Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ВОЛЬТУРНСКАЯ ХРОНИКА

CHRONICON VULTURNENSE

Молитва господина аббата Аутперта.
Отдельная часть против семижды семи пороков, которые происходят от родительницы зла – гордыни
.

Величайшая и необъятная природа, добродетель и блаженная жизнь, неугасимый и единственный истинный свет, исключительная и единственная мудрость, неизменная и никогда не лгущая истина, всегда остающаяся несравненной любовь, вечный творец преходящих вещей, единственный создатель зримых и незримых, Отец и Сын и Дух Святой, единый и истинный во Троице Господь Бог, отдельно Отец, отдельно Сын, отдельно Святой Дух, и всё же единый в этих трёх лицах Бог и Господь Бог. Отец, никем [не создан], Сын [создан] Отцом, Святой Дух – Отцом и Сыном, и всё же ни Отец не следует впереди, ни Сын и Святой Дух – позади, но все вместе – и Отец, и Сын, и Святой Дух, вечный и совечный, равный и соравный, всемогущий Бог, потому что этому соответствует троичность лиц и совершенно противоречит троичность частей. Поэтому Ты находишься всюду и всецело, но не можешь быть целиком постигнут, что могло бы произойти тем или иным образом, если бы у Тебя было что-то вверху или внизу, спереди или сзади. Но, поскольку Ты воистину всего этого лишён, и потому не можешь быть описан как какое-нибудь материальное или духовное тело, Ты – весь внутри творения и весь вне творения, весь в больших и весь в малых, весь в каждом по отдельности и весь во всём в целом, не растянутый в больших, не съёженный в малых, не разделённый на части в отдельных вещах, не как нераздельная глыба во всём целиком, не переходишь с места на место, когда одно оставляешь, а к другому устремляешься, ибо движешься без места и времени. Таким образом, величайший Отец, величайший и всегда рождённый от Тебя Сын, согласно природе своей божественности, силе, сущности, величию и могуществу, целиком был с людьми на земле и целиком на небесах вместе с тобой, когда говорил: «Никто не восходил на небо, как только сошедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах» 1, и который, вечно оставаясь тем, кем был у Тебя, уничижил самого себя, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам, и по виду став как человек, смирил себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной 2. Во имя образа этой человечности, во имя муки этого страдания, во имя Его ран и рубцов, во имя пролития Его крови, я молю и прошу тебя, Святая Троица, во-первых, чтобы я любил Тебя, Господа Бога моего, жаждал Тебя и искал Тебя всем сердцем, и, во-вторых, сохранил право любви к ближнему по мере моих сил. Но эту любовь, Господи, Ты никому не даёшь, кроме того, кому Ты прежде даровал право ненавидеть пороки.

Против гордыни. Заклинаю тебя, Господи, благостным и истинным милосердием, моей единственной надеждой, чтобы ты убрал из души моей власть гордыни; надобно, Господи, гнушаться и остерегаться столь великого зла, которое сбросило ангелов с неба, которое изгнало людей из рая, от которого берёт начало всякая пагуба и подымается голова всех пороков. Ибо это – та гордыня, которая в начале времени хотела сделать подобными Тебе ангелов и людей, а в конце времени стремится даже предпочесть Тебе дьявола и людей, она – та самая, которая первой захватила вход на небо, чтобы низложить ангельские души, и загородила его, чтобы не дать подняться туда людям. Я содрогаюсь, Господи, когда думаю о ней, но вновь обретаю надежду, когда думаю о смирении нашего посредника; итак, спасибо Тебе, возлюбившему людей, спасибо Тебе за то, что смирение воплощённого Слова победило гордыню нашего губителя, не для того, чтобы обратиться к ангелу отступнику и вновь призвать его туда, откуда он пал, но чтобы освободить обманутого человека и поднять туда, куда он ещё не подымался. Итак, включи это смирение в моё сердце, о невыразимая Троица, необходимость подражания которому показала на себе человечность нашего Искупителя, который говорит: «Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдёте покой душам вашим» 3; а также: «Если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное» 4. Много есть такого, Господи, что могло бы встретиться здесь скорбящей душе, если бы нам не запрещали приводить в молитве слишком многое; но, поскольку пороков, которые происходят от одной гордыни, ещё больше, и мне нужно изложить просьбы по ним всем, то, дабы не преступить мне краткости евангельской заповеди, я изложу не одну длинную просьбу, но столько кратких и сжатых просьб, сколько главнейших порочных соблазнов, как я вижу, встречаются мне на пути.

Против суетной славы. Как Ты, Господи Боже, учишь посредством изречений Священного писания, Ты, который не обманываешь никого из твоих, «от одной родительницы зла – гордыни происходит семикратное беззаконие» 5; отсюда не вполне заслуженно говорят, что зверь, который ведёт брань с агнцами, имеет семь голов 6; к нему пристала и в нём как бы всегда обитает гордыня, и если пристально на неё посмотреть, то она проявляется в семижды семи видах. Первая его голова – это суетная слава, которая проявляется не просто сама по себе, но в семи видах. Ибо из неё возникает непослушание, хвастовство, притворство, сварливость, упрямство и раздор; воистину, Бог мой, в этом чудовище заметна исполинская сила Голиафа, поверженная, однако, камнем, брошенным из пращи рукой Давида. Но под брошенным из пращи камнем здесь дано понимать не что иное, как противопоставление духа страха Господнего, коим в особенности был наполнен и в полной мере победил тиранию этого зла Тот, кто сказал уверовавшим в Него до Его страдания: «Мужайтесь, ибо я победил мир» 7. Мы также победим в Нём и через Него, если разделим с Ним дар Его духа; по этой причине я прошу Тебя, о невыразимое величие, чтобы Ты наполнил меня по мере Твоего распределения названным духом страха, тем самым показав, что то, чьё местопребывание помещено в моей груди, наполнено не в полной мере, чтобы там никогда не нашли места владычества первые порождения гордыни. Ибо тот, кто воистину Тебя боится, никогда не отнесётся с презрением к человеку, повелевающему теми, кто рядом, даже если он хуже его самого; ибо тот, кто воистину Тебя боится, никогда не будет хвалится перед Тобой тем, что он хорошо сделал, и не будет притворяться перед другими тем, что он ещё не совершил; тот, кто воистину Тебя боится, ничего не выставит против спасительного учения, а если случайно по неведению и противопоставит, то не будет упорствовать в своём мнении; тот, кто воистину Тебя боится, никогда не отступит от согласия и единства, чтобы здесь, Господи, страх перед Тобой в полной мере охватил душу, тут же породил в ней подчинение, погасил хвастовство, а также изгнал изнутри притворство, прогнал созерцание во всём, устранил упрямство и всячески ограждал от раздора. Поэтому правдивым языком сказано: «Потому что кто боится Бога, тот избежит всего того» 8; и: «Но нет больше того, кто боится Господа» 9. Итак, подай, Господи Боже, мне несчастному то, о чём я прошу, ибо я ничуть не полагаюсь на собственные действия и всё, что я могу, отношу к пролитию крови Того, Кто был распят на кресте.

Против зависти. Против меня, Господь Бог мой, поднялась вторая голова гордыни, весьма пагубная и сверх меры разливающая яд и изо всех сил терзающая себя зубами перед тем, как схватить добычу, а именно, зависть, но не сама по себе, а в семи видах; ибо к ней примыкает, происходя из неё, ненависть, нашёптывание, злословие, а также ликование при неудачах ближнего и уныние при его успехах. О ужасающая голова огромнейшего зверя, отвратительная и целиком пропитанная смертоносным ядом! Если она войдёт в душу и начнёт властвовать, то не оставит в ней ничего – ни здорового, ни живого. Но, чтобы это вредоносное и многогранное зло было побеждено во всех отношениях, я прошу, Господи, пусть ему даст отпор высшее и невыразимое благо любви, которое тут же удаляет его отовсюду, куда приходит, и голова и отпрыск зависти ничего не могут там, где присутствует совершенство любви. Ибо тот, в ком она сильна, никогда никому не завидует, ни к кому не питает ненависти, не ропщет против живущего по правде, не чернит поступающего дурно, не огорчается из-за успехов другого, не радуется его неудачам, но желает ещё больших успехов тому, кто отличается добродетелями и удачами, любит даже своего гонителя, хвалит поступающего как надо, укоряет говорящего дурно и приписывает себе враждебность других, из-за чего любовь по праву стяжала себе среди прочих добродетелей такую славу, и потому для неё никогда не найти человека дороже, чем тот, у которого она есть: «Ибо Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нём» 10; и в той мере, в какой она имеет тебя, она не доступна пасти зависти. Итак, услышь любые мои просьбы, Господи, Ты, который посочувствовал слёзам блудницы, а именно, многие грехи которой простились за то, что она возлюбила много 11.

Против гнева. Посмотри, Господи Боже, и обрати внимание, что весьма мрачная и вся горящая пагубным пламенем третья голова гордыни – гнев часто обжигает меня и ещё чаще ищет, как бы проглотить; и не найти среди прочих пороков хуже и горше этого, который, как я, вздыхая, вспоминаю по себе и ещё чаще по случившемуся со мной, когда сверх меры пылает в человеке, тут же крайне ожесточает его ум, притупляет рассудок, лишает языка, затмевает взор и приводит в смущение всё тело. Но она подымается не сама по себе, а в семи видах; ибо из неё вытекают спор, бранные слова, крик, возмущение, высокомерие и злопамятство. Но противопоставь, прошу, Господь Бог, создатель мой, противопоставь этому столь жестокому злу разнообразного гнева кротчайшее, приятнейшее, замечательное и всегда непобедимое благо терпения, которое в целом является не только добродетелью, но и корнем и стражем добродетелей; ибо первое и главное место среди прочих духовных благодатей занимает терпение, связанное с любовью, которое, овладев тайнами сердца и обосновавшись внутри как госпожа, тут же усмиряет все волнения, обращает спор и бранные слова в поощрение, водворяя тишину, подавляет непристойный крик, кротостью побеждает возмущение и наглость, изъявлением благодарности подавляет злопамятство, и небезосновательно так много может то, что, стремясь победить всё противостоящее ему, сперва развязывает битву против самого себя; ибо где бы оно ни процветало, нужно, чтобы прежде всего оно, противостоя себе, подчинило себе само себя. А именно, чтобы после этого действия не осталось ничего, что не могло бы вынести того, что причинено другими. И если вдруг терпение на время угаснет и человек впадёт в сильный гнев, то неужели, Господи, для него не будет никакого спасительного средства? Конечно, будет, ибо Евангелие, давая знать об осуждении этого зла в словах: «Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: «рака», подлежит синедриону; а кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной» 12, тут же добавляет и спасительное средство, говоря: «Если ты принесёшь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой» 13; и ещё одно: «И когда стоите на молитве, прощайте, если что имеете на другого» 14 в сердцах ваших. Поэтому, о милостивейший Боже, даруй мне вторую победу, если я, воспылав яростью, лишусь первой, обидев чью-либо душу не из ревности к Тебе, но из-за моего порока.

Против уныния. Жалкая из-за крайней скорбности и ужасающей худобы и в известной мере полумёртвая из-за притворной болезни и тем более пагубная, чем меньше подозрений внушает, наводя туман на беззаконие, четвёртая голова гордыни – уныние. О Боже, вечная радость праведных, постарайся погасить мою страстность, которая здесь особенно сильна, когда или как угодно, праведно или неправедно, она выдерживает враждебность этого мира, или когда не получает преходящих благ, как хотела бы, или когда братская брань уличает её то ли умеренно, то ли ругая сверх меры. Ибо беззаконие этого зла протекает, вырастая от одного вида до семи; ведь как только уныние овладевает тайнами сердца, оно тут же порождает там злобу, злопамятство, малодушие, отчаяние, беспечность к заповедям и душевное шатание к недозволенному. Но я умоляю, о податель вечной радости, подай мне, бедному, изливаемую с неба душевную радость против пагубного уныния; если твоё милосердие позволит этому случиться, я всегда буду радоваться в несчастьях этого мира вместе с тем, о ком, помнится, было сказано апостолом: «Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление» 15; и всегда буду ликовать при недостатке преходящих благ вместе с тем, о ком, я читал, было сказано: «Лисицы имеют норы и птицы небесные – гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову» 16. Итак, дай мне, Господи Боже, умоляю Тебя, дай мне душевную бодрость, о которой я прошу и которая, проникнув в глубины моего сердца, одержит победу над тремя пороками, которые я указал выше, и одолеет ещё и другие; ибо благожелательностью она тут же побеждает возникшую из уныния злобу, приветливостью изгоняет рождённое отвращением злопамятство, храбростью поражает малодушие, надеждой лишает силы отчаяние, духовным упражнением побеждает беспечность к заповедям, нерушимой твёрдостью поражает душевное шатание к недозволенному. И если вдруг на мгновение удалится чистота сердца и одержит верх уныние, то, пожалуйста, позволь мне делать то, о чём увещевает блаженный Иаков: «Злостраждет ли кто из вас, пусть молится. Весел ли кто, пусть поет псалмы» 17; и, делая это, тут же добиться исполнения этой просьбы, как, плача, восклицает пророк: «Возвесели душу раба Твоего, ибо к Тебе, Господи, возношу душу мою» 18.

Против жадности. Пятая голова гордыни – жадность бешено и грозно пытается поглотить всё, что во мне есть, Господи, вплоть до самой жизни, и, хотя она является корнем всех пороков, она и сама здравствует главным образом в семи видах, как прочие: ибо её отпрысками и порождениями являются предательство, коварство и обман, беспокойство, а также насилие и бесчувственность к милосердию. И вот, Господи Боже, каждый, кто любит мир, а не Тебя, из-за драгоценного металла, блестящих и сверкающих камней, рабов и рабынь, имений и поместий предаёт ближнего смерти, прибегает к коварству, совершает обман, так что один совершает беспокойство и насилие из-за поместья, другой – из-за курицы, третий бесчувствен к милосердию, не желая ни платить золотом, ни подавать на пропитание. Но я умоляю Тебя, мой Бог, любовь чистую и истинную, позволить мне полностью избавиться от этих бед и противопоставляю этой достойной осуждения жажде стяжательства совершенное отречение от мира, чтобы для неё на земле кроме Тебя не было никаких владений и я не желал бы на земле ничего, что не было бы Тобой; таким образом корень стяжательства засохнет и ветви таких бед не разрастутся. Уступи, Боже, мне, молящему, и позволь исполниться моей просьбе, ибо Ты есть наследие святых отныне и вовек 19.

Против чревоугодия. Толще прочих, Господи, и ввиду прожорливой глотки в известной мере жирнее их всех шестая голова гордыни – чревоугодие, которая побуждает мою душу кушать посредством постоянного голода, который начинается с необходимости, но, выйдя за рамки необходимости, переходит в желание и, добравшись от дозволенного к недозволенному, тут же выступает в семи видах. Ибо к ней примыкают, происходя из неё, беспричинная весёлость, шутовство, неумеренный смех, многословие, блуд и тупоумие в отношении понимания. Её смертоносный яд так или иначе теряет силу, если от него предохраняет не столько более точное, сколько приятное расходование пищи даже в простых блюдах; ибо первая женщина распространила по кругу земному смертную погибель от наслаждения не изысканными яствами, но одним единственным фруктом, и исконный враг искушал нашего Царя не мясом, но хлебом. Поэтому, о вечная радость и насыщение праведных, я, скорбя, умоляю Тебя, чтобы я приступал к принятию пищи так, как больной прибегает к лекарству, а именно, не стремясь к удовольствию, но лишь удовлетворяя необходимость. Так, Господи, так благой Отец, когда иссохнут пагубные соки прожорливости, не произрастёт ни беспричинная весёлость, ни шутовство. Она особенно доводит до безумия тех, над кем имеют власть обжорство и пьянство; ибо народ сел есть и пить, и встал играть 20. Неумеренный смех и многословие далеко уйдут, ибо, когда тело устанет от поста, им молча овладеет одна духовная печаль; также блуд никогда не замарает своими нечистотами бодрствующего, а спящего если и сможет, то с большим трудом; тупоумие в отношении понимания уступает духовному остроумию, которое порождает в душе святая бережливость, ибо живот, стиснутый голодом, возвышает человеческие чувства. Итак, окажи мне, Господи Боже, милость, любезно выслушав смиреннейшую просьбу, Ты, который являешься неубывающей и вечной поддержкой ангелов и людей.

Против сладострастия. Вертя шеей туда сюда и резвясь и почти всех обманывая насвистыванием разных песен, седьмая и последняя голова гордыни – тайное сладострастие хочет, Господи, коварно отнять у меня преимущество нравственной чистоты; она не одна устремляется к гибели, ибо также соединяет в себе семь беззаконий: ведь к ней всегда примыкает ослепление ума, безрассудство, непостоянство, порывистость, любовь к настоящему миру и страх и отчаяние перед будущим. Но я прошу, о Святая Троица, чтобы Ты, как хотела, чтобы я со времени зрелости чурался объятий плотских уз, так и теперь всеми силами добивалась, чтобы я ужасался соучастия в её наслаждениях, а именно, чтобы сладострастие не возобладало ни в плоти, ни в сердце, и чтобы оно лишилось победы в последующих, рождённых от него пороках. И это вообще ни коим образом не случится, если изгнанное из плоти, оно будет процветать в одном сердце; ибо, как Евангелист свидетельствует в Евангелии, корень распутства находится в сердце и, произрастая благодаря этому внутри, выводит наружу столько ветвей зла: «Из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния» 21; и, поскольку там также сказано: «Кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» 22, то что проку кому-либо быть девственником телом, если окажется, что он развращён в душе? Ему, конечно, ещё до того, как давать обет целомудрия, лучше вступить в брак, чем разжигаться 23, но я умоляю, чтобы тому, кому нельзя вступить в брак, не доводилось разжигаться ныне. И вот, в то время как я, беспокоясь о себе, прошу для себя столько всего, я должен вспомнить и о любви, дабы просить также и за других. Итак, я прошу тебя, Боже, ревнителя церкви, за её священников, чтобы они жили целомудренно и трезво, постоянными увещеваниями отвлекали вверенный им народ от любви к земному миру и всегда пробуждали в них тягу к небесному отечеству; прошу за королей, герцогов и тех, которые поставлены на вершину власти, чтобы они, насколько это от них зависит, никогда не нарушали церковный мир, чтобы были отцами для сирот и судьями для вдов, чтобы сочувствовали несчастьям неимущих и стонам бедных, чтобы не искали в суде ничего, кроме справедливости, и таким образом управляли в настоящем, чтобы не лишиться будущих благ; прошу за соблюдающих воздержание и отрёкшихся от мира дев, чтобы они презрели всё преходящее, всегда искали вечных радостей и никогда не впутывались в мирские дела, и чтобы были угодны Тебе, кому они себя рекомендовали; прошу за женатых верующих, дабы они отдавали друг другу плотский долг таким образом, чтобы не отклонять души от любви к небесному отечеству. Господи, дай также ради справедливости тем, кто подавлен мучениями, ниспосланное с неба утешение духа, тем, кто скован цепями, разрешение от цепей, взятым под стражу – освобождение, странникам – счастливое возвращение на родину, совершающим путь как туда, так и обратно – успех, плывущим по морю – укрощение бурь и штормов и умеренное дуновение ветра. Удали также огорчения, болезни и недуги, мор и голод, и всё что ни есть пагубного и враждебного человеческому роду. Но, поскольку я, Господи, как бы забыв, кто я и что я, смею просить о таких великих и важных вещах, то прежде мне следовало бы оплакать ошибки моих постыдных деяний, даже если бы потом, содрогаясь, я и просил бы о подобном за других.

О как тяжко я погрешил и грешу во многих вещах! Но я не впадаю в отчаяние из-за собственных провинностей, ибо замечаю, что мытарь был оправдан в храме, вижу, что разбойник исповедовался на кресте и перешёл с креста в рай, знаю, что Мария после многих постыдных преступлений очистилась в источнике благочестия и что Пётр после вероломного отречения вновь обрёл благодать апостольства, и не навлеку на себя обвинения в безрассудстве за произнесённые за других просьбы, так как совершаю это по внушению любви и всегда полагаю себя недостойным для совершения этого. Но тогда только я поверю, что услышан ради других, когда заслужу обрести с неба стон мытаря, исповедь разбойника, слёзы блудницы и плач отрёкшегося апостола для того, чтобы оплакать ущерб моих преступлений. Если Ты позаботишься наказать мои преступления преходящим бичом, я умоляю, о невыразимая милость, чтобы Ты, гневаясь и неистовствуя против этого, всегда помнил в гневе о милосердии; ибо Ты наказываешь того, кого любишь, и бьёшь всякого сына, которого принимаешь 24; этими словами описано отцовское чувство любви, даже если оно и грозит словом убийцы. Итак, дай мне, возлюбленный Отец, терпение посреди бичей, дабы я не навлёк на себя обвинение в ропоте, как негодный раб, но скорее воздал изъявлением благодарности, как добрый сын. Я также изо всех сил прошу о том, чтобы я постоянно перебирал в памяти день моей смерти, день Страшного суда, а также ночь длящейся без конца кары и блаженство будущего царства, чего никто, кроме того, кто предопределён к жизни вечной, не может делать непрерывно. Без забвения, Господи, следует размышлять о закате последнего дня, когда свет сразится с тьмой, милосердие будет бороться с жестокостью, когда наш враг, как ретивейший обвинитель, обнажит всё то зло, которое мы совершили, говорили или замышляли, и, как ненасытный исполнитель, потребует у Твоего правосудия наказания: что там со мною будет, Господи, если Ты, который справедливо судишь, милосердно меня не защитишь? Вспомни, прошу Тебя, что Ты, который судишь, также и мой защитник. И если Ты ещё в этом мире сохранишь во мне что-либо достойное наказания, то я прошу Тебя не отдавать меня во власть демонов, пока Ты не уравновесишь преступление очищающим наказанием. Никогда, мой Бог, нельзя предавать забвению тот день, о котором говорит Пророк: «День гнева – день сей, день скорби и тесноты, день опустошения и разорения, день тьмы и мрака, день облака и мглы, день трубы и бранного крика» 25; в этот день из воспламенённых небес и земель изыдут ангелы и отделят злых из среды праведных, и ввергнут их в печь огненную; там будут плач и скрежет зубов 26; в этот день жнецы соберут плевелы и свяжут их в снопы, чтобы сжечь их 27; в этот день резвые козлики, отделённые от агнцев и поставленные по левую сторону, услышат: «Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный дьяволу и ангелам его» 28; в этот день, когда ворота жизни будут уже закрыты, глупые девицы, исключённые из горницы, будут рыдать с погашенными лампадами и, неоднократно взывая к Господу, кричать; «Господи! Господи! отвори нам». Он же скажет им в ответ: истинно говорю вам: не знаю вас» 29; в этот день многие, которые блистали даже чудесами, точно так же отвергнутые, будут рыдать и говорить: «Господи, Господи, не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?». И тогда Ты объявишь им, что и их никогда не знал, прибавив: «Отойдите от Меня все, которые делали беззаконие» 30. Кто, Господи Боже, страшный в делах 31, удивительный в величии, творящий чудеса 32, кто, говорю я, не убоится этого и не содрогнется в глубине сердца, когда услышит, что там осуждены даже те, которым здесь довелось славиться чудесами? Следует, Господи Боже, также непрерывно помнить о мучении вечной ночи, когда все кары, какие только можно измыслить ныне, и те, какие даже измыслить нельзя, постоянно имеют место и никогда, даже на мгновение, не прекращаются, кары, червь которых не умирает, огонь не гаснет 33, зловоние невыносимо, кары, страна которых – страна тьмы и сени смертной, страна несчастья и мрака 34, реки которых, превратившись в смолу, и прах – в серу, будут гореть вечно 35. О если б хотя бы через многие тысячи лет прекратились столь тяжкие мучения! Но впредь не будет ни конца карам, ни возврата к прощению. Сколь они ужасны, сколь они страшны! Но самой большой пыткой, Господи, будет потеря твоей любви; ибо для полного несчастья достаточно всего лишь не наслаждаться Твоим блаженством, в котором праведники, вернув тела и сравнявшись с блаженством святых ангелов, взирая на внутренний свет, воссияют, как солнце 36. Они не будут испытывать ни голода, ни жажды, не будут страдать и печалиться, ибо всё, что касается сытости и радости, предоставит Твой взор, который будет всем во всём. Над ними уже не властно время, ибо им целиком овладеет вечность, и не будут больше бояться умереть те, которые заслужат обрести блаженное бессмертие. Память о нём, Господи Боже, желание его не уйдёт из моего сердца; по нём вздыхаю, к нему всегда стремлюсь, и пусть всё, что веселит ныне, пребывает в трепете, пока сладость его не удалится от живущего на чужбине. Пусть Тебе скажет удручённая бедами и долго живущая на чужбине моя душа, пусть скажет и не обманется, пусть скажет и скажет истину: «Жаждет душа моя к Богу живому: когда приду и явлюсь пред лице Божие?» 37; и вслед за апостолом, говорившим: «Имею желание разрешиться и быть со Христом» 38. Но, чтобы просьба моя была услышана, прошу Тебя, Господи, святейший и славнейший, пусть она будет поддержана исключительным заступничеством Приснодевы Марии, которую Ты наделил такими заслугами, что столь малая дева стала в силу божественного зачатия больше неба и земли, стала не абы какой девой, но Пресвятой матерью Того, который сотворил всё, которая носила Его в себе, целовала, поила молоком и кормила младенцем Того, чьего величия не постигает ни одна тварь, и небезосновательно больше всех значит на небе заступничество той, которая больше всех могла на земле, и, хотя бы она являлась служанкой Бога и Господа, она всё же ввиду того, что родила Господа ангелов и людей, является госпожой ангелов и людей. Пусть эта просьба будет окружена исключительным триумфом апостолов, которые, по пятам следуя за богатейшей бедностью посредника и Его страданиями, добрались до такой высокой вершины, что они, презираемые бедняки и неустойчивые нищие со всего мира, стали судьями и господами, и всё, что они связывают на земле, связано на небе, а всё, что они разрешают на земле, разрешено на небе 39. Пусть просьба будет защищена неодолимой защитой мучеников, которые, умерев, одержали триумфальную победу над соблазнами безбожников и не возлюбили души свои даже до смерти 40, чтобы одолеть виновника смерти. Первым из них является блаженнейший Стефан, величайшим – Лаврентий, главным – Винцентий, которые словно молочно-белые колонны храма Господнего, стоящие в святая святых неба, заслужили у Господа есть с древа жизни, что находится в Раю Божьем. Пусть будет она защищена надёжным утешением исповедников, которые, пока благочестиво жили в католическом мире или даже в борьбе с еретиками, в длительных битвах переносили нападки врага искусителя и обрели, так сказать, пальму продолжительного и тайного мученичества. Пусть будет она поддержана славными просьбами святых дев, которые, сияя цельностью духа и тела, несут горящие маслом справедливости лампады, окроплённые священной кровью этого агнца и жениха, и неустанно без конца следуют по Его стопам. Ты, Бог мой, никогда не отвергнешь просьб таких людей, если внушишь им вступиться за меня, Ты, который живёшь в вечности и правишь всем вечно и во веки вечные. Аминь.

Во имя Господа нашего Иисуса Христа, Бога вечного, в 1070 году от Его воплощения, в феврале месяце, 8-го индикта. Поэтому я, Берард, сын Иоанна, ныне живущий в замке Пьетраббонданте 41, в Беневентском округе, как по своей доброй воле, так и ради прочной надёжности, при участии судьи Петра и других добрых людей и подписавшихся внизу свидетелей; а именно, по этой грамоте, во искупление моей души и от имени моих сыновей и моей жены Адельтруды, жертвую монастырю святого Винцентия, что построен над истоком реки Вольтурно, где, по-видимому, держит бразды правления господин Иоанн, достопочтенный аббат, монастырь святой Колумбы, расположенный в округе у Фризелона, с церковью святого Доната и другой церковью – святого Николая и святого Германа вместе с их принадлежностями и владениями. Эти имущества, о которых мы уже сказали выше, мы вместе с названной церковью и их принадлежностями и владениями, всё, что имеется внутри неё и выше неё, полностью и целиком пожертвовали названному монастырю святого Винцентия и его правителям во владение и распоряжение и с правом впредь совершать там всё, что вы пожелаете, и я, вышеназванный Берард, не оставляю за собой права требовать часть ни для себя, ни для моих сыновей, ни в качестве четверти моей жены, ни для кого-либо другого из людей, но, как можно прочесть выше, без всякого возражения с моей стороны и стороны моих наследников, без какого-либо требования назад и с тем условием, чтобы отныне и всегда я, вышеназванный Берард, и мои наследники были обязаны во всякое время защищать моё уже названное пожалование в пользу этой церкви и её правителей. Если же в какое-то время, я, вышеназванный Берард, или мои наследники, посмеем на каком-либо основании или в результате какой-либо хитрости оспорить или потребовать что-то из вышеназванного пожалования в пользу названного монастыря и его правителей, желая впредь чему-либо воспротивиться, что-либо отнять ил убавить из собственности этой церкви, или попытаться что-то отнять, забрать или вытягать у её правителей посредством какой-либо хитрости или человеческого лукавства, то пусть прежде всего будут сочтены ничтожными и не имеющими силы наша жалоба и иск, после чего я, вышеназванный Берард, и мои наследники должны будем уплатить названному монастырю и его правителям сорок солидов Константина в качестве штрафа, или тому человеку, который представит нам эту грамоту в качестве обеспечения со стороны названной церкви, и впредь во всякое время мы будем пребывать в молчании и покое по отношению к названной церкви и её правителям. И кто пожелает одержать верх над правом церкви и её правителями, пусть знает, что он подвергнет себя вечному пламени и будет связан карающими узами вместе с Иудой; и если – чего не дай Бог! – мы или наши наследники осмелимся на подобное, то пусть и нас поразит та же кара; и если мы и наши наследники не будем затем мстителями прежде всех судей и властей, вы должны приобрести там те земли, какие сравнимы с нашими. И мы точно так же навечно постановляем, надеемся и обещаем правителям Твоей церкви возвратить Твоей церкви из средств нашей собственности вдвое большие и лучшие земли. Кроме того, я, вышеназванный Берард, обязуясь за себя и своих наследников защищать это пожалование, которое можно прочесть выше, в пользу названного монастыря и его правителей от всех людей и всех сторон, со всеми его владениями целиком, согласно праву и закону народа лангобардов, под угрозой штрафа. Эту жалованную грамоту в пользу названной церкви написал … 42, и пусть она остаётся прочной и нерушимой в том, что содержит, навсегда. И я, Бонохомо, по просьбе вышеназванного Берарда и его сыновей. Благополучно писана в Пьетраббонданте. Я, граф Одеризий, поставил знак креста; я, Боррел, поставил знак креста; я, Райнальд, поставил знак креста; я, Бонохомо, судья.

По поводу врагов церкви, которые не пожелают исправиться или прийти к послушанию.

Божественным установлением и канонической властью святых отцов, так как Господь дал своим святым апостолам право вязать и разрешать, в силе Бога Отца и Сына и Святого Духа, мы проклинаем, отлучаем и удаляем из лона святой церкви, … Н., который разграбил и захватил добро этой церкви и, вызванный для покаяния, не пожелал его вернуть и, несмотря на сделанное внушение, отказался исправиться. Пусть его проклянут Отец и Сын и Дух Святой. И пусть все ответят: Аминь. Пусть его проклянёт Пресвятая Дева Мария, мать Господа нашего Иисуса Христа; аминь. Пусть его проклянут все святые ангелы и архангелы Божьи; аминь. Пусть его проклянут все святые патриархи и пророки Божьи; аминь. Пусть его проклянут все святые апостолы Божьи; аминь. Пусть его проклянут 24 старца и четыре евангелиста Божьих; аминь. Пусть его проклянут все святые невинноубиенные и все святые мученики Божьи; аминь. Пусть его проклянут все святые исповедники и священники Божьи; аминь. Пусть его проклянут все святые девы и вдовы Божьи; аминь. Пусть его проклянут все святые и избранники Божьи; аминь. Да будет он проклят в доме и вне дома, проклят в дороге, проклят на поле, проклят при входе и при выходе; да будет проклят он во время еды, питья, сна, бодрствуя, гуляя, стоя и сидя; да будет проклят плод земли его и плод чрева его; да будут прокляты все его дела, прокляты его дом, амбар и погреб, проклят хлеб и вся его пища, прокляты его одежды, обувь и весь наряд. Да пошлёт на него Бог град, огонь и серу; да будут черви в теле его и язвы в плоти его; да придёт на него смерть и да опустится он живым в ад, да поглотит его земля, как поглотила Дафана и Авирона; да будет он товарищем Иуде, предавшему Господа нашего Иисуса Христа, вместе с Анной и Кайафой; да будет жилище его пустым и да не будет никого, кто бы в нём жил; да будут дни его кратки, и достоинство его да возьмёт другой; дети его да будут сиротами, и жена его – вдовою; да захватит заимодавец всё, что есть у него, и чужие да расхитят труд его; да не будет сострадающего ему, да не будет милующего сирот его; да будет потомство его на погибель, и да изгладится имя их в следующем роде; да будет он всегда в очах Господа, и да истребит Он память его на земле 43; пусть будут над [ним] все проклятия, которые Господь наслал на нарушителей закона; да будет он анафема и маранафа; пусть никто с ним не здоровается и не вкушает пищу вместе с ним. Если он умрёт, то да не будет ему погребения иного, кроме как вместе с язычниками и евреями, и как мы погасили эти светильники, так пусть и память его и душа погаснут перед Богом и сгинут навечно, если только он не обратится и не принесёт церкви извинения. И пусть все ответят: аминь. Затем пусть каждый день все поют во время мессы следующие псалмы: «Боже, хвалы моей» 44; «Боже, кто подобен Тебе» 45; «Боже, язычники пришли» 46; «Что хвалишься» 47; «Восстань, Боже» 48; «Будь нам, Господи, крепкой защитой» 49; «Враг не превозможет» 50; «Расточи их» 51 без славы.

Глава. В духе смирения и с сокрушённым духом мы подойдём к Твоему святому алтарю, о Господь Иисус Христос, искупитель мира, и к Твоему святейшему телу и крови, и признаем себя виновными перед Тобой в наших грехах, за которые мы по праву терпим притеснения. К Тебе, о Господь Иисус Христос, мы придём и, пав ниц, будем кричать Тебе, что беззаконные и прегордые мужи, уверенные в своих силах, со всех сторон поднялись против нас, захватили, разграбили и опустошили эти земли и место этого святилища; они заставляют жить в унынии, голоде, жажде и наготе твоих бедных почитателей, жестоко угнетают их муками, а наши имущества, за счёт которых мы должны жить на священной службе у Тебя и которые мы оставили этому месту ради своего спасения, растащили и силой отобрали у нас. Эта твоя церковь, Господи, которую Ты основал в давние времена и возвысил в честь Твоей Пресвятой Матери Марии и Твоих святых апостолов Петра и Павла, а также святейшего левита и мученика Винцентия, пребывает в печали и нет никого, кто мог бы утешить её 52, кроме Тебя, Бог наш. Итак, восстань, Господи, на помощь нам 53, укрепи нас и помоги нам, побори борющихся с нами 54, сломи также гордыню тех, которые угнетают и хотят угнетать нас и это место. Ты знаешь, Господи, кто они такие, и имена их, тела и сердца их были Тебе известны ещё до их рождения. Поэтому, Господи, справедливо обойдись с ними в силе Твоей, заставь их осознать сделанные ими преступления, как Тебе будет угодно, и освободи нас в своём милосердии. Не отвергай нас, Господи, взывающих к Тебе, но ради славы Твоего имени и милосердия посети нас в мире и вырви нас из нынешней тяготы, Ты, который живёшь …

Повергни, Господи, десницей Твоей силы тех, которые сговариваются против твердыни Твоей полноты, чтобы беззаконие не властвовало над справедливостью, но чтобы ложь всегда отступала перед правдой, через …

В 1115 году от воплощения Господнего достопочтенной памяти господин папа Пасхалий II 55 освятил эту церковь в честь всевышнего Бога и во имя Его драгоценного мученика Винцентия, и своими руками почтительно положил в ней святые мощи этого блаженнейшего мученика Винцентия и почти пятидесяти других святых. В тот день вместе с этим блаженнейшим папой присутствовало 20 кардиналов, архиепископов, епископов и аббатов, по совету которых он тогда постановил в честь названных святых, чтобы каждый, кто в течение сорока дней набожно придёт на праздник её освящения, получал отпущение своих грехов сроком на три года. Также на будущие времена он разрешил, чтобы каждый год всем, кто набожно придёт туда, отпускалось сорок дней покаяния. Он пожаловал этой святой церкви вечный мир, и решением своим и всех бывших там кардиналов и епископов утвердил, чтобы каждый, кто посмеет разграбить имущества этого монастыря или захватить человека, друга ли, недруга ли Бога и всех святых в установленных ими ниже границах, то есть от моста, что зовётся Мраморным, и до моста под названием Цистерна, и до ручья, что зовётся Кауза, и вплоть до самой реки Вольтурно, в месте под названием Кастанея, пусть знает, что он по приговору его и всех епископов будет проклят и отлучён от церкви вплоть до принесения достойного удовлетворения и исправления. «Мы же, зная всё это и понимая, по божественному внушению Отца и Сына и Святого Духа, поддержанные заслугами святой римской церкви и просьбами её святых, следуя по стопам отцов, наших предшественников, проклинаем тех, кого они проклинали, и благословляем тех, кого они благословляли; за соблюдающих же то, что касается мира, мы смиренно молимся и просим, чтобы они заслужили обрести благодать милосердия и благословения у благого Господа вместе со всеми святыми». Вы же, братья, которые сегодня весьма набожно приходите на столь великий праздник освящения этой святой церкви, чтобы получить отпущение ваших грехов, сделайте исповедь нашему Господу Богу.

Пусть тогда дьякон скажет всем громким голосом: Говорите все: Я признаюсь всемогущему Богу и всем Его святым и Тебе, Отец, в том, что я виноват, виноват, виноват. Я сильно погрешил в помыслах, речах, наслаждениях, согласии и делах; я погрешил в жадности, обжорстве и пустой славе; я погрешил в грабеже, воровстве и святотатстве; я погрешил в гордыни, в зависти, ненависти, гневе и убийстве; я погрешил во лжи, злословии, лжесвидетельстве и вероломстве; я погрешил в убийстве, прелюбодеянии, блуде и разврате; я погрешил в нарушении закона Божьего и всех Его заповедей; я погрешил во всех пороках и грехах телесных и духовных, в какие только может впасть человеческая слабость; виноват, виноват, виноват. Я прошу Пресвятую Богородицу и Деву Марию, святых ангелов, всех святых мужей и дев Божьих и Тебя, Отец, молиться за меня, грешного, Господу Богу нашему.

Затем священник: По просьбам Пресвятой Богородицы и Девы Марии, святых ангелов, архангелов, патриархов, пророков, апостолов, мучеников, исповедников, святых дев и всех святых мужей и ввиду их заслуг пусть всемогущий Бог помилует вас и отпустит вам все ваши грехи, и избавит вас от всякого зла, и сохранит и утвердит во всяком добром деле, и приведёт к жизни вечной. Аминь. Далее следует: Да снизойдёт на вас благословение всемогущего Бога Отца и Сына и Святого Духа и да пребудет оно на вас вечно. Аминь.

Епископ Анастасий 56, раб рабов Божьих, А. …, аббатисе [церкви] святого Деодата … Возлюбленный сын наш Илия, аббат [монастыря] святого Винцентия, заявляет, что ты отказала ему в том послушании, которое, как известно, его предшественники всегда встречали во вверенной тебе церкви и которое ты сама ему некогда оказывала, что приводит нас в изумление. Итак, поскольку мы желаем, чтобы права этого аббата, нашего возлюбленного сына, соблюдались нерушимо, то поручаем тебе настоящей грамотой, чтобы ты ради сохранения любви всегда оказывала ему должное послушание и уважение, которое оказывали его предшественникам те, кто стоял во главе правления вверенной тебе церковью до тебя, и которое ты сама оказывала ему и его предшественникам, и не смела ни в чём умалять его прав …

Епископ Александр 57, раб рабов Божьих, возлюбленным во Христе дочерям, аббатисе и сёстрам [церкви] святого Викторина в Беневенте, [шлёт] привет и апостольское благословение. Наш возлюбленный сын, аббат [монастыря] святого Винцентия на Горе (de Monte), показал нам в присланной жалобе, что хотя вы обязаны оказывать ему послушание и уважение, и никто не должен быть принят в аббатисы в вашем доме без ведома аббата, который на данный момент будет в названном выше монастыре, вы вопреки справедливости лишили этого аббата вышеназванной чести и уважения. И поскольку вы должны предоставлять ему, его служащим и послам, снующим туда и обратно, попечение за многие его владения, которые вы держите, и вы отказались это делать, можно сказать, что вы отступили от договора по поводу всего этого. Итак, поскольку монашескому исповеданию не подобает нарушать чужие права, и мы не может и не должны терпеть подобное, мы апостольской грамотой поручаем вашей рассудительности, чтобы вы без всякого возражения оказывали названному аббату должное и обычное уважение и почёт, так чтобы ему не пришлось вновь подавать жалобу и мы не были вынуждены повторно писать по этому поводу. Дано в Латеране 23 марта 58.

Я признаюсь всемогущему Богу, Отцу и Сыну и Святому Духу, Пресвятой Деве Марии, блаженному архангелу Михаилу, святым апостолам Петру и Павлу, блаженному Иоанну Крестителю и евангелисту Иоанну, блаженному Винцентию, всем святым и Тебе, Отец, в том, что я виноват, виноват, очень виноват.

Поэтому я прошу Пресвятую Деву Марию, блаженного архангела Михаила, святых апостолов Петра и Павла, блаженного Иоанна Крестителя и евангелиста Иоанна, блаженного Винцентия, всех святых мужей и дев и Тебя, Отец, молиться за меня, грешного, Господу нашему Иисусу Христу. Аминь.

Во имя всевышнего Бога и при поддержке покровителя всех добрых людей Господа Иисуса Христа. По распоряжению господина Григория и установлениям апостольского престола церкви города Рима и нашего устава, я, Тасо, недостойный аббат монастыря святого Винцентия, вместе с общиной и при согласии наших братьев решил, чтобы мы, как стараемся жить по уставу святого Бенедикта, пусть и небрежно, так и покаяние за совершённые или недавние наши прегрешения должны совершать согласно этому уставу. Поэтому мы прежде всего постановили, чтобы те грехи, которые мы совершили до обращения или принятия монашеского облачения, мы искупали и оплакивали только при соблюдении устава; и, поскольку природа человеческой слабости внушает тревогу, каждый, кто после принятия монашеского облачения впадёт в какое-либо преступление в стенах монастыря, пусть точно так же старается искупить его по требованию устава, как ему будет указано аббатом, поскольку, как мы говорили, мы получили от апостольского престола такой совет и такое право, чтобы каждый исповедовался в своих грехах тому, кто потом даст Богу отчёт за всех вверенных ему, и это справедливо. Но и помимо этого, ради Божьего страха и той любви, которая приказывает нам положить душу за братьев, всей общине угодно, чтобы мы как за наши грехи, так и за грехи наших братьев на протяжении всей нашей жизни проводили пятницу без вина и в посте, за исключением действительно уважительных причин и праздничных дней, или путевых трудов и телесных недугов, или крайней надобности для сбора плодов, всего, что не может быть отложено. И мы как упоминали выше о тех братьях, которые после обращения впали в какое-либо преступление, так и постановили, чтобы Великий пост, когда мы приносим Богу ежегодную десятину, мы проводили на хлебе, воде и соли, исключая, конечно, как мы говорили, уважительные причины. И после Троицы эти братья, каясь во всякое время, даже по важным праздникам, и в среду и пятницу, пусть обходятся без вина вплоть до того времени, когда исполнится срок их покаяния. По исполнении же его они вместе со всей общиной должны соблюдать пост по средам и пятницам. По поводу тех братьев, которые отныне впадут в какой-либо проступок или преступление большое или малое, мы получили от папской власти право судить их не церковным судом, но по уставу. Что касается великих грехов, как писал блаженный Августин 59, то, хотя апостолом и было упомянуто много великих и смертных грехов, мы всё же коротко скажем, какие это грехи: во-первых, святотатство; затем – убийство, прелюбодеяние, лжесвидетельство, воровство, грабёж, гордыня, зависть, бездушие и, если оно держится долгое время, гневливость; пьянство, если оно постоянно, также входит в их число. Что же касается малых грехов или проступков, в которые мы впадаем ежедневно, то поскольку, если мы пренебрежём ими, то впадём в большую опасность, мы должны каждый день делать исповедь и совершать покаяние согласно уставу святого Бенедикта, как мы говорили выше, чтобы иметь возможность спастись по милости Христовой.

Текст переведен по изданию: Chronicon Vulturnense del monaco Giovanni, Vol. I. (Fonti per la storia d'Italia, 58). Roma. 1925

© сетевая версия - Thietmar. 2012
© перевод с лат., комментарии - Дьяконов И. В. 2012
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Fonti per la storia d'Italia. 1925