Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ВОЛЬТУРНСКАЯ ХРОНИКА

CHRONICON VULTURNENSE

Книга вторая этой хроники

В начале первой книги мы говорили, что на второй день Бог создал твердь посреди вод и отделил воды, которые были под твердью, от тех, которые были над твердью, и саму твердь назвал небом 1.

Материя [была] без формы, когда вначале был хаос, ибо сперва материя, из которой произошло всё, что разделено и оформлено, была создана слитной и бесформенной, согласно сказанному: «Бог, сотворивший мир» 2 из бесформенной материи, которую греки называют Хаосом; ибо Он всё создал из ничего, и сама эта материя была создана из ничего. Первоначалом [является] отнюдь не время, ибо время берёт начало от творений, то есть от замещения творения, а не творение – от времени. Ведь известно, что сказано: «Сотворил Бог небо и землю» 3. Именем неба и земли обозначается всякое творение, которое Он создал и творит; так, твердью небесной телесная материя зримых вещей была отделена от бестелесной материи незримых сущностей; именем же вод была названа та материя, над которой носился дух Божий 4 и из которой Бог вознамерился всё создать. Святой Дух носится над всяким творением, защищая его, так что в зримых вещах огонь и масло всегда поднимаются наверх; Он носится ныне и над спасительными водами, освящая крещение. Воды над твердью символизируют незримые творения, а воды под твердью – зримые творения. Они различаются не по положению мест, а по достоинству природы. Господь передал нам также в заповедях два предписания любви, на примеры и поддержку которых весьма полагается наша вторая книга, а именно, что «Моисей ударил в скалу жезлом своим дважды» 5 и «что вдова собрала для Ильи два полена дров 6, которые означают две перекладины креста. Мы узнали также, что Соломон поставил в притворе храма два столба, которые суть два завета, Воаз и Иахин 7.

Жизнь и смерть господина Иешуа, достопочтенного аббата.

Итак, я считаю, что не следует умалчивать об удивительном совершенстве добродетели, которая блистала в достопочтенном отце Иешуа, само значение имени которого звучит и считается спасительным и который воистину был направлен Христом Спасителем в это место ради спасения многих; как святым образом жизни, так и усилием достойного труда он предоставил Богу величайшую прибыль в спасении душ, намеренных здесь поселиться, и славился как выдающийся и замечательный отец не только нынешних, но и последующих [поколений]. Происходя из королевского рода, он был воспитан при королевском дворе, весьма наставлен в изучении свободных наук и возвысил счастливым жребием чистоту невинной жизни, за что по праву заслужил обрести достойную награду. Ибо он, будучи родственником императора Людовика, который был прозван Благим 8, по его славной жене, был, наконец, призван Господом и пришёл, чтобы служить Христу в святом звании, и в благочестивых трудах совершал намерение божественного благочестия. Но, пока он более прочих братьев, которые, казалось, были его соратниками в святой обители, отличался величайшей силой добродетели, так что считался лучшим в усердии святого образа жизни, он по Божьей воле и по выбору всей святой общины был поставлен 11-м 9 аббатом после святого Пальдо, в 793 году от воплощения Господнего 10, первого индикта.

В эти дни август Людовик, который после благочестивой памяти Карла, своего родителя, принял власть над всей Италией, будучи в Риме и совершая величайшее рвение благочестия, узнал о доброй славе выдающегося благочестия общины названого монастыря и ради достойной своего названного родича любви соизволил лично набожно посетить этот монастырь. Когда он прибыл туда, то был весьма почтительно принят этими святыми отцами; оказав многочисленные услуги любви, император пожаловал этому святому монастырю величайшие дары, и достопочтенный отец Иешуа вместе со всеми братьями смиренно предстали перед его взорами, и настойчиво просили его, чтобы он уступил им древнейший храм в Капуанском округе, который издавна был построен с большими колоннами и из разных камней в месте под названием Храм или Крипта императора. И поскольку в то время, как такие славные отцы собрались все вместе, стало видно, что этот молитвенный дом слишком мал для них, они просили, чтобы при поддержке его милости в этом монастыре была построена церковь в честь величайшего Бога и во имя Его драгоценного мученика Винцентия, более просторная и высокая, подобающая такой общине. Август, охотно согласившись с ними, уступил то, о чём просили, и предоставил им также всё, что казалось полезным и необходимым для этого. Так сила Господа обратила сердце короля к любви к этому делу, и набожность братьев и руки рабочих способствовали тому, что малое время спустя была воздвигнута церковь в великолепном стиле и с большими колоннами 11, и на фасаде этой церкви позолоченными буквами было написано:

То, что ты видишь, гость, висящим вверху и внизу,
Построил муж Господень Иешуа вместе с братьями.

Ибо эта церковь в длину имела 36 футов, в ширину вместе с портиками – 16 футов, в высоту – 12 футов до самых балок, имея также возле священных покоев надёжнейшие помещения. Итак, по завершении строительства август был приглашён на торжественное освящение этой церкви и, ликуя и радуясь, прибыл вместе со своей королевой, родной сестрой счастливейшего аббата Иешуа, и огромным множеством лиц обоих сословий и того и другого пола. Присутствовал и папа – Пасхалий I вместе со священным собранием епископов, кардиналов, разных клириков и неисчислимым множеством верующих людей, сбежавшихся отовсюду; они с великим ликованием и радостью освятили названную базилику, и в тот же день король и королева пожертвовали ей великолепные дары. Затем королева приказала на каждой колонне повесить по покрывалу, а колонн там было 32. Тогда шёл 808 год от воплощения Господнего, и был первый индикт. Мы, которые видим её ныне, и те, которые видели её в те времена, можем только весьма изумляться величию и красоте этой церкви в наших краях.

В это время названный император, проведя в Ахенском дворце собрание благочестивых епископов и аббатов, при участии многих аббатов Франции, среди которых присутствовал и достопочтенный отец Иешуа, принял 72 генеральные главы нашего распорядка 12. Тогда же он составил для блаженнейшего папы Пасхалия учредительный и утвердительный договор и, скрепив его собственной рукой, а также печатями трёх своих сыновей, через легата святой римской церкви Теодора отправил его названному папе. Он заставил подписаться под ним 10 епископов, 8 аббатов, 15 графов, библиотекаря, пономаря и привратника. Текст этого договора приведён выше. Он также выдал там достопочтенному отцу Иешуа утвердительную грамоту на его монастырь, подтверждающую всё, чем этот монастырь владел с давних времён в результате пожалований и дарений герцогов, королей и князей и пожертвований тех или иных верных, и всё, чем ему доведётся владеть, чтобы он вечно по праву владел всем этим без всяких притеснений и возражений. Текст грамоты содержит следующее.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Людовик, по воле Божьего промысла император август. Поскольку мы охотно соглашаемся с просьбами священников и рабов Божьих, которые они доводят до нашего слуха, мы не только совершаем королевское обыкновение, но и полагаем, что это доставит нам немалую пользу в обретении как успеха в земной жизни, так и блаженства в будущей. Поэтому да будет известно всем верным святой церкви Божьей и нашим верным, а именно, нынешним и будущим, что достопочтенный муж Иешуа, аббат монастыря мученика Христова Винцентия, что расположен в Беневентских пределах, придя к нашей милости, представил нашим взорам грамоты королей лангобардов, а именно, Айстульфа и Дезидерия, а также грамоту блаженной памяти государя и нашего родителя Карла, благочестивейшего августа, в которых они по доброй воле жертвовали сторонам названного монастыря дары как своих предшественников, то есть королей, так и герцогов и любых других преданных Богу людей, прося и уговаривая, чтобы мы подтвердили эти грамоты нашей утвердительной грамотой. Согласившись с этой просьбой, мы из любви к Господу нашему Иисусу Христу утвердили эти грамоты нашей властью, постановив, чтобы оставалось нерушимым, прежде всего, то, что содержится в грамоте нашего родителя, господина императора Карла, и что даровано грамотой короля Дезидерия и Ансаны в Бальвенском округе в местечке Трита, а затем точно так же всё, что пожертвовали названному монастырю Айстульф и Дезидерий. И пусть в силу нашего нынешнего предписания впредь будет прочным и надёжным то, что подарили этому достопочтенному монастырю в своих грамотах герцоги Луп и Гильдебранд: первым из всего этого является дар, который сделал названному святому месту герцог Луп по поводу варцинатика, то есть животных, которые взимались для стола правителя Сполетского герцогства; вторым – дар герцога Гильдебранда о том же самом; третьим – его же дар по поводу монастыря в Марсике; четвёртым – его же дар по поводу леса в Либурии; пятым – его же дар по поводу четырёх усадеб в Марсике. Мы нашей властью утверждаем за достопочтенным монастырём святого Винцентия эти пять даров, чтобы правители вышеупомянутого монастыря без всяких возражений распоряжались ими и делали в них и по поводу них всё, что пожелают сделать для пользы монастыря. И чтобы это предписание нашего утверждения имело крепкую и нерушимую силу на протяжении многих лет, пользовалось полным доверием и тщательно соблюдалось верными святой церкви Божьей и нашими верными, а именно, нынешними и будущими, мы собственноручно подписываемся ниже, и приказываем запечатать его нашим перстнем. Печать светлейшего императора Людовика. Дано 10 июня, милостью Христовой в 3-й год императорского правления 13 господина Людовика, благочестивейшего августа, 9-го индикта. Благополучно сделано во имя Божье в Ахене, королевском дворце.

После этого император Людовик вновь пришёл в Рим, обошёл Лигурию, Эмилию и Апулию и, построив во многих местах разные церкви, наделил их имениями; и утвердил силой своей грамоты другие земли, которыми те владели.

Ибо он построил тогда монастырь в честь святой Троицы, который впоследствии был преобразован аббатами этого места во имя блаженного мученика Климента на реке Пескаре, на Острове, что зовётся Казаурия 14, и щедро наделил его обширнейшими владениями и имуществами. Аббатами этого монастыря были в наши времена некоторые из наших старших братьев, из которых наиболее известным был приор нашего монастыря по имени …

Рассказывают, что ещё до этого времени дочь короля франков, погрешив из-за невоздержанности, оскорбила своего отца, и король в гневе из-за того, что она нарушила целомудрие, дав необходимые средства, велел провожатым увезти её из отечества в изгнание. Те, ведя её много дней, совершив долгий путь, наконец, достигли пределов Валерии, где их встретил некий сиятельный муж по имени Морин, который, когда узнал об этом деле, просил выдать названную королевскую дочь замуж за его сына, так как у него было достаточно много богатств и поместий. Когда он легко этого добился, и они охотно заключили брак, её названные провожатые вернулись во Францию. После этого король, отец этой дамы, умер. Итак, объезжая названные земли, император Людовик пришёл в указанную область; когда слуги усиленно искали подходящее место, где император мог бы расположиться, вышеназванная дама по мудрому решению призвала двух сыновей, которых она родила от указанного мужа и которые были уже в расцвете юности, и уговорила их пойти к королю и просить, чтобы он остановился у них в доме и мог с готовностью воспользоваться услугами их и их людей. Король, тронутый их просьбами, легко согласился с тем, о чём его просили. Когда он, расположившись у них в доме, весело пировал, пришла мать, тайно обратилась к королю и, припав к его коленям, жалобно рассказала о том, что с ней случилось. Тронутый до слёз, август ласково обнял сестру; говорят, что он вспомнил о том, что некогда с ней приключилось в доме отца. Велев призвать к себе её сыновей, он по ходатайству матери королевской грамотой утвердил за ними всё, что принадлежало их покойному отцу; и через некоторое время назначил их графами всей провинции Валерии. Итак, вновь собираясь идти оттуда в Апулию, он оставил младшего брата вместе с матерью, а старшему велел сопровождать себя.

Пробыв какое-то время в его свите, тот заболел, и король, весьма этим огорчённый, по просьбе его и многих других предоставил ему в пути многочисленную свиту и подарки и велел возвращаться домой, дабы его вероятная смерть не так сильно поразила материнское сердце. Итак, начав путь и желая избежать заразы от нездорового воздуха, он прошёл через беневентские пределы в сопровождении своих людей, а когда те увидели, что болезнь усилилась и он уже утратил силы, то ускорили путь и доставили его в монастырь Христова мученика Винцентия, где он был весьма любезно принят достопочтенным отцом Иешуа и всеми братьями и через несколько дней лишился жизни. Сделав гробницу из белого мрамора, его тело старательно положили у порога этой базилики. Как только сердце матери поразила эта горестная весть, она, взяв неисчислимые дары, совершив в сопровождении слуг разные услуги, вместе с оставшимся в живых сыном как можно скорее отправилась в монастырь Христова мученика Винцентия. Увидев могилу своего сына, мать обняла её и, оросив многими слезами, в горьких рыданиях дала выход своей скорби. Наконец, с трудом и кое-как успокоенная достопочтенным аббатом Иешуа и братьями, она положила конец воплям и через несколько дней, собираясь уходить, вместе со своим сыном и всеми своими людьми, которые поддерживали её там, пожертвовала святому монастырю блаженного Винцентия всё самое ценное, что можно было найти среди сокровищ, выдав ему на основании наследственного права жалованную грамоту на всё графство покойного сына, и на всё, что могло находиться в Бальвенском округе, как на церковь святого Руфина, построенную там в Кампо де Рота, так и на другие церкви и кельи, лежащие вокруг, которые все были впоследствии утверждены за этим монастырём господином императором Людовиком; церковь святого Леонарда в Пацентру; церковь святого Винцентия в Сульмоне со всеми землями, которые лежат между течением Аква Лабелла и ручьём Гицоли до того места, где они сливаются; церковь святого Петра в Аккуле, ниже самой крипты, выше тех болот и поля де Мезу; церковь святого Винцентия в Басано; церковь Пресвятой Марии над истоками Асфреды; церковь святого Цесидия в Бониаре со свинарником; церковь святого Винцентия в Ализии; церковь святого Юстина; церковь святого Винцентия в Вадо Паскуале; и в Музано; и в поле святого Петра; и в поле святого Пелина; церковь святого Феликса в Бетторите и в Апинианичи; и в Казале; и в Помпиниано; и в Прато; церковь Пресвятой Марии в Горгиано; церковь святого Памфила в Райано; и в Преце; и в Патерно; и в Преторио; церковь святого Винцентия и Пресвятой Марии в Валле; и в Флатурно; и в Попери; церковь святого Спасителя в месте, где берёт начало река Пескара; и та земля, что зовётся Моначески; и в Руза Капра. Все эти церкви с разными округами, деревнями, крепостными и принадлежащими им имуществами, а также многие другие, лежащие в пределах этого графства. И поскольку, как мы узнали, вышеназванная церковь святого Руфина, а также церковь Пресвятой Богородицы Марии были построены этой весьма преданной Богу дамой на её собственной земле и расширены ею за счёт богатых даров и богатств, она, достигнув смертного часа, велел похоронить себя у порога этой церкви Богородицы. Также её имя, которое было многим неизвестно, мы видим записанным над порогом этой церкви таким образом: «Имилла, смиренная раба Пресвятой Марии».

В это время император Людовик утвердил за достопочтенным монастырём Христова мученика Винцентия также всё то, что Дезидерий, король лангобардов, и Пипин, король франков, и Карл, римский император, пожертвовали ему в Бальвенском графстве и в Пенненском графстве, а именно, в Тританской долине, то есть: во-первых, монастырь блаженного апостола Петра со всеми принадлежавшими ему землями и деревнями, рабами и рабынями, кельями и часовнями, во дворе у Ронцесси; в Сандарисси; в Каподакве; в Черквето; в Мартиниски; в Лавренцииски; в Марзаниски; в Трибилио; в Келларии; в Офене; в Пресциано; в Овино; в Фурмекузи. Также: в Карапелле; в Турбине; в Буте; среди Молины; в Презуто; в Лукклано; в Фракте; в Волуббро; в Феликуле; в Супери; в Лимити; в Каласо. Также: в Пребетерани; в Стефаниски; в Капорзани; в Тусси; в Церуле и на господском поле; в Колиньяно; в Лапиде Виво, у Санкты и в Торо, и у Бенатеру; в Турри, в долинах, горах и равнинах; в Перелло, в Азано и прочее, как то содержится в грамоте короля Дезидерия, в своих границах.

В то время крепости в этих краях были редки, но все эти земли были полны деревень и церквей; не было ни боязни, ни страха перед войнами, ибо все наслаждались полным миром вплоть до времён сарацин. А когда прекратились опустошения и гонения с их стороны, те, которые смогли тогда уцелеть и в силах были найти своё добро, также владели этими прекариями по королевскому решению, пока в Италию не пришли норманны. Разграбив всё, они начали строить крепости и деревни, которым давали имена по названиям местностей, и, действуя как бы без короля и закона, объявляли себя покровителями, вернее, повелителями тех церквей, которые смогли заполучить, и те, неохотно и едва ли по справедливому праву, как им казалось, каждый год платили этим господам ценз. Это зло продолжается до сих пор, и они словно по наследственному праву не без тяжкого святотатства присвоили себе и свои детям поместья и владения церквей. Но вернёмся к предыдущему.

Мы слышали от стариков предание, что в это же время император Людовик построил монастырь святого Ангела в Баррегии, который другие называют Королевской долиной, и, наделив его средствами и владениями, подчинил достопочтенному монастырю святого Винцентия. Во времена сарацин он был сожжён, а затем восстановлен некими людьми, которые учредили там общину братьев и поставили аббата. Но в последующее время, как мы узнаём на основании разных грамот, он был закреплён Оттоном I, а также Оттоном II за монастырём святого Винцентия.

Мы хотим также, чтобы все, которые будут читать эту книгу, знали, что я писал только то, что узнал из старых записей или из правдивых рассказов старцев, уважаемых за седину и солидность, либо то, что я сам мог видеть в наше время собственными глазами. Итак, когда август Людовик находился в Ахенском королевском дворце, в шестой год своего правления, муж Господень Иешуа отправился туда к нему и получил от него вторую грамоту, текст которой мы приводим ниже.

Утвердительная грамота о Либурнском лесе.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Людовик, по воле Божьей милости император август. Поскольку мы охотно соглашаемся с просьбами священников и рабов Божьих, которые они доводят до нашего слуха, мы не только совершаем королевское обыкновение, но и полагаем, что это доставит нам немалую пользу в обретении как успеха в земной жизни, так и блаженства в будущей. Поэтому да будет известно всем верным святой церкви Божьей и нашим верным, а именно, нынешним и будущим, что достопочтенный муж Иешуа, аббат монастыря блаженного мученика Христова Винцентия, что расположен в Беневентском округе, на реке Вольтурно, придя к нашей милости, представил нашим взорам грамоты лангобардских правителей и герцогов, а именно, Гизульфа и Сикарда, а также грамоту блаженной памяти государя и нашего родителя Карла, благочестивейшего августа, в которых они [уступали] пожалования, пожертвования и законные записи как своих предшественников, то есть королей, так и герцогов и любых других преданных Богу людей, которые те из любви к будущей жизни и ради спасения своих душ и отпущения грехов по доброй воле передали из своих средств в пользу названного монастыря, прося и увещевая, чтобы эти грамоты, пожертвования и все законные записи мы подтвердили нашей утвердительной грамотой. Соглашаясь с этой просьбой из любви и уважения к Господу нашему Иисусу Христу и из почтения к Христову мученику, святому Винцентию, во имя и в честь которого, как известно, освящён этот монастырь, мы уступаем и утверждает названные грамоты, и все пожертвования, и законные записи, согласно тому, что он просил, и закрепляем за названным монастырём Христова мученика Винцентия все имущества и владения, расположенные в разных землях Итальянского королевства и пожалованные ему в этих грамотах или других законных записях князьями, герцогами и прочими верующими, а также уступаем и утверждаем за названным монастырём все указанные ниже монастыри и кельи: во-первых, келью святого Сосия со славным двором и лес, расположенный в пределах Либурии, под названием Пантан, который был передан названной обители герцогом Гизульфом в следующих границах: с первой стороны границей служит древняя дорога, который идёт от Дуценты; граница идёт по этой дороге до самого Пантана, леса и болота, где дорога примыкает к Ланео; со второй стороны границей также служит древняя дорога, которая называется Викана; с третьей стороны рубежом опять-таки является дорога, тоже древняя, вместе с рыбными ловами этого монастыря, и эта дорога отделяет названные земли и лес названного монастыря от другой земли этого монастыря, которая зовётся у Торторы, и земель других людей, которые живут там по соседству; граница начинается выше этих рыбных ловов, обходит вокруг этой земли у того же леса и вокруг уже названной земли у Торторы, и идёт к Пантану названного монастыря; дальше она идёт выше Пантана, леса и болота до самого Фригида; с четвёртой стороны граница идёт к уже названному Фригиду и названному Ланео; всё это вместе со всем, что лежит внутри, выше или ниже, что может быть названо и поименовано, мы нашей императорской властью уступаем и утверждаем за этой обителью. Затем мы точно так же утверждаем ещё один, соседний, лес в том же месте, который был подарен этому монастырю Сикардом, князем города Беневента, а именно, в следующих границах: с одной стороны границей служит древняя дорога, которая идёт из Дуценты, и сам лес названного монастыря, как он тянется до Пантана этого монастыря; с другой стороны рубежом служит общественная дорога, которая идёт между Мацианом, Скарафеной и землёй у людей из Центоры, и направляется к месту, что зовётся Крее, откуда вытекает ручей, и таким образом доходит до Патриенского озера; с одного конца – общественная дорога, которая называется Викана и ведёт в Кумы; а с другого конца рубежом является Патриенское озеро. Всё это, как было указано выше и как содержат грамоты этого монастыря, со всем, что находится выше и ниже, с дорогами и реками, с Пантаном и берегами, и со всем, что может быть названо и поименовано, мы уступаем и утверждаем за этой обителью. Мы также уступаем и утверждаем за этой обителью монастырь святого Петра, расположенный в Капуанском округе, неподалёку от арки Дианы, что зовётся у Тунтула, вместе с церковью святого Мартина, которая расположена в пределах Либурии, со славной усадьбой под названием Северано и с другими усадьбами, округами и болотами в месте, что зовётся у Тразанглу, как то содержат её грамоты и записи; также церковь святого Винцентия в Либурии, что зовётся Тремойола, со всеми её округами. Также келью святого Винцентия в Кумах с её двором и усадьбами. Также келью святого Георгия в городе Салерно; келью святого Винцентия на реке Тусциано; келью святого Валентина на реке Бизентино; келью святого Винцентия на реке Тенса со всеми другими их часовнями и владениями и всеми другими кельями и землями, расположенными в разных пределах Итальянского королевства, по поводу которых сторона уже названного монастыря в любое время покажет законные записи; всё это мы уступаем и утверждаем за названным монастырём, чтобы с этого времени и впредь всё, что мы указали выше, оставалось неизменным, а именно, чтобы всё, что правителям и служителям этого монастыря будет угодно устроить и совершить в них и по поводу них, они устраивали и совершали без всяких возражений с чьей-либо стороны, насколько это будет казаться полезным с их точки зрения. И впредь пусть никто не имеет права причинять сторонам монастыря какой-либо тяготы или притеснения в указанных пределах, и в этих кельях, и в этих землях. Пусть никто не смеет селиться в его имениях в силу владения предков, разве только в силу подлинных грамот и законных документов, как то установил по поводу церквей Айстульф, король лангобардов. Пусть никто не смеет заставлять клясться аббатов и монахов этой обители, ибо мы верим, что это противоречит божественному закону, но пусть они во все времена ведут судебные дела через скарионов, как то было по древнему обычаю. Мы постановляем также, чтобы никто из рабов или из челяди этого монастыря не смел беспокоить тех, кого называют крепостными, и чтобы никакой пристав не смел требовать или взимать с них какие-либо выплаты. И если кто-то попытается выступить против этого нашего пожалования и утверждения, или причинить какую-либо тяготу, пусть знает, что ему придётся уплатить 1500 фунтов чистейшего золота: половину – в нашу казну, и половину – названному достопочтенному монастырю. И чтобы эта щедрость нашей власти обрела ещё большую силу, имела крепкую и нерушимую прочность на протяжении многих лет, пользовалось полным доверием со стороны верных святой церкви Божьей и наших верных, а именно, нынешних и будущих, и тщательно всеми соблюдалась, мы собственноручно подписываемся ниже, и приказываем запечатать её печатью нашего перстня. Печать господина Людовика, светлейшего императора. Дано 11 января, милостью Христовой в шестой год 15 императорского правления господина Людовика, благочестивейшего августа, 12-го индикта. Благополучно сделано во имя Божье в Ахене, королевском дворце.

А выдающийся отец Иешуа после постройки своего монастыря как превосходный пастырь деятельно заботился о святой общине и был столь совершенен в собирании и спасении душ, что благодаря покровительству Божьей милости [его монастырь] как ввиду многочисленности славной общины, так и по причине исключительного благочестия считался в то время наиболее видным среди крупнейших монастырей Италии. Слава об их святости разнеслась повсюду, так что очень многие из франкских земель, оставив отечество, родителей и имущество, подчинились его наставничеству и даже многие из королевского двора желали следовать их благочестию. Поэтому благородные мужи, в том числе герцоги, князья, графы и могущественные люди, стекались сюда из всех пределов Италии, считая, что обретут блаженство, если смогут что-либо пожертвовать Богу в этом монастыре из своих средств и владений ради спасения своей души.

Поэтому и вышло, что Гильдебранд, герцог Сполето, грамотой своей власти пожертвовал Богу в этом монастыре церковь святого Доната в Комино с землями и горами, рабами и рабынями, и церковь святого Юлиана с землями и реками, горами и равнинами, и со всеми их владениями. Он также выдал грамоту на четыре усадьбы в Марсике; и на церковь святого Петра в Вецано; и на запруду в Марсике; и на варцинатик, то есть животных, которые взимались для стола герцога Сполетского; и утвердительную грамоту на Либурнский лес. Церкви Пресвятой Богородицы Марии в Луогозано, подчинённой названному монастырю Христова мученика Винцентия, он выдал свою жалованную грамоту на 12 дворов крепостных, ибо в предыдущее время выдал грамоту на славное Бальсорано; и на монастырь Пресвятой Богородицы Марии в Сполетских пределах, в округе Марсике, что зовётся Апинианичи, со славными округами, рабами и рабынями, и долиной во Флатурно.

Также Гримоальд, герцог Беневентский, сын Арихиза, пожертвовал этому монастырю грамотой своей власти двор, который был у него в Венафрской долине, со славными землями и горами, которыми он один имеет право распоряжаться, а зовётся та земля Цицерана.

Также один славный муж по имени Радепранд по праву своей собственности пожертвовал этому монастырю свой двор, который был у него в пределах Канозы; и двор в пределах города Сипонта; и усадьбу с церковью святого Мартина в пределах Луцеры; также славные рыбные ловы и устье в озере в пределах Лезины; двор в месте Луцероле, в Беневентских пределах, вместе с рабами и рабынями; и двор в пределах Телезии; и славный двор в Каудетанских пределах, в месте, что зовётся Паулизи, с рабами и рабынями; также славный лес в пределах Торцина, вместе с построенными там церквями святого Петра и святого Мартина; двор в Нинфио под названием Вальделлу вместе с другими прилегающими землями; также славный двор в пределах Суэссы, в месте под названием Присциано вместе с живущими там рабами и рабынями.

Также другой славнейший муж по имени Алахиз пожертвовал этому монастырю свои имущества и владения, которые были у него в Венафрских пределах, а именно, усадьбу Фабритту вместе с её дворами, расположенными на реке Сексто, и церковь Пресвятой Марии возле самой реки, и славную мельницу с запрудами, берегами и реками, вместе с течением названной реки и путями туда и обратно, а также рабов и рабынь со всеми их владениями; а также земли в месте под названием Мазано, где построена церковь Пресвятой Марии и усадьба Фабритта, расположенная в той же земле, как с ними граничит земля доброй памяти князя Арихиза, который согласно грамоте пожертвовал их этому монастырю, – [граница идёт] к реке, ко рву, оттуда к реке Вольтурно, и вновь к речке, – и живущих там рабов и рабынь; также виллу в городе Салерно под названием Форана; имущества, которыми он владел в Капуе, и в пределах Алифе; лес в Телезии, который зовётся Чёрным, и мельницу со славной оливковой рощей; и все его дома в Беневенте и сад с фруктовыми деревьями; также мельницу на реке Тенса с оливковой рощей, дворы и сады, рабов и рабынь.

Также сиятельный муж по имени Имет Танданко пожертвовал славный двор и землю, которая была у него в пределах Венафра; и славную мельницу на реке Сексто, близкой к самому городу Венафру, с рабами и рабынями; также двор крепостных в Пуньянелло; двор и землю возле церкви святого Павла, и церковь святого Лаврентия; три леса у святого Юстина в Мефине и Патенаре и в усадьбе под названием у Груттулы; усадьбу Марцеллино, святого Доната, усадьбу Сатриано, Юзининано и сто модиев земли у Мейанелло.

Также благородный муж по имени Роман пожертвовал значительную часть своего владения в пределах Телезии, то есть усадьбы, дворы, виноградники, поля, леса, луга; и в крепости Мециано как в горах, так и на равнине.

Также славный муж по имени Майо, гастальд, пожертвовал свою усадьбу в пределах Капуи, что зовётся Понте Поццолано; и усадьбу на горе Мариньяно; и усадьбу в Кайяццо с церковью в честь святого Винцентия со славными пределами, рабами и рабынями и их наделами.

Также славнейший муж по имени Иоанн из Вари в пределах Канозы пожертвовал этому монастырю всё своё добро в Тарентинских пределах; и в пределах Ории; и в пределах Канозы; и в пределах Ачеренцы; и в пределах Беневента, то есть дома в этих городах вместе с виноградниками, округами, полями, лесами, водами, деревьями, усадьбами, рабами и рабынями, всё и во всём, что им принадлежит.

Также великий муж по имени Майо, сын Агемунда, пожертвовал свою славную долю в домах в городе Сипонте и в усадьбах, рабах и рабынях, животных и во всём движимом и недвижимом имуществе, и рыбаков с их рыбными ловами и водами у моря для ловли каракатиц и другой рыбы ради пропитания монахов.

Также могущественный муж по имени Пётр, маршал, пожертвовал половину своего двора в Аквилоне; и двор в Канериане; и двор в Лукании; и в Фициньяно; и в Трибильяно; и в Патерно; и в Купули.

Также деятельный муж по имени Вакко из Капуи, пожертвовал свою славную долю в месте Ассану; и часть имений и земель в Балонее; и дома и дворы, виноградники, луга, поля и леса в Ниффио со славными округами и пастбищами.

Также осмотрительный муж по имени Магиперт, пожертвовал третью часть всего своего имущества, которая была у него в селении Молециано, в пределах Луцерии, и в других местах, в домах и дворах, виноградниках и многих округах.

Также деятельнейший муж по имени Айсильмий пожертвовал славную усадьбу в Канции, что зовётся Флигине, вместе с её владениями, округами, лесами и лугами; и усадьбу на Острове, со всеми относящимися к ним округами и имуществами.

Также богатейший муж по имени Стефан, гастальд, пожертвовал себя самого вместе с двумя своими сыновьями Пальдо и Тато и со всем своим имуществом, с домами в городе Беневенте, и усадьбу в Беневенте; усадьбу в Апулии; усадьбу в Капуе, и с церковью и другими зданиями, рубежами и пределами, рабами и рабынями, золотом и серебром и многочисленной скотиной.

Также два мужа Луп и Роман, родные братья, пожертвовали всё своё добро и имущество в пределах Телезии, дома, дворы, виноградники, поля, леса, луга и округа в горах и на равнинах.

Также два мужа, родные братья по имени Адельфери и Мадельфрид, пожертвовали славные земли в пределах Венафра, в месте под названием Фракта, а также живущих там рабов и рабынь.

Также два мужа, родные братья Радоальд и Рагимперт, пожертвовали славные земли в пределах Венафра, в местечке Мазано; и в местечке Торо вместе с живущими там рабами и рабынями.

Хоть все эти вышеназванные мужи и пожертвовали своё добро при этом счастливейшем отце, в его времена, следует знать, что мы ради королевского достоинства хотим всё же записать сперва королевские грамоты, дабы читатели случайно не впали в заблуждение. Ибо отец Иешуа жил во времена разных герцогов, а именно, Гримоальда, Сико, Сикарда и Гильдебранда. А теперь покажем каждое [пожертвование] на основании отдельного описания.

О святом Донате.

Во имя Господа Бога и нашего Спасителя Иисуса Христа. В правление господина Карла, выдающегося короля франков и лангобардов, по милости Божьей в 5-й год его правления 16 в Италии, я, Гильдебранд, во имя Божье славный и великий герцог Сполетского герцогства, дарим и уступаем монастырю святого Винцентия, левита и мученика Христова, что расположен в Беневентском округе, на реке Вольтурно, где бразды правления держит достопочтенный аббат Иешуа, церковь святого Доната в округе Комино вместе с землями и горами, где построена эта церковь, а гора та называется Пеццула, в следующих границах: с первой стороны [граница идёт] по склону горы и спускается по горному хребту, который называется Траверса; со второй стороны [границей служит] древняя дорога, которая называется Марсикана; с третьей стороны – дорога, которая проходит возле церкви святого Феликса; с четвёртой стороны – река, которая течёт вниз между этой горой и горой под названием Ацеру. Мы дарим также уже названному монастырю поле и землю, которая зовётся Валле Бона, примыкающую к названной дороге и горе Ацеру, и жалуем названному монастырю церковь святого Юлиана в уже названном округе вместе с соседними землями и водами, где построена названная церковь, в следующих границах: с одной стороны [границей служит] земля и река, которая проходит через долину у каштановой рощи; с другой стороны – ручей, который называется де Малафида и соединяется с Фонте Витула; с третьей стороны – древняя дорога; с четвёртой стороны – река и ручей, который вытекает из Фонте Витула и соединяется с названным ручьём у каштановой рощи. Мы уступаем и дарим названному монастырю наших рабов и рабынь, которые там живут. По этой причине и, вы, уже названный достопочтенный аббат, и сторона уже названного монастыря, и правители этого монастыря, и ваши преемники, прочно владейте всем этим. Пусть это пожалование и дарственная всегда и вечно будут прочны и неизменны, чтобы ни власти, ни наши жёны никогда не посягали на них вопреки интересам уже названного монастыря, но чтобы согласно этой нашей грамоте они могли прочно владеть этим нашим даром и пожалованием. Дано в Сполето, во дворце, в мае месяце, первого индикта.

О Венафре.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Мы, славнейший муж Гримоальд, промыслом Божьим правитель Беневентской провинции, по просьбе нашего референдария Аодоальда жалуем монастырю святого мученика Винцентия, который расположен в пределах Самния, на реке Вольтурно, и во главе которого, кажется, стоит достопочтенный муж, аббат Иешуа, наш двор, которым мы владеем в пределах Венафрского округа, со славными землями и горами, которыми одни мы только и имеем право распоряжаться, а зовётся та земля Цицерана, в таких границах: с первой стороны [границей служит] речка под названием Равенола, откуда по временам течёт вода; со второй стороны – уже названная река Вольтурно; с третьей стороны – дорога и гора, и вверх по течению реки до склона горы, и то, и другое принадлежит этому двору; с четвёртой стороны [границей являются] общественные земли и горы. Мы целиком уступили уже названному монастырю во владение указанные земли и горы в уже названных границах, а именно, с тем условием, чтобы согласно этой нашей верной грамоте ты, уже названный достопочтенный аббат Иешуа, и твои преемники и правители вашего монастыря могли отныне и впредь спокойно владеть и распоряжаться всем, о чём можно прочесть выше, так чтобы вы ни от кого из наших судей, то есть графов и гастальдов, ни от любых иных людей не имели каких-либо взысканий с названных земель и гор, но владели ими вечные времена. Эту грамоту я, Лев, беневентский нотарий, благополучно написал по приказу твоей власти в священном дворце, в апреле месяце, третьего индикта 17.

О церкви Пресвятой Марии в Луогозано, рабах и рабынях.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Мы, славнейшая госпожа Скавниперга и господин муж, славнейший Лиутпранд, великие герцог и герцогиня народа лангобардов, по просьбе Евфимии, аббатисы и нашей посредницы, утверждаем за монастырём блаженной и Пресвятой Марии, Матери Господа нашего Иисуса Христа, который, как известно, основан в месте под названием Луогозано и где бразды правления, кажется, держит аббатиса Альбилеопа, двор крепостного по имени Родо вместе с его женой, сыновьями и дочерьми и со всеми их владениями; и двор крепостного по имени Кандол вместе с его женой, сыновьями и дочерьми и со всем их добром, которые, кажется, проживают в Вивиано; и двор крепостного по имени Мавро вместе с его женой, сыновьями и дочерьми, и родными братьями, и со всеми их владениями; двор крепостного по имени Ансоальд вместе с его женой, сыновьями и дочерьми, и родными братьями, и со всем их имуществом, которые, кажется, живут в Турри; двор крепостного по имени Мароальд вместе с его женой, сыновьями и дочерьми, родными братьями и его племянником, и со всеми их владениями; двор крепостного по имени Марулло вместе с его женой, сыновьями и дочерьми, и его родными братьями, и со всем их добром, которые, кажется, проживают там же; и в то же время двор крепостного по имени Агустальдо вместе с его женой, сыновьями и дочерьми и со всем их добром; двор крепостного по имени Алиссоне вместе с его женой, сыновьями и дочерьми, и родными братьями, и со всеми их владениями, которые, кажется, живут в Барули; двор крепостного по имени Бониоло вместе с его женой, сыновьями и дочерьми и со всем их добром, которые, кажется, проживают у святого Марциана в Фреценте; двор крепостного по имени Аудоальд вместе с его женой, сыновьями и дочерьми и со всем их добром; двор крепостного по имени Кальво вместе с его женой, сыновьями и дочерьми и со всем их добром, который, кажется, проживает в Ботонто; двор крепостного по имени Урс вместе с женой, сыновьями и дочерьми и со всем их добром, который проживает в Ремело; и в то же время дом в самом городе Беневенте, который принадлежал Радоину и расположен у Золотых ворот, и виноградник, который расположен у святого Вита в Quinto Decimo. Всё в соответствии с тем, как то, о чём можно прочесть выше, было пожаловано этому Божьему месту господином святой памяти Ромуальдом, нашим тестем и предком, и утверждено его грамотой; но, поскольку имена двух владельцев дворов, то есть Кальва и Урса, были вычеркнуты дурными людьми из названной грамоты, которую вы показали в нашем присутствии и истинность которой мы признали ради нашей славы, мы тут же выдали эту нашу надёжнейшую грамоту, чтобы отныне и впредь как вы, вышеназванная Альбилеопа, так и ваши преемники, владели и распоряжались ими и чтобы никто из наших гастальдов или сборщиков налогов или любой иной человек никогда не смел идти против того, что утвердила наша власть, и чтобы прочность нашего установления оставалась нерушимой во всякое время. Эту утвердительную грамоту я, нотарий Аудериссий, записал по приказу и под диктовку вышеназванной госпожи Скавниперги. Благополучно сделано в Беневенте, во дворце, в ноябре месяце, 8-го индикта 18.

О церкви святой Фелицитаты на горе Марано.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Во времена господина славнейшего мужа Гримоальда, великого герцога лангобардского народа, по милости Божьей в 8-й год его счастливейшего правления 19, в ноябре месяце, 4-го индикта. Я, Давид, раб рабов Божьих, епископ святой Беневентской и Сипонтской церкви, при поддержке Божьей в 14-й год нашего епископства. Опираясь на епископскую власть и обычай наших предшественников, мы ради благополучия и благосостояния нашей святой церкви и во спасение нашей души уступаем и жалуем монастырю Пресвятой Марии, расположенному в Луогозано, где бразды правления, кажется, держит благочестивая аббатиса Ауфлада, церковь святой Фелицитаты, пришедшую ныне в упадок от долгой старости, в месте на горе Марано, вместе с небольшим участком земли вокруг этой церкви; я подчинил и передал её названному монастырю с тем условием, чтобы она на вечные времена пребывала под властью приоров этого монастыря, но чтобы они восстановили эту церковь, и построили там келью, какую захотят, и держали её в своей осмотрительности, как и прочие свои кельи, и чтобы никто из наших преемников или каких-либо церковных чинов или агентов нашей святой церкви не причинял этой церкви тягот и притеснений, но чтобы этот монастырь и его правители свободно, как мы её и передали, и без всякого возмущения могли владеть ею, пользоваться и распоряжаться. Эту грамоту нашего пожалования и щедрости мы продиктовали и передали для написания Лупу, иподьякону и нотарию нашей святой церкви. Сделано в Беневенте, в нашей священнейшей Беневентской епископии, в присутствии наших священников и духовенства, и для утверждения нашего пожалования и щедрости мы скрепили его перстнем нашей святой церкви, чтобы оно оставалось прочным и надёжным.

О Лезине, Сипонте, Луцере, Канозе, Телезии, Каудетане, Торцине, Нинфии, Присциано.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Во времена господина нашего, славного мужа Гримоальда, великого князя лангобардского народа, в 13-й год его правления 20, 31 января. Я, Радепранд, сын Радепранда, думая о дне моей смерти, привожу в порядок и передаю из моих средств всё, что мне удобно, как то можно прочесть ниже: прежде всего, мои славные рыбные ловы и устье в озере в пределах Лезины; затем мой двор, который у меня есть в пределах Сипонта; мою усадьбу с церковью святого Мартина в пределах Луцеры; мой двор, который у меня есть в пределах Канозы; мой двор и сад с его фруктовыми деревьями и моими рабами и рабынями, имена которых следующие: Угвальдуло со своей женой по имени Тразекунда; Эрмерикл со своей женой Тудипергой, Роберт со своей женой Тразипергой, вместе с их сыновьями, дочерьми и их наделами; все они, как кажется, проживают в Беневентских пределах, в месте Луцероле; мой славный двор в пределах Телезии, неподалёку от названного города, в таких границах: с одной стороны [границей служит] дорога, которая идёт к этому озеру; с другой стороны – дорога и гора; с третьей стороны – названное озеро; с четвёртой стороны рубежом [является] земля Ладемара; мой славный двор, которым я владею в пределах Каудетаны, в месте Паулизи, вместе с двумя моими рабами, которые, кажется, поселены там, а именно, Домиником вместе с его женой Ауделиндой и Урсулом вместе с его женой Гвалипергой, и вместе с их сыновьями, дочерьми и внуками и с их наделами; и в то же время мой славный лес в пределах Торцины, где построены церкви в честь святого Петра и святого Мартина в следующих границах: с одной стороны [границей служит] река Вольтурно, с двух других сторон – река, с четвёртой стороны – земля и лес и гора монастыря святого Винцентия; вместе со всем, о чём можно прочесть выше, я передаю названному монастырю святого Винцентия мой славный двор в Нинфио, который называется Гвальделло, неподалёку от Вайрано в таких границах: с трёх сторон [рубежом служит] река, а с четвёртой стороны – земля, которая является каштановой рощей святого Петра, небольшим владением этой обители; вместе с самой моей землёй, принадлежащей мне там от моей сестры Скавниперги, святой девы, и эта земля имеет такие границы: с одной стороны – река, с двух других сторон – названная каштановая роща, с четвёртой стороны – дорога; вместе с тем я передаю названному монастырю мой славный двор, которым я владею в пределах Суэссы, в месте под названием Присциано, где у меня построена усадьба Фабритта, в таких границах: с одной стороны [границей служит] река и русло этой реки, и по течению этой реки до земли епископии святого Стефана; с другой стороны – вершина горы, где построен монастырь святого Мартина, подчинённый названному монастырю святого Винцентия; с третьей стороны – земля названного монастыря святого Мартина; с четвёртой стороны – земля названной епископии и названного монастыря святого Мартина, вместе с крепостными: Феодулом вместе с его женой; Иоанном с его женой Анастасией; Сериолом с его женой Анной; Наталеллом с его женой Гризулой, и с их сыновьями, дочерьми и внуками. Всё, что можно прочесть выше, я присудил и передал названному монастырю святого мученика Винцентия вместе со всеми их принадлежностями, с дорогами, водами и проходами, с оградами и рубежами, и с их владениями, со всем, что выше и ниже, я присудил и навечно передал названному монастырю святого мученика Винцентия.

О Венафре, месте Мацано и на реке Сексто.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Во времена господина нашего, выдающегося мужа Гримоальда, промыслом Божьим князя Беневентской провинции, в 10-й год его правления 21, в сентябре месяце, 9-го индикта. Я, Алахиз, сын доброй памяти Арихиза, согласно этой жалованной грамоте ради спасения моей души жертвую монастырю блаженного Винцентия, левита и мученика, где при покровительстве Божьем распоряжается господин аббат Иешуа, все мои имущества и владения, которые у меня есть в самом городе Венафре и вне его, то есть мои усадьбы Фабритты вместе с их дворами, которые расположены над истоками реки под названием Сексто; также нашу церковь в честь Пресвятой Марии, которая построена возле самой реки, вместе с её садом; и мои земли, которыми я владею в пределах Венафра, в месте под названием Мацано, которые представляют собой два участка: первый участок – тот, где построена церковь Пресвятой Марии и усадьба Фабритта, которая находится в этой земле; границами уже названного первого участка [с первой стороны] служат те земли и горы, которые господин Арихиз, доброй памяти князь, пожаловал в своей грамоте уже названному монастырю; со второй стороны – ручей под названием Равенола, откуда по временам течёт вода; с третьей стороны – ров, земли Иоанна Радоальда, земли Эмельгрима, земли Пальдо и земли Труппоальда; с четвёртой стороны – ручей; второй участок имеет там следующие границы: с первой стороны – река Вольтурно; со второй стороны – ручей, который служит границей между этой землёй и землёй князя Арихиза; с третьей стороны – уже названный ручей; с четвёртой стороны границей ему служит земля Меданка; я также жертвую уже названному монастырю мою славную мельницу, которой я владею на уже названной реке Сексто, с запрудами, берегами и водами, с её течением и путями туда и обратно; далее, я жертвую этому монастырю наших рабов и рабынь, имена которых следующие: Теодорих вместе с его женой Потой, Доминик вместе с его женой Розой, Урсул вместе с его женой Формикой, Петрул вместе с его женой Ангелой, и с сыновьями, невестками и внуками, и со всеми их наделами. Всё это я целиком и навечно передаю во владение монастырю святого Винцентия.

О Беневенте, Салерно, Телезии и Алифе.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, выдающегося мужа Гримоальда, промыслом Божьим князя Беневентской провинции, в сентябре месяце, 9-го индикта 22. Я, Алахиз, сын доброй памяти Арихиза, согласно этой моей грамоте, по благотворному желанию и ради спасения моей души жалую монастырю святого Винцентия, во главе которого при покровительстве Божьем стоит аббат Иешуа, всё своё имущество, которым я владею в пределах Беневента и Салерно; и моё имущество, которым я владею неподалёку от церкви святого Медика в [месте], которое зовётся Форано или носит там прочие названия и которое было дано мне там отдельными людьми; и вместе с тем моё имущество, которым я владею в пределах Капуи, и в пределах Телезии и Алифе; и вместе с тем весь мой лес, который называется Чёрным лесом, вместе с пустошью, то, что было пожаловано мне от лица доброй памяти господина Гримоальда; а также мою мельницу на Теонсе целиком вместе с оливковой рощей, то, что я приобрёл и выменял у отдельных людей; вместе с тем я пожертвовал названному монастырю всех моих рабов и рабынь, вместе с их наделами и утварью; и одновременно также мои дома в городах как в старом Беневенте, так и в Салерно вместе с садом; и в самом городе Беневенте как из того, что досталось мне от предков, так и то, что я купил, а также новый дом, который я построил, дом вместе с двором и садом; также всё моё имущество, как объезженные и необъезженные лошади, вьючной скот, коровы, свиньи, овцы, козы, так и всё моё добро, которым я владею по разным местам, или которым буду владеть, пусть перейдёт во владение уже названного монастыря святого Винцентия без всяких претензий со стороны моих наследников или иных лиц. Эту грамоту я просил написать нотария Тундиперта.

О Венафре, в месте Мацано.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, выдающегося мужа Гримоальда, промыслом Божьим князя Беневентской провинции, в 11-й год его правления 23, в январе месяце, 10-го индикта. Я, Имед Танданко, сын Тевпа, согласно этой моей жалованной грамоте жертвую монастырю святого левита и мученика Винцентия, где, кажется, бразды правления держит при покровительстве Божьем аббат Иешуа, мой славный двор вместе с землёй, которой я владею в месте под названием Мацано, с рабами и рабынями, в пределах Венафра, в таких границах: с первой стороны [границей служит] река Вольтурно; со второй стороны границей его является земля уже названного монастыря, которую несколько лет назад пожертвовал этому монастырю Алахиз; с третьей стороны он имеет рубежом ручей, откуда по временам течёт вода; с четвёртой стороны границей служит земля Радоальда и Рагимперта; я также жертвую уже названному монастырю мою славную мельницу, которая есть у меня на реке Сексто и которая расположена у самого истока на уже названной реке, неподалёку от города Венафра, с берегами, водами и запрудами, и с её славным течением, и путями туда и обратно; а вот имена моих рабов, которые проживают в этом дворе: Родельгари вместе со своей женой Петронией, Доминик вместе со своей женой Франкой, Ангел вместе со своей женой Марией; всех их вместе с их сыновьями, дочерьми и внуками и всеми их наделами я целиком и навечно жертвую во владение уже названному монастырю и его аббатам. И если я или мои наследники попытаемся нарушить эту жалованную грамоту, то я за себя и моих наследников обязуюсь уплатить штраф в 400 солидов, и эта жалованная грамота должна оставаться нерушимой.

Об Алифе, Телезии, Мефине, Патенарии и Церенте.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, славнейшего мужа Гримоальда, промыслом Божьим великого князя лангобардского народа, в 13-й год его правления 24, за день до месяца декабря. Я, Имед Танданко, сын Тевпа, привёл в порядок всё, что мне было удобно, и передал из моих средств: прежде всего, всю мою долю в усадьбе в Алифе, за исключением господского дома вместе с двором, и её сада; всю мою долю в усадьбе в Телезии; мою долю в Лимате; и в Пульянелло; и в месте Вультере; и имущества у Лотацано; и те доли, которые должны перейти мне из имуществ близ Карди; и эти поименованные места со всеми их принадлежностями я целиком передал во владение монастырю святого Бенедикта, кроме моих рабов и рабынь вместе с их наделами, которые, как я хочу, должны остаться свободными; я передал во владение также двор крепостного по имени Кальбол, с его наделом, которые живут в Пуньянелло; и мою долю и землю, которой я владею возле церкви святого Павла, и церковь святого Лаврентия, которая, кажется, построена возле моего двора; три леса у святого Юстина, у Мефино и Патенары, со всем расположенным внутри моей доли, и вместе с тем моя доля в усадьбе, что зовётся у Груттулы, в вулгарских пределах, пусть перейдёт во владение блаженного Винцентия; двор крепостного по имени Триенций вместе с Цинерегрой [и] его наделом, в котором они живут в усадьбе, что зовётся Лимпиано, пусть служат для проживания моей матери Деоде и Адельгизе и Теппегизе, моим сёстрам; а виноградник и земля, которая была в собственности причетника Майо и, кажется, расположена возле святого Ангела, пусть принадлежат моим племянникам. После их смерти пусть всё это перейдёт во владение Родегизы, моей жены, если она вступит в монастырь святой Софии, и вместе с Мельпергой и Адельгизой, моими дочерьми, пусть две мои усадьбы, то есть святого Доната в пределах Церентины и в Арбите, станут собственностью монастыря святой Софии, усадьба Марцеллино и святого Доната; если же моя жена не захочет вступать в монастырь, то пусть ничего ей не принадлежит. Кроме того, я хочу, чтобы земля, соседняя с [церковью] святого Павла, стала после смерти моей матери собственностью моих племянников; и земля у Мейанелло, сто модиев; и моя доля в усадьбе, что зовётся Сатриано; и ещё одна в Синиано; Валло с женой, сыновьями и дочерьми, Эрмуло, Циори с сыновьями и дочерьми, всех вышеназванных, если мои племянники умрут бездетно, я оставляю навечно в собственности двух монастырей – святого Винцентия и святого Бенедикта. Эту грамоту я, Имед Танданко, написал собственной рукой. Дано в Беневенте.

О Телезии.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, славного мужа Гримоальда, великого герцога лангобардского народа, во второй год его славного правления 25, в декабре месяце, первого индикта. Я, Роман, сын Майо, житель Телезии, по своей доброй воле и ради спасения моей души жертвую монастырю блаженнейшего и святого Винцентия, который, как известно, расположен на реке Вольтурно, и где ныне при помощи Божьей бразды правления, кажется, держит достопочтенный аббат, господин Иешуа, все мои доли, которые, кажется, находятся в пределах Телезии или принадлежат нам по разным другим местам, то есть мою долю в домах вместе с их дворами снаружи, домах, виноградниках и округах, полях, лесах, лугах, возделанных и невозделанных землях как в горах, так и на равнине, личном имуществе; ради спасения моей души я пожертвовал названному монастырю мою долю во всём и во всех отношениях, и мою долю в доме в крепости Телезии и в том, что расположен в крепости Мециано, возле задних ворот, чтобы всё это навечно было во власти названного монастыря святого Винцентия.

О Кайяццо.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. В восьмой год правления 26 нашего господина Гримоальда, Божьим промыслом князя Беневентской провинции, в январе месяце, 5-го индикта. Я, гастальд Майо, сын доброй памяти гастальда Майо, видя благодаря промыслу всемогущего Бога, что я владею многими средствами и богатствами, начал размышлять о дне грядущего суда и награде вечной жизни и, чтобы избавить себя от уз преисподней, пожертвовал монастырю блаженного Винцентия, левита и мученика Христова, который основан на реке Вольтурно в пределах Самния, во-первых: мою усадьбу в пределах Капуи, в месте, что зовётся Понте Поццолано; мою усадьбу в Монте Мариньяно с моими рабами и рабынями, имена которых следующие: Аудерано, Меруло, Теудеперто, Римельгари вместе с их жёнами, сыновьями и дочерьми, с невестками и внуками, и с их наделами; мою славную усадьбу, которой я точно так же владею в пределах Кайяццо, с моей церковью в честь святого Винцентия, которую мой вышеназванный родитель построил вместе со мной в его честь ради спасения наших душ в следующих пределах: с первой стороны [граница идёт] по горной цепи, начиная от горы, что зовётся Камарда, и по этой горной цепи до Лота Монда, через Пентоме, и доходит до Морроне, и до Аква Фонда; со второй стороны [граница идёт от] горы, что зовётся Аквибару, и по хребту этой горы доходит до горной цепи у горы Бафро; с третьей стороны [граница идёт от] горы под названием Рагито к горе под названием Цеза Рипи; с четвёртой стороны [границей служит] Рабе и древняя дорога, которая идёт к горе под названием Трагуни; затем [граница идёт] по хребту этой горы и спускается к той же дороге, и идёт к речке у Плуциано, вплоть до святого Андрея; я точно так же жертвую этой святой обители моих рабов и рабынь, которые проживают возле этой церкви; вот их имена: Бенеруло, Аудерамуло, Лупо, Янипертуло, Ильмерикуло; всех их вместе с их жёнами, сыновьями и дочерьми, с невестками и внуками, с их наделами и их добром, я пожертвовал Богу и Его святому монастырю, чтобы он вечно владел ими, распоряжался и делал с ними всё, что будет угодно этой святой обители, с тем условием, чтобы эта моя жалованная грамота всегда была открыта и известна всем верующим Христовым, так чтобы [эти пожалования] никем из верующих не нарушались и не отчуждались. И я обязуюсь за себя, своих сыновей и наследников защищать эту жалованную грамоту вместе с уже названной церковью, а также названные земли и горы и уже названных рабов и рабынь вместе с их славными наделами от всех людей и даже от епископского престола. И если я или мои наследники когда-нибудь попытаемся в чём-то нарушить или преступить эту грамоту, то мы обязуемся уплатить этому святому монастырю 1000 манкозов. И пусть эта грамота пожалования и покорности [всегда] остаётся в силе. Сделано в Беневенте.

Об Апулии.

Во имя Господа. В 15-й год 27 нашего господина, князя Гримоальда, в марте месяце, первого индикта. Поскольку следует и подобает наряду с изъявлением благодарности воздавать хвалу нашему всемогущему Богу, который оказал нам такую щедрую милость, что мы можем мирно распоряжаться всеми нашими средствами, я, Иоанн, сын доброй памяти Пандо, ныне живущий в городе Бари, в пределах Канозы, заявляю, что если со мной не случится того, на что я не надеюсь, – ибо пока что я вижу себя не имеющим ни сыновей, ни дочерей, но промысел Божий справедлив и с людьми быстро случается то, чего Он хочет, – то я с горячим и благотворным желанием, ради спасения души моего уже названного родителя, и ради спасения души Тразиперги, моей любимой матери, и ради спасения душ Панто и Радоальда, моих возлюбленных братьев, и ради моей души, и для получения средства спасения для души Родельгизы, моей возлюбленной жены, жертвую и уступаю прежде всего Богу и затем благочестивым монастырям святого Бенедикта и святого Винцентия, которые являются самыми мощными, всё моё достояние, которое принадлежит мне по закону в Беневентской провинции, то есть имущество, которое досталось мне от моего уже названного родителя, и от названной Родельгизы, моей жены, и от моих названных братьев, и то, которое, как мы сказали, принадлежало мне от моей жены в Тарентских пределах, и принадлежало Панто, моему брату, от его жены Фирмигизы в Орийских пределах и где бы то ни было ещё, и имущество, которое принадлежало моему брату Радоальду и его жене; всё имущество, которое так или иначе принадлежало им в пределах Канозы, или в любых иных местах, и всё, что так или иначе принадлежало мне по закону в уже указанных границах Беневентской провинции, я целиком пожертвовал названным монастырям. Я пожертвовал эти имущества с условием, что, пока всемогущий Господь Бог даст мне время жизни, я буду сохранять все эти мои имущества в моей власти и смогу распоряжаться ими и делать с ними всё, что захочу, и, как бы я ни распорядился ими и что бы с ними не сделал, всё это во всякое время останется в силе, и всё, о чём не будет сделано распоряжений, после моей смерти перейдёт под власть названных монастырей, кроме того случая, если всемогущий Господь Бог соизволит дать мне сыновей или дочерей от законной жены; в этом случае всё моё имущество должно перейти под их власть, чтобы они делали с ним всё, что захотят. Ибо, как мы сказали выше, все мои имущества в Беневентских пределах, в пределах Канозы, в пределах Ачеренцы, в пределах Тарента и в пределах Ории, то есть дома в этих городах и усадьбы за их пределами, дома, виноградники, территории, поля, леса, воды, деревья, плодовые и неплодовые сады, всё и во всех отношениях, что досталось мне от моего названного родителя, и от уже названной моей жены, и от моих названных братьев, и от их жён, и всё, что принадлежало мне где бы то ни было и на каком бы то ни было основании, я твёрдо, насколько это возможно, и целиком пожертвовал этим благочестивейшим монастырям: с тем условием, как то содержится выше, чтобы, пока я буду жив, всё это имущество находилось в моей власти с полным правом продавать его, дарить и передавать в другие места по своей прихоти и как мне заблагорассудится; и чтобы всё, что я с ним сделаю или распоряжусь, оставалось в силе, без всяких возражений с чьей-либо стороны. Равным образом, если у меня появится сын или дочь от законной жены, то пусть всё это полностью перейдёт в их власть, чтобы они делали с ним всё, что захотят. И если я умру без сыновей и дочерей от законной жены, то всё моё имущество, о котором не будет сделано распоряжений, без рабов и рабынь перейдёт во власть этих святейших монастырей, как то содержится выше. И пусть эта жалованная грамота остаётся в силе с указанным условием, как я просил тебя, нотария Узильперта, её записать. Сделано в городе Бари.

О Сипонте, о землях и водах.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, славнейшего мужа Гримоальда, Божьим промыслом князя Беневентской провинции, в 7-й год 28 его счастливейшего правления, в июле месяце, 5-го индикта. Поскольку Христос, щедро подающий Господь, дал возможность каждому, кто хочет спасти себя своими молитвами, почтить Творца долей из своих собственных средств, я, Майо, сын доброй памяти Агемунда, ради милости Христа и моего Спасителя, начал давать распоряжения по поводу моего имущества, чтобы в случае, если я по справедливому суду Божьему буду застигнут смертью, мне не пришлось предстать перед вечным судьёй неподготовленным. Кроме того, вынужденный милосердием всемогущего Бога и ради спасения моей души я пожертвовал монастырю святого Винцентия, где ныне, как видно, распоряжается по Божьей воле господин Иешуа, достопочтеннейший аббат, всю мою долю в домах внутри городов, в усадьбах, рабах и рабынях, моём движимом и недвижимом имуществе, всё и во всех моих средствах, сколько придётся на мою долю от трёх моих дочерей, и, если я рожу ещё одну дочь, то и она пусть точно так же имеет свою долю. И если я при помощи Божьей произведу на свет сына, то я хочу, чтобы он, если захочет, поступил в этот монастырь святого Винцентия со своей долей; а если мой сын не захочет вступить в этот монастырь, то пусть он сам владеет своей долей из моего имущества, но при условии, что в случае, если он умрёт до того, как сможет сам распоряжаться своим имуществом, это имущество перешли к этому монастырю, в том числе малыш по имени Лаутери, и Палумб, и Альтино, рыбаки вместе с их рыбными ловами в Сипонте, и с водами у моря для ловли каракатиц. Ибо я хочу, чтобы, пока я буду жив, они служили моей власти и я имел право только вести хозяйство и возделывать мою землю, но не повелевать ни этими людьми, ни другими, кроме как теми из рабов и рабынь, которых мы отпустим на свободу, или если дадим им участок земли, которая лежит за пределами усадьбы, ибо всё остальное и во всех отношениях, вся моя доля, как мы уже говорили, должна перейти после моей смерти к монастырю святого Винцентия; и сами рыбаки, и места для ловли рыбы должны перейти во владение святого Винцентия, и вся моя доля перейдёт после моей смерти под власть монастыря святого Винцентия; но, пока я жив, мы будем поровну делить эти рыбные ловы с монахами святого Винцентия. И по поводу моих дочерей я хочу, чтобы в случае, если они умрут прежде, чем выйдут замуж, их имущество перешло к вышеназванному монастырю, которому я передал мою долю, как я и просил написать тебя, нотария Арниперта. Благополучно сделано в Беневенте, в вышеназванный месяц и индикт.

Об Апулии в Камериано, Аквилуно, Луканее, Фициано, Трибилиано, Патерно и Купули.

Во имя Господа. В 11-й год 29 правления господина Гримоальда, в марте месяце, 10-го индикта. Я, маршал Пётр, сын Бозо, позаботился согласно этой грамоте распорядиться и хочу, чтобы в случае, если мне по справедливому суду Божьему доведётся умереть, к монастырю блаженного Бенедикта, расположенному в замке Монтекассино, перешёл мой славный двор, которым я владею в густом лесу Мации, в пределах Апулии; а к монастырю святой Софии, расположенному в городе Беневенте, пусть перейдёт мой славный двор, которым я владею в Бентекано: оба названных двора со всеми их принадлежностями, за исключением рабов и рабынь. Что же касается имущества, которое некогда принадлежало Иоанну, нашему брату, и которым он распорядился, как своим жребием, тем, что ему досталось от меня и моих братьев в Камериано; и половины моего двора в Аквилуне; и половины жребия этого Иоанна в Луканее, где мне должен был достаться жребий от моего брата Аудо; и всего его жребия в Фициано; и в Трибилиано; и половины его жребия в Патерно; и половины его жребия в Купули, то в отношении всего того, что принадлежало названному Иоанну, если мои сыновья захотят это выкупить, пусть дадут через священников за душу этого Иоанна справедливую цену, и сами владеют его имуществом; если же не захотят, то пусть эти имущества целиком перейдут к монастырю святого Винцентия, расположенному на реке Вольтурно. Что касается собственности, которой я владею в пределах Лациниано и которая досталась мне от Тассилона и Бенедикта, то я хочу, чтобы дочери Тассилона имели свою долю во всём движимом и недвижимом имуществе их родителя, в рабах и рабынях и во всей личной собственности; что касается прочего добра, которое останется из имущества этого Тассилона, то, если мои сыновья захотят его выкупить, пусть владеют этим имуществом, и дадут через священников за душу этого Тассилона какую могут цену; рабы же и рабыни, насколько они входили в долю этого Тассилона, пусть ради его души будут отпущены на свободу вместе со своими наделами; если же мои сыновья не захотят выкупать это имущество, то оно, насколько входило в долю [Тассилона], пусть целиком перейдёт к монастырю святого Бенедикта, а названные рабы и рабыни из его доли пусть будут свободны, как я и говорил. Что касается имущества, которое досталось мне от Бенедикта и от его жены, той четверти, которая ему принадлежала и которую он дал мне несколько лет назад, то я распорядился им точно так же: если мои сыновья захотят выкупать это имущество, то они должны дать через священников справедливую цену за мою и их души; если же они, возможно, не захотят приобретать эту собственность, то она должна целиком перейти во владение монастыря святого Бенедикта, за исключением рабов и рабынь, которые должны быть отпущены на свободу вместе со своими наделами. Всем тем, о чём можно прочесть выше, я распорядился с условием, что, пока я буду жив, всё это останется в моей власти с полным правом делать всё, что я захочу, и всё, что я передам из этого другой стороне, также останется в силе. Если же я при своей жизни не передам другой стороне чего-либо из того, о чём можно прочесть выше, и об этом таким образом не будет сделано иных распоряжений, то всё это, как было сказано выше, после моей смерти должно остаться в таком виде, как было приписано, так, как мы припишем ниже, и, пока я буду жив, мне обязаны служить сыновья Гразоальда; а после моей смерти пусть они, сохранив свою свободу, имеют помазание у моих сыновей близ святого Ангела в Гаргано, и обязанность служить в войске, и не имеют более никакого занятия. Я, вышеназванный Пётр, просил тебя, нотария Тундиперта, написать это с условием, что они должны дать мне эту охранную грамоту; после передачи её я исполнил это и совершил. Дано в Беневенте.

О Ниффио и Ассано.

Во имя Господа. В 12-й год правления 30 нашего господина Гримоальда, в феврале месяце, 11-го индикта. Я, капуанец Вакко, сын Лупа, лёжа у себя в постели в тяжкой болезни, но пребывая в здравом уме и сохраняя правильность речи, ради спасения моей души, дабы я мог обрести покой от моих грехов, постановил посредством моего письменного распоряжения, которое написано нотарием Родипертом, чтобы согласно этой жалованной грамоте в монастырь святого Винцентия целиком перешёл мой жребий в местечке Ассано; и мой жребий в самих имениях и земле в местечке Балонео; всё, что мне досталось от Куниперта в местечке Ниффу, всё, что принадлежит мне там от моей матери Эрметруды, дома, дворы, виноградники, луга, поля, леса и все пастбища, которые принадлежат [мне] там на этой территории, со всеми их пределами и путями, я жертвую уже названному монастырю, исключая рабов и рабынь, которые там живут, и их наделы, которые я не стал туда жертвовать. Я пожертвовал всё это, указанное выше, с тем условием, чтобы, пока я буду жив, и, если жена моя Аудильда переживёт меня и не выйдет замуж, всё это оставалось в нашей власти в виде пользования; а после ухода нас обоих из этой [жизни], все указанные имущества должны перейти к этому монастырю, как то можно прочесть выше, и под [его] власть. И пусть ни я, ни мои наследники, ни кто-либо ещё из людей не причиняют ему никаких тягот, но всё то, о чём можно прочесть выше, должно оставаться прочным и нерушимым на вечные времена. И всё, что я, вышеназванный Вакко, велел сделать для спасения моей души, то я просил записать тебя, нотария Родиперта. Сделано в Капуе.

О Луцере в Молеццано.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, выдающегося мужа Гримоальда, Божьим промыслом князя Беневентской провинции, в 11-й год его правления 31, в январе месяце, 10-го индикта. Я, Магиперт, сын Майо, проживающий в селении под названием Молеццано, в пределах Луцерии, пребывая в тяжкой болезни, но будучи в силах правильно говорить, и, кроме того, из горячего и благотворного желания, пожертвовал в монастырь святого Винцентия, расположенный в Самнии, на реке Вольтурно, где бразды правления держит, кажется, достопочтенный Иешуа, третью часть всего моего имущества, которым я владею в вышеуказанном селении и где бы ни было доказано, что это моя собственность, в домах и дворах, виноградниках, территориях, возделанных и невозделанных землях, лугах, полях, лесах и пастбищах, за исключением движимого имущества и одного виноградника перед моим домом, которые я сохранил в моей власти. С тем условием, чтобы если я оставлю законного сына, то эта третья часть, как можно прочесть выше, перейдёт к вышеназванному монастырю, а если я оставлю дочерей, то в вышеназванный монастырь перейдёт половина моего имущества; если же я умру без сыновей и дочерей, то всё моё добро и моё имущество, сколько его будет в те дни, перейдёт к монастырю святого Винцентия и останется за ним, чтобы он владел им вечные времена, без какого-либо беспокойства с чьей-либо стороны. Однако, пока я буду жив, пусть всё это остаётся в моей власти; однако, я никоим образом не могу давать его кому-либо и где-либо, но могу только управлять им и пользоваться. И пусть эта жалованная грамота остаётся в силе при названном условии, как мы просили записать тебя, нотария Теодерама. Сделано в Молеццано.

О Канции и Инсуле, в местечке Флигине.

Во имя Господа. В 7-й год правления 32 нашего господина Гримоальда, в сентябре месяце, 6-го индикта. Я, Айсильмий, сын Бозо, по настоянию того, что принадлежит Богу, и ради спасения моей души, дабы милостивый Бог соизволил оказать нам своё милосердие в жизни вечной, жертвую в монастырь святого Винцентия, во главе которого, кажется, стоит и где совершает служение Божье достопочтенный муж, аббат Иешуа, а именно, в монастырь, который построен неподалёку от того места, откуда вытекает Вольтурно, прежде всего, мою усадьбу в Канции, в месте, что зовётся Флигине, и первом месте дом с его имениями, территорией, лесом, лугом, пастбищем, возделанными и невозделанными землями; всё и во всех отношениях, сколько чего будет найдено в указанной усадьбе, я жертвую этому святому месту во владение, за исключением четвёртой части, которой я до сего времени владею, как данной в приданое моей жене Аламанне; я жертвую также другую мою усадьбу в Инсуле, со всеми принадлежащими её территориями, виноградниками, лесами, лугами, пастбищами; всё и во всех отношениях, сколько чего будет найдено в указанных усадьбах, я жертвую этому святому месту во владение, за исключением четвёртой части, которой я владею, как данной в приданое моей жене Аламанне. Но коснёмся и того, что во все дни моей жизни, то есть жизни вышеупомянутого Айсильмия, всё это должно оставаться в моей власти с правом ежегодно взимать [поборы с крепостных]; точно так же, если Аламанна будет блюсти моё ложе после моей смерти, всё это должно оставаться в её власти для поддержания её жизни, при том же условии, какое я сохранил и для себя; а после смерти нас обоих всё это должно остаться за названным святым местом. Это пожалование с указанным выше условием, сделанное мною, Айсильмием, я просил записать тебя, пресвитер Евделауп. Сделано на горе Марсико, в присутствии свидетелей.

О Беневенте, Апулии и Капуе.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, выдающегося мужа Гримоальда, Божьим промыслом князя лангобардов, в 12-й год его правления 33, в октябре месяце, 11-го индикта. Поскольку подобает почитать благосклоннейшего и милосерднейшего Бога, царя царей и Господа господов, кроткими речами и достойными плодами наших добрых дел ввиду Его милосердия и с чистым сердцем делать пожертвования ввиду щедрости Господа господов, то я, Стефан, гастальд и сын Пальдо, по этой причине жертвуя себя вместе с двумя моими сыновьями Пальдо и Тато в монастырь блаженнейшего Винцентия, что расположен на реке Вольтурно, где ныне при покровительстве Божьем бразды правления держит, кажется, достопочтеннейший аббат Иешуа, вместе со всеми предметами моей собственности, всё, что я, по-видимому, имею, а именно, дома в городе Беневенте и дома вне его, большое и малое личное имущество, рабов и рабынь, движимое и недвижимое имущество, усадьбы в пределах Беневента, и в Апулии, и в Капуанских пределах, и во всех местах, где бы ни казалось, что я что-то имею, вместе с церквями и всеми зданиями, где бы ни казалось, что у меня может что-то быть, вместе с тем, что к ним примыкает и прилегает, с разными границами и пределами, с названными рабами и рабынями, золотом и серебром; всё это и во всех отношениях я целиком пожертвовал названному монастырю. А именно, с тем условием, чтобы, пока я, а также Тато и Пальдо будем живы, это оставалось в нашей власти с правом пользоваться, распоряжаться и вести хозяйство, но без права продавать, дарить и жертвовать что-либо другой церкви, или отчуждать каким-либо образом или хитростью; а после нашей смерти, если Иметрада, моя жена, а также Радегиза, Арнегиза и Леопола ещё будут живы, как покажут грамоты каждой из них, пусть они пользуются тем, что мы им дали для проживания, на время своей жизни; ибо, как мы только что сказали, после нашей и их смерти всё, о чём мы говорили выше, вместе с рабами и рабынями, где бы те не жили и не обитали, с движимым и недвижимым имуществом, с тем, что к ним примыкает и прилегает, со всем воздвигнутым и построенным, с разными пределами и границами, как мы уже часто говорили, должно вернуться в названный монастырь и к его правителям, чтобы они всегда этим владели. Они не должны иметь какого-либо порицания или притеснения ни от меня, ни от моих наследников, ни от кого-либо ещё, но это моё пожалование должно остаться в силе на вечные времена. Эту жалованную грамоту при указанном выше условии мы просили записать нотария Майо. Благополучно сделано в Беневенте, в вышеуказанные месяц и индикт.

О Муррако, церкви святого Спасителя в Вердето.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, славного мужа Гримоальда, великого князя лангобардского народа, в 8-й год его правления 34, в июне месяце, 6-го индикта. Я, Аусоальд, сын Арекауза, из селения под названием Муррако, тронутый и вынужденный милосердием всемогущего Бога, а также ради спасения моей души и душ моих родителей, пожертвовал и жертвую все предметы моей собственности в церкви святого Спасителя, которая, как известно, основана в Вердето и попечение над которой осуществляет приор Визельгари, а именно, келье монастыря святого Винцентия, где по милости Божьей правление, кажется, осуществляет аббат Иешуа, всю мою долю, какую мы по закону [имеем] у наших сыновей, которые живут ныне, или которых Господь соизволит даровать мне впредь от законной супруги. А именно, с тем условием, чтобы в дни моей жизни всё это оставалось в моей власти с правом вести хозяйство, управлять и спокойно жить, пользуясь всем этим, но без права продавать, дарить и передавать в аренду или в любое иное святое место; а после моей смерти всё в моей доле, как я сказал, где, согласно закону, должны будут управлять мои сыновья, должно целиком перейти в это святое место; и если я умру без сыновей и дочерей, всё это целиком, как и выше, должно перейти туда же, чтобы ни от меня, вышеназванного, ни от моих наследников, ни от кого-либо ещё этот монастырь не имел никаких жалоб и порицаний, но чтобы всё это вечно и во все времена оставалось прочным и нерушимым, как я просил записать тебя, Кастехиза, пресвитера и нотария. Благополучно сделано в Вердето, в вышеуказанные месяц и индикт.

О Телезии.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, славного мужа Гримоальда, великого герцога лангобардского народа, в первый год его славного правления 35, в декабре месяце, 15-го индикта. Мы, Луп и Роман, родные братья, сыновья Майо, проживающие в Телезии, по нашей доброй воле и ради спасения наших душ и выкупа за них, посредством которого мы могли бы спасти наши души от преисподней, пожертвовали монастырю блаженнейшего и святого Винцентия, который, как известно, расположен у реки Вольтурно, где ныне при помощи Божьей бразды правления держит, кажется, достопочтенный аббат, господин Иешуа, всё наше имущество, которое находится в пределах Телезии и по другим местам, где бы оно нам ни принадлежало или будет принадлежать, то есть дома, дворы снаружи с виноградниками, территориями, полями, лесами, лугами, возделанными и невозделанными землями, и в горах, и на равнине, всей личной собственностью; всё наше имущество и во всех отношениях мы ради спасения наших душ жертвуем названному монастырю. С тем условием, чтобы, пока мы, вышеназванные братья Луп и Роман, будем живы, это имущество оставалось в нашей власти только с правом вести хозяйство, пользоваться, проживать, но без права продавать, жертвовать другому монастырю и отчуждать каким-либо образом; а после нашей смерти всё это наше имущество должно целиком перейти во владение к этому святому монастырю. Кроме того, мы желаем, чтобы в случае, если наша достойная мать нас переживёт и будет, согласно порядку, блюсти ложе нашего отца, она имела для проживания наш двор в Сатрониано на всё время своей жизни, а после её смерти этот двор должен целиком перейти под власть названного святого монастыря, чтобы ни мы, ни наши наследники, ни кто-либо ещё не имели права отчуждать от него что-либо; а после нашей смерти пусть никто не смеет выступать против нашего пожертвования или оспаривать его, но, как мы сказали выше, всё это должно вечно и нерушимо оставаться за вышеназванным святым монастырём. Это пожертвование при указанном выше условии мы просили записать таким образом тебя, нотарий Майо. Благополучно сделано во дворе святого Винцентия, в Иобиньоле, в вышеуказанный месяц и индикт.

О Венафре, местечке Фракта, землях, рабах и рабынях.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, выдающегося мужа Гримоальда, Божьим промыслом князя Беневентской провинции, в 16-й год его правления 36, в январе месяце, 15-го индикта. Итак, если бы не умирал человеческий род, то как могла бы возникнуть борьба среди оставшихся по поводу своей веры, когда все мы, которые живы, умрём? Мы, Адельфери и Мадельфрид, родные братья, сыновья Роффрида, думая о дне смерти, и о награде вечной жизни, и о милосердии нашего Господа Спасителя, всё, что нам пригодно, и ради спасения наших душ, посредством этой нашей жалованной грамоты жертвуем монастырю блаженного левита и мученика Винцентия, который расположен на реке Вольтурно, в пределах Самния, где при покровительстве Божьем распоряжается аббат Иешуа, наши славные земли, которыми мы владеем в пределах Венафра, в местечке под названием Фракта, в таких пределах: с одной стороны границей служит река Вольтурно; со второй стороны рубежом является речка под названием Равенола, откуда по временам течёт вода; с третьей стороны границей является гора; с четвёртой стороны рубежом служит речка; мы также жертвуем уже названному монастырю наших рабов и рабынь, которые проживают в уже названном месте; вот их имена: Бенафрануло со своей женой Агатулой; Маруло со своей женой Эризиндулой; Турбуло со своей женой Майнолой; всех их вместе с их сыновьями, дочерями и внуками, и с их славными наделами, и с их путями проезда туда и обратно, и со всем их добром выше и ниже мы пожертвовали этому монастырю; мы целиком пожертвовали во владение этого монастыря уже названные земли и уже названных рабов и рабынь с их славными наделами, и передали его аббатам и правителям право делать с ними всё, что будет угодно стороне названного монастыря, и не оставили ни себе, ни кому-либо ещё ничего, но всё это целиком, как мы сказали, пожертвовали этому монастырю. Мы, вышеназванные Адельфери и Мадельфрид, родные братья, обязываемся за себя и за наших наследников защищать все эти наши пожертвования и всегда первыми стоять на стороне названного монастыря против всех людей и всех сторон; и если мы, вышеназванные Адельфери и Мадельфрид, или наши наследники попытаемся нарушить эту жалованную грамоту и то, что она содержит, и не исполним в пользу названного монастыря всего того, что мы говорили, то мы и наши наследники обязуемся уплатить уже названному монастырю штраф в 200 солидов, и пусть эта жалованная грамота и то, что она содержит, остаётся в силе. Так мы, вышеназванные Адельфери и Мадельфрид, сделали ради спасения наших душ и просили записать тебя, нотария Тундиперта. Сделано в Беневенте.

О местечке Палацу и Центору.

Во имя Господа Бога и нашего Спасителя Иисуса Христа. Во времена нашего господина, славного мужа Гримоальда, великого герцога лангобардского народа, в 11-й год его счастливейшего правления 37, в мае месяце, 7-го индикта. Я, Граффол, сын Годеперта, проживающий в селении, что зовётся Палацу, передаём и жертвуем церкви блаженного и святого Винцентия моего сына по имени Донасдеи, а вместе с ним также его жребий во всём и во всех отношениях, что мы, по-видимому, имеем в вышеназванном месте в Палацу; а также в Апулии, в месте, что зовётся Центоре, за исключением половины, которую я подарил моему сыну, и кроме виноградника и территории, которые я купил у Адеперта. С тем условием, чтобы, пока я, вышеназванный Граффол, буду жить на свете, всё то, о чём можно прочесть выше, находилось в моей власти, но без права продавать и дарить, … переходить к другому человеку, но только с правом пользоваться и взимать оттуда [доходы]; а после моей смерти всё то, что записано выше, должно перейти к монастырю святого Винцентия, где, кажется, служит аббат Иешуа, с тем условием, чтобы этим владело и распоряжалось как само это святое место, так и аббат, который будет поставлен в этой святой церкви. И эту жалованную грамоту с указанным выше условием, чтобы она во всякое время оставалась в силе, мы просили записать нотария Сентари. Благополучно сделано в вышеуказанном месте, во дворе этого Граффола, в указанном выше месяце и индикте.

Об Изернии.

Этот Граффол передал этому достопочтенному монастырю также всё то, чем ему довелось владеть в городе Изернии, то есть 25 домов с рабами, и церковь святого Ангела со многими подчинёнными ей кельями, и мельницу на реке Падулитту, а также лиманы возле города, и усадьбы, и другие принадлежавшие ему владения.

Об Абруццах.

Следует сказать также о том, что принадлежит нам в графстве Абруццы: это, во-первых, церковь Пресвятой Марии в Ароле вместе с двором, в размере 700 модиев, и с семью мельницами; во дворе, который зовётся Валле, 500 модиев; в Марморе; в Ариано; в Макрониано, 1000 модиев; в Септениано, 1000 модиев; в Румелиано, 300 модиев; в Миццилиано и в Салкуцци.

А теперь мы поимённо перечислим то, что было пожаловано достопочтенному монастырю драгоценного мученика Винцентия в Пенненском графстве:

О Пенне.

Во-первых, церковь Пресвятой и Преславной Девы Марии в Музано со всеми её принадлежностями, землями и деревнями, рабами и рабынями, кельями и часовнями в Целлино; и в Кафагио вплоть до реки Гомано, и до реки Маоне, и до реки Фине, и до ручья у Септениано; а также: в Мушано; в Вариано; в Бусси; в Кастелли; в Капруфико; в Флуриано; в Плубико; в Перито; в Кастриччано; в Киньяно; в Цизиано; в Титилиано; в Луццано; в Эстагьяно; в Марциано; в Бассиано; в Контеньяно; в Колле; в Плайе; в Ульцитуло; в Петрагемини; в Килличе; в Новарко; в Фаре; в Лаврето, вместе с церковью Пресвятой Марии; в Гвальдо, с церковью Пресвятой Марии; в усадьбе Фабри, с церковью Пресвятой Марии; в городе Тротте; в городе Казале Плану, с церквями святого Квирика, святого Винцентия, святого Мартина, святого Евсания и святого Конкордия; также: двор в месте Грассици; и в Луцано вместе с церковью святого Конкордия; двор в местечке Карпенето, вместе с церквями Пресвятой Марии и святого Винцентия на реке Фине с их принадлежностями и самой славной крепостью Тротте; двор в Униано вместе со всей той крепостью; двор в Стаппелиано; и в Телезии с Капраризой и с самой деревней; двор в Пелеццано; и в Макрониано; и в Ферронии; и в Коччинуле; и у самой Фонтичеллы вместе с той крепостью, что зовётся Мармора; и на равнине, возле реки Фине, церковь святой Луции вместе с её владениями; двор Церрету вместе с крепостью; двор у Пассурано; двор у Партелонги; двор у Кукулино; и в Валле вместе с самой церковью святого Петра; и в Мортуле; и в Патерно, вместе со святым Мартином, что зовётся Капут де Плумба; двор в Валле вместе с двумя крепостями и с церковью святого Андрея в месте, что зовётся Пенна; двор в Контеньяно; двор в Картафаго; двор в Колле де Роде; двор в Ромеллано; двор в Каза Морана; двор в Колле Фуллони; двор в Руцано; двор в Сале; двор в Меленьяно; двор святого Петра в Бубете; двор Пресвятой Марии в Телезии; двор в Фавале; и в Марканелло; в Караньяно; в Тофани; в Канале; в Плубико, и вплоть до реки Гоман.

О Венафре, местах Маццано и Торо.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, выдающегося мужа Гримоальда, Божьим промыслом князя Беневентской провинции, в 11-й год его правления 38, в августе месяце, 10-го индикта. Итак, если бы не умирал человеческий род, то как могла бы возникнуть борьба среди оставшихся по поводу своей веры, когда все мы, которые живы, умрём? Мы, Радоальд и Рагимперт, родные братья, сыновья Радиперта, думая о дне смерти, и о награде вечной жизни, и о милосердии нашего Господа Спасителя, всё, что нам пригодно и ради спасения наших душ, посредством этой нашей жалованной грамоты жертвуем монастырю блаженного левита и мученика Винцентия, где при покровительстве Божьем распоряжается аббат Иешуа, наши славные земли, которыми мы владеем в пределах Венафра, в местах под названием Маццано и Торо, в таких пределах: с двух сторон границей служит река Вольтурно; с третьей стороны – речка, откуда по временам течёт вода; с четвёртой стороны рубежом является земля уже названного монастыря, которую в этом году пожертвовал уже названному монастырю Имед Танданко. Мы жертвуем в названный монастырь также рабов и рабынь, которые проживают в уже названном месте; вот их имена: Эрхенгаруло со своей женой Ладолой; Луполу со своей женой Ачолой; Бриктолу со своей женой Гвечолой; Бароктулу со своей женой Леолой; и Гварукколу со своей женой Альбесендолой; всех их вместе с их сыновьями, дочерями и внуками, и с их славными наделами, и с их путями проезда туда и обратно, и со всем их добром выше и ниже, мы пожертвовали в этот монастырь; мы целиком пожертвовали уже названные земли и уже названных рабов и рабынь вместе с их наделами во владение этому монастырю и его аббатам и правителям с правом делать с ними всё, что будет угодно стороне названного монастыря, вследствие чего мы ничего не сохранили ни за собой, ни за кем-либо …, но целиком пожертвовали всё это названному монастырю, как мы и сказали. Мы, вышеназванные Радоальд и Рагимперт, родные братья, и наши наследники обязуемся защищать все наши пожертвования и всегда стоять первыми на стороне названного монастыря против всех людей и всех сторон. Ибо, если мы, братья Радоальд и Рагимперт, или наши наследники попытаемся нарушить или отменить эту жалованную грамоту и то, что в ней содержится, и не исполним в пользу названного монастыря всё то, что мы говорили, мы и наши наследники будем обязаны уплатить уже названному монастырю штраф – 600 солидов, и пусть эта жалованная грамота и то, что в ней содержится, всегда будет в силе. Таким образом мы, вышеназванные братья Радоальд и Рагимперт, распорядились ради спасения наших душ и попросили записать тебя, нотария Тундиперта. Благополучно сделано в Беневенте.

О Канозе, в церкви Пресвятой Марии в Луогозано.

Во имя Господа. Во времена нашего господина, славного мужа Гримоальда, Божьим промыслом князя лангобардского народа, в 11-й год его правления 39, в августе месяце, 5-го индикта. Я, Хильперик, сын Радекауза, размышляя о милосердии всемогущего Бога и ради спасения моей души, жертвую в монастырь Пресвятой Марии в Луогозано, где, кажется, держит бразды правления аббатиса Айельтруда, мою усадьбу под названием Долиола, которой я владею в Канозе и которую купил у Феррандела, у Вилефара и у дочерей Лупо и выменял у Ракауза, а именно, дома, земли, виноградники, оливковые рощи, возделанные и невозделанные поля, за исключением движимого имущества, которое я сохранил в своей власти, ибо всё прочее в этой усадьбе, как было написано выше, я целиком пожертвовал этому святому монастырю, и саму землю у святого Марка, чтобы уже названный монастырь пользовался и владел ею и никогда не имел никаких взысканий и порицаний ни от нас, ни от наших наследников, ни от кого-либо ещё, но, как записано выше, мог спокойно и прочно владеть и распоряжаться всем этим вечные времена. Чтобы эта жалованная грамота оставалась в силе, я, Хильперик, благополучно записал её собственной рукой на горе Мариано, в вышеуказанные месяц и индикт.

Кроме того, этот блистательный отец Иешуа пользовался у верховного понтифика апостольского престола Пасхалия таким доверием, что тот часто пользовался его дружеским советом и поддержкой в нужных для римской церкви делах, так что, получая от вышеназванного императора Людовика утвердительный договор 40, как я нашёл в книге понтификов римской церкви, [папа] пожелал, чтобы он присутствовал среди прочих аббатов Франции от имени апостольского престола. А когда он возвращался обратно, [папа] ввиду любви и милости вручил ему знаки отличия вместе с такого рода грамотой.

Пасхалий, раб рабов Божьих, достопочтенному мужу Иешуа 41, аббату из монастыря Христова мученика Винцентия, что расположен у истоков реки Вольтурно, в пределах Самния, в Беневентском округе, а через тебя и самому достопочтенному монастырю и всем твоим преемникам, которые будут по уставу введены в должность, на вечные времена. Зная, что нам ради направления душ подобает усердно повиноваться божественным заповедям в почитании святилищ и, – что является при этом главным делом благочестия, – удалять ради спокойствия монахов тяготы со стороны некоторых епископов и подавлять тиранию мирян, мы принимаем постановления и решения, согласно декретам наших предшественников. Итак, мы решаем и утверждаем, чтобы названный достопочтенный монастырь Христова мученика Винцентия вместе со всем принадлежащим ему по праву, с кельями и землями, деревнями, крепостями и другими доходами, вечно пребывал под защитой и юрисдикцией нашей святой церкви, которой мы служим по воле Божьей, и не подлежал юрисдикции никакой другой церкви. Что касается его владений, то это, прежде всего: монастырь блаженного апостола Петра, расположенный на реке Саббато, в Беневентском округе; монастырь Пресвятой Богородицы Марии в Луогозано со всеми его принадлежностями; монастырь Пресвятой Марии в Апинианичи со всеми его принадлежностями; монастырь Пресвятой Марии в «Двух базиликах» на реке Сангро; и другая церковь Пресвятой Марии в «Двух базиликах», в Театинском округе; церковь Пресвятой Марии в Чинквемилии; церковь Пресвятой Марии в Каннето; церковь Пресвятой Марии в Палене; церковь Пресвятой Марии на реке Триний; церковь Пресвятой Марии в Музано; церковь Пресвятой Марии в Ароле; церковь Пресвятой Марии в Планизи; церковь Пресвятой Марии в Казале Плано; также монастырь блаженного апостола Петра в Трите со всеми его принадлежностями; келья святого Петра в Випере; келья святого Петра в Вайрано; келья святого Петра в Тонтоле; также монастырь Господа Спасителя в Алифе; келья святого Иоанна в Лезине и святого Фоката; келья святого Иоанна и святого Мартина в Луцере; келья святого Винцентия в Канузии; келья святого Винцентия в Трани; келья святого Винцентия в Сипонто; келья святого Винцентия и святого Ангела в Телезии; келья святого Винцентия в Токку; келья святого Винцентия в Кайяццо; келья святого Винцентия в Кумах; келья святого Винцентия в Тремойоле; келья святого Винцентия на реке Тусциано; келья святого Винцентия на реке Тенса; келья святого Винцентия в Пекториано; келья святого Винцентия и святого Ангела в Изернии; также монастырь святого Георгия в городе Салерно; монастырь святого Мартина на горе Марсико; монастырь святой Колумбы в Соре; келья святого Доната в Комино и святого Юлиана; церковь святого Мавра в Англоне; и святого Валентина; келья святого Креста на горе Марсико; келья святого Илария в Калинуле; келья святого Винцентия в Суэссе; келья святой Агаты в Торцино; церковь святого Григория в Матезе; келья святого Соссия в Либурии со славным лесом; мы постановляем, повелеваем и заявляем, чтобы во всех этих и других принадлежащих ему по праву [землях] никто ни по какому поводу не смел причинять ему каких-либо хитростей или вторжений. Этим нашим нынешним распоряжением мы предоставляем также вам и вашим преемникам аббатам разрешение нашего апостольского престола приглашать любого епископа, какого вы захотите, для всех нуждающихся в названном достопочтенном монастыре в том или ином христианском обряде, и точно так же для освящения церквей или рукоположения в надлежащее время клириков и священников; помазание и конфирмацию вы также можете получать у благоугодного вам епископа. Мы заявляем также, что впредь ни один епископ не должен ни вызывать на свой собор иподьякона, если только на то не будет его собственного желания, ни судить или отлучать от церкви аббата или монахов; этим нашим предписанием мы запрещаем иметь какую-либо власть в названном достопочтенном монастыре любому священнику какой-либо церкви, кроме апостольского престола, так чтобы никто не смел служить там какие-либо мессы, если только не будет приглашён аббатом этого монастыря. Мы желаем также и возлагаем на вас и ваших преемников аббатов, которые будут там поставлены в своё время, апостольское предписание, чтобы священников и клириков из любой церкви, если они придут для поселения в общине братьев, или для принятия монашеского облачения, тут же принимали. Мы, кроме того, с апостольской строгостью постановляем при провозглашении Божьего суда и объявлении суровых и строгих запретов под угрозой анафемы, чтобы никто, какой бы властью и званием ни был он наделён, не смел вторгаться в этот достопочтенный монастырь или вмешиваться в его дела, или каким-то образом отбирать или отчуждать что-то из его имуществ и владений и подчинённых ему церквей, или из того, что, по-видимому, будет принадлежать ему впоследствии, или причинять там какую-либо досаду или обиду, в то время как мы, как было сказано, с твёрдой решимостью постановили, чтобы названный монастырь вечно оставался под защитой и юрисдикцией нашей святой церкви. Итак, властью князя святых апостолов мы провозглашаем перед Богом и Его будущим Страшным судом, утверждаем и постановляем листом этой нашей апостольской привилегии и установления, чтобы владения разных мест, которые были пожалованы или пожертвованы этому святому месту королями, герцогами, гастальдами и всеми христианами, или будут переданы туда впоследствии, с нерушимой прочностью находились и вечно оставались под властью названного монастыря. Никому, как уже сказано, не разрешается причинять тяготы из-за всех владений его или этого монастыря, или отнимать у него пожалованное, но всё это, согласно тому, что было передано этим святым местам апостольскими установлениями и привилегиями, должно оставаться нерушимым. Пусть этим монахам всегда будет дозволено избирать аббата из их общины, и пусть этот аббат имеет право судить своих монахов, которые будут на данный момент, не только в мужском монастыре, но и в подчинённом ему женском. Если же кто-то, чего мы не хотим, посмеет с нечестивой дерзостью нарушить то, что установлено нами во славу Божью и ради нерушимости названного достопочтенного монастыря, или захочет в чём-то это преступить, тот будет связан узами анафемы и обречён гореть в вечном пламени вместе с дьяволом, его жуткими [слугами] и Иудой, предателем нашего Господа Иисуса Христа, если только не исправится посредством достойного покаяния. А тот, кто будет соблюдать это с кротким взором, во всём защищая наше апостольское установление, имеющее в виду почитание Бога, тот обретёт от нашего милостивейшего Господа Бога многократную благодать и заслужит стать соучастником жизни вечной. Написано рукой Теодора, скриниария святой римской церкви, в июле месяце, 12-го индикта, на святейшем престоле святого апостола Петра, в четвёртый год понтификата господина папы Пасхалия I.

А достопочтенный отец Иешуа, после того как управлял паствой святой общины 24 года, 6 месяцев и 16 дней, был взят во славе и ушёл из мира 4 мая 42, сверх человеческой меры и согласно своим заслугам. Его святое тело было в мире погребено перед этой церковью, с правой стороны. Но длительное время спустя, то есть после последнего опустошения этой церкви, когда некоторые, как мы узнали из распространённых слухов, часто испытывали божественные благодеяния у его тела, кости его и достопочтенного Аутперта, чью жизнь мы описали выше, а также других древних отцов, мы перенесли в это место и поместили в большом саркофаге вместе с телом господина аббата Илария, о котором мы при помощи Божьей расскажем то, что знаем, в соответствующем месте.

Аббат Таларик 43. Он построил в этом монастыре церковь в честь Господа Спасителя и церковь святого архангела Михаила. Он пребывал в должности 6 лет, 3 месяца, 28 дней и умер в 3-й день месяца октября в 823 году от воплощения Господнего, 3-го индикта. В Монтекассино же Гизульфу по исполнении 21 года наследовал Аполлинарий 44, когда Ландульф 45 стал графом Капуи.

Епифаний 46, аббат святого Винцентия, правил 17 лет, 11 месяцев и 8 дней. Он происходил из святого Мартина на горе Марсико и построил две церкви: Пресвятой Марии на Острове и святого Лаврентия на другом острове. Он получил грамоту от господина императора Людовика на рабов в Амитерне и на рабов в деревне Трита и подтверждение других грамот. Он получил также другую грамоту от князя Сикарда 47 на лес в Либурии, грамоту на церковь святого Секундина, в пределах Ачеренцы, и две другие грамоты этого князя на земли и горы в пределах Венафра, рабов и рабынь.

В это время некий муж по имени Альдеризий пожертвовал в монастырь Пресвятой Марии в Луогозано свою усадьбу в пределах Капуи, у Понте Поццолано; и усадьбу на горе Мариано, на реке Калоре; и усадьбу у святого Валентина; и усадьбу в густом лесу в Самнии. В это же время этим князем было принято судебное решение по поводу спора между Теутпертом, приором [монастыря] Пресвятой Марии в Луогозано, и Юстом, архипресвитером Беневентской епископии, о церкви святого Феликса. Тексты с описанием всех этих [грамот] содержатся ниже.

Грамота по поводу Амитерна и рабов.

Во имя Господа Бога и Спасителя Иисуса Христа. Людовик, по воле промысла Божьего император август, всем епископам, аббатам, герцогам, графам, гастальдам, сборщикам налогов, викариям, сотникам и прочим нашим верным, а именно, нынешним и будущим. Да будет известно, что достопочтенный Епифаний, аббат монастыря святого Винцентия, который расположен в Беневентском округе, на реке Вольтурно, направил к нам через своих послов некое постановление, которое герцог Луп некогда выдал монастырю упомянутого мученика, святого Винцентия, на некоторые дома в Амитерне и Савино, а также четыре судебных решения по поводу некоторых рабов из деревни Триты, которые пытались избавиться от обязательной службы якобы в соответствии с грамотами герцогов, решения, которые были составлены в присутствии графа Суппо и гастальдов Бенедикта, Хильпиана и Ансфрида, и прочих скабинов о статусе названных людей, и просил, чтобы мы ради подтверждения велели составить по поводу них нашу утвердительную грамоту. Выслушав его просьбу, мы решили составить по поводу упомянутого постановления и судебных решений эту грамоту нашего подтверждения, и посредством неё решаем и приказываем, чтобы никто не смел противозаконно причинять вам или вашим преемникам какое-либо беспокойство или враждебность ни в отношении упомянутых мест, в которых ныне, как известно по уверению упомянутых послов, находятся 24 дома с таким же количеством проживающих в них людей; вот их имена: Иоанн, Тевпо, ещё один Иоанн, Цербул, Пётр, Теодеберт, Хицо, Майо, Ацеперт, Хизимунд, Роппул, Марин, Георгий, Хало, Аудакт, Аудеберт, Аудоальд, Хильдульф, Паулерисси, Роберт, сын Марии, со своим дядей, Алайзио, Сенеперга и Гемула; ни в отношении статуса названных людей из упомянутой деревни Триты, которые, как было сказано, пытались избавиться от обязательной службы, якобы в соответствии с грамотами герцогов, и были возвращены к прежней службе; но пусть агентам и служителям этого монастыря можно будет спокойно владеть упомянутыми домами вместе с проживающими там людьми и рабами, которые властью нашего родителя, господина Карла, выдающегося императора, были возвращены в упомянутой деревне Трите к обязательной службе, и, согласно пользе и выгоде этого монастыря, без помех со стороны чьей-либо враждебности, во всём по своему усмотрению совершать всё то, что они справедливо решат делать в отношении этих вещей и людей. А чтобы эта наша утвердительная грамота пользовалась у всех истинным и непререкаемым доверием и тщательно соблюдалась, мы подписываем её ниже собственной рукой и приказываем запечатать её печатью нашего перстня. Печать светлейшего императора Людовика. Дано 1 апреля, по милости Христовой в 18-й год правления 48 господина Людовика, благочестивейшего августа, 9-го индикта. Сделано в королевском дворце, во имя Божье, аминь.

Текст переведен по изданию: Chronicon Vulturnense del monaco Giovanni, Vol. I. (Fonti per la storia d'Italia, 58). Roma. 1925

© сетевая версия - Thietmar. 2012
© перевод с лат., комментарии - Дьяконов И. В. 2012
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Fonti per la storia d'Italia. 1925