Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ШАРАФ-ХАН ИБН ШАМСАДДИН БИДЛИСИ

ШАРАФ-НАМЕ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Об эмирах Ширвана

[Ширван] включает одно княжество и два зи'амата. Соловей — певец розового сада эмирата — и попугай — сказитель сахарных полей владычества — рассказывают относительно родословной эмиров Ширвана, что первоначально их отцы и деды принадлежали к числу везиров при султанах рода Айуба. Когда же десница судьбы в 662 (1261) году свернула ковер владычества той династии над Египтом и Сирией, вместе с одним из потомков [Айюбидов], который является предком маликов Хасанкейфа, они прибыли в эти районы.

По другой версии, их родословная восходит к владетелям Ширвана. Как бы то ни было, а в область Куфры прибыли и поселились там три брата: 'Иззаддин, Бадраддин и 'Имададдин. Благодаря заботам покойных султанов позднее к ним перешло управление теми районами. Первым из них, кто правил в Куфре 420 и кого упоминает устная традиция, был мир Хасан б. Ибрахим. Он имел пятерых сыновей: эмир Мухаммед Кура, мир Шах Мухаммада, Мирзу (?), мир Шамсаддина и мир Мадждаддина. Когда правление мир Хасана подошло к концу, он разделил свое наследственное княжество между сыновьями, написал подкрепленное [угрозой] анафемы завещание и оставил сыновьям наставление, дабы каждый [284] после смерти /232/ его удовольствовался своей частью и не мешал другому. При этом крепость Шабистан с относящимися [к ней районами] он закрепил за мир Мухаммад Куром, крепость Куфру с прилегающими [угодьями] — за Мирзой, крепость Ирун с принадлежащими [к ней селениями] — за мир Шамсаддином, крепость Авил с подчиненными [ей местностями] — за мир Мадждаддином, а мир Шах Мухаммада назначил на свое место.

Мир Шах Мухаммад б. мир Хасан

После смерти отца он занялся управлением Куфры. Случилось так, что тем временем умер и его младший брат мир Мадждаддин. Поскольку детей мужского пола у [него] не было, [эмир Шах Мухаммад] крепость Авил тоже присоединил к Куфре. Он достиг полной независимости. После смерти он оставил четырех сыновей: мир Мухаммада, мир Абдала, мир 'Али и мир 'Иззаддина. На место отца воссел Абдал.

Эмир Абдал б. эмир Шах Мухаммад

Когда отец умер, он воссел на змирский престол и после нескольких лет правления препоручил остаток жизни назойливому заимодавцу — смерти. Правителем отцовских владений стал его старший сын эмир Шах Мухаммад б. мир Абдал. Во время его правления шах Исма'ил возымел желание покорить Курдистан и, когда курдские эмиры единодушно изъявили упомянутому шаху покорность и отправились к нему на службу, он, как неоднократно указывалось выше, заточил их в тюрьму, за исключением мир Шах Мухаммада и 'Али-бека Сасуни. После того как мир Шах Мухаммад облачился в одеяние кызылбашей, он был принят в избранное общество при государе и не оставлял служение [тому монарху]. Ему была пожалована и дарована в собственность область Куфры. Правил он долго и добился в жизни счастья и славы. /233/ У него было четыре сына: Мухаммад-бек, Абдал-бек, 'Али-бек и 'Иззаддин-бек. Он добровольно отстранился от власти, [285] назначив своим наследником старшего сына Мухаммад-бека. После отрешения [от власти] он [прожил] еще несколько лет, избрав угол затворничества, и под конец в положенный срок распростился с [этим] бренным миром.

Мухаммад-бек б. мир Шах Мухаммад

Согласно завещанию отца он взялся за дело управления Куфрой с принадлежащими [к ней районами]. После тридцати лет его власти против него выступил брат Абдал-бек, претендуя на пост правителя Куфры. Мухаммад-бек, [действуя] наперекор брату, взялся охранять непрерывно в течение года расположенную на кызылбашской границе крепость Баргири, дабы впоследствии диван хакана, [равного] достоинствами Сулайману, не передал область Куфры [Абдал-беку]. На этом основании ему была препоручена охрана крепости, и он отправился в те районы.

Случайно тем временем шах Тахмасб возымел желание совладеть крепостями Адилджеваз, Арджиш, Ахлат и Баргири. [Была] середина зимы — от обилия снега и больших морозов земля, подобно меднотелому 421 Исфандийару, оделась в ледяной панцирь, горы накинули на плечи шубы из горностаев, птицы не могли летать в воздухе и рыбы плавать в воде. Стихотворение:

Вместо воды придется глотать камень,
Ибо вода застыла, уподобившись мрамору.

Кольчуга, [защищающая] стан воинов,
Служит [лишь] сетью для поимки птицы души.

Сначала [шах Тахмасб], подобно небесной каре, обрушился на крепость Баргири 422 и приступил к [ее] осаде. После трех месяцев осады осажденные были доведены до крайности — запасы и провиант подошли к концу, из-за отсутствия пропитания у людей /234/ не оставалось сил. К тому же до Мухаммад-бека дошел слух, что управление Куфрой диваном Сулаймана пожаловано его брату Абдал-беку. Это [известие] повергло [286] Мухаммад-бека в полное отчаяние и, сдав крепость наместникам шаха Тахмасба в лице эмира дивана Ма'сум-бека Сафави, он отправился к сулайманову порогу для изъяснения обстоятельств [дела]. Завистники донесли [государю], что запасов и провианта в крепости Баргири было полно, и сдал кызылбашам крепость Мухаммад-бек по причине [своей, не знающей] предела, трусости. На основании этого вышел всемогущий, как судьба, указ о казни того несчастного (Букв, “немощного”.) через повешение, и палачи освободили цитадель его тела от [обязанности] охранять султана души.

Абдал-бек б. мир Шах Мухаммад

Когда казнили его брата Мухаммад-бека, он стал независимым правителем Куфры. После тринадцати лет его правления между правителями Хизана — братьями мир Мухаммадом и маликом Халилом — начались споры и распри. Малик Халил обратился за помощью к Абдал-беку, и тот, побуждаемый присущими курдам фанатизмом и горячностью, собрал ашираты и племена ширави и пошел на Хизан. Вместе с маликом Халилом он приступил к осаде крепости Хизан, [в то время как] мир Мухаммад вместе с аширатом намиран обратил свои усилия на защиту крепости Хизан. Желая дать сражение, он вышел [из крепости] и построил перед ними [свои] ряды. В том сражении погибло около ста человек из населения Хизана, селения и посевы вдоль дороги были уничтожены и разграблены.

По обычаю испрошения справедливости жители Хизана обратились с челобитной к порогу султана Сулайман-хана и добились издания на имя эмира эмиров Вана Искандар-паши августейшего рескрипта, /235/ [предписывавшего] вызвать Абдал-бека в ванский диван и расследовать события, [происшедшие] в Хизане. Когда в присутствии представителей (Букв, “людей”.) обеих сторон в ванском диване были подтверждены [287] учиненные Абдал-беком и ширванцами притеснения в отношении населения и знати Хизана, эмир эмиров Вана тотчас заточил его (Абдал-бека) в крепость и доложил про истинное положение дел у подножия трона — прибежища халифата. И вышел непререкаемый, как судьба, указ о его казни. Согласно [монаршему] рескрипту он был убит в Ване.

Область Куфры поделили на две части: одну половину пожаловали Сару-хану Хазуи и другую — Хасан-беку Карни. После Абдал-бека осталось шесть малолетних сыновей: Махмуд-бек, Зайнал-бек, мир Шах Мухаммад, Хаджжи, мир Мухаммад и Зулфикар.

Махмуд-бек б. Абдал-бек

После казни его отца в [течение] нескольких лет Куфра пребывала в чужих руках. Достигнув возраста зрелости и разумения, Махмуд-бек направился к прибежищу счастья — порогу султана Салим-хана, дабы испросить [свой] наследственный оджак. Ласковый с друзьями и беспощадный к врагам султан из беспредельного милосердия и безграничной монаршей милости пожаловал ему вилайет Куфры на тех же условиях, на которых им владели его отцы и деды. Получив [на то] отмеченную изяществом стиля государеву грамоту, [Махмуд-бек] довольный возвратился к себе на родину и утвердился на троне правления и престоле эмирата. Пред челом юноши и старца, обитателей и жителей Ширвана распахнул он двери справедливости и благодеяний, осчастливив всевозможными щедротами в той стране племена, раийятов и [всех] подданных.

Но постоянно он предавался пьянству /236/ в обществе юношей стройного сложения и ни на минуту, даже на миг один, подобно тюльпану и нарциссу, не выпускал из рук чаши, не проводил ни единого мгновения, не [слыша] бульканья в [горлышке] винной бутылки и рыданий флейты. Стихотворение:

Глоток вина цвета, [любимого] Азаром, для него
Дороже крови тысячи братьев, [288]

Подарит он страну за звуки одного руда,
Целого царства милее ему одна песня.

После трех лет такого правления однажды ночью его нашли на ложе сна пронзенным кинжалом в бок. Вилайет Куфры диваном султана Салим-хана был на правах санджака пожалован мир Хасану Карни, [одному] из потомков мир Мухаммад Кура, и на протяжении нескольких лет тот вилайет пребывал у него во владении.

Зайнал-бек б. Абдал-бек

Как упоминалось выше, когда [Махмуд-бека] (Букв, “его брата”.) нашли в постели мертвым — убийцу опознать не удалось, и он остался неизвестным, — его братья были малолетними, и на несколько лет правителем Ширвана стал мир Хасан. По достижении возраста зрелости и разумения Зайнал-бек направился к государеву порогу, желая испросить пост эмира Куфры.

Так случилось, что тем временем третий везир Синан-паша и 'Али-паша капудан 423, будучи поставлены со многими кораблями и галерами, неисчислимым войском и запасом провианта на завоевание крепости Акилбанд 424, направились в ту сторону. Зайнал-бек с несколькими разжалованными курдскими эмирами решил сопровождать упомянутого везира и победоносные войска в морском походе.

Когда крепость Акилбанд была завоевана и можно было с победою (Букв, “достигнув желаемого”.) возвращаться обратно, через везира Синан-пашу об истинном положении дел Зайнал-бека /237/ доложили у подножия высочайшего трона, и ему было пожаловано управление Куфрой на тех же условиях, на которых оно принадлежало (Букв, “было передано”.) Махмуд-беку. Зайнал-бек, счастливый и удовлетворенный, возвратился на родину, в славное [свое] обиталище и утвердился на месте своих отцов и дедов. С подданными [289] обходился он снисходительно и приветливо, сохраняя наилучшие отношения с соседними правителями и эмирами. Неизменно держал он развернутым ковер благодеяний, покровительствовал ученым и добродетельным, защищал слабых и бедных, не позволяя [в том] себе ни малейшего упущения. Таким образом правил он около тридцати лет, снискав удовлетворение подданных и служилого сословия [своим добрым] нравом и благосклонностью. Уже в преклонном возрасте возымел он страсть к чтению и начертанию и явил [тому] большое старание. Под конец, претерпев в результате перенесенной жестокой болезни много мучений, к концу месяца зу-л-хиджжа 1005 (1597) года он прошествовал из этого дворца с двумя дверьми в мир вечности, У него было пять добродетельных сыновей: Абдал-бек, малик Халил, мир Махмуд, мир Мухаммад и мир Сулайман.

Абдал-бек б. Зайнал-бек

Это юноша, наделенный красотою и благонравием. После смерти отца согласно его завещанию и всемилостивейшему повелению султана Мухаммад-хана он взялся за управление Ширваном и в настоящее время является независимым правителем тех районов. [Можно] надеяться, что [и в будущем] ему будут сопутствовать удача и преуспеяние.

ПАРАГРАФ ПЕРВЫЙ

Об эмирах Карни

Они принадлежат к сыновьям, внукам и приверженцам мир Мухаммад Кура, сына мир Хасана, который разделил наследственный вилайет между сыновьями. Ему (мир Мухаммаду) он передал крепость Шабистан. /238/ В настоящее время крепость Шабистан с относящимися [к ней районами] государевым диваном пожалована на правах зи'амата сыну Сулайман-бека Зайнал-беку, и он является [ее] владетелем. [Один] из его двоюродных братьев, мир Хасан б. малик [290] Сулайман, некоторое время управлял Куфрой, как упоминалось [в рассказе] об убийстве Абдал-бека.

И действительно, Зайнал-бек — юноша, наделенный зрелым умом и [стоящий] на истинном пути. Свой зи'амат он отказал своему сыну, [получив] на свое имя от дивана султана Мухаммад-хана округ Агакис. У него есть брат по имени мир Абдал.

ПАРАГРАФ ВТОРОЙ

Об [эмирах] Ируна

Мир Малик б. мир Хасан в действительности принадлежит к потомкам мир Шамсаддина б. мир Хасана. Мир Шамсаддину во время раздела наследственного вилайета его отец пожаловал крепость Ирун, и владеет ею [мир Малик] на правах зи'амата. Это юноша, известный на весь Курдистан храбростью и великодушием, наделенный непомерным благочестием и набожностью.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Об эмирах [племени] зраки

[Глава] состоит из четырех параграфов

Да не останется под покровом мрака пред благодатным разумом красноречивых и солнцеподобною мыслью отмеченных изяществом стиля историков, что родословная эмиров зраки восходит к сирийским арабам. По божественному предопределению, некий Шайх Хасан б. Саййид 'Абдаррахман покинул родину, прибыл из той благословенной страны в область Мардина и занялся там служением и поклонением [богу]. Неизменно был он облачен в голубые одеяния и по этой причине получил в народе известность как Шайх Азраки. Возможно [также], поскольку арабы называют “азрак” [291] [людей] с голубыми глазами, он обладал той отличительной особенностью.

/239/ Как бы то ни было, в результате частого употребления [имени] хамза выпала, и он стал известен как Шайх Зраки. Знатные люди вилайета Мардина, [плененные] необычайным благочестием и набожностью Шайх Хасана, стали его послушниками и мюридами. Опасаясь его [влияния], государь [того] времени заточил его в Мардинской крепости. Несколько дней спустя [полученное] Шайхом [божественное] откровение и проявленные [им] чудеса [пробудили] в государе любовь к дервишеству, он стал его мюридом и искренним другом. Освободив Шайха из заточения, смиренно разверз он уста, дабы испросить извинения, и, оказав подобающее уважение и почитание, отдал ему в жены свою дочь. Это вызвало со стороны жителей тех областей неописуемое доверие к Шайх Хасану Азраки. После смерти государя он заступил его место, направив своих сыновей на управление окрест лежащими [районами]. Каждый из них стал владетелем и правителем одного из округов [того] вилайета.

ПАРАГРАФ ПЕРВЫЙ

Об эмирах Дарзини

Один из сыновей Шайх Хасана Зраки, который прибыл в Дарзини, назывался Хабилом, сын [его] именовался Кабилом. Дарзини — [название] крепости с большой церковью внутри. В те времена, когда та крепость пребывала в руках безнравственных неверных, ее называли Дарзир. Позднее, когда она была завоевана Хабилом и Кабилом и перешла в [их] владетельную десницу, в результате частого употребления названия она стала [именоваться] Дарзини. [Ниже нами] приводится все, что доподлинно известно об их правителях.

Эмир Хамза б. эмир Халил б. эмир Гази

Некоторое время на основании указа шаха Исма'ил Сафави пост эмира Дарзини принадлежал эмиру Хамзе. После [292] его смерти сын его Мухаммад-бек заодно с эмирами и правителями Курдистана изъявил покорность высокому, как небо, двору султана Салим-хана, был возвеличен украшающим мир монаршим благоволением /240/ и отмечен высочайшими государевыми щедротами. Ему был пожалован пост эмира Дарзини. Когда истекло время его правления, он прошествовал из [этого] бренного кабака в приют вечности, оставив после себя на страницах эпохи четырех сыновей: 'Али-бека, Шах Кули-бека, Иа'куб-бека и Джихан-шах-бека.

'Али-бек б. Мухаммад-бек

После смерти отца братья выступили против него, оспаривая власть. Под конец он силою вырвал вилайет у смутьянов и правил независимо в течение семи лет. После его смерти правителем наследственного вилайета согласно всемилостивейшему указу султана Сулайман-хана Гази в 941 (1534-35) году стал его брат Шах Кули-бек б. Мухаммад-бек, утвердившийся на месте брата. После восьми лет правления, возвращаясь от порога Сулаймана, вместе с несколькими людьми [своей] свиты, в местечке Болу 425 он был убит Насир-беком Зраки из Курдакана из-за существовавшей меж ними вражды.

Йа'куб-бек б. Мухаммад-бек

После убийства своего брата Шах Кули-бека на основании сулаиманова указа он стал повелителем сборища дивов зраки. Был мужем, украшенным [всеми] духовными совершенствами, [какие только может даровать] природа (*** “в пределах естества природы). Любил он [внимать] речам благочестивых и дервишей — [сам] подобный суфию, исповедующий единство божие и великодушный, [Йа'куб-бек] по своей натуре был поэтом, ему принадлежит написание (Букв, “от него произошли”.) философских стихов и богословского комментария. Большинство его стихов на курдском языке, у него есть [293] целый диван [стихов]. По красоте воспитания и поведения в обществе, по тому, как он управлял, в свое время он не имел равных.

После двадцати пяти лет правления /241/ он добровольно отстранился от того достойного дела и поставил вместо себя, эмиром зраки, своего сына Думан-бека. Два года спустя вместе с эмирами Курдистана [Думан-бек] был убит кызылбашами в местечке под названием Чилдыр во время похода на Шиован. Через ход после гибели своего сына Думан-бека Йа'куб-бек отбыл в мир будущей жизни. Думан-бек оставил двух сыновей по имени Мухаммад-бек и 'Али-бек.

Мухаммад-бек б. Думан-бек

Когда его отец удостоился в 986 (1578-79) году мученической смерти, благодаря заботам своего деда Йа'куб-бека он в пятнадцатилетнем возрасте заступил место отца. Несмотря на молодость, он ревностно взялся за дела власти и правления и вызвал зависть [себе] подобных. Могуществом и [высоким] положением превзошел он своих отцов и дедов.

Мухаммад-бек курдаки, побуждаемый старинной враждой и наущениями Шамсаддина Катхуда из Хазо, который был связан с ним узами родства, воспылал к нему ненавистью. [Под влиянием] дьявольского наваждения и личного тщеславия взбунтовался он, подобно огню, предал разрушению и сожжению некоторые из поселений и местностей Дарзини и причинил тем районам громадный ущерб. Мухаммад-бек со своей стороны повелел нескольким своим двоюродным братьям и сторонникам устранить ту смуту, препоручив [им] защиту, своих границ и рубежей.

Так случилось, что Мухаммад-бек по своему обыкновению вторгся в его пределы и между ними произошла битва. Сраженный блестящим копьем и кровожадным мечом, Мухаммад-бек низринулся во прах гибели. Когда его раненого вынесли с поля брани, он был при последнем издыхании. Его отвезли в крепость Курдакан, /242/ а через день он препоручил душу ангелу смерти. Мухаммад-бек б. Думан-бек после расправы с [294] теми из своих ага, что явились зачинщиками смуты, завладел их имуществами и богатствами и обрел полную независимость [власти]. Ныне, в 1005 (1597) году, безраздельно и беспрепятственно он надлежащим образом управляет теми районами. Ссылаясь на родственные связи с родом правителей Хазо, пожелал он с помощью правителя Джезире эмира Шарафа отстранить Мухаммад-бека, сына Хизр-бека, от управления Хазо и назначить в Хазо правителем Баха'аддин-бека, сына Мурад-хана. Но выполнение такого важного дела оказалось ему не по силам, и это [лишь] вызвало у него стыд и смущение перед равными. Поскольку он еще молод, [можно] надеяться, что всевышний господь [не оставит его своею] милостью и наделит [его] достоинством и верностью. Стихотворение:

О сердце! Не ищи верности у сыновей [этого] мира.
Ибо в природе этих попутчиков нет благородства.

ПАРАГРАФ ВТОРОЙ

Об эмирах Курдакана

Выше было начертано пером повествования, что один из потомков Шайха Азраки по имени Хабил явился для завоевания крепости Дарзини. Его сын Кабил вступил с дочерью Кабила (?) в сожительство, и у нее появился сын. Стыдясь [содеянного], она не пожелала, чтобы о том узнал отец, и отослала своего сына в Курдакан. Эмиры Курдакана происходят от того мальчика и приходятся эмирам Дарзини двоюродными братьями.

У эмира Насира Курдакани с эмирами Дарзини шли постоянные споры из-за деревни Минар 426, расположенной между Дарзини и Курдаканом. Которая из этих двух сторон оказывалась сильнее, та и завладевала упомянутой деревней, /243/ пока Шах Кули-бек Дарзини не отправился к порогу султана Сулайман-хана и не получил августейшую грамоту, подтверждавшую, что деревня Минар относится к вилайету Дарзини. [295]

Когда об этом прослышал Насир-бек, вспыхнуло в очаге его груди пламя гнева и возгорелся он жаждой мести. Без промедления с отрядом своих слуг отправился он, чтобы убить Шах Кули-бека в любом месте, где бы тот на пути из Стамбула ему ни попался. Так случилось, что в местечке Болу настиг он [Шах Кули-бека], который, уладив свои дела, возвращался [домой]. После встречи меж ними завязалось сражение. Вместе с несколькими составлявшими его свиту нукерами Шах Кули-бек был убит. Когда о происшедшем узнал мирлива 427 Болу, он собрал местную знать и население и напал на Насир-бека. Вместе с тридцатью из своих мулазимов [Насир-бек] был захвачен в плен. У подножия трона — прибежища халифата — доложили про истинное положение его дел, и вышел из обиталища величия [непререкаемый], как судьба, указ казнить Насир-бека и слуг [его]. С тридцатью соучастниками он был повешен на придорожных деревьях в назидание другим бунтовщикам. Стихотворение:

Пока не будешь творить справедливость,
Не насладишься ни царством, ни властью.

Обезопась пути от разбойников,
Коль хочешь, чтобы [твои] области процветали!

Мухаммад-бек б. Насир-бек

После казни отца пост эмира [племени] курдаки 428 был пожалован ему. Согласно преданию о пророке — да благословит его Аллах и да приветствует! — [где сказано]: “Любовь передается по наследству, как и ненависть”, он стал преданным другом Шамсаддина Катхуда Хазуи и Зайнал-бека ширави, а с сыном Думан-бека Мухаммад-беком Дарзини /244/ у него установились враждебные и неприязненные отношения. Как упоминалось выше, он был убит людьми сына Думан-бека Мухаммад-бека. [296]

Насир-бек б. Мухаммад-бек

После убийства отца благодаря помощи и содействию Шамсаддина Катхуда Хазуи он [еще] в малолетнем возрасте заступил место отца. От Мухаммад-бека Дарзини он получил долгое время служившую предметом спора деревню Минар как цену крови отца и [его] нукеров. Благодаря посредничеству правителя Хазо и Зайнал-бека ширави отношения меж ними были налажены. Порешили на том, что Мухаммад-бек Дарзини прогонит со своего двора его старосту Махмуда Зраки, который был виноват в убийстве Мухаммад-бека. С согласия своих эмиров Мухаммад-бек изволил прогнать его со своего двора. Когда Махмуд прибыл в Бидлис, его нукеры, подговоренные Шамсаддином [Катхуда Хазуи], несколько дней спустя убили его и бежали в Хазо. Это разом успокоило Насир-бека, и был заключен мир.

Насир-бек, будучи еще малолетним, проводил время, как то присуще природе детей, в играх и забавах. Был у него один нукер Хасан — вроде шута и по прозвищу Чамбар. Он постоянно забавлял и потешал [Насир-бека]. И вот однажды под влиянием дьявольского наваждения, вообразив [себя] на охоте, он вонзил в грудь Насир-беку кинжал, так что конец кинжала Чамбара вышел наружу из позвоночника. Насир-бек тотчас упал и вручил душу ангелу смерти. Когда собравшиеся там люди из аширатов и племен увидели, что случилось, они [набросились на] Чамбара с пинками и пощечинами, содрали у него с головы кожу и лишили арфу /245/ его бытия мелодии жизни, препоручив попугая его души ворону смерти.

После убийства в Болу мир Насира пост эмира Курдакана сулаймановым диваном был передан некоему мир Халилу. Затем эмират был пожалован его сыну Мухаммад-беку. Халил-бек оставил те края, избрав служение курдским эмирам. Позднее, побуждаемый слабостью, старостью и немощностью, он прибыл к себе на родину и проживал вместе с Насир-беком. Враги приписали Халил-беку неблаговидные деяния Чамбара и в тот же день убили того правдивого старца. У эмира Насира было два малолетних сына: мир Мухаммад [297] и мир Абу Бакр. Ныне согласно султанскому указу вместо отца занят управлением Курдакана мир Мухаммад.

ПАРАГРАФ ТРЕТИЙ

Об эмирах Атака

Семья Ахмад-бека б. мир Мухаммада Зраки известна [на весь] Курдистан. Он был современником шаха Исма'ила Сафави. Когда упомянутый шах покорил Диарбекир и Курдистан, он отобрал Атак у Ахмад-бека и передал племени каджар 429. [Люди] аширата зраки покинули друзей и страну и разбрелись по сторонам. После убийства Хан Мухаммада устаджлу и разгрома шаха Исма'ила при Чалдыране курдские племена решили вернуть наследственные владения.

Курды Атака той зимой избрали [своим] становищем разрушенную крепость, получившую известность как крепость Малах. Племя каджар, занимавшее крепость Атак, решило [тому] воспрепятствовать и принялось чинить [всякого рода] несправедливости (Букв, “жестокости”.). “Что вас побудило, — [спросили они курдов], — избрать зимним становищем развалившуюся крепость?” /246/ Те смиренно ответили: “Между нами и аширатом мирдаси старинная вражда. Не дай бог, в середине зимы, [когда] большое количество снега и мороз не дадут [нам] возможности передвигаться, они нападут на нас и уведут в рабство наших жен и детей. Если же до весенней поры вы не станете чинить беспокойства этим несчастным и позволите беднякам остаться в этих развалинах, [с вашей стороны это] будет в высшей степени милосердно”.

Правитель Атака сжалился над их слабостью и бессилием и оставил их в покое. Оградив себя от посягательств кызылбашей, [люди] аширата зраки задумали [с помощью] веревочных и деревянных лестниц хитростью и обманом захватить крепость Атак [в одну] из зимних ночей.

Зимней ночью курдские верхолазы прикрепили к стенным [298] зубцам крепости концы веревочных [лестниц], а по лестницам наверх поднялись храбрецы [племени] зраки и проникли внутрь крепости. Безжалостными мечами они перебили всех кызылбашей, а их головы в назидание [другим] повесили. Их семьи они изгнали из крепости, послали за Ахмад-беком и поставили его на правление.

Некоторое время согласно указу султана Салим-хака он управлял наследственными владениями. Когда же в положенный срок он распростился с [этим] бренным миром, после него осталось три сына: Шахим-бек, Йусуф-бек и Махмуд-бек. Дела меж ними закончились враждой и спорами из-за управления Атаком, ибо [ни один не мог] примириться с властью и старшинством другого. Все вместе они направились к прибежищу счастья — порогу султана Салим-хана Гази, порешив на том, /247/ что из монаршего дивана они доставят государственного писца и тот разделит наследственную область между братьями; часть же [земель] отойдет к государевым доменам.

Шахим-бек б. Ахмад-бек

И получили братья августейший указ на имя эмира эмиров Диарбекира, дабы тот поручил сведущему человеку составить [кадастровую] перепись той области, а после ее составления из доходов от некоторых деревень и селений назначить на правах зи'амата шестьдесят тысяч османских акче Махмуд-беку и сто десять тысяч османских [акче] Йусуф-беку. Округ Рабат и Майяфарикин, деревня Джаске и джизья с неверных были закреплены за августейшими доменами, а Шахим-беку определили санджак в двести тысяч османских акче.

После смерти Махмуд-бека его зи'амат был пожалован в виде арпалыка 430 Кубад-беку рамазанлу. Когда везиром стал Рустам-паша, Шахим-бека огульно обвинили в измене, и на основании приказа Сулаймана он был казнен. Почти на двадцать лет округ Атак, будучи отобран у эмиров зраки, был передан османским эмирам. [299]

Йусуф-бек б. Ахмад-бек

Во [время] смут, [поднятых] Алкас-мирзой, когда государь, [равный] достоинствами Сулайману, собственной персоной отправился походом на Азербайджан, ему был пожалован и дарован округ Атак при условии, что к округу он присоединит свой зи'амат и здешняя крепость будет разрушена. Несколько лет, таким образом, Йусуф-бек благополучно и полновластно управлял Атаком. После его смерти округ Атак был, как и прежде, передан некоему османцу Ахмад-беку б. Хаджжи-беку. А после Йусуф-бека остался единственный сын по имени Хасан-бек.

Хасан-бек б. Йусуф-бек

/248/ После смерти отца округ Атак был передан посторонним и два года пребывал в их владении. Когда бразды правления и миродержания, мироукрашения и миропокорения перешли в руки султана Салим-хана, Хасан-бек, облачившись в одеяние паломников в Каабу упований, отправился к порогу, вокруг которого вращается небесная сфера, дабы испросить наследственный оджак. Благодаря помощи и поддержке великого везира Мухаммад-паши из безграничной монаршей милости ему был дарован на правах оджака округ Атак, и управлял он Атаком двадцать лет. И был он мужем, прославившимся любостяжательством и наделенным житейской мудростью, посвятившим все [свои] помыслы мирским привязанностям. В конце концов разрушительница наслаждений [смерть] отняла его владетельную руку от дел политических и финансовых и лишила сокровищницу его бытия драгоценной жемчужины души. После него осталось два сына по имени Йусуф и Вали. Согласно всемилостивейшему указу покойного султана Мурад-хана его должность пожаловали Йусуф-беку. Быстротечными, подобно весенней поре, оказались дни его правления, [которое] продолжалось две недели, как и время [цветения] розы. Так и не восчувствовав благоухания бутона величия, вкусил он несчастья от терниев мученичества. [300]

Согласно завещанию и праву [наследования] за дело правления взялся его брат Вали-бек. Тем временем один из его двоюродных братьев, некий Джихан-шах-бек б. Сухраб-бек, выступил претендентом [на власть]. Двором, что [служит] центром вращения небесной сферы, ему на правах санджака был пожалован округ Атак при условии, что ежегодно он будет выплачивать в казну Диарбекира двадцать тысяч флоринов. Вали-бек обязательство Джихан-шах-бека взял на себя и [до дел] его не допустил. Впоследствии жестокий Ибрахим-паша, положивший начало смуте и брожениям, притеснениям и насилиям /249/ в областях Рабийе 431, Диарбекире и в Курдистане, передал Атак сыну Шахим-бека Зулфикару при условии, что тот станет выплачивать в диван Диарбекира сорок тысяч флоринов.

Согласно монаршему повелению Ибрахим-паша был отстранен от управления Диарбекиром и заточен в Стамбуле в большой крепости. После счастливого восшествия на царский престол и трон Сасанидов высокодостойного государя султана Мухаммад-хана — да пребудет вечным его правление! — того второго Хаджаджа 432 в назидание злым тиранам, повесили на площади в Стамбуле. Стихотворение:

Злоумышленникам лучше снести головы,
А дурное дерево вырвать с корнем.

Вали-бек по образцу прежнего утвердил за собою управление Атаком безусловно и беспрепятственно [со стороны] несогласных. Стал он суверенным правителем, и ныне власть над теми районами принадлежит ему.

ПАРАГРАФ ЧЕТВЕРТЫЙ

Об эмирах Терджила

Терджил и Атак являются родиной [племени] зраки. Терджил расположен поблизости от города Амида. [Этот округ] имеет две крепости: Терджил и Дар-Айн. [Правители] Дарзини и Курдакана принадлежат к их (племени зраки) [301] ответвлениям. Родословная правителей зраки восходит к Саййид Хасану б. Саййид 'Абдаррахману б. Саййид Ахмаду б. Сафилу б. Саййид Касиму б. Саййид 'Али б. Саййид Тахиру б. Саййид Джа'фар Катилу б. Саййид Йахйе Акна' б. Саййид Исма'ил Акбару б. Саййид Джа'фару б. имаму Мухаммад Ба-киру б. имаму Зайналабидину б. имаму Хусайну б. имаму Муртаза (Эпитет дяди Мухаммеда.) 'Али — да будет им доволен Аллах!

По прибытии из областей Сирии в вилайет Мардина Саййид Хасан поселился в округе Атак и посвятил себя воздержанию, благочестию и служению всевышнему творцу. Жители тех районов явили ему полное доверие и упование. По одной версии, /250/ шейх был голубоглазым, по другой — он был постоянно облачен в голубые одежды и за то стал именоваться Шайх Хасаном Азраки.

В те времена управление Амидом, Мардином, Харпутом, Медженгердом и Хасанкейфом принадлежало на правах наместника сельджукских султанов сыну Аксаба эмиру Уртуку 433, который принадлежал к [числу] их великих эмиров. Так случилось, что была у него дочь замечательной красоты. Ею овладело бешенство, и дело дошло до полной утраты разума. Какое усердие ни прикладывали искусные врачеватели, чтобы излечить [ее], это ни к чему не привело. Изо дня в день безумие ее возрастало. В конце концов эмир Уртук позвал Шайх Хасана Азраки, дабы тот помолился за дочь его. Шейх произнес над водою несколько молитв и вылил [эту воду] на голову девушки. [Вняв] благословенным молениям шейха, всевышний господь даровал девушке исцеление. Эмир Уртук пожелал отдать свою дочь в жены шейху, но тот отказался, и [она] была соединена узами брака с его сыном Саййид Хасаном. Управление округами Атак и Терджил принадлежало ему и его потомкам: Ахмаду б. Саййид Хасану, Сулайман б. Касиму, Йусуфу и Хусайну, как на то указывалось выше в предисловии [к истории] эмиров Дарзини.

После него его место заступил 'Умар-бек б. Хасан-бек. Он был современником Узун Хасана. Тот оказывал ему [302] безграничные милости и щедроты и взял себе в жены его дочь. К Терджилу и Атаку он присоединил и ему пожаловал округа Михрани 434 и Нушад. Дочь ['Умар-бека] родила сына Хасан-беку, и [он], покорив города Курдистана, даровал тому сыну эмират Атака и Терджила. Заботам же 'Умар-бека было препоручено владение и управление Бидлисом и оберегание [тех районов].

/251/ Будак-бек б. 'Умар-бек

После смерти отца ему на правах наместника Узун Хасана передали управление Бидлисом. Когда монарший престол Ирана утвердился за Йа'куб-беком б. Хасан-беком, в 888 (1483) году области Терджила и Атака, как и прежде, были пожалованы Будак-беку. После нескольких лет управления теми районами он направился в мир иной.

Ахмад-бек б. Будак-бек

Он заступил место отца и после двух лет правления в 913 (1507-08) году, когда шах Исма'ил Сафави завладел Диарбекиром, был убит кызылбашами.

'Али-бек б. Будак-бек

После гибели своего брата он облачился в ожерелье власти и после двадцатилетнего правления направился в потусторонний мир.

Шамси-бек

После того как обиженные неподобающими деяниями кызылбашей эмиры и правители Курдистана возмутились и изъявили покорность двору государя — прибежища всепрощения — султана Салим-хана, ему (Шамси-беку) был дарован эмират Терджила. Когда вышел [непререкаемый], как судьба, указ [составить] кадастровую перепись вилайета Диарбекирз. [303] Терджил тоже был подвергнут переписи. После смерти [Шамси-бека] его место заступил его сын.

Хайдар-бек б. Шамси-бек

Согласно высочайшему повелению султана Сулайман-хана Гази ему был передан эмират отца, и долгое время он вершил дела власти. Когда сардар Мустафа-паша отправился с победоносными войсками на завоевание областей Ширвана и Грузии, вместе с эмирами и знатью Курдистана /252/ он был убит кызылбашами в местечке под названием Чилдыр. Пост эмира сардар Мустафа-паша Лала даровал его сыну Будак-беку. После пятнадцати лет правления тот переселился в мир небытия, и на место отца воссел его сын Хусайн-бек. Через восемь месяцев он [тоже] вознес знамя правления в царстве уничтожения. После его смерти властью эмира был облечен его брат Исма'ил-бек. Когда миновало четыре года его правления, он [тоже] умер, и эмират [перешел] к его брату... (Ниже в тексте следует небольшая лакуна.).

'Умар-бек б. Хайдар-бек

На основании [непререкаемого], как судьба, указа диваном государя, [равного] достоинствами Джаму, — султана Мурад-хана управление Терджилом было пожаловано ему. Это юноша, украшенный всевозможными личными заслугами и смелыми деяниями. Он неизменно вращается в анатолийской среде и большую часть времени провел на службе при эмире эмиров Диарбекира. [Все] курдские эмиры, подчиненные Диарбекиру, к нему обращаются [со своими тяжбами], ибо в диване Амида он выносит окончательное решение по их делам. [304]

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Об эмирах Сувайди

Из садов сказаний о минувшем и цветников распространяющих благоухание преданий до обоняния души сочинителя этого несовершенного творения донесся аромат таких известий, что родословная эмиров Сувайди восходит к роду Бармака 435. Происхождение их племен связывают с одним из гулямов друзей пророка — да благословит его Аллах и да приветствует! — по имени Асвад. Согласно одному преданию, родиной племени сувайди является расположенное в двух стоянках от пресветлой Медины в сторону Сирии селение Сувайда. [Истинное] знание у Аллаха!

Род Бармака свою генеалогию возводит к владетелям Фарса. Первое время в Балхе они занимались поклонением огню, /253/ как неожиданно до воротника их душ донеслось дуновение ветерка господней милости, [над ними] воссияли лучи щедрот вечного и из родника их существования потекла прозрачная вода [истинной] религии. Стихотворение:

Счастливо око, проливающее слезы ради тебя, Благословенно сердце, испепеленное [любовью] к тебе!

Во время [правления] 'Абдалмалика б. Марвана, а по другой версии, во времена власти Сулаймана б. 'Абдалмалика Джа'фар, отец Халида, прибыл в стольный город Дамаск с несметными богатствами и имуществами. Прослышав о его делах, государь повелел привести его в меджлис. Когда привели его в меджлис, государь явил неудовольствие и приказал Джа'фара вывести из меджлиса. На вопросы приближенных о причине перемены в настроении государя он ответил: “Причина такова, что у него был яд, а то, что явился он к нам с ядом, мне не понравилось. Я выставил его за дверь, ибо две кости у меня в предплечье приходят в движение, как только в моем меджлисе появляются отравляющие снадобья”. Спросили у Джа'фара, почему он взял [с собою] яд, сказал: “Я положил яд под [вправленный] в мой перстень [305] драгоценный камень, чтобы в случае [обстоятельств] затруднительных пососать (Сосать — перс, бар макидан) его и обрести освобождение от той беды”.

Это и послужило причиною того, что его назвали Бармаки 436. [Исполненные] гордости слова Джа'фара пришлись по нраву Сулайману, день ото дня он оказывал ему все большее благоволение, пока не назначил его своим везиром. Стихотворение:

К чему класть в чашу яд,
Называя его сладостью?

Одна половина мира предназначена для радости,
Другая — для славы.

/254/ Затем в течение некоторого времени его сыну Халиду и сыну Халида Джа'фару принадлежал пост везира при Абу-л-'Аббасе Саффахе и его брате Абу Джа'фаре Даваники. Во времена правления Харун ар-Рашида, когда везиром был Йахйа б. Джа'фар, величие и могущество [его] достигли такой степени, что более того при должности везира и векиля невозможно и представить. Преуспеяния, выпавшего на долю его сыновей Фазла, Джа'фара и Мусы, ни в кои веки со времени появления ислама никто не достигал. Однако благодаря наущениям завистников Харун ар-Рашид утратил расположение к Йахйе. Джа'фар был убит, а Йахйа и Фазл до конца жизни остались в заточении и там умерли. Стихотворение:

Таков уж порядок мироздания,
Что за каждым началам следует конец.

Богатства и имущества, накопленные ими за время пребывания на везирском посту, были полностью конфискованы в диванскую казну. Если же кто пожелает как следует ознакомиться с обстоятельствами [жизни] той семьи, ему следует обратиться к историческим сочинениям. Сей рассказ не имел [306] своей целью описание оных, и [сочинитель] подробно на них не останавливался.

Каков был конец Мусы, несмотря на [все наши] изыскания в исторических сочинениях, выяснить не удалось. Возможно, когда Харун ар-Рашид повелел схватить его отца и братьев, он укрылся в горах Курдистана и там поселился. Согласно существующему известному преданию и передаваемой из уст в уста традиции, во времена правления Аббасидов трое потомков рода Бармака отправились из Багдада в Курдистан и поселились в местечке под названием Ханджук, относящемся к Генджу 437, на горе Шафталу 438. Их старший брат посвятил себя там поклонению богу, благочестию и воздержанию и в том весьма преуспел, [став] человеком, чьим молитвам внемлет [господь].

/255/ Однажды его младший брат отправился по одному важному делу. Жители той страны по заведенному обычаю принесли для шейха и его товарищей [их] дневное пропитание. Шейх, его средний брат и [их] друзья поели, а долю брата младшего оставили. Когда младший брат, [исполнив] поручение, вернулся, он потребовал свою долю. Брат средний сказал: “Поскольку отсутствие твое затянулось, мне пришло на ум, что ты нашел себе пропитание (Букв, “что ты успел поесть”.), и я съел твою долю [тоже]”. Разгневанный его бесчеловечностью, старший брат [принялся] его поносить и осыпать проклятиями: “Да распорет тебе всевышний бог живот за то, что не довольствуешься своей долей”, — и только [он это произнес], как тот юноша упал и вручил душу творцу вселенной.

Привязанность жителей тех районов к шейху возросла за сто крат, и по [их] просьбе шейх вместе с младшим братом, которого именовали Шихабаддином, примкнул к аширату сувайди в Ханджуке и стал владетелем тех районов. Там основал он могучую крепость и закончил [ее строительство]. В течение некоторого времени был он предводителем того племени и затем отбыл в мир жизни будущей. Детей мужского пола после него не осталось, и за дело правления взялся его брат [307] Мир Шихаб. [Ниже] с помощью вечного владыки — Аллаха упоминаются по порядку имена тех его потомков, которые правили в том вилайете.

Эмир Джалал б. эмир Шихаб

После смерти-отца он поручился за дела эмирата и долгое время оными занимался. Под конец он ответствовал судьбе: Я готов, и его место заступил его сын эмир Мухаммад и тоже после нескольких лет, посвященных им тому важному делу, отбыл в мир вечности. Наследовал отцу его законный сын /256/ эмир Фахраддин. Красотою [своей] справедливости и правосудия превратил он тот вилайет [в край] населенный и процветающий.

Когда же из этой обители тщеславия прошествовал он во дворец наслаждения, за дело власти взялся его сын эмир Хасан. Был он мужем бесстрашным, жестоким и кровожадным и в конце концов утратил зрение. Бразды правления попали в могучую десницу его старшего сына мир Фахраддина. Другой его сын по имени мир Мухаммад был наряжен в убор великодушия и красоты и украшен талантами и совершенствами. Обстоятельства его [жизни] свидетельствовали о его доблести и мужестве, а на челе его упований виднелись знаки человечности и великодушия, ибо сказано — стихотворение:

Солицеликую пери скрыть невозможно,
Закроешь дверь ты — она появится через окно.

Оставил он [своих] друзей и страну и направился на службу к Узун Хасану в Диарбекир. Удостоившись чести лобызания порога того высокодостойного государя, он снискал монаршие милости и щедроты. [Государь] пожаловал ему титул эмира Ханджука и Чабакчура 439. [В отношениях] между братьями дело дошло до применения меча и копья. После многочисленных схваток мир Мухаммад был убит, и управление безраздельно и беспрепятственно утвердилось за мир Фахраддином. После нескольких лет правления он отправился в мир [308] иной. Поскольку достигнувших совершеннолетия сыновей у него не было, его место заступил его племянник.

Абдал-бвк б. эмир Мухаммад

После смерти своего дяди он украсился ожерельем власти. Тем временем под предводительством правителя Чабакчура Икут-оглы против Абдал-бека выступили кызылбаши, намереваясь покорить Ханджук. Семь дней и ночей меж ними продолжалось сражение, /257/ и много народу от обеих сторон стало добычею стрелы и меча. Под конец божественное споспешествование снизошло на обстоятельства Абдал-бека, и шелк знамен его ощутил доносящееся от истоков (Букв, “из места, откуда дует ветер”.) [божественной] милости дуновение ветерка победы и успеха. Икут-оглы был обращен в бегство, а все его богатства и имущества, палатки и шатры, кони и мулы были захвачены. После этого [Абдал-бек] правил еще несколько лет и под конец вручил душу творцу вселенной. После него остались два сына: Субхан-бек и Султан Ахмад-бек.

Субхан-бек б. Абдал-бек

После смерти отца он стал его преемником и вместе со своим братом Султан Ахмад-беком повязал чресла души своей поясом старания и усердия для защиты страны и отпора врагам. Стихотворение:

Счастье всецело проистекает от единения,
Раздоры же приводят к беде.

Благодаря согласию между братьями всевышний господь [даровал им] многочисленные победы. Так, после смерти Халид-бека пазуки [Субхан-бек] отобрал у вассалов Чулак Халида округ Гендж и стал [его] владетелем. Когда после победы, [одержанной] под Чалдыраном, султан Салим-хан покорил вилайет Диарбекира, [Субхан-бек] силою [своей] [309] всепокоряющей [мощи] отнял округ и крепость Чабакчур у Икут-оглы, округ Акче-кале 440 — из захватнических рук Мансур-бека пазуки, который управлял теми районами на правах наместника шаха Исма'ила, и округа Зак 441 и Манишкерт 442 — у Кадир-бека кызылбаша. Завладев [теми районами], братья разделили между собой вилайет. Чабакчур с подчиненными [ему районами достался] Субхан-беку, а остальные крепости и округа были закреплены за Султан Ахмад-беком. Когда прошло таким образом несколько лет, из-за наветов завистников /258/ дружба и искренность [меж ними] сменились на вражду и ненависть. Согласно повелению султана Салим-хана Субхан-бек был казнен по доносу брата, и Чабакчур утвердили за одним из османских эмиров. После него (Субхан-бека) остался один сын Максуд-бек.

Султан Ахмад-бек б. Абдал-бек

Он долгое время правил после того, как был казнен его брат, и время его правления, когда он оставил этот караван-сарай с двумя дверьми, превышало пятьдесят лет. Стихотворение:

Мир — мало вижу я в нем постоянства,
В каждой его радости (В тексте *** — “слово его”, но смысл предложения скорее предполагает другое чтение: *** — “его радость”.) наблюдая тысячу бед.

Подобен он старому караван-сараю, где со всех сторон
Я вижу один путь — в пустыню небытия.

После него осталось два сына: Мурад-бек и Мухаммад-бек.

Максуд-бек б. Субхан-бек

После казни его отца [во время] похода на Нахчеван 443 он находился при победоносном стремени султана [310] Сулайман-хана. Когда в местечке под названием Арпачей 444 относящемся к тем районам, дозорные натолкнулись на кызылбашей, в том сражении [Максуд-бек] засвидетельствовал доблесть и мужество. О проявленной им храбрости и отваге стало ведомо султану, и он пожаловал ему округ Чабакчур на условиях, на которых оный принадлежал его отцу. Был издан и дарован ему августейший указ, признающий [этот округ его] наследственным оджаком.

Когда эмиром эмиров Диарбекира был Искандар-паша черкес, [Максуд-бек], по присущей племени курдов дерзости (Букв, “поскольку племя курдов является знатоком дерзости”.), понадеявшись на оказанные государю услуги и проявленную преданность, не последовал [в отношениях] с Искандар-пашой путем учтивости, что побудило упомянутого пашу округ Чабакчур передать, отобрав у него одному из османских эмиров. /259/ Максуд-бек для изъяснения положения и враждебных действии Искандар-паши отправился к сулайманову порогу прибежищу счастья. Семь лет провел он в Стамбуле не отлучаясь. Великие везиры из расположения к Искандар-паше не докладывали о его делах у подножия государева трона прибежища халифата, и под конец, повинуясь неизменному закону, был принят он под сень господней милости

Мурад-бек б. Султан Ахмад

Эмир эмиров Диарбекира Искандар-паша область Султан Ахмад-бека разделил между его сыновьями, дабы они правили сообща и один другому не препятствовали. За Мухаммад-беком он утвердил округ Ханджук и Акче-кале, а за Mypaд-беком — остальные округа, не считая округа Чабакчур что пребывал во владении у османских эмиров. Когда миновало шестнадцать лет их правления, Мурад-бек по собственному желанию уступил свой эмират сыну по имени Сулайман-бек и через несколько лет был принят под сень господней милости. После него кроме 'Али-хан-бека, Улухан-бека и Мустафы осталось еще три сына. Мустафа-бек во время [311] завоевания Тебриза вместе с [другими] курдскими эмирами был убит кызылбашами при Саадабаде Тебризском 445. В той же битве 'Али-хан был захвачен [в плен] и заключен на два года в крепость Кахкахе вместе с эмиром эмиров Карамана 446 Мурад-пашой. После освобождения он и Мурад-паша прибыли в Рум. Из высочайших монарших щедрот [Мурад-паше было даровано] (В тексте небольшая лакуна.) звание беглербега 447 Диарбекира, а благодаря [его] помощи и поддержке 'Али-хан-беку даровали округ Чабакчур на правах икта' -тамлики 448.

Его брат по имени Улухан принадлежит к числу владетелей крупнейших зи'аматов в Диарбекире /260/ и живет, не [ведая] забот. Однако мирлива Хамджука мир Мухаммад, ставший владетелем Акче-кале, не явил большого усердия при охране и защите страны, что и побудило сардара Фархад-пашу присоединить его удел к уделу Сулайман-бека и пожаловать [тому во владение]. Несколько лет между Мухаммад-беком и Сулайман-беком продолжались распри и споры. В конце концов Мухаммад-бек умер и освободился из оков препирательства.

Сулайман-бек б. Мурад-бек

Без подобия преувеличения и тени пристрастия [можно сказать], что это юноша, отмеченный среди равных мужеством и прославившийся замечательной щедростью и великодушием. На заре юности служил он при эмире эмиров Багдада и Амида, в Арабистане познал горечь разлуки и жестокость страданий. Среди курдских эмиров отличается он манерой руководства войском и приемами верховой езды по румийскому образцу. Его пылкая натура — зерцало облика истин самых сокровенных, острый ум отражает красоту утонченных ценителей изысканного. Стихотворение:

Око дней [многих] веков не созерцало ему подобного
Просвещенного, утонченного златоуста. [312]

Однако, мало помышляя о славе [своих] духовных совершенств, не бережет он богатство и сан [свой], находя [в том] радость и похваляясь [тем]. Стихотворение:

Пока остается в тебе жизни хоть на волосок,
Помни, остается и поклонение [этому] идолу.

Скажешь: разбил я идол высокомерия и обрел спасение,
Но тот идол, что, по-твоему, разбит, существует.

С давних времен обиталищем их отцам и дедам служило в высшей степени укрепленное место под названием Гендж у подножия горы на берегу реки Евфрат. Здешних жителей и обитателей [провидение] хранило от [всех] смут и невзгод времени. Широкая натура Сулайман-бека /261/ не удовольствовалась тем жалким обиталищем, и в обширной долине Манишкерта он основал и отстроил город. Положил он основание высокой соборной мечети, [но несмотря на] многолетние неописуемые старания, [строительство ее] еще не закончено. Во время завоевания Ирана, Ширвана и Азербайджана оказал он [государю] услуги, удостоившиеся одобрения. Так, когда Нийаз-бек пазуки с [отрядом] в две-три тысячи человек из войска Чохур-Саада прибыл [с намерением] напасть на Кара Иази и разгромить племя бавали 449, Сулайман-бек со считанным числом своих вельмож и братьев пустился в погоню за тем сборищем.

После доблестных сражений силою он отобрал у них имущества, скот и фураж, [принадлежавшие] улусам и племенам, и благополучно возвратился с добычей назад. Со стороны сардара Мустафа-паши [Сулайман-бек] был отмечен милостями, достойными государя. С того времени, как отец еще при жизни препоручил ему эмират, и по сей день — первый [день] месяца зу-л-ка'да 1005 (2 июня 1597) года, управляет он той областью.

Можно надеяться, поскольку наделен он способностями и дарованиями, успех будет сопутствовать [его] похвальным начинаниям. [313]

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Об эмирах [племени] сулеймани

[Глава] состоит из двух параграфов

Да не останется скрытым пред лучезарным разумом водружающих знамена мудрости и правосудия и пред истинным помыслом упразднителеи несправедливости и притеснения, что родословная эмиров [племени] сулеймани восходит к Марван ал-Химару 450. Химаром (Химар — араб. “осел”) его назвали потому, что последний год каждого столетия арабы называют годом Осла, а со времени захвата Муавией, сыном Абу Суфйана, власти халифа в Дамаске до того, как управление перешло к Марвану, /262/ прошло сто лет.

По другой версии, Марван, будучи еще ребенком, пришел однажды из школы. Просунул ел палец в дверную цепь, а обратно не вытащить. И так палец распух, что пришлось дверную цепь распилить, чтобы его вытащить. Такой случай произошел с Марваном дважды. На этот раз его разгневанный отец сказал: “О Марван! Воистину, ты осел!” Отсюда и происходит таковое его наименование.

Как бы то ни было, его родословная восходит к 'Абд ал-Манафу в такой последовательности: Марзан ал-Химар б. Мухаммад б. Марван б. Хакам б. Абу-л-'Ас б. Умайа б. 'Абд аш-Шамс б. 'Абд ал-Манаф 451. Счастья [обращения] в мусульманство удостоился Хакам в день завоевания Мекки. Марван ал-Химар воссел на престол правления в начале 127 (744-45) года. После пяти лет его правления против него восстал Абу-л-'Аббас Саффах, и [Марван] бежал в Египет. Двадцать восьмого [дня] месяца зу-л-хиджжа 132 (18 августа 749) года в селении Буссир 452, относящемся к тем районам, он погиб от руки Салиха 'Аббаси или Абу 'Ауна, которые последовали за ним по указанию халифа Саффаха.

После него осталось два сына по имени 'Абдаллах и 'Убайдаллах. 'Абдаллах отправился в Абиссинию, а 'Убайд-аллах возвратился назад и проживал в Палестине. Во [314] времена аббасидского халифа Рашида палестинский наместник схватил его и отослал в Багдад. Халиф посадил его в тюрьму, и до конца царствования Рашида ['Убайдаллах] оставался в заточении. В конце концов он был освобожден, будучи уже старым и слепым. Возможно, к нему и восходит родословная эмиров [племени] сулеймани. Наименование же сулеймани дает возможность предполагать, что они происходят от [одного] из султанов [династии] Мерванидов — Сулаймана б. 'Абдалмалика б. Марвана. [Истинное] знание у Аллаха!

/263/ Согласно начертанному относительно того племени пером достойных доверия авторов, когда под сокрушительным натиском Аббасидов дела Мерванидов пришли в смятение, трое из потомков Марван ал-Химара с многочисленным отрядом палестинцев прибыли в область Кулба и поселились в долине под названием Хох 453, относящейся к округу Газали 454. Постепенно подразделения [племени сулеймани], из которых самым значительным было бануки, собрались под их знаменами, и стараниями того народа у неверных Грузии и Армении были отобраны крепости Кулб, Джаске 455, Таш, Хасули и Майяфарикин вместе с принадлежащими и прилегающими [к ним районами] вплоть до берегов Тигра в Диарбекире, крепость Бидиян [и районы] вплоть до Карукана и Даликлу-Кайа, [а также] крепости Рабат, Джарис, Айданик, Салик 456 и Гендж, владетелями которых они стали.

Большинство сторонников и приверженцев Мерванидов, рассеявшихся было по районам Египта и Сирии, собрались под началом [племени сулеймани] и составили восемь ответвлений: бануки, хувайди, дилхиран, буджийан, зилан 457, басйан, зигзийан и барази 458.

Некоторые из племен следовали путем людей сунны и общины, исповедуя вероучение его святейшества великого имама Шафи'и, — да пребудет над ним милость господня! Иные избрали неправедный езидский толк и являются последователями того народа. Их эмиры являют неописуемую ревность и старание [в соблюдении] заповедей сунны лучшего из людей (Эпитет Мухаммада.) — мир над ним и милость божья! — в повиновении [315] главе рода человеческого и мусульманским богословам. Среды того народа много людей благочестивых и набожных.

[То племя] имеет около сотни ответвлений, среди которых большинство составляют кочевники и скотоводы. Каждый год в начале весны поселяются они на лето в вилайете Бидлиса в горах Шарафаддин 459 /264/ и Алатаг, а осенью в первых [числах] месяца фарвардина они возвращаются к своим зимним становищам. В качестве платы за пользование летними пастбищами из [каждых] трехсот голов скота одна принадлежит правителям Бидлиса.

Словом, после того как под сенью знамен Марвана собрались племена сулеймани, [он] некоторое время руководил ими и управлял крепостями, коих он стал владетелем. Когда он перекочевал из этого бренного мира на стоянку вечности, его сын по имени Баха'аддин утвердился в юрте 460 отца. Он тоже покинул [свое племя] и препоручил свою жизнь на хранение старосте смерти. После него осталось два сына: мир 'Иззаддин и мир Джалаладдин. Власть утвердили за мир 'Иззаддином. Когда он тоже умер, после него остался малолетний сын по имени эмир Ибрахим. Поскольку он был не в состоянии поручиться за дела власти, племенная знать поставила на правление его брата Джалаладдина. Когда вручил он наличность существования ангелу смерти, правителем с одобрения аширатов и племен стал сын 'Иззаддина эмир Ибрахим, к тому времени достигший совершеннолетия. Правил он долго, в положенный срок распрощался с [этим] бренным миром, и после него осталось два сына: мир Дийадин и эмир Шайх Ахмад. В соответствии с завещанием отца его место заступил мир Дийадин, поручившийся за дела власти. Прожил он восемьдесят лет и был полновластным правителем.

Покорив область Диарбекира, шах Исма'ил Сафави поручил охрану и защиту тех районов Мухаммад-хану устаджлу на правах своего наместника. Мухаммад-хан [в отношениях] с мир Дийадином следовал путем ласки и благоволения и взял себе в жены его дочь Бикиси-ханум. /265/ Благодаря помощи племени сулеймани и искренней дружбе мир Дийадина ему удалось свершить многое. [316]

Так, когда вали Марата 'Ала'аддаула зулкадр, желая покорить Диарбекир, послал на Мухаммад-хана своего племянника по имени Сару-Каплан, меж ними произошло большое сражение, и крики сражающихся вознеслись за небесный свод. Стихотворение:

Барабанная палочка стала сеятелем смуты,
От [распространяющих] смятение звуков барабана схватка стала еще ожесточеннее.

Кутас 461 на конях с золотым убранством
Подмел начисто поле битвы.

В том сражении [люди] племени сулеймани, точнее — дивы [племени] сулеймани, проявили чудеса храбрости, так что сражения легендарного Рустама и Сама, [сына] Наримана, при Хафтхане в Мазандеране отошли в предания. Силою могучего плеча и ударами ядоносных мечей курды обратили в бегство войско Сару-Каплана, а его в той битве повергли во прах уничтожения и обезглавили. [После того] Мухаммад-хан явил мир Дийадину и аширату сулеймани безграничное благоволение.

Когда [мир Дийадин] умер, после него детей мужского пола не осталось. Его брат эмир Шайх Ахмад оставил после себя девять сыновей: Шах Валад-бека, Бахлул-бека, 'Умар шах-бека, Сусана, Вали-хана, Алванда, Халила, Ахмада и Джихангира, а потому после мир Дийадина власть перешла к сыновьям его брата.

ПАРАГРАФ ПЕРВЫЙ

Об эмирах Кулба и Батмана

Пишущему [эти] строки не раз доводилось слышать от достойных доверия рассказчиков, что, когда мир Дийадин стал стар и немощен, а сына, который бы занялся ведением дел вилайета, у него не было, его племянники сговорились устроить на него покушение и вознамерились убить его. Мир 3 Дийадин для /266/ оказания отпора племянникам обратился за помощью к Мухаммад-хану устаджлу. Мухаммад-хан послал [317] ему на помощь многочисленное войско. Между [Дийадином] и племянниками произошло большое сражение. 'Умар-шах-бек, Сусан и Джихангир-бек в той битве погибли, а Шах Валад, который был братом старшим и той смуты зачинщиком, с тысячей уловок спасся с поля брани, выбрался из той кровавой пучины на берег спасения и отправился в Сирию на службу к черкесским султанам.

Когда после разгрома под Чалдыраном власть кызылбашей над Курдистаном ослабела и пошла на убыль, некий 'Али Файри, который происходил из племени басйан и возглавлял племенную знать, захватил крепость Майяфарикин и послал в Сирию за Шах Валад-беком.

Прослышав [об этом], тот незамедлительно направился а наследственный вилайет и благодаря стараниям 'Али Файри с одобрения аширатов и племен утвердился на троне правления. Когда же вилайет Диарбекира и Курдистан перешли во владение к вали возрастающей изо дня в день османской державы, правители Сасуна, побуждаемые старинной враждой с эмирами [племени] сулеймани, повелели [людям] 'племени халид и убить на территории Майяфарикина нескольких чаушей монаршего двора, которые прибыли в Курдистан как посланцы по важному делу. Рассчитывали они на то, что вельможи и столпы [державы] заподозрят в их убийстве Шах Валад-бека, и таким образом и ему, и вилайету его будет причинен определенный урон.

Племя халиди привело этот замысел в исполнение, а обвинили в свершении этой гнусности его (Шах Валад-бека). Когда предпринятое пришло в соответствие с задуманным, эмир эмиров /267/ Диарбекира, воспылав к нему ненавистью, доложил о его положении у подножия славного и достойного султанского трона, и вышел [непререкаемый], как судьба, указ о казни Шах Валад-бека. Эмир эмиров вызвал его в диван, [дабы произвести] дознание. [Но] Шах Валад-бек, осведомленный о таковом [его] намерении, несмотря на трудности, уберег себя от той опасности и избежал [наказания]. Его область отнесли к августейшим доменам и поручили доверенным лицам управление ею. [318]

Шах Валад-бек согласился на крепость Кулб и подчиненные [ей районы] и [тем] удовольствовался. Прожив таким образом тринадцать лет, он переселился из этой теснины небытия в мир жизни будущей. После него осталось шесть сыновей: 'Али-бек, мир Дийадин, Вали-хан-бек, Джихангир-бек, эмир Йусуф и эмир Сулайман.

'Али-бек б. Шах Валад-бек

После смерти отца он стал правителем [той] области и на протяжении сорока лет ревностно занимался делами власти. Явил он деяния, удостоившиеся похвалы и одобрения, с высочайшими [вельможами] и чернью обходился надлежащим образом. Когда он отбыл в мир иной; после него осталось два сына по имени Султан Хусайн-бек и Вали-хан-бек.

Султан Хусайн-бек б. ' Али-бек

В 980 (1572-73) году после смерти отца согласно августейшему указу султана Салим-хана он заступил место отца. Когда покойный султан Мурад-хан поручил победоносным войскам под руководством великого везира 'Усман-паши покорить Азербайджан, в 993 (1585) году в битве с кызылбашами Султан Хусайн-бек испил напиток мученической смерти. После него осталось шесть сыновей по имени Килидж-бек, Саййид Ахмад, Зайнал-бек, Захид-бек, Хайдар /268/ и Касим.

Его сын Саййид Ахмад-бек после гибели отца был захвачен кызылбашами в плен и около двух лет провел в заточении в крепости Кахкахе. Под конец благодаря помощи нескольких знатных он освободился и возвратился в свою страну.

Диваном султана Мурад-хана наследственный удел был передан сыну [Султан Хусайн-бека] Зайнал-беку. [Позднее] благодаря пособничеству правителя Хазо Мухаммад-бека эмират отца был закреплен за его сыном по имени Килидж-бек, который был из братьев (Букв, “сыновей”.) старшим, но менее всех наделенным [319] умом и талантами. Из-за управления Кулбом он начал враждовать со своим братом Зайнал-беком и после непрочного вознесения на несколько дней вскоре был убит аширатами и племенами из-за одного недостойного поступка.

Саййид Ахмад-бек б. Султан Хусайн-бек

Освободившись из кызылбашской неволи, он прибыл в Эрзерум на службу к сардару Фархад-паше и засвидетельствовал в высоком диване свою [верную] службу, душевную преданность и права на власть. [В знак] безграничной государевой милости победоносный сардар пожаловал ему управление Кулбом и Батманом. Тем временем Бахлул-бек, его дядя по матери, был убит [людьми] племени басйан, и Ахмад-бек стал полновластным правителем тех районов без [чьего-либо] противодействия. После нескольких лет его правления из-за нерасположения [к нему] эмира эмиров Диарбекира эмират Кулба от монаршего порога был дарован некоему османцу. Будучи разжалованным, [Ахмад-бек] направился ко двору султана, дабы испросить управления [Кулбом]. В начале 1003 (1594-95) года он умер в Стамбуле, и ноет правителя Кулба, как и раньше, был утвержден за его братом Зайнал-беком. Ныне, в 1005 (1597) году, он по-прежнему является владетелем тех районов.

/269/ ПАРАГРАФ ВТОРОЙ

Об эмирах Майяфарикина

Родословная эмиров Майяфарикина тоже восходит к Шайх Ахмаду б. эмиру 'Иззаддину, и эмирам Кулба они приходятся двоюродными братьями. Первым из того рода звания эмира достиг Бахлул-бек б. Алванд б. эмир Шайх Ахмад, что поистине был человеком мужественным и великодушным. Сначала он избрал вместе со своим братом 'Умар-шах-беком служение эмиру эмиров Диарбекира Искандар-паше. [320] Искандар-паша, будучи на основании непререкаемого, как судьба, указа поставлен на завоевание Джавазира 462, основал там крепость, которую назвал Искандарийе, охрану и защиту, управление и оберегание оной он возложил на Бахлул-бека. [Крепость] была пожалована ему на правах санджака.

Оказав на том поприще достойные похвалы услуги, заручившись несколькими прошениями эмира эмиров Диарбекира и эмиров Курдистана, он отправился к порогу — прибежищу Феникса, в монарший дворец султана Салим-хана, дабы просить хаканов диван даровать ему долю наследственного вилайета. [В знак] безграничного государева благоволения ему была пожалована на правах икта'-тамлики отделенная от эмирата Кулба область Майяфарикина вместе с относящимися к ней районами. И вышел августейший указ, по которому [подати] макту' с племен басйан, буджийан и зилан, во времена Шах Валад-бека отнесенные к августейшим имуществам, возлагались на Бахлул-бека, дабы из года в год он собирал их и выплачивал в казну Диарбекира. Таким образом прошло несколько лет. После [нескольких], последовавших один за другим, походов на страну персов племена сулеймани из-за несправедливостей и притеснений правителей оставили родные места и отправились в районы, отвоеванные у кызылбашей, /270/ обязавшись охранять и оберегать их.

Им были даны высокие звания алай-беков 463, [владетелей] зи'аматов и санджак[беев] 464.

Когда полновластная десница Бахлул-бека выпустила бразды управления упомянутыми племенами, [те] ашираты и племена принялись бунтовать и явили при выплате [подати] макту' и других податей нерадивость и небрежение. Когда же мирлива крепости Баязид, относящейся к Еревану, стал некий Шахсуар из [племени] басйан, он собрал под своими знаменами около тысячи семей из племени сулеймани и других курдских племен, и те воспротивились выплачиванию налога [в пользу] государя. Следуя [монаршему] повелению, Бахлул-бек направился в те районы, дабы собрать подати, [следуемые] в казну, и возвратить свои улусы и кочевые племена в Майяфарикин. Между ним и Шахсуар-беком произошла битва, [321] Бахлул-бек в том сражении удостоился мученической смерти [за веру]. После него осталось пять сыновей: Амир-хан, 'Умар-бек, Махмуд-бек, Мухаммад и 'Усман.

Амир-хан-бек б. Бахлул-бек

Когда отца убили, он заступил его место. После нескольких лет его правления обитатели мира, побуждаемые недостойными деяниями его аширатов и племен, — их притеснениями и несправедливостями [люди] были доведены до отчаяния, — отправились для испрошения правосудия ко двору государя — прибежища мира — и привезли на имя эмира эмиров Амида Мухаммад-паши указ на убийство Амир-хана [и истребление] племен басйан и буджийан и остальных смутьянов, что были их сторонниками. Мухаммад-паша вызвал Амир-хан-бека в диван Амида и убил согласно приказу.

'Умар-бек б. Бахлул

После казни брата должность эмира Майяфарикина /271/ была пожалована ему, однако он не справился с делами власти и управления, оказавшись не в состоянии собрать подать макту' и уплатить в казну Диарбекира налоги [в пользу] государя, составлявшие ежегодно четыре харвара золота. Поэтому на основании заявления эмира эмиров Амида и здешнего дафтардара 465 диваном государя с достоинством Джама, прибежища власти — султана Мухаммад-хана 466 звание эмира курдских племен и [управление] Майяфарикином было передано Ибрахим-беку Аксаку, сыну Джихангир-бека.

['Умар-бек] вначале прибег к покровительству правителя Бидлиса, поселился в округе Муша и принялся по возможности собирать [подать] макту', но больших успехов не добился. Под своим знаменем он собрал многочисленную [группу] из разбойников и черни и принялся грабить (Букв, “протянул руку грабежа”.) [322] имущества раийятов Муша, Хнуса и Мелазгерда. В конце концов он занялся разбоем и убийством на большой дороге, неоднократно между Хазо и Батманом грабил отставших от [своих] отрядов путников и караваны и убил несколько мусульман. На него устроили нападение мирлива Хнуса 'Али-бек и правитель Хазо Мухаммад-бек и перебили много приверженцев и людей его вместе с его племянником, предав их имущества и богатства грабежу и расхищению. Но сам он с помощью тысячи хитростей каждый раз спасался. И хоть называется он эмиром, ему присущи качества воров и разбойников, и нигде он не может ужиться.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ,

состоящая из двенадцати глав

ГЛАВА ПЕРВАЯ

О правителях Сорана

Да не останется скрытым и утаенным пред лучезарным разумом читателей этого правдивого повествования, что родословная правителей Сорана восходит к некоему Калусу из /272/ знатной арабской семьи в Багдаде. В результате превратностей судьбы Калус попал в селение Хавдиян 467, относящееся к округу Аван 468 из зависимостей Сорана. Первое время он пас скот жителей той деревни. Калусом на языке того народа называют человека, у которого выпали передние зубы (Такое значение это слово имеет в говоре курдов Эрбиля.). У него было три сына по имени 'Иса, Ибрахим и Шайх Увайс. Среди сыновей его 'Иса [отличался] предельным великодушием, щедростью и приветливостью. Все, что ['Иса] получал из платы за пастьбу, он расходовал на деревенскую чернь, так что многочисленное сборище подонков и бродяг, соблазненное его добротой и благодеяниями, выразило ему покорность и повиновение (Букв, “вложило голову в ошейник повиновения ему”.). [323]

По воле случая в то время у правителя той страны появился опасный противник, и он отправился на войну с ним. Бродяги и чернь, что подчинились 'Исе, в шутку назвали его эмиром и направились в Балакан. Жители той области, воочию узрев на челе деяний 'Исы знаки превосходства и величия, единодушно признали его [своим] эмиром. За короткое время под знаменем 'Исы собралось много народу, и [он] отправился на завоевание крепости Аван. Поскольку та крепость окружена скалами из красного камня, 'Иса и его сторонники первым делом взобрались на те каменные [глыбы] и начали бой и сражение. Осажденные, напуганные смелостью и дерзостью того отряда, назвали их “красной скалой” (Санг-и сурхи). Позднее они получили известность как Соран в результате частого упоминания [их] имени курдами, которые “сурх” произносят как “сор”.

Словом, после битвы и сражения крепость была завоевана, звезда счастья 'Исы, подобно [звезде] 'Исы, [сына] Марйам, заняла место рядом /273/ с солнцем и луною и вознеслась выше цитадели Сатурна. Изо дня в день возрастала мощь его, а солнце его великолепия поднялось выше апогея небес. [Ведомый] истинным рассуждением и всепроникновенною мыслью, он завладел вилайетом Соран. Спустя некоторое время, в продолжение которого ['Иса] независимо правил в тех районах, он был принят под сень господней милости, и на троне владычества вместо него утвердился его сын Шах 'Али-бек.

Когда в положенный судьбою срок он тоже отбыл в потусторонний мир, после него осталось четыре сына по имени 'Иcа, Пир Будак, мир Хусайн и мир Саййиди. Еще при жизни он разделил наследственный вилайет между сыновьями, с тем чтобы каждый довольствовался своей долей и не беспокоил другого; в том числе округ Харир 469, что служил ему резиденцией, он пожаловал своему старшему сыну мир 'Исе. После некоторого времени правления эмир 'Иса погиб на поле сражения с правителем Бабана Пир Будаком. [324]

Пир Будак б. Шах 'Али-бек

После смерти отца он взялся за дело власти, отобрал у подвластного кызылбашам племени нилхас округ Сумаклык 470 и стал его владетелем. Спустя несколько лет, в продолжение которых он управлял теми районами, [Пир Будак] умер, и после него осталось два сына по имени эмир Сайфаддин и эмир Хусайн.

Мир Сайфаддин

Он заступил место отца, но [тоже] не удержался долго у власти. После смерти [мир Сайфаддину] наследовал его брат мир Хусайн. [Тот] тоже вскоре ответствовал судьбе: “Я готов”. Памятью о нем на страницах эпохи остались семь сыновей. Место отца занял его старший сын эмир Сайфаддин. [Он] владел округом Сумаклык на тех же условиях, что /274/ и его отцы и деды.

Мир Саййиди б. Шах 'Али-бек

Это младший сын Шах 'Али-бека, среди правителей Курдистана он отличался великодушием и был известен [своим] мужеством. После смерти отца он поселился в местечке под названием Шакабад 471 и, желая отомстить за гибель своего брата мир 'Исы, вступил в войну с Пир Будаком Бабаном и убил его. Вилайет своего брата он тоже присоединил к своему княжеству, [затем] силой отобрал у кызылбашских наместников округа Эрбиль, Мосул и Киркук и, включив в свой домен, стал [их] владетелем.

Некоторое время он был независимым правителем вилайета Соран вместе с относящимися и прилегающими [к нему районами] и под конец, не освободив своей души из когтей волка смерти, стал пленником в лапах льва [божественного] предопределения. После него осталось три сына по имени эмир Сайфаддин, мир 'Иззаддин Шир и Сулайман. Эмир Сайфаддин в расцвете молодости и весны жизни упал с коня и [325] направился в мир вечности. 'Иззаддин Шир стал владетелем Эрбильского санджака, пока в 941 (1534-35) году султан Сулайман-хан после завоевания обители ислама — Багдада не остановился там на зиму. 'Иззаддин Шир тогда допустил в отношении слуг высокого султанского порога некоторые неподобающие действия и был казнен на основании непреложного указа. Округ Эрбиль был пожалован одному из сыновей эмиров езидского племени — Хусайн-беку дасни.

После убийства 'Иззаддин Шира его брат Сулайман-бек тоже не замедлил собрать пожитки жизни и радости и направиться из этого старого кабака /275/ в страну небытия. После него осталось три сына: Кули-бек, эмир 'Иса и эмир Сайфаддин. Султан Сулайман-хан весь вилайет Сорана присоединил к Эрбильскому округу и даровал Хусайн-беку дасни. Управление Сораном было полностью утрачено его (Сулайман-бека) наследниками и перешло в чужие руки.

Мир Сайфаддин б. мир Хусайн б. Пир Будак

Выше красноречивым пером было начертано, что эмир Сайфаддин владел округом Сумаклык на тех же условиях, что его отцы и деды. Когда весь вилайет Сорана хаканом — мужественным борцом за веру — был пожалован и передан Хусайн-беку дасни, между эмиром Сайфаддином и Хусайн-беком произошло несколько сражений и схваток. Под конец эмир Сайфаддин, будучи не в силах противостоять [натиску] племени дасни, сказал три [раза] “Развод” невесте царства и обратился за покровительством к правителю Арделана Бига-беку. Бига-бек из страха перед силой и мощью Сулаймана не спешил помогать ему, и эмир Сайфаддин, потеряв на “его надежду, возвратился обратно. Прибыв в Соран, он собрал под своим началом отряд из жителей и обитателей тех районов и завладел крепостью Эрбиль. Когда благодаря счастливой судьбе и гороскопу он достиг таких успехов, большинство аширата и племени соран перешло на его сторону и примкнуло к нему. [326]

Подобно тому как однажды Абу Муслим поднял знамя Аббасидов для отпора Мерванидам, эмир Сайфаддин все свои помыслы обратил на изгнание езидов. Прослышав об этом, Хусайн-бек направился в Эрбиль, дабы оказать ему отпор. Меж ними произошло большое сражение. На этот /276/ раз поражение выпало [на долю] Хусайн-бека и езидов. Около пятисот видных [представителей племени] дасни были убиты. Приверженцы Хусайна (*** — игра слов: последователи не Хусайн-бека дасни, а имама Хусайна, сына 'Али, т. е. шииты, в противоположность езидам.) победили, в руки эмира Сайфаддина и его сторонников попали огромные богатства, [он] стал владетелем всего своего наследственного домена. Эмир Сайфаддин единовластно утвердился на троне управления.

Несколько раз Хусайн-бек собирал рассеявшихся было езидов и, делая последние отчаянные попытки, отправлялся на войну с эмиром Сайфаддином. Но всякий раз победа сопутствовала обстоятельствам и опекала деяния эмира Сайфаддина, а Хусайн-бек снова терпел поражение. Когда весть о бегстве и разгроме Хусайн-бека дошла до султанского порога, [он] был вызван в Стамбул. Вышел непререкаемый, как судьба, указ о его казни, и его казнили, подвергнув жесточайшим мучениям. Стихотворение:

Тот, кто сотворит кому-нибудь зло,
Однажды испытает это зло на себе.

Собственными глазами наблюдал я на дороге,
Как птенчик прервал [вить] жизни муравья,

Не успел он прочистить клюв после добычи,
Как прилетела другая птица и покончила с ним.

По приказу султана Гази на отпор эмиру Сайфаддину и завоевание вилайета Сорана был поставлен вместе с другими эмирами Курдистана правитель Имадии Султан Хусайн-бек, но сколько стараний они ни прикладывали, никаких тому результатов не последовало. Так и не достигнув желаемого, они возвратились обратно. Эмир Сайфаддин после того счастливо [327] проживал в цветнике вилайета, лишенном терниев [чьего-либо] препятствования. Но в конце концов согласно [изречению]: “Когда является судьба, прозорливость слепнет”, введенный в заблуждение Йусуф-беком барадустом, что известен [под именем] Гази-Кирана, [Сайфаддин] направился ко двору султана Гази, надеясь, /277/ что из безграничной монаршей милости тот начертает на списке его прегрешений [знаки] всепрощения и из султанских щедрот ему будут пожалованы наследственные владения. Случилось же так, что сразу по своем прибытии туда он вручил душу палачам.

Кули-бек Сулайман-бек б. мир Саййиди

Когда племя тасни (дасни) завладело вилайетом Сорана, Кули-бек имел не одно сражение с племенем тасни, и всякий раз оно выходило победителем. Вынужденный покинуть [ту] страну, он отправился ко двору шаха Тахмасба, дабы прибегнуть к его покровительству.

Ашират тасни, побуждаемый старинною враждою, что бытует [поныне] между хусайнидами (шиитами) и езидами, положил начало несправедливостям и насилиям, обращая во прах [само] бытие мусульман и мирных [жителей] Сорана, так что люди позабыли про жестокость Хаджаджа, сына Йусуфа, и притеснения Са'ада, сына Зийада. Это и побудило часть аширата соран объединиться и послать в страну персов за Кули-беком. Волей-неволей они доставили его к себе. [Кули-бек] направился к сулайманову порогу — прибежищу счастья — для представления жалобы на притеснения и с просьбою [пожаловать] наследственный вилайет. Но султан Сулайман-хан Тази, не полагаясь на Кули-бека, даровал ему округ Семават 472, относящийся к Басре.

После казни эмира Сайфаддина и Хусайн-бека дасни и упоминаемых выше событий по просьбе правителя Имадии Султан Хусайн-бека его привезли из Семавата, [подчиненного] Басре, и пожаловали ему из земель Сорана округ Харир. Около двадцати лет он был занят там управлением и в [328] конце концов в положенный судьбою срок отбыл в потусторонний мир. /278/ После него осталось два сына: Будак-бек и Сулайман-бек.

Будак-бек б. Кула-бек б. Сулайман-бек

После смерти отца он вознес стяги власти в округе Шакабад. Благодаря наущениям зложелателей дружба и единодушие между братьями уступили место вражде и препирательствам. От брани и поношений дело дошло до применения меча и копья. Под конец, будучи больше не в состоянии оказывать брату сопротивление, Будак-бек, бросив клич к бегству, обратился за покровительством к правителю Имадии Султан Хусайн-беку. Несколько дней он пребывал в ожидании, что с помощью [Султан Хусайн-бека] он возвратится в свой вилайет, но коварный рок и изменчивая судьба не пощадили [его], и в городе Акре, что относится к Имадии, он был принят под сень господнего милосердия.

Сулайман-бек б. Кули-бек б.. Сдшйман-бек

Был он мужем в высшей степени правосудным и заботливым в отношении подданных; среди правителей Курдистана славился честностью и правоверием и отличался большим умом, знаниями и проницательностью. После смерти отца и брата он стал независимым правителем вилайета Соран. Побуждаемый враждою с ащиратом зарза,. в соответствии [со словами Корана]: “Некогда собралось к Соломону войско...” (Коран, сура 27, стих 17.), он собрал около тринадцати тысяч: пеших и конных демоно-подобных курдов, обрушился на, вилайет [племени] зарза 473 и предал те районы грабежу и разрушениям. Здешний мирлива, триста пятьдесят человек из предводителей, и знати аширата и народа зарза были им убиты, их семьи захвачены в плен и доставлены в вилайет Сорана.

Избежавшие расправы [люди племени] зарза отправились, ко двору султана Мурад-хана с жалобою на притеснения и [329] для испрошения справедливости. Покойный государь решил наказать Сулаймана в назидание другим смутьянам.

Случилось так, /279/ что тем временем Сулайман-бек разграбил и разорил часть территории кызылбашей и многих кызылбашей захватил в плен. Он послал ко двору покойного султана группу пленных кызылбашей и многочисленные богатства и привлек благосклонное внимание [монарха]. Неповиновение, допущенное было [Сулайманом], удостоилось государева всепрощения и снисхождения.

Один из его двоюродных братьев по имени Кубад-бек, который был владетелем санджака Торк 474, допустил несколько действий неподобающих. Его сердце волновали желание [достичь] управления Сораном и вражда к Сулайман-беку, пока в 994 (1585-86) году Сулайман-бек не напал на него и не убил его и около четырнадцати человек из его приближенных и приверженцев. После того стал он правителем могучим и властительным, и все — великие и малые, далекие и близкие, страшились (Букв, “не чувствовали себя в безопасности”.) его яростного гнева. Эмиры и правители, что были его ближайшими соседями, неизменно являли ему покорность. Будучи по сути дела человеком необразованным и ничего [за свою жизнь] не прочитав, [Сулайман-бек] препоручил шейхам той страны десницу покаяния и проводил время в служении и поклонении богу, посвящая большую часть досуга молитве и милостыне. Под конец птица его души — прибежище святости — на крыльях страстного устремления к вечному владыке [нашему] выпорхнула из клетки тела и поселилась на просторе божественных долин.

'Али-бек б. Сулайман-бек

После смерти его отца Сулайман-бека согласно всемилостивейшему указанию покойного султана, место которого в раю, ему было пожаловано управление и власть в Соране. Ныне, в 1005 (1597) году он независимо управляет наследственным вилайетом.

(пер. Е. И. Васильевой)
Текст воспроизведен по изданию: Шараф-хан ибн Шамсаддин Бидлиси. Шараф-наме. Т. 1. М. Наука. 1967

© текст - Васильева Е. И. 1967
© сетевая версия - Тhietmar. 2006
© OCR - Николаева Е. В. 2006
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Наука. 1967