вино, привозимое франками из их стран, оскверняется ими, в чаянии испортить божественные Дары. Поэтому царь немедленно приказал привезти на судах вино из Астрахани, о чем мы упомянули. Это вино красное, а вино франков крепкое, острое, подобно перцу, — мы его пробовали, — ибо, если бы они ее прибавляли к нему перца в своей стране, оно не могло бы сохраняться при лютости холода в стране московитов. Поэтому-то оно острое, весьма крепко и не имеет приятного вкуса. Оно носить разные названия; в особенности (известно) ренско (рейнское), белое, легкое и дороже других сортов.

Покорив Астрахань, царь овладел всем Персидским морем, Каспием, кроме небольшой его части, отнял у персов известный город Тарки, пристань на упомянутом море, и отвоевал от страны Узбеков множество городов, наложив на них ежегодную дань леопардами и львами. Покорив упомянутые народы, смирил их в конец: до сих пор все они платят ему десятину и большая часть их ходить с ним на войну.

Возвращаемся. Этот город Астрахань в древних книгах называется Тургатмишт, а татары называют его Аждархан (Аджитархан), по имени его владетеля: ажд(ар) значит «лев», а хан есть доселе имя царей татарских 6. Царь Иоанн, [789] осадив Астрахань, овладел ею по договору. Это очень большой город; он имеет, как говорят, семь оград из земли, дерева, камня и пр. По завоевании Астрахани, царь пошел в Сибирь и также покорил ее при помощи казаков, о которых мы упомянули раньше, знающих по пядям те области, кои прежде были неизвестны 7 [и коих покорение еще продолжается. На татар, живущих в Сибири, он наложил подать, которую они ежегодно выплачивают охотничьими птицами, называемыми по-русски «кречет». Они белые и очень большие и подносятся московским царем в подарок всем его братьям-государям. Такую подать на татар возложено выплачивать ежегодно, в чаянии привести их к полной покорности. Таковы великие победы и доблестные подвиги, кои царь Иван совершил в течение своего царствования. Он держал скипетр власти в продолжение 80 лет, из коих три только, как говорят, провел на троне своем в городе Москве, остальные же семьдесят семь он ходил туда и сюда, ведя войны из любви к христианской вере и покоряя обширные страны, нами упомянутые, кои, прежде ослепленные лживым светом неведения, он привел к познанию истинного Бога, так что, быв странами варваров, неверия и суеверия, они стали преимущественным местом христиан, церквей и монастырей. В свое царствование он поставил под ведение митрополита московского двенадцать подчиненных митрополитов и архиереев. Первые из них — четыре митрополита, носящие белые клобуки, по примеру древних митрополитов. Мы спрашивали о причине этого, и нам отвечали, что им являлся Божественный Лик (?) точно так же, как монахи св. Пахомия Великого обыкновенно носили белые клобуки, согласно тому, как повелел ангел Господень. Первый из митрополитов — епископ города Новгорода, носящий саккос в присутствии патриарха, как мы это видели; второй — митрополит Казани, города, только что описанного нами; третий — митрополит Ростова; четвертый — Крутицкий, который постоянно, до конца дней своих, имеет пребывание в патриарших палатах; пятый — архиепископ Сибири, который, по причине отдаленности, [790] никогда не оставляет своего престола для приезда ко двору; шестой — архиепископ Астрахани, который по той же самой причине никогда не посещает Москву; седьмой — архиепископ Рязани; восьмой — архиепископ Тверской; девятый — архиепископ Суздальский; десятый — архиепископ Вологодский; одиннадцатый — архиепископ Пскова и двенадцатый — архиепископ Коломны. Для каждого из этих двенадцати (владык) вышеупомянутый царь выстроил в городе Москве палаты с церковью, ему принадлежащею, и каждому из них назначил земли, доходы и милостыню. В каждом из этих епископских дворцов есть архонты и служители для служения при епископе и при церкви. Все порядки правления были установлены этим царем, даже и то, что касается милостыни и подаяний, и они остаются без изменения до настоящего времени. Совершив все эти славные деяния, он счел себя достойным принять венец и титуловаться царем, в виду свидетельства, данного ему другими государями, и их сообщения, что цезарь, император немцев (австрийцев) и германцев, послал ему корону и даровал титул царя, ибо цезарь занимает место Константина и коронует владетельных князей. Итак, со времени царя Ивана до сей поры, государи этой страны титулуются царями московскими. Вот что мы узнали из истории царя Ивана чрез расспросы, по мере возможности, и потом часто будем иметь случай пополнять эти сведения.

ГЛАВА II.

Москва. — О сибирских мехах.

В стране сибирской водятся прекраснейшие соболи вместе с ценною чернобурою лисицей и разными породами горностая; кроме них, добываются и все другие сорта мехов. Порода соболя, как говорят, походит на кошачью. Он мечет много детенышей и живет в дуплах высоких деревьев. Для благоденствия этого животного требуется самое здоровое местоположение, ибо если какие-нибудь из них живут в местах, несвойственных их природе, и принуждены пить плохую воду, то они бывают слабы, а их мех короток и бел, Способ охоты на них следующий. Охотники, в сопровождены собак, приученных к этой охоте, отправляются в самые отдаленные части пустынь, гор и лесов, где, как им известно, обитают эти животные, и становятся все в засаду на тропинке, по которой соболь проходит к воде; при возвращении его в свою [791] нору, охотники встречают его, а собаки бросаются за ним и хватают его, как приучены, за шею, чтобы не попортилась шкурка. Если соболь убежит от собак и вскочит на дерево, охотникам приходится высмотреть его там и стрелять в него из луков стрелами с костяным острием, поражая его под шею, чтобы не испортить меха. Животное падает; перерезав ему горло, охотники снимают с него шкуру с удивительною ловкостью. Мясо они едят и вознаграждают себя за свой труд продажей меха. Царские воеводы, пребывающие в той области, отбирают один из десяти, самый красивый и ценный, для царя. Многих из этих животных ловят живыми и подносят в подарок царю. Они имеют очень высокую цену. Спинка — самая лучшая часть соболя и очень дорога, нижняя же часть меха, покрывающая брюхо, продается дешево. Складывают по две спинки вместе и называют их «чет»]. 8 Самый ценный соболь стоит сто динаров и идет для царя; пониже достоинством имеют соответственную цену. Каждые сорок спинок, составляющие двадцать пар, 9 называются сороком, и каждые два с половиной сорока образуют полный мех. Самый низкий сорок стоит сорок 10 динаров, самый лучший — сто, двести и пятьсот; таковой принадлежит царю и не выпускается из казны его, но висит пред ним постоянно. Впрочем, чрез несколько лет его вывозят на продажу, ибо свойство его таково, что он ежегодно теряет в ценности: быв черным, как ночь, становится красным, а такой считается ниже достоинством. Для этого соболя нет ценителя, потому что он подобен драгоценному камню, который вводит в заблуждение самого проницательного знатока. Цвет его меняется ежечасно. Когда светит солнце, является настоящий его цвет, что выгоднее для продавца; в облачную же погоду цвет и красота его скрываются, и ценность его, быв весьма высокою, падает, и он становится дешевле, ибо облачная погода ему не благоприятствует, что выгоднее для покупателя. В этом состоит уменье распознать его. Соболь в своей земле очень дешев, но при перевозке его по дорогам нужно платить большую пошлину царю в нескольких городах, а наибольший расход зависит от громадного расстояния той страны [792] (от Москвы), ибо не подлежит никакому сомнению, что для перевозки соболя потребно более трех лет, как это мы скоро разъясним.

По причине вышесказанного, все цари мира посылают царю московскому свои сокровища, богатства и драгоценности, получая от него только меха. Что нам сказать об этом благословенном животном, которого хватает для всего мира и которое не водится и не существует нигде в мире, кроме страны сибирской? Соболь имеет свойство укреплять спину, полезен для зрения и укрепляет сердце; поэтому-то он и ценится так высоко. В нем щеголяют цари и носят его даже летом, ибо он холодить в жаркое время и греет в зимнее. У очень богатых московских купцов он находится в таком изобилии, что у иных бывает по тысяче, и даже со нескольку тысяч сороков. Но мы видали подобных купцов одетыми в простое, очень бедное платье и считали их не иначе, как за бедняков, едва имеющих, чем прикрыться, ибо смиренность, которую мы наблюдали в этом народе, очень велика, так что даже государственных сановников мы видали в их палатах одетыми в платье, какое попалось, которое не согласился бы надеть (у нас) и простолюдин: они совсем не знакомы с гордостью и высокомерием.

Знай, что всякий соболь непременно имеет белые волосы. Жители Сибири носят его у себя, в своей стране, пришивая, как он есть, с передними и задними ногами и хвостом, поверх своей одежды и размещая их один подле другого, а напоследок его продают. В Москве есть умелые люди, которые вырывают из соболя белые волосы, получая по пиастру за каждый сорок, ибо у московитов много рабов. Еще отдают его другим мастерам для разглаживания и отделки, за что те получают по пиастру 11 с сорока, и они же сшивают его, складывая одну шкурку с другой. Так поступают все купцы.

Возвращаемся (к рассказу). В Сибири находится в большом количестве высокий сорт белой белки, очень ценной. Это маленькое животное, похожее на котенка. Мы видали его много раз в домах. Когда оно рассердится, то с ним трудно сладить. В бытность нашу в Коломне, одно из них убежало за город, за ним погналось много народу, но никто не был в состоянии его поймать или убить палкой или чурбаном, ибо [793] оно маленькое и бегает быстро; оно бросилось в реку и нырнуло в воду, его преследовали, но оно выскочило на берег и скрылось. Так ничего и не могли с ним поделать. Это животное водится во всей стране московской, даже в ближайших (к Москве) лесах и горах. Водится также горностай с белым мехом, который носят в нашей стране вади и мулла. На мехе висит хвостик с черным кончиком. Мы видали это животное: оно похоже на кошку, но длиннее и худее ее. Охотятся на него таким образом. Охотники выслеживаюсь его у озер, куда он приходить пить, расстилают по земле на берегу озера длинную сеть, держа ее за концы издали, а сами скрываются. Зверки, по своему обычаю, идут тысячами на водопой. Когда они напьются, охотники приподнимают концы сети прямо и крикнут, зверки бросаются бежать, до не находят другого хода, кроме как в сети, куда и попадают и запутываются головами в петлях. Охотники подходить, собирают их вместе и убивают дубинками, ибо невозможно схватить этого зверка живьем, потому что у него зубы очень остры и прогрызают руку человека и все, чем его хватают. Охотники с большою ловкостью, приводящею ум в изумление, сдирают с него шкуру, выворачивая ее, не разрывают, но снимают ее целиком.

В Сибири водится также черная лисица, известная своею ценностью и достоинством. Но высший сорт ее редок и мало встречается, а когда находят, то берут его в царскую казну, откуда он никогда не выпускается. [Никто, кроме царя, не носит никогда шубы из этого меха. Его превосходство в том состоит, что он очень черен и блестит ночью. Самый высокоценный соболь и эта черная лисица никогда не вывозятся в другие страны, и] никто не смеет торговать ими. Мы встречали мех этих лисиц, но не очень черный. Многие священники и дьяки носят его, ради щегольства, на своих колпаках, ибо он чрезвычайно дорог. Говорят, что цена каждой лисицы высокого сорта полтораста динаров (рублей) в своей стране, а здесь она стоит вдвое дороже. Для цельного меха «требуется тридцать шкурок лисицы, чтобы вышла полная шуба, так как шкурки ее велики.

[Знай, 12 брат, что сведения, которые я сообщил, не подлежать никакому сомнению, ибо, когда я приезжал в Москву [794] во второй раз из страны грузинской, сопровождая патриарха египетского (александрийского) и моего родителя 13, я основательно исследовал и подтвердил все эти известия.

Люди, о которых я упомянул 14 , были посланники, но не знаю, откуда: от Алтун-падишаха, т. е. султана желтых калмыков, или же то были посланники от царя Татарии. Вышеупомянутый город и холмы вокруг него находятся, наверно, во владениях царя Татарии, ибо я впоследствии писал историю той страны по верным и несомненным сведениям, выписанным из донесений посланников, которые были отправляемы туда царем Иваном в прежнее время и царем Алексеем, о каковых посольствах много говорено было в свое время, в они имели следствием верные и точные сведения].

ГЛАВА III.

Москва. — О завоевании восточной Сибири, о тамошних народах и произведениях.

Затем патриарх Никон пригласил воеводу, приехавшего из Сибири. Он явился к нему, приведя с собою нескольких должностных лиц из почетных жителей той страны. То были посланные с казенною податью, которую они в настоящее время привезли. Мы весьма дивились на них, ибо они смуглого цвета и очень сухи, словно полено; лица у них широкие, а глаза маленькие; все они безбородые: мужчину не отличить от женщины. Волосы на голове у них связаны, а у некоторых привязана к ним прядь из лошадиного хвоста, подобно тому как носят волосы женщины в нашей стране 15. Одежда их из шелка, похожего на атлас и окрашенного в превосходные цвета. Она не сшита, а выткана так, что одна часть связывается с другой, как мы в этом удостоверились. [795]

На одежде спереди и сзади вытканы изображения драконов, — не дьяволов, — змей и диких зверей, страшных видом, с глазами из стекла и бровями из костей. Все это сделано из золотой капители. Они тщеславятся таким платьем: его носят только знатные люди и правители. Эти люди не из первой и не из второй Сибири, а из третьей, называемой ени дунья (Новый Свет), которую открыли казаки шесть лет тому назад. Именно, собралось около сорока тысяч казаков, которые занимались покорением той страны, и пошли с ружьями и другим оружием из своей земли по пустыням и степям на расстояние нескольких месяцев пути, с целью ловли соболей. Вдруг они увидели себя в обработанной и обитаемой местности, какой не ожидали встретить, ибо не думали, что за их страной есть места населенные, и полагали, что страна их составляет крайний север и конечный предел обитаемой земли. Осматривая местность, они заметили громадные каменные стены среди моря. При виде их, они были изумлены и затем скрывались, пока не увидели некоторых из обитателей этого места и схватили их. Не зная их языка, повели с собою к берегу моря, вошли в лодки и, приблизившись к воротам города, выстрелили из всех имевшихся у них ружей. Люди, бывшие в городе, услыхав звук ружейных выстрелов, тотчас пали от страха на землю и сделались как мертвые. Казаки осмелились (напасть) на них и овладели городом; подчинив жителей, наложили на них подать, которую они выплачивали бы царю чрез каждые три года, и уведомили об этом царя. 16 Потом они обходили и осматривали это место и не находили ему конца, ибо, как говорят, все оно состоит из первозданных скал и имеет целых три месяца в окружности, которую составляют обломки больших гор, подобные городским стенам. Кругом его море-океан, и нет иного входа, кроме ворот, чрез которые вошли на судах казаки. Все посевы находятся во внутренности его. Там ростут во множестве тутовые деревья, на коих воспитывается шелковичный червь. Шелк у них дешев, а потому платье делается большею частью из щелка. По положению своему, это место близко к востоку, находясь между севером и востоком; [796] по этой причине, как говорят, граница кизилбашей (персиян) находится поблизости оттуда. Как рассказывается в новой греческой истории, шах Исмаил, сын Хайдера, овладев Фарсом, захватил также все места и страны, пока не овладел Багдадом, странами татарскими и всеми морскими островами до океана. Это тот самый шах Исмаил, который жил во времена султана Селима (I), сына Баезида, и вел с ним войну, прежде чем тот отправился воевать с черкесами в Египте. Говорят, что граница того народа отстоит от персидской не более как на три дня. пути. У них есть золотой рудник, и потому они выделывают из золота канитель, которую нашивают на свою одежду. Подать царю они платят соболями, рыбьим зубом и слитками золота, раз в три года.

[Сибирь есть великая татарская страна, простирающаяся до соединения с Китайскою империей]. Именно, первая Сибирь отстоит от Москвы на три, четыре месяца пути, и большая часть ее жителей мусульмане. Они ежегодно привозят царю свою подать охотничьими птицами, называемыми по-русски «кречет», по-гречески ???????, а по-турецки сункур (сунгар), коих цари московские царят всем государям. Вторая Сибирь, из которой прибыл этот воевода, отстоит на тридцать тысяч верст, как рассказывал он патриарху. Он говорил, что находился в отсутствии из Москвы девять лет, из коих три года ехал туда, три года пробыл там, а теперь три полных года был в дороге, пока не доехал (до Москвы), привезя с собою, по обыкновению, подать царю за три года. Подать, на сумму в 180 тысяч динаров (рублей), состояла из соболей, белок, горностаев и рыбьего зуба. Купцы этого города, которые ведут торговлю для царя, министров и вельмож, нам также рассказывали, что им нужно шесть лет на дорогу туда и обратно и что там они остаются только одну зиму, пока не сделают закупки. Царь Иван в свое царствование установил такой обычай и порядок, что каждый воевода остается в том городе, куда он послан, не более трех лет, а воеводе сибирскому нужно девять лет для поездки туда, пребывания там и возвращения. Это пространства столь велико, что ум не в силах его обнять. Говорят, что войска в Сибири более 200 тысяч и большая часть его казаки. Если бы мы не видели этих вещей собственными глазами и не слышали, то не поверили бы и не записали.

Жители тех стран вовсе не знают пшеницы и хлеба. Вся [797] их пища состоит из жареной рыбы и мяса диких животных, ибо снег и мороз не прекращаются в их стране ни летом, ни зимой. Впрочем, говорят, что пред праздником Апостолов (Петра и Павла) лед тает и реки начинают течь, в праздник же Успения Владычицы выпадает снег и начинается мороз. Эти сорок дней составляюсь их лето. Поэтому-то самый большой подарок у них хлеб и пшеница.

Говорят, что поблизости Казани есть река, которая течет из Сибири, что она очень затруднительна для плавания и что это не одна река, а несколько различных рек или узких протоков. По каждой реке ходят ей свойственные суда. Рассказывают, что они входят в подземелья, высеченные в большой горе, в которой протекает вода, и идут там на расстоянии месяца пути, а затем выходят к большой реке, вода которой очень прозрачна, а ширина, как говорят, три дня пути. Достигнув этой реки, пловцы чувствуют облегчение; но мало судов доходит до нее и потому там мало ездят. На этих судах перевозят только зерновой хлеб. Говорят, что река Сибири течет к Астрахани вместе с рекой Архангельска и что английские франки, несколько времени тому назад, предложили нынешнему царю платить ежегодно двести тысяч динаров за дозволение проводить свои суда в Сибирь и не приходить в пристань Архангельска, ибо они открыли упомянутую реку, впадающую в море близ Сибири. Но царю неугодно было дозволить им проходить по его стране и видеть ее, потому что они враги. Говорят, что дорога в Сибирь довольно близка, если ехать кратчайшим путем на казанские степи, но она очень опасна от татар калмукидис (калмыков).

Возвращаемся (к рассказу). Из сибирской земли вывозят много ревеня, который растет в стране Хота (Хотен). Его привозят (в Москву) и продают здесь по сорока динаров за пуд, т. е. за 13 ок, самого высокого сорте; а если он низкого сорта и легкий, то за пятнадцать. Московиты настаивают им водку, так как он окрашивает ее в желтый цвет и делает весьма пользительною. Лучший ревень тот, который тверд и очень весок, у которого сердцевина красная и который, когда смочишь его снаружи, окрашивает бумагу, как шафран. Мы видали, что так (испытывали его) греческие купцы, закупавшие его для Константинополя; говорят, что они немного от него наживают 17. Из Сибири вывозят еще [798] чистый мускус. Что касается рыбьего зуба, то, как нам рассказывали, он получается от животного, по одним, сухопутного, а по другим, от морского. Когда реки замерзают и оно, томимое жаждой, приходит напиться и не находит (воды), то пробивает лед одним из своих клыков (как мы видели, его изображаюсь с двумя клыками, подобно борову), чтобы добраться до воды. Его клык ломается во льду. Жители той страны приходят и подбирают клыки. Пуд высшего сорта стоит в Москве пятьдесят динаров (рублей) и менее, до десяти. Пуд у них содержит 40 фунтов, а каждый фунт 133 драхмы, так что пуд равняется полным 13 константинопольским окам. Сибирская подать, обыкновенно, доставляется ежегодно к празднику св. Николая или к Богоявлению. При самом прибытии ее в Москву, следующая подать уже выступает из той страны, дабы она получалась царем каждый год, без перерыва.

Затем патриарх стал расспрашивать тех людей чрез переводчика о положении их страны и насколько верст она отстоит от Москвы. Они сказали: «расстояние нашей страны сорок тысяч верст, и мы отсутствуем из нее более трех с половиной лет». По этой-то причине лица их были черны и сухи. Когда присутствующие услышали: «сорок тысяч верст», то были весьма удивлены, ибо расстояние в каждую тысячу верст требует месяца пути, особливо в летнее время при постоянных дождях и трудных дорогах; а в особенности при наступлении зимы путешественники сильно задерживаются, когда замерзнет земля, ибо грязь становится словно гвозди, что весьма затруднительно для ног лошадей, и делается удобопроходимою не раньше, чем выпадет обильный снег, который уравнивает землю. Вторая причина та, что они дожидаются замерзания рек, ибо реки быстро не замерзают, и только спустя некоторое время, когда лед утолщится и окрепнет путешественники осмеливаются переходить через них. Перед самым замерзанием рек суда по ним уже не ходят, ибо лед образуется на них слоями. Потом патриарх спросил их: «на чем вы ездите? есть ли у вас лошади?» Они отвечали: «нет, но у нас есть собаки, которых мы употребляем вместо лошадей. Они возят наши повозки и сани, дороги же зимой для нас легки». «Что вы едите?» спросил их патриарх. Они отвечали: «когда увидим дикого зверя, отвязываем своих собак и спускаем на него, и когда они его поймают, мы и [799] собаки едим его сырым, не варя на огне. Это наша провизия я наша пища». «Что вы пьете?» спросил он. Они сказали: «если не находим воды, едим снег, который заменяет нам воду; также и собаки, когда почувствуют жажду, то лижут лед». Он спросил их, кому они поклоняются. Они сказали ему, что они Эллины, т. е. почитают идолов и животных и поклоняются небу. Услыхав это, все присутствующие сильно удивились. Мы же, в особенности, были рады этим рассказам и тому, что видели и слышали: на наше счастье все эти народы приезжали (при нас). Затем патриарх отпустил их.

Мы видала упомянутых собак в домах государственных сановников, кои хвастают ими и строят для них деревянные домики подле ворот своих жилищ, привязывая этих собак толстою цепью за шею, ибо, Бог свидетель, каждая собака больше осла; голова же у нее больше, чем у буйвола, а пастью своею она может проглотить голову буйвола. Что касается их пищи, то им дают бычачьи головы, разрезанные пополам на обед и ужин. Богу известно, как сильно мы испугались, увидев их, ибо вид их ужаснее вида львов Этих собак запрягают подве в маленькие сани, похожие на бармэ 18 в Константинополе, с выступом спереди, где садится человек. Что бы он ни вез с собой, соболей и иное, упаковывает в кожаные мешки для предохранения от снега и дождя, и сам на них садится. Он погоняет собак длинным хлыстом, держа в (другой) руке возжи, и, как нам говорили, собаки бегут быстрее лошадей ночью и днем.

[В следующем году, когда мы находились в городе Москве по повелению царя, в те дни прибыли из области сибирской многие племена татар странного нрава; некоторые из них походили на узбеков по своим длинным бородам и широким одеждам, которые были особенно роскошны. Мы разговаривали с ними по-турецки, и они сообщили нам, что должны платить царю ежегодную подать в 8000 динаров, за каковую они привезли ему ревеня и мускуса первого сорта, которые он продает франкам. Они рассказывали, что дикое животное, от которого получается мускус, водится в пустынях, лежащих между Сибирью и Татарией. Здесь эти люди находятся в большом стеснении и не имеют дозволения ходить самовольно по городу: за ними непременно следуют [800] стрельцы, и никто не смеет перемолвиться с ними ни одним словом, разве только в величайшей тайне, как делали мы. Представив свою подать царю, они начали тайно продавать мускусную воду, которую привезли с собою, по 22 динара за фунт. Московиты не любят ее и не пьют, почему она очень дешева. Персияне покупают ее у сибирских жителей по 40 динаров, но теперь ни одного из них не было здесь. Они рассказывали нам, что имели прежде каменные мечети с минаретами, но что теперешний патриарх Никон послал разрушить их. Они называют церкви монастырями, а христиан казаками]. Страну Китай они называют Чин и Мачин, а страну Хота Хотахоты, и говорят, что она отстоит от их земли более чем на три года пути. Они называют его, т. е. султана, Хота, и царя Китая — неверным султаном. Они говорили, что султан золота находится по близости от них.

Эти вещи Бог удостоил нас, после великого желания, увидеть собственными глазами и записать поодиночке, на пользу слушателей, дабы нас поминали добром всегда, во веки веков.

(Продолжение следует).

Г. Муркос.


Комментарии

1. См. Русское Обозрение №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8 и 9.

2. В английском переводе: «в течение трех лет».

3. Отсюда до точки дополнено по Петербургской рукописи.

4. В тексте: «исповедуют Единого Бога».

5. Спаги — кавалерия.

6. Толкование автора неверно. Название Аджитархан состоит из арабского слова аджи (или хаджи), пилигрим, и татарского тархан, рынок, ярмарка.

7. Здесь в обеих наших рукописях имеется пропуск в две страницы (они оставлены чистыми). Пополняем его по английскому переводу. По принятому нами обыкновению, мы заключаем в прямые скобки все места, взятые из английского перевода.

8. Здесь кончается пропуск, пополненный по английскому переводу.

9. В английском переводе: «чет» (по-русски).

10. В английском переводе «пятьдесят».

11. В английском переводе: «по два пиастра».

12. Отсюда до конца главы дополнено по английскому переводу.

13. Считаем не лишним обратить внимание на это обстоятельство, до сих пор, по-видимому, остававшееся неизвестным, что Павел Алеппский сопровождал своего отца патриарха и во второе путешествие его в, Москву в 1666 году.

14. Автор упомянул о них в самом начале первой главы. Этот отрывок, взятый из английского перевода, по смыслу относится скорее к следующей главе.

15. На родине автора, в Сирии, женщины заплетают волосы в несколько прядей и для укрепления завязывают на конце шнурком, а если волос мало, то привязывают еще пряди, но, конечно, не из конского волоса.

16. Этот рассказ, по-видимому, имеет отношение к случившемуся незадолго перед тем занятию Амурского края и города Албазина казаками под начальством Хабарова.

17. В английском переводе: «получают большие барыши».

18. Вероятно, название экипажа. В английском переводе: barmia.

Текст воспроизведен по изданию: Путешествие антиохийского патриарха Макария в Россию в половине XVII столетия, описанное его сыном архидиаконом Павлом Алеппским // Русское обозрение, № 10. 1897

© текст - Муркос Г. А. 1897
© сетевая версия - Thietmar. 2016
© OCR - Андреев-Попович И. 2016
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Русское обозрение. 1897