Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Ввиду большого объема комментариев их можно посмотреть здесь (открываются в новом окне)

МОВСЕС КАЛАНКАТУАЦИ

ИСТОРИЯ СТРАНЫ АЛУАНК

КНИГА ПЕРВАЯ

ИСТОРИИ СТРАНЫ АЛУАНК 1

ГЛАВА I

ВСТУПЛЕНИЕ В ИСТОРИЮ СТРАНЫ АЛУАНК, [ГДЕ ДАЕТСЯ] РОДОСЛОВНАЯ ОТ АДАМА ДО НОЯ

Первый человек, сотворенный Богом, отец наш Адам, жил двести тридцать лет и родил Сифа. Сиф жил двести пять лет и родил Еноса. Енос жил сто девяносто лет и родил Каинана. Каинан жил сто семьдесят лет и родил Малелеила. Малелеил жил сто шестьдесят лет 2 и родил Иареда. Иаред жил сто шестьдесят два года и родил Еноха. Енох жил сто шестьдесят пять лет и родил Мафусала. Мафусал жил сто шестьдесят семь лет 3 и родил Ламеха. Ламех жил сто восемьдесят лет и родил Ноя. А Ной жил пятьсот лет и родил трех сынов: Сима, Хама и Иафета. И спустя сто лет по рождении Сима, на шестисотом году жизни Ноя, наступил потоп водный. А всего от Адама до потопа две тысячи двести сорок два года, колен же десять.

ГЛАВА II

РОДОСЛОВНАЯ ИАФЕТА И ЕГО ПОТОМКОВ

Здесь ты найдешь сведения о пределах [расселения рода] Иафета и его родословную на своем месте.

Пределы [владений] Иафета, что выделил ему Ной, потребовавший у братьев клятву не обижать друг друга, простираются от Мидии от Гадирона на севере и до реки Дклат 4, которая протекает через Мидию и Вавилонию. Сыны Иафета: Гомер – от него и [пошли каппадокийцы]; Магог – от него и кельты, они же галаты; Мадай – от него мидийцы; Иаван 5 – от него эллины и ионийцы; Фувал – от него и фессалийцы; Мешех – от него и иллирийцы; Фирас – от него и фракийцы; Хеттаим – от него и македоняне.

Сыны Гомера 6: Асканаз – от него сарматы; и Рифат 7 – от него савроматы; Торгом – от него армяне.

Сыны Иавана: Елиса – от него сицилийцы и афиняне; Фарсис – от него иверы и тюренийцы; а также Китрис, от которого пошли римляне, латиняне и родийцы. Всего пятнадцать народов.

От них, от киттийцев – сыновей Иафета, отделились и ушли на языческие острова киприоты, живущие же в северных странах – соплеменники киттийцев, от них и происходят алуанцы 8. А племена, живущие в Елласе, происходят от тех, кто переселился туда впоследствии, а именно: саитов 9, что живут в Афинах – в прекрасном [городе] греков. [24]

От фиванцев же отделились и переселились сидоняне – те, что происходят от Кадмоса, сына Агенора. А карфагеняне – выходцы из Тира.

После смешения языков от Иафета произошло пятнадцать народов, [населявших территорию] от Мидии до Запада 10, т. е. страны, которые простираются до океана и обращены к северу. Вот земли их: Атрпатакан, Алуанк, Амазония, Армения Великая и (Армения) Малая, Каппадокия, Галатия, Колхис, Индия, Боспория, Миотис, Дерис, Сарматия, Торинис, Савроматес 11, Скифия, Фракия, Македония, Далматия, Мелис, Фесалия, Локрис, Беотия, Эталия, Аттика, Ахаия, Пеленис, Акарнес, Гупиристим, Иллирия, Лихнидис, Адриаке, по имени которой и море называется Адриатическим, Галлия, Галлия Испанская, Иберия, Испания Великая 12, и так до Британских островов. Здесь кончаются пределы [потомков] Иафета, и все они обращены на север.

ГЛАВА III

О ТОМ, КАКИЕ НАРОДЫ ИМЕЮТ ПИСЬМЕННОСТЬ

Имеющие письменность народы суть: евреи, латиняне, [письменностью] которых пользуются и ромеи, испанцы, греки, мидийцы, армяне, алуанцы. [Все они живут] к северу от Мидии, и так до пределов Гадирона, т. е. от реки Паргамидос до Мастосиса, т. е. до востока 13.

Острова же – Сицилия, Эвбея, Родос, Хиос 14, Лесбос, Кифера, Закинтос, Кефалония, Итака, Коркюрия и Келадем, а также часть Азии, названная Ионией, и река Дклат, протекающая между Мидией и Вавилонией. Вот пределы [земель] Иафета.

Сим получил восточную часть земли, Хам – юг, а Иафет – запад и север, где расположены Алуанк и Каспийское море. Эти народы расселены от восточных пределов земли до Трапезунда на западе.

Царей от Иафета до Тиграна 15 было сорок четыре. Царей же персидских земель за четыреста пятьдесят лет, от Аршака до Артавана 16, было четырнадцать. Артавана этого убил Арташир Сасанид из Стаhра 17, положив тем самым конец царству парфян, овладевших Персией и Ассирией за двести пятьдесят два года до рождества Христова, Животворителя нашего, или спустя двести семьдесят лет после возвращения евреев из Вавилонского плена. Из [рода] этих парфян в Армении царствовало двадцать шесть царей – от Валаршака до Арташира, сына Врамшапуhа 18. Царствовали они шестьсот двадцать лет. Тут прекратилось царствование [династии] Аршакидов и патриаршество рода святого Григора 19. А если хочешь знать о [роде] Багратуни, [то знай]: царь армянский Паруйр, сын Скайорди, прозванный hРачеа 20, попросил царя вавилонского [уступить ему] одного из пленных евреев по имени Шамбат, которого он привел с собой и поселил в Армении, оказав большие почести. От него и происходит род Багратуни, [который стал возвышаться], когда великий род Иафетидов стал угасать. [25]

ГЛАВА IV

ОБРАЗОВАНИЕ ВАЛАРШАКОМ КНЯЖЕСТВА АЛУАНК

Здесь начинается [история] княжества страны Алуанк. От начала сотворения человеческого рода до царя армянского Валаршака о проживающих близ высоких гор Кавказа мы не можем ничего достоверного рассказать слушателям. При установлении порядка у жителей северных он созвал [представителей] пришлых диких племен, живущих в северной равнине и у подножия Кавказских гор, в долинах и ущельях к югу, до того места, где начинается равнина 21, и приказал им прекратить разбой и вероломство, платить покорно царские подати. Затем [царь] назначил им вождей 22 и правителей, во главе которых по приказу Валаршака был поставлен некто из рода Сисака, одного из потомков Иафета, по имени Аран, который унаследовал долины и горы страны Алуанк 23, от реки Ерасх до крепости hЫнаракерт [***]. Из-за его [Арана] мягкого нрава страна эта была названа Алуанк, ибо из-за мягкого нрава звали его Алу 24. Многие храбрые и знатные из потомков этого Арана, говорят, были назначены Валаршаком Партевом наместниками и тысячниками. От его [Арана] сына, произошли племена [***] Утийского, Гардманского, Цавдейского, Гаргарского княжеств. До сих пор указание о родословной.

ГЛАВА V

СВЕДЕНИЯ О ПЛОДОРОДИИ И ИЗОБИЛИИ СТРАНЫ АЛУАНК, ЧТО ИМЕЕТ ОНА [ПОЛЕЗНОГО] ДЛЯ НУЖД ЧЕЛОВЕКА

Благолепна и желанна страна Алуанк с высочайшими гребнями Кавказских гор, [полная] всяких благ. Великая река Кура плавно и величаво несет [свои воды], принося с собой рыб, больших и малых и, извиваясь, впадает в Каспийское море. По берегам ее [простираются] поля, где много хлеба и вина, нефти и соли, шелка, хлопка и где [растет] несметное [число] оливковых деревьев. В горах добывается золото, серебро, медь и желтый ладан. Из зверей водятся львы, барсы, пантеры, онагры, а из пернатых – множество орлов, ястребов и им подобных.

Столица [страны] – великий [город] Партав.

ГЛАВА VI

СВЕДЕНИЯ О ЯВЛЕНИИ БОГА НАШЕГО НАМ, [НАРОДУ] ВОСТОКА

Повествований [более] достоверных 25, чем сведения о возведении Арана в правители дома Алуанк до храброго Вачагана, который овладел всем краем Алуанк, мы не нашли.

Но когда наступило время явления Солнца справедливости, когда посетила нас, ради спасения нашего неисповедимая сущность – Свет славы и сущности Отца, чтобы распорядиться всеми нами, и воссела [на трон] славы сущности, от которой и не отделялась, то отправила учеников своих святых и желанных проповедовать по всей вселенной. [26] Нам, жителям Востока, достался святой апостол Фаддей, который, прибыв в Армению, в гавар 26 Артаз 27, принял там мученическую смерть от [руки] Санатрука, царя армянского.

Ученик же его, святой Елиша, возвратился в Иерусалим и рассказал соапостолам о вожделенном мученичестве его. Там, по внушению Святого Духа, Елиша был рукоположен [в епископы] святым Иаковом – братом Господним, первым патриархом Иерусалима. Затем, взяв себе в удел Восток, он из Иерусалима направился в Персию и, минуя Армению, пришел к мазкутам и стал проповедовать в [стране] Чола 28 [***]. И в разных местах учил он многих, возвещая о спасении. Оттуда с тремя учениками он прибыл в гавар Ути, в город Саhарн [***], однако родственники их, некие безбожники, погнались за ними. Один из учеников его [попал к ним в руки] и принял от них мученическую смерть. А двое других оставили блаженного Елиша и пошли за надменными мужами–убийцами. Святой же епископ, прибыв в Гис, построил там церковь и отслужил обедню. На этом месте была основана наша, Восточного края, церковь. И стало [то место] духовной столицей и местом просвещения жителей Востока 29. Уходя оттуда [Елиша] проходил через небольшую долину Зергуни, где находилась жертвенница идолопоклонников, и там он принял венец мученика. И неизвестно, кем было совершено это злодеяние. В общую яму для приговоренных к смертной казни были брошены и благородные останки его и засыпаны на долгое время, в местечке, называемом hОмэнк [***].

ГЛАВА VII

ОБРЕТЕНИЕ МОЩЕЙ ПРОСВЕТИТЕЛЯ ВОСТОКА СВЯТОГО ЕЛИША

Но не надлежит истине быть сокрытой, а свету – запертым. Спустя долгое время явился он неким мужам набожным во сне, и те толпой пришли к той яме и увидели там груду костей. Постояв в недоумении, они все же достали кости, собрали их в кучу и всю ночь провели в молитвах. К утру произошло столь сильное землетрясение, что все, кто был там, повалились наземь. Из пустыни подул сильный ветер и кости нечистых рассеял по полю. А на месте том остались лишь мощи апостольские. Тут некий Степаннос, священник из села Урекан, муж с великой верой в Бога, похитил из них только череп и поспешно вскочив на коня, ускакал прочь. Толпа пустилась за ним, но между ними возник густой туман, разразилась молния. Испугавшись, они вернулись на свою стоянку. Обнаруженные через видение мощи святого Елиша они перенесли и захоронили в аване 30 Урекан, на том самом месте, где рукою святого священника Степанноса был погребен череп. Впоследствии мощи оттуда были перенесены в святую обитель Нерс-Миhра, ныне называемую Джрвштиком – во славу Господа Бога Вседержителя 31.

А еще спустя долгое время, царь Алуанка, благочестивый Вачаган, установил столп над ямой мученичества Елиша, и постельник царский уединился на вершине того столпа 32. [27]

ГЛАВА VIII

ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОГО ПОВЕСТВОВАНИЯ О ВРЕМЕНИ ОТ АРАНА ДО УРНАЙРА, ЦАРЯ АЛУАНКА И АРМЯНСКОГО ЦАРЯ ТРДАТА МЫ НЕ НАШЛИ, НО МИМОХОДОМ НАПИСАЛИ О ТОМ, О ЧЕМ СЛЕДУЕТ ЗНАТЬ

Было бы весьма желательно найти [сведения], повествующие по порядку обо всем том, что я рассказываю [начиная] от воцарения Арана до настоящих событий, но [наличие] множества различных племен на Востоке и сожжение книг и заветов говорит о том, как это [трудно] сделать. Но тут нам на помощь приходит кертолаhайр 33 Мовсэс, [рассказывающий] о войнах Артавазда с римлянами. Ибо когда [Артавазд] собрал многотысячное войско в Атрпатакане 34, то призвал также могучие племена с Кавказских гор, а также войска Алуанка и Иверии, двинулся в Месопотамию и с их помощью прогнал войска римлян.

Когда же Арташэс 35 напал на Еруанда, последний находился в пределах Алуанка, в гаваре Ути. Оставив там свои войска, [Арташэс] отправился в свой город. Прибыв туда, он присоединил к себе войска алуанские, вышел на берег Геламского озера, где вместе с ними прогнал Еруанда и завладел Арменией.

В это самое время аланы 36, вступив в союз со всеми горскими [племенами], отчасти и с иверцами, собрав огромное полчище, вторглись в [пределы] Армении. Арташэс, также собрав свои войска, [выступил] против них и разбил лагерь на берегу реки Куры. В жаркой битве царевич аланский попал в плен к Арташэсу, который за него взял себе в жены царевну Сатеник и вернулся [вновь] восстановив мир. Вскоре умер отец Сатеник и некто воцарился насильно, а брата ее изгнал [из страны]. Тогда наставник Арташэса Смбат, прибыв [туда] с большим войском, прогнал насильника, брата Сатеник возвел на отцовский престол, сам же вернулся в Армению с большой добычей и множеством пленных. Пленных родом из гавара Артаз, [он] поселил в гаваре Шаваршан. Род Аравелеан 37 – сородичи Сатеник, возведенные в нахарарское 38 достоинство. Род этот, во времена Хосрова Великого 39, отца Трдата 40, породнился с неким храбрым мужем, пришедшим из страны Баслов.

ГЛАВА IX

УВЕРОВАНИЕ УРНАЙРА [В ХРИСТА] И КРЕЩЕНИЕ ЕГО СВЯТЫМ ГРИГОРОМ. А ТАКЖЕ ОБРАЩЕНИЕ ВСЕХ АЛУАНЦЕВ [В ХРИСТИАНСТВО] ЦАРЕМ УРНАЙРОМ

Блаженный Елиша, начав свое апостольское возделывание с окраин страны, просветил лишь северо-восточную часть края, но не весь. Сам же, как мог, успешно завершив борьбу за свой народ, принял мученическую смерть. Но в то самое время, когда Господь посетил род человеческий и сделал Запад цветущим [через] великого императора Константина, он озарил также и Великую Армению [через] блаженного Трдата. [Он] обратил в веру и Восток, где лишь отчасти были осведомлены о рождении истинного Солнца спасения. Они [жители Востока] второй раз и совершеннее, [чем прежде], были озарены через Урнайра. И эти чудеса были сотворены Богом в одно и то же время. [28]

Урнайр, царь Алуанка, муж доблестный, был зятем персидского царя Шапуhа. Он в великих сражениях снискал себе славное имя, воздвиг в Армении Крест победы. Он обрел вторичное рождение от просветителя армян святого Григора и, вернувшись [к себе], озаренный сиянием Святого Духа, стал еще больше просвещать алуанцев и до конца своей земной жизни оставался сыном вечного света. После его [Урнайра] смерти из Алуанка попросили себе в католикосы 41 отрока Григориса, поскольку царь наш Урнайр просил у святого Григора, чтобы [впредь] его святым рукоположением был назначен епископ над его страной. И по сей день, следуя установившемуся порядку, они, Армения и Алуанк, пребывают в единодушном братстве и нерушимом союзе 42.

ГЛАВА X

О ВАЧЭ, ЦАРЕ АЛУАНКА, О ТОМ, КАК ОН ОТРЕКСЯ ОТ ЗАБЛУЖДЕНИЯ ЯЗЫЧЕСТВА И УВЕРОВАЛ В ЖИВОГО БОГА. КАК ОН ДАЛ СРАЖЕНИЕ ПЕРСАМ, А [ЗАТЕМ] УЕДИНИЛСЯ В ПУСТЫНИ ДЛЯ СВЯТОЙ ЖИЗНИ 43

На девятнадцатом году царствования Иазкерт умер 44. Два его сына поссорились из-за царства и стали воевать между собой. И пока они враждовали, восстал и Вачэ, царь Алуанка, бывший его [Иазкерта] племянником. Он был христианином по отцовской вере, которую утвердил Урнайр, однако впоследствии нечестивый Иазкерт насильно обратил его в веру магов. И вот теперь он счел время удобным, чтобы спасти себя, предпочтя смерть в сражении царствованию ценой отступничества.

Так как междоусобица в арийских войсках затянулась, некий Раhат [***] из рода Миhра, наставник младшего сына Иазкерта, с несметным войском своим двинулся на старшего сына царя. Разбив его войско, он захватил царевича в плеч и тут же умертвил его. Остальных же воинов он уговорил и присоединил к арийским войскам и возвел [на престол] своего питомца, звали которого Перозом. Однако царь Алуанский не захотел повиноваться ему и, разрушив сторожевой проход Чола 45, пропустил мазкутские войска, присоединил к себе также одиннадцать горских царьков и, выступив против арийских войск, причинил большой урон царским войскам. Дважды и трижды писал ему грамоты с просьбой [Пероз], но так и не смог склонить его к повиновению. А [Вачэ, царь страны Алуанк], в письмах и [через] посланцев упрекал его [Пероза] в том, что тот напрасно разорил Армению, напоминая ему также об убиении нахараров и терзании узников, «которых, [как он говорил], вы убиваете, вместо того, чтобы наградить их за любовь и заслуги. Мне же лучше умереть от мук, чем жить отступником».

И когда [персы] убедились, что ни силой, ни любовью им не склонить его к повиновению, они отправили большие сокровища в страну хайландуров 46 и, открыв врата Аланов, пропустили через него многочисленные войска гуннов, (которые) в течение целого года воевали с царем Алуанка. И хотя его войско ослабло и силы его истощились, все же сломить его они не смогли. Напротив, множество сильных ударов нанес царь [Вачэ], и они тоже были изнурены и истощены либо в сражениях, либо от страшных болезней. Война затянулась, большая часть страны была разорена, но никто от него (от Вачэ) не отступился. [29]

Тогда царь Пероз направил [послание] Вачэ: «Сестру мою и племянницу мою, которые находятся с тобой, отпусти ко мне, потому что они от роду были магами, а христианами их сделал ты. Страна же твоя пусть остается тебе».

Но блаженный муж не за царство воевал, а за веру в Бога боролся. И он отпустил мать и жену и совсем оставил управление своей страной. Сам же взял Евангелие и решил уединиться.

Узнав об этом Пероз, царь персидский [очень] огорчился и стал валить все беды на своего отца. Скрепив печатью истинную клятву, он велел отнести ее [Вачэ с просьбой] «ты только не отрекайся [от управления] страной и все, что [ты] пожелаешь – я сделаю».

Он же пожелал взять себе лишь родовой удел, который остался ему от отца – тысячу ердов 47. Получив его от царя [Пероза], он жил там вместе с отшельниками. И так жил он в мире с Богом, и не вспоминал даже, что прежде сам был царем. Вот его житие.

ГЛАВА XI

ПОСЛАНИЕ ЕПИСКОПА ГЮТА 48 СВЯТОМУ ВАЧЭ

Преисполненному небесной милости Божьей желаю здравия!

Небесною силою я исполнен желания рассказать о твоих добродетелях в речах святой любви к тебе, и вот я решил приступить к этому. Но объял душу мою страх великий и неимоверный, более высокий, чем небеса, и более глубокий, чем недра земли. Со всех сторон осадил он меня – снизу и сверху, спереди и сзади, справа и слева. Не могу уйти, но и углубиться страшно: как бы не погрузиться мне, подобно апостолу Петру, в пучину моря. Разве что протянет мне руку помощи Господь Иисус (Матфей, 14, 29-31). Лишь с этой [надеждой], несколько ободренный, вступаю я на непроходимую [стезю]. Ибо есть дело у меня на уме, лишь бы нашлось хоть что-нибудь [в моей] плоти от вдохновенных добродетелей мужей бесстрашных, которые привели в удивление [даже] ангелов и без писаных правил сами послужили себе примером, и без правил познали Господа в небесах, познали, что все сущее подвластно законам, и без предводителя, без какого-либо пророка или ангела небесного стали боговидцами.

И вот, чего я страшился, к тому подхожу движимый любовью, приближаюсь с надеждой, укрепляюсь верой бесстрашной и начинаю [свое повествование], откуда следует его начинать.

Когда любовь Христова поселилась в предке вашем, в Урнайре, божественная ревность, привела его к армянскому царю Трдату. Ведь он слышал о великих чудесах и знамениях, совершаемых святым Григором в Армении, и о том, как из множества троп заблуждения они [армяне] без промедления вступили на стезю единого истинного Бога. Благодаря познанию Бога и Его благоволению они сбросили тягостное ярмо язычества, встрепенулись, воспряли, окрылились, вспорхнули и взлетели к небесам.

Храбрый Урнайр, услышав обо [всем] этом, не стал [более] медлить или откладывать и не через посланцев своих, а сам великий царь со своими вельможами, нахарарами и множеством войск прибыл в Армению и предстал перед исполином Трдатом, царем [армянским]. [30] Тот принял его по-братски, с любовью и радостью, встретил со всеми своими приближенными и раскрыл перед ним все помыслы свои, при святом Григоре и всем множестве армянского войска. Поклонился царь ваш [Урнайр], встал на колени перед ним, обнял ноги его, припал к руке св. Григора, рассказал обо всех заблуждениях языческих и покаялся во всех прежних грехах, совершенных по неведению.

Ободрил его святой Григориос пришествием Сына Божьего во плоти, сошедшего ради отпущения, а не осуждения, ради спасения, а не умерщвления, обещающего жизнь [загробную] погребенным в землю. И услышав об этом, царь ваш сам и все его войско, находившееся при нем, сорок дней предавались посту, отрекаясь от всех прежних деяний, поступков, достойных порицания. И на пятидесятый день после того, как они уверовали в Святую Троицу и отреклись от дьявола и всех его дел, царь со всем своим войском вошел в пресвятую воду. И совершил над ними первосвященник обряд возрождения – осыновления небесами, и вышли [они из воды], все преисполненные Святого Духа. В это самое время некоего мужа блаженного, родом из Рима, прибывшего [в Армению] вместе с царем Трдатом, тут же рукоположили в епископы и отправили [в Алуанк].

Так, преисполненный небесных благ возвратился Урнайр в страну Алуанк, учил и совершал над жителями обряды согласно апостольским канонам. Все приняли помазание небесное и были внесены в книгу жизни. Из страны вашей были изгнаны демоны, прекратились жертвоприношения и смрад, устыдилось заблуждение и воспряла истина, воцарился свет невидимый, и мрак добровольный [был] изгнан, было установлено [нести] в дар церкви, первые плоды – десятину 49 с токов и давилен, с полей и из погребов 50 и от всяких домашних животных. Даже от земель выделил десятины [церкви], и установился правильный порядок при предках ваших блаженных, дедах и бабках и при отце твоем, до времен твоего дивного правления.

Старый дракон времен первого человека увидел чудесное возрождение природы твоей, первое – из отечественной веры и второе – из надменной власти.

Большое сомнение вкралось в душу злобного врага: как бы не возродилась и не распространилась истина в стране Алуанк теми же [людьми], через которых жизнь вошла в Восточную страну, он торопился, тревожился, недоумевал больше, чем в дни праведного Иова. Собрал он свои темные силы и открыл им злой умысел, который терзал его. Все устрашились, содрогнулись и, объединившись, стали искать выход. «Не следует, – говорят ему, – тревожиться так, о, доблестный! Наше заблуждение [существовало] раньше, чем истина его. [С помощью] слабого зверя ты победил первого человека, неужто [теперь ты] не сможешь противостоять этим младенцам с помощью великого царя?». Сказав это, они двинули на тебя бескрайнее море: подули ураганные ветры и началась буря, взволновалось море и вздыбились волны. Рассвирепело оно и вышло из берегов, разлилось и осквернило поля и горы. Напало на тебя огромное множество народов языческих со страшными зверями и разными знаменами, с разнозвучными трубами, гулом охотничьих рожков, лесом копий, блистающими мечами, щитами с золотыми пупками, крепкими и толстыми пиками. [Люди] земнородные угрожали вам – людям духовным, подлежащие тлению желали погибели вам – нетленным, нечестивые желали под корень срубить божественный росток – тебя. Дважды, трижды они были побеждены, но не устыдились.

А Тот, который восседает на небесах и видит весь мир, и, взирая [31] [на него], взвешивает дела тех, кто придерживается добрых законов, и [тех], кто попирает их, лишь тебя нашел благопристойным примером и позволил окружить тебя пылающим пламенем печи. Вспыхнули [враги твои], воспламенились и сгорели, как тернии в огне. Ты же уподобился трем отрокам в огненной печи 51 и погасил силу огня, жар искр превратил в нежность розы, копоть дыма обратил в белизну лилии, сжигающую природу огня – в творящую силу, с небес на землю призвал себе на помощь третье лицо – Бога. Мудрецы их оглупели, храбрецы оробели, угрозы прекратились, герои попрятались, силы иссякли.

Блажен ты и блаженны все, кто подле тебя. Был ты числом мал и стал несметным множеством, мал был видимым и стал несметным невидимым. Твое копье – копье Иисуса Навина (Иисус Навин, 8, 18), оружие твое – оружие воителя Божьего. Звук трубы твоей, как звук [трубы] архангела Божьего, который с ним вместе снизойдет с небес в день воскресения. Голос этот поколеблет землю и свалит камни, разрушит могилы и воскресит мертвых, обновит дряхлых и свершит суд, направляя одних влево, других – вправо. Это лишь Богу одному пристойно. Тебе же, как преданному слуге, как любимцу, как наследнику царства [небесного], Бог [заранее] даровал небесную милость, как в день воскресения. Тот, кто гордился злодеяниями, встревожился, дерзкий в заблуждениях одурел. У твоих соратников все двойного свойства, если латы их для защиты тела, то это латы и для защиты веры; если шлем для защиты от меча, то он и шлем спасения; если щит твой для защиты плеч широких, значит, есть у тебя и щит терпения веры. Когда из крепких [рук] твоих стрела летела метко, то с ней же немедля [взлетали] и твои святые молитвы с просьбами выше небес, к Богу; когда в добродетельной длани твоей сверкал меч, то вместе с ним сверкала среди ангелов и твоя светлая вера. Знамена твои – знамена небесные, а блеск наконечника пики твоей – как серебристый луч солнца.

Вот почему я был объят страхом в начале своего повествования, ибо не знал сумею ли я рассказать о том, что выше слов?

Слова могут лишь отразить мир, [состоящий] из четырех элементов, и то не всем это под силу, а тем, кто смело вошел в дебри наук – искусства исчисления, геометрии, астрономии, медицины, а затем дошел до самых высот пророческих, апостольских и евангельских [книг], в которых само начало и исход. И хотя были у меня все знания, объясняющие вещественность, ты, некогда бывший из плоти, теперь уподобился бестелесным. Сравню ли я тебя с Венерой – ты гораздо ярче сверкаешь, чем она. Она [лишь] шесть месяцев светит на [утренней] заре, [другие же] шесть месяцев она является вечерами. Ты же светишь ежедневно и ярче, чем Венера. Венера появляется на утренней заре лишь, ты же светишься и днем, и ночью, все двадцать четыре часа. А если с Луной сравню я тебя, то [это] слишком смешным покажется мудрецам. Двенадцать раз в году она рождается недозрелой, изъедена ржавчиной, серповидна, полукругла, влажна, бледна, болезненна, движется ночью, подобно летучей мыши, любит тьму и ненавидит свет, недовершает свой путь, страдает от огня и часто скрывается [от нас]. Ты же преширокий, высокий, лучезарный, приносящий благую весть, ангелоподобный, радующий, бодрящий, светлый, красивее всех своих сверстников – друзей. Ни с чем не сравнить тебя. Скажу только, что ты превосходишь солнце. [Не хочу] обижать его или тебя хвалить, но расскажу тебе о природе его: сбивающееся с пути, блуждающее, пристрастное, бросающее тень, [32] проживающее на юге, терзающее [людей] зимой и палящее летом, дождливое весной, засушливое осенью 52, скрывающееся ночью, рождающееся утром, опаляющее цветы, иссушающее ростки, в полдень сгоняющее животных в тень, делящее сутки на две половины. Справедливо греки назвали его Аполлоном. А если припомнишь тусклые лучи его, то знай, что оно скрывается ночью, заходит за облака, мрачнеет от пыли, волнуется от вихрей. Ты же уподобился Солнцу: через Отца стал могущественным, через Сына – бесстрашным и через Духа Святого – озаренным. Ты видим ночью, и днем исходят лучи твоей веры.

Обращусь к тебе со словами образными. Во всех отношениях ты совершенство 53! Ты зорче орла, слух твой острее, чем у самого пугливого зверя. Ты увидел не только небеса, но и великого в небесах, малыми же пренебрег. Оставил преходящее и обрел вечное, отверг золотую корону царскую, и вот для тебя оставлен венец нерукотворный, который примешь ты из святейших рук Христа. И всякий, кто ради Евангелия оставит отца, или мать, или братьев, или сестер, или все достояние свое, получит во сто крат [больше] и наследует жизнь вечную, непреходящую (Матфей, 19, 29). Нищему нетрудно так поступить, но мужу такому, как ты, царю – невозможно. А если же кто и поступит так, как это сделал ты, то людям это покажется невероятным, ангелам – удивительным, достойным Бога, оставившего несметный сонм ангелов, сошедшего в бренном человеческом облике. Дела твои достойны Бога. Он [Христос] стал жизнью и спасением для всего мира, а ты открыл всему миру дверь жизни и спасения. Сохранилась вера отцов твоих в родной стране – церкви целы, часовни мучеников безмятежны, священники [заняты] богослужением, жертвы на алтарях, пророки в чтениях, апостолы [в готовности] утешать, псалмопевцы в благословении, девицы в целомудрии, крещенные в святости и всякий [занят своим делом] согласно сану своему. Молва о благих делах твоих дошла от востока до Гадирона, от юга до севера.

Страдальческое имя твое записано на золотой плите рядом [с именами] всех апостолов и первомучеников, патриархов и архиепископов, а также в книге жизни на небесах. Так будь же осторожен, о, великолепный, удостоенный величия такого и достигший небесных высот. Будь непоколебим в своей надежде, да не иссякнет любовь твоя. Будь терпелив в истинной вере, дабы дохлый дракон не мог потрясать своим хвостом над жизнью твоей. Ибо, если будучи отроком ты победил его, то возмужав, я уверен, ты растопчешь все его злые ухищрения. Если бы пришлось всю мою любовь к тебе выразить словами, то пришлось бы израсходовать много пергаменту. Много раз бывало из любви моей я хотел прийти [к тебе], и теперь ходатайством нашим и всей братии святой церкви, поручаем тебя Святому Духу. Господь с тобой, аминь.

[Второе послание Гюта тому же царю] 54.

Тебе, страдальцу Христову, разделяющему его страсти на кресте, облаченному ангелами в ризы славы, пречистому чаду моему Вачэ, царю Алуанка, епископ Гют [желает] радости в Господе Боге.

Из-за постыдной лености [своей] я не смею говорить слова утешения тебе – победителю в невидимой войне. Ты ведь не от людей получал ободрение, но призвал на помощь грозную силу Христову и, намного превзойдя весь мир, оказался превыше всех остальных.

И вот теперь, увещевая тебя к терпению, молю также, чтобы [33] приветствие мое показалось тебе приятным и сладостным. Довольный твоим превосходством, о, воин Христов, [сознаю], что не готов я в своем невежестве, не смогу со своими [скудными] знаниями собрать необходимое и соткать одеяние похвалы тебе, благородному. Если бы даже все ораторы и философы Греции собрались вместе, то и они не смогли бы воздать должной хвалы твоей духовной победе. Ибо ты познал Господа Бога, любя его всем сердцем твоим и всею душою твоею, и всеми силами твоими (Второзаконие, 6, 5). Все достояние и величие свое ты променял на одного Бога – Бога всех. А будучи в мире с ним ты насладился не только одной землею, но и всем величием небес. Отказавшись от смердящих жертвоприношений идолопоклонников-язычников, ты стал благоуханием во Христе, которое распространилось до Запада, ширясь и торжествуя обрадовало души всех. Оставив величие земное, служившее причиной грехов, ты унаследовал справедливость вместе с величием Небесным. Отказавшись совершенно от земных наслаждений, ты приблизился ко Христу – [достиг] мирной гавани. И собрав воедино слова мои, скажу я, что был ты человеком и стал ангелом, имел родственников на земле и сделался братом Христа на небесах, был ты смертным, а стал бессмертным. Однако не один ты бессмертен, но можешь дать жизнь и многим смертным, ибо ты имеешь смелость перед Христом. Ты желанен ангелам, вожделен людьми, но еще желаннее мне, удаленному [от тебя], ибо я не [был] твоим соратником в невидимой войне со злейшим дьяволом.

Теперь, не говорю уже, чтобы ты не обижался про себя, не поминал о моей лени, но молю тебя озарить мою печаль своим приветственным письмом. Ты, что стал страдальцем Христовым, уподобься ему во всем. Если он просил отпустить грехи распятых [вместе с ним разбойников], тебе тем более пристало простить мою леность. Ибо Тот, кто создал тебя крепким душой и здоровым телом, и счел достойным своего усыновления, Тот даст нам видеть тебя в мире здоровым телом и душой, и наслаждаться твоей благодатной и добродетельной жизнью. Будь здоровым во Христе, и да пребудешь ты долгие годы [в молитвах] за нас и преисполненный христовой любви. Аминь!

ГЛАВА XII

ВОЙНА ТРДАТА С ЦАРЕМ БАСЛОВ В СТРАНЕ АЛУАНК. ВОЦАРЕНИЕ САНАТРУКА В АЛУАНКЕ И [ЕГО] СОПРОТИВЛЕНИЕ АРМЯНАМ, ПРИБЫТИЕ ХОСРОВА С ВОЙСКАМИ НА ПОМОЩЬ, ЗАВОЕВАНИЕ АЛУАНКА И ВЗИМАНИЕ ПОДАТЕЙ

Трдат великий, царь армянский, собрав войско, сошел на поле гаргарийцев и жестокой битвой встретил северян. Царь баслов вышел на единоборство с ним, набросил аркан 55 на храброго Трдата, но не сумел одолеть его, и сам был разрублен им пополам. Трдат, истребляя, гнал их до [страны] гуннов. Пали многие и из армянского войска, пал также спарапет армян Артавазд Мандакуни 56. Трдат, взяв там заложников и присоединив к себе северные народы, двинулся на персидского царя Шапуhа.

А после смерти Трдата некий Санатрук воцарился в Алуанке в [34] городе Пайтакаране и восстал против армян. Хосров, сын Трдата, призвал Антиоха с греческими войсками, Багарата с войском Запада и Миhрана, бдешха Иверии. Объединившись со всеми с ними, он двинулся на Алуанк. Санатрук 57, оставив в городе Пайтакаране 58 многочисленное войско, с остальными алуанскими войсками поспешно перешел к персидскому царю Шапуhу. Антиох, взяв большую добычу и подати царские, возвратился к императору. Улучив время, Санатрук, по повелению Шапуhа, собрал алуанское войско числом около тридцати тысяч воинов и вторгся в Армению. Один из полководцев его, копьеносец, великан безобразный 59, одетый в войлок, смело дрался в битве на скалистой местности близ Ошакана. Когда ему наносили удары оружием, оно не поражало [его], а отскакивало. Тогда храбрый Ваhан Аматуни, взглянув на церковь, воскликнул: «Приди на помощь!» и, направив копье в круп лошади его, повалил наземь страшного великана.

ГЛАВА XIII

[О ТОМ, КАК] ШАПУh ВОЗВОДИТ В ЦАРИ ТИРАНА, КАК ОН ИЗБАВЛЯЕТ [ЕГО] ОТ СЕВЕРНЫХ НАРОДОВ, А ЗАТЕМ ОСЛЕПЛЯЕТ. О НАБЕГАХ СЕВЕРНЫХ НАРОДОВ. СМЕРТЬ АРШАКА И ВОЦАРЕНИЕ ПАПА, ГИБЕЛЬ МЕhРУЖАНА И РАНЕНИЕ УРНАЙРА В ТОЙ БИТВЕ

Воцарившись в Армении, Тиран установил мир с персами, и Шапуh помог ему избавиться от набегов северных народов, которые, живя в Алуанке в течение четырех лет, тревожили армян. Затем из-за нрава своего злой Тиран был ослеплен Шапуhом, и царем стал Аршак, сын [Тирана].

В то время северные народы тревожили Шапуhа 60, и тот прибыл в Вифинию. Однако, пробыв там много месяцев, не сумел ничего поделать с ними. Тогда на берегу озера он воздвиг столп, а на нем [поставил] льва, у лап которого лежала книга 61. Лев обозначал Персию, а книга – римлян.

Умер Аршак 62, и воцарился Пап 63. Восстал Меhружан Арцруни, уготовив себе гибель Ахитофеля (2 Царств 17, 1-23). Произошла страшная битва между Папом и Меhружаном, во время которой храбрый Шергир, царь леков, пал от руки Спандарата Камсаракана. Там был тяжело ранен также и Урнайр, царь Алуанка, рукою Мушела Мамиконеана 64, сына Васака. Молитвами святого Нерсэса сдох и Меhружан от руки Смбата-спарапета, который увенчал его раскаленным железом. [35]

ГЛАВА XIV

КРАТКИЕ СВЕДЕНИЯ О ГРИГОРИСЕ – ПРОСВЕТИТЕЛЕ АРМЕНИИ И О БЛАЖЕННЫХ СЫНОВЬЯХ ЕГО, А ТАКЖЕ О РУКОПОЛОЖЕНИИ В КАТОЛИКОСЫ АЛУАНКА И ИВЕРИИ СВЯТОГО ГРИГОРИСА, СЫНА ВРТАНЭСА, ВНУКА СВЯТОГО ВЕЛИКОГО ГРИГОРА, О ПРИБЫТИИ ЕГО В АЛУАНК ДЛЯ ПРОСВЕЩЕНИЯ СТРАНЫ. О МУЧЕНИЧЕСТВЕ ЕГО И ВОЗВРАЩЕНИИ ЕГО МОЩЕЙ

Один из учеников Господа, Фаддей, которому, как мы уже упоминали выше, досталась в удел часть Армении, просвещал некоторые стороны Восточного края, пока не прибыл туда достославный поборник [веры] и трижды блаженный Григориос. После смерти армянского царя Хосрова, коварно убитого отцом Григора, Анаком Парфянином, утонувшим при бегстве в водах реки Ерасх, некоторые из наставников [Хосрова] спасли блаженного Григориса [и увезли] в страну греков. И случилось это провидением Бога великого, по примеру первопророка Моисея, который в корзинке из тростника спасся в водах [реки] от рук нечестивого фараона (Исход, 2, 1-10), чтобы [впоследствии] спасти народ Божий от тяжкого рабства египетского. Подобно ему всесвятой Григор, спасшийся от меча армянских нахараров, был сохранен [Богом] в стране греков для спасения Армении и всего Восточного края, как избранная стрела, прибереженная в колчане, пронзенный которой враг невидимый был [впоследствии] истреблен. Он был избран [Богом еще] в чреве матери 65, [еще] в утробе освящен победителем-мучеником и апостолом благолепным, данный стране Торгома и сынам Асканаза как первосвященник.

И вот, благоденственный Григориос, выросший и воспитанный в христианской вере, предстал перед армянским царем Трдатом с апостольской и вдохновенной смелостью, дабы служить ему смиренно и с любовью, следуя словам Павла: кроткой храбростью служить господам вашим по плоти как и Господу Сил не с видимою только услужливостью и повиновением (Послание к Колос, 3, 22; Послание к Ефес, 6, 5-6). Там и родились у него два сына – Аристакэс и Вртанэс. Но царь, исступленный в скверном поклонении разнообразным идолам, с помощью злого дракона взялся за всесильного мученика Христова, желая принудить его к гнусному служению своим богам в пропасти гибельной. Подвергая святого множеству всевозможных пыток, он не мог добиться ничего из-за непоколебимой веры блаженного, который, борясь храбрее с каждым днем, получил в награду победу как над невидимыми, так и над видимыми врагами. И когда [царь] не сумел найти никакого средства, чтобы заставить добродетельного отречься от истинной веры во Христе, по внушению злого духа злые слуги [царя] увели и бросили св. Григориса в глубокую яму [хор вирап] в городе Арташате, где он тринадцать лет жил в кишащем змеями месте 66, до тех пор, пока и другие девицы – блаженные hРипсимэ и Гайанэ 67, с тридцатью пятью подругами своими, не были замучены тем же армянским царем. И тела блаженных были брошены под открытым небом, без погребения.

Тогда всесильный Бог посетил блаженного Григориса и блаженных мучениц, святых [подруг] hРипсимэ и кару жестокую наслал на страну Армению. Но это [был] признак великой милости, а не наказание [подобно тому], как [отец] наставляет любимого сына, а [36] пасынка отчужденного презирает. Те же дьяволы, которым они поклонялись, [принося] дары и жертвоприношения, нападали на них, как на врагов и, доводя их до исступления, заставляли пожирать свои тела. А еще царя их [Бог] обратил в свинью, и тот убежал в тростниковые заросли. Тогда страх великий и ужас объяли всех так, что они ждали конца света. И покуда все, от мала до велика, были объяты страхом и содроганием, женщине одной, по имени Хосровидухт, сестре Трдата, царя армянского, во сне явился ангел милости Божьей. «Нет спасения вам, – сказал [ангел], – от этих ударов, разве лишь [спасетесь] рукою св. Григора. Пойдите, вытащите его из рва глубокого». Проснувшись, она рассказала им свой сон. Тогда все стали укорять ее и заставили замолчать, говоря: «И ты, значит, взбесилась? Возможно ли теперь хотя бы кости его найти?» Но когда тот же сон приснился ей дважды, трижды, тогда, испугавшись опасности [новых] бед, поднялись нечестивые и пошли к яме и, заикаясь, стали повторять слова Божьи: «Выходи, коли жив ты еще». Тот немеделя отозвался: «Жив!»

С великой радостью вытащили его [из ямы] и привезли в Нор калак 68 – в престольный [град] армянского царя. Затем, людей, которые в исступлении пожирали свои тела, дьяволы погнали против их воли перед великим Григором. Из тростниковых зарослей дьяволы вывели также царя и привели пред [очи] святого. Здесь царь, став на колени перед святым Григором, в слезах стал просить всемилостивого Бога о спасении страждующего народа. И тут же молитвами святого, все немедленно были исцелены от телесных страданий, а вместе с тем получили и духовное просвещение.

Не оповещенный никем о блаженных девицах, я говорю о hРипсимэ и ее сомученицах, увенчанных венцом подвижниц, Григор, находясь еще в глубокой яме, пророческим оком своим видел мученическую смерть блаженных подвижниц Христа, и теперь спросил: «Где мощи святых?» А люди удивленно спросили: «О каких святых он говорит?» И когда услышали от него имена мучениц, то, вспомнив [о них], показали благородные и всесвятые мощи. Взял Григор и завернул мощи [святых] в их же разорванные платья, не позволяя никому приблизиться к телам блаженных до тех пор, пока они не выйдут очищенными из купели спасения. Он положил их в покоище на том месте, где были увенчаны святые.

Затем поучал и наставлял всю Армению, осенял животворным крестом и просвещал крещением в купели спасения, сделав их достойными принять благодать Духа неизреченного, причащением животворным тела и крови Божьей. И когда он не захотел принять трон первосвященника, тогда ангел Божий явился великому Григорису и сказал ему: «Ослушаться и упорствовать в кротости [не следует], но еще больше ободриться этим и принять вторично непреходящую почесть, которой удостаивает Бог, [избрав тебя] первосвященником». Приняв затем сан первосвященника [страны], пошел он просвещать страны Иверию и Алуанк. Прибыв в гавар hАбанд (***), он поучал и наставлял не преступать заповеди Сына Божьего. Здесь начал он постройку церкви в Амарасе и назначил работников и мастеров, чтобы закончить ее. Вернувшись в Армению, он освятил и возвел вместо себя на свой трон первосвященника сына своего Вртанэса, преисполненного отцовских достоинств, который, живя согласно [христианскому] учению, наказывал и наставлял всех тех, кого находил в ереси идолопоклонства. Укорял он и супругу царя за ее безобразное распуство. И когда [однажды] в гаваре Тарон он вошел в церковь, чтобы отслужить службу Господню, [37] [там] собралась большая толпа злобных идолопоклонников с целью убить блаженного Вртанэса по наущению царской супруги. Когда же они ворвались в притвор церкви, [гонимые] бесами, по велению Бога благодетельного, они были накрепко связаны и скованы, со свернутыми шеями, так они и оставались безмолвными и [неподвижными] до тех пор, пока блаженный, закончив божественное таинство, не вышел и, [увидев их в оцепенении], был весьма изумлен. Спросил он причину [того], и они признались в злом умысле своем, [рассказав] о желании царицы. Тогда стал он молиться и, касаясь рукою каждого, исцелил их, наставляя не творить больше зла, но раскаянием снискать милость [Божию].

У него было два сына. Одного из них звали Иусик. Был он добродетельного и святого нрава и кончил [жизнь] той же мученической смертью, ибо, достигнув отцовского трона первосвященства, он порицал царя за его грехи и злодеяния. И царь приказал там же в церкви убить его дубинами 69. Второго [сына] звали Григорисом, по имени деда, [нравом] подобного и равного добродетельной жизни [деда] своего. Он не женился по мирскому обычаю, а мечтал [быть достойным] отцовского духовного наследия, и еще с юношеских лет упражнялся в чтении священных книг, усмиряя чувственность постом и молитвами, а душу просвещая любовью к вере. И вскоре принял чрезвычайно высокие оба достоинства деда своего, великого Григора – трон и славу первосвященства и венец великолепной славы мученичества. Ибо юный Григорис, рукоположенный еще в пятнадцать лет в епископы стран Иверии и Алуанка, отправился [туда] и просвещал обе страны, и утвердил их в христианской вере. Построил он церкви в городах 70, рукоположил и священников, увещевая их служить святым, и всегда, первым долгом отправлял он литургию в день поминовения святых. И благой ревностью следовал он примеру апостолов, исполнял повеление Сына Божьего во плоти, обходил всех язычников, крестил их во имя Отца, Сына и Святого Духа, учил их соблюдать заповеди Господни не брать с собою ни золота, ни серебра и меди, ни сумы, ни даже посоха (Матфей, 10, 9-10).

Остерегаясь всего этого, сам блаженный взял с собой прекрасный и весьма благородный запас – частицу пречистой крови великого первосвященника и мученика Захарии – отца Иоанна и мощи святого Пандалиона, исповедовавшего благую веру Христа и удостоившегося венца мученика в городе Никомидии. И увез он [Григорис] всесвятые мощи мучеников в Цри, в большой город княжества Алуанк, построил [там] небольшую церковь и с великими предосторожностями поместил в ней толику крови Захарии и часть мощей святого Пандалиона. И поставив там священника одного по имени Даниел служителем и блюстителем мучеников Христа, взяв с собой учеников благонравных, покорных повелениям Христовым, и оставшуюся часть мощей святого Захарии и блаженного Пандалиона, он отправился в страну мазкутов и предстал перед Санесаном, царем мазкутов, сородичем Аршакидов. И проповедовал он там единую силу Творца – неизреченную Троицу и воплощение Слова Божьего, рассказывая о множестве различных чудес, сотворенных на земле [Христом], о Его распятии, смерти и о воскресении на третий день, о вознесении всем телом на небо, а также о втором пришествии Его, чтобы вершить суд над живыми и мертвыми. С радостью [38] приняли они [эти] проповеди и первыми уверовали в евангельское слово 71.

Но злейший сатана, прокравшись в сердца их, стал подстрекать воспротивиться животворному повелению слова Господа. И те стали клеветать на истинно поучительные слова блаженного, ибо в своих проповедях он выражал волю милостивого Бога не грабить, не похищать и не красть, но трудиться руками своими и наслаждаться по-человечески, быть угодным Богу. И говорили они. «Это лукавство армянского царя, чтобы запретить нам грабить Армению. Чем же мы будем жить, если не будем грабить и похищать?» Затем и царя [своего] они склонили к злобному коварству своему. Тогда, схватив юного Григориса, они привязали его к хвосту свирепого коня и пустили по полю Ватнеан 72. Так был увенчан святой. И ученики его взяли [тело] и привезли в городок Амарас, что в гаваре hАбанд. Там они положили его в церкви близ алтаря, с северной стороны. Затем в один стеклянный сосуд поместили святую кровь Захарии, а в другой – мощи блаженного Пандалиона. Положив оба сосуда вместе с пресвятыми мощами отрока Григориса, сами спаслись бегством [и укрылись] в Армении. Ибо Санесан с огромным и несметным войском гуннов двинулся на Армению. Но божественное благодеяние придало сил нахарарам Армении и они отомстили за кровь святого отрока Григориса. Все огромное войско [нападавших] пало от меча, и не уцелел [из них никто], хотя бы вестник какой, чтобы оповестил страну мазкутов о происшедшем, но все они были истреблены мечом его соплеменников 73.

В то самое время укрепленный город Цри 74 восстал против царя Алуанка и подчинился персидскому царю. Пришли аргесцы 75 и взяли город. Нашли там священника Даниела, служителя святых, рукоположенного св. Григорисом и отрока одного, чилба 76, найденного священником и возрожденного христианским крещением. Этот, слушая [проповеди] о вере Христовой, уверовал в Христа, принял христианское крещение и стал учеником священника, желая вести жизнь, достойную христианства.

Бросив обоих в темницу, [аргесцы] пытками стали принуждать их поклониться пеплу и поганым дэвам. И когда не смогли насилием добиться своего, стали уговаривать отрока чилба, говоря; «Ты же человек из нашей страны, исполни нашу волю, и мы будем почитать тебя под нашей властью». И блаженный ответил: «Лучше мне умереть во имя Христа раньше священника [сего], чем жить под кровом грешников». Оба они немедленно были обезглавлены мечом и приняли венец блаженства и торжество победы прекраснейшего мученичества вслед за своим духовным отцом, отроком Григорисом. Некие сирийские иноки, подобрав их [тела], увезли в село hАку [***]. Там похоронили их в могиле и на том месте построили монастырь. По сей день, говорят, там находятся мощи блаженных.

Случилось это при храбром Вачэ, царе Алуанка. И до царствования Вачагана Третьего Благочестигого, царя Алуанка, сына hАзкерта, брата Вачэ, царя святого, пресвятые мощи блаженных мучеников были сокрыты там. Ибо от храброго Вачагана до Вачэ в Алуанке было девять царей. Десятым по счету царем Алуанка был боголюбивый царь Вачаган Благочестивый. [39]

ГЛАВА XV

ПЕРЕЧЕНЬ ИМЕН ПРАВИТЕЛЕЙ, ВЛАСТВОВАВШИХ В АЛУАНКЕ ОТ ИАФЕТА И АРАНА ДО ВАЧАГАНА ТРЕТЬЕГО

Иафет, Гомер Фирас, Торгом, hАйк [***], Арманеак, Арамаис, Амасиа, Гелам, hАрма [***], Арам (при нем был Авраам), Ара Прекрасный (при нем – Исаак), Анушаван, Парэт, Арбак, Заван, Парнак, Сур (при нем – Иисус Навин), hАвнак [***], Ваштак, hАйкак [***], Амбак, Арнак, Шаварш, Норайр, Встамкар, Горак, hРант [***], Ындзак [***], Гзак, hОро [***], Зармайр, Перч (при нем – Давид), Арбун, Базук, hОй [***], Иусак, Кайпак, Скайорди (этот получил корону от царя Вавилонского), Паруйр, hРачеа, Парнаваз, Пачуйч, Корнак, Павос, другой hАйкак [***], Еруанд Сакавакеац, Тигран 77.

Из их же рода был Аран, назначенный правителем Алуанка. Число царей от Арана до Вачагана Храброго, который был из великого рода Аршакуни, неизвестно. И о том, из какого рода они, достоверного я ничего не могу сказать. Вот по порядку имена тех, кто царствовал над страной Алуанк: Вачаган Храбрый, Вачэ, Урнайр, Иавчаган [***], Мерhаван, Сато, Асай, Есвален, Вачэ, далее Вачаган Благочестивый – царь Алуанка. Многие из них были христолюбивыми и, прожив добродетельной жизнью, почили каждый в свое время. Однако никому из них не было дано обрести сокрытое божественное и духовное сокровище, а только последнему Вачагану Благочестивому царю Алуанка. По повелению Пероза, царя персидского, Вачэ построил великий город Перозапат, именуемый ныне Партавом.

ГЛАВА XVI

ЖИТИЕ И ДЕЯНИЯ ЦАРЯ АЛУАНКА ВАЧАГАНА, УСТРОЙСТВО АЛУАНКА ВАЧАГАНОМ. ОБРЕТЕНИЕ МОЩЕЙ СВЯТЫХ

В продолжение тридцати лет, от Вачэ до Вачагана Благочестивого, страна Алуанк оставалась без царя, потому что злейший и надменный царь персидский Пероз неистовствовал в исступлении, как взбесившийся пес и хотел уничтожить все царства земли, разрушить церкви, упразднить религию христианскую и прочно утвердить исступленное поклонение дэвам во всем своем царстве. И потому его нечестивой рукой немало было пролито невинной крови блаженных и святых страдальцев Христовых. Неисчислимое множество невинных было истреблено мечом злодея. Даже женщины с детьми в слезах и рыданиях были угнаны в полон, в чужие края, на горькое рабство. Он погубил [души] многих нахараров Армении, Иверии и Алуанка, обратя их в веру могов, поклоняющихся дэвам – кого насилием, а кого наделив дарами и великой властью княжеской. Во многих местах построил он капища и усилилось служение скверным богам [перед] огнем. Множество ересей злородного дьявола, умножившись, терзало несчастных людей страны Алуанк. Обвиняя их в намерении восстать, этот прескверный томил их в оковах и тюрьмах, вынуждал их против воли обратиться в религию могов. Вместе с ними и Вачаган против своей воли был вынужден принять религию могов, уступив бурной и страшной злобе царя [персидского], но втайне он постоянно пребывал в молитвах и в постах, исповедуя веру [40] Христа, до тех пор, пока не посетил нас всемилостивейший Бог, дабы [отомстить] за кровь, пролитую святыми мучениками Христовыми, за разрушение святых церквей, за истребление невинных старцев и отроков, за полон женщин и детей, за гибель невинных душ, которые терзались, приняв религию могов.

Жезлом гнева своего он поднял на насильника, на кровожадного царя персидского племена ефталитов 78, которые, напав [на Персию], умертвили и истребили надменных князей персидской страны вместе со сбродом простолюдинов и бесчисленным множеством войск.

Быть может об этом пророчил блаженный Исайя 79 в видении своем о Вавилоне. «Вот идут исполины утолить гнев мой. Радуются идут вместе и враждуют. Господь сил повелел многим народам прийти из отдаленной страны и настиг Господь со своим войском. Рыдайте все скверные, злые дети, ибо день Господа близок, и кара Божья настигла вас. Оттого руки у всех опустятся, муки рождения схватят вас, как рожениц.

Ибо, вот уже день Господа настиг тебя, ужасный человекоубийца, чтобы неисцеляемым гневом лишить тебя потомства на земле и тебя устаревшего во злобе и в убийстве, спустить во ад, чтобы твое гордое высокоумие смирить и уничтожить, рушить на землю [твою] надменность, [о, нечестивый]. Ибо всякий, кто попадается из племени злодеев, будет поражен 80, а собравшиеся вместе – перебиты мечом, и младенцы их будут разбиты пред глазами их; домы их будут разграблены и жены их обесчещены пред глазами их, [так] домы их наполнятся криками и воплем. Племя злодеев, готовьте детей своих к истреблению за беззаконие отца их, чтобы они не восстали, не завладели землею и не наполнили ее войнами. И восстану на них, говорит Господь Сафаоф и истреблю их имя с земли, племя и детей. Все цари народов, все лежат с честью, каждый в своей усыпальнице и сыновья унаследуют царства их. Ты же будешь повержен на горах, как смердящий труп среди множества трупов, зарезанных мечом и низвергнутых во ад, ибо ты осквернил землю мою и беспощадно истребил народ мой. Да не останешься ты во веки!» (Исайя, 13, 3-16; 14, 18-22).

И верно, пророчество это сбылось во второй раз над презлейшим Перозом, царем персидским. Ибо ефталиты, народ богатырский, по велению божественной силы двинулись на царя персидского, чтобы утолить гнев Божий. Прежде всего на его же глазах ударами меча были убиты его сыновья, дети злодея, все князья и наместники страны, с ними и [его] несметное войско, а затем и сам царь – я говорю о презлейшем Перозе – который был разрублен мечом, а [труп его] затерялся среди бесчисленных трупов и не удостоился погребения подобно ослу. А накопленное нечестивым несметное богатство было разграблено и увезено, их жены были обесчещены, [ефталиты] не щадили детей их, не жалели сирот их 81. И подлинно утолили они великий гнев Господен. Возмездие за [все] злодеяния, которые кровожадный Пероз творил 82 над всеми народами, в семидесятикратном размере обрушилось на его же голову. Тогда блаженством наполнилась церковь Божья, ибо, схватив сыновей гневителей злодеев, не о камни бросили, но [предали] лезвию меча врагов, и те ушли из жизни, приняв гнусную смерть. А его самого, скверного [царя] вместе с сыновьями-злодеями 83, пронзив мечом, предали мучительной смерти и согнали со света. [41]

ГЛАВА XVII

ВОЦАРЕНИЕ ВАЛАРШАКА. ОТ НЕГО ВАЧАГАН ПОЛУЧАЕТ ЦАРСТВО АЛУАНКА

После того, как злодей Пероз ушел со света гнусною смертью, вместо него воцарился брат его Валаршак 84.

И при Вачагане сбылись слова Божьи: «Кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесам» (Матфей, 5, 19). Именно так и поступал боголюбивый царь Вачаган. Прежде всего сам он отвратился от грешных деяний и злого пути, творил множество всевозможных добрых дел, а затем и многие страны [отвратил] от поклонения злым дэвам обратил на святой и истинный путь богопочитания и добрым раскаянием поучал [других] добродетелям. Своими увещеваниями и наставлениями он убеждал исповедовать истинного Христа нахараров своей страны, совершенно осквернивших разум и души свои омерзительной верой могов, а тела – распутным развратом. Примерами из Святого Писания поучал, что воистину будет воскресение усопших по велению Сына Божьего Иисуса, и свершится Страшный суд во веки веков неугасимым огнем над отступниками, неверующими и нечестивыми злодеями, и будут удостоены награды вечной и неизреченной славы исповедующие непостижимое Божество, воскресшие за свои благодеяния 85 по воле того же Бога. И тех, кто после благодати купели спасения перешел в огнепоклонство, он склонил к раскаянию. А тех, кто с малых лет следовал по пути гибели, он приказал просвещать в купели спасения и причащать пресвятой плоти и крови животворящего Сына Божьего.

И сам он весьма радовался не столь своему царствованию, сколь присоединению всех нахараров своей страны к братии святой церкви, памятуя о животворной заповеди, о том, что [если] обратит кто уклонившегося от истинного пути и приучит его к добродетельной жизни, тот «спасет душу свою от смерти и покроет множество грехов» (Послание Иакова, 5, 20).

И день за днем, вдохновляясь в боголюбивом служении, он неустанно отправлял службу в память святых. Вслед за этим он повелел жителям Арцаха 86, страны труднодоступной, находящейся под его властью, оставить обряды идолопоклонства и жертвоприношения, и поклонения скверным идолам.

Будучи весьма благомыслящим, благодетельным, миролюбивым [человеком], созидающим, он направил повеления во все стороны своего царства, многие области которого были отторгнуты злодеем Перозом, а многие князья лишены родовых владений, и возвратил каждому его владение.

Тогда нахарары Алуанка, получившие свои владения, объединившись, взяли с собой [в Персию] мужа из царского рода своей страны бесстрашного, мудрого, ученого и благоразумного, ростом высокого и стройного Вачагана, сына Иазкерта, брата царя Алуанка Вачэ, и возвели его на царский престол через Валаршака, царя персидского.

Вернувшись в Алуанк, он стал думать, как бы оставить отвергающую Бога религию могов и открыто исповедовать Христа – Бога истинного.

И тогда провидение великого Бога внушило царю [персидскому], и царь персидский Валаршак повелел, чтобы каждый твердо держался [42] своей веры, по своей собственной воле, и чтобы никого насильно не обращали в мога 87. Услышав об этом, благочестивый и боголюбивый царь Вачаган с великой радостью и ликованием поспешил в церковь Божью, где неустанными молитвами и в слезах восславлял вечную и неизречимую Святую Троицу. И очень просил он епископов и иереев, монахов и всю братию духовную быть сострадальными и молиться с ним вместе, дабы помирить с собой всемилостивого Бога. Сам же предался посту и молитвам, щедро раздавал бедным милостыню, следуя примеру блаженного Петра, который после отречения (Матфей, 26, 74, 75; Марк, 14, 29; Иоанн, 13, 38, 21, 45-48) все же сумел стать во главе апостолов, а также привратником и князем Царства Небесного. И еще другой из учеников Господа [Христа], который вначале усомнился, а затем, признав его Господом и Богом, получил апостольский сан. Также и многие другие, [усомнившиеся] и грешившие вначале, пошли [по пути] добродетели и унаследовали блаженство вечного царства.

Следуя их примеру, благочестивый царь Вачаган очистился [от грехов] добродетелью чистой веры, истинным обращением в веру в истинного Бога. И для многих других он стал целителем, обратившим их к Богу Иисусу Христу, и избавителем от тяжкого рабства дьявола. Ибо тот врач искусен и более сведущ в искусстве врачевания, кто сам перенес тяжелое ранение мечом и вылечился, испытав на себе различные лекарства и травы, которыми он сумеет быстро исцелить и других раненых. Точно так же [человек] согрешивший, который затем всем сердцем приходит к Богу и исцеляет душу свою раскаянием, этим самым животворным лекарством – исповеданием и покаянием, может стать целителем и обновителем души и тела других [грешников], может всецело обратить их в святую и всесмиренную веру христианскую.

[Вачаган] установил строгие наказания и пени тем, кто строил капища или занимался колдовством, или поклонялся каким-нибудь скверным кумирам, кто не хранил в целости и незыблемости порядки христианские. А если колдуны и чародеи, и жрецы после неоднократного наставления все же продолжали те же гнусные дела, то, подвергая ужасным пыткам, избивая прутьями, на привязи, приводили их к царскому двору, и царь их тяжко наказывал. Таким образом, многих из колдунов, чародеев и жрецов он велел калечить или изгонять [из страны], или обращать в рабов, а еще многих поучал и, совершая христианское крещение, обращал на путь познания Бога. Из них он назначил в разные места епископов, священников и настоятелей. В Камбече и Алуанке утвердил он эти строгие порядки, назначая епископов, священников и иереев. Вся церковная братия была возвеличена и почитаема в годы царствования Благочестивого Вачагана. [43]

ГЛАВА XVIII

ОБ УЧРЕЖДЕНИИ ШКОЛ ЦАРЕМ ВАЧАГАНОМ ДЛЯ ЗЛОРОДНЫХ ДЕТЕЙ КОЛДУНОВ, О РАСКРЫТИИ СКВЕРНОЙ СЕКТЫ ПЕРСТОРЕЗОВ И ИХ ИСТРЕБЛЕНИИ

Венчанный волею Божьей Вачаган повелел собирать детей колдунов, чародеев, жрецов, персторезов, отравителей и отдавать их в школы, обучать божественной вере, и жизни христианской, дабы утвердить их в исповедании Троицы, направлять по пути богопочитания их отцовский неверующий род. Многих же отроков он собрал в своем собственном селении Ростак, выделил им на пропитание и назначил над ними учителей, приказав обучить их и сделать знатоками христианских порядков.

И каждый раз, когда царь приезжал в свое селение совершать богослужение в память святых, он заходил и в школу, собирал вокруг себя детей колдунов и жрецов, и те окружали его большой толпой, кто с книгами, кто с пнакитами 88 в руках. Тогда царь приказывал им громко читать хором, а сам слушал и, радуясь, гордился ими больше, чем человек, нашедший огромный клад.

[Затем] он взялся разыскать, обличить и расследовать дела злой секты персторезов и отравителей, ибо это были секты, губящие людей. И когда он вознамерился сделать это, милосердный Бог пожелал открыть злую секту [персторезов] рукою боголюбивого царя стереть с лица земли злую секту [персторезов]. Ибо с давних времен, как слышал Вачаган 89, существовало это злодеяние в Алуанке. Предыдущие цари Алуанка или не могли схватить их, или просто пренебрегали ими. А проклятые и злые персидские марзпаны хоть часто и ловили их, но ослепленные взятками, отпускали их на волю.

Однажды, когда люди этой секты совершали свое злое дело персторезания в лесной пещере на берегу реки Куры, привязав отрока одного к четырем колам за большие пальцы, и живьем сдирали с него кожу, в это самое время мимо них по дороге проходил другой юный отрок и, услышав вопли [несчастного], пробрался тайком в пещеру и стал свидетелем злодеяния человекоубийц. [Заметив его], те бросились за ним в погоню, желая схватить его. Спасаясь от них, юноша бросился в великую реку Куру и, заметив дерево на островке посреди реки, незаметно от злодеев подплыл к нему и залез на него. Людей же этих он запомнил. Спасшись таким образом, он переплыл великую реку и, придя к царю, торопясь, рассказал ему обо всем [увиденном].

Услышав об этом, царь стал молиться и благодарить человеколюбивого Христа, повелел братии церковной поститься и молиться Богу, чтобы раскрылось и было искоренено в его стране злое поклонение дьяволу, ибо дьявол так властвовал над мыслями своих послушников-злодеев, что невозможно было кого-либо из злой секты заставить признаться в том. И царь повелел схватить тех людей, которых видели при умерщвлении и еще многих других, о которых знали по слухам. А потом подвергли их избиению и пыткам, но не смогли заставить злодеев признаться. Тогда по велению царя, повалив преступников наземь и смешав едкий уксус с селитрой, стали вливать его им в ноздри до тех пор, пока зрачки их не стали совсем белыми и глаза не начали вращаться во все стороны. Но даже под этими страшными пытками они не сознавались и, запираясь, твердили: «Нет!»

Но так как Бог содействовал царю, чтобы его рукою, как было [44] сказано выше, злая секта была стерта с лица земли, царь решил мудростью заставить их признаться. Он приказал отвести всех их на место убиения. Там царь велел привести к себе одного из них, самого юного и твердо поклялся ему: «Я велю не убивать тебя, если ты признаешься и точно расскажешь подробности бесопочитания». И отрок, опустив голову, начал раскрывать тайны злого верования и говорит: «Приходит дьявол открыто, в образе человека, и повелевает разделиться на три хора и схватить по три человека из каждого хора. Но не калечить и не убивать их, а живьем содрать с них кожу вместе с большим пальцем правой руки. Затем [велит] снимать кожу с груди до левого мизинца, и снять также мизинец левой руки. Также поступить и с ногами, пока человек жив, и лишь после этого [велит] убивать его, снять [всю] кожу, выделать и положить в корзину.

А когда наступает время злого служения, готовят железный складной стул, с ножками, похожими на человеческие ноги, который многие из нас уже видели. На стул кладут роскошные одеяния. Приходит дьявол, наряжается [в одеяния], и садится на стул. Затем, взяв кожу с пальцами девяти убитых людей, он рассматривает их. И если не могут принести долю его [дьявола], он приказывает содрать кору с дерева, и те, зарезав телка или барана, приносят ему в жертву. Он ест и пьет вместе со злыми служителями своими. В это время там держат наготове оседланную и взнузданную лошадь. И сев на лошадь, он [дьявол] скачет до тех пор, пока [уставшая] лошадь не остановится, и тогда он исчезает. И так из года в год». И юноша показал на мужчин и женщин, [принадлежащих] к злодейской секте. А потом пришли и другие члены этой секты и повторили то же. Тогда царь велел отроку тому, рассказавшему все это: «Дарю тебе жизнь, как уже я клятвенно обещал, но только, как они поступали с другими, так поступи с ними и ты». Получив повеление царя, он, перед многочисленной толпой, поступил с ними согласно их обычаям. И как он рассказал, так и сделал со многими перед многочисленной царской свитой. Остальных же [царь велел] гнать каждого в свое селение и убивать на глазах у родственников. Выловив и многих отравителей, царь велел их тоже убивать, ибо они также принадлежали к секте, [поклонявшейся дьяволу], дьявол заставлял их раз в год отравлять одного человека. И если те не могли отравить кого-либо постороннего, то дьявол так неволил их, что те давали смертоносную отраву кому-нибудь из своих родственников.

Были и другие обряды бесопочитания. Один бес ослеплял, другой поражал проказой тех, кто отказывался служить злу. И если злые дьяволы чародейством своим опутывали и других, то и на них обрушивали эти бедствия – слепоту и проказу. Царь хватал их и, [подвергая] страшным пыткам, истреблял в своей стране. Он искоренил в Алуанке и других вредных суеверов и разбойников, как это делает заботливый и трудолюбивый земледелец, который с нежной любовью обрабатывает свое поле, выкорчевывая терние и плевелы, чтобы засеять на нем добрые семена и размножить их, дабы получить урожай в тридцать, в шестьдесят, во сто крат (Матфей, 13, 23) больший. Тогда милостивый, щедрый и довольный Бог, взглянув на всеобъемлющую благопристойность нрава мужа сего и увидев его старания в исполнении божественной воли, раскрыл ему, где именно сокрыты несметные духовные сокровища – мощи святых мучеников Христа.

(пер. Ш. В. Смбатяна)
Текст воспроизведен по изданию: Мовсес Каланкатуаци. История страны Алуанк. Ереван. Матенадаран. 1984

© текст - Смбатян Ш. В. 1984
© сетевая версия - Тhietmar. 2003
© OCR текст - Атабекян В. 2003, комментарии - Ernan Kortes. 2010
© корректура - Baccy. 2010
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Матенадаран. 1984

Текст взят из библиотеки "Вехи"