Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

АТ-ТАБАРИ

ИСТОРИЯ ПРОРОКОВ И ЦАРЕЙ

ТА'РИХ АР-РУСУЛ ВА-Л-МУЛУК

ИЗВЛЕЧЕНИЯ ИЗ «ТАРИХ АР-РУСУЛ ВА-Л-МУЛУК» АТ-ТАБАРИ,

по Лейденскому изданию (Annales quos scripsit Abu-Djafar Mohammed ibn Djarir at Tabari. Cum aliis edidit M. J. De Goeje. Lugd. Batavorum, 1879-1901)

(В. И. Беляевым переведены стр. 86-116, Е. А. Разумовской — стр. 116-143.)

Завоевание Джурджана

(Это известие помещено у Табари под 22 (= 642/43) г., но принадлежит Сейфу, который относит описываемое событие к 18 (= 639) г. Как и большинство рассказов Сеифа, оно совершенно недостоверно и является, повидимому, тенденциозной переделкой рассказов о походах Йезида ибн ал-Мухаллаба с целью возвеличить куфийцев и племя темим; сам Табари, видимо, не доверяет ему. Приводимый договор также вероятно подложен, хотя и составлен, может быть, по оборазцу действительно существовавших документов (J. Wellhausen. Skizzen und Vorarbeiten, VI, S. 94 f.))

|2657| Рассказывают: Сувейд ибн Мукарран расположился лагерем у Бистама |2658| и вступил в переписку с царем Джурджана, Рузбан Сулом, а затем осадил Бистам. Рузбан Сул написал ему, спеша предложить ему мир на тех условиях, что он будет уплачивать подать (джизью) и избавит его от войны в Джурджане, но окажет ему помощь, если тот будет побежден. И Сувейд согласился на его условия. Рузбан Сул встретил Сувейда прежде, чем он вошел в Джурджан, и тот вступил вместе с ним и расположился там лагерем, пока ему не был собран харадж и названы пограничные области, и он поставил на их оборону тюрок Дихистана. Он избавил от уплаты джизьи тех, кто был занят их охраною, с остальных же жителей Джурджана он взял харадж. И написал он взаимный договор:

«Во имя аллаха, милостивого, милосердного. Это — грамота, данная Сувейдом ибн Мукарраном Рузбан Сулу, сыну Рузбана, и жителям Дихистана и прочим жителям Джурджана. Вам дается покровительство, и на нас лежит ваша защита, при том условии, что на вас возлагается ежегодная уплата подати (джизьи), по мере вашей возможности, с каждого достигшего зрелости. Если мы призовем кого-либо из вас для военной подмоги, то его подать — в его службе по подмоге, взамен лежащей на нем подати (джизьи). Им даруется охрана для них самих, их имуществ, их веры и их законов. Ничто из этого не будет изменено. Это даруется им, пока они уплачивают подать, указывают дорогу путникам, проявляют дружбу и оказывают приют мусульманам. И да не будет с их стороны ненависти и измены. [87]

Тем, кто находится среди них временно, даруется то же, что и им, а тот, кто вышел, находится под защитой, пока не достигнет безопасного места. И при условии, что если кто-либо будет поносить мусульманина, будет взыскано с него строго, а если кто-нибудь мусульманина ударит — дозволено пролитие его крови. Засвидетельствовали Севад ибн Кутба, Хинд |2659| ибн Амр, Симак ибн Махрама и Утейба ибн ан-Наххас. Написано в 18 (= 639) г.»

Что же касается ал-Мадаини, то он говорил, как передает с его слов Абу-Зейд: Джурджан был завоеван во времена Османа, в 30 (= 660) г.

* Убийство Йездегерда

(Этот рассказ также принадлежит целиком Сейфу, который относит и это событие к 18 (= 639) г. Рассказ наполнен анахронизмами и представляет собой тенденциозную переделку преданий для прославления ал-Ахнафа ибн Кайса, героя племени темим. По более достоверным известиям, восходящим к ал-Мадаини (ниже, стр. 210 и сл.), в событиях, связанных с гибелью Йездегерда в Мерве, арабы не участвовали вовсе, а пришли туда впервые в 30 (= 650) г. (ср. ниже, стр. 93 cл.). Роль ал-Ахнафа, хотя и значительная, была гораздо меньше, чем в рассказах Сейфа (Wе1lhausen. Skizzen und Vorarbeiten. S. 99 f.))

|2681| (22 = 642/43 г.). И когда Абан Джазавейхи поступил так с Йездегердом, тот бежал из Рея в Исфахан. Он отнесся с неодобрением к Абану Джазавейхи, бежав от него, не доверяя ему. Затем он решил отправиться в |2682| Керман. Он прибыл туда, неся с собою священный огонь, который он хотел поместить в Кермане. Потом он решил отправиться в Хорасан, прибыл в Мерв и поселился в нем. Он перенес туда и огонь, построил для него здание, устроил сад и, в 2 фарсахах (Фарсах — арабская передача персидского слова «парсанг» (в греческой передаче «парасанг») — мера расстояния, обычно 6 — 8 км.) от Мерва, по дороге к этому саду, возвел здание со сводом. Оно находилось в самом начале двух фарсахов. И успокоился душой своей Йездегерд и почувствовал себя в безопасности от того, что его могут настичь. Из Мерва он вступил в переписку с персами, оставшимися в тех местах, которых не завоевали мусульмане; они изъявили ему покорность, и он стал возбуждать жителей Фарса с Хурмузаном, и они расторгли мирный договор. Восстали также и жители Джибаля (Джибаль (букв, «горы») — юго-западная часть Ирана, древняя Мидия, позднее с XI в., Ирак Персидский с городами Исфаханом, Казвином, Реем и др.) с Фейрузаном и расторгли договор. Это дало Омару повод разрешить мусульманам поход. Жители Басры и Куфы разлились по стране, совершая избиения.

Ал-Ахнаф выступил в поход на Хорасан и взял путь на Михриджан Казак, затем выступил к Исфахану, в то время как жители Куфы осадили Джей. (Джей — старая часть города Исфахана.) Он вступил в Хорасан со стороны ат-Табасейна, (Табасейн — современный Теббес в южном Хорасане, на краю пустыни.) взял Герат с боя и оставил начальником над ним некоего Сухара ал-Абди. Затем он направился в сторону Мерва аш-Шахиджана, отрядив к Нишапуру, до которого не было сражения, Мутаррафа ибн Абдаллаха ибн аш-Шаххира, а к Серахсу — ал-Хариса ибн Хассана. Но когда ал-Ахнаф приблизился к Мерву аш-Шахиджану, Йездегерд вышел из него в сторону Мерверуда |2683| и расположился в нем. Ал-Ахнаф же расположился в Мерве аш-Шахиджане. Йездегерд, находясь в Мерверуде, написал хакану, прося его помощи; написал он, прося поддержки, и царю Согда, и оба его посла отправились к хакану и царю Согда. Написал он также и царю Сина (Китая), прося его о помощи.

Ал-Ахнаф выступил из Мерва аш-Шахиджана и оставил над ним начальником Харису ибн ан-Ну'мана ал-Вахили, после того как к нему присоединились подкрепления из куфийцев под начальством четырех эмиров: [88] Алкамы ибн ан-Надра ан-Надри, Риб'ы ибн Амира ат-Темими, Абдаллаха ибн Абу-Укайля ас-Сакафи и Ибн Умм Газаль ал-Хамдани. Он выступил, идя в направлении Мерверуда. Когда это дошло до Йездегерда, он выступил по направлению к Балху, а ал-Ахнаф расположился в Мерверуде и выслал вперед куфийцев. Они отправились к Балху, а ал-Ахнаф шел следом за ними. Куфийцы встретились с Йездегердом у Балха, и аллах обратил Йездегерда в бегство, и он направился с жителями Фарса к реке и переправился через нее. Ал-Ахнаф же присоединился к куфийцам уже тогда, когда аллах даровал им победу. Таким образом Балх — одно из завоеваний куфийцев. Теперь одни за другими заключили мирные договоры те части населения Хорасана, находившиеся в областях между Нишапуром и Тохаристаном, входившие раньше в состав государства Хосроя, которые уклонились от этого или воздержались. Ал-Ахнаф вернулся в Мерверуд и расположился в нем, над Тохаристаном же оставил правителем Риб'ы ибн Амира, того самого, о котором говорит ан-Неджаши, возводя его к роду его матери, принадлежавшей к благороднейшим из арабов.

Как часто бывает, что тот, кто слывет молодцом, совсем не таков, а вот Риб'ы ибн Ка'с, тот поистине молодец.
Длительно пребывание людей племени в недрах его дома и когда они насыщаются, он поит (вином) со дна своей чаши.

Ал-Ахнаф написал Омару о покорении Хорасана, и тот сказал: «Поистине, я желал бы, чтобы не было мною послано туда войско и чтобы между нами и этой областью было огненное море». Тогда спросил Али: «А почему, о, повелитель правоверных?» Он ответил: «Потому что жители его выступят из него трижды и в третий раз будут преданы гибели. И то, что это случится с его населением, более любезно мне, чем если бы это произошло с мусульманами».

|2685| Написал мне ас-Сари со слов Шу'айба, которому передал Сейф со слов Исы ибн ал-Мугиры и некоего человека из племени бекр ибн ва'иль, называемого ал-Вази ибн Зейд ибн Хулейда, говоря так:

Когда достигло Омара известие о том, что ал-Ахнаф овладел обоими Мервами и Балхом, он сказал: «Вот это ал-Ахнаф! Вот это князь жителей Востока, которого называют так, не упоминая его имени». И Омар написал ал-Ахнафу:

«...А дальше, — ни в каком случае не переходи реку и ограничься тем, что лежит по сю сторону реки. Вы знаете, зачем вы пришли в Хорасан, пребывайте на том, для чего вы пришли в Хорасан, и тогда пребудет с вами победа. Но берегитесь переходить реку, чтобы вам не рассеяться».

Когда послы Йездегерда добрались до хакана и Гурека, (Здесь, повидимому, имеется в виду согдийский ихшид, правивший Самаркандом в первой половине VIII в., — явный анахронизм.) им обоим не удалось оказать ему помощь, пока он сам в бегстве не переправился к ним через реку; тогда хакан нашел удобный случай и оказал ему поддержку, — ведь цари соглашаются на помощь царям ради самих же себя. Он пришел с тюрками и собрал жителей Ферганы и Согда. Затем он выступил с ними. Выступил также и Йездегерд, возвращаясь в Хорасан, и переправился к Балху. С ним переправился и хакан. Куфийцы передвинулись к Мерверуду, к ал-Ахнафу, а язычники выступили из Балха и остановились против ал-Ахнафа у Мерверуда.

Когда до ал-Ахнафа дошли сведения о том, что хакан и согдийцы переправились через реку Балха, идя против него, вышел он раз ночью походить по своему лагерю, прислушиваясь, не услышит ли какого-нибудь мнения, которым бы он мог воспользоваться. Проходил он мимо двух человек, [89] очищавших фураж, отделяя ячмень от соломы, и вот, один говорит другому: «Вот, если бы эмир сделал эту гору нам опорой, — тогда река находилась бы между нами и нашим врагом, как ров, а гора бы была у нас в тылу, чтобы нас не обошли сзади, и нам бы приходилось вести сражение только с фронта: тогда я имел бы надежду, что аллах даст нам победу». Эмир вернулся, удовольствовавшись слышанным. Это было темною ночью, а когда рассвело, он собрал людей, затем сказал: «Вас мало, а враг ваш многочисленен, но да не устрашит он вас. Ведь сколько раз бывало, что малый отряд, одолевал отряд многочисленный с соизволения аллаха. Аллах — с теми, кто стоек. Перейдите с вашего места, сделайте эту гору своей опорой, оставив ее у себя в тылу, а реку — между собою и врагами, и сражайтесь только с фронта». Так и сделали, а они уже приготовили (все), что им было нужно. С ним было около 10 000 басрийцев, и куфийцев было около того.

Подошли тюрки с теми, кого они собрали, и расположились около них. И сражались они с тюрками по утрам и вечерами, а ночью отходили от них, и так было некоторое время. Ал-Ахнаф производил разведку их |2687| расположения ночью. Раз ночью вышел он, после того как получил сведения о них через разведчика, одного из своих подчиненных, и, приблизившись к лагерю хакана, остановился. Когда рассвело, выехал один тюркский всадник с тугом (Туг — знамя с лошадиным хвостом, бунчук.) и ударил в свой бубен. Затем он остановился поодаль от лагеря, на расстоянии, на котором останавливаются в подобных случаях. Ал-Ахнаф напал на него, и они обменялись ударами копья. И ударил его ал-Ахнаф копьем и убил. Затем он стал там, где стоял тюрк, и взял его туг. Вышел второй тюрк и сделал то же, что и его первый товарищ. Затем он стал перед ним. Ал-Ахнаф напал на него, и они обменялись ударами копья. Ал-Ахнаф ударил его копьем и убил. Затем он стал там, где стоял второй тюрк и взял его туг. Потом из тюрок вышел третий и сделал то же, что и те два мужа. Он стал перед вторым из них. Ал-Ахнаф напал на него, и они обменялись ударами копья. Ударил его ал-Ахнаф копьем и убил.

Затем ал-Ахнаф вернулся в свой лагерь, и о случившемся никто из них не узнал, пока он не вошел в лагерь и не снарядился.

А было в обычае у тюрок, что они не выступали, пока не выедут трое из их наездников, как это было с теми, причем каждый бьет в бубен. Затем, уже после выезда третьего, выступали и все. Так и в ту ночь тюрки выступили после третьего и набрели на своих побитых наездников. Хакан увидел в этом дурное предзнаменовение и почуял недоброе. Он сказал: «Слишком затянулось наше пребывание здесь, и эти люди были сражены в таком месте, где никогда это не случалось. Не будет нам добра в сражении с этим народом. Возвращайтесь же с нами». И повернулись их лица к возвращению. Взошел над мусульманами день, и видят они, что ничего нет; и пришло к ним известие о возвращении хакана в Балх.

Йездегерд, сын Шахрияра, сына Кисры, покинул хакана у Мерверуда и выступил к Мерву аш-Шахиджану. Хариса ибн ан-Ну'ман с бывшими с ним укрепился против него, а Йездегерд осадил их. Он вывез свою казну из того места, где она была, когда хакан находился в Балхе, поджидая его. Мусульмане спросили ал-Ахнафа: «Что ты думаешь об их преследовании?» Но он ответил: «Оставайтесь на своем месте, а их оставьте».

Когда Йездегерд собрал все, что было в его руках из помещенного им в Мерве, то его стали теснить; он захотел, воспользовавшись этими сокровищами, действовать независимо, вдруг возникло осложнение из-за сокровищ жителей Фарса. Йездегерд хотел соединиться с хаканом, а жители [90] Фарса спросили его: «Что ты хочешь сделать?» Он ответил: «Хочу соединиться с хаканом, чтобы быть с ним или с китайцами». Но они возразили |2689| ему: «Постой! Ведь это — плохое намерение. Ты идешь к какому-то народу в их государство, а свою страну и свой народ оставляешь. Нет, ты вернись с нами к тому народу, чтобы нам помириться с ними: ведь они — люди, верные своим обязательствам, и поклонники какой-то религии. Они владеют нашей страной, а для нас предпочтительнее власть врага, который правит нами в нашей же стране, чем врага, который правит нами, находясь в своей стране. К тому же у них нет религии, не знаем мы также, какова их верность обязательствам». Но он не соглашался с ними, и они не соглашались с ним, говоря: «Оставь тогда наши сокровища, чтобы мы могли их возвратить в нашу страну и тем, кто владеет ею. Не вывози их из нашей страны в другую». Но он отверг и это. Тогда они сказали: «Тогда и мы не дозволим тебе», и откололись от него и покинули его с его приверженцами. Они вступили с ним в бой, обратили его в бегство и захватили сокровища и овладели ими, отразили его и написали ал-Ахнафу, сообщая о происшедшем. Мусульмане подступили к ним, когда язычники находились в Мерве в переговорах с Йездегердом, вступили с ним в сражение и нанесли ему с остатками его людей поражение и помешали ему захватить обоз. Он бежал и, в поисках убежища, перешел через реку в Фергану и к тюркам. Там он оставался все время правления Омара, переписываясь с ними (подданными). Также и они писали ему, по крайней мере некоторые из них. А жители Хорасана снова впали в неверие в правление Османа.

Жители Фарса пришли к ал-Ахнафу и заключили с ним мир, скрепив его договором, передали ему эти сокровища и деньги и возвратились по своим городам, к своим имуществам, для жизни еще лучшей, чем во времена хосроев. (Хосрой — имя двух царей династии Сасанидов, этим именем арабы называли всех персидских царей.) И жили они как бы в их царстве, только мусульмане были для них надежнее и справедливее, и они пребывали в довольстве и благоденствии. В день Йездегерда (Очевидно, в день раздела его казны.) каждому всаднику досталась такая же доля, как доля |2690| всадника в день Кадисии. (Битва при Кадисии, битва арабов с войском Йездегерда III в 637 г. В результате поражения иранцы вынуждены были уступить Ктезифон — столицу Сасанидского Ирана. Упоминаемая здесь доля всадника = трем долям пехотинца при разделе военной добычи в арабском войске, согласно нормам ислама.)

Когда жители Хорасана восстали при Османе, Йездегерд выступил и расположился в Мерве. Когда же произошли разногласия между ними с его приближенными и жителями Хорасана, он укрылся на мельнице. Они напали на него, когда он ел на поле около мельницы, и убили его, а затем бросили его в канал.

Когда Йездегерд был настигнут в Мерве в то время, как он скрывался на мельнице, имея намерение найти способ достигнуть Кермана, а мусульмане и язычники захватили доставшуюся от него добычу, весть об этом достигла ал-Ахнафа, и он тот же час отправился с людьми в Балх, ища встречи с хаканом и преследуя свиту Йездегерда и его семью. Он был с мусульманами и язычниками из жителей Фарса. Хакан с тюрками в это время находился в Балхе, и, когда услышал о том, что постигло Йездегерда, и о выступлении против него мусульман с ал-Ахнафом из Мерверуда, он покинул Балх и перешел реку. Ал-Ахнаф подошел и расположился в Балхе, куфийцы же расположились в его четырех округах. Затем ал-Ахнаф вернулся в Мерверуд и расположился там. Он написал Омару о победе над хаканом и Йездегердом и послал ему пятую долю добычи, снарядив к нему посольство. [91]

* Завоевание Джурджана

|2835| (30 = 650 г.). В этом году произошел поход против Табаристана Са'ида-ибн ал-Аса, о чем говорит Абу-Ма'шар; мне об этом рассказал Ахмед ибн Сабит со слов того, кто передавал ему от Исхака ибн Исы о случившемся. |2836| В рассказе же ал-Вакыди и Али ибн Мухаммеда ал-Мадаини — так мне рассказал об этом Омар ибн Шабба от себя. Сейф же ибн Омар рассказывает, что испехбед заключил с Сувейдом ибн Мукарраном мирный договор на том условии, что тот не будет производить на Табаристан нападений, с своей стороны щедро уплатив ему деньгами, о чем я уже упоминал раньше в рассказе о правлении Омара. Что касается Али ибн Мухаммеда ал-Мадаини, то он говорит, как это рассказывает Омар с его слов: никто не совершал похода против Табаристана до вступления в правление Османа ибн Аффана, а тогда против него отправился в поход Са'ид ибн ал-Ас в 30 (= 650 ) г.

Приведем с его слов рассказ о походе Са'ида ибн ал-Аса на Табаристан.

Рассказал мне Омар ибн Шабба: Мне рассказал Али ибн Мухаммед со слов Али ибн Муджахида, а тот — со слов Ханаша ибн Малика, который говорит: Са'ид ибн ал-Ас выступил в поход из Куфы в 30 (= 650) г., направляясь в Хорасан. С ним был Хузейфа ибн ал-Йеман и некоторые из сподвижников (Мухаммеда). С ним были ал-Хасан и ал-Хусейн, Абдаллах ибн Аббас и Абдаллах ибн Омар, Абдаллах ибн Амр ибн ал-Ас и Абдаллах ибн аз-Зубейр. А Абдаллах ибн Амир выступил из Басры, направляясь в Хорасан, и, опередив Са'ида, расположился у Абрашахра. До Са'ида дошли сведения о том, что он остановился в Абрашахре, тогда он расположился в Кумисе, принадлежавшем к мирным областям, с которыми Хузейфа заключил мирный договор после битвы при Нихавенде. (Под Нихавендом в 642 г. арабы нанесли окончательное поражение войскам сасанидского Ирана.) Он подошел к Джурджану, и жители его заключили с ним мирный договор с условием уплаты 200 000, затем подступил к Тамисе. Все это — города табаристанские, пограничные с Джурджаном, а Тамиса — город на морском побережье, находится он в пределах Джурджана. Жители его сражались с ним столь |2837| упорно, что он совершил молитву страха и спросил Хузейфу: «Как молился посланник божий?» Тот рассказал ему, и по этому примеру Са'ид совершил молитву страха, в то время как они сражались.

В тот день Са'ид ударил одного из язычников в плечевую артерию, и меч вышел у того из-под локтя. Он осадил их, и они стали просить пощады; он даровал им ее с обещанием, что не убьет из них ни одного. (Арабская фраза «ала ан ла йактула минхум раджулан вахидан» двусмысленна: она значит: 1) «с тем, что он не убьет из них ни одного человека» и 2) «с тем, что он не убьет из них (только) одного человека». Этою двусмысленностью воспользовался 'Са'ид.) Они открыли крепость, а он перебил их всех, кроме одного, и овладел всем, что было в крепости.

|2839| Рассказал мне Омар: Мне рассказал Али со слов Кулейба ибн Халефа и других, что Са'ид ибн ал-Ас заключил с жителями Джурджана мирный договор, затем они расторгли его и вернулись к неверию. До Джурджана же после Са'ида ибн ал-Аса не доходил никто, так как они сделали этот путь недоступным. Не было никого, кто, проходя по пути в Хорасан со стороны Кумиса, не испытывал бы боязни и страха перед жителями Джурджана. Путь в Хорасан из Фарса лежал на Керман, и первым, кто проложил путь через Кумис, был Кутейба ибн Муслим, когда он был назначен правителем Хорасана.

Рассказал мне Омар: Мне рассказал Али со слов Кулейба ибн Халефа ал-Амми, которому передали Туфейль ибн Мирдас ал-Амми и Идрис ибн [92] Ханзала ал-Амми, что Са'ид ибн ал-Ас заключил мирный договор с жителями Джурджана и уплачивали они иногда сто тысяч, говоря: «Это — должная с нас по договору сумма», иногда — 200 000, а иногда — и 300 000. Иногда они уплачивали это, иногда же отказывались от уплаты. Затем они расторгли договор и вернулись к неверию, причем не стали платить хараджа, пока не явился к ним Йезид ибн ал-Мухаллаб, и когда он вторгся в страну, никто не мог соперничать с ним в силе. После того, как он заключил мир с Сулом и завоевал ал-Бухейру и Дихистан, он заключил мир с жителями Джурджана на условиях их договора с Са'идом ибн ал-Асом.

* Убийство Йездегерда

(Ср. выше, стр. 87.)

|2872| В этом же году (31 = 651) был убит Йездегерд, царь персов. Изложение рассказов о причине его убийства.

О причине его убийства и как оно произошло существуют разные рассказы.

Так, Али ибн Мухаммед говорит: Нам рассказал Гияс ибн Ибрахим со слов Ибн Исхака, который говорит:

Йездегерд с небольшою горстью людей бежал из Кермана в Мерв и стал требовать от мервского марзбана денег, а тот ему отказал. Тогда жители, опасаясь за себя, послали к тюркам, прося их о помощи против него, и те пришли к Йездегерду, напали на него ночью и убили его спутников; сам же Йездегерд бежал, пока не достиг жилища одного человека, вытачивавшего мельничные камни, на берегу Мургаба. Он укрылся у него на ночь, но тот убил его, когда он спал.

Али говорит: Нам рассказал ал-Хузели, он сказал:

Йездегерд в своем бегстве из Кермана, прибыл в Мерв и стал требовать от его марзбана и жителей денег, но они отказали ему и, боясь его, напали на него ночью; военной же помощи против него у тюрок они не просили. Они убили его спутников, а сам он бежал пешим, имея при себе свою перевязь, меч и венец, пока не достиг жилища одного каменотеса на берегу Мургаба. Этот каменотес убил Йездегерда, когда он и не думал об опасности, и взял его имущество, а тело его бросил в Мургаб. Наутро жители Мерва отправились по следу Йездегерда и шли, пока след не скрылся у жилища каменотеса. Они схватили его, и он признался им в убийстве царя и вынес его вещи. Жители убили каменотеса с его семьей и забрали вещи его и Йездегерда, затем они извлекли из Мургаба его тело и положили его в деревянный гроб.

Али говорит: Некоторые утверждают, что они перенесли его в Истахр, где он и был погребен в начале 31 (= 651) г. А Мерв получил название |2873| «врага государя». Йездегерд взял там одну женщину в наложницы, и она родила от него мальчика с поврежденным боком. Это случилось уже после убиения Йездегерда. Мальчик был прозван ал-Мухдаджем (увечным, калекой). От него произошло в Хорасане потомство, и Кутейба, при завоевании Согда или другого места, нашел там двух девушек, о которых ему сказали, что они из потомства ал-Мухдаджа. Он отослал их обеих или одну из них к ал-Хаджжаджу ибн Юсуфу, а тот отправил ее к ал-Валиду ибн Абд-ал-мелику, и она родила от ал-Валида Йезида ибн ал-Валида ан-Накыса. (Йезид III — омейядский халиф (126 = 744).)

Али говорит: Нам сообщил Раух ибн Абдаллах со слов Хордадбеха ар-Рази, что, когда Йездегерд прибыл в Хорасан, с ним был Хорразадмихр, брат Рустема. (Имеется в виду Рустем, полководец Йездегерда, проигравший знаменитую битву с арабами при Кадисии в 637 г.) Этот сказал Махуйе, марзбану Мерва: «Вот я вручаю тебе [93] царя». Затем он возвратился в Ирак, а Йездегерд остался в Мерве и задумал сместить Махуйе. Махуйе написал тюркам, извещая их о бегстве Йездегерда и о его прибытии к нему. Он заключил также с ними договор об оказании ими помощи ему против Йездегерда, и открыл им свободный путь.

Али говорит: Тюрки подступили к Мерву и Йездегерд выступил им навстречу во главе своих спутников, бывших с ним, и вступил с ними в сражение. С ним был Махуйе во главе мервских лучников. Йездегерд перебил много тюрок, и Махуйе, опасаясь, как бы тюрки не обратились в бегство, перешел на их сторону с мервскими лучниками. Тогда войско Йездегерда обратилось в бегство и было перебито. Конь Йездегерда был под вечер ранен, и Йездегерд пешим направился в бегство, пока не достиг дома, |2874| в котором была мельница, на берегу Мургаба. Там он оставался в течение двух ночей. Махуйе разыскивал его, но не мог найти.

На второй день, когда настало утро, хозяин мельницы вошел в свой дом, и, когда увидел Йездегерда, спросил: «Кто ты, человек или джинн?»Тот ответил: «Человек. Есть ли у тебя что-нибудь поесть?» Хозяин ответил: «Да», и принес ему еду. Тогда Йездегерд сказал: «Я — маг, (Т. е. зороастриец.) принеси мне все, что нужно для совершения молитвенного обряда». Мельник отправился к одному из лучников и стал просить у него то, что нужно для совершения обряда. Тот спросил: «А что ты станешь с этим делать?» Он сказал: «У меня находится человек, какого я никогда не видал. Он и попросил это у меня». Тогда лучник привел его к Махуйе. Тот сказал: «Это — Йездегерд. Ступайте и принесите мне его голову». Но мобед (Мобед — один из высших чинов зороастрийского духовенства сасанидского времени. Мобеды были не только представителями культа, но имели судебную и административную власть и участвовали в управлении страной. Во главе их стоял мобедан мобед — начальник магов (Christensen. L'Empire des Sasanides, chap. III. Guidi Michelangelo. Mobedh, El).) возразил ему: «Не подобает это тебе. Ведь ты знаешь, что религия и царская власть связаны и каждая может держаться только благодаря другой, и если ты сделаешь то, что намереваешься сделать, то ты уронишь престиж святыни, выше которой нет». Заговорили и люди, называя это деяние ужасным. Но Махуйе стал их поносить и сказал лучникам: «Кто будет разговаривать, — убейте его». Нескольким же из них он приказал, и они отправились с мельником. Он им приказал, чтобы они убили Йездегерда, и они удалились. Но когда они увидели Йездегерда, то стало претить им его убийство, и они стали отказываться от этого дела. Они сказали мельнику: «Войди и убей его». Тот вошел к нему, он в это время спал, и камнем, бывшим с ним, раздробил ему голову, затем отсек голову и отдал ее лучникам, а тело его бросил в Мургаб. Несколько человек из жителей Мерва отправились и убили мельника, а мельницу его разрушили. Епископ Мерва пошел и, извлекши тело Йездегерда из Мургаба, положил его в гроб, |2875| перенес в Истахр и поместил его в наус. (Термин «наус» происходит от греческого слова «naos» в значении «мавзолей», заимствован арабами через сирийский язык. Употребляется в арабской литературе для обозначения погребальных сооружений разных немусульманских культов. В применении к зороастрийской религии словом «наус» обозначают иногда дахму (башню, где оставляют на съедение диким животным и птицам трупы умерших), иногда мавзолей, где ставятся остаданы (гробики-костехранилища).)

|2876| Некоторые говорят, что Йездегерд пришел в область Фарса и оставался там 4 года, затем перешел в область Кермана и пробыл там 2 или 3 года. Дехкан (В данном случае под дехканом подразумевается владетель области.) Кермана упрашивал его, чтобы он остался у него, но он не сделал так, а требовал у дехкана, чтобы тот дал ему залог, но дехкан [94] Кермана не дал ему ничего, а он (Йездегерд) не дал тому то, о чем тот (дехкан) его просил. Тогда тот велел схватить его за ногу и волочить его по земле и изгнал его из своей страны. Оттуда он попал в Седжестан и оставался там около 5 лет, затем решил поселиться в Хорасане, чтобы собрать в нем войска и отправиться с ними против тех, кто захватил его царство. Он отправился со всеми окружающими в Мерв, имея при себе заложников из сыновей дехкан. При нем же из их военачальников находился Феррухзад.

Когда он подошел к Мерву, он обратился за помощью против них к царям и написал им, прося их поддержки, — и владыке Китая, и царю Ферганы и царю Кабула, и царю хазар. Дехканом в Мерве был в то время Махуйе — сын Мафенаха, сына Фида, отец Бераза. Махуйе поручил город Мерв своему сыну Беразу, а раньше он подчинялся ему самому. Йездегерд хотел войти в город, чтобы осмотреть его и кухендиз. (Кухендиз, букв, «старая крепость», — цитадель города. По большей части — первоначально укрепленное жилище крупного дехкана. В данном случае — это старая цитадель в Гяур-кала (городище сасанидского Мерва) (В. А. Жуковский. Развалины Старого Мерва, стр. 113 и сл. — В. В. Бартольд. К истории Мерва, стр. 115-138). О термине «кухендиз» см. также: В. В. Бартольд. Персидское арк «крепость, цитадель», стр. 29-32.) Махуйе же заранее отдал своему сыну распоряжение, чтобы он не открывал ему города, если он |2877| будет стремиться войти в него, опасаясь его хитрости и вероломства.

В тот день, когда Йездегерд хотел войти в Мерв, он сел на коня и объехал город. Когда он достиг одних из его ворот и захотел войти в него через них, отец Бераза стал взывать к Беразу, чтобы он открыл, а сам при этом стягивал свою перевязь, давая знак, чтобы тот не делал этого. Один человек из спутников Йездегерда понял это и сообщил ему об этом, прося у него разрешения отсечь голову Махуйе. Он говорил при этом: «Если ты это сделаешь, — дела станут тебе благоприятными в этой стране». Но тот отверг то, что он предлагал.

Некоторые говорят, что Йездегерд назначил правителем Мерва Феррухзада и приказал Беразу, чтобы тот сдал ему кухендиз и город, по жители города воспротивились этому, потому что Махуйе, отец Бераза, приказал им так сделать, сказав при этом: «Это — для вас не царь. Вот он пришел к вам разбитый, израненный. Мерв не потерпит того, что терпят другие области. И если я приду к вам завтра, не открывайте ворота». И когда он пришел к ним, они так и поступили, Феррухзад возвратился, и, став перед Йездегердом на колени, сказал: «Мерв тебе противится, а эти арабы уже подошли к тебе». Тот спросил: «Каков же твой план?» Феррухзад ответил: «План состоит в том, чтобы нам добраться до тюркских областей и пробыть там, пока нам не станет ясным предприятие арабов. Ведь они не пропускают ни одной области, чтобы в нее не вторгнуться». Йездегерд возразил: «Я ни за что не сделаю так, а возвращусь тем же путем». Тогда тот отказался ему повиноваться и не принял его плана.

Йездегерд отправился и прибыл к Беразу, дехкану Мерва. И задумал он отнять у него дехканскую власть и передать ее Сенджаяу, сыну его |2878| брата. Весть об этом дошла до Махуйе, отца Бераза, и он стал подготовлять, гибель Йездегерда. Он написал Низак-тархану, сообщая ему, что Йездегерд попал к нему разбитый, и звал его прийти к нему, чтобы им соединенными силами захватить его и обезопасить себя от него, связав его договором, а затем убить его или вступить с арабами в мирное соглашение за его счет. Он обещал Низаку, если тот избавит его от Йездегерда, платить ему ежедневно по 1000 диргемов. Просил он также его написать Йездегерду, подстраивая ему ловушку, чтобы тот удалил от себя большую часть войска и остался с горстью своего войска и своих приближенных; это должно [95] было послужить к большему ослаблению его опоры и к еще большему уменьшению его силы. Он говорил: «Ты сообщишь ему в своем письме о тех событиях и помощи, которые ты решил оказать ему против врага — арабов, чтобы он мог их одолеть, и попросишь у него, чтобы он даровал тебе одно из званий сановных людей при грамоте с золотою печатью. При этом ты сообщишь ему, что ты ни за что не приедешь к нему, пока он не удалит от себя Феррухзада». И Низак написал все это Йездегерду.

Когда к Йездегерду прибыло его письмо, он послал за вельможами Мерва, испрашивая их совета. Сенджан сказал ему: «Мое мнение таково, что тебе ни за что нельзя удалять от себя войско и Феррухзада». Отец же Бераза возразил: «Я, напротив, думаю, что тебе нужно вступить в дружбу с Низаком и согласиться на то, что он просит». И Йездегерд принял его |2879| мнение. Он расстался со своим войском и приказал Феррухзаду, чтобы он отправился в Аджмат Серахс. (Аджмат Серахс, букв. «серахские заросли» — местность, где кончается течение р. Теджена ниже Серахса (Орошение, стр. 45).) Тогда закричал Феррухзад, разодрал на себе ворот и схватил палицу, находившуюся перед ним, намереваясь ударить ею отца Бераза, и сказал: «Ах вы, убийцы царей! Вы уже убили двух царей (Намек на то, что в восточной части Ирана были убиты два сасанидских царя — Фируз (Пероз) в 484 г. и Хосрой, сын Кавада, в 628 г.) и, я вижу, намереваетесь убить и этого». И Феррухзад не двинулся, пока Йездегерд не написал ему собственноручно грамоту: «Это — грамота Феррухзаду. Ты, действительно, вручил Йездегерда с его семьей, детьми, свитой и его имуществом Махуйе, дехкану Мерва, что я и свидетельствую этим».

Низак приблизился к месту между обоими Мервами, называемому Халбендан (В тексте: Хл... дан.) и, когда Йездегерд решил выступить ему навстречу, отец Бераза посоветовал ему, чтобы он не встречал его вооруженным, дабы тот не заподозрил его и не отдалился от него, а встретил бы его с флейтами и (другими) музыкальными инструментами. Йездегерд так и сделал. Он вышел с теми, кого посоветовал и назвал ему Махуйе, а отец Бераза отстал от него. Низак же разделил своих спутников на конные отряды, и, когда они сблизились, Низак вышел ему навстречу пешим, в то время как Йездегерд ехал на своем коне. Он приказал подать Низаку одного из своих коней, которых вели в поводу, и тот сел на него. Когда они поровнялись со срединою войска Низака, они оба остановились, и Низак сказал ему, как говорит рассказчик: «Выдай за меня одну из твоих дочерей, чтобы мне стать твоим советником и сражаться вместе с тобою против твоего врага». Йездегерд ответил ему: «И ты осмеливаешься равняться со мною, собака!» Тогда Низак ударил его ременною плетью и Йездегерд, с криком «Измена!» поскакал, спасаясь бегством. Спутники Низака принялись избивать свиту Йездегерда и произвели среди них большое избиение.

Йездегерд в своем бегстве достиг одного места в окрестностях Мерва, сошел с коня и вошел в дом мельника, где и оставался 3 дня. И сказал |2880| ему мельник: «Эй, несчастный, выйди и поешь чего-нибудь, ведь ты уже 3 дня как голодный». Он ответил: «Я могу это сделать, только совершив поклонение по обряду магов». А случилось так, что один человек из мервских магов привез к мельнику свое зерно, чтобы тот перемолол. Мельник переговорил с ним, чтобы тот совершил у него обряд, дабы Йездегерд смог поесть, и тот это сделал. Когда же он возвратился, то услышал, как отец Бераза рассказывал про Йездегерда. Он стал расспрашивать их о его внешнем виде и, когда ему описали наружность Йездегерда, он рассказал им, что он видел его в доме мельника, что это — человек курчавый, со сросшимися бровями и красивыми зубами, носящий серьги и браслеты. При [96] этом Махуйе отправил к нему одного из лучников, приказав ему, если он одолеет Йездегерда, удавить его тетивой, а потом бросить его в реку Мерва. Они встретили мельника и стали его бить, чтобы он проводил их к Йездегерду, по тот этого не сделал и отрицал перед ними, что он вообще знает, куда тот направился. Но когда они уже намеревались возвратиться оттуда, один из них сказал своим: «Я чувствую запах мускуса», и увидел край парчевой одежды Йездегерда в воде. Он потянул за край, и вот, вдруг, перед ним Йездегерд. И стал он просить этого человека не убивать его и не выдавать его, обещая ему свой перстень, браслет и перевязь. Но тот сказал: «Дай мне 4 диргема, и я оставлю тебя». Йездегерд отвечал: «Горе тебе! я даю тебе мой перстень, ведь цену его и не исчислить». Но тот ответил ему отказом. Сказал Йездегерд: «Мне когда-то было сказано, что мне случится нуждаться в 4 диргемах и быть в такой нужде, что моею пищей будет кошачья пища, — и вот, узрел я это воочию и случилось со мною точно, по сказанному». Тут он вырвал одну из двух серег и дал ее мельнику |2881| в награду за то, что тот скрывал его у себя, причем приблизился к нему, как бы разговаривая с ним о чем-то, и описал ему свое положение.

Но тот человек убедил своих спутников, и они пришли туда. Йездегерд стал их упрашивать, чтобы они не убивали его, говоря: «Горе вам! Мы встречаем в нашем писании, что, если кто посягнет на жизнь царей, тому бог воздает пламенем в этой жизни с тем, на что он осмелился посягнуть (sic). Поэтому не убивайте меня, а отдайте меня дехкану или же отправьте меня к арабам, они-то наверно пощадят меня, происходящего от царей». Но они сняли бывшие на нем украшения, сложили их в кожаный мешок и запечатали его. Затем они удавили его тетивой и бросили в реку Мерва. Вода понесла его и прибила к устью Разика (Разик и Маджан — два из четырех главных каналов, орошавших Мервский оазис. О них см.: В. А. Жуковский. Развалины Старого Мерва, стр. 116, 117 и др. — Орошение, стр. 49-54. — В. В. Бартольд. К истории Мерва, стр. 115-138.) и он зацепился за бревно. Епископ Мерва нашел его, перенес и, завернув его в умащенный мускусом, тайлесан, (Тайлесан — шарф, которым обвертывали голову.) положил в гроб, который перенес в Ба-и-Бабан в нижнем течении Маджана, и поместил в сводчатом здании, где бывали обычно епископские собрания, и замуровал вход.

Отец Бераза, не получив одной из серег, стал расспрашивать о ней и, схватив того человека, на которого ему показали, бил его до того, что покончил с ним. И оп послал то, что досталось ему, к тогдашнему халифу, но халиф заставил этого дехкана уплатить стоимость утерянной серьги. Другие говорят: Нет, Йездегерд удалился из Кермана до прихода туда арабов и взял путь на Табасейн и Кухистан, (Кухистан — горняя область в южной части Хорасана, с главными городами Каин и Тун; теперь главный город ее Бирдженд (Обзор, стр. 93-94).) пока не приблизился к Мерву с отрядом около 4000 человек, чтобы собрать войска из жителей Хорасана и вновь вернуться к арабам и сражаться с ними. Его встретили два вождя, питавшие друг к другу взаимную ненависть и зависть, которые находились в Мерве. Одного из них звали Бераз, другого — Сенджан. Оба они выразили ему повиновение. Он остался в Мерве и отличил Бераза. Тогда |2882| позавидовал ему тот Сенджан, а Бераз принялся строить козни Сенджану и разжигать против него сердце Йездегерда. Он интриговал против него, так что Йездегерд решил его убить. Он открыл свое решение относительно этого дела одной из своих жен, с которою сошелся Бераз. Она послала к Беразу женщину, которая утверждала, что Йездегерд решил убить Сенджана. Таким образом стало известным то, что решил в этом деле Йездегерд. Сенджан проведал об опаспости и принял меры предосторожности. [97]

Он собрал сборище, почти равное числу сообщников Бераза, и тех из войска, кто был с Йездегердом, и направился к замку, в котором поселился Йездегерд. Известие об этом дошло до Бераза, но он уклонился от встречи с Сенджаном по причине множества его войск. Сборище Сенджана устрашило Йездегерда и испугало его. И он выбрался переодетым из своего замка и удалился пешим со всею поспешностью, чтобы спастись. Он шел около двух фарсахов, пока не попал на какую-то мельницу, вошел в помещение мельницы и сел там усталый и измученный. Владелец мельницы, (Ас-Са'алиби сообщает об этом мельнике интересную бытовую деталь. Мельница принадлежала Махуйе, последний сдавал ее мельнику в аренду за 4 диргема в день (ас-Са'алиби, стр. 746-747).) увидев, что он имеет привлекательную наружность, хохол (Здесь имеется в виду пучок из локонов на макушке, который носили только сасанидские цари.) на голове и благородный облик, разостлал для него ковер, и он сел. Хозяин принес ему еду, и он поел и остался у него день и ночь. И стал владелец мельницы просить Йездегерда, чтобы тот пожаловал его чем-нибудь, и он отдал ему украшенную драгоценными камнями перевязь, (Перевязь в виде перекрестных ремней с медальоном посредине груди имели право носить только сасанидские цари. Эту перевязь можно видеть на всех сасанидских памятниках, где имеется изображение сасанидского царя.) бывшую на нем. Но владелец мельницы отказался принять ее и сказал: «Больше, чем этою перевязью, я был бы доволен 4 диргемами, на которые я мог бы поесть и попить». Но Йездегерд сказал ему, что у него нет денег. Тогда владелец мельницы стал ему льстить, и когда тот задремал, он подошел к нему с топором, ударил его по голове и убил его. Он отсек ему голову и взял бывшую на нем одежду и перевязь, а труп его бросил в канал, водою которого приводилась в действие его мельница, проткнул ему живот и продел в него корни тамариска, росшего в этом |2883| канале, чтобы его тело удерживалось в том месте, куда он его бросил, а не спустилось вниз и не было бы узнано, и не стали бы искать его убийцу и захваченную им добычу. Затем он бежал со всех ног.

Известие об убийстве Йездегерда дошло до одного человека из жителей Ахваза, бывшего митрополитом над Мервом, которого звали Илия. Он собрал бывших у него христиан и сказал им: «Вот убит царь персов, сын Шахрияра, сына Кисры. А Шахрияр — дитя благоверной Ширин, справедливость которой и благодеяния по отношению к людям ее веры без лицеприятия вам известны. У этого царя происхождение лежит в христианстве. К тому же еще тот почет, который приобрели христиане в царствование его предка Кисры, и благоденствие, достигнутое ими раньше, в царствование царей из его предшественников, когда для них строились церкви и их вера укреплялась. Поэтому нам следует скорбеть об убийстве этого царя ради его благородства, равно как ради благодеяпий его предков и его прародительницы Ширин, которые они оказывали христианам. И вот, я решил построить для него наус и перенести его тело с почестями, чтобы предать его погребению в нем». Христиане ответили: «Мы в своих делах следуем за твоими, о, митрополит! И в этом твоем решении мы сообразуемся с тобою». Тогда митрополит отдал распоряжение, и построил посреди митрополичьего сада в Мерве наус. Он отправился сам, и с ним мервские христиане, и извлек тело Йездегерда из реки, завернул его в саван и положил в гроб, а бывшие с ним христиане понесли его на своих плечах и принесли его в наус, который митрополит повелел построить для него, погребли в нем тело и |2884| замуровали вход в него.

Царствование Йездегерда продолжалось 20 лет, из которых 4 года — в спокойствии, 16 же лет — в тягостях сражений с арабами и стеснений, понесенных от них. Он был последним из династии, последним царем из рода Ардешира, сына Бабека, и после него владычество перешло к арабам. [98]

* Завоевание Хорасана

В этом году, я разумею 31 (= 661) г., в Хорасан отправился Абдаллах ибн Амир и завоевал Абрашахр, Тус, Биверд (Абиверд) и Несу, достиг Серахса и там заключил мирный договор с жителями Мерва. Рассказ об этом:

Рассказывают: Когда Ибн Амир завоевал Фарс, явился к нему Аус ибн Хабиб ат-Темими и сказал: «Да сохранит аллах эмира! Эта страна — перед тобою, а из нее завоевано только немного. Ступай же, и аллах будет тебе помощником». Тот ответил: «Разве мы не отдали приказа о выступлении!» не желая показать, что он принял его совет.

|2885| Говорит Али: Мне рассказал ал-Муфаддал ал-Кермани со слов своего отца, который говорил: керманские шейхи рассказывали, что Ибн Амир расположил войско под ас-Сирджаном, затем отправился в Хорасан и назначил правителем Кермана Муджаши ибн Мас'уда ас-Сулами. Ибн Амир взял направление по пустыне Рабер, тянущейся на 80 фарсахов, затем прошел к ат-Табасейну, направляясь к Абрашахру, городу (области) Нишапура. Авангардом его командовал ал-Ахнаф ибн Кайс. Он взял путь на Кухистан и вышел к Абрашахру. Ему встретились эфталиты. Ал-Ахнаф вступил с ними в сражение и разбил их. Затем Ибн Амир прибыл в Нишапур.

|2886| Говорит Али: Нам рассказал Али ибн Муджахид, что Ибн Амир осадил Абрашахр и овладел половиною его силой, а другая половина была в руках Кенары, как и половина Несы и Туса. Но Ибн Амир не мог пройти к Мерву и заключил с Кенарой мир, и тот отдал ему своего сына, Абу-с-Сальта ибн Кенару, и сына своего брата, Селима, заложниками. Абдаллаха ибн Хазима он послал в Герат, а Хатима ибн ан-Ну'мана в Мерв. Ибн Амир забрал двух сыновей Кенары, а потом они перешли к ан-Ну'ману |2887| ибн ал-Афкаму ан-Насри, и тот их освободил из рабства.

Говорит Али: Нам рассказал Абу-Хафс ал-Азди со слов Идриса ибн Ханзалы ал-Амми, который говорил: Ибн Амир овладел городом Абрашахром силой и завоевал (города) вокруг него: Тус, Биверд, Несу и Хумран, (Ср. стр. 66, прим. 8.) и это было в 31 г.

Говорит Али: Нам рассказал Абу-с-Сари ал-Мервези со слов своего отца, который говорил: Я слышал как Муса ибн Абдаллах ибн Хазим говорил: С Серахсом заключил мирный договор мой отец, которого послал к ним (жителям Серахса) из Абрашахра Абдаллах ибн Амир. Ибн Амир заключил мирный договор с населением Абрашахра, и они ему отдали (заложницами) двух девушек из рода Хосроя, Бабунедж и Тахмидж, или Тамхидж. Он их увел с собой и послал Умейра ибн Ахмара ал-Яшкури, и тот завоевал (города) вокруг Абрашахра: Тус, Биверд, Несу и Хумран и достиг Серахса.

Рассказывает Али: Нам рассказал Абу-з-Зайяль Зухейр ибн Хунейд ал-Адави со слов хорасанских шейхов, что Ибн Амир отправил ал-Асвада |2888| ибн Кулсума ал-Адави, из племени ади-р-рибаб, к Бейхаку в области Абрашахра, между ним (Бейхаком) и городом Абрашахром 16 фарсахов, и он завоевал его, причем ал-Асвад ибн Кулсум был убит.

Рассказывает Али: Нам рассказал Зухейр ибн Хунейд со слов одного из своих дядей, который говорил: Ибн Амир овладел Нишапуром и выступил к Серахсу. Население Мерва послало просить мира, и Ибн Амир отправил к ним Хатима ибн ан-Ну'мана ал-Бахили, и тот заключил с марзбаном Мерва, Абразом, мирный договор на условии выплаты (Мервом) 2 200 000 (диргемов). Говорит Али: А Мус'аб ибн Хайян сообщил нам со слов своего [99] брата, Мукатиля ибн Хайяна, который говорил: Он заключил мирный договор с ними на условиях выплаты 6 200 000.

|2897| [Год 32]. В этом году Ибн Амир завоевал Мерверуд, Талькан, Фарьяб, Джузджан и Тохаристан. Рассказ об этом:

Рассказывает Али: Нам рассказал Салама ибн Осман и другие со слов Исма'ила ибн Муслима, со слов Ибн Сирина, который сказал: Ибн Амир послал ал-Ахнафа ибн Кайса к Мерверуду, и тот осадил его жителей. Они сделали вылазку против арабов и сразились с ними. Мусульмане обратили их в бегство и принудили их войти в крепость. Те поднялись над ними и сказали: «О арабы! Мы имели о вас другое представление, чем то, что мы видим, и если бы мы знали, что вы такие, то мы бы иначе к вам отнеслись. Дайте нам срок пораздумать сегодня и возвратитесь в свой лагерь». И ал-Ахнаф вернулся. Когда же рассвело, он возвратился к ним, а они приготовились к бою с ним. И вот вышел из города один из иранцев (аджем) с письмом и сказал: «Я — посол, предоставьте мне безопасность», и ему обещали неприкосновенность. Он оказался послом марзбана Мерва, (Т. е. Мерверуда.) его племянником. С ним был его переводчик и письмо марзбана к ал-Ахнафу. |2898| И он прочел письмо. Оно было таково:

«Эмиру войска. Мы прославляем аллаха, во власти которого державы, — он сменяет царства по произволению, возвышает того, кого пожелает, после унижения и низлагает, кого пожелает, после возвышения. Меня побуждает к миру и договору с тобой принятие ислама моим дедом (Ср. выше, стр. 68, прим. 3.) и те благодеяния и почет, которые он встретил со стороны вашего государя. Добро вам пожаловать и радуйтесь! Я вас призываю установить между нами и вами мир на том условии, что я буду уплачивать вам 60 000 диргемов хараджа, а вы утвердите меня во владении тем, что царь царей Хосрой дал в удел деду моего отца, когда тот убил змею, которая поедала людей и делала непроходимыми дороги между странами и селениями с живущими в них людьми; вы не будете также отнимать ни у кого из моего дома какой-либо части хараджа и не будет отнята власть марзбана у моего дома для передачи другим. Если ты сделаешь это для меня (обещаешь это мне), я выйду к тебе. Посылаю к тебе моего племянника Махака, чтобы он получил от тебя утверждение того, что я прошу».

Ал-Ахнаф написал ему: «Во имя аллаха, милостивого, милосердного! От Сахра ибн Кайса, эмира войска, Базану, марзбану Мерверуда, и тем всадникам (асавира) и иранцам (аджем), которые с ним. Мир тем, кто следует правому пути, верует и страшится (аллаха)! А затем: твой племянник, Махак, прибыл ко мне и проявил искреннее старание в твою пользу и изложил дело от твоего имени. Я предложил это (рассмотреть) мусульманам, находящимся со мною, и я и они единодушны относительно того, что тебе надлежит. Мы соглашаемся на то, что ты просишь и предлагаешь |2899| мне, — что ты будешь уплачивать за твоих земледельцев (аккаров) и крестьян (феллахов) и земли 60 000 диргемов мне и правителю после меня из мусульманских эмиров, — исключая то, что касается земель, которые, как ты говоришь, Хосрой, тиран сам по себе, дал в удел деду твоего отца за то, что он убил змею, опустошавшую землю и преграждавшую дороги: земля принадлежит аллаху и его посланнику, “он дает ее в наследство тем из своих рабов, кому пожелает." (Коран, VII, 125.) Тебе, вместе с теми всадниками (асавира), которые с тобой, надлежит помощь мусульманам и борьба с их врагами, если мусульмане пожелают этого. За это тебе предоставляется поддержка против тех, кто ведет борьбу с твоими единоверцами, [100] пользующимися твоею защитой и покровительством. В этом тебе дается от меня грамота, которая останется у тебя после меня. Ни тебе и никому из твоего дома, твоих кровных, не надлежит платить харадж, если же ты примешь ислам и станешь последователем посланника (Мухаммеда), тебе от мусульман будет установлено жалование, (должное) положение и надел, и ты будешь их братом, и за это тебе будет такое же покровительство (зимма), как мне и моему отцу и как покровительство мусульманам и их отцам. Засвидетельствовали то, что в этом письме, Джаз ибн Му'авия, или Му'авия |2900| ибн Джаз ас-Са’ди, Хамза ибн ал-Хирмас, Хумейд ибн ал-Хияр — мазиниты, и Айяд ибн Варка ал-Усейди. Писал Кейсан, клиент племени са’лаба, в воскресенье месяца аллаха мухаррема». Печать эмира войска, ал-Ахнафа ибн Кайса, легенда печати: «Мы поклоняемся аллаху».

Говорит Али: Нам рассказал Мус'аб ибн Хайян со слов своего брата, Мукатиля ибн Хайяна, который сказал: Ибн Амир заключил мир с населением Мерва и послал ал-Ахнафа с 4000 в Тохаристан. Он прибыл и расположился на месте замка ал-Ахнафа (Каср ал-Ахнаф), в (области) Мерверуда. Против него собрались жители Тохаристана, Джузджана, Талькана и Фарьяба. Их было три отряда, тридцать тысяч. До ал-Ахнафа дошли известия о них и о том, сколько их собралось против него, и он обратился за советом к людям. Мнения разделились: одни говорили: «Вернемся в Мерв», другие: «Вернемся в Абрашахр», третьи: «Останемся и обратимся за поддержкой», четвертые: «Встретимся с ними и вступим в бой». (Следует рассказ, приведенный выше, стр. 68, по ал-Белазури.)

|2991| И ал-Ахнаф возвратился, признав правильность плана, и расположил свое войско и построил его. Жители Мерва послали к нему, предлагая сражаться с ним вместе, но он ответил: «Я не хочу прибегать к помощи язычников Оставайтесь при том, что мы вам даровали и что мы установили между нами и вами. Если мы победим, то мы соблюдаем то, что обещали вам, если же (враги) нас одолеют и станут нападать на вас, тогда бейтесь, защищая себя».

Для мусульман настало время закатной молитвы, тогда язычники первыми напали на них и завязали бой, и обе стороны стойко бились, пока не наступил вечер. (Следует стих.)

Али говорит: Нам рассказал Абу-л-Ашхаб ас-Са'ди со слов своего отца, который говорил: Ал-Ахнаф, во главе мусульман, столкнулся ночью с жителями Мерверуда, Талькана, Фарьяба и Джузджана и сражался с ними, пока не прошла большая часть ночи. Затем аллах обратил их в |2902| бегство, и мусульмане избивали их, пока они не достигли Раскена, в 12 фарсахах от замка ал-Ахнафа. А марзбан Мерверуда задержал доставку того, что было обусловлено в мирном договоре, ожидая, что выйдет из их дела. Когда ал-Ахнаф победил, он послал двух людей к марзбану, приказав им не разговаривать с ним, пока не получат всего, и они так и сделали. Тогда он понял, что они поступают так, потому что мусульмане победили, и доставил то, что ему надлежало...

В этом же году был заключен мир между ал-Ахнафом и населением Балха. Рассказ об этом:

|2903| Али рассказывает: Нам рассказал Зухейр ибн ал-Хунейд со слов Ияса ибн ал-Мухаллаба, который говорит: Из Мерверуда ал-Ахнаф отправился в Балх и осадил его жителей. Население его заключило с ним мир на условии уплаты 400 000 (диргемов) и он удовлетворится этим. Он назначил своего двоюродного брата по отцу, Асида ибн ал-Мутешаммиса, чтобы он принял от них обусловленную в мирном договоре сумму, а сам [101] отправился в Хорезм и был там, пока не застигла его внезапно зима. Тогда он сказал своим спутникам: «Какой ваш совет?» Хусейн сказал ему: «Тебе уже ответил Амр ибн Ма'дикариб». Он спросил: «А что он сказал?» Тот ответил: «Он сказал: “Если ты не в состоянии справиться с каким-нибудь делом, оставь его и перейди к тому, которое тебе под силу"».

И ал-Ахнаф приказал отступить, затем возвратился в Балх, когда брат его уже собрал то, что причиталось по мирному договору. Он приходил для сбора (дани), а люди приносили ему подарки в виде золотых и серебряных сосудов, золотой и серебряной монеты, товаров и одежды. Двоюродный брат ал-Ахнафа спросил: «Это то, на чем мы заключили с вами мир?» Они ответили: «Нет, но это то, что мы приносим в этот день в дар тому, кто правит нами, чтобы заслужить его благосклонность». Он спросил: «А что это за день?» Они сказали: «Михраджан». (Михраджан, из перс. михраган — древнеиранский, но сохранившийся и при исламе праздник осеннего равноденствия.) Асид сказал: «Я не знаю, что это такое, но я не желаю это отвергать, может быть это мне следует по праву. Я возьму это и отложу, чтобы рассмотреть». И он взял это. |2904| Ал-Ахнаф прибыл и тот рассказал ему. Ал-Ахнаф стал вести расспросы и (жители) рассказали ему то же, что и его двоюродному брату. Он сказал: «Я повезу это к эмиру», и отвез (подарки) к Ибн Амиру и рассказал ему о них. Тот сказал: «Возьми их, Абу-Бахр, они — твои». Ал-Ахнаф ответил: «Я не нуждаюсь в них». Ибн Амир сказал: «Возьми это себе, Мисмар». Говорит ал-Хасан (ал-Басри): «И корейшит (Мисмар) забрал (подарки) себе, — он был жадным до стяжания».

Говорит Али: Нам рассказал Амр ибн Мухаммед, ал-Мурри со слов шейхов племени Мурра, что ал-Ахнаф назначил наместником Балха Бишра ибн ал-Мутешаммиса.

Говорит Али: Нам рассказал Садака ибн Хумейд со слов своего отца, он говорил: Когда Ибн Амир заключил мир с населением Мерва, а ал-Ахнаф — с жителями Балха, Ибн Амир послал Хулейда ибн Абдаллаха ал-Ханафи в Герат и Бадгис, и он завоевал их, затем они впали в неверие и были вместе с Карином.

* Наместники Хорасана. Борьба арабских племен

|II 15| В этом (41 = 661) году Му'авия вверил Абдаллаху ибн Амиру управление Басрой и ведение войны в Седжестане и Хорасане.

|17| (42 = 662 г.) Правителем Хорасана был Кайс ибн ал-Хейсам, назначенный Абдаллахом ибн Амиром. Али ибн Мухаммед (ал-Мадаини) рассказывает со слов Мухаммеда ибн ал-Фадла ал-Абси, со слов его отца: Абдаллах ибн Амир послал Кайса ибн ал-Хейсама наместником Хорасана, когда Му'авия назначил его правителем Басры и Хорасана, и тот оставался в Хорасане два года.

О назначении Кайса говорят то, что рассказывает Хамза ибн Салих ас-Сулами со слов Зияда ибн Салиха: Когда власть утвердилась за Му'авией, он послал Кайса ибн ал-Хейсама в Хорасан, который он присоединил затем к наместничеству Ибн Амира, а тот оставил Кайса правителем Хорасана.

|155| (51 = 671 г.) Рассказал мне Омар со слов Али ибн Мухаммеда: Зияд сместил Анаса и назначил на его место Хулейда ибн Абдаллаха... Через месяц он |156| сместил и его и назначил правителем Хорасана Раби' ибн Зияда ал-Хариси в начале 51 (= 671) г. Люди перевезли свои семьи в Хорасан и поселились там на жительство. Затем он (Зияд) сместил ар-Раби’.

Рассказал мне Омар со слов Али, со слов Масламы ибн Мухариба и Абд-ар-рахмана ибн Абана ал-Кореши ар-Раби’ прибыл в Хорасан и овладел [102] мирным путем Балхом, который был снова захвачен его жителями, после мирного договора с ал-Ахнафом ибн Кайсом. В окрестностях его находились тюрки, которых он частично перебил и обратил в бегство. Из тех (тюрок), кто остался, был Низак-тархан, — его убил во время своего правления Кутейба ибн Муслим.

|394| (61 = 680 г.). Рассказывают Маслама ибн Мухариб и Абу-Хафс ал-Азди со слов Османа ибн Хафса ал-Кермани: Наместники Хорасана совершали походы и, когда наступала зима, возвращались обычно из своих походов в Мерв аш-Шахиджан. Когда мусульмане удалились, хорасанские царьки собрались в одном из городов Хорасана, вблизи Хорезма, и заключили между собой договор, что они не будут делать набеги друг на друга и тревожить один другого и будут совместно совещаться о своих делах. Мусульмане не раз обращались к своим эмирам с требованием совершить поход против этого города, но те отказывались. Когда же прибыл в Хорасан Салм (ибн Зияд), он совершал походы, один из которых продолжался и зимой. [Его полководец, Мухаллаб ибн Абу-Суфра, принудил этот город к сдаче.]

|831| (72 = 691 г.). В этом году Абд-ал-мелик написал Абдаллаху ибн Хазиму ас-Сулами, (Абдаллах ибн Хазим ас-Сулами — правитель Хорасана во время междоусобной войны в халифате (62-72 = 683-691); ср. выше, стр. 72-73.) приглашая его присягнуть ему и отдавал ему в кормление Хорасан на 7 лет. Али ибн Мухаммед рассказывает, что ал-Муфаддал ибн Мухаммед, Яхья ибн Туфейль и Зухейр ибн Хунейд рассказали ему... что Мус'аб ибн аз-Зубейр был убит в 72 (= 691) г., в то время как Абдаллах ибн Хазим находился в Абрашахре, сражаясь с Бахиром ибн Варка |832| ас-Сурейми... Абд-ал-мелик ибн Мерван написал Ибн Хазиму с Саурой ибн Ашимом ан-Нумейри: «Тебе отдается Хорасан на 7 лет с условием, что ты присягнешь мне». Ибн Хазим сказал Сауре: «Если бы я не был занят возбуждением розни между племенами сулейм и амир, то я бы тебя убил. Но ты только съешь это письмо». И тот его съел... Абд-ал-мелик написал Букейру ибн Вишаху, одному из племени ауф ибн са'д, который был заместителем (халифа) Ибн Хазима над Мервом, когда тот правил Хорасаном, и дал ему обещания и возбудил в нем надежды. Букейр ибн Вишах отказал в повиновении Абдаллаху ибн аз-Зубейру и повел пропаганду в пользу Абд-ал-мелика ибн Мервана, и население Мерва примкнуло к нему. Ибн Хазим узнал об этом и стал опасаться, как бы Букейр не привел против него жителей Мерва и не соединилось против него население Мерва и Абрашахра. Он бросил Бахира и направился к Мерву, желая пробраться к своему сыну в Термез. Бахир преследовал его и настиг в селении, называемом по-персидски Шахмигад, расположенном в 8 фарсахах от Мерва.

И вступил с ним Ибн Хазим в сражение. Один из клиентов племени лейс говорит: «Я находился в жилище поблизости от места сражения этих людей. Когда взошло солнце, оба войска пришли в движение, и я стал слышать |833| удары мечей. В paзгape дня звуки затихли, и я сказал себе: “Это — потому, что солнце высоко". Когда я совершил полуденную молитву или немного раньше этого времени, вышел я и попался мне навстречу человек из племени темим. Я спросил, что произошло. Он ответил: “Я убил врага аллаха, Ибн Хазима, вот он там". И, вот, его везут на муле, а к его гениталиям привязали веревку и камень, чтобы удержать его ровно на муле...»

Бахир тотчас же после убийства ибн Хазима послал человека из племени гудана к Абд-ал-мелику ибн Мервану, сообщая ему об убийстве Ибн Хазима, но не послал его головы. Букейр ибн Вишах прибыл к ним с жителями Мерва, уже когда был убит Ибн Хазим, и захотел взять его голову, но Бахир воспротивился этому. Тогда Букейр стал бить его палкой [103] и захватил голову, Бахира же заковал и посадил в заключение. Голову |834| Букейр послал Абд-ал-мелику и написал ему, сообщая, что это он убил его.

|1022| (77 = 696 г.). Говорит Абу-Джа'фар: В этом году Умейя ибн Абдаллах ибн Халид ибн Асид убил Букейра ибн Вишаха ас-Са’ди. Причиной этого, как рассказывает Али ибн Мухаммед, со слов ал-Муфаддала ибн Мухаммеда, было то, что Умейя ибн Абдаллах, наместник Абд-ал-мелика ибн Мервана над Хорасаном, назначил Букейра начальником похода против Мавераннахра, а до этого он поручил ему управление Тохаристаном. Тот снарядился для выступления и произвел большие затраты. Но Бахир ибн Варка ас-Сурейми оговорил его перед наместником... и приказал ему Умейя остаться. И когда он поручил ему начальство над походом против Мавераннахра, он снарядился и принял на себя доставку лошадей и оружия и сделал заем у жителей Согда и их купцов. И сказал Бахир Умейе: «Если окажется между тобой и им река, и он встретится с владетелями (Согда), он откажет в повиновении халифу и склонит людей на свою сторону».

Умейя послал передать ему: «Оставайся, может быть, я сам отправлюсь в поход, тогда ты будешь со мной». Букейр пришел в гнев и сказал: «Точно он старается мне повредить». А Аттаб ал-Ликва ал-Гудани, чтобы отправиться вместе с Букейром, сделал заем, и когда он остался, схватили его |1023| заимодавцы, и он был заключен в тюрьму. Но Букейр уплатил за него, и он вышел. Затем Умейя собрался в поход.

Он приказал снаряжаться, чтобы совершить поход против Бухары и, затем, дойти до Мусы ибн Абдаллаха ибн Хазима (Муса, сын упомянутого выше Абдаллаха ибн Хазима, захватил Термез и его округ и почти 15 лет (689-704) продержался в качестве независимого владетеля. Эпизод с Мусой — своеобразный и редкий в истории арабского завоевания случай, когда один из арабских военачальников оторвался от арабской центральной власти и сделался на время самостоятельным «князьком», подражавшим в известной мере местным владетельным домам.) в Термезе. Люди приготовились и снарядились. Своим заместителем над Хорасаном он оставил своего сына Зияда. Букейр отправился с ним. И он расположился лагерем при Кушмайхане, (Кушмайхан или Кушмахан — селение на север от Мерва, в районе устья канала Маджан. По имени этого селения в X-XIII вв. назывались северные ворота Мерва (Орошение, стр. 50, 59, 63).) где оставался несколько дней, затем приказал отправляться. Бахир сказал ему: «Я не уверен, что люди не станут отставать. Скажи же Букейру, пусть он останется в арьергарде и собирает людей». Умейя приказал, и он был начальником арьергарда, пока не дошел до реки. Затем Умейя сказал ему: «Перейди реку, Букейр». Но Аттаб ал-Ликва ал-Гудани возразил: «Да устроит аллах дела эмира. Переправляйся, а потом переправятся и люди, вслед за тобой». И тот переправился, и переправились люди. Умейя сказал Букейру: «Я боюсь, что мой сын не сможет удержать в порядке свое наместничество, так как он еще юн. Возвратись же в Мерв и избавь меня от заботы о нем, я тебе его поручаю, содействуй моему сыну и управляй его делами».

Букейр выбрал несколько всадников из хорасанцев, которых он знал и в которых был уверен, и переправился через реку. Умейя же направился к Бухаре. Его авангардом командовал Абу-Халид Сабит, клиент племени хузаса.

Аттаб ал-Ликва сказал Букейру, когда они переправились и удалился Умейя: «Мы губили себя и наших родичей, пока не устроили Хорасан. Затем мы просили эмира из корейшитов, который объединил бы наше дело, а к нам пришел эмир, который играет нами, переводя нас из одной тюрьмы в другую». Тот спросил: «Каков же твой план?» Аттаб ответил: |1024| «Сожги эти суда, отправляйся в Мерв, устрани Умейю и оставайся в Мерве, властвуя над ним до поры». Ал-Ахнаф ибн Абдаллах ал-Анбари сказал: [104] «План, который предлагает Аттаб, хорош». Но Букейр возразил: «Я боюсь, что погибиут всадники, которые со мною». Тот сказал: «Неужели ты опасаешься нехватки людей? Я приведу тебе из жителей Мерва, сколько пожелаешь, если погибнут те, которые с тобой». Букейр ответил: «Погибнут мусульмане». Тот возразил: «С тебя будет достаточно, если глашатай объявит: “Мы снимем харадж с того, кто примет ислам". (Первоначально, чтобы привлечь население завоеванных областей к исламу, арабские наместники обещали освобождать от хараджа всякого, кто сделается мусульманином. Однако все попытки провести это на практике приводили к краху, ибо подобная политика подрывала казну халифата, почти целиком зависевшую от хараджных поступлений. Последняя попытка снятия хараджа с принявших ислам в большом масштабе была проведена в Мавераннахре при правителе Ашрасе ибн Абдаллахе ас-Сулами (727-729). Как известно, попытка эта закончилась неудачей, и арабские власти навсегда отказались освобождать принявших ислам от хараджа (Туркестан, стр. 193)) К тебе придут тогда 50 000 молельщиков, более послушных и покорных тебе, чем эти». Букейр сказал: «Но тогда погибнет Умейя и те, кто с ним». Тот ответил: «Почему же они погибнут, раз у них есть снаряжение, их много и они храбры, и у них есть великолепное оружие и совершенные приспособления, чтобы защитить себя в сражении, пока они не достигнут Китая».

И Букейр сжег суда, вернулся в Мерв и, схватив сына Умейи, заключил его под стражу. Он призвал людей свергнуть Умейю, и они примкнули к нему. Весть об этом дошла до Умейи, и он заключил с жителями Бухары мир за небольшой выкуп и возвратился. Он приказал приготовить суда, их ему приготовили и собрали...

|1025| И, когда суда были готовы, Умейя переправился и подступил к Мерву, оставив Мусу ибн Абдаллаха, говоря: «О, боже, я делал добро Букейру, а он оказался неблагодарным за мое благодеяние и сделал то, что сделал. Боже, избавь меня от него!»

|1026| И сказал Шаммас ибн Дисар, который вернулся из Седжестана после убиения Ибн Хазима и участвовал в походе с Умейей: «О эмир! Если пожелает аллах, я избавлю тебя от него (Букейра)». И Умейя отправил его во главе 8000, и он отправился, пока нe расположился в Басане, который принадлежал племени наср. Против него выступил Букейр, с которым был-Мудрик ибн Унейф, а отец его был с Шаммасом, и сказал: «Неужели не было среди темимитов никого, кто бы мог воевать со мною, кроме тебя?» и бранил его. А Шаммас послал сказать ему: «Ты более заслуживаешь порицания и поступаешь хуже, чем я: ведь ты не был верен Умейе и благодарен ему за его благодеяния по отношению к тебе. Он пришел и оказал тебе милости и не противодействовал ни тебе, ни кому-либо из твоих наместников (уммал)».

Букейр напал на него ночью и рассеял его войско и сказал: «Не убивайте ни одного из них, а берите их оружие». И когда они захватывали кого-нибудь, они обирали его и оставляли. И те рассеялись. Шаммас остановился в одном из селений племени тай, которое называлось Бувьяна. Умейя отправил Сабита ибн Кутбу, клиента племени хуза'а. Букейр встретил его, взял Сабита в плен и рассеял его войско; но Сабита он отпустил, так как тот имел у него заступника, и тот вернулся к Умейе. Умейя подошел со своими людьми, и Букейр вступил с ним в сражение. Начальником гвардии Букейра был Абу-Рустум ал-Халиль ибн Аус ал-Абшеми. Он сражался храбро в тот день. Ему кричали: «Эй, начальник гвардии Аримы»! — а Арима была невольницей Букейра, — и он отступил. И сказал ему Букейр: «Нет у тебя отца! Да не сокрушит тебя окрик тех людей! Ведь у Аримы есть мужчина, который ее защитит. Отправь же вперед свое знамя!» [105]

Они сражались, пока Букейр не отступил и не вошел внутрь стен. Он расположился на старом рынке, (Здесь говорится о г. Мерве, как он выглядел в 77 (= 696/97) г., т. е. о Мервском шахристане, остатком которого в настоящее время является городище Гяур-кала. Старый рынок, о котором упоминает ат-Табари, находился в конце VII в. сейчас же за западными воротами, обращенными в сторону рабада (городище Султан-кала).) а Умейя расположился в Басане, и они сходились для сражения на майдане Йезида. (Майдан Йезида (площадь Йезида), судя по контексту, лежал в середине шахристана Мерва (В. В. Бартольд. К истории Мерва, стр. 126, 127).) Однажды они обратились в бегство, но Букейр их пощадил. В другой раз они столкнулись на майдане, и одного из темимитов ударили мечом по ноге, и он волочил ее, а Хурейм |1027| его защищал. И сказал этот человек: «О, боже! Помоги нам и поддержи нас ангелами». Хурейм сказал ему: «Эй, человек! Сражайся своими силами, у ангелов и без тебя достаточно дела». И бежал. Затем тот повторил свои слова: «О, боже! Поддержи нас ангелами!» И сказал Хурейм: «Пусть они удалятся от меня, или я оставлю тебя с ангелами». И он защищал его, пока не доставил к людям.

* Борьба арабов с Низак-тарханом и тохаристанскими карлуками

|1184| (87 = 705/06 г.). В этом году прибыл Низак к Кутейбе, и Кутейба заключил с жителями Бадгиса мир с условием не вступать в него.

|1218| (91 = 709 г.). В этом году Кутейба ибн Муслим убил Низак-тархана. Когда прибыли к Кутейбе те из жителей Абрашахра, Биверда, Серахса и Герата, кому он писал, приказывая явиться, он выступил с войсками к Мерверуду и оставил начальником военных действий (ала-л-харб) Хаммада ибн Муслима, а главой гражданской власти (ала-л-харадж) (Собственно говоря, здесь имеется в виду лицо, специально ведавшее сбором хараджа, составлявшего основной источник казны халифата как в центре, так и по областям, во главе которых стояли наместники.) Абдаллаха ибн ал-Ахтама. До марзбана Мерверуда дошла весть о его прибытии в его страну, и он бежал в персидские области. (Т. е. в области, еще не подчинившиеся тогда арабам, вроде Кабула и Верхнего Тохаристана.) Кутейба же подступил к Мерверуду и захватил двух из его сыновей, убил их и распял. Затем он отправился к Талькану, и прибыл его владетель и не вступил с ним в сражение, и Кутейба не тронул его. В этом городе были разбойники, и Кутейба перебил их и распял их. Он назначил правителем Талькана Амра ибн Муслима, а сам отправился к Фарьябу. Царь Фарьяба вышел к нему с покорностью, выражая свое повиновение, и Кутейба выразил ему благоволение и не убил там никого. Он назначил правителем Фарьяба некоего человека из бахилы. (Т. е. из племени бахила, из которого происходил сам Кутейба.) До владетеля Джузджана дошли сведения о них (арабах), и он, покинув свою страну, бежал в горы. Кутейба выступил к Джузджану, и его жители встретили его с покорностью и повиновением, и он принял изъявления их покорности и не убил там никого. Он назначил правителем его (Джузджана) Амира ибн Малика ал-Химмани. Затем он прибыл в Балх, и его встретил испехбед с жителями Балха. Он вступил в него, но пробыл в нем только один день. Затем он выступил, следуя за Абд-ар-рахманом, пока не прибыл |1219| к Хулмскому проходу. Низак же выступил и расположился лагерем в Баглане, (Баглан — город в долине р. Ак-сарая (Обзор, стр. 15). Обе долины лежали сравнительно недалеко друг от друга.) оставив бойцов при входе в ущелье и при его теснинах для его защиты и поместив бойцов в сильном укреплении позади прохода. Кутейба задержался там несколько дней, сражаясь с ними в теснинах прохода, не будучи в состоянии ничего с ними сделать и войти в проход — а он представлял собой теснину реки, протекающей посреди него — и не зная пути, [106] которым бы он мог подойти к Низаку, кроме этого прохода или пустыни, которые не были пригодны для войск. И он пребывал в замешательстве, выискивая какое-нибудь ухищрение.

В то время как он находился в таком состоянии, вдруг прибыл к нему Руб-хан, царь Руба и Симинджана, (Руб и Симинджан — два города в долине р. Хулм, составлявшие особое владение; теперь Руй и Хейбак (Обзор, стр. 15. — Marquart. Eransahr, S. 22).) и просил у него неприкосновенности на том условии, что он укажет ему доступ в укрепление позади этого прохода. И Кутейба обеспечил ему неприкосновенность и дал ему то, что он просил у него, и послал с ним ночью людей. Тот привел их к укреплению за Хулмским проходом, и они напали на врагов, когда те чувствовали себя в безопасности, и перебили их. Те из них, кто остались в живых, и бывшие в проходе бежали, а Кутейба вошел с людьми в проход и прибыл к укреплению. Затем он отправился к Симинджану, а Низак находился у Баглана, около источника, называемого Фендж Джах. (Фендж Джах = Пендж-чах — пять ключей.) А между Симинджаном и Багланом — пустыня, нетрудно проходимая.

Кутейба оставался в Симинджане несколько дней, затем выступил против Низака и отправил в авангарде своего брата, Абд-ар-рахмана. Это дошло до Низака, и он снялся со своего расположения и переправился через Ферганскую реку, (Маркварт (Eransahr, S. 22) отождествляет ее с верхним течением р. Кундуз.) а свой обоз и имущество отправил к Кабул-шаху. И он шел, пока не расположился в ал-Курзе, а Абд-ар-рахман ибн Муслим следовал за ним. Абд-ар-рахман остановился и захватил теснины ал-Курза, Кутейба же расположился в Искимиште, между ним и Абд-ар-рахманом |1220| было 2 фарсаха. Низак укрепился в ал-Курзе так, что подступ к нему был только с одной стороны, а эта сторона крутая, недоступная для верховых животных. Кутейба осаждал его 2 месяца, пока не уменьшилось бывшее у Низака продовольствие и распространилась среди них оспа и заболел оспой джабгуйя. (Джабгуйя = ябгу, глава тохаристанских карлуков.) Кутейба опасался зимы и, призвав Сулейма ан-Насиха, сказал: «Отправляйся к Низаку и постарайся ухитриться привести его ко мне без гарантии ему неприкосновенности. Если же тебе это не удастся, то обещай ему неприкосновенность. Знай, что если я увижу тебя без него, то распну тебя. Постарайся же для самого себя». Тот ответил: «А ты напиши Абд-ар-рахману, чтобы он мне не противодействовал». Кутейба сказал: «Хорошо», и написал Абд-ар-рахману. Сулейм прибыл к нему и сказал ему: «Пошли людей, чтобы они находились у входа в ущелье и, когда я выйду с Низаком, пусть они отправляются позади нас и станут между нами и ущельем».

Абд-ар-рахман послал конных, и они находились там, где приказал им быть Сулейм. Сулейм отправился, везя с собою еду, которая может держаться несколько дней, и сладости целыми вьюками, пока не прибыл к Низаку. [Далее следует беседа его с Низаком, в которой он убедил Низака сдаться Кутейбе, обещав ему неприкосновенность.] |1221| Низак приказал привести свою лошадь и вышел вместе с Сулеймом... и сел на лошадь. С ним отправился джабгуйя, который выздоровел от оспы, Сул и Осман, племянники Низака, Сул-тархан, заместитель (халифа) джабгуйи, и Ханс-тархан, начальник его гвардии.]

Когда он выехал из ущелья, конные, которых Сулейм оставил у входа в ущелье, устремились и стали между тюрками и выходом. Низак сказал |1222| Сулейму: «Это — начало зла». Тот возразил: «Не говори так; тебе лучше удалить этих от себя». Сулейм, Низак и выехавшие с ним прибыли и вошли к Абд-ар-рахману ибн Муслиму. Он же послал гонца к Кутейбе, извещая его. Кутейба отправил Амра ибн Абу-Михзама к Абд-ар-рахману, чтобы он [107] отправил их к нему. Абд-ар-рахман привез их к нему, и Кутейба посадил в заключение спутников Низака, а Низака отдал Ибн Бассаму ал-Лейси. Он написал ал-Хаджжаджу, прося у него разрешения убить Низака. Ибн Бассам поместил Низака в своем шатре, вырыл вокруг шатра ров и приставил к нему стражу. Кутейба отправил Му'авию ибн Амира ибн Алкаму ал-Улейми, и он вывез все вещи и людей, находившихся в ал-Курзе, и доставил их к Кутейбе. Кутейба посадил их в заключение, ожидая письма ал-Хаджжаджа относительно того, что он написал ему. Через 40 дней к нему пришло письмо ал-Хаджжаджа с приказанием убить Низака... Кутейба |1223| послал к Низаку и приказал убить его и его спутников. Он был убит вместе с 700... По словам бахилитов, в этот день было убито 12 000 человек. Низак со своими двумя племянниками был распят у самого источника, называемого Вахш Хашан, в Искимиште...

* Окончательное завоевание Джурджана

(98 = 716 г.). В этом году Йезид ибн ал-Мухаллаб совершил поход на |1317| Джурджан и Табаристан.

|1318| Хишам ибн Мухаммед рассказывает со слов Абу-Михнафа, что Йезид ибн ал-Мухаллаб, когда он прибыл в Хорасан, оставался там 3 или 4 месяца, затем отправился в Дихистан и Джурджан. Он послал своего сына Махлада управлять Хорасаном, а сам подошел и расположился в Дихистане, жители которого принадлежали к одной из тюркских народностей. Он остался около него, осаждая его население. С ним были жители Куфы, Басры, Сирии и знатнейшие из жителей Хорасана и Рея, всего же под его началом было 100 000 воинов, кроме клиентов (мавали), рабов (мамалик) и добровольцев (мутетавви'ин). (О термине «мутетавви'ин» см.: Туркестан, стр. 221 и сл. — А. Якубовский. Махмуд Газневи, стр. 63 и сл. — Мутетавви'ин (добровольцев) называли также газиями. На базарах больших городов можно было в средние века нанять небольшой, вооруженный отряд во главе с его саларом. Отряды эти часто посылались властями на границы, где они, живя в рабатах, охраняли границы от тюрок-кочевников. «Добровольцы» вместе с тем были и проповедниками ислама. Будучи набираемы среди беднейшего населения (городского и сельского), «добровольцы» были политически ненадежным для власти элементом и принимали активное участие в народных движениях.) Они (жители) совершали вылазки и сражались с теми людьми, но те непрестанно обращали их в бегство и они входили в свою крепость, затем, временами, снова устраивали вылазки и ожесточенно сражались.

|1320| Затем он неотступно продолжал осаду и расположил войска со всех сторон крепости, отрезав ее защитников от подвоза припасов. И когда они были изнурены и не были в состоянии сражаться с мусульманами, и стала невыносимой для них осада и бедствия, Сул, дехкан Дихистана, послал к Йезиду сказать: «Я заключаю с тобою мир на условии, что ты гарантируешь неприкосновенность мне, моей семье и моему имуществу, а я сдаю тебе город со всем, что в нем, и его жителей». И Йезид заключил с ним мир и принял от него (условия) и соблюл их. Он вступил в город и захватил имущество и сокровища, бывшие в нем, и пленных в несчетном количестве, перебил 14 000 пленных тюрок и написал об этом Сулейману ибн Абд-ал-мелику.

Затем он выступил и пришел в Джурджан. Жители его не раз заключали мирные договоры с жителями Куфы на условиях уплаты то 100, то 200, а то и 300 тысяч (диргемов), и те примирялись с ними. Когда пришел к ним Йезид, они встретили его предложением мира, и он поставил над ними наместником человека из племени азд, которого звали Асад ибн Абдаллах, а сам вступил во владения испехбеда в Табаристане. С ним были работники, которые просекали лес и исправляли дороги... [108]

|1321| Испехбед завязал переписку с жителями Джурджана, прося их напасть, на войска Йезида и отрезать ему подвоз продовольствия и пути сообщения между ним и арабами и обещая им за это награду. Они напали на тех мусульман которых Йезид оставил, и перебили тех из них, кого могли. Оставшиеся из них собрались и укрепились в одном округе и находились там все время, пока не выступил против них Йезид... Затем Йезид и его сподвижники выступили из него, как будто беглецы. Если бы не то, что |1322| сделали жители Джурджана, он не ушел бы из Табаристана, пока не завоевал его.

(Источник) другой, чем Абу-Михнаф, рассказывает о деле Йезида и жителей Джурджана то, что рассказал мне Ахмед ибн Зухейр со слов Али ибн Мухаммеда через Кулейба ибн Халефа и других, именно, что Са'ид ибн ал-Ас заключил мир с жителями Джурджана. Затем они воспротивились и отпали от веры, и после Са'ида никто не приходил в Джурджан. Они заградили этот путь, и никто не мог пройти по пути в Хорасан со стороны Джурджана, кроме как со страхом и опасаясь жителей Джурджана, а путь в Хорасан стал пролегать через Фарс на Керман. Первым, кто проложил путь через Кумис, был Кутейба ибн-Муслим, когда он принял управление Хорасаном.

Говорит Али со слов Кулейба ибн Халефа ал-Амми, со слов Туфейля ибн Мирдаса ал-Амми и Идриса ибн Ханзалы, что Са'ид ибн ал-Ас заключил с жителями Джурджана мир, и они выплачивали иногда 100 000, говоря: «Это следуемое с нас по договору», иногда же 200 000, а иногда 300. И иногда они уплачивали дань, а иногда отказывались платить. Затем они воспротивились и отступили от веры и не платили хараджа, пока не пришел к ним Йезид ибн ал-Мухаллаб, и никто не мог соперничать с ним в величии, когда он прибыл в Джурджан. Когда он заключил мир с Сулом, завоевал ал-Бухейру и Дихистан, он заключил мир с жителями Джурджана на |1323| условиях мира, заключенного Са'идом ибн ал-Асом.

Рассказал мне Ахмед со слов Али, со слов Кулейба ибн Халефа ал-Амми, со слов Туфейля ибн Мирдаса и Бишра ибн Исы, со слов Сафвана:

Сказал Али: Мне рассказал Абу-Хафс ал-Азди со слов Сулеймана ибн Кесира и других, что Сул, тюрк, жил в Дихистане и ал-Бухейре, на острове в море, между которым и Дихистаном 6 фарсахов. Оба они находятся в Джурджане, со стороны Хорезма. Сул часто нападал на Фируза ибн Кула, марзбана Джурджана, а между ними было 25 фарсахов, и причинял ущерб его окраинам, затем возвращался в ал-Бухейру и Дихистан. Между Фирузом и его двоюродным братом, по имени ал-Марзбан, произошла распря. Ал-Марзбан отделился от него и поселился в ал-Баясане. Фируз, боясь, что тюрки нападут на него, выступил к Йезиду ибн ал-Мухаллабу в Хорасан, а Сул захватил Джурджан.

Когда он прибыл к Йезиду ибн ал-Мухаллабу, тот спросил его: «Что привело тебя?» Он ответил: «Я побоялся Сула и бежал от него». Йезид спросил его: «Нет ли какой-нибудь уловки для борьбы с ним?» Тот ответил: «Да, есть одна вещь, если ты овладеешь ею, убьешь его или он подчинится». Йезид спросил: «Что это такое?» Тот ответил: «Если он выступит из Джурджана, чтобы остановиться в ал-Бухейре, затем ты настигнешь его там и осадишь его в ней, — ты одолеешь его. Напиши же испехбеду письмо, в котором попроси его подстроить хитрость, чтобы тот остался в Джурджане, и обещай ему за это плату и милости, ведь он пошлет твое письмо Сулу, чтобы сблизиться с ним через него, потому что он почитает его. И он перейдет из Джурджана и поселится в ал-Бухейре».

|1324| Йезид ибн ал-Мухаллаб написал государю Табаристана: «Я хочу совершить поход против Сула, который находится в Джурджане, но боюсь, если дойдет до него это мое намерение, как бы оп не перебрался в ал-Бухейру [109] я не поселился в ней, потому что если он переберется туда, я не смогу одолеть его. Ведь он слушается тебя и советуется с тобой. Если ты задержишь его в этом году в Джурджане и он не переберется в ал-Бухейру, я доставлю тебе 50 000 мискалей (Мискаль = 4.25 г.) (золота). Подстрой же ему какую-нибудь хитрость, чтобы удержать его в Джурджане, так как, если он останется там, я одолею его».

Когда испехбед увидел это письмо, он захотел сблизиться с Сулом и послал ему письмо. И когда письмо пришло к Сулу, он отдал людям приказание об отправлении в ал-Бухейру и погрузил съестные припасы, чтобы укрепиться в ней. До Йезида дошла весть, что он отправился из Джурджана в ал-Бухейру, и он решил отправиться в Джурджан. Он выступил во главе 30 000; с ним был Фируз ибн Кул; и он оставил над Хорасаном Махлада ибн Йезида, над Самаркандом, Кешем, Несефом и Бухарой — своего сына Му'авию ибн Йезида, а над Тохаристаном — Хатима ибн Кабису ибн ал-Мухаллаба. И он прибыл в Джурджан, который не был в то время городом, а были только горы, которые его окружают, и проходы и вершины, так что, когда человек стоит у одного из его проходов, к нему не может подойти никто. Йезид вступил в него, и никто не мог с ним соперничать в величии. Он захватил там имущество, и марзбан бежал. Йезид выступил с людьми к ал-Бухейре и напал на Сула... И он осаждал их, а Сул иногда выходил против него и сражался с ним, а затем возвращался в свою крепость. С Йезидом были куфийцы и басрийцы...

|1325| Тюрки оставались в осаде, совершая вылазки и вступая в сражения, затем возвращаясь в свою крепость в течение 6 месяцев, пока не стали пить воду, застаивающуюся в песках. Среди них развилась болезнь от употребления соленой воды и стала свирепствовать среди них смерть. В таком положении Сул отправил посольство просить мира. Йезид ибн ал-Мухаллаб сказал: «Нет, если только он не сдастся на мою милость». Но тот отверг предложение и послал сказать ему: «Я примиряюсь с тобой на условии пощады меня самого, моего имущества и трехсот из моей семьи и моих приближенных, и ты расположишься в ал-Бухейре». И Йезид согласился на это. Сул вышел со своим имуществом и тремястами из тех, кого он пожелал, и примкнул к Йезиду. Йезид же перебил 14 000 из пленных тюрок, а к остальным отнесся милостиво и не убил из них никого. Войско обратилось к Йезиду: «Выдай нам наше жалованье», и он призвал Идриса ибн Ханзалу ал-Амми и сказал: «Ибн Ханзала, сосчитай нам то, что находится в ал-Бухейре, чтобы нам выдать войску жалование». Идрис вступил в нее, но не был в состоянии счесть то, что было в ней. И сказал он Йезиду: «В ней находится столько, что я не в состоянии счесть, и все это в мешках. Перечтем мы мешки и обозначим то, что в них, и скажем войскам, чтобы они входили и брали, и кто возьмет что-либо — сообщит нам сколько он взял пшеницы, ячменя, риса, кунжута и меда». Йезид ответил: «Твой план хорош». И сосчитали количество мешков и обозначили на каждом из мешков, что в нем, и сказали войску: «Берите». И выходили люди, забрав одежду, |1326| пищу или что могли унести из вещей, и за каждым из людей записывалось то, что он взял. И забрали они большое количество...

|1327| Рассказывает Али: Всякий раз, как Кутейба одерживал победу, Сулейман ибн Абд-ал-мелик говорил Йезиду ибн ал-Мухаллабу: «Не видишь ли ты, что совершает аллах руками Кутейбы?» Йезид отвечал: «А что делается в Джурджане, который лежит между войсками и главной дорогой?» — а тогда восстали Кумис и Абрашахр — и добавлял: «Эти победы не стоят ничего, все дело в Джурджане». И когда сделался правителем Йезид ибн ал-Мухаллаб, он ни о чем другом не беспокоился, кроме Джурджана. [110]

Говорят, что Йезид был во главе 120 000, из куфийцев с ним было 60 000. Говорит Али в своем рассказе со слов рассказавших о событиях в Джурджане от себя, и к этому добавил Али ибн Муджахид со слов Халиля ибн Субейха, что Йезид ибн ал-Мухаллаб, заключив мир с Сулом, захотел завоевать Табаристан и решил совершить против него поход. Он назначил Абдаллаха ибн ал-Мусаммара ал-Яшкури правителем над ал-Баясаном и Дихистаном и оставил с ним 4000, затем прибыл в район Джурджана, ближайший к Табаристану, и назначил Асада ибн Амра или ибн Абдаллаха ибн ар-Рабгу правителем Андаристана, а это — область по соседству с Табаристаном. Он оставил его во главе 4000. И Йезид вступил в страну испехбеда.

|1328| [После того как авангарды мусульман одержали верх, а затем были разбиты], испехбед, опасаясь их, написал к ал-Марзбану, двоюродному брату Фируза ибн Кула, находившемуся в дальней части Джурджана, по соседству с ал-Баясаном: «Мы убили Йезида и его соратников, ты же перебей арабов, находящихся в ал-Баясане». И тот выступил к жителям ал-Баясана, которые согласились перебить мусульман, в то время как они, не приняв мер предосторожности, находились в своих домах, и они были все перебиты в одну ночь. Поутру выяснилось, что был убит Абдаллах ибн ал-Му'аммар с 4000 мусульман, из которых не спасся никто, а из потомков дяди (Фируза) было убито 50 человек. Были убиты ал-Хусейн ибн Абд-ар-рахман и Исмаил ибн Ибрахим ибн Шаммас...

|1330| В этом же году Йезид завоевал Джурджан вторично, после их (жителей Джурджана) вероломного нападения на его войско и нарушения ими договора.

Говорит Али со слов группы лиц, о которых говорят, что они рассказывали ему о событиях в Джурджане и Табаристане:

Затем Йезид, заключив мир с жителями Табаристана, решил направиться против Джурджана и дал аллаху обет, что, в случае если он их победит, он не оставит их и не положит меча, пока не станет молоть зерно их кровью, не замешает хлеб из этой муки и не поест его. Когда дошло до ал-Марзбана известие о том, что он заключил с испехбедом мир и направляется в Джурджан, он собрал своих приверженцев и прибыл в Ваджах и укрепился в нем; а владевший им не имеет нужды в приготовлении пищи и питья. Йезид прибыл и расположился вокруг него, а они укрепились в нем. Вокруг него лежат болотистые заросли и к нему известен только один путь. Он оставался в таком положении 7 месяцев, не будучи в состоянии нанести им какой-либо ущерб и не зная к ним подступа, кроме как с одной стороны. Иногда жители его делали вылазки, сражались и возвращались в свою крепость.

[Случайно был найден другой подступ, к крепости, и мусульмане решили напасть на ее защитников с двух сторон.]

|1332| Йезид спросил человека, который приглашал людей отправиться с собой: «Когда ты доберешься до них?» Тот ответил: «Завтра перед закатом, между двумя молитвами». Йезид сказал: «Ступайте с благословением аллаха, а я приложу все силы в борьбе с ними завтра во время полуденной молитвы». И они отправились. Когда приблизился полдень следующего дня, Йезид приказал людям, чтобы они зажгли огонь из тех дров, которые он собрал во время осады, и они сделали из них холмы и зажгли их огнем. И еще не закатилось солнце, как вокруг его лагеря образовались как бы горы из огней. Враги смотрели на огонь и их устрашило его обилие, которое они видели, и они выступили против мусульман. Йезид отдал людям приказ, когда стало склоняться солнце, и они совершили молитву, соединив две молитвы в одну, затем стали подходить к ним и вступили в сражение. Другие же шли остальную часть дня и на другой день и незадолго до заката [111] напали на лагерь тюрок, которые считали себя в безопасности (от нападения) с этой стороны, а Йезид сражался с этой стороны. И они узнали (о нападении), только услышав прославление аллаха сзади себя. Они отступили все в свою крепость, а мусульмане преследовали их но пятам, и они сдались на милость Йезида. Он забрал в плен их детей, перебил их бойцов и распял их на расстоянии 2 фарсахов по правой и левой стороне дороги. 12 000 из них он вывел к ал-Андархазу, (Ал-Андархаз — р. Хиренд; под этим именем в представлении авторов смешиваются две реки: Атрек и Гюрген (см. ниже, стр. 210).) Джурджанской реке и сказал: |1333| «Если кто-нибудь ищет мести, пусть убивает». И бывало так, что кто-нибудь из мусульман убивал четырех и пятерых в реке. И он заставил течь воду в реке с кровью, а ею приводились в движение мельницы, чтобы молоть зерно их кровью и была бы соблюдена его клятва. И он молол зерно, пек хлеб и ел, и построил город Джурджан. Некоторые говорят, что Йезид перебил 40 000 из жителей Джурджана, который до этого не был городом. Он вернулся в Хорасан и назначил правителем Джурджада Джахма ибн Захра ал-Джу'фи.

[Далее следует другой рассказ Хишама ибн Мухаммеда, со слов Абу-Михнафа, о главной роли Джахма ибн Захра при взятии города. Добыча, взятая в Джурджане, равнялась 6 000 000 диргемов.]

* Начало агитации Аббасидов в Хорасане

|1477| (106 = 724 г.). В этом году Муслим ибн Са'ид совершал поход против тюрок, и пришло к нему распоряжение Халида ибн Абдаллаха о его смещении с управления Хорасаном, в то время как он переправился через реку (Джейхун) для войны с ними, и о назначении наместником Асада ибн Абдаллаха.

|1497| (109 = 727 г.). В этом году Хишам ибн Абд-ал-мелик сместил Халида ибн Абдаллаха с управления Хорасаном и удалил из него его брата Асада.

|1501| Али ибн Мухаммед рассказывает, что первым из аббасидских пропагандистов, прибывших в Хорасан в первое правление Асада ибн Абдаллаха, был Зияд Абу-Мухаммед, клиент племени хамдан. Его послал Мухаммед ибн Али ибн Абдаллах ибн ал-Аббас и сказал ему: «Веди среди людей пропаганду в нашу пользу. Поселись среди йеменитов и относись мягко к мударитам». Но он предостерегал его от некоего человека из Абрашахра, которого звали Талибом, в виду его крайней любви к потомкам Фатимы. (Потомки Фатимы — алиды.)

(Другие) говорят, что первым, прибывшим к жителям Хорасана с письмом Мухаммеда ибн Али, был Харб ибн Осман, клиент племени кайс ибн са'лаба, из жителей Балха.

Когда Зияд Абу-Мухаммед прибыл и стал вести пропаганду в пользу Аббасидов, рассказывать об образе жизни потомков Мервана и их тирании и начал раздавать людям пищу, к нему явился Талиб из Абрашахра, и между ними произошел спор: Талиб превозносил потомков Абу-Талиба, а Зияд превозносил Аббасидов. И Талиб удалился от него. Зияд же остался в Мерве на зиму. К нему приходили из жителей Мерва Яхья ибн Акыль ал-Хузаси и Ибрахим ибн ал-Хаттаб ал-Адави. Он жил во дворе писца Сурейда в расположении рода ар-Рукад. Хараджем Мерва заведывал ал-Хасан ибн Шейх. До него дошло известие о деле Зияда, он сообщил о нем Асаду |1502|-ибн Абдаллаху, и тот призвал его. Когда Асад увидел его, он сказал ему: «Я тебя знаю». Тот ответил «Да». Асад ему сказал: «Я видел тебя в одном кабаке в Дамаске». Тот сказал: «Да». Асад спросил Зияда: «А что это за слухи дошли до меня относительно тебя?» Тот ответил: «Тебе донесли ложь. [112] Я прибыл в Хорасан только для торговых дел. Я роздал людям деньги и, когда они вернутся ко мне, я выеду». Асад сказал ему: «Уходи из моей области». Тот удалился и вернулся к своему делу. Ал-Хасан снова пришел к Асаду и указал ему на опасность его дела. Асад послал за ним и, когда взглянул на него, сказал: «Разве не запретил я тебе пребывание в Хорасане?» Тот возразил: «О эмир, тебе от меня нет ничего плохого», поверг его в гнев, и он приказал убить их (аббасидских агитаторов). Абу-Муса сказал ему: «Выноси же тот приговор, который ты намерен вынести», (Коран, XX, 75.) и это еще увеличило его гнев. Он сказал: «Не хочешь ли ты меня приравнять к фараону?». Тот ответил: «Не я приравниваю, а аллах тебя приравнивает». И они были убиты. Их было десять из жителей Куфы, и из них спаслось в тот день только двое подростков, которых он нашел слишком маленькими, остальных же он приказал убить, и они были убиты в Кушан-шахе...

|1503| Затем пришел после них некий человек из жителей Куфы, которого звали Кесиром, и поселился у Абу-н-Неджма. К нему приходили те, которые встретили Зияда, и он беседовал с ними и вел среди них пропаганду. Так он провел год или два.

Кесир был неграмотным. К нему прибыл Хидаш, в то время как он находился в селении, называемом Мар'ам, и привлек его на свою сторону. А (другие) говорят: Имя его было Умара, а прозван Хидашем он был потому, что он разодрал (хадаша) религию...

* Восстание ал-Хариса ибн Сурейджа

|1563| (115 = 733 г.). В этом году людей в Хорасане постигла сильная засуха и голод, и Джунейд написал по округам: «Мерв был благоденствующим, спокойным селеньем, к которому его пропитание притекало в изобилии изо всех мест, но он проявил неблагодарность к милостям аллаха, привозите же в него продовольствие».

Говорит Али ибн Мухаммед (ал-Мадаини): Джунейд дал в этом году одному человеку диргем, и тот купил за него одну лепешку. И он (Джунейд) сказал им: «Вы жалуетесь на голод, когда лепешка стоит диргем, а вот, я помню, как я был в Индии, и зерно продавалось счетом, — зерно по диргему». И добавил: «Мерв (в таком положении), как сказал аллах великий и славный: “аллах приводит притчей селенье, которое было благоденствующим и спокойным..."» (Коран, XVI, 113.)

|1564| В этом же году произошла кончина ал-Джунейда ибн Абд-ар-рахмана и назначение правителем Хорасана Асима ибн Абдаллаха ибн Йезида ал-Хилали.

Рассказывает Али ибн Мухаммед (ад-Мадаини) со слов своих шейхов, что Джунейд ибн Абд-ар-рахман женился на ал-Фадиле, дочери Йезида ибн ал-Мухаллаба, и Хишам разгневался на Джунейда и назначил правителем Хорасана Асима ибн Абдаллаха. Джунейд был болен водянкой, и Хишам сказал Асиму: «Если ты застанешь его, хотя бы при последнем издыхании, убей его». Асим прибыл, когда Джунейд уже умер...

|1565| И он умер от этой болезни в мухарреме 116 (= 734) г., оставив своим заместителем Умару ибн Хурейма. Асим ибн Абдаллах прибыл и заключил Умару ибн Хурейма и наместников (уммал) Джунейда и подверг их пыткам. Смерть Джунейда произошла в Мерве...

А Умара ибн Хурейм — двоюродный брат Джунейда по отцу и дед Абу-л-Хайзама, главы племенной распри в Сирии. [113]

В этом же году восстал ал-Харис ибн Сурейдж, (Ал-Харис ибн Сурейдж возглавлял движение против Омейядов в 734 г. d Хорасане (Туркестан, стр. 194 и сл.)) и между ним и Асимом ибн Абдаллахом произошла война.

|1566| Али рассказывает со слов своих шейхов: Когда Асим прибыл в Хорасан в качестве правителя, ал-Харис ибн Сурейдж выступил из ан-Нахуза (Нахуз, Нухут, Нахуд, Андхуд, Антхуд — современный Андхой, город в Афганском Туркестане (Туркестан, стр. 83. — Обзор, стр. 24)) и прибыл в Фарьяб, послав впереди себя Бишра ибн Джурмуза.

Асим же отправил ал-Хаттаба ибн Мухриза ас-Сулами, Майсура ибн Омара ибн Абу-л-Харка ас-Сулами, Хилаля иби Улейма ат-Темими, ал-Ашхаба ал-Ханзали, Джерира ибн Хамьяна ас-Садуси и Мукатиля ибн Хайяна ан-Набати, клиента Маскалы, к ал-Харису. Хаттаб и Мукатиль говорили: «Предлагайте ему только неприкосновенность», но остальные отвергли их совет. Когда они прибыли к нему в Фарьяб, он связал их и бросил в заключение, приставив к ним человека для охраны. Однако они его связали, вышли из темницы, сели на своих лошадей и угнали почтовых лошадей. Когда они проезжали мимо Талькана, Сахрек, владетельТалькана, хотел захватить их, но потом удержался и оставил их. И когда они прибыли в Мерв, по приказу Асима они выступили с проповедью и поносили ал Хариса, рассказывая о его плохом поведении и его вероломстве. Затем ал-Харис отправился к Балху, правителем которого был Наср. Жители его вступили с ним в сражение, но он обратил их в бегство, и Наср удалился в Мерв.

Другие говорят: Когда ал-Харис подступил к Балху, его правителями были ат-Туджиби ибн Дубай'а ал-Мурри и Наср ибн Сейяр, которых |1567| назначил ал-Джунейд.

Ал-Харис достиг моста Ата, находившегося на Балхской реке, в 2 фарсахах от города, и столкнулся с Насром ибн Сейяром во главе 10 000, — сам же он был с 4000; он призвал Насра к книге, сунне и присяге (ал-бей'а ли р-рида). Катан ибн Абд-ар-рахман ибн Джузей ал-Бахили возразил ему: «Харис, ты призываешь к книге божьей и к сунне! Клянусь аллахом! Даже если бы Гавриил был справа от тебя, а Михаил слева, я не примкнул бы к тебе». И он вступил с ними в сражение. Стрела поразила его в глаз, и он был первым убитым. Жители Балха бежали в город, и ал-Харис преследовал их и также вступил в него. Наср же вышел из него через другие ворота...

Говорят, что когда Наср прибыл в Балх, ат-Туджиби был его правителем. Наср заключил его в тюрьму и он оставался в заключении, пока Харис не изгнал Насра. А ат-Туджиби, в то время, когда ал-Джуyейд был эмиром, наказал ал-Хариса сорока ударами бича. И ал-Харис перевел его в крепость Базкер в Земме. К нему явился человек из племени ханифа и заявил, что ат-Туджиби убил его брата, когда он был правителем Герата. Ал-Харис отдал его ханефиту, и сказал ему ат-Туджиби: |1568| «Я дам тебе выкуп в 100 000», но тот не принял выкупа и убил его. Другие говорят, что ат-Туджиби был убит в правление Насра, прежде чем на него напал ал-Харис.

Когда ал-Харис овладел Балхом, он назначил правителем его одного из потомков Абдаллаха ибн Хазима, а сам отправился в поход. И, когда он был в Джузджане, он призвал Вабису ибн Зурару ал-Абди, также призвал он Даджаджу и Вахша, иджлитов, Бишра ибн Джурмуза и Абу-Фатиму и спросил их: «Каково ваше мнение?» Абу-Фатима ответил: «Мерв — сердце Хорасана, и защитники его многочисленны; даже если бы они выслали навстречу тебе своих рабов, они одержали бы над тобою победу. Поэтому оставайся (здесь), и если они нападут на тебя, ты вступишь с ними в сражение, а если они останутся на месте, ты отрежешь им подвоз [114] провианта». Он ответил: «Мой план не таков, но я отправлюсь против них». И ал Харис подступил к Мерву, после того как овладел Балхом, Джузджаном, Фарьябом, Тальканом и Мерверудом. Богословы (ахл ад-дин) Мерва говорили: «Если он отправится к Абрашахру и не нападет на нас, он рассеет наши войска, а если нападет на нас, потерпит поражение».

До Асима дошли сведения, что жители Мерва вступили в переписку с ал-Харисом. Он решил выступить из него и сказал: «Жители Хорасана, вы заключили соглашение с ал-Харисом ибн Сурейджем. Он не подойдет к городу, если вы не уступите его ему. Я удаляюсь в область моего народа, Абрашахр, и напишу оттуда повелителю правоверных, чтобы он прислал мне на помощь 10 000 сирийцев». И сказал ему ал-Муджашшир ибн Музахим: «Если они дадут тебе клятву разводом и освобождением, (Обычная мусульманская клятва, которая звучит: «разведены все мои жены и освобождены все мои рабы, если я не сделаю того-то».) то оставайся, |1569| если же они откажутся, то отправляйся, пока не остановишься в Абрашахре, и напишешь повелителю правоверных, чтобы он прислал тебе на помощь сирийцев». Халид ибн Хурейм, один из племени са'лаба ибн ярбу, и Абу-Мухариб Хилаль ибн Улейм сказали: «Клянемся аллахом! мы не позволим тебе уйти. Нам необходимо твое благочестие перед повелителем правоверных, и мы — с тобой до смерти, если ты щедро заплатишь». И он сказал: «Я это сделаю». Йезид ибн Карран ар-Рияхи сказал: «Если я не буду сражаться вместе с тобой, то и ты не будешь сражаться, иначе дочь ал-Абрада ибн Курры ар-Рияхи разведена трижды», — а она была его женой. И Асим спросил: «Все ли вы согласны с этим?» И они ответили: «Да», а Салама-ибн Абу-Абдаллах, начальник его (Асима) гвардии, заставлял их клясться разводом.

Ал-Харис ибн Сурейдж подступил к Мерву с большим войском, как говорят, с 60 000. С ним были храбрейшие из племен азд и темим, среди которых находились Мухаммед ибн ал-Мусанна, Хаммад ибн Амир иби Малик ал-Химмани, Дауд ал-А'сар, Бишр ибн Унейф ар-Рияхи и Ата ад-Дабуси, а из дехканов — ал-Джузджан, (Так в тексте, вероятно пропущено собственное имя и слово «дехкан». У Ибн ал-Асира «дехкан Джузджана».) Турсул (***) дехкан Фарьяба, Сахрек, царь Талькана и Кырьякус (***), дехкан Мерва среди прочих дехканов. (Из этого места хорошо видно, что в 30-х годах VIII в., когда восточный Иран и Средняя Азия были прочно завоеваны арабами, почти повсюду держались еще прежние местные владетели с титулом дехкан, сохранившие за собой право иметь, военные отряды.) Асим же вышел с жителями Мерва и другими и расположился лагерем в Джиясаре, около церкви (би'а). Он роздал войскам по динару (Динар — золотая монета весом в 4.25 г.) на |1570| человека, но людей было меньше, чем ему было нужно, и он стал раздавать им тогда по три динара, как войскам, так и другим.

Когда обе стороны сблизились, Асим отдал приказ относительно моста, и он был разрушен. Сторонники ал-Хариса прибыли и сказали: «Вы нас осаждаете в пустыне, — дайте нам перейти к вам (через реку), чтобы нам потягаться с вами относительно того, ради чего мы вышли». Но те отказались. Их пехотинцы принялись исправлять мост, но на них напали пехотинцы из жителей Мерва и вступили с ними в сражение. Мухаммед ибн ал-Мусанна ал-Ферахиди перешел на сторону Асима со своим знаменем.

Хаммад ибн Амир ибн Малик ал-Химмани также перешел на сторону Асима и прибыл к племени темим. Говорит Салама ал-Азди: ал-Харис до этого послал к Асиму послов, среди которых был Мухаммед ибн Муслим ал-Анбари, потребовать от него, чтобы он поступал по книге божьей и сунне его пророка.

На ал-Харисе ибн Сурейдже в этот день была черная одежда. [115]

Когда Мухаммед ибн ал-Мусанна перешел (к Асиму), сторонники ал-Хариса начали нападение, и люди пришли в столкновение. Первым убитым был Гияс ибн Кулсум, из рода ал-Джаруд. Сторонники ал-Хариса бежали, и многие из них утонули в каналах Мерва и в главной реке. (Т. е. Мургабе.) Дехканы же разошлись по своим областям. Асим ибн Абдаллах послал ал-Мумина ибн Халида ал-Ханафи, Алба ибн Ахмара ал-Яшкури, Яхью ибн Акыля |1571| ал-Хузаги и Мукатиля ибн Хайяна ан-Набати к ал-Харису спросить его, чего он добивается. Ал-Харис же послал одного Мухаммеда ибн Муслима ал-Анбари, и тот сказал им: «Ал-Харис и его собратья приветствуют вас и говорят вам: ,,Мы истомлены жаждой так же, как и наши верховые животные. Дайте нам сойти (к воде) на эту ночь, и поспорят посланцы о наших делах, и мы поспорим. И может быть наши условия будут согласны с вашими желаниями, а если нет, то поступайте по вашему усмотрению"». Но те ответили ему отказом в грубых словах. Мукатиль ибн Хайян ан-Набати сказал: «Жители Хорасана! Мы были как бы одним домом и наша граница была единой, и мы были заодно против наших врагов. Но нам не правится поступок вашего начальника: наш эмир отправил к нему законоведов и чтецов Корана из среды своих приверженцев, а он послал одного человека». Мухаммед ответил: «Я пришел к вам только для того, чтобы сообщить вам, — мы требуем (признания) книги божьей и сунны его пророка. Но завтра к вам придут те, кого вы требуете, если пожелает аллах». И Мухаммед ибн Муслим возвратился к ал-Харису. Когда же наступила полночь, выступил ал-Харис и подошел к Асиму и, когда рассвело, напал на него, и войска сошлись. Правым крылом ал-Хариса командовал Рабид ибн Абдаллах ибн Зурара ат-Таглиби. Произошло жестокое сражение. Нападение произвел Яхья ибн Худайн, глава племени бекр ибн ваиль, а против племени бекр ибн ваиль сражался Зияд ибн ал-Харис ибн Сурейдж. Они произвели |1572| большую резню. Ал-Харис переправился через Мервскую реку и разбил шатер около обители монахов. Асим его не преследовал.

Убитых была сотня. Убит был Са'ид ибн Са'д ибн Джаз ал-Азди, а Хазим ибн Муса ибн Абдаллах ибн Хазим, который был с ал-Харисом ибн Сурейджем, утонул. К Харису собралось 3000 человек. Ал-Касим ибн Муслим говорит: Когда был обращен в бегство Харис, Асим его не преследовал, а если бы он его преследовал, то погубил бы его. Асим послал сказать ал-Харису: «Я отдам тебе то, что я гарантировал тебе и твоим сторонникам на условии, что ты удалишься». И тот сделал так.

Халид ибн Убейдаллах ибн Хабиб пришел к ал-Харису в ночь, когда тот был разбит, а его сторонники решили отпасть от ал-Хариса и говорили: «Разве ты не говорил, что он не отдаст тебе знамени?» Но он пришел к ним и успокоил их.

(пер. В. И. Беляева и Е. А. Разумовской)
Текст воспроизведен по изданию: Материалы по истории туркмен и Туркмении, Том I. VII-XV вв. Арабские и персидские источники. М.-Л. АН СССР. 1939

© текст - Беляев В. И., Разумовская Е. А. 1939
© сетевая версия - Тhietmar. 2006
© OCR - samin. 2006
© дизайн - Войтехович А. 2001
© АН СССР. 1939