Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:
Ввиду большого объема комментариев их можно посмотреть здесь (открываются в новом окне)

ПЬЕР БОНТЬЕ И ЖАН ЛЕ ВЕРРЬЕ

КАНАРЕЦ

или Книга о завоевании Канарских островов и обращении их жителей в христианскую веру Жаном де Бетанкуром, дворянином из Ко, составленная монахом Пьером Бонтье и священником Жаном Ле Веррье

LE CANARIEN, LIVRE DE LA CONQUETE ET CONVERSION DES CANARIES (1402-1422)

Перевод выполнен по изданию: Le Canarien. Livre de la conquete et conversion des Canaries (1402-1422) par Jean de Bethencourt, gentihomme cauchois, publie d'apres le manuscrit original. Avec introduction et notes par Gabriel Gravier. Rouen: Ch. Meterie, libraire de la societe de l'histoire de Normandie, 1874.

Истинно, что, слушая рассказы о великих приключениях, доблестных делах и подвигах тех, кто в прошлом отправлялся в странствия и покорял язычников в надежде исправить их и обратить в христианство, многие рыцари преисполнялись мужеством и желанием приобщить к вере и остальных неверных, чтобы те совершали добрые дела, избегали всяческих пороков, жили в добродетели 1 и в конце своих дней могли бы заслужить вечное блаженство. Так и Жан де Бетанкур 2, рыцарь, рожденный во Французском королевстве, предпринял во славу Бога и ради защиты и приумножения нашей веры свое путешествие в южные земли, на некие острова, расположенные в тех краях, где живут язычники, <исповедующие> различные законы и <говорящие> на разных языках; их именуют Канарскими островами 3, а один из лучших и самых главных среди них – <остров> Гран-Канария 4, достаточно населенный, богатый плодами и всем остальным. Вот почему эта книга названа «Канарец»; и если на то будет воля Божья, придет время, когда люди, читая ее, узнают о необыкновенных вещах. Мы же, слуги вышеназванного Бетанкура, брат Пьер Бонтье, монах монастыря Сен-Жуен-де-Марн 5, и Жан Ле Веррье, священник, постарались описать в ней большинство событий, происшедших с ним с самого начала <его предприятия> и во время [48] его управления <островами>, чему мы сами были свидетелями, а именно с того момента, как он покинул королевство Франция, отправившись на те острова, вплоть до девятнадцатого дня апреля месяца 1406 года 6, <когда он вернулся в Нормандию>; а потом сталось, что запись перешла в другие руки, которые продолжат ее до конца завоевания. И пусть всевидящий и всезнающий Бог по своей святой милости дарует тем, кто там честно трудился и будет трудиться, разум, понимание, силу и способность завершить завоевание и довести его до успешного конца так, чтобы это стало добрым примером всем тем, кто в силу благочестия имеет мужество и желание пожертвовать собой и своим состоянием ради защиты и прославления католической веры 7.

Глава первая

О ТОМ, КАК МОНСЕНЬОР ДЕ БЕТАНКУР ПОКИНУЛ ГРЕНВИЛЬ И НАПРАВИЛСЯ В ЛА-РОШЕЛЬ

В давние времена был обычай описывать рыцарские походы и необычайные деяния, которые доблестные завоеватели имели обыкновение совершать в прошлом; о них можно прочесть в старых историях. Мы тоже хотим рассказать здесь о предприятии Бетанкура 8, рыцаря и барона 9, родившегося в королевстве Франция, в Нормандии 10, который покинул свой дом в Гренвиль-ла-Тентюрьер, в Ко 11, и направился в Ла-Рошель 12. Там 13 он встретил Гадифера де Ла Салля 14, славного и честного рыцаря, искавшего приключений. Между ними состоялся разговор; вышеназванный Бетанкур спросил того самого Гадифера, по какой причине он находится здесь, и тот ответил, что он здесь в поисках приключений 15. На это монсеньор де Бетанкур сказал, что был очень рад встретить его, и, рассказав о своем предприятии, пригласил присоединиться к своему отряду. Гадифер обрадовался, услышав о готовящемся путешествии и о предложении Бетанкура. Они [49] обменялись многими любезными словами, которые пришлось бы долго перечислять. Итак, монсеньор де Бетанкур вместе с мессиром Гадифером и своим отрядом покинули Ла-Рошель в первый день мая 1402 года и направились к Канарским землям, чтобы увидеть и обследовать всю эту землю в надежде завоевать ее и обратить местных жителей в католическую веру; у них был очень хороший корабль, достаточное количество людей 16 и продовольствия и все необходимое для путешествия. <Рыцари> должны были плыть по направлению к Бель-Илю 17, но, когда они шли мимо острова Ре 18, подул встречный ветер, и им пришлось взять курс на Испанию 19 и бросить якорь в порту Вивьер 20. Монсеньор де Бетанкур и его спутники оставались там неделю, и здесь вспыхнула такая великая ссора между некоторыми людьми из его команды, что возникла угроза самому плаванию, однако сеньору де Бетанкуру и мессиру Гадиферу удалось примирить их.

Итак, наш Бетанкур, а с ним мессир Гадифер де Ла Салль и другие благородные мужи уехали из Вивьера и прибыли к Кулонь 21. Там они встретили одного шотландского графа 22, сира де Эли 23, мессира Раса де Ранти 24 и еще нескольких знатных <сеньоров> с их людьми. Когда монсеньор де Бетанкур сошел на берег и отправился в город по своим делам, он увидел, как те 25 разбирали на множество частей какое-то судно. Поскольку Бетанкур не знал, кто здесь распоряжался, то спросил у графа, нельзя ли взять с этого корабля кое-какие вещи, в которых он нуждался. Граф согласился. Бетанкур подошел к судну и, выбрав якорь и лодку, приказал отнести их на свой корабль. Но когда сеньор де Эли и его товарищи узнали об этом, они возмутились и выказали большое неудовольствие; мессир Расе де Ранти пришел к Бетанкуру и заявил, что сир де Эли очень раздражен, что они взяли якорь и лодку. Бетанкур возразил, что это произошло по воле графа Крафорда и что он не вернет их; получив такой ответ, сир де Эли сам явился к монсеньору де Бетанкуру и потребовал от него возвратить или дать указание своим людям вернуть взятое с их корабля; а тот еще раз ему объяснил, что сделал это по разрешению графа. В ответ [50]

послышались оскорбления. Увидев такое, монсеньор де Бетанкур сказал сиру де Эли: «Ради Бога, забирайте лодку и якорь и уходите». «Хорошо, хорошо, – ответил сир де Эли, – только я ничего не буду делать сам, а заставлю моих людей отнести их сегодня же или же поступлю иным образом». Бетанкур и Гадифер повторили: «Забирайте их, если желаете, а нас ждут другие дела». Действительно, Бетанкур уже готовился к отплытию: он собирался поднять якорь и покинуть порт. Вскоре его корабль отчалил от берега.

Глава вторая

О ТОМ, КАК БЕТАНКУР И ЕГО ОТРЯД ПРИБЫЛИ В КУЛОНЖ И ВСТРЕТИЛИ ГРАФА КРАФОРА И СИРА ДЕ ЭЛИ

Когда люди графа Крафорда увидели это, они снарядили суденышко и стали догонять корабль Бетанкура, но не решились подойти к нему близко, а лишь выкрикивали оскорбления, которые <здесь> было бы слишком долго перечислять. Но они не услышали <от отплывавших> ничего нового, не получили никакого другого ответа, кроме прежнего, и с этим и вернулись. А монсеньор де Бетанкур и его спутники продолжили свой путь; обогнув мыс Финистер 26, они поплыли вдоль побережья Португалии 27 до мыса Св. Винсента 28, затем повернули <на восток> по направлению к Севилье 29 и прибыли в порт Калис 30, расположенный достаточно близко к Марокканскому 31 проливу. Здесь им пришлось пробыть довольно долго, так как их корабль задержали: дело в том, что купцы из Генуи, Пьяченцы и Англии, находившиеся в это время в Севилье, <рассказывали>, что они потеряли во время плавания по морю все свои товары, но не знали, из-за кого; однако <купцы> обвинили в этом перед Королевским советом 32 <людей Бетанкура>, они <утверждали>, что не получили никакого возмещения и что <люди Бетанкура> были ворами, которые потопили три корабля, захватили и разграбили все, что на них находилось 33. [51]

Глава третья

О ТОМ, КАК БЕТАНКУР БЫЛ ОБВИНЕН ГЕНУЭЗСКИМИ, ПИЗАНСКИМИ И АНГЛИЙСКИМИ КУПЦАМИ

Сойдя на берег, Бетанкур направился в порт Св. Марии 34, чтобы узнать, что происходит, и там был арестован и отведен в Севилью. Но когда Королевский совет стал его допрашивать, а он отвечать на вопросы, члены Совета решили, что дело закрыто, что его больше не будут привлекать к суду и что он полностью оправдан. А за то время, когда он находился в Севилье, моряки, движимые злыми намерениями, стали говорить, что у них мало продовольствия, что их везут на смерть, и настолько подорвали веру всего экипажа, что из восьмидесяти человек осталось только пятьдесят три. Вернувшись на корабль, Бетанкур с небольшим числом людей продолжил путешествие; тех, кто остался с ним 35 и отказался принять участие в преступных деяниях Бертена де Берневаля 36, ожидало много лишений, страданий и тягот, о чем вы узнаете ниже 37.

Глава четвертая

О ТОМ, КАК ОНИ ОТПЛЫЛИ ИЗ ИСПАНИИ И ПРИБЫЛИ НА ОСТРОВ ЛАНСЕЛОТ 38

Наконец они отплыли из порта Калис, вышли в открытое море и три дня оставались в мертвом штиле, ни на шаг не продвигаясь вперед, а затем погода улучшилась, и через пять дней 39 они уже были у острова Грасьоза 40. Они высадились 41 на острове Ланселот 42; мон-сеньор де Бетанкур прошел по нему и попытался захватить жителей Канар 43, но не смог, ибо совсем не знал этой страны 44. Тогда, оставив поиски, он вернулся на Жуайез 45. И там монсеньор де Бетанкур спросил у мессира Гадифера де Ла Салля и у других благородных мужей, что они намереваются делать. Те решили, что они со своими людьми снова обойдут остров и не покинут его до тех [52] пор, пока не найдут канарцев. Так и случилось вскоре: несколько человек спустились с гор 46, подошли к ним и вступили в переговоры; было решено, что король этой страны 47 встретится с монсеньо-ром де Бетанкуром в назначенном месте, что и произошло. Итак, король этой земли пришел к Бетанкуру и в присутствии Гадифера и многих других благородных мужей дал согласие перейти в подчинение к Бетанкуру и его спутникам, но только как друг, а не как подданный, Бетанкур же обещал им защиту от всех тех, кто вознамерится причинить им зло. Но данного им обещания <французы> не сдержали, как вы о том подробно узнаете ниже 48. Итак, сарацинский 49 король и монсеньор де Бетанкур пришли к соглашению, и Бетанкур получил позволение построить крепость, которую назвали Рубикон 50. Он оставил на Ланселоте часть своих людей с неким Бертеном де Берневалем; ему казалось, что тот был человеком надежным, поэтому вверил ему управление своими людьми и страной, а сам вместе с Гадифером де Ла Саллем и остальными отправился на остров Альбанн, именуемый также Фортавантюром 51.

Глава пятая

О ТОМ, КАК ПО СОВЕТУ ГАДИФЕРА ДЕ ЛА САЛЛЯ МОНСЕНЬЕР ДЕ БЕТАНКУР ОТПРАВИЛСЯ С ОСТРОВА ЛАНСЕЛОТ НА ОСТРОВ ЭРБАН, ИМЕНУЕМЫЙ ТАКЖЕ ФОРТАВАНТЮРОМ 52

Монсеньор де Бетанкур последовал совету Гадифера отправиться на вышеназванный остров Фортавантюр ночью, что и было сделано. Тот самый Гадифер и Ремонне де Ленедан 53 с частью своих людей углубились, насколько возможно, внутрь острова <и дошли> до горы 54, где бил живой и чистый источник. Они приложили много труда и усилий в поисках врагов и очень огорчились, что так и не смогли их обнаружить; те скрылись на другой 55 стороне острова, как только увидели, что корабль [53] при

чалил к берегу. Гадифер и его люди оставались здесь неделю, но у них кончился хлеб, и им пришлось вернуться к острову Лупп 56. Посоветовавшись, рыцари решили, что будут пробираться по суше вдоль <западного> берега <Фуэртавентуры> до реки, названной Вьен де Пальм 57, и дойдут до ее устья 58, а корабль будет плыть как можно ближе к берегу и выгрузит на сушу провизию, там они укрепятся и не уедут оттуда, пока эта земля не будет завоевана, а ее жители не обращены в католическую веру.

Глава шестая

О ТОМ, КАК МОРЯКИ С ЕГО ЖЕ КОРАБЛЯ ОТКАЗАЛИ ГАДИФЕРУ

Робен Ле Брюман 59, капитан корабля, который Гадифер считал своим 60, не хотел больше ни задерживаться здесь, ни пускать Гадифера и его спутников на борт; он соглашался отвезти их на остров Ланселот только в качестве заложников, в противном же случае их оставят на суше без всякого продовольствия. Робен Брюман и Венсан Серен приказали передать Гадиферу через Колена Брюмана, брата капитана, что он и его спутники смогут вступить на корабль только в этом качестве. Они перевезли их на лодке на корабль, куда Гадифер вошел как заложник вместе с Ганнибалом, своим бастардом 61, с великой печалью на сердце, что попал в такое зависимое положение и не может ничем себе помочь.

Глава седьмая

О ТОМ, КАК МОНСЕНЬОР ДЕ БЕТАНКУР ОТПРАВИЛСЯ В ИСПАНИЮ И ОСТАВИЛ ВМЕСТО СЕБЯ МЕССИРА ГАДИФЕРА, КОТОРОМУ ПОРУЧИЛ УПРАВЛЕНИЕ ОСТРОВАМИ

И вот монсеньор де Бетанкур и Гадифер вернулись в крепость Рубикон. Когда они прибыли туда, оказалось, что многие [54] моряки, у которых в голове были дурные мысли, собрались уезжать. Сеньор де Бетанкур по совету Гадифера и некоторых других благородных мужей постановляет, что поедет вместе с ними, чтобы доставить на острова все необходимое, <обещая> вернуться как можно скорее и привезти новых людей и провизию 62. Вышеназванным морякам было сказано, чтобы они выгрузили на берег продовольствие, находившееся на корабле, оставив для себя ту часть, без которой они не смогли бы вернуться домой. Так и было сделано; поговаривали, что те моряки утаили больше, чем положено, оружия и других вещей, которые могли бы им пригодиться. После этого монсеньор де Бетанкур вместе с ними отчалил от гавани Рубикон на своем корабле и направился к другой оконечности острова Ланселот 63. Остановившись там 64, он послал в Рубикон за мессиром Жаном Ле Веррье, своим священником и капелланом, которому он рассказал кое-что по секрету, а также за Жаном Ле Куртуа 65, которому дал несколько поручений, чтобы тот соблюдал его честь и выгоду; он наказал им заботиться обо всем, что они посчитают необходимым, и жить, как братья, всегда храня мир и единство среди его людей; сам же он обещал приложить все усилия, чтобы вернуться как можно быстрее. И вот монсеньор де Бетанкур попрощался с мессиром Гадифером и со всеми своими людьми и отправился в путь; вскоре он достиг берегов Испании. Здесь мы прервем эту историю и расскажем о содеянном Бертеном де Берневалем, уроженцем Ко в Нормандии и дворянином по имени и гербу, которому названный сеньор сильно доверял и выбрал его с согласия мессира Гадифера, как я о том уже говорил 66, своим заместителем и управителем острова Ланселот и его людей. А тот Бертен совершил самое худшее зло, которое только можно совершить, и самое великое предательство, о чем вы сейчас узнаете более подробно 67. [55]

Глава восьмая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН ДЕ БЕРНЕВАЛЬ НАЧАЛ СВОИ ЗЛЫЕ ДЕЛА ПРОТИВ ГАДИФЕРА

Знайте же, что Бертен де Берневаль уже давно таил зло в своих мыслях. В самом деле, уже тогда, когда он присоединился к монсеньору де Бетанкуру в Ла-Рошели, <то сразу же> начал соблазнять некоторых спутников и входить в сговор с различными людьми, а немного спустя стал причиной большого раздора между гасконцами и нормандцами. По правде, сей Бертен очень не любил мессира Гадифера и старался, как только мог, навредить ему. Случилось так, что, когда Гадифер вооружался с помощью Ганнибала в своей комнате, готовясь утихомирить рассорившихся моряков, <смутьяны>, скрывшись в носовую башню, запустили в него два дротика, из которых один пролетел между ним и Ганнибалом и вонзился в сундук. Некоторые из моряков поднялись на мачтовую башню и держали наготове дротики и железные прутья, чтобы бросать в нас, и только с великим трудом ссора была прекращена. И еще до того между французами начались раздоры и стычки. Так что не успел корабль покинуть Испанию, чтобы направиться к Канарским островам, как они потеряли двести человек, наиболее подготовленных, из-за чего позже им пришлось не один раз испытать много трудностей. Ибо, если бы они были верны клятве, наш Бетанкур был бы теперь сеньором <всех> Канарских островов или же самой их большей части.

Глава девятая

О ТОМ, КАК ГАДИФЕР, КОТОРЫЙ ДОВЕРЯЛ БЕРТЕНУ, ПОСЛАЛ ЕГО НА ПЕРЕГОВОРЫ С КАПИТАНОМ ОДНОГО КОРАБЛЯ

Перед тем как уехать из Рубикона, монсеньор де Бетанкур наказал Бертену де Берневалю во всех делах исполнять свой долг [56] должным образом, <повелев>, чтобы он и все остальные его люди подчинялись мессиру Гадиферу, ибо монсеньор де Бетанкур считал его добрым и мудрым рыцарем. Тем не менее очень скоро между ними начались большие раздоры и ссоры, как вы об том узнаете ниже 68, хотя именно по совету Гадифера Берневаля взяли в отряд монсеньора де Бетанкура. Итак, монсеньор де Бетанкур покинул Рубикон, взяв курс на Испанию и Францию. Гадифер же отправил Бертена де Берневаля, которому доверял, как никто другой, на корабль, бросивший якорь у берегов острова Лупп, думая, что это был «Траншмар» 69, принадлежавший Феррану Дордоню 70, которого он хорошо знал. Но это был совсем другой корабль, он назывался «Морель» 71, и им управлял Франсиск Калю 72. Бертен, или сам, или через кого-то, стал договариваться с неким Сименом из корабельной команды в присутствии других, чтобы они взяли на борт не только его и тридцать французов, но еще и сорок самых сильных туземцев с острова Ланселот. Но те не захотели пойти на такую великую подлость, а Франсиск Калю сказал Бертену, что он не его господин и что богопротивно поступать так бесчестно по отношению к столь добрым рыцарям, как монсеньор де Бетанкур и мессир Гадифер, лишать их людей, которых у них оставалось не так уж и много, да еще захватить и увезти местных жителей, которым де Бетанкур и его люди пообещали и обеспечили защиту и которые питали добрую надежду принять крещение и перейти в нашу веру.

Глава десятая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН ОБМАНУЛ ТЕХ, КТО К НЕМУ ПРИМКНУЛ

Спустя некоторое время Бертен, у которого в голове всегда были только одни дурные мысли и предательство, обратился к тем, кто, как он считал, имел такое же злое сердце, как у него, и стал их уговаривать принять участие в некоем деле, которое принесет им богатство, славу и честь. Согласных с ним он [57] заставил поклясться, что те не выдадут его. Затем он принялся объяснять, что Бетанкур и Гадифер должны были отдать ему и Ремонне де Ленедану некоторую сумму денег и что они уедут <за ней> с первым кораблем, который отправится во Францию, а все остальные разойдутся по островам и будут ожидать их возвращения. В сговор с Бертеном вступили некоторые гасконцы, вот их имена – Пьер Дельен, Ожеруа де Монтиньяк 73, Сьор де Лар-тиг 74, Бернар де Кастельнари 75, Гийом де Но 76, Бернар де Молеон по прозвищу Петух 77, Гийом де Салерн по прозвищу Живодер, Морле де Курож 78, Жан де Бидувиль, Бидо де Урно 79, Бернар де Монтобан 80 и один человек из земли Они 81 по имени Жан Ла Льё 82. К ним присоединилось также несколько человек из других земель 83, о чем мы упомянем ниже и в подобающем месте 84.

Глава одиннадцатая

О ТОМ, КАК ГАДИФЕР ОТПРАВИЛСЯ НА ОСТРОВ ЛУП

В это время Гадифер, далекий от подозрений, что Бертен де Берневаль, принадлежащий к знатному роду, может совершить нечто низкое, уехал с Ремонне де Ленеданом и некоторыми другими на своей лодке из Рубикона и высадился на острове Лупп, чтобы добыть шкуры морских волков для обуви, в которой <он и его люди> очень нуждались. Там они оставались несколько дней, пока им позволяли припасы: ибо это пустынный остров, и на нем нет пресной воды. Тогда Гадифер послал Ремонне де Ленедана на лодке в крепость Рубикон за продуктами, с тем чтобы тот вернулся на следующий день, так как еды у них оставалось только на двое суток. Когда Ремонне прибыл на лодке в Рубикон, то узнал, что не успели Гадифер и его люди отправиться на остров Лупп, как Бертен отплыл со своими приверженцами на остров Грасьоза, где стоял на причале корабль «Траншмар». Сей Бертен наговорил капитану судна всякой лжи и заявил, что захватит сорок самых [58] лучших среди жителей острова Ланселот, за которых можно будет выручить две тысячи франков 85, и <попросил> взять его и его спутников на свой борт. В конце концов, наслушавшись лживых слов <Бертена>, капитан, движимый жадностью, согласился. И с этим Бертен немедля покинул корабль, упорствуя в своей хитрости и в дурных намерениях. Это случилось на пятнадцатый день после дня Св. Михаила 1402 года 86.

Глава двенадцатая

О ТОМ, КАК ГАДИФЕР ВЕРНУЛСЯ НА ОСТРОВ ЛАНСЕЛОТ, ГДЕ ОН ОКАЗАЛСЯ БЕЗ ЛЮДЕЙ И ПРИПАСОВ

Итак, Гадифер был на острове Лупп, а Бертен – на острове Ланселот в крепости Рубикон. Как только Бертен вернулся сюда с острова Грасьоза, к нему явились два канарца и пожаловались, что два испанца, высадившись на берег, попытались захватить их. Выслушав их, Бертен сказал, чтобы они уходили и держались вместе и что им вскоре придут на помощь; с этим оба канарца и ушли. И тогда Бертен, державший в руке копье, воскликнул: «Чтобы я отрекся от Бога! Я пойду и поговорю с испанцами, и, если они дотронутся до них, я их убью или они убьют меня, ибо я молю Бога, чтобы я не смог никогда оттуда вернуться» 87. На что некоторые из тех, кто был там, сказали: «Бертен, не надо так говорить». А он продолжал: «Я вручаю свою жизнь Богу Рая». И он вышел из крепости Рубикон в сопровождении многих своих приверженцев, а именно Пьера де Льена, Бернара де Монтобана, Оливье де Бара 88, Гийома, бастарда де Блесси, Фелипо де Бальё, повара Мишле, пекаря Жакэ, кузнеца Перне и некоторых других, которые здесь не названы; остальные же его сообщники остались в крепости. В таком сопровождении Бертен отправился в деревню, называемую Гран-Альде 89. Там он нашел нескольких знатных канарцев и, имея в мыслях великое предательство, сказал им: [59] «Идите и приведите ко мне короля и тех, кто с ним, я защищу их от испанцев». Канарцы поверили ему, потому что питали надежду и доверие к названному сеньору де Бетанкуру и его людям; и они пришли в ту самую Альде как в место спасения и убежище, их было двадцать четыре человека. Бертен радушно принял всех и угостил ужином; среди <пришедших> был один канарец по имени Альфонс и канарка по имени Изабелла, которых вышеназванный Бетанкур привез на остров Ланселот как переводчиков.

Глава тринадцатая

О ТОМ, КАК ЗАТЕМ БЕРТЕН ЗАХВАТИЛ КОРОЛЯ И ЕГО ЛЮДЕЙ, ОТВЕЛ ИХ НА КОРАБЛЬ «ТРАНШМАР» И ОТДАЛ ИХ В РУКИ РАЗБОЙНИКОВ

Когда канарцы отужинали, Бертен сказал им: «Спите спокойно и ни о чем не беспокойтесь, ибо я буду вас охранять». Одни заснули, другие нет, и когда Бертен увидел, что пришло время, он встал у двери с обнаженной шпагой в руке и приказал схватить и связать их, что и было сделано; только одному, по имени Аваго 90, удалось убежать. И когда Бертен схватил их и связал, то понял, что разоблачил себя и что больше ему никого не заполучить. Тогда он покинул деревню, упорствуя в своем великом зле, и вместе с пленниками направился прямо к острову Грасьоза, где стоял испанский корабль «Траншмар».

Глава четырнадцатая

О ТОМ, КАК КОРОЛЬ ОСВОБОДИЛСЯ ОТ РАЗБОЙНИКОВ, КОТОРЫМ БЕРТЕН ОТДАЛ <ПЛЕННИКОВ>

Когда король увидел себя в таком положении, познав предательство Бертена и его приспешников и страшное оскорбление, [60] которое они ему нанесли, он, будучи храбрым, сильным и могучим человеком, разорвал свои путы и сбежал от троих охранников, один из которых, гасконец, бросился за ним вслед. Но тот резко развернулся и нанес <преследователю> такой удар, что никто больше не осмелился приблизиться к королю. Это был уже шестой раз, как он благодаря своей храбрости вырывался из рук христиан. Так что <в плену> оказалось только двадцать два человека, которых Бертен отдал испанцам с корабля «Траншмар», следуя примеру предателя Иуды Искариота, который выдал нашего Спасителя Иисуса Христа и отдал его в руки иудеев, чтобы они распяли его и предали смерти. Так же поступил и Бертен, отдавший этих бедных невинных людей в руки разбойников, которые повезли их на продажу в вечное рабство в чужие страны.

Глава пятнадцатая

О ТОМ, КАК СООБЩНИКИ БЕРТЕНА ЗАХВАТИЛИ ЛОДКУ, КОТОРУЮ ГАДИФЕР ПОСЛАЛ ЗА ПРОДОВОЛЬСТВИЕМ

Поднявшись на борт «Траншмара», Бертен отправил бастарда де Блесси и некоторых других из своих сообщников в крепость Рубикон; там они увидели лодку, принадлежавшую Гадиферу, которую он прислал за продовольствием для него и его спутников, оставшихся на острове Лупп, как о том было сказано выше. Решив заполучить ее, несколько человек Бертена обратились за помощью к гасконцам, товарищам по клятве, захватили лодку, забрались в нее и стали грести. Ремонне де Ленедан бросился за ними, чтобы вернуть ее. Но находившийся в <лодке> бастард де Блесси подбежал к Ремонне с обнаженной шпагой и чуть было не убил его. Лодка быстро уходила в открытое море, а те <из сообщников Бертена>, кто оставался на берегу, говорили: «Если у людей Гадифера хватит смелости отобрать лодку, мы их всех перебьем без пощады: и в любом случае Бертена и его людей [61] возьмут на корабль, а Гадифер и его люди никогда больше не будут есть». Люди Гадифера, находившиеся в крепости Рубикон, так отвечали им: «Добрые сеньоры, вы хорошо знаете, что Гадифер отправился на остров Лупп, так как мы нуждаемся в обуви, у него нет ни хлеба, ни муки, ни питьевой воды, и он сможет получить <все это> только с помощью лодки. Пожалуйста, позвольте нам передать продукты для него и его людей, иначе можно считать, что они умрут от голода». А те в ответ: «Хватит говорить об этом, мы все равно ничего не сделаем для вас, разговор окончен, в любом случае Бертен и его люди уедут на корабле "Траншмар"».

Глава шестнадцатая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН ОТПРАВИЛ ЛОДКУ С «ТРАНШМАРА», ЧТОБЫ ЗАХВАТИТЬ ПРОДУКТЫ ГАДИФЕРА

На следующий день в девятом часу 91 в гавань Рубикона прибыла лодка с корабля «Траншмар» с семью сообщниками <Бертена>. Люди Гадифера спросили их: «Добрые сеньоры, что вам здесь надо?» Те ответили: «Нас послал Бертен и сказал, что вскоре после нашего отплытия и сам отправится сюда». И тут же, войдя в крепость Рубикон, они стали грабить и растаскивать продукты, принадлежавшие монсеньору де Бетанкуру, которые он оставил Гадиферу и его соратникам, а именно вино, печеный хлеб, солонину и прочую провизию. И это несмотря на то, что он распределил ее равно между всеми независимо от их положения и себе оставил только полагавшуюся ему по праву долю; неподеленной оказалась только бочка вина. [62]

Глава семнадцатая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН ОТДАЛ ИСПАНЦАМ ЖЕНЩИН, НАХОДЯЩИХСЯ В КРЕПОСТИ, НАД КОТОРЫМИ ТЕ СОВЕРШИЛИ НАСИЛИЕ

Вечером в крепости Рубикон появился сам Бертен, пришедший сюда по суше в сопровождении тридцати человек из команды корабля «Траншмар». Он приказал своим людям: «Берите и хлеб, и вино, и все, что здесь найдете; тот, кто что-нибудь утаит, будет повешен, ибо за все это я уплатил больше, чем кто-либо, и будь проклят тот, кто хоть что-нибудь оставит здесь». Так говорил Бертен и еще многое другое, что было бы слишком долго перечислять. Он также захватил силой несколько женщин, прибывших сюда из Франции 92, и отдал против их воли испанцам; те волокли <женщин> от крепости до самого причала и насиловали, невзирая на их громкие крики и вопли; а Бертен, присутствовавший при всем этом, говорил: «Я очень хочу, чтобы Гадифер де Ла Салль знал, что, если бы он был так же молод, как и я, я бы убил его; но, поскольку он немолод, я, может быть, удержусь от этого; если же мне вдруг <такая мысль> ударит в голову, я отправлюсь на остров Лупп и утоплю его, пусть он там и поохотится на морских волков». Это с таким злорадством говорилось о человеке, от которого он не видел ничего, кроме любви и добра.

Глава восемнадцатая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН НАГРУЗИЛ ДВЕ ЛОДКИ ПРОВИЗИЕЙ И ДРУГИМИ ВЕЩАМИ

На следующий день утром Бертен де Берневаль приказал загрузить лодку Гадифера и лодку с корабля «Траншмар» различными вещами, это были мешки с мукой в большом количестве, разного вида оружие, бочка вина и все остальное. <Люди Бертена> перелили вино в другую бочку, которую привезли с собой, а [63] остаток выпили и вылили; набили многие короба, дорожные сумки и кожаные мешки всем тем, что находилось в крепости, о чем будет рассказано в свое время и в своем месте. Они забрали несколько арбалетов и все луки, за исключением тех, которые Гадифер взял с собой на остров Лупп; из двух сотен тетив, которые были там, не осталось ни одной; они также унесли с собой огромный моток нитей, из которых натягивают тетивы для арбалетов. А нашего доброго оружия они взяли сколько им вздумается; его у нас было предостаточно. И нам пришлось распустить оставшийся у нас старый канат, чтобы сделать из него тетивы для луков и арбалетов. И если бы не стрелы, хотя и в малом количестве, которые у нас были, нас бы ожидала полная гибель и уничтожение, ибо канарцы более всего боялись луков. А еще испанцы захватили четыре дюжины дротиков и два короба Гадифера со всем их содержимым.

Глава девятнадцатая

О ТОМ, КАК ФРАНЦИСК КАЛЮ ПОСЛАЛ ЗА ГАДИФЕРОМ НА ОСТРОВ ЛУПП

Когда лодки отплыли к кораблю, люди Гадифера, понимая, что их капитан нуждается в продовольствии, как никто другой, отправили двух капелланов 93 и двух оруженосцев 94 из крепости Рубикон к капитану корабля «Морель», стоявшего у берегов острова Грасьоза, где бросил якорь и корабль «Траншмар», с просьбой проявить милость и помочь Гадиферу де Ла Сал-лю, который вот уже неделю находился на острове Лупп вместе с одиннадцатью <товарищами> без всякой провизии; ведь им угрожала голодная смерть. И хозяин «Мореля», движимый жалостью и видя великое предательство, совершенное Бертеном по отношению к Гадиферу, послал на подмогу одного человека из своей команды по имени Симен. Прибыв в Рубикон, Симен вместе с четырьмя людьми сеньора де Бетанкура 95, а именно [64] с Гийомом Ле Муаном 96, Жаном Ле Шевалье 97, Тома Ришаром и Жаном Ле Масоном 98, решился на рискованное предприятие. Они отплыли на остров Лупп в маленькой лодке, которую Бертен оставил им, правда, забрав с собой все весла. Тот самый Симен загрузил ее, насколько смог, провизией. Это было самое тяжелое плавание, о нем можно узнать от тех, кто сам пережил его; а всего пути-то было четыре льё 99.

Глава двадцатая

О ТОМ, КАК ГАДИФЕР ВЕРНУЛСЯ НА МАЛЕНЬКОЙ ЛОДКЕ НА ОСТРОВ ЛАНСЕЛОТ

В это время на острове Лупп Гадифер, страдая от голода и жажды и уповая на милость нашего Господа, каждую ночь расстилал полотно, чтобы собирать росу с неба, затем выжимал его и пил капли, чтобы утолить жажду, не ведая о том, что совершил против него тот самый Бертен, которым он всегда восхищался, когда речь заходила о нем. Лодка с Сименом и его спутниками наконец добралась до острова и забрала Гадифера. Как только они вернулась в Рубикон, Гадифер сказал такие слова: «Мне очень тяжело от великой подлости и великого предательства, совершенного против этих несчастных людей, которых мы обязались <защищать>. Но мы не можем исправить того, что уже случилось. Да будет славен Бог во всех своих деяниях, Который и рассудит эту ссору!» Гадифер признался, что ни он, ни монсеньор де Бетанкур никогда не могли бы и подумать, что <Берневаль> осмелится сделать то, что он сделал. «Мы, Бетанкур и я, выбрали его, поскольку считали одним из самых подходящих для нашей команды. Значит, и добрый сеньор, и я оказались непредусмотрительными». [65]

Глава двадцать первая

О ТОМ, КАК ДВА КАПЕЛЛАНА, ОДИН ПО ИМЕНИ БРАТ ПЬЕР БОНТЬЕ, А ДРУГОЙ МЕССИР ЖАН ЛЕ ВЕРРЬЕ, ОТПРАВИЛИСЬ НА КОРАБЛЬ «ТРАНШМАР»

Два капеллана, находившихся в то время на борту «Мореля», видели, как из Рубикона ушли две лодки, нагруженные провизией, необходимой для нашего существования, и многими другими вещами. Тогда они обратились к капитану корабля с просьбой отправиться с ними на корабль по имени «Траншмар» и <получили согласие>. Вместе с ним и двумя благородными мужами, один по имени Пьер дю Плесси 100, а другой Гийом д'Альмень, они прибыли на «Траншмар». Бертен встретил прибывших такими словами: «Не думайте, будто что-либо из этих вещей принадлежит Бетанкуру или Гадиферу; все они мои, и свидетели того – эти два капеллана». А те ему ответили в присутствии всех: «Бертен, мы хорошо знаем, что, когда вы явились в первый раз к монсеньору де Бетанкуру, вашего было так мало или почти ничего, и поэтому монсеньор вручил вам сто франков, которые вы должны были разделить между нами; это происходило в Париже, когда он только начинал свое предприятие, которое по милости Бога завершится к его славе и выгоде, так что все, что находится здесь в данный момент, принадлежит сеньору де Бетанкуру и монсеньору Гадиферу и, бесспорно, приобретено на средства нашего сеньора». Бертен ответил на это так: «Если Богу будет угодно, я поеду прямо в Испанию, где сейчас монсеньор де Бетанкур, и если у меня есть какие-то его вещи, я их ему обязательно верну, а вы не вмешивайтесь в это дело и будьте уверены, что сеньор де Бетанкур разрешит все вопросы, которые вызывают сомнения и о которых я <сейчас> не хочу говорить». Бертен не любил мессира Гадифера, потому что тот занимал более высокое, чем он, положение и имел больше власти. И он надеялся, что сеньор де Бетанкур, его господин, не имеет на него зла, как полагают другие, а если бы он и совершил что-нибудь, что не [66] понравилось бы его сеньору, то не стал бы обращаться с просьбой помирить его с ним. Вот с этим они и покинули корабль, сказав напоследок: «Бертен, поскольку вы увозите этих несчастных людей, оставьте нам хотя бы канарку Изабеллу, так как мы не знаем местного языка, а также нашу лодку, которую вы увели, потому что мы просто не сможем выжить без нее». Бертен ответил: «Она не моя, а моих спутников, это им решать». Тогда два капеллана и два оруженосца прыгнули в лодку и взялись за весла, а люди Бертена схватили канарку Изабеллу и выбросили ее за борт в море. И она бы утонула, если бы не капелланы и оруженосцы, которые вызволили ее из воды и втащили в лодку, с этим они и уехали. Вскоре после того «Траншмар» снялся с якоря и отчалил от берега. Вот что сотворил Бертен, о чем вы только что услышали и о чем услышите еще.

Глава двадцать вторая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН ОСТАВИЛ СВОИХ СООБЩНИКОВ НА СУШЕ И УЕХАЛ ОТТУДА СО ВСЕЙ ДОБЫЧЕЙ

Тем временем Бертен, находясь на корабле среди своих товарищей по клятве, снова задумал дурное, он устроил вот что – высадил своих сообщников на берег, как раз тех, чьими руками совершил свое описанное выше деяние и свое предательство, ибо, если бы они не примкнули к нему и не участвовали в его заговоре, он бы не осмелился пойти на то предательство и на ту подлость, которые сотворил. И этот низкий человек сказал им: «Придумайте для себя что-нибудь получше, ибо со мной вы ничего не добьетесь». И еще Бертен сказал им, что сделал это потому, что боялся, как бы они сами не поступили с ним подобным образом. Бертен намеревался также по приезде в Испанию поговорить с монсеньором де Бетанкуром и примириться с ним, что он и сделал весьма успешно, поведав тому о происшедшем в таких словах, что наш сеньор поверил части рассказанного, о чем [67] вы со временем узнаете, хотя и был хорошо оповещен о поступке <Бертена>, который объяснял его корыстью.

Глава двадцать третья

О ТОМ, КАК ЛЮДИ, КОТОРЫХ БЕРТЕН ОСТАВИЛ НА СУШЕ, ОТЧАЯВШИСЬ, НАПРАВИЛИСЬ ПРЯМО К ЗЕМЛЕ САРАЦИН

Оставшиеся на берегу <люди Бертена>, чрезвычайно расстроенные и опасавшиеся гнева монсеньора де Бетанкура и Гадифера, а также их соратников, стали жаловаться вышеупомянутым капелланам и оруженосцам: «Бертен, – говорили они, – действительно предатель, ибо он предал и своего капитана, и нас». И каждый из них покаялся перед мессиром Жаном Ле Веррье, капелланом монсеньора де Бетанкура. Они решили так: «Если бы наш капитан 101 Гадифер пожелал простить нас за то зло, которое мы ему причинили, мы готовы служить ему всю нашу жизнь». И они поручили Гийому д'Альманю 102 обратиться к <Гадиферу> с этой просьбой от лица всех и вернуться обратно с его решением, и Гийом сразу же отправился к Гадиферу. Но почти тут же, не веря в его возвращение, <люди Бертена> захватили лодку, сели в нее и вышли в открытое море 103, поскольку, осознавая то зло и тот грех, которые совершили против такого рыцаря и своего капитана, они опасались его гнева и ярости. В полном отчаянии они поплыли прямо к земле мавров, которая должна была находиться где-то на полпути между нами и Испанией. <Плохо> управляемая лодка пошла ко дну у берегов Варварии 104, около Марокко; десять из двенадцати <человек> утонули, а двое были захвачены в рабство: один из них затем умер, а другой, по имени Сьо де Лартиг, остался в плену у язычников. [68]

Глава двадцать четвертая

О ТОМ, КАК ПОГИБ КОРАБЛЬ МЕССИРА ГАДИФЕРА

Вернемся снова к монсеньору де Бетанкуру 105 и скажем, что корабль, на котором он прибыл в Испанию и который считали собственностью Гадифера, бросил якорь в порту Калис. Хорошо зная, что моряки того корабля были злыми и хитрыми, де Бетанкур приложил много усилий, чтобы посадить в тюрьму некоторых из главарей, а корабль взял под свое управление. <К нему> обратились несколько купцов, желая купить <корабль>, но сеньор не хотел этого делать, так как сам намеревался вернуться на нем вместе с новыми людьми на Канарские острова и привезти туда провизию, ибо рассчитывал на милость короля Кастилии 106. Он приказал отвести корабль из порта Калис в Севилью, думая, что поступает правильно. Но по пути судно потерпело крушение и пошло ко дну; это случилось около порта Баремед 107. Его гибель нанесла большой ущерб мессиру Гадиферу. Говорят, что там были принадлежавшие ему перстни, которые стоили больших денег, а то, что уцелело, стоило, по слухам, всего пятьсот дублей 108 и не могло принести ему ни богатства, ни славы. А незадолго до гибели корабля монсеньор де Бетанкур отправился из Калиса в Севилью, где находился в это время король Кастилии. Туда же прибыл и Франсиск Калю, который довольно быстро приплыл с Канарских островов и вызвался снова отправиться к Гадиферу, если <Бетанкуру> будет угодно послать тому припасы. Монсеньор де Бетанкур сказал, что в самом скором времени даст ему такое поручение, но сначала он должен представиться королю Кастилии, который находился тогда в Севилье, что он и сделал, как вы о том узнаете во всех подробностях. <Ниже мы расскажем> о теплом приеме и гостеприимстве, которое король оказал ему. [69]

Глава двадцать пятая

О ТОМ, КАК КОРАБЛЬ «ТРАНШМАР» ПРИБЫЛ В ПОРТ КАЛИС С ПЛЕННИКАМИ НА БОРТУ

Несколько дней спустя в порт Капис прибыл корабль «Траншмар», на котором находились Бертен и часть тех, кто вошел с ним в сговор, ибо остальные его сообщники, <пребывая> в отчаянии, утонули у мавританских берегов. Бертен привез с собой несчастных канарцев, жителей острова Ланселот, которых, прикрываясь честным словом, предательски захватил, чтобы продать в чужих землях как рабов в вечную неволю. А там оказался Куртиль, трубач Гадифера, и с его помощью Бертен и все его сообщники были арестованы; против них начался процесс, и рука правосудия заковала их в цепи и бросила в королевскую тюрьму Калиса. Об этом сообщили сеньору де Бетанкуру, который находился в Севилье. Потрясенный такой новостью, он был готов отправиться в Ка-лис, чтобы вызволить из неволи несчастных канарцев; он обещал обязательно помочь им, как только сможет. Однако он не мог уехать сразу, ибо как раз в это время ожидал аудиенции у короля Кастилии, чтобы уладить и этот вопрос, и другие. И пока наш сеньор решал свои дела с королем Кастилии, вышеупомянутый Ферран Дордонь 109 увел корабль со всем грузом и пленниками в Арагон 110, где и продал их.

Глава двадцать шестая

О ТОМ, КАК МОНСЕНЬОР ДЕ БЕТАНКУР ПРИНЕС ОММАЖ 111 КОРОЛЮ ИСПАНИИ

Перед тем как уехать с острова Ланселот и с Канарских островов, монсеньор де Бетанкур, как и положено, распорядился наилучшим образом своими делами и оставил мессиру Гадиферу все управление, пообещав тому, что постарается вернуться как можно скорее с новыми людьми и провиантом, не предполагая, что ему придется задержаться. Но всем известно, что решать [70] дела с таким правителем, как король Кастилии, требует времени, тем более в таком <серьезном> вопросе, как его. Сеньор де Бетанкур пришел выразить почтение кастильскому королю, который принял его очень благосклонно и спросил, чего он желает 112. Бетанкур ответил ему: «Сир! Я пришел к Вам за помощью. Я прошу вашего соизволения дать мне возможность завоевать и обратить в христианскую веру острова, которые называются Канарскими, где я уже побывал и положил этому начало и где я оставил моих людей, которые ждут меня со дня на день. Я оставил с ними доброго рыцаря по имени мессир Гадифер де Ла Салль, который согласился участвовать в моем предприятии. И так как Вы, дражайший сир, являетесь королем и сеньором всех окружающих земель и христианнейшим королем, я пришел просить Вашей милости, чтобы Вы соизволили принять у меня, а я – дать Вам оммаж за эти острова». Король был счастлив, услышав такие слова, и сказал, что <Жан де Бетанкур> – его желанный гость. Он похвалил <монсеньора> за доброе и благородное желание уехать из такого далека, каким является королевство Франция, чтобы завоевать <новые земли> и увеличить его славу. Вот что еще говорил король: «Именно ваше доброе сердце подвигло вас принести мне оммаж за землю, о которой я никогда ничего не слышал и которая, как я могу понять, расположена более чем в двухстах льё от нас» 113. И король обещал, что тот найдет <при дворе> самый теплый прием и что все его желания будут исполнены. Он принял оммаж и дал <Жану де Бетанкуру> сеньориальные права на те из Канарских островов, которые были уже завоеваны. И кроме того, <король> предоставил ему право на пятую долю 114 товаров, которые будут идти в Испанию с названных островов 115, и эту пятую часть <наш сеньор> получал долгое время. И еще король выделил для Гадифера и оставшихся с ним людей двадцать тысяч мовинзинов 116, которые можно было получить в Севилье. Эти деньги по повелению монсеньора де Бетанкура были отданы Ангеррану де Ла Буассьеру 117, но тот не исполнил надлежащим образом своего [71] долга; говорят, что названный де Ла Буассьер уехал во Францию со всей или частью этой суммы. Однако сеньор де Бетанкур очень быстро поправил дело и, как только получил <от коро-ля> провиант, тотчас поспешил вернуться на острова, как вы об этом узнаете ниже. Король разрешил ему чеканить монету в Канарской земле, что он и сделал, когда был облечен <сеньорией> этих островов и стал мирно править ими.

Глава двадцать седьмая

О ТОМ, КАК АНГЕРРАН ДЕ ЛА БУАССЬЕР ПРОДАЛ ЛОДКУ С ПОГИБШЕГО КОРАБЛЯ

А в это время Ангерран де Ла Буассьер продал лодку с погибшего корабля, взял за нее деньги и подделал бумаги, дававшие ему разрешение на доставку провианта <людям Гадифера>, которые очень страдали из-за его отсутствия, пока монсеньор де Бетанкур не пришел на помощь: во время поста им даже пришлось есть мясо. И так как любой человек, как известно, будь то самый великий, не может уберечь себя от обмана и предательства, так и сеньор де Бетанкур, передавая деньги от короля Кастилии, предназначавшиеся для него, тому самому Ангеррану, думал, что тот распорядится ими должным образом. Но некий <человек> по имени Жан де Лезказ 118 уличил Ангеррана и сказал Бетанкуру, что тот злоупотребил деньгами, которые предоставил ему король. Тогда сеньор де Бетанкур пошел к королю и попросил оказать новую милость и дать ему корабль и людей, чтобы помочь тем, кто находится на островах; эта просьба была исполнена, корабль снаряжен, и на него набрали восемьдесят человек. На борт погрузили также четыре бочки вина, семнадцать мешков муки и много других необходимых вещей, оружие и прочее снаряжение. Монсеньор де Бетанкур написал мессиру Гадиферу, чтобы тот строго следил за этими вещами, что сам он вскоре прибудет на острова, чтобы <Гадифер> использовал присланных ему людей на разных работах и чтобы те [72] трудились как следует. Он сообщал в письме, что принес оммаж за Канарские острова королю Кастилии и что король принял его со всем радушием и оказал ему намного больше почестей, чем он того заслуживал, а кроме того, дал деньги и обещал сделать еще много хорошего. И пусть Гадифер не сомневается, что они увидятся очень скоро и что это случится в самое ближайшее время. «Когда корабль будет огибать острова, – <писал Жан де Бетанкур>, – вы укажите место, к которому он должен повернуть, это я советую вам сделать непременно, чтобы знать на будущее, как и где надо причаливать. Меня поразили те недостойные поступки, на которые решился Бертен де Берневаль, долго же я не мог разгадать его. Он мне представил дело совсем иначе, а не так, как я узнал о том позже: я вам уже писал, чтобы вы были с ним осторожны, ибо он мне не раз говорил, что не испытывает к вам большой любви. Мой дорогой брат и друг, приходится пережить многое; нужно забыть о том, что произошло, и стараться делать добро по мере возможности». Гадифер радовался всему – и приходу корабля, и тому, что Бетанкур ему написал, но только не его сообщению об оммаже, который тот принес королю Кастилии, ибо он думал, что сам имеет право на часть и долю в названных Канарских островах. Однако это не входило в намерения сеньора де Бетанкура, как обнаружится позже, когда эти два рыцаря станут обмениваться оскорблениями и поссорятся между собой 119; вероятно, если бы все острова были уже давно завоеваны, то не возникло бы никаких неприятностей. Сейчас же люди хотели подчиняться только монсеньору де Бетанкуру, и на то имелись основания, ибо он был их вождем и руководителем по праву и первым дал ход этому предприятию. Он наилучшим образом подготовился к <походу>, поскольку единственным его желанием было полное завоевание Канарских островов. Уезжая с острова Ланселот, сеньор де Бетанкур намеревался плыть во Францию, чтобы доставить туда госпожу де Бетанкур 120; дело в том, что, <начав путешествие>, он довез ее только до порта Калис, ибо она отказалась плыть с ним дальше. И как только <монсеньор> принес оммаж королю, он дал [73] указание Ангеррану де Ла Буассьеру сопроводить госпожу, его супругу, в Нормандию, в его поместье Гренвиль-ла-Тентюрьер; де Бетанкур сделал все, чтобы ее доставили домой самым подобающим образом. И вскоре после этого наш сеньор покинул Севилью вместе с небольшим отрядом, который снарядил для него король Кастилии; он же снабдил его различным оружием, так что сеньор был очень доволен, как того и следовало ожидать. Госпожа де Бетанкур прибыла в родную Нормандию, в поместье Гренвиль в земле Ко, где жители устроили ей теплый прием, и она оставалась там до тех пор, пока монсеньор не вернулся с Канар, о чем речь пойдет ниже 121.

Глава двадцать восьмая

ИМЕНА ТЕХ, КТО ПРЕДАЛ ГАДИФЕРА, ЕГО ЛЮДЕЙ, НАХОДИВШИХСЯ НА ОСТРОВЕ ЛАНСЕЛОТ, И СВОИХ СОБСТВЕННЫХ ТОВАРИЩЕЙ 122

Вот перечень имен тех, кто стал предателем вместе с Бер-теном. Это в первую голову сам Бертен, родом из Франции и знатный человек, затем Пьер де Льен, Ожеро де Монтиньяк, Сьо де Ларг 123, Бернар де Кастельно, Гийом де Но, Бенар 124 де Молеон по прозвищу Петух, Гийом де Салерн по прозвищу Живодер, Морле де Конранж 125, Жан де Бидувиль, Бидо де Орне, Бернар де Монтобан и Жан де Лалё, бастард де Блесси, Фе-липо де Бальё, Оливье де Ла Бар, Большой Перрен, Жиле де Ла Борденьер, Жан Брен, Жан, портной де Бетанкура, кузнец Перне, пекарь Жакэ, повар Мишле – все вышеназванные оказались причиной многих зол; по большей части они были родом из Гаскони 126, один, Даньу, из Пуату и трое из Нормандии. Мы оставим сейчас разговор о них и расскажем о мессире Гадифере и его отряде. [74]

Глава двадцать девятая

О ТОМ, КАК ЖИТЕЛИ ОСТРОВА ЛАНСЕЛОТ СТАЛИ ВРАЖДОВАТЬ С ЛЮДЬМИ МОНСЕНЬОРА ДЕ БЕТАНКУРА ПОСЛЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВА, КОТОРОЕ СОВЕРШИЛ ПО ОТНОШЕНИЮ К НИМ БЕРТЕН 127

Жители острова Ланселот было очень недовольны, что их людей таким <бесчестным> образом схватили и предали; они говорили, что наша вера и наш закон не столь хороши, как мы утверждали, поскольку мы предавали друг друга, творили друг против друга ужасные вещи и не были тверды в своих обещаниях. И все язычники Ланселота поднялись против нас и стали враждовать с нами; они подняли мятеж и, к великому сожалению и прискорбию, убили некоторых из наших людей. И поскольку Гадифер не может в данных условиях судить их подобающим образом, как он того желает, он просит помощи у судей в королевстве Франция и за его пределами, чтобы они, следуя закону, совершили правосудие, если кто-либо из преступников будет пойман и попадет в их руки.

Глава тридцатая

О ТОМ, КАК АШ, ОДИН ИЗ САМЫХ ЗНАТНЫХ <ЛЮДЕЙ> ОСТРОВА ЛАНСЕЛОТ, СТАЛ ВЕСТИ ПЕРЕГОВОРЫ О ЗАХВАТЕ КОРОЛЯ 128

Итак, после всего случившегося мы потеряли всякое уважение <у местных жителей>, а наша вера была обесценена; если до того они считали ее хорошей, то теперь судят иначе. Кроме того, они убили наших людей и ранили многих, поэтому сьёр Гадифер потребовал выдать ему виновников; в противном случае он обещал убить всех тех, кто попадет в его руки. Во время этих событий к нему явился некий Аш, язычник с Ланселота, который [75] желал стать королем названного острова. Мессир Гадифер очень долго говорил с ним об этом, а затем Аш ушел. Несколько дней спустя он прислал своего племянника, которого монсеньор де Бетанкур привез из Франции как переводчика. Этот человек сообщил Гадиферу, что король ненавидит <Гадифера> и что, пока тот жив, если мы и сможем что-то получить от него, то только с большим трудом. Он обвинил короля в убийстве наших людей и сказал, что если бы Гадифер захотел, то он [племянник] нашел бы способ захватить <короля> и всех тех, кто был повинен в смерти наших товарищей. Гадифер очень этому обрадовался и сказал, чтобы тот все подготовил и сообщил ему время и час, что и было сделано.

Глава тридцать первая

О ТОМ, КАК АШ ПРЕДАЛ СВОЕГО КОРОЛЯ, ЗАМЫШЛЯЯ ТАКЖЕ ПРЕДАТЬ ГАДИФЕРА И ЕГО ЛЮДЕЙ

Таким образом, Аш замыслил двойное предательство, ибо хотел предать короля, своего сеньора, и одновременно его целью и намерением было предать Гадифера и всех его людей. На это <Аша> толкал его племянник по имени Альфонс, который постоянно находился с нами и знал, что нас было совсем немного; ему казалось, что <канарцам> не составит никакого труда уничтожить нас, потому что среди выживших у нас осталось совсем мало тех, кто был способен воевать. Так вот послушайте, что случилось. Когда Аш посчитал момент подходящим, чтобы захватить короля, он попросил Гадифера прибыть в указанное им место, <сообщив>, что король вместе с полусотней людей находится в одном из своих жилищ в деревне около Лакатифа 129. Гадифер, взяв с собой двенадцать человек, немедленно отправился туда; был канун Св. Кателины 130 1402 года, они шли всю ночь и прибыли на место, когда уже занимался день. Король со своими людьми [76] собрались в одном доме и держали совет против нас. Гадифер думал, что войдет туда без труда, но охранявшие вход в дом оказали сопротивление и оборонялись со всей решимостью, ранив многих из наших, а пятерым из них, как раз тем, кто <прежде> участвовал в убийстве наших людей, удалось уйти, трое из них были тяжело ранены: один шпагой, а два других стрелами. Тогда наши ворвались в дом силой и захватили оставшихся; но поскольку Гадифер решил, что они не виновны в смерти его людей, то освободил их по просьбе Аша. Задержали только короля и человека по имени Альби, им повесили на шею цепи и повели прямо на площадь, где наши люди были убиты, к тому месту, где они лежали, покрытые землей; и сильная ярость охватила Гадифера против того Маби 131, и он хотел отрубить ему голову. Но король воспрепятствовал этому, сказав, что тот не был замешан в смерти людей <Гадифера> и что он готов отдать собственную голову на отсечение, если обнаружится, что названный им невиновным когда-либо участвовал в убийстве. Гадифер на это ответил, чтобы тот поостерегся, так как подвергает себя большой опасности, ведь он разузнает обо всем доподлинно. А король пообещал ему, что найдет всех, кто убивал его людей. И с этим они все вместе отправились в крепость Рубикон. Там на короля надели две пары наручников. Несколько дней спустя он освободился от них, так как наручники, слишком широкие <для его рук>, плохо держались. Увидев такое, Гадифер приказал приковать короля цепью, а одну пару наручников снять, так как они причиняли тому боль.

Глава тридцать вторая

О ТОМ, КАК АШ ДОБИЛСЯ СОГЛАСИЯ ГАДИФЕРА НА ТО, ЧТОБЫ СТАТЬ КОРОЛЕМ

Несколько дней спустя в крепость Рубикон явился Аш. На переговорах с Гадифером было решено, что <Аш> станет королем при условии, что он сам и его люди примут крещение. Увидев [77] Аша, бывший король бросил на него полный возмущения взгляд и сказал: «Фор тронкене», то есть «подлый предатель». Аш попрощался с Гадифером и, <вернувшись к себе>, облачился в королевские одежды. После того прошло несколько дней, и Гадифер послал своих людей за ячменем, ибо у нас не оставалось даже и малой толики хлеба. Они собрали большое количество ячменя и оставили его в старой крепости 132, которую, если верить слухам, в давние времена построил Ланселот Малезель 133; семеро из них отправились в Рубикон за подмогой, чтобы перенести туда ячмень. И когда <люди Гадифера> были в пути, двадцать четыре туземца вместе с Ашем, только что ставшим новым королем, вышли им наперерез и долго шли рядом, выказывая дружеское расположение; но Жан Ле Куртуа и его спутники начали что-то подозревать, поэтому, держась друг друга, они оторвались от <людей Аша>, за исключением Гийома Дандрака, который шагал вместе с ними, ни о чем не догадываясь. Пройдя некоторое расстояние и выбрав подходящий момент, <канарцы> набросились на Гийома, повалили на землю, нанесли ему тринадцать ран и прикончили бы его, если бы Жан и его спутники не услышали шум; повернув обратно, они бесстрашно напали на людей Аша, с большим трудом вызволили товарища и привели в крепость Рубикон.

Глава тридцать третья

О ТОМ, КАК КОРОЛЬ УСКОЛЬЗНУЛ ИЗ ЗАКЛЮЧЕНИЯ У ГАДИФЕРА И КАК ОН ПРИКАЗАЛ УБИТЬ АША

В тот же день, точнее, ночью бывший король убежал из темницы Рубикона, унося на себе наручники и цепь, которой был прикован. И как только он оказался в своем замке, он приказал схватить Аша, который предал его и объявил себя королем, и повелел забить того камнями и сжечь. На следующий день люди, находившиеся в старой крепости, узнали, что Аш напал на Жана Ле [78] Куртуа, Дандрака и их спутников. Тогда они взяли одного канарца, который был у них, и, поднявшись на высокую гору, отрубили ему голову, а затем насадили ее на очень длинный кол, чтобы все могли хорошо ее видеть, и с этого момента началась долгая война против местных жителей. <Французами> было захвачено огромное количество мужчин, женщин и детей, а остальные были доведены до того, что попрятались по пещерам и ни на что уже не надеялись. Часть <наших> осталась в замке, охраняя крепость и пленников, другие же, и их большинство, находились за его стенами. И они прилагали все усилия, чтобы захватить туземцев, ибо это было единственное, что они могли тогда сделать в ожидании монсеньора де Бетанкура, пока тот в скором времени не прислал им подмогу, как вы об этом узнаете ниже 134. Да, Бертен содеял им великое зло и посеял смуту, принесшую много смертей.

Глава тридцать четвертая

О ТОМ, ЧТО ГАДИФЕР ИМЕЛ НАМЕРЕНИЕ УБИТЬ ВСЕХ МУЖЧИН-ВОИНОВ ОСТРОВА ЛАНСЕЛОТ 135

Гадифер сказал своим товарищам, что имел намерение, чтобы поправить положение, убить всех мужчин-воинов этой страны, захватить женщин и детей, заставить их принять крещение и жить по нашим законам, однако Бог распорядился иначе. Случилось так, <пояснил он>, что в эту Пятидесятницу 136 крестилось более восьмидесяти мужчин, женщин и детей. Видно, всемилостивый Бог хочет укрепить их в нашей вере, чтобы это стало добрым примером для всех чужеземных стран. Нет никакого сомнения, что монсеньор де Бетанкур вернется; а если бы он получил хотя бы небольшую помощь от какого-нибудь правителя, то были бы завоеваны не только Канарские острова, но и много других обширных земель, еще мало известных и богатых, столь же прекрасных, населенных неверными, исповедующими различные законы и говорящими на различных языках. Если бы [79] Гадифер и его товарищи получили выкуп за пленников, они покрыли бы издержки, которые понесли в этом путешествии. Но Богу это не угодно, ибо большая часть <туземцев> уже окрещена, Богу не угодно, чтобы нужда заставляла их продавать людей. Но пока монсеньор де Бетанкур не посылает никакой весточки о себе 137 и из Испании или других мест не приходит никаких кораблей, которые обычно приставали к этим берегам, чтобы обследовать их, ведь <Гадифер и его спутники> очень нуждаются и в людях, и в продовольствии. Да поможет им всемилостивый Бог.

Глава тридцать пятая

О ТОМ, КАК БАРКА 138 МОНСЕНЬОРА ДЕ БЕТАНКУРА ПРИБЫЛА К НИМ ПО БОЖЬЕЙ МИЛОСТИ 139

Богу не требуется много времени; перемены совершаются быстро, когда это угодно Ему, ибо Он видит и знает мысли 140 и желания <человеческих> сердец и никогда не забывает тех, кто уповает на Него, и сразу же воздает им. И вот, к великой радости всех, к берегу острова Грасьоза пристала барка, посланная монсеньором де Бетанкуром, с новыми людьми и запасами. На ее борту находилось более восьмидесяти человек, из которых сорок четыре сидели на веслах: монсеньор получил их от короля Кастилии вместе с большим количеством военного снаряжения и провианта. И как я уже говорил выше 141, сьёр де Бетанкур отправил мессиру Гадиферу де Ла Саллю письма, в которых сообщал ему о многих делах, и в том числе о том, что он принес оммаж королю Кастилии за Канарские острова, – новость, которая совсем не обрадовала <Гадифера>, поэтому при встрече он не был так приветлив, как следовало. Знатные люди и другие удивлялись <этому>, ибо по всему он должен был встретить их с радушием, они не понимали причины <столь сдержанного [80]

приема> и не догадывались, в чем дело. Весть о том, что монсеньор де Бетанкур принес оммаж королю Кастилии за Канарские острова, распространилась повсюду, и никому не приходило в голову, что это могло вызвать неудовольствие у Гадифера, а сам он скрыл причину своей досады. Тем не менее он взял себя в руки и постарался не выдать своего настроения. К тому же капитан корабля и барки рассказал, что доподлинно произошло с предателями, которые причинили им столько несчастий и чьи имена были перечислены выше 142, что Бог выказал им [людям Гадифера] свое благоволение и отомстил за то зло, которое <сообщники Бертена> содеяли против них, ибо одни утонули в Варварии 143, а другие живут в своей стране в позоре и бесчестии 144. Кроме того, случилось великое чудо 145, ибо одна из лодок с корабля Гадифера, которую гасконцы увели в октябре месяце 1402 года и которая пошла ко дну вместе с ними у побережья Варварии, вернулась целой и невредимой. Проделав более ста льё от того места, где они утонули, она пристала к берегу острова Грасьоза в августе месяце 1403 года, к тому самому месту, откуда они ее забрали, когда изменник Бертен их предал и выбросил с корабля, на борту которого они находились, и оставил на суше; так что все складывалось удачно, это было большой поддержкой для <людей Гадифера>. Словом, Гадифер встретил, насколько мог, радушно и барку, и людей, и провиант, хотя на сердце у него было не столь радостно. Он спросил о новостях из Кастилии, и капитан корабля ответил, что почти ничего не знает, кроме того, что король принял с почетом мон-сеньора де Бетанкура 146 и тот скоро будет здесь, а госпожу де Бетанкур он приказал отвезти в Нормандию 147. «И я думаю, – <добавил капитан>, – что сейчас она уже там; ведь прошло много времени с тех пор, как я покинул страну, а монсеньор очень торопился отправить ее, чтобы вернуться сюда, он очень беспокоился, что так долго отсутствует; <мне кажется>, он должен вот-вот приехать, так что в ожидании его нужно трудиться и трудиться». И Гадифер ответил на это: «Непременно, мы будем [81] трудиться не покладая рук и постараемся сделать больше того, что уже сделано».

Глава тридцать шестая

О ТОМ, КАК ЭТА БАРКА ОТПЛЫЛА ОТ ОСТРОВА ЛАНСЕЛОТ, ЧТОБЫ ПОСЕТИТЬ ОСТАЛЬНЫЕ ОСТРОВА 148

После того как барка монсеньора де Бетанкура бросила якорь в гавани Рубикон и были выгружены все привезенные припасы: вино, мука и прочие вещи. На этом же корабле Гадифер с большей частью своих людей покинул <Ланселот> и вышел в море, чтобы посетить остальные острова ради монсеньора де Бетанкура и ради их завоевания, которое, если на то будет воля Бога, должно благополучно завершиться. А у капитана барки и его людей было большое желание тоже кое-что заработать, приобрести здесь разного рода изделия, чтобы потом продать их в Кастилии, ведь они могли увезти отсюда такие вещи, как кожу, жир, урсоль, которая служит для окраски тканей и стоит больших денег 149, финики, драконову кровь 150 и многое другое, чем так богата эта земля. Но завоеванные острова находились и находятся под защитой и сеньориальной властью монсеньора де Бетанкура, и от имени короля Кастилии было объявлено, что никто не может поехать туда без разрешения <нашего сеньора>, ибо такую привилегию он получил от короля. Гадифер же ничего об этом не знал, когда отправлялся на острова. Вместе с ним к острову Альбани причалили и высадились Ремонне де Ленедан, Аннекен д'Обербок 151, Пьер де Риель, Жаме де Бареж 152 с другими своими товарищами и <командой> корабля; с ними были также пленники и два канарца в качестве проводников. [82]

Глава тридцать седьмая

О ТОМ, КАК ГАДИФЕР ОТБЫЛ НА БАРКЕ НА ОСТРОВ ЭРБАНИ 153

Итак, Гадифер отбыл на барке на остров Альбани. Несколько дней спустя он с Ремонне де Ленеданом и остальными спутниками (их было тридцать пять человек) направились к Пальмовому ручью 154, чтобы разузнать, не встретится ли им кто-либо из врагов. Они прибыли туда ночью и нашли источник, у которого немного отдохнули, затем стали подниматься на высокую гору, откуда открывается вид почти на весь остров 155. Когда они были на полпути к вершине, испанцы отказались идти дальше и повернули обратно; их было двадцать один человек, большинство из которых арбалетчики. Это сильно раздосадовало Гадифера, но он продолжил путь с тринадцатью оставшимися; из них только двое умели стрелять из лука. Когда они достигли вершины, <Гадифер> взял с собой шестерых человек и спустился вниз вдоль <Пальмового> ручья, впадающего в море, чтобы узнать, нет ли там какой-либо удобной бухты; затем он вернулся, <идя> вверх по течению, и нашел Ремонне де Ленедана с товарищами, ожидающими его у входа в пальмовую рощу 156. Просто поразительно, насколько труднодоступным оказался проход в нее длиной в два броска камня и в два или три копья в ширину. Им пришлось снять башмаки, чтобы пробираться по мраморным камням, которые были настолько отполированы и такими скользкими, что удержаться на них было возможно только на четвереньках, и то идущим позади приходилось, опираясь на острие копий, поддерживать ноги идущих впереди, а затем первые вытаскивали их за собой. Но когда этот путь пройден, <перед взором> открывается прекрасная, сверкающая и почти сказочная долина 157, где растут восемьсот пальм, бросающих густую тень на долину, а между ними искрятся быстрые ручьи. Пальмы объединены в рощицы по двести двадцать деревьев, высоких, как мачты кораблей, размером в двадцать морских саженей 158; они такие зеленые и с [83] такой пышной листвой и так сгибаются под тяжестью фиников, что одно удовольствие смотреть на них. Уставшие <путники> пообедали в их прохладной тени на зеленой траве около сверкающих ручейков, а затем немного отдохнули.

Глава тридцать восьмая

О ТОМ, КАК ОНИ СТОЛКНУЛИСЬ СО СВОИМИ ВРАГАМИ

Затем они снова тронулись в путь; когда они поднялись на высокий берег, <Гадифер> отправил троих вперед <на разведку>. Пройдя некоторое расстояние, эти трое встретили врагов и бросились за ними. Началась охота. Пьер Канарец 159 отбил у них одну женщину, а двух других взял в пещере; у одной из них был грудной ребенок, которого она задушила, возможно, из страха, что он закричит. Но ни Гадифер, ни его спутники ничего не знали о случившемся, хотя и предполагали, что в такой труднодоступной местности, лежавшей перед ними, должны быть люди. Гадифер приказал своему небольшому отряду окружить это опасное место, а поскольку их было всего одиннадцать человек, они расположились достаточно далеко друг от друга.

Глава тридцать девятая

О ТОМ, КАК ТУЗЕМЦЫ, ОБИТАЮЩИЕ В ЭТОМ ТРУДНОДОСТУПНОМ КРАЮ, НАПАЛИ НА КАСТИЛЬЦЕВ

Случилось так, что кастильцы, оставшиеся с Гадифером, натолкнулись на группу туземцев примерно в пятьдесят человек, которые напали на них и держали в осаде, пока их жены и дети не убежали. Те же из отряда Гадифера, которые ушли достаточно далеко вперед, бросились со всех ног на их крики. Первым [84] прибежал Робине де Ленедан и в одиночку обрушился на врагов, но те плотно окружили его, и, не появись вторым Аннекен 160 д'Обербок, который пустил в ход крепкие кулаки и явно стал теснить их, Ремонне угрожала бы смертельная опасность. Третьим прибежал Жьеффр д'Озувиль 161 с луком в руке и, как того и требовалось, обратил всех в бегство. Гадифер, слишком углубившийся в эту труднопроходимую местность, тоже спешил к ним, то есть был четвертым; он направился прямиком в горы 162, куда ушли его люди, и продвигался вперед, пока не наступила ночь, однако он оказался достаточно близко от них, так что они могли переговариваться. С большим трудом, ибо было очень темно, <Гадифер и его люди> нашли друг друга и целую ночь добирались до барки, поэтому им удалось поймать только четырех женщин. Охота на туземцев продолжалась с вечера до ночи. И те и другие настолько устали, что еле передвигали ноги. Если бы не ночная тьма, которая застигла Гадифера и его спутников, никто бы из местных не ускользнул. Первыми остановились кастильцы и прекратили охоту. И уже больше никогда Гадифер не полагался на них за все время путешествия, длившегося три месяца или около того, пока монсеньор де Бетанкур не прибыл в страну с новыми людьми.

Глава сороковая

О ТОМ, КАК ГАДИФЕР ПРИБЫЛ НА ГРАН-КАНАРИЮ И РАЗГОВАРИВАЛ С ЕЕ ЖИТЕЛЯМИ

<Гадифер и его спутники> покинули Эрбан и в час дня были уже у Гран-Канарии 163. Они вошли в большую бухту 164, расположенную между Тельдой 165 и Аргонне 166; в эту же бухту явилось примерно пятьсот канарцев, которые вступили с прибывшими в переговоры, а на борт поднялось двадцать два человека. Уверившись в добрых намерениях французов, <туземцы> принесли фиги [85] и драконову кровь и стали обменивать их на рыболовные крючки 167, старые железные изделия и маленькие ножи; за драконову кровь, которая стоила двести золотых дублей 168, они получили вещи, не стоившие и двух франков. А затем, когда туземцы покинули судно и лодка причалила к берегу, между ними разгорелась ссора <из-за обмененных вещей>; они принялись гоняться друг за другом, и это длилось довольно долго. Когда суматоха закончилось, туземцы опять приплыли к барке, и начался новый обмен: так продолжалось все два дня, пока судно находилось в бухте. Гадифер же хотел поговорить с королем 169, который находился в пяти льё отсюда 170, и послал за ним Пьетро Канарца. А поскольку тот не вернулся в назначенный час, испанцы, которым принадлежала барка, не захотели больше ждать, подняли паруса и отплыли на четыре льё от этого места 171. Они намеревались запастись водой, но местные жители не позволили им высадиться на берег, <заявив, что> без труда справятся с теми, кто решится сойти на землю, тем более в таком малом числе, а их было много, и все знатные по званию и образу жизни. Позже мы нашли завещание братьев христиан, убитых двенадцать лет тому назад 172, их было тринадцать. Если судить по тому, что говорят канарцы, тех убили потому, что они посылали в землю христиан письма, в которых плохо отзывались о местных жителях; а ведь <эти монахи> жили с ними уже семь лет и день за днем проповедовали им принципы веры 173. В этом завещании говорится, что никто не должен доверять канарцам, какими бы хорошими они ни пытались казаться, ибо они от природы предатели, да еще хвастаются, что среди них шесть тысяч знатных людей. Гадифер же тогда думал, что достаточно сотни лучников и такого же числа других <воинов>, чтобы проникнуть в страну, укрепиться там и оставаться до тех пор, пока с Божьей помощью они не подчинятся нашей власти и не примут веру нашего Господа Иисуса Христа. [86]

Глава сорок первая

О ТОМ, КАК ОТРЯД ПОКИНУЛ ГРАН-КАНАРИЮ И, ПРОПЛЫВ МИМО ОСТРОВА АНФЕР, ДОСТИГ ОСТРОВА ГОМЕРА

Затем отряд <Гадифера> уехал <с Гран-Канарии>, чтобы посетить остальные острова. Они подошли к острову Фер 174 и, не высаживаясь, проплыли вдоль его берега, держа курс на остров Гомера 175, куда прибыли ночью. Жители острова жгли костры по всему побережью. Гадифер и его спутники сели в небольшую лодку, высадились на берег, пошли на огонь, встретили одного мужчину и трех женщин, захватили их и отвезли на корабль, где оставались до утра. Утром несколько человек из команды сошли на берег, чтобы запастись водой 176, но островитяне, собравшись вместе, напали на них, так что им пришлось вернуться на барку без воды, ибо в этом месте нашим людям было очень несподручно <вести бой>.

Глава сорок вторая

О ТОМ, КАК ГАДИФЕР И ЕГО СПУТНИКИ УЕХАЛИ С ГОМЕРЫ И ПРИПЛЫЛИ НА ОСТРОВ ФЕР, ГДЕ ОСТАВАЛИСЬ ДВАДЦАТЬ ДВА ДНЯ

После этого они покинули Гомеру и направились к острову Пальм 177, но тут подул встречный ветер и началась большая буря; поэтому им пришлось повернуть к острову Фер 178, куда они прибыли днем; <французы> высадились и оставались <на острове> довольно долго, двадцать два дня; там они захватили четырех женщин и одного ребенка, а также нашли большое количество свиней, коз и овец. Остров не очень удобен 179, береговая полоса не более одного лье в ширину. Но в центральной своей части, поднимающейся высоко над уровнем моря, это чудесная и прекрасная земля 180, покрытая огромными рощами из вечнозеленых деревьев; есть и сосны, которых более двух тысяч, у большинства [87] из них стволы настолько толстые, что и два человека не в состоянии обхватить их руками 181. Здесь много чистых источников, а перепелов столько, что диву даешься, и часто идет дождь 182; сейчас здесь совсем мало людей, ибо каждый год их увозят отсюда; говорят, что еще в 1402 году было захвачено четыре сотни, те же, кто еще живет здесь, вышли бы к <прибывшим>, если бы нашелся какой-нибудь переводчик.

Глава сорок третья

О ТОМ, КАК ОНИ ПРИПЛЫЛИ НА ОСТРОВ ПАЛЬМ, А ЗАТЕМ ВЕРНУЛИСЬ, ИДЯ ВДОЛЬ ОСТРОВОВ С ДРУГОЙ СТОРОНЫ

Им все-таки удалось найти переводчика, который знал страну и говорил на местном наречии, так что они посетили и этот остров, и остальные. Итак, обогнув Фер, они направились прямо к острову Пальм, где нашли бухту справа от реки, впадающей в море 183; там они запаслись водой на обратный путь и поплыли дальше. Как только они обогнули остров Пальм, подул попутный ветер, поэтому через два дня и две ночи <люди Гадифера> были уже в Рубиконе, а между двумя островами – пятьсот миль 184. Они плыли до Ланселота другим путем, идя вдоль всех островов и нигде не высаживаясь. В целом <французы> провели почти три месяца в путешествии и вернулись здоровыми и веселыми. Они увидели, что и их товарищи не теряли время зря, ибо в крепости Рубикон находилось более сотни пленников; многие туземцы были убиты, а остальные доведены до такой крайности, что уже не знали, что делать, и каждый день один за другим приходили сдаваться на их милость; так что среди живых осталось совсем мало неокрещенных, причем их легко можно было подчинить, но до них еще не дошли руки.

Когда в июле месяце 1402 года 185 монсеньор де Бетанкур высадился на острове Ланселот, весьма живописном, имеющем [88] всего двенадцать льё в окружности 186 и четыре льё в ширину 187, там проживало более двухсот человек.

Глава сорок четвертая

О ТОМ, КАК ГАДИФЕР ПОСЕТИЛ ВСЕ ДРУГИЕ ОСТРОВА И <ВЫЯСНИЛ>, КАКУЮ ЦЕННОСТЬ ОНИ ПРЕДСТАВЛЯЛИ

Монсеньор де Бетанкур поручил Гадиферу и другим посетить также и остальные острова, чтобы выяснить, каким образом можно их завоевать. <Гадифер и его люди> высаживались на них и оставались там некоторое время; повидав столь чудесные и благодатные земли с таким теплым и мягким климатом 188, они поняли, каковы <эти острова> и какую прибыль могут принести. И нет никакого сомнения, что если бы там появились люди, например французы, которые смогли бы извлечь из них выгоду, то эти земли стали бы весьма привлекательными и доходными. И если Богу было угодно, чтобы монсеньор де Бетанкур прибыл сюда, то и его предприятие, по Божьему соизволению, должно завершиться удачей и благом.

Глава сорок пятая

О ТОМ, КАК МОНСЕНЬОР ДЕ БЕТАНКУР ПРИБЫЛ В РУБИКОН НА ОСТРОВ ЛАНСЕЛОТ И КАКОЙ ПРИЕМ ЕМУ ОКАЗАЛИ 189

Вернувшись с островов в бухту Рубикона, барка в тот же день ушла оттуда и бросила якорь в другой бухте, названной Ларатиф 190. Там морякам выдали провиант на обратный путь, и, подняв паруса, они взяли курс на Испанию. Гадифер отправил с ними одного благородного мужа по имени Жьеффрей д'Озувиль, который должен был отвезти письма для монсеньора де Бетанкура, <где [89] сообщалось>, что с ними произошло и с какими трудностями они встретились. Но еще до того, как эта барка достигла берегов Испании, монсеньор де Бетанкур уже прибыл в бухту Рубикона с небольшой, но надежной командой. На берегу их встречали мессир Гадифер и все его люди. Нет слов, чтобы описать, какой прием ему оказали. Туда пришли канарцы, принявшие крещение, которые бросались на землю, выказывая тем самым свое уважение; они говорили, что таково правило и обычай их страны; они объясняли, что, когда они ложатся на землю, это означает, что отдают себя всецело на милость и во власть того, для кого они это делают. Вы бы видели, как плакали от радости все взрослые и дети. И когда это известие достигло короля, которого столько раз захватывали и который всегда сбегал 191, то он и все его приближенные испытали великий страх. Не прошло и трех дней, как тот король был схвачен, а с ним еще девятнадцать человек: ведь он же причинил им много неприятностей; у них нашли большое количество продовольствия, ячмень в изобилии и еще много других вещей. И когда жители Канарских островов увидели, что их король взят и что они не могут больше сопротивляться, то стали каждый день приходить сдаваться на милость монсеньора де Бетанкура; король же просил, чтобы ему позволили поговорить с ним. Когда его привели к монсеньору де Бетанкуру, который стоял в окружении мессира Гадифера и других, король пал на землю, говоря, что признает себя побежденным и отдает себя на его милость, высказывая при этом благодарность и монсеньору де Бетанкуру, и мессиру Гадиферу. Он сказал, что хочет креститься со всем своим двором, чему монсеньор де Бетанкур и все его люди были очень рады, потому что они увидели в этом прекрасное начало для покорения жителей остальных островов и обращения их всех в христианскую веру. Монсеньор де Бетанкур и мессир Гадифер отошли в сторону, чтобы высказать друг другу свои чувства; они обнимались и целовались, плача и тот и другой от великой радости, что открыли путь спасения стольким душам и людям. И они договорились, как и когда будут крещены <король и его приближенные>. [90]

Глава сорок шестая

О ТОМ, КАК КОРОЛЬ ЛАНСЕЛОТА ПОПРОСИЛ МОНСЕНЬОРА ДЕ БЕТАНКУРА ОКРЕСТИТЬ ЕГО 192

В год 1404, в четверг, в двадцать пятый день февраля, перед постом король острова Ланселот, язычник, попросил монсеньора де Бетанкура окрестить его, и он был крещен со всеми своими домашними в первый день Пасхи 193, при этом всем своим видом стараясь показать свою добрую волю и твердую надежду стать истинным христианином; его крестил мессир Жан Веррье, капеллан монсеньора де Бетанкура, и дал ему имя Луи. И вслед за ним все люди острова, и большие, и малые, крестились один за другим.

После этого было составлено наставление в самой простой, насколько это возможно, форме, чтобы дать знание о вере тем, кого они крестили, и тем, кто намеревался креститься в ближайшее время, если на то будет Божья воля. Монахи мессир Пьер Бонтье и мессир Жан Веррье были довольно хорошими клириками, чтобы сделать это наилучшим образом.

Глава сорок седьмая

НАСТАВЛЕНИЕ, КОТОРОЕ МОНСЕНЬОР ДЕ БЕТАНКУР ДАЛ КАНАРЦАМ, ОБРАЩЕННЫМ В ХРИСТИАНСКУЮ ВЕРУ 194

Прежде всего существует единый всемогущий Бог, который в начале мира сотворил Землю и Небо 195, звезды, Луну и Солнце 196, море 197, рыб, животных, птиц и человека по имени Адам 198. И из одного из его ребер Он создал женщину 199 по имени Ева, мать всех живущих 200, которую <Адам> назвал Вираго – «женщиной моего ребра» 201. И Он создал и привел в порядок все вещи, которые находятся под небесами, и устроил прекраснейшее место, [91] названное земным раем, куда поместил мужчину и женщину 202. И в начале там была одна женщина в союзе с одним мужчиной, а кто верит иначе, тот грешен. И Он разрешил им есть все плоды, которые зрели там, за исключением одного 203, который Он им строго запретил 204. Но вскоре <все изменилось> по наущению Дьявола, который принял вид змея 205, стал разговаривать с женщиной и заставил ее съесть запретный плод, который она дала отведать и своему мужу 206. И из-за этого греха Бог изгнал их из земного рая 207 и <лишил> блаженств, наложив три проклятия на змея 208, два на женщину 209 и одно на мужчину 210. Вот почему с тех пор оставались проклятыми души всех тех, кто умер до воскрешения нашего Господа Иисуса Христа, который облекся в человеческую плоть в Деве Марии, чтобы выкупить всех нас 211 от мук ада 212, куда попадали мы все до этого времени.

Глава сорок восьмая

ТАКЖЕ О НОЕВОМ КОВЧЕГЕ, ЧТОБЫ НАСТАВИТЬ В ВЕРЕ ЖИТЕЛЕЙ ОСТРОВА

После того как люди начали умножаться на земле 213, они совершили много злодеяний и ужасных грехов 214, поэтому наш Господь разгневался и сказал, что нашлет на них такой дождь, что погибнет всякая плоть, которая только есть на земле 215. Лишь Ной, муж праведный и богобоязненный 216, был удостоен Его милости 217; Бог предупредил его, что хочет истребить всякую плоть от человека до птиц 218 и что Его дух 219 не будет пребывать вечно в людях и Он наведет на них потоп водный 220, а ему приказал построить ковчег из твердого гладкого дерева 221, которое он должен осмолить внутри и снаружи битумом 222 (битум – это такая клейкая и густая смола, что, если соединить вместе два обмазанных ею куска, их нельзя ничем оторвать друг от друга, кроме естественного сока женского цветка, распускающегося на водорослях, который можно встретить в водах Великих озер [92] Индии), ковчег должен быть нужной длины и ширины 223, чтобы в нем уместились его жена и трое его сыновей с их женами и все животные, каждой твари по паре 224; от них [семьи Ноя] мы все и произошли после потопа 225. И когда люди увидели, что они распространились в огромном количестве 226, а некий <человек> по имени Нимврод 227 стал править с помощью силы 228, они собрались все на равнине, названной Сеннаар 229, и решили расселиться по трем частям света 230: те, кто происходили от Сима, старшего сына Ноя, будут владеть Азией 231, а те, кто произошли от Хама, другого сына Ноя, будут владеть Африкой 232. Но прежде чем рассеяться <по всей земле>, они начали строить башню такой прочности и такой высоты, чтобы она достигла самого неба и служила вечной памятью о них 233. Но Бог, который увидел, что они не отстанут от того, что задумали сделать, смешал языки их так, что один не понимал речи другого 234. Вот от этого-то и возникли различные языки, которые существуют сегодня; а затем Он послал ангелов, которые содеяли такой сильный ветер, что башня разрушилась почти до самого основания 235; его остатки сохранились до нашего времени, как говорят те, кто их видел.

Глава сорок девятая

ЕЩЕ КОЕ-ЧТО ДЛЯ НАСТАВЛЕНИЯ ЖИТЕЛЕЙ ОСТРОВОВ

Затем они рассеялись по трем частям света, и до сих пор там живут поколения, которые пошли от них. Одно из этих колен ведет начало от Авраама 236, мужа совершенного 237 и богобоязненного, которому Бог дал обетованную землю 238 и тем, кто произойдет от него 239. И Бог их очень полюбил и сделал их своим святым народом 240, и они стали называться сынами Израилевыми 241, и Он вывел их из египетского рабства 242, и содеял ради них великие чудеса 243, и возвысил их 244 над всеми людьми мира 245, так как Он считал их добрыми и послушными Ему. Но вопреки Его заветам и [93] Его воле они стали брать в жены женщин других религий и почитать идолов 246 и золотых тельцов 247, которых Иеровоам 248 сделал в Самарии 249, из-за этого Господь разгневался на них 250, разрушил их <жертвенники> 251, а их самих неоднократно предавал в руки 252 язычников 253 и филистимлян 254. Но как только они раскаялись и попросили у Него прощения, Он их снова возвысил и способствовал их процветанию, и сделал для них то, чего не сделал ни для какого другого народа: Он послал им пророков, устами которых говорил Святой Дух 255, чтобы предвозвестить грядущие события 256 и пришествие нашего Иисуса Христа 257, который должен был родиться от девы, а именно от Девы Марии, которая вышла из этого народа, из колена царя Давида 258, который произошел от колена Иуды, сына Иакова 259, и который должен выкупить грехи всех тех, кто был проклят из-за греха Адама 260. Но они не хотели ни верить ему, ни признавать его пришествия, а распяли Его и предали смерти, невзирая на великие чудеса, которые он сотворил пред ними 261. И вот почему они сами претерпели гибель 262, как это известно каждому. Обойдите всю землю, и вы не найдете иудеев, которые не были бы покорены другими и которые и днем, и ночью не испытывали бы боязни и страха за свою жизнь. Поэтому они и угасли, как вы о том знаете.

Глава пятидесятая

ЕЩЕ О ТОМ ЖЕ САМОМ ПРЕДМЕТЕ ДЛЯ НАУЧЕНИЯ КАНАРЦЕВ

Действительно, до того как иудеи предали смерти нашего Господа Иисуса, у него было много учеников, и особенно те двенадцать 263, из которых один предал его 264; они были постоянно с ним и видели великие чудеса, которые он творил, поэтому уверовали в него 265; они присутствовали на его казни 266. И после своего воскрешения Он являлся им несколько раз 267 и просветил их своим Святым Духом 268. Он повелел им идти по всему миру и [94] проповедовать 269 о деяниях Его, какие видели они 270; и Он сказал им, что все те, кто будет веровать и креститься, спасены будут, а все те, кто не будет веровать, осуждены будут 271. Итак, будем верить всегда, что Он – единый всемогущий и всеведущий Бог, который сошел на землю и вочеловечился во чреве Девы Марии, и жил тридцать два года и более, а затем принял смерть и страдания на древе креста, чтобы избавить нас от мук ада, куда мы спускались все из-за греха Адама, нашего праотца, и воскрес на третий день, и между часом Его смерти и часом Его воскрешения спустился в ад 272 и вывел оттуда своих друзей и тех, кто был ввергнут туда из-за греха Адама, но отныне из-за этого греха никто туда не попадет.

Глава пятьдесят первая

КАК НАДО ВЕРИТЬ В ДЕСЯТЬ ЗАПОВЕДЕЙ ЗАКОНА

Мы должны верить в десять заповедей закона 273, который Бог начертал своим перстом на двух скрижалях на горе Синай в давние времена и отдал их Моисею 274, чтобы тот показал их народу Израиля. Из них самыми главными были две: первая предписывала верить, бояться и любить Бога во всем и всем сердцем 275; вторая – что нельзя делать другому того, чего бы ты сам не желал, чтобы делали тебе 276. И кто будет ревностно соблюдать эти заповеди и твердо верить в предписанное, тот будет спасен. И знайте, что все вещи, которые Бог заповедовал в Ветхом Завете, являются прообразами вещей в Новом Завете, например, медный змей, вознесенный очень высоко Моисеем в пустыне, <чтобы уберечь> от змеиных укусов 277, есть образ Господа нашего Иисуса Христа 278, распятого на древе креста и вознесенного очень высоко, чтобы охранять и защищать всех верующих в Него против укуса Дьявола, который до того имел власть над всеми душами, которых он погубил 279. [95]

Глава пятьдесят вторая

КАК НАДО ВЕРИТЬ В ТАИНСТВО АЛТАРЯ

В свою пасху иудеи приносят в жертву агнца 280, которого они убивают, не сломав ему ни одной косточки, тот агнец является прообразом Господа нашего Иисуса Христа 281, из-за иудеев распятого и умершего на кресте в день их пасхи 282 без единой сломанной кости 283; и они едят его с опресноком (это хлеб без закваски с соком полевого лука) 284, и опреснок является прообразом того, что нужно совершать таинство преломления пресного хлеба. Но греки считают иначе 285. Поскольку, <по их мнению>, наш Господь знал, что должен умереть в пятницу, он приблизил свою пасху и совершил ее в четверг, и, возможно, хлеб был из квасного теста 286. Но мы следуем римскому закону и считаем, что хлеб был пресным, а сок полевого лука, очень горький, есть прообраз горечи, которую испытывали сыны Израиля, находясь в египетском рабстве 287, от которого они были избавлены по решению и повелению Бога 288. Также и другие вещи, о которых Он говорил и которые содеял, полны такой великой тайны, что никто, кроме самого высокого священнослужителя, не может их понять. Что же касается совершаемых нами грехов, не будем скрывать их, как это сделал Иуда Предатель, но с великим страхом в сердце будем молить о прощении и ревностно исповедоваться, и Он нас простит; и не будем лениться, ибо это очень опасно: ведь по тому состоянию, в котором Он нас найдет, мы и будем судимы. Если мы будем оберегать себя от смертного греха, то это будет спасением нас самих и наших душ. И будем всегда хранить в памяти слова, написанные здесь, огласим их и научим тех, кого мы обратили в веру, и за наши труды мы сможем обрести любовь Бога и спасение наших и их душ. И чтобы это наставление было понятно каждому, мы 289 написали и составили его как можно проще, сообразно нашему скромному разумению, данному нам Богом. Ибо мы не перестаем уповать на Него и надеяться, что когда-нибудь добрые и благочестивые клирики приедут сюда, ознакомятся с этим [96] <наставлением> и приведут все в должную форму и должный порядок, и растолкуют <живущим здесь> принципы веры лучше, чем мы, и объяснят им чудеса, которые в прошлом Бог содеял ради них и ради нас, и расскажут о Страшном Суде, о всеобщем Воскресении, чтобы полностью очистить их сердца от неправой веры, в какой они долгое время пребывали и в какой большинство еще пребывает.

Глава пятьдесят третья

<О БЛАГОДАТНОСТИ ОСТРОВОВ И ЛЕГКОСТИ ИХ ЗАВОЕВАНИЯ ПО СРАВНЕНИЮ С ДРУГИМИ СТРАНАМИ АФРИКИ> 290

Нет ничего удивительного, что монсеньор де Бетанкур решился на такое предприятие, как завоевание заморских островов, ибо в прошлом многие другие 291 также совершали столь же необычные дела и достигали успеха. И нет никакого сомнения, что, если бы христиане пожелали немного помочь ему, все острова, и большие, и малые, были бы завоеваны один за другим, что стало бы великим благом и чему возрадовался бы весь христианский мир. Бетанкур 292, который увидел и посетил все Канарские острова, – то же сделал и добрый и мудрый рыцарь мессир Гадифер де Ла Салль; кроме того, оба они, направляясь к ним, проплыли вдоль всего мавританского побережья и через Марокканский пролив, – говорил, что если благородные правители королевства Франция или других стран захотят осуществить какое-нибудь великое завоевание в заморских краях, то это будет возможным и очень разумным делом, которому не потребуется больших затрат; Португалия, Испания и Арагон первыми снабдят их на собственные средства различным продовольствием и кораблями, а также лоцманами, знающими бухты и местность. И если он затрудняется сказать, каким путем или с какой стороны он стал бы завоевывать сарацин 293, то, что [97] касается завоевания Канар>, не нашлось бы другого, более законного, более честного и более легкого, со столь малыми усилиями и столь малыми расходами <предприятия>, чем это. Ибо путь туда прост, краток и недорог по сравнению с другими. Среди заморских земель Канарские острова – самый благодатный край, который только можно отыскать, здесь не водится опасных 294 зверей, да и климат очень здоровый 295: Бетанкур и его люди удивлялись, что никто из них не болел, хотя жили они там довольно долгое время. При благоприятной погоде плавание от Ла-Рошели <занимает> менее пятнадцати дней, а от Севильи – пять или шесть, как и от всех остальных портов <Южной Кастилии>. Другая существенная причина заключается в том, что эта огромная и обширная страна полна всякими благами, чистыми реками и крупными поселениями. Есть и еще одна причина: у неверных нет никакого оружия, они не умеют воевать. Они не знают, что такое война, и не могут обратиться за помощью к другим племенам, ибо между ними и их соседями, варварийцами 296, лежат высокие и труднодоступные горы Клер 297. Это не те люди, которых надо бояться, как это обычно бывает с остальными народами; у них даже нет стрел, и это можно подтвердить словами монсеньора де Бурбона 298 и многих других, которые в 1390 году 299 побывали в Африке 300, самой красивой и самой удобной гавани во всей этой державе. Всем известно, что в бою больше всего боятся стрел, и особенно в заморских странах; а иметь при себе много вооружения, как если бы это происходило во Франции, невозможно из-за длительности пути, да еще в страну с таким жарким климатом. Об этом можно узнать из писем пресвитера Иоанна 301. Желающий посетить его земли встретился бы с родом людей, которых называют фарфю 302, исповедующих христианство, и которые могли бы оказаться полезны, ибо они знают эти края и страны и говорят на их языках. Среди них есть один, кто участвовал в завоеваниях и повидал все острова, от него можно получить множество различных сведений 303. [98]

Глава пятьдесят четвертая

О НАМЕРЕНИИ МОНСЕНЬОРА ДЕ БЕТАНКУРА ПОБЫВАТЬ НА МАТЕРИКОВОЙ ЧАСТИ, ЧТОБЫ УВИДЕТЬ И ИССЛЕДОВАТЬ ЕЕ 304

У монсеньора де Бетанкура 305 имелось намерение посетить ту часть земной тверди, которая заключена между мысом Кан-тен 306, расположенным на полпути от Испании до нас 307, и мысом Буже дер 308, образующим выступ справа от нас, а затем доплыть до Рио-де-Оро 309; он предполагал найти здесь какую-нибудь удобную бухту и место, которое можно бы было укрепить и обустроить, чтобы, когда придет время, проникнуть в эту страну и, если все будет удачно, наложить на нее дань. Если бы сеньор де Бетанкур получил для этого помощь от королевства Франции, нет сомнения, что тогда или немного позже к нему не пришла бы мысль плыть к Канарским островам, внушенная ему Богом. Надо сказать, что, следуя совету своего повелителя и суверена сеньора короля Франции 310, он оставался тверд и продолжает оставаться таковым в своем намерении продвигать это дело вперед. Но без помощи он не смог бы довести его до великого завершения во имя прославления и возвышения христианской веры, еще неизвестной в этих краях по вине тех людей, которым надлежит совершать такие труды и которым уже давно следовало бы их содеять, чтобы дать народу, населяющему острова, знание о Боге. И пусть за свои деяния он обретет великую честь в этом мире, а у Бога великую славу и великую награду. [99]

Глава пятьдесят пятая

О ТОМ, <ЧТО МЫ ПРЕДПРИНЯЛИ, ЧТОБЫ ГОСПОДИН ДЕ БЕТАНКУР СМОГ УЗНАТЬ О ГАВАНЯХ И УДОБНЫХ ПУТЯХ В САРАЦИНСКИХ СТРАНАХ 311

Поскольку у де Бетанкура остается большое желание знать об истинном положении в земле сарацин и формах управления, а также о морских гаванях, по слухам очень удобных со стороны суши, которая находится в двенадцати льё от нас 312, справа от мыса Бужедер и острова Эрбани, где в настоящее время и пребывает наш сеньор, мы изложили здесь некоторые вещи, касающиеся этих стран. Мы их нашли в книге, написанной одним нищенствующим братом 313. Он обошел эту землю и был во всех морских гаванях, которые описывает и называет по имени; он побывал повсюду, во всех христианских королевствах, и у язычников, и у сарацин, живущих с этой стороны, именуя их всех и перечисляя названия областей и гербы королей и князей. Пересказывать все это было бы очень долго, и мы не будем здесь этого делать, а возьмем только то, что нам необходимо знать, чтобы умело действовать на тех землях, которые мы предполагаем завоевать. А так как <этот монах> правдиво говорит о краях и областях, которые нам хорошо известны, то мы считаем, что он поступает так же и касательно остальных стран. Поэтому-то мы и выбрали те места из его книги, которые могут нам пригодиться.

Глава пятьдесят шестая

О ТОМ, ЧТО НИЩЕНСТВУЮЩИЙ МОНАХ УВИДЕЛ И РАССКАЗАЛ В СВОЕЙ КНИГЕ 314

Мы начнем с того момента, когда он, оказавшись по другую сторону гор Клер 315, пришел в город Марокко 316, некогда [100] завоеванный Сципионом Африканским 317; в прошлом его называли Карфагеном и он был столицей всей Африки 318. Отсюда <монах> направился к морю-океану 319, в Ниффле 320, в Самор 321 и в Сафи 322, расположенный совсем близко к мысу Кантен. А затем он прибыл в Могедор 323, который находится в другой области, ее называют Газюлль 324, как раз там начинаются Атласские горы 325. Потом он пересек эту самую Газюлль, обширный и благодатный край 326, и пошел в сторону морского побережья, к гавани по имени Саматё 327, а оттуда к мысу Ном 328, напротив наших островов. Там его взяли на суденышко, которое приплыло в гавань Собрен 329, а затем, идя вдоль всего мавританского побережья, именуемого Песчаными равнинами 330, достигло мыса Бужедер 331, в двенадцати льё от нас; там находится большое королевство, которое называется Гвинеей 332. <Его спутники> продолжили путь, чтобы увидеть и обследовать заморские острова. Они искали различные страны и на море и на суше, о которых мы здесь не будем упоминать 333. Брат же покинул их и пошел на восток через многие земли к царству, именуемому Донгала 334, которое расположено в Нубии 335 области, населенной христианами 336; его правителя зовут пресвитер Иоанн 337, и среди его титулов есть <титул> патриарха Нубии 338. С одной стороны царства Донгала простирается Египетская пустыня 339, а с другой течет река Нил 340, орошающая земли 341 пресвитера Иоанна; потом она раздваивается на два рукава 342, из которых один образует Рио-де-Оро и течет на запад, а другой – в Египет 343 и впадает в море у Дамиаты 344. И из этой области брат направился в Египет, в Каир 345. В Дамиате он сел на корабль христиан 346, а затем вернулся в Саретт 347, который расположен как раз напротив Гранады 348, и по суше пошел назад, в город Марокко, для чего пересек горы Клер 349, а потом и Газюлль. В Марокко <брат> встретил мавров, которые оснащали галеру 350, чтобы плыть к Рио-де-Оро, и нанялся к ним. Они вышли в море и взяли курс на юг, идя вдоль всего побережья мимо мыса Нон, мыса Собрен 351, а затем мыса Бужедер. [101]

Глава пятьдесят седьмая

ЕЩЕ О ТОМ ЖЕ

Брат рассказывает в своей книге, что когда они достигли Рио-де-Оро, то обнаружили на берегу реки огромных муравьев, которые извлекали из земли золотой песок 352, здесь команда сказочно обогатилась. Покинув эти места и держась морского побережья, они пристали к очень красивому и благодатному острову, его называют Инсула Гульпис 353, на нем живут идолопоклонники; здесь <путешественников> тоже ждала хорошая добыча. Продолжив плавание, они встретили на пути другой остров под именем Ка-абль 354, но проплыли мимо него с правой стороны. А на материковой части они увидели очень высокую и покрытую всякими дарами гору по имени Альбок, из которой вытекает полноводная река 355. Отсюда галера мавров повернула обратно, брат же остался на некоторое время в этих местах. Затем он направился в королевство Готом 356, где находятся такие высокие горы, что выше, как говорят, не найдешь и во всем мире; некоторые называют их на своем языке Лунными горами, другие – Золотыми 357. Их шесть 358, и из них вытекает шесть полноводных рек 359, которые все впадают в Рио-де-Оро, образуя огромное озеро, посередине него есть остров, который называется Палуа 360, он населен черными людьми. Продолжая идти вперед, брат дошел до реки, называемой Евфрат, которая вытекает из земного Рая 361; он пересек ее и прошел через многие страны и различные области до города Меле 362, где жил пресвитер Иоанн, и задержался в нем достаточно долго. Он увидел там множество чудесных вещей, но мы не будем упоминать их в нашей книге и поскорее пройдем мимо, опасаясь, как бы читатели не приняли их за выдумку 363. Так что <испанский монах> побывал в этих местах задолго до монсеньора де Бетанкура, до того, как его корабль с пятнадцатью спутниками на борту отправился с одного из <Канарских> островов, Арбанна 364, к мысу Бужедер, расположенному в королевстве Гвинея в двенадцати льё от нас. Как раз тогда наши люди захватили [102] местных жителей и вернулись на Гран-Канарию, где их ожидали корабль и остальная команда.

Глава пятьдесят восьмая

ЧТО ГОВОРИТ НИЩЕНСТВУЮЩИЙ БРАТ О РИО-ДЕ-ОРО

В своей книге нищенствующий брат говорит, что от мыса Бу-жедер до Рио-де-Оро насчитывается всего сто пятьдесят французских льё 365; значит, если судить по карте, для корабля и барки нужно три дня хода; у галеры же более долгий путь, ибо она идет вдоль побережья, – словом, добраться от нас туда не представляет особых трудностей. И если все в этих краях обстоит так, как повествует книга испанского монаха и как говорят и рассказывают другие, посетившие эти земли, то <понятно> намерение монсеньора де Бетанкура 366 с помощью Бога, и князей, и всего христианского мира открыть путь к Рио-де-Оро. Ибо, если бы он успешно осуществил его, это было бы к чести и выгоде Франции и всех других христианских королевств, так как мы бы оказались совсем близко к землям пресвитера Иоанна, где полно всяких благ и богатств. Надо признать, что в прошлом в этом плане дело почти не продвигалось, поскольку не находилось охотников, да и нынче нам нечем похвастаться. Вот почему предприятие <де Бетанкура> и его соратников благое, и ему воздастся уже за то, что он попытается узнать, возможно ли там что-либо сделать или же это не стоит труда. Если же он с Божьей помощью завоюет многие народы, то в христианскую веру будут обращены те, кто погряз в грехе, лишенные и учения, и наставления. Об этом надо только сожалеть: ибо, походите по всему свету, и вы не найдете нигде более красивых и более крепких людей, как мужчин, так и женщин, живущих на этих островах, к тому же чрезвычайно понятливых, им только нужен кто-нибудь, кто бы их просветил. И поскольку у него 367 есть большое желание узнать, что [103] представляют собой другие соседние страны – как острова, так и земная твердь, – он приложит труд и старание, чтобы получить о них как можно больше сведений.

Глава пятьдесят девятая

О ТОМ, КАК НАЗВАННОМУ СЬЁРУ ГАДИФЕРУ И ЕГО ЛЮДЯМ ПРИШЛОСЬ ПЕРЕНЕСТИ МНОГОЕ

Теперь нужно вернуться к нашему основному сюжету и продолжить его, излагая последовательно ход событий. Итак, теперь мы расскажем о том, что произошло после того, как король острова Ланселот был схвачен и как Бетанкур и Гадифер распределили <среди своих людей> продовольствие, отобранное при его пленении. Многое до того пришлось им перенести, а они ведь привыкли к хорошей жизни. Целый год <французы> оставались без хлеба и вина и были вынуждены жить на мясе и рыбе; долгое время они спали на голой земле без одеял, белья и теплой одежды, на них было только рваное платье, и от этого они очень страдали. И, кроме того, им приходилось тратить свои силы на стычки с врагами, которых они хотя и поставили под свою власть и благодаря Богу крестили и обратили в нашу веру, но которые, и прежде всего <жители> острова Ланселот, из-за совершенного против них предательства, как о том было рассказано выше 368, восстали против <французов> и вступили с ними в смертельную войну.

Глава шестидесятая

О ТОМ, КАК ГОСПОДИН ДЕ БЕТАНКУР И МЕССИР ГАДИФЕР ПОСПОРИЛИ ДРУГ С ДРУГОМ

В один из дней 1401 года 369 господин де Бетанкур, увидев мессира Гадифера де Ла Салля, погруженного в свои мысли, [104] спросил, что с ним и почему он <по их возвращении> оказал им такой странный прием 370. На это Гадифер ответил, что долгое время он трудился вместе с ним, совершил немалые дела и ему было бы обидно видеть, что его усилия напрасны; он хотел бы получить от <сеньора де Бетанкура> один или два из этих островов, чтобы обустроить их и начать извлекать доход для себя и своих людей; кроме того, он попросил де Бетанкура отдать ему, кроме острова Эрбенни, еще один остров, который называют Анфер 371, а также и Гомеру, хотя они еще не были завоеваны и требовалось много усилий, чтобы их приобрести. Выслушав <Гадифера>, сеньор де Бетанкур так ответил ему: «Монсеньор де Ла Салль, мой брат и друг, вспомните, что, когда я вас встретил в Ла-Рошели, вы были рады ехать со мной без всяких условий и мы не бросали никаких упреков друг другу. Путешествие, которое я предпринял в эти края, начиналось с моего поместья в Гренвиле-ла-Тентюрьер в Ко, в Нормандии, я взял с собой своих людей, оснастил свой корабль, запасся провиантом и военным снаряжением; все это я сумел сделать до того, как приехал в город Ла-Рошель, где и нашел вас, как было сказано выше, и только потом с Божьей помощью, с вашей и всех добрых благородных мужей и других участников моего отряда я добился успеха. Что я могу ответить на ваши требования, если острова и земли, которые вы просите, еще не завоеваны и их жители не крещены, хотя надеюсь, что по воле Бога они будут завоеваны и обращены в нашу веру? Я прошу вас не беспокоиться по этому поводу, ибо хорошо отношусь к вам. Я совсем не хочу, чтобы ваши усилия были напрасны и вы лишились бы вознаграждения, так как ваши заслуги велики. Давайте, я прошу вас, прекратим этот разговор, останемся братьями и друзьями». «Все это хорошо, – ответил мессир Гадифер де Ла Салль монсеньору де Бетанкуру, – но есть одна вещь, которая мне не нравится: вы же принесли оммаж королю Кастилии за Канарские острова, вы называете себя их сеньором, а кастильский король даже приказал распространить почти по всему королевству и прежде всего в Севилье весть, что вы являетесь их [105] сеньором и что никто не может приезжать на Канарские острова без вашего позволения; кроме того, он приказал огласить его желание, что со всех товаров, которые будут доставлять с островов в королевство Кастилия, вы будете иметь пятую часть натурой или деньгами». «Что касается того, что вы говорите, – ответил Бетанкур, – это правда, я принес оммаж за <Канарские острова> и считаю себя их настоящим сеньором, поскольку так угодно королю Кастилии. Что же касается вашего вознаграждения, подождите, пожалуйста, завершения нашего предприятия, и я вам предоставлю и дам то, что вас удовлетворит». Мессир Гадифер сказал: «Я не буду так долго находиться на этой земле, мне нужно вернуться во Францию; я больше не желаю здесь оставаться». Поскольку монсеньор де Бетанкур спешил, он прекратил разговор, которым, по всему, Гадифер остался недоволен; хотя, по правде говоря, он не только ничего не потерял, но даже во многом выиграл, например, у него были пленники 372 и многое другое, что он приобрел и взял на островах, а если бы он не лишился своего корабля 373, он имел бы еще больше. <После разговора> наши рыцари успокоились, насколько это было в их силах, и покинули остров Ланселот, чтобы плыть на остров Эрбанн, который называют также Фортавантюр, где они потрудились на славу, как вы о том услышите ниже.

(пер. Кривушина И. В. и Кривушиной Е. С.)
Текст воспроизведен по изданию: Канарец, или Книга о завоевании Канарских островов и обращении их жителей в христианскую веру Жаном де Бетанкуром, дворянином из Ко, составленная монахом Пьером Бонтье и священником Жаном Ле Веррье. М. Государственный университет Высшая школа экономики. 2009

© текст - Кривушин И. В., Кривушина Е. С. 2009
© сетевая версия - Strori. 2014
© OCR - Рогожин А. 2014
© дизайн - Войтехович А. 2001
© ГУ ВШЭ. 2009