Комментарии

1. В 1716 г., во время подготовки экспедиции А. Бековича-Черкасского (см. ниже и примеч. 7) и А. Кожина, был разыскан спутник С. Маленького Андрей Семенов. Все, что мы сейчас знаем об их путешествии, тогда было записано в канцелярии сената с его слов [5; 21, ч. 2, с. 345-349; 49, кн. 3, с. 52-53].

2. Матвей Петрович Гагарин — князь, стольник. В 1693-1695 гг. — воевода в Нерчинске, в 1701-1707 гг. — главный начальник работ по строительству Волго-Донского канала, в 1701-1711 гг. — московский комендант, в 1711-1719 гг. — сибирский губернатор. В 1717 г. было начато следствие, уличившее М. П. Гагарина в казнокрадстве и крупном взяточничестве. Петр I приказал «сказывать о нем в городах Сибирской губернии, что он плут и недобрый человек и в Сибири уже губернатором ему не быть, а будет прислан на его место иной» [32, с. 184]. В январе 1719 г. М. П. Гагарин был отстранен от должности и привезен в Петербург. В 1721 г. сенат приговорил его к лишению всего имущества и к смертной казни. 16 марта 1721 г. в присутствии Петра I и всех своих родственников он был повешен.

3. Написание одних и тех же географических названий в сборнике дается иногда совершенно по-разному. Так, г. Андижан в разных документах (а иногда в одном и том же) именуется и Индижаном, и Индиджаном, и Идизаном, и Дизаном. Дело в том, что в России не всегда было хорошо и твердо известно точное наименование того или иного населенного пункта, области, горы, реки и очень часто транскрибирование какого-либо названия зависело от писарей (каждый из них по-своему, как знал, передавал географические названия). Отсюда и разночтения. Но у нас они не приводятся к единому написанию, потому что подобная унификация в какой-то мере лишила бы документы аромата эпохи, а, кроме того, они — своеобразные памятники восприятия русскими восточной топонимии. Но все эти расхождения отмечены и оговорены в географическом указателе в конце книги. Некоторые названия нам идентифицировать не удалось. См. также примеч. 1 к разд. «Письма, реляции...»

4. Здесь и в тексте документов под понятиями «Бухария» и «Бухара» подразумевается Бухарское ханство.

5. Ямышево озеро считалось пограничным пунктом русских владений, на Иртыше.

6. Посланному в 1719 г. в Сибирь для расследования на месте дела о казнокрадстве М. П. Гагарина гвардии майору И. М. Лихареву было поручено среди прочего «также разыскать о подполковнике Бухгольце, каким образом у него Ямышевскую крепость контайшинцы взяли, также и прочих его худых поступках свидетельствовать» [32, с. 182-209]. О контайшинцах см. примеч. 44 к разд. «Письма, реляции...».

7. Александр Бекович-Черкасский (Черкасский Александр Бекович) — князь, происходил из Малой Кабарды (до крещения в православную веру носил татарское имя Девлет-Гирей-мурза). Время его появления в России точно неизвестно. Есть версия, согласно которой А. Черкасский и два его брата еще детьми были похищены или взяты заложниками (никто не знал даже имени его отца, известно лишь то, что отец был бек — князь; отсюда и вымышленное отчество — Бекович). А. Черкасский воспитывался в доме дядьки Петра I, князя Бориса Алексеевича Голицына, вместе с его сыновьями. В 1707 г. ездил за границу, где среди прочих наук изучал мореплавание. По возвращении поступил на военную службу в Преображенский полк.

8. В начале XVIII в. узбекские ханства занимали территорию в общей сложности около 100 тыс. кв. км с населением до 3 млн. человек. Большинство населения составляли узбеки (как оседлые земледельцы и горожане, так и полукочевники и кочевники) и таджики, а также туркмены, каракалпаки, казахи, киргизы, евреи, персы, индийцы, в небольшом числе — пленные российские подданные. В связи с усилением феодальной знати и ослаблением центральной власти в этих ханствах шел процесс раздробленности. К 30-м годам Бухарское ханство лишь номинально владело областями по Зеравшану и Кашкадарье; фактически с 1722 г. обособился Самарканд; Шахрисябзом самостоятельно управляли беки племени кенегес; Бухаре совершенно не подчинялись хисарские владетели, так же как и балхские, андхойские, шибурганские и другие правители узбекских земель, ранее принадлежавших Бухарскому ханству; многие области, например Самаркандская, находились по отношению к Бухаре в состоянии непрерывного мятежа. Подобная обстановка была и в Хивинском ханстве. Такая раздробленность была главной причиной хозяйственной и культурной отсталости ханств в конце XVII — середине XVIII в. Города приходили в упадок и пустели. Экономической слабостью обусловливалась непрочность ханской власти как в Бухаре, так и в Хиве. Избрание ханов всецело зависело от племенных узбекских вождей, которые, опираясь на свои племена и роды (уруги), сажали и свергали ханов. Усиление раздробленности и развал государственной власти ввергли страну в неописуемую анархию междоусобиц и опустошительных набегов. Бессилие ханской власти восстановить нормальную жизнь выразилось в классической фразе хана Абул-Фейза: «Лишь бы Регистан (площадь перед ханским дворцом) был благополучен». Все попытки «абсолютно ханствовать», по словам Ф. Беневени, были обречены на неудачу. Русское правительство понимало, что в случае вмешательства в политическую борьбу на стороне ханов оно могло рассчитывать на существенные для себя выгоды.

9. Незадолго до своей гибели А. Бекович-Черкасский получил от Петра I письмо с приказом послать в Индию «надежного и тамошние языки знающего человека» через Персию и «оному велеть, дабы он прилежно наведывался» о положении тех стран, какими он будет следовать, о песочном золоте, а затем возвращался через Китай в Бухару. Отправили татарского мурзу Тевкелева. Но корабль, на котором он плыл, штормом занесло в Астрабад. Здесь Тевкелев был задержан местным персидским наместником. Уже после смерти А. Бековича-Черкасского он был вынужден возвратиться в Астрахань [18, т. 6, с. 267, т. 7, с. 62].

10. Артемий Петрович Волынский (1689-1740) — государственный деятель и дипломат. Происходил из старинного дворянского рода. Во время Прутского похода служил у П. П. Шафирова (см. примеч. 28), вместе с ним находился в заключении в Семибашенном замке в Стамбуле. В 1715 г. был отправлен для заключения торгового соглашения в Персию. По возвращении в 1718 г. произведен в генерал-адъютанты и с 1719 по 1724 г. был губернатором в только что учрежденной Астраханской губернии. В 1725-1730 гг. (с коротким перерывом) — губернатор Казани и главный начальник над калмыками. В феврале 1738 г. был назначен кабинет-министром, а с 1739 г. он единственный докладчик по делам кабинета у Анны Иоанновны. С начала 30-х годов вокруг него образовался кружок недовольных царскими временщиками Э. Бироном и А. И. Остерманом. На А. П. Волынского были представлены доносы. Он был арестован и 27 июня 1740 г. после предъявления ему обвинения в клятвопреступлении и намерении произвести переворот, казнен. Спустя 25 лет был признан невиновным и полностью оправдан.

11. Джон Перри — английский офицер, капитан, инженер, известный в свое время строитель кораблей, верфей, каналов и шлюзов. В 1698 г., во время поездки Петра I за границу, был приглашен им на службу в Россию. Д. Перри возвратился в Англию в 1715 г., а на следующий год издал в Лондоне книгу о своей русской службе «Состояние России при нынешнем царе», в которой приводит много интересных фактов, рассказывает массу подробностей об истории создания русского флота, строительстве каналов, о строительных планах и проектах Петра, о личности самого царя. Русский перевод этой не очень большой по объему книги был напечатан М. Семевским в 1871 г. в первом томе сборника «Чтения в Обществе истории и древностей российских» [34].

12. Н. И. Веселовский приводит такую цифру: только из одной Хивы за период 1616-1714 гг. их было 27 (не считая гонцов); часты были послы и из Бухары [15, с. 68-69].

13. Интересна личность посла Хан-кули-бека. Как говорилось в ханской грамоте, «послан пребывающий при дворе нашем Хан Кулы топчи баши, нашего ханского двора страж (т. е. комендант Арка — бухарской цитадели, на что указывает и его придворный чин главного командира артиллерии — топчи-баши. — В. В.), в тамошних краях пути и в ваших государствах обхождение и обычай весьма знающий...» Последние слова не случайны, так как Кули-бек был русского происхождения (по крайней мере известно, что его мать Дарья была русской пленницей в Бухаре и даже сохранила православное вероисповедание) [3, 1718 г., д. 1, л. 55].

14. Абул-Фейз — последний хан Бухары из династии Аштарханидов. Пришел к власти в марте 1711 г. в результате переворота и убийства Убайдулла-хана (1702-1711). Посаженный на трон кочевой знатью, Абул-Фейз находился в полной от нее зависимости. Чины и государственные должности распределялись крупными феодалами без участия хана. Междоусобные войны беков из-за земель и высоких должностей разгорались с еще большей силой. Именно в годы правления Абул-Фейза (1711-1727) раздробленность достигла наибольшей степени и ханство фактически распалось на отдельные, почти независимые феодальные владения.

15. Посла повстречал в дороге в январе 1716 г. А. Бекович-Черкасский и известил о нем Петра I, когда приехал к нему в Либаву.

16. Ширгазы — хан Хивы в 1715-1728 гг.

17. В 1715 г. начала работать первая коллегия — Коммерц-коллегия. В 1717 г. были установлены штаты и назначены президенты десяти коллегий (Иностранных дел, Военной, Ревизионной, Юстиц-, Берг-, Мануфактур-коллегии и др.). Президентами становились наиболее близкие сподвижники Петра I. В 1718-1720 гг. были составлены регламенты большинства коллегий, определившие их функции, структуру и штаты, а также Генеральный регламент. Каждая коллегия состояла из президента, вице-президента, четырех советников, четырех асессоров и одного секретаря. В штат входили секретари, нотариус, переводчик, актуариус, копиисты, регистраторы и канцеляристы. Коллегии обязаны были ежедневно собираться для решения дел. Коллегия иностранных дел (Иностранная коллегия) — центральное государственное учреждение России, ведавшее внешней политикой государства и заменившее Посольский приказ, — была учреждена в 1717 г., но фактически начала действовать с 1718 г. Во главе ее стояли граф Г. И. Головкин — президент (канцлер) и барон П. П. Шафиров — вице-президент (вице-канцлер). Коллегия ведала организацией сношений с иностранными государствами, выдачей иностранцам паспортов, судила иностранцев, находившихся в России, а также ведала уральскими казаками и калмыками, почтовым делом (до 1782 г.). Подчинялась она императору, минуя сенат. В 1802 г. в связи с образованием министерств коллегии были упразднены, кроме Коллегии иностранных дел, просуществовавшей до 1832 г.

18. Рагуза — латинское название г. Дубровник (ныне на территории Югославии). Основан в VII в. В средние века это центр аристократической городской Дубровницкой республики, которая в 1526-1806 гг. находилась в формальной зависимости от Османской империи (фактически же независима с XIII в.). В XV-XVII вв. Рагуза была крупным торговым и важнейшим культурным и научным центром на Балканах («Славянские Афины»). Высокого расцвета достигла рагузинская литература в эпоху Возрождения. Население Рагузы было пестрым и на улицах можно было слышать не только славянскую, но и итальянскую, греческую, турецкую речь. Происхождение Флорио Беневени точно неизвестно, но по каким-то косвенным признакам — огласовка имени, журнальные записки на итальянском языке — можно предположить, что он итальянец.

19. Петр Андреевич Толстой (1645-1729) — сын окольничего Андрея Васильевича Толстого; стольник. После смерти царя Федора Алексеевича (1682) стал на сторону царевны Софьи. 15 мая 1682 г., в день стрелецкого восстания, энергично действовал вместе с Милославскими и поднимал стрельцов, крича, что «Нарышкины задушили царевича Ивана!» С падением Софьи П. А. Толстой перешел на сторону Петра. Но его близость к Милославским я деятельность против Нарышкиных Петр не мог забыть. Известны слова Петра, сказанные как-то П. А. Толстому: «Голова, голова, как бы не так умна была, давно бы я отрубить тебя велел». Былые грехи П. А. Толстой старался усердно замаливать. Для того чтобы угодить царю, он, уже далеко не молодой человек, сам вызвался вместе с молодыми волонтерами отправиться в Венецию изучать морское дело (1697). Вообще, во многих рассказах-анекдотах из Петровской эпохи П. А. Толстой всегда рисуется человеком очень умным и в высшей степени коварным, который для достижения намеченной цели не останавливается ни перед чем, даже перед убийством. Он был хорошо образован, отлично знал латинский и итальянский языки (переводил Овидия). В ноябре 1701 г. его назначают послом в Стамбул (до 1714 г.), а по возвращении в Россию — сенатором. Толстой упрочил свое положение, когда сумел добиться возвращения царевича Алексея, чем доказал преданность государю. С этого времени (1718) он один из самых близких и доверенных людей Петра. В 1717-1721 гг. — президент Коммерц-коллегии, в 1718-1726 гг. — начальник Тайной канцелярии. В Персидском походе 1722-1723 гг. возглавлял походную канцелярию Петра I. В 1722 г. получил титул графа. Толстой содействовал возведению на престол императрицы Екатерины I. В 1726 г. стал инициатором создания Верховного тайного совета и был одним из шести его членов. В ходе придворной борьбы и интриг в 1727 г., в возрасте 82 лет, он был арестован и вместе с сыном Иваном сослан в Соловецкий монастырь, где через два года умер.

20. Федор Алексеевич Головин (1650-1706) — боярин, дипломат, крупный государственный деятель, один из близких друзей и сподвижников Петра I. Составил и заключил Нерчинский договор с Китаем (Цинской империей) в 1698 г. Второй (после Ф. Я. Лефорта) полномочный посол Великого посольства в Западную Европу (1697-1698). В 1700 г. назначен начальником Посольского приказа, получил чин генерал-адмирала, стал первым кавалером ордена Андрея Первозванного. Головин был главным руководителем русской внешней политики, вел обширную дипломатическую переписку, руководил действиями русских послов; «первый министр», по словам иностранцев-современников.

21. Иностранных специалистов для русской армии и флота нанимали за границей послы. Многие были приглашены, например, во время Великого посольства в Западную Европу. Кроме того, от имени русского правительства за границу посылались специальные манифесты. Так, в 1702 г. в странах Западной Европы распространялся переведенный на немецкий язык манифест Петра I, в котором иностранные офицеры приглашались на службу в Россию.

22. Так, грамота от 3 марта 1711 г., посланная Петром I в Черногорию, которая в то время являлась единственным самостоятельным государством на Балканах, призывала к восстанию «противу неприятеля-бусурмана» все балканские народы, «обретающиеся под игом тиранским турецкого салтана», «подражая... своих предков, древние свои славы возобновите» [35, вып. 1, с. 117-119, 429].

23. Савва Лукич Рагузинский-Владиславич (1669-1738) — российский государственный деятель, дипломат, крупный коммерсант и финансовый деятель; надворный советник. Один из сподвижников Петра I, он оставил заметный след в истории внешней политики России. Отец С. Л. Рагузинского владел в Дубровницкой республике деревнями, но, преследуемый турками, стал заниматься коммерцией и имел торговые дома в Рагузе и Венеции. Сам Савва еще в юности покинул Рагузу и вел торговлю во Франции, Испании, Венеции, а потом в течение девяти лет, до 1702 г., в Османской империи. В России он впервые появился в 1702 г., а в конце 1704 г. окончательно покинул Порту и переселился в Россию. Политической деятельностью он стал заниматься в конце XVII в., выполняя неофициальные политические поручения русских дипломатов в Порте; был советником русского правительства по турецким делам. В 1711 г. Рагузинский участвовал в подготовке Прутского похода, в 1713-1722 гг. выполнял обязанности торгового и финансового агента России в Венеции, вел по поручению Петра I переговоры с папой о допуске католической церкви в Россию, наблюдал за обучением русских дворян в Италии, находился в свите царя во время его поездки во Францию. В 1725-1728 гг. он возглавлял русское посольство в Китай; участвовал в подготовке и подписании Буринского договора с Китаем в 1727 г.

24. Лука Барка (Кириков). Рагузинец, служил переводчиком в английском посольстве в Османской империи, тайный информатор русского правительства.

25. Русские дипломаты по долгу службы составляли о своих поездках за границу пространные официальные донесения, план и характер которых определялся правилами Посольского приказа. В связи с тем, что посол в отчете отвечал на статьи наказа (инструкции), и появилось само название — статейный список. Он состоял из описания маршрута поездки и всех обстоятельств, связанных с пребыванием посла в чужой стране; в нем подробно излагались дипломатические встречи и переговоры, приводились полные тексты документов. Позже статейный список превратился в журнал, дневник посольства [см.: 7; 38].

26. Имя Петра Сафонова снова встретится нам в связи с делами Ф. Беневени спустя 17 лет, когда он переводил его итальянский журнал в Коллегии иностранных дел. Некий Сафонов (может быть, он же) упоминается в документах и как кабинетный курьер (т. е. чиновник XIV класса по Табели о рангах) в 1710, 1712 гг. [33, с. 184, 342] и 1716 г. [21, ч. 2, с. 39].

27. Гавриил Иванович Головкин (1660-1734) — один из наиболее приближенных к Петру I людей, родственник царицы Наталии Кирилловны Нарышкиной. В 1706 г. он стал начальником посольской канцелярии, а затем Посольского приказа. С 1709 г. — государственный канцлер, первый в России. В 1710 г. он получил графский титул. С 1718 г. — президент Коллегии иностранных дел. Головкин принимал участие в дворцовых переворотах 20-х годов. В 1726-1730 гг. он — член Верховного тайного совета. После смерти Петра II поддержал Анну Иоанновну против «верховников» и стал членом ее кабинета.

28. Петр Павлович Шафиров (1669-1739) происходил из еврейской семьи; как и его отец, он поступил в Посольский приказ и начал службу переводчиком (1691). Отлично знал французский, немецкий, латинский, голландский и польский языки. Способности П. П. Шафирова были замечены Ф. А. Головиным, включившим его в состав Великого посольства в Западную Европу. Во время посольства он был приближен Петром I. Постепенно он втягивается в дипломатические дела: участвует в подготовке русско-датско-польского союза 1699 г. и польско-русского союз, а 1701 г. С 1703 г. — тайный секретарь при канцелярии Ф. А. Головина. С 1709 г. — вице-канцлер и управляющий почтами. В 1710 г. он получил титул барона. В 1711 г. Шафиров заключил Прутский мирный договор, причем благодаря его дипломатическому таланту договор удалось заключить на более легких для России условиях, чем те, на которые готов был согласиться Петр I. Заключением Адрианопольского договора Россия сумела удержать Порту от новой войны с ней. В 1718 г. Шафиров становится вице-президентом Коллегии иностранных дел. В 1721 г. он участвовал в подготовке Ништадтского мирного договора со Швецией. В начале 20-х годов он примыкает к придворной группировке, выступающей против А. Д. Меншикова. Усилиями последнего против П. П. Шафирова было выдвинуто обвинение в казнокрадстве, и в 1723 г. он был приговорен к лишению чинов, титулов и состояния и смертной казни, замененной пожизненной ссылкой. В 1725 г. возвращен Екатериной I.

Борис Петрович Шереметев (1652-1719) — боярин, русский военный деятель и дипломат. После падения царевны Софьи присоединился к Петру I. Во время Азовских походов 1695-1696 гг. командовал армией, действовавшей на Днепре против крымских татар. В 1697-1699 гг. ездил с дипломатическими поручениями в Польшу, Австрию, Италию и на о. Мальту. В 1701 г. стал первым в России генерал-фельдмаршалом, в 1706 г. получил титул графа. Участвовал в Северной войне, в Полтавском сражении командовал всей пехотой русской армии. Во время Прутского похода 1711 г. возглавлял основные военные силы России.

29. По условиям Адрианопольского трактата (13 июня 1713 г.), России запрещалось иметь при Порте свое посольство.

30. Есть версия, согласно которой, находясь в Париже, Петр I намечал отправить за царевичем князя Бориса Ивановича Куракина. Затем, уже в Спа, после того как капитан А. И. Румянцев сообщил точное местопребывание Алексея — в Тироле, Петр изменил решение. И, по словам Б. И. Куракина, «чрез интриги Толстова и Шафирова» за царевичем был отправлен П. А. Толстой [см. 6, с. 90-91]. Заявление спорное. Петр скорее всего сразу выбрал П. А. Толстого, а не кого-либо другого, тем более не Б. И. Куракина, об определенных симпатиях которого к Алексею он знал [44, т. 17, с. 131].

31. Как раз в это время на Востоке погибает один из предшественников Флорио Беневени, князь А. Бекович-Черкасский.

32. Любопытно, что именно в этот день, 18 марта, из Москвы в Петербург выехали Петр I с придворными (в Москве он вел следствие по делу царевича Алексея), сам Алексей и оставшиеся в живых сообщники царевича, подлежавшие следствию. Может быть, кареты и повозки царя повстречались с посольскими где-то на дороге.

Среди прочих подарков для хана бухарскому послу были вручены семь кречетов (а не девять, как было в просьбе). О девяти шведках упоминания в документах нет. Такая просьба, вероятно, показалась Петру странной: ведь если и были шведки, то они были пленницы, а не рабыни [3, 1719 г., д. 1, л. 83; 1718 г., д. 1, л. 28-29 об., 84 об.].

33. То, что Ф. Беневени отправился в качестве посланника, сыграло и определенную отрицательную роль в его приеме при шахском дворе, а затем и в Бухаре. Более официальный характер «великого посла» придал бы ему больший дипломатический вес. В то время считалось, что чем пышнее свита у посла, тем больше значение его и величие пославшего его монарха.

34. Сумма довольно большая. Согласно ценам, рубль тех лет был приблизительно в девять раз дороже рубля начала XX в. [см. 24, с. 232-236]. Но для сравнения скажем, что «великий посол», отправившийся в Китай, Лев Измайлов вез подарков на 8 тыс. руб. (одних мехов на 3, 5 тыс.) [1, 1726 г., Д. 1, л. 9].

35. Все финансовые дела посольства сопровождались огромным количеством разнообразных документов. Это были указы, отчеты, письма из одного приказа в другой, снова указы и т. п. Естественно, что помимо чернил и бумаги это требовало времени. Чем крупнее было посольство или экспедиция, тем большая деловая переписка велась вокруг него.

36. Как говорилось в примеч. 10, астраханским губернатором в 1719 г. был назначен А. П. Волынский, возвратившийся из поездки в Персию, но до его прибытия в Астрахань эту должность исполнял казанский вице-губернатор.

37. От Астрахани до Низовой пристани по Каспийскому морю было 500 верст. При хороших кораблях и благоприятной погоде обычно требовалось около двух недель, чтобы покрыть это расстояние.

38. Любопытно, что, как свидетельствуют документы, два «путешественника», волею судеб не разлучавшиеся более трех лет, не подружились. Ф. Беневени жаловался: «...не токмо какова вспоможения... не видел, но еще и многие от его злобные противности претерпел...»

39. Первая четверть XVIII в. характеризуется в истории Сефевидской державы глубоким экономическим и политическим кризисом. Из-за упадка земледелия, ремесла и внешней торговли сильно сокращались доходы государственной казны и феодальной знати, что, в свою очередь, вело к росту налогов и податей и ухудшению положения средних и бедных слоев населения страны. Результатом этого стали более частые народные волнения и восстания. Усилению этих выступлений способствовали военно-политический распад и развал военно-административной системы в провинциях Сефевидской державы. Шах Хосейн (1694-1722), правитель жестокий и слабовольный, полностью находился под влиянием шиитского духовенства. По их внушению шах вновь начал жестокие гонения на суннитов, которых было много в Восточном Закавказье, Курдистане, Афганистане; ухудшилось и правовое положение христианских народов — армян и грузин. Вот почему очень часто восстания против произвола шахской власти принимали религиозную окраску. В 1711-1722 гг. прошли антисефевидские восстания курдов, шахсевен, белуджей, армян, лезгин. Восстание афганцев-гильзаев и их вторжение в 1720-1722 гг. в Персию практически положили конец правлению Сефевидов. Заняв Исфахан, афганцы провозгласили шахом Мир-Махмуд-Гильзая (Хотаки). Кратковременным господством афганцев воспользовались турки-османы, вторгшиеся в 1723 г. в северо-западные и центральные области Ирана.

40. Восстание лезгин и других дагестанских народностей началось в 1711 г. Его возглавил суннитский богослов Дауд-бек, знатный, настойчивый и честолюбивый человек, умеющий быстро ориентироваться в политической обстановке. Он был чужд интересам восставших и ставил своей целью создание собственного государства в Северном Азербайджане. Ловко играя на религиозных чувствах простых крестьян и горожан, он объявил себя человеком, призванным Аллахом избавить всех суннитов Азербайджана от сефевидской шиитской тирании, и провозгласил лозунг газавата против шиитов. Дауд-бек проявил большую энергию в расширении восстания и старался придать ему возможную организованность. Ему удалось найти поддержку у Сурхай-хана Казикумухского. Готовясь воспользоваться ослаблением Сефевидской державы — давнего противника Порты, турки-османы установили связь с Дауд-беком; они выступили союзниками и покровителями восстания и всячески разжигали его пожар. В 1711 г. восставшие разбили отряд шемахинского князя, захватили и разорили Шемаху, главный город Северного Азербайджана, учинив резню шиитов. При этом были убиты и ограблены и многие находившиеся в Шемахе иностранные купцы, среди них до 300 русских. Постепенно восстание лезгин шло на убыль, но в 1719 г. оно вспыхнуло с новой силой. В 1720 г. опять была осаждена (число осаждавших достигало 30 тыс.) и взята Шемаха. Свидетелем этой новой «шемахинской трагедии» и стал Ф. Беневени [см. 45а, с. 77-89].

41. Поход русских войск и флота в 1722-1723 гг. под командованием Петра I в прикаспийские владения Персии. Главной причиной, побудившей русское правительство предпринять этот поход, было стремление не допустить захвата Прикаспия Османской империей, что оказалось бы серьезной угрозой для России и в военном и в торговом отношении. Эта угроза была весьма реальна, так как правительство султана Ахмеда III в Стамбуле явно готовило вторжение в страны Закавказья и в Персию. Таким образом, вмешательство России не было направлено против Сефевидов, а имело целью предупредить турецкую агрессию. Еще в июне 1722 г. Петр I выпустил манифест, в котором заявил, что выступает не против правительства шаха Хосейна (который тогда и не мог рассматриваться как серьезный противник), а для обуздания лезгин, перебивших в Шемахе русских купцов, и для защиты и освобождения христиан — грузин и армян. Успехи русских войск во время похода и вторжение османской армии в Закавказье вынудили Персию заключить 12 сентября 1723 г. в Петербурге мирный договор, по которому к России отошли Дербент, Баку, Решт, провинции Ширван, Гилян, Мазендеран и Астрабад. В дальнейшем, в связи с обострением русско-турецких отношений, русское правительство, не желающее новой войны с Османской империей и заинтересованное в союзе с Персией, по Рештскому договору (1732) и Гянджинскому трактату (1735) возвратило все прикаспийские области Персии.

42. Возможно, они были потеряны во время работы над их переводом и расшифровкой или вообще эта работа не была доделана — по халатности ли преемников Петра I (Ф. Беневени доставил меморию уже после смерти императора) либо по ненадобности (многое было описано, измерено и нанесено на карты во время Персидского похода). В имеющемся же единственном журнале на итальянском языке [3, 1718 г., д. 3, л. 182-203 об.], переведенный текст которого помещен в настоящем сборнике, описываются только события, связанные с пребыванием Ф. Беневени в Хиве в 1725 г., и обстоятельства его отъезда оттуда в Россию. Можно предположить также, что этот журнал являлся составной частью какого-то другого, более обширного документа.

43. Согласно Толковому словарю В. И. Даля, бухарская манна — сгущенный сок винограда. Под «манной» могли понимать и таранджудин — застывшие, закристаллизовавшиеся капли сладкого сока, скапливающиеся на кончиках листьев кустарника акакир. Этот кустарник встречался в горах недалеко от Шахрисябза. Но таранджудина было настолько мало, что просто невозможно было продавать его батманами и фунтами, как о том доносил Николо Минер. Скорее всего в своем рассказе он спутал, смешал две «манны» — сгущенный виноградный сок и таранджудин или ему подобный, о котором слышал [см. 9, с. 20, 30].

44. Более 100 лет спустя, в середине XIX в., один из русских военных инженеров посвятил статью современным оценкам минеральных богатств Бухары. «До сих пор, — писал он, — Бухара не была еще исследована в горном отношении надлежащим образом». И далее автор приводил существовавшие уже столетие слухи о богатых золотых россыпях по берегам Амударьи, правда, не преувеличивая их: «...все-таки нельзя надеяться на открытие богатых россыпей» [см. 12].

45. Конфликты с иностранцами, бывшими на русской службе, по финансовым вопросам были нередки. Например, подобный конфликт стал причиной отъезда англичанина Джона Перри из России на родину в 1715 г.

46. Его имя мы встречаем в документах 1732 и 1733 гг. Но это только челобитные купцов о выдаче им из казны одолженных когда-то давно Флорио Беневени денег [40, с. 369-370].

47. Поручение построить крепость на Зайсане осталось невыполненным, но на обратном пути И. М. Лихарев построил на Иртыше, выше Семипалатинска, крепость Усть-Каменогорск, последнюю в цепи русских укреплений на Иртыше.

48. Федор Иванович Соймонов (1692-1780) — русский гидрограф, государственный деятель. В 1708-1715 гг. учился в Московской математико-навигацкой школе. Участвовал в морских кампаниях 1718-1719 гг., Персидском походе русских войск 1722-1723 гг. Произвел первое картографирование Каспийского моря. С 1739 г. — генерал-кригс-комиссар. В 1740-1742 гг. находился в ссылке в Охотске по делу А. П. Волынского (был одним из его «конфидентов»). В 1753 г. руководил Нерчинской экспедицией. В 1757-1763 гг. был сибирским губернатором. Основал в Нерчинске в 1754 г. Навигацкую школу, в Тобольске в 1758 г. — Геодезическую школу. В 1763-1766 гг. — сенатор. Автор ряда научных сочинений по географии, а также по истории (в том числе «Истории Петра»). Составил первую русскую печатную карту, атлас и лоцию Каспийского моря (1720-1731), а также атлас Балтийского моря (1734).

49. Мнение о силе и значении пиратов было преувеличено. К началу XVIII в. былых пиратов на Мадагаскаре уже не было — их могущество кончилось. Но об этом еще не знали в Европе. Продолжали жить легенды и слухи о владычестве флибустьеров в океанах мира.