Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ВОЛЬТУРНСКАЯ ХРОНИКА

CHRONICON VULTURNENSE

О монастыре святого Бенедикта, который был ими восстановлен.

Достопочтенные отцы были также побуждены божественным откровением к тому, чтобы своим усердием и трудами восстановить монастырь блаженного Бенедикта, который был основан в замке Монтекассино и разрушен лангобардами, как пишет блаженный папа Григорий 299, и заставить жить там своих монахов, которые должны были исполнять обязанности священной службы Христовой у тела Его исповедника, что святые отцы и исполнили с неутомимым рвением. В это же время папа Захарий услышал, что совершили служители Христовы, ибо достопочтенный муж Петронакс, который, придя из Брешии, поднялся ради молитвы в этот монастырь и рассказал ему о том, что, как он видел, совершили там служители Божьи, и, хотя он хотел идти в Иерусалим, они удержали его просьбами и увещеваниями, сказав, что обрести спасение души он может скорее в восстановлении такого славного монастыря и в их приятном сообществе; вдохновлённый Богом, папа отпустил в Монтекассинский монастырь братьев названной обители, которые получили от понтификов место для своей общины возле Латеранского дворца, вместе с уставом, который учредил святой отец Бенедикт, и фунтом хлеба, а также выданной апостольским престолом грамотой, и там как те, так и эти получали из их средств всё необходимое.

Этот Петронакс по избранию названных святейших отцов был поставлен над ними аббатом.

В это же время названный Петронакс принёс туда с собой руку блаженного мученика Фаустина.

Павел Дьякон так сообщает об этом Петронаксе: движимый любовью к Богу, он пришёл в Рим и по убеждению папы апостольского престола Григория II отправился в замок Монтекассино; когда он прибыл к святому телу блаженного отца Бенедикта, то начал жить там вместе с некоторыми простодушными мужами, уже ранее обосновавшимися там, которые и поставили этого достопочтенного мужа Петронакса своим аббатом. По прошествии времени папа Захарий оказал ему поддержку, [передав] книги священного писания и устав, который собственноручно написал блаженный отец Бенедикт. Тут же он сообщает, что наш монастырь выдающегося мученика Винцентия, расположенный на реке Вольтурно, блистая внушительной общиной, был уже тогда построен тремя благородными братьями Пальдо, Тато и Тасо. Он добавляет также, что всё это описал в своей книге образованнейший муж Аутперт, аббат этого монастыря 300. С тех пор начала быть такая любовь между отцами обеих общин, что каждый год, в дни святого сорокадневного поста, они из пыла исключительного благочестия посещали друг друга.

Святой Пальдо, первый аббат этого места, после длительной борьбы этой жизни, совершив святые дела, был взят в покой Христов и умер 11 октября 301, после того как провёл в должности святого правления 17 лет, когда от постройки нашего святого монастыря Христова мученика Винцентия шёл уже 35-й год.

Святой Тато, второй аббат этого места, принял после святого Пальдо святое управление овчарней Христовой. Он был, хоть и меньшим по годам, но более пылким в святом намерении, чем они все. Он получил от господина Арихиза 302, знаменитого правителя лангобардского народа, утвердительную грамоту на земли и горы, которыми он один имеет право распоряжаться, как они граничат с рекой Вольтурно и речкой под названием Кауза, и на другие указанные ниже земли и горы, согласно грамоте господина герцога Гизульфа. Вот её текст.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Мы, господин славнейший муж Арихиз, промыслом Божьим правитель лангобардского народа, жалуем монастырю святого Винцентия, расположенному в пределах Самния, возле реки Вольтурно, где, кажется, держит бразды правления достопочтенный муж, аббат Тато, земли и горы, которыми он один имеет право распоряжаться, как они граничат с рекой Вольтурно и речкой под названием Кауза, и земли и горы, которые граничат с землями и горами, которые своей грамотой пожаловал названному монастырю славнейший муж, господин великий герцог Гизульф: во-первых, гору под названием Таври; затем – гору Паган, гору Кабалл, гору Казале, гору Мал, по течению реки, и долину, где построена наша церковь святого Елевферия, а также наша церковь святого Козьмы и Дамиана; также гору, что зовётся Аркан, и гору Марты, с холмами, долинами, возвышенностями, реками и всеми пределами, как они окружают уже названные земли и горы, где начинается течение реки под названием Равенола и на границе земли доброй памяти Арихиза; всё это мы целиком пожаловали во владение уже названному монастырю, чтобы отныне и всегда ты, уже названный Тато, достопочтенный аббат, и преемники и правители вашего монастыря, могли спокойно владеть и распоряжаться всем, что можно прочесть выше.

Итак, после того как достопочтенный Тато провёл в святом правлении 8 лет, он умер для мира и отошёл ко Христу 11 января 303.

Его сменил святой Тасо, третий отец и пастырь святой общины этого места. Следуя по стопам Христа, он более прочих был полон любви, матери всех добродетелей. Он построил в этом монастыре церковь Пресвятой Богородицы Марии, которая называлась Великой, вместе с алтарём святого Панкратия и святого Бенедикта. В его время Дезидерий 304, король лангобардов, построил монастырь в честь святого апостола Петра на реке Тирино и обогатил его значительным даром и владением посредством такого рода грамоты:

О незримая и неделимая сущность высшей и совершенной Троицы, а именно, Отца и Сына и Святого Духа, призываемая во всех делах, особенно, в делах церковных, в том, что вполне соответствует законам и божественным правам. Дезидерий, невыразимым образом благодаря небесному величию, подающему всё, император август римского достоинства … и король лангобардов. Известно, что хотя невыразимая милость по своей прихоти создала разные ангельские творения, те разделились: одни – [оставшись] для смиреннейшего ей послушания, другие – по собственной воле скатившись к гибели. Князю павших ангелов потому было угодно сделать наделённое Им разумом творение творением павшим, что он решил, что его предпочли ему самому; под личиной нечестивейшего змея он пробрался в жилище [человека], жившего в радостях рая, и коварно обманул его, владевшего утерянными им радостями. Итак, творец и распорядитель столь высокого порядка, узнав, что змей обманул сделанное по Его подобию творение, желая спасти его, смиреннейшим образом принял плоть от непорочной девы. Совершив всё это, он избрал 12 апостолов, чтобы благодаря их вере и учению вернуть к радости прежнего веселья весь [пребывающий] в гибели и разорении круг земной. Поэтому, когда Римская империя была поставлена над всеми землями, творцу всего сущего стало угодно и Он решил поставить Петра во главе всех и хотел подчинить ему всю свою церковь, императоров, королей, герцогов и князей; всех, возрождённых в водах крещения, Он заставил подчиняться этому князю сонма апостолов. Что удивительного в том, что Бог поставил его покровителем незримых душ, если он подчинил ему зримое и преходящее? Я, благодаря покровительствующей мне милости Божьей август Римской империи, слышал обо всём этом и читал, что [наши] римские предшественники, а именно, Константин, Теодорих и Юстиниан, построили в честь [князя] церквей Божьих в Риме, Равенне, Милане; когда же названный князь апостолов открыл мне, что из церквей построено в [его] честь в Риме, Павии, Саннии и Ауфиде и, являясь мне во сне в разное время, наконец, уговорил меня и заставил построить себе церковь в Тританской долине, то я и построил её по совету полезных в таком деле людей. Я позаботился построить эту церковь возле реки Силер и законным образом уступил ей из владений и имуществ всё, что содержится в месте слияния двух рек. Мы пожаловали ей также всё, что находится по горам и холмам между Тританским и Пенненским разделом, почти до самой горы Сигиллы, а с северной, южной и восточной сторон – всё, что содержится между Фурканским графством и рекой под названием Калид, и у слияния названной реки. Хотя земля эта весьма неплодородна и на хлеба, и на деревья, я всё же, если князь церквей Божьих сохранит мне жизнь, в достаточной мере пожалую названной церкви всё то, что, по-видимому, будет подчинено нами в других весьма плодородных землях. А теперь мы, согласно закону и обычаю, распорядимся по поводу всех людей, живущих в названных пределах, как они должны подчиняться названной церкви. Итак, мы хотим и повелеваем, чтобы люди рыцарского сословия вечно служили и повиновались упомянутой церкви, как любому земскому правителю, из поколения в поколение, из рода в род; вилланы же пусть платят ей подати и налоги, выполняют повинности и оброки, как и прочие люди этого сословия в отношении своего господина, или попадают к ней в рабство, хотя это и случается не по рождению, но в силу греха. Ибо Бог повелевает ангелами, ангелы – людьми, а человек повелевает человеком в силу попущения Божьего. Что же далее? Всё, о чём мы сказали выше, мы жалуем названной церкви, построенной нашей властью, и утверждаем за ней на вечные времена и здесь, и в других местах, как то показано на расположенном внизу рисунке.

А вышеназванный монастырь со всем его даром и владением этот король передал и на вечные времена подчинил достопочтенному монастырю Христова мученика Винцентия посредством грамоты, которая написана таким образом:

Во имя святой и неделимой Троицы. Дезидерий, по воле Божественного провидения император. Пусть будет известно всем верующим, что мы по внушению Божьему построили в Тританской долине монастырь блаженного апостола Петра и законным образом пожаловали ему в дар и во владение всё, что содержится в месте слияния двух рек; а также всё, что содержится по горам и холмам между Тританским и Пенненским разделом, почти до самой горы Сигиллы, а с северной, южной и восточной сторон – всё, что содержится между Фурканским графством и рекой Калид, и у слияния реки Пескары, и по течению этой Пескары вплоть до указанных границ. Всё, уже упомянутое выше, а именно, монастырь вместе с его названными пределами, мы дарим и жалуем монастырю блаженного левита и Христова мученика Винцентия, построенному в пределах Самния, над истоками реки Вольтурно, где бразды правления, кажется, держит господин аббат Тасо, а именно, с тем условием, чтобы отныне и всегда это пожалование и дарение твёрдо и нерушимо сохранялось за ним и его преемниками, дабы ни должностные лица, ни наши жёны никогда не посягали на долю уже названного монастыря. Если же кто-нибудь попытается когда-нибудь нарушить установление и утверждение этой нашей грамоты, пусть знает, что он будет обязан уплатить штраф в 1000 фунтов чистейшего золота: половину – в нашу казну и половину – названному монастырю святого левита и мученика Винцентия.

После того как блаженный муж Тасо правил паствой святой общины 11 лет, он, следуя по стопам братьев, в результате блаженной кончины отошёл ко Христу 11 декабря 305. Но и Петронакс, проведя в монастыре блаженного Бенедикта 32 года, ушёл из этого мира 306.

Итак, предписание ежегодно отмечать память этих блаженных отцов они, как упоминает достопочтенный Пётр, который описал их жизнь, получили ещё от святого Тасо, и мы также особо поручаем нынешним и будущим мужам, чтобы, верно следуя за теми, кого мы получили от Бога в качестве предводителей и князей нашего чина в этом месте, мы были поддержаны Господом благодаря заслугам и просьбам как этих отцов, так и всех святых, и заслужили право приобщиться в царстве небесном к ним, которые, как мы полагаем, счастливо правят вместе с Христом.

Атто, аббат святого Винцентия. Он построил в этом монастыре церковь святого апостола Петра и получил от герцога Гизульфа Младшего грамоту на церковь Пресвятой Марии в Луогозано, текст которой содержится ниже.

Во имя Господа Бога вечного. Мы, господин славный муж Гизульф, великий герцог Беневента из лангобардского народа, жалуем достопочтенному монастырю святого мученика Винцентия, расположенному в пределах Самния, в Беневентском округе, над истоками реки Вольтурно, где, кажется, держит бразды правления достопочтенный муж Атто, церковь Пресвятой Марии в Луогозано со всеми её владениями, как она была основана госпожой Теодерадой, со всеми пределами выше и ниже, землями, горами, долинами, равнинами, лесами, лугами, пастбищами, полями, виноградниками, водами, течениями рек, берегами, мельницами, рыбными ловами, усадьбами, рабами и рабынями, и церквями, а именно: церковью Пресвятой Марии и церковью святого Потита в Бокасано; церковью святого Феликса и церковью святого Мартина в Фелекте; церковью святого Андрея в Пезано, и со всем, что может быть названо или поименовано. Мы повелеваем также, чтобы те люди, которые поставлены для работ на земле этой церкви, не выполняли никаких общественных повинностей в пользу кого бы то ни было, помимо этого святого монастыря; мы уступаем также и утверждаем за этим святым местом, чтобы его сторона имела право строить мельницы на реке Калоре и на реке Фредане. Всё, что находится внутри тех границ, которые охватывают владения этой [церкви], начиная от самой Истикары, затем – вниз по её течению до Калоре и вниз по течению Калоре до Ваду Лату, включая лес на реке Калоре и другие прилегающие владения выше и ниже, всё это, пожалованное названной церкви Пресвятой Марии, вместе с самой этой церковью, мы передаём под юрисдикцию монастыря святого мученика Винцентия, чтобы они оставались за ним на вечные времена, без всяких тягот и возражений, и вы, уже названный Атто, достопочтенный аббат, и ваши преемники, могли спокойно и вечно владеть ими.

Он также получил от этого герцога ещё одну такого рода грамоту на церковь святой Колумбы возле города Соры:

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Мы, господин славный муж Гизульф, великий герцог лангобардов, жалуем монастырю святого Винцентия, расположенному в Беневентском округе, над истоками реки Вольтурно, где, кажется, держит бразды правления достопочтенный муж Атто, церковь святой Колумбы возле города Соры со всем, что мы уступили ей на правах владения, а именно, с рабами и рабынями, плодородными и бесплодными землями, близко и далеко расположенными имениями, в долинах и горах, в тех границах, которые мы провели: от самой церкви [граница идёт] по тому рву, откуда вытекает ручей под названием Ацерн, от самых его истоков до горы под названием Уран, затем проходит через ущелье этой горы и таким образом спускается с этой горы к реке Вириде, проходя возле названного города Соры; также с другой стороны граница проходит через холм святого Панкратия, келью нашего монастыря святого Винцентия, оттуда идёт к холму святой Марции у самой церкви святой Юсты, затем – через другую церковь святой Юсты и названную церковь святого Марциана, оттуда – к Акварию и земле, которую мы подчинили названной церкви святой Колумбы; далее, через саму Аркору к древней дороге, и оттуда возвращается к реке Вириде по течению Арцерна; [мы] равным образом [жалуем] келью святого Юлиана в Викальви 307 в следующих пределах: с одной стороны [границей служит] ручей, который проходит по долине у Кастаньето, с другой стороны – ручей под названием Малафиде, с одного края – общественная дорога, которая ведёт к [церкви] святой Марии, а с другого – ручей, который течёт к истокам Витулы; [мы жалуем также] двор святого Каста и святой Марии, которые расположены у [церкви] святого Георгия: границей [являются] истоки Карулы и долина де Вику, как она идёт к Росанико; и у [церкви] святого Мавра в Англоне, вместе с их владениями и тем поле, что зовётся Боррано, которое имеет такие границы: с одной стороны – земля Ричарда, с другой стороны – общественная дорога; с третьей стороны [рубежом служит] земля Адальберта по прозвищу Сабиниан, с четвёртой стороны – земля святого Ангела в Баррегии; [и жалуем] в Бальсорано 308 церковь святого Стефана вместе со всеми её владениями. Всё это мы жалуем во владение и утверждаем за названным монастырём святого Винцентия, вами и вашими преемниками целиком, без всякого возражения и на вечные времена.

И поскольку в те времена Рим осаждали лангобарды, папа Стефан II ввиду настоятельных потребностей апостольского престола считал названного достопочтенного мужа Атто и Оптата 309, аббата монастыря блаженного Бенедикта, который наследовал Петронаксу, самыми близкими к себе людьми. В те времена достопочтенный аббат Атто получил от этого верховного понтифика апостольского престола в качестве охранной грамоты для своего монастыря и подчинённых ему земель, келий и крепостей такого рода привилегию.

Епископ Стефан, раб рабов Божьих, Атто, достопочтенному аббату монастыря Христова мученика Винцентия, расположенного над истоками реки Вольтурно, в пределах Самния, в Беневентском округе, а через тебя и твоим преемникам в этом достопочтенном монастыре, которые будут по уставу введены в должность, на вечные времена. Величайшей заботой для нас является неусыпное беспокойство обо всех церквях Божьих и святых местах, дабы они не понесли какого-либо ущерба, но скорее приобрели что-либо к собственной выгоде. Поэтому нам подобает со всем бескорыстием пастырского ума заботиться и усердно оказывать помощь к их выгоде, чтобы нашему всемогущему Богу было угодно то, что нами было пожаловано из наших ценностей святым местам ради Его чести, а также во славу и в похвалу Его божественного величия, и пусть нам, которые преисполнены милосердия к этому месту, будет предоставлено в Его чертогах достойное вознаграждение за такого рода благочестивое дело. Итак, поскольку ты просил у нас, чтобы мы разрешили тебе и твоим преемникам, которые будут там в то или иное время, держать под юрисдикцией нашей святой церкви, которой мы служим по воле Божьей, монастырь блаженного мученика Винцентия, расположенный на реке Вольтурно, в Беневентском округе, в пределах Самния, вместе с его владениями, а также такие монастыри, как: достопочтенный монастырь блаженного апостола Петра, расположенный на реке Саббато, в уже названном Беневентском округе; монастырь Пресвятой Богородицы Марии в Луогозано; монастырь нашего Спасителя, Господа Иисуса Христа, расположенный в Альфах; монастырь, построенный в честь Пресвятой Марии в области Марсике, в месте Апинианичи; монастырь святого апостола Петра в Тританской долине; другой монастырь Пресвятой Богородицы Марии, расположенный в Пенненском округе, в месте под названием Музиано; ещё один монастырь, построенный в честь Пресвятой Богородицы Марии в месте, что зовётся «Две базилики»; также ещё одну келью Пресвятой Марии «На две базилики», вместе с другими монастырями и кельями, домами, хуторами и усадьбами, рабами, рабынями и живущими там людьми обоего пола, со всем и во всём, что им принадлежит, и чтобы всё это не подлежало юрисдикции никакой другой церкви, то мы, пылая из-за этого дела благочестивым желанием, нашей властью передаём то, что ты просил, и поэтому предоставляем вам и вашим преемникам аббатам разрешение нашего апостольского престола, чтобы любой епископ, какого вы захотите пригласить в названный достопочтенный монастырь ради нуждающихся в том или ином христианском обряде, имел право освящать церкви, а также совершать рукоположения на должности дьяконов и иподьяконов и исполнять там все церковные обязанности. Мы заявляем также, что впредь ни один епископ не должен ни вызывать на свой собор иподьякона, если только на то не будет его собственного желания, ни судить или отлучать от церкви аббата или монахов. Мы также хотим и даём вам и вашим преемникам аббатам, которые будут там в своё время поставлены, апостольское предписание: чтобы священников и клириков, если они придут сюда жить, или по примеру братьев примут монашеское облачение, тут же принимали; вам разрешается получать помазание и конфирмацию у любого епископа, у какого вы пожелаете, всегда и во-вторых, как мы говорили, под нашей апостольской властью; мы запрещаем иметь какую-либо власть и права в названном достопочтенном монастыре любому священнику какой-либо церкви, кроме апостольского престола, так чтобы никто не смел служить там какие-либо мессы, если только не будет приглашён аббатом. Мы, кроме того, с апостольской строгостью постановляем при провозглашении Божьего суда и объявлении суровых и строгих запретов под угрозой анафемы, чтобы никто, наделённый властью какого-либо иного звания, не смел вторгаться в этот достопочтенный монастырь или вмешиваться в его дела, или каким-то образом отбирать или отчуждать что-то из принадлежащих ему имуществ, владений и церквей, или из того, что, по-видимому, будет принадлежать ему впоследствии, или причинять там какую-либо досаду или обиду, в то время как мы с твёрдой решимостью постановили, чтобы названный монастырь вечно оставался под юрисдикцией нашей святой церкви. Итак, властью князя святых апостолов мы провозглашаем перед Богом и Его будущим Страшным судом, утверждаем, решаем и постановляем этой нашей апостольской привилегией и установлением, чтобы владения разных мест, которые были пожалованы или пожертвованы этому святому месту королями, герцогами, гастальдами и всеми христианами, или будут переданы туда впоследствии, твёрдо и неизменно находились и вечно оставались под властью названного достопочтенного монастыря. Никому, как сказано выше, не разрешается причинять тяготы из-за всех владений его или этого монастыря, или отнимать у него пожалованное, но всё это, согласно тому, что было передано этим святым местам апостольскими установлениями и привилегиями, должно оставаться нерушимым. Пусть этим монахам всегда будет дозволено избирать аббата из их общины, и пусть этот аббат имеет право судить своих монахов, которые будут на данный момент, не только в мужском монастыре, но и в подчинённом ему женском. Если же кто-то, чего мы не хотим, посмеет с нечестивой дерзостью нарушить то, что установлено нами во славу Божью и ради нерушимости названного достопочтенного монастыря, или захочет в чём-то это преступить, тот будет связан узами анафемы и обречён гореть в вечном пламени вместе с дьяволом, его жуткими [слугами] и Иудой, предателем нашего Господа Иисуса Христа. А тот, кто будет соблюдать это с кротким взором, во всём защищая наше апостольское установление, имеющее в виду почитание Бога, тот обретёт от нашего милостивейшего Господа Бога многократную благодать и заслужит стать соучастником жизни вечной. Написано рукой Бенедикта, скриниария святой римской церкви, в июле месяце, 5-го индикта, на святейшем престоле святого апостола Петра, в третий год понтификата господина папы Стефана II.

Будьте здоровы.

Ибо в это время христианнейший князь Арихиз построил в Алифском округе церковь в честь Господа Спасителя и учредил девичий монастырь, подчинив его власти святейшего мученика Винцентия 310. Когда же достопочтенный Атто провёл в святом правлении 21 год, он умер 26 декабря, 13-го индикта, в 760 году от воплощения Господнего. А после Оптата, который правил … лет 311, бразды правления Монтекассинской обителью принял Гермериз 312; через год он умер, и его сменил Грациан 313.

Эрмеперт, аббат святого Винцентия, стоял во главе святой обители 3 года, 2 месяца, 26 дней; он умер 23 марта, в 763 году Господнем, 2-го индикта. А в монастыре блаженного Бенедикта, когда Грациан умер спустя 4 года 314, был избран Томихиз. Когда же и он умер спустя 6 лет 315, был поставлен Пото 316.

Иоанн I, аббат святого Винцентия. Он получил от герцога Гизульфа Младшего грамоту, содержащую следующее:

О Соре.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Мы, славный муж, господин Гизульф, великий герцог лангобардского народа, жалуем монастырю левита и Христова мученика, святого Винцентия, во главе которого, кажется, стоит господин аббат Иоанн, в Беневентском округе, церковь святого Марциана, которую пресвитер и монах Тото построил в округе Соры на самом холме и которая, как его собственность, осталась после его смерти в распоряжении нашего дворца со всеми её имуществами, владениями и всем, что ей принадлежит; названный холм вместе с землёй, где построена названная церковь, имеет такие границы: с одной стороны – речка, где по временам не бывает воды; со второй стороны – речка под названием Ацерно и земля, подчинённая названному монастырю святого Винцентия, где построен монастырь святой Колумбы, а также дорога; с третьей стороны [граница идёт] к Акварию названного монастыря и соединяется с уже названной дорогой; с четвёртой стороны границей [служит] река и земля святой Юсты; мы жалуем её уже названному монастырю, а также церковь святого Спасителя в указанном округе, в местечке Торо, и церковь святого Архангела со всеми имуществами, землями, горами, водами, пастбищами, принадлежащими этим церквям, чтобы всем этим владела и распоряжалась сторона уже названного монастыря святого Винцентия, дабы никто никогда не имел никаких жалоб на это наше пожалование, но чтобы [монастырь] мог спокойно и вечно владеть всем этим.

Этот аббат Иоанн окончил правление 18 июля, по прошествии 14 лет, трёх месяцев, 25 дней, а в Монтекассино вместо Пото, который провёл в правлении 7 лет 317, был поставлен аббат Теодемар 318, в 777 году от воплощения Господнего, первого индикта 319.

В это время Карл Великий, сын Пипина, приглашённый папой Адрианом из-за короля Дезидерия, пришёл к Павии. Он вместе со своими магнатами и сыном Пипином 320 страшной клятвой подтвердил за блаженным Петром грамоту своего родителя 321.

Здесь также следует сказать о том, как было основано королевство франков, и каково было происхождение этого народа. И поскольку в начале этой книги мы, помнится, ради краткости отложили кое-что на потом, вставим то, что следует добавить, в соответствующем месте. Ибо мы начали говорить о франкском королевстве только со времени мужей, блиставших славой христианской веры, а именно, Пипина и Карла, а теперь вновь более обстоятельно вернёмся к истокам их рода, откуда он произошёл, потому что желающие знать найдут здесь для себя кое-что нужное.

Громадность всего круга земного историки делят на три части, а именно, на Азию, Европу и Африку. Итак, в Азии находилось укреплённое место троянцев, где был расположен город, который назывался Илион; вождём там был Эней. Народ этот был очень сильным в битвах, всегда беспокойным и покорявшим своих соседей. Но греческие цари поднялись против Энея и этого народа, и цари троянцев с огромным войском сразились с ними, и обе стороны понесли огромные потери. Эней бежал и укрылся в городе Илионе, против которого была предпринята война, он был осаждён и подвергался атакам целых 10 лет. Наконец, когда город был взят и покорён, Эней вместе с прочими мужами бежал в Италию, чтобы укрыться там со своими людьми. Некоторые же из его князей – Приам и Антенор, взяв с собой 10 000 воинов, бежали на кораблях и, поднявшись вверх по реке Танаис и Меотидскому болоту, завоевали земли Паннонии, где начали строить город, который назвали Сикамбрией; обитая там многие годы, они выросли в великий народ. Затем, в последующее время, когда у римлян правил император Валентиниан 322, против названного императора восстал ужаснейший народ аланов. Тогда император, собрав войско, направил армию против них, одолел их, сокрушил и покорил. А те, бежав, укрылись среди названных болот. Итак, император, желая схватить их, но не имея возможности, сказал своим войскам, что народ, который сможет вывести их из болот, на десять лет будет освобождён от налогов и императорских поборов. Тогда те, которые были изгнаны из города Трои, собравшись все разом, устроили с противоположной стороны засаду и, войдя в Меотидские болота вместе с остальным римским войском, поразили названных аланов остриём меча 323. Тогда император Валентиниан за эту победу назвал их на греческом языке 324 франками, что по латыни значит «отважные», то есть «пылающие отвагой». По прошествии же десяти лет император отправил сборщиков налогов во главе с Примарием, герцогом из римского сената, чтобы взять с народа франков отменённую было дань. Те же, восстав против них, перебили их всех разом. Император, услышав об этом, двинул против них войско; когда между обеими сторонами произошла ожесточённая битва, и многие пали и здесь, и там, франки, наконец, обратили тыл и все бежали, после того как был убит их герцог по имени Приам. Тогда же, уйдя из Сикамбрии, они пришли в крайние пределы реки Рейн и обосновались там, в городах Германии, во главе со своими князьями Маркомиром, сыном Приама, и Синно, сыном Антенора. Затем, когда умер Синно, они, проведя совещание с Маркомиром, поставили себе королём Фарамунда, сына этого Маркомира, и одновременно с королём начали иметь законы. После смерти Фарамунда франки поставили себе королём его сына Хлодио. Когда он умер, на престол был возведён Меровей 325, которому наследовал его сын Хильдерик 326. Последний, проведя на престоле 24 года, оставил наследником королевства Хлодвига 327. Он был крещён святым Ремигием, сразился с готами и вышел победителем. От кончины святого Мартина до смерти Хлодвига прошло 112 лет. После смерти короля Хлодвига четыре его сына – Теодорих 328, Хлодомир 329, Хильдеберт 330 и Хлотарь 331 поровну разделили между собой королевство. Двое из них – Хильдеберт и Хлотарь во главе огромного войска приступили к завоеванию Испании. Опустошив там многие [земли], они перебили несметное множество народа. Затем они окружили и взяли в осаду город Сарагосу. Люди же, которых они держали там в осаде, облачившись во вретища, посыпав головы пеплом, в великом смирении обратились к Богу и, взяв далматику блаженного мученика Винцентия, обошли с ней вокруг стен всего города, распевая псалмы. Женщины же, надев чёрные накидки, с распущенными волосами и громкими воплями шли следом за ними, чтобы в них совершилось также покаяние жителей Ниневии 332. Названные короли, видя это, решили, что те совершают какие-то злые чары. Итак, они схватили одного хотевшего сбежать крестьянина и спросили его, что это такое, что они делают. И тот ответил им: «Народ, желая из страха перед вами обрести себе помощника в лице Бога и одновременно взывая к заступничеству драгоценного мученика Винцентия, который некогда, при епископе Валерии, исполнял в этом городе обязанности дьякона, с гимнами и славословиями обносят вокруг города его далматику, чтобы всемогущий Господь защитил их благодаря его просьбам». Тогда король, побуждаемый милосердием, отправил этого крестьянина, велев, чтобы тот позвал к нему епископа этого города, предварительно внушив ему доверие. Епископ, услышав слова этого вестника, вышел к королю с огромными дарами и был им радушно принят со всеми его людьми. В ответ на требование названного короля отдать ему мощи блаженного мученика Винцентия, он, хотя горожане едва дали на это согласие, передал ему его столу, и те, как могли, оказали ему признательное послушание. Получив её, названные короли ушли, сняв осаду с этого города и, подчинив себе прочие пределы тех земель, заслужили остаться победителями. Итак, Хильдеберт, уйдя из Испании, пришёл в Париж и вскоре построил там церковь в честь Христова мученика Винцентия. Не долго прожив после этого, он был поражён лихорадкой и, окончив свои дни, был погребён в этой церкви. Его королевство и сокровища получил король Хлотарь; когда же и он умер после 50 лет своего правления, на престол взошёл его сын Хильперик 333. Когда он скончался, франки передали королевский престол малолетнему Хлотарю 334. После его смерти, – а правил он королевством 44 года, – его престол получил его сын Дагоберт 335. После того как он 34 года правил их королевством, франки поставили королём его сына Хлодвига 336. Когда тот умер спустя 16 лет, они поставили королём Хлотаря Старшего 337, чтобы он правил ими вместе с матерью. Когда и он скончался через четыре года, королём франков стал его брат Теодорих 338. Последнему наследовал Хильдерик 339, против которого франки коварно восстали и убили его. После него королями были Теодорих и Эброин 340; этого Эброина франки точно так же убили, и имели затем дворцовых мажордомов вплоть до Пипина Старшего и его сыновей, который были самыми лучшими из всех.

Жизнь и смерть достопочтенного господина аббата Аутперта.

То, что следует дальше о святейшем аббате Аутперте, я считаю необходимым рассказать чуть более подробно. Ибо я не сомневаюсь, что его заслуги могут помочь мне перед Богом, если мы, усвоив и описав во славу нашего всемогущего Бога его происхождение, деяния и прибытие в эту святую обитель Христова левита Винцентия, отчасти как то передаёт древнее предание, отчасти же как я сам узнал из заслуживающих доверия рассказов достопочтенных мужей, покажем потомкам, сражающимся из любви к Богу по установлениям святой обители, совершенство истинного благочестия и пример упорства в праведном труде, чтобы каждый, увидев, поразмыслил о его благородстве и поскорее отвратился от мирской суеты; и чтобы он, взирая на его мудрость и любовь, с ещё большей жадностью следовал смирению Христову и, если он старается бодро попирать мирские богатства, тем более радовался обещанному ему в небесах Господом блаженству. Если же бедный, отрёкшись от собственной воли, примет обет служить Богу под игом святого устава, пусть знает, что уже завтра он не должен будет думать о себе, но должен помнить, что Господь соизволит спасти также смиренных духом. Этот святейший отец, родом из галльских провинций, чьи родители весьма славились благочестием Христовым и светским достоинством, блистал добротой Христовой, как яркий луч несущего свет солнца. Он уже в детские годы был предан учёным занятиям и, всеми силами безупречно соблюдая заповеди Христовы, добился успехов в духовной и светской философии, как истинный философ Христов. Впоследствии он был взят к королевскому двору божественной памяти императора Карла и, поскольку все его любили, особенно, названный император Карл и его родитель, благочестивый Пипин, он начал быть мудрейшим учителем и наставником этого императора и, как архиканцлер его императорского двора, считался самым деятельным среди прочих; и хотя все по праву его почитали и превозносили достойными похвалами и исключительным раболепием, он всё же ещё тщательнее сохранял простоту благочестивого сердца и искренность чистой любви. Но, поскольку в те времена святыми отцами Пальдо, Тато и Тасо был построен монастырь блаженного мученика Винцентия над истоками реки Вольтурно, и там расположилась значительная община служащих Богу святых мужей, которая превосходила почти все выдающиеся монастыри Италии того времени, вышло, что слава об их святом благочестии благоухала повсеместно и дошла также до ушей самого милосерднейшего императора Карла. Движимый божественной любовью и, особенно, побуждаемый своим достопочтенным учителем и архиканцлером Аутпертом, он решил сперва выяснить правду об этой славе и отправил в этот монастырь своего посланника. Затем он в окружении большой толпы знати пришёл в Рим, чтобы помолиться у гробницы первого князя Петра, и, предприняв необходимые действия, чтобы отомстить за разорение церквей, народа и страны, вместе с большой толпой как благочестивых епископов и аббатов, так и следовавших за ними графов и маркграфов соизволил прийти в этот монастырь. О том, как достойно он был принят святыми отцами и как смиренно вошёл туда, более подробно рассказывается в книге их жизни, которая по распоряжению господина аббата Тасо была весьма чётко описана достопочтенным Петром, пресвитером и монахом святой обители.

После блистательных даров, которые он там преподнёс, после того как он утвердил императорской грамотой их обширные владения, этот светлейший император припал к ногам святых отцов и, долго вверяя себя их молитвам, принял их благословения и хотел спешно возвращаться домой, и муж Господень Аутперт, наблюдая в святых отцах примеры благочестивого образа жизни, весьма удивлялся, и уже тогда его восхищала возможность стать подобным им.

Затем, по прошествии времени император Карл приступил к Беневенту и тревожил горожан длительной осадой, но ему было чрезвычайно трудно взять этот город. Между тем, Арихиз, князь этого города, с благочестивой рассудительностью заботясь о благе горожан, примирился с ним, дав в заложники двух [своих] детей 341. Возвращаясь оттуда, император отправился в монастырь блаженного Бенедикта и, вверив себя молитвам рабов Божьих, пожертвовал там многочисленные дары и утвердил императорской грамотой всё, чем они владели, прибавив также многое другое 342. И в монастырь Христова мученика Винцентия он, дав со своей стороны богатые дары, почтительно отправил как достопочтенного мужа Аутперта, так и блистательного Алькуина, также учителя императорского двора, чтобы они честно передали служителям Божьим о его благочестивых желаниях. Тогда же достопочтенный служитель Божий Аутперт, движимый любовью к святой вере, бросился императору в ноги и сказал, что намерен теперь служить Богу и хочет, оставив мирские бури, со всей готовностью упорствовать в монастыре блаженного Винцентия до самого конца жизни, и во имя спасения этого императора просит разрешить ему посвятить себя Богу. Император, услышав это, пролил много слёз по поводу набожности этого мужа и, хотя он, казалось, лишался ценной поддержки, всё же по настоянию многих согласился с тем, о чём тот просил.

По его примеру очень многие из королевского двора сложили с себя рыцарский пояс и примкнули к нему в святом благочестивом намерении, и ради любви Божьей полностью оставили всё, что у них было, как ненужное. Итак, муж Божий, надев одеяние святого благочестия, с таким искренним чувством своего сердца верил, что он – последний из всех, что ничего не хотел знать, кроме того необходимого, что давалось аббатом в качестве ежедневного рациона, да и то он, казалось, принимал гораздо скромнее, чем остальные. И хотя он был любимцем при королевском дворе, он так посвятил себя божественному послушанию, что ни один час для него не проходил впустую, и он либо предавался молитве, либо был занят чтением божественных книг. Затем, как мы узнали, он разъяснил многие книги священного писания. Так, он подробно разъяснил Левит Моисея, Песнь песней Соломона и цветы Псалтыря и своими словами с медоточивой приятностью открыл те божественные таинства, которые в них были, доказав необходимость строгости нравов для любого из верующих и соблюдения заповедей Христовых. Он также написал книгу «О борьбе пороков» и – весьма красноречиво – некоторые евангельские беседы. Подробно описав также жизнь блаженных отцов Пальдо, Тато и Тасо наряду с историей своего монастыря, он привёл её в пример всем монахам таким образом, что показал, что эти три брата были по милости божественной Троицы нормой жизни и образцом как исключительной любви, так и благотворной бедности ради Христа. Это подтверждает и Павел Дьякон в истории о прибытии лангобардов в Италию, которую он написал в то время, и сообщает там, что этот Аутперт был учёнейшим мужем и аббатом этого монастыря 343.

Кроме того, рассказывают, что однажды, когда этот счастливейший отец Аутперт усердно молился Господу в церкви Пресвятой Богородицы Марии, то в настойчивой молитве обратился к Матери Божьей с просьбой даровать ему ясность речи; ибо он был несколько косноязычен; тут он внезапно застыл и узрел в видении, что перед святым алтарём стоит Пресвятая и Преславная Госпожа мира, Приснодева Мария, с радостным лицом и сияя ярче солнца; как бы кивнув ему, молящемуся, она коснулась его щёк и, велев ему подняться с пола, увещевала затем совершить молитвы в её славу и воздать ей похвалу, чего он и сам уже желал; и обещала всегда быть рядом с ним. Итак, радостный, он очнулся от видения и, как ему было велено, начал красноречивыми устами воздавать похвалы и с радостным сердцем исполнять достойные песнопения.

Когда этот святой отец многие годы служил Господу в этом достопочтенном монастыре драгоценного мученика Винцентия, и стал уже для всех примером праведной жизни, то после смерти Иоанна, достопочтенного аббата этой святой общины, он, хотя и неохотно и вопреки воле, принял бразды святого правления седьмым после святого Пальдо. Ибо с этого времени он старался так достойно заботиться о принятой пастве, что учил их всех не только речами, но и присущими ему нравами, открыв сокровища небесного царя, во имя набожности веры деятельно собирать истинные богатства, которые следует предпочесть мирским ценностям, и, как учит блаженный апостол 344, сделался примером для стада. Он также получил от достойной памяти императора Карла такого рода славную грамоту для своего монастыря:

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Карл, по усмотрению божественной милости римский император август. Поскольку мы согласны с просьбами священников и рабов Божьих, которые дошли до наших ушей, то с Божьей помощью приводим их в исполнение и не только совершаем королевское обыкновение, но и приносим немалую пользу ради благополучия земной и блаженства будущей жизни. Поэтому пусть будет известно всем верным святой церкви Божьей и нашим верным, а именно, нынешним и будущим, что достопочтенный муж Аутперт, наш оратор, а именно, аббат монастыря блаженного Винцентия, левита и мученика Христова, который расположен в Беневентском округе на реке Вольтурно, поставленный там нами, умолял нашу милость, чтобы мы подтвердили нашей утвердительной грамотой грамоты лангобардских королей и герцогов, а именно, Айстульфа, Дезидерия и Гизульфа, прибавив ему всё то, что покажется нам пригодным и соответствующим. Ввиду этой просьбы, ради любви к Господу нашему Иисусу Христу и ради спасения наших душ, мы жалуем и подтверждаем названные грамоты, письма и пожертвования, согласно тому, что ты просил, назвав и перечислив эти имения в таких границах: начиная от Зиттулы, [граница] идёт вверх по Сангро до горы Мал, смыкается с горой Ацце и, обогнув названную гору Ацце, идёт к реке Мельфе; затем по течению этой Мельфы – до того места, где та сливается с небольшой речкой, которая называется Мелларино; оттуда – к вершине горы, что расположена над городом, – гора эта называется Барбола, – и по склону этой горы – до горы Архан, горы Мараха и горы Казале; обогнув снаружи эти горы, она идёт к истокам ручья, что зовётся Равенола, затем по течению Равенолы доходит до реки Вольтурно, по Вольтурно – до реки Бантры, с которой Вольтурно сливается, по течению Бантры добирается до места, где та сливается с рекой Форуло, и по течению Форуло доходит до древней дороги; затем она смыкается с речкой под названием Гизоли и идёт оттуда к ручью, в котором не всегда бывает вода, и таким образом доходит до Сангро; и все крепости, расположенные в этих пределах, и деревни, и леса вместе с церковью святого апостола Петра, расположенной в местечке Трита; церковью Пресвятой Марии в Апинианичи; церковью Пресвятой Марии «На две базилики»; церковью Пресвятой Марии в Каннето; церковью Пресвятой Марии в Палене; церковью Пресвятой Марии в Чинквемилии, со всеми их владениями, а именно, с тем условием, чтобы вышеназванный аббат и его преемники имели полное право владеть всем уже названным как в этой грамоте, так и в других хартиях, и равным образом производить обмен, распоряжаться, строить и совершать всё, что будет справедливым; и впредь пусть никому не будет позволено причинять сторонам названного монастыря какие-либо помехи или тяготы в пределах названных границ ни по поводу указанных границ, ни по поводу владений предков, ни по какому-либо иному основанию, но лишь в силу правдивейших грамот, посредством которых истцы могут законным образом защищаться, и подлинных документов, с пользой удостоверенных. Мы, кроме того, постановляем, чтобы названный монастырь вместе со всеми указанными монастырями и кельями, а также относящимся к ним добром и имуществом и со служащими там Богу братьями и монахами во все времена оставался под покровительством нашей защиты. И если кто-либо посмеет выступить против этого нашего пожалования и утверждения или чинить ему помехи, пусть знает, что ему придётся уплатить штраф в 2000 фунтов чистейшего золота: половину – нашему двору и половину – этому достопочтенному монастырю. И чтобы это наше пожалование получило ещё большую силу, обрело нерушимую и неизменную прочность на многие годы, вызывало доверие и ещё тщательнее соблюдалось верующими святой церкви Божьей, мы собственноручно подписываемся ниже и приказываем запечатать её оттиском нашего перстня. Печать господина Карла, светлейшего императора. Дано 20 апреля, 13-го индикта, в 775 году от воплощения Господнего.

Достопочтенный аббат Аутперт получил от этого императора также другую грамоту на церковь святого Перегрина; вот её текст:

Поскольку ни с чем не сравнимая сущность наивысшей и совершенной Троицы распоряжается всеми правами царств, мы, Карл, римский август, несущий императорский скипетр всей Европы, придя во главе неисчислимого войска через пределы Амитерна и Вальвы в место под названием Септифонте («Семь источников»), утомившись, отдыхали там и после забот о телесных потребностях отправились спать. Душа, удручённая и тревожимая разными заботами, хоть плоть и отдыхала, видела, размышляя, ни с чем не сравнимое и, видя, размышляла. Уже почти в середине ночи мне, спавшему, явился некий странник, прекраснейший во всех отношениях, и, просветив меня всего, как зримое и материальное солнце освещает сиянием весь мир, сказал мне такие слова: «Ты, могущественный, как бы почиваешь во славе, и не заботишься, и не вспоминаешь ни обо мне, ни о верных мне». Потрясённый таким видением, я проснулся и, сев, поразмыслил, что это может быть. Вновь охваченный сном, я отдыхал в страхе. Вскоре мне привиделось, будто надо мной стоит некое дерево, от которого, казалось, тянутся семь источников, орошающих весь мир. Между тем, забрезжил рассвет и, подобно тому, как Бог, вернувшийся из царства мёртвых, был узнан в преломлении хлеба двумя учениками 345, так и странник, исполненный сияния яркого света, [узнав] меня, уставшего от забот, видения и сна, со светлым лицом сказал подобные этим слова: «О Карл, весьма дорогой мне в совершении правосудия, спеши подняться, и ты найдёшь в одном месте, неподалёку отсюда, тело странника, чья душа, как ты узнаешь, по праву весьма радуется посреди небесных хоров, и у его тела потому совершаются благодеяния и чудеса, что он, пока жил, был весьма верен Богу». Я тут же велел позвать епископов и благочестивых клириков и по порядку рассказал им обо всём, что было мне явлено ночью; затем мы пришли в то место, где [покоилось] тело странника, и сразу же начали расспрашивать местных жителей и обитателей этого края о жизни и деяниях этого странника. Когда стало известно о его святости и чудесах, тут же, по совету всех местных и бывших там пришлых жителей была построена церковь [в честь] тела этого бедняка 346, и я с согласия герцогов и князей и всех рыцарей, а также живущих рядом людей твёрдо приказал передать ей в дар 500 модиев земли размером с локоть повсюду в окружности. Совершив это таким образом праведно и благочестиво, мы вместе с близкими для меня людьми отправились в монастырь святого Винцентия, расположенный возле Вольтурно, и оставались там три дня ради молитвы почти пятисот благочестивейших братьев и пользы их церкви, и, когда они честно и искренне спросили меня о славе и даре блаженного странника, я ответил подобающими и миролюбивыми словами. Наиболее видные и благочестивые монахи дружно заявили, что земля, данная страннику, целиком принадлежит блаженному Винцентию. Тогда по увещеванию всех монахов и добропорядочных людей я велел переозаглавить грамоту о названном даре в пользу указанной церкви и на глазах у всех собственноручно положил её на алтарь достопочтенного Винцентия и устами всех, подтвердивших это, назначил штраф в 200 фунтов золота для всякого, кто попытается отнять этот дар. Мы также пожелали утвердить и скрепить все законные грамоты, которые есть или которые будут в этой церкви от королей, герцогов и других высокопоставленных должностных лиц как духовного, так и светского звания, ибо решено, чтобы общину таких святых мужей, как церковь святейшего Винцентия, не смел беспокоить или умалять их имущество никто из мирян. И если обнаружится, что кто-то причинил им ущерб, пусть он сперва даст возмещение по собственной воле; если же он промедлит, то пусть даст двойное возмещение; если же он вообще откажется от этого, то пусть подлежит суду и уголовному приговору нашему и других защищающих церковь Христову королей. Пусть все наши потомки знают, что всё это совершено прежде всего в честь и славу всемогущего Бога, властью и волей которого всё существует и управляется, и всех его верных, а также ради любви и памяти нашего господина учителя, ритора и оратора Аутперта, достопочтенного аббата святого Винцентия. Пусть каждый читающий этот пергамент всегда видит в нём нашу печать.

В те времена, поскольку император Карл, после того как взял Павию, подчинил себе также и всю Италию, он, поставив своего сына Пипина королём Италии, вернулся во Францию 347. Итак, Пипин, будучи деятельным в бою, угодным Богу за набожность веры и любовь к правосудию, осуществляя заботу о священных предметах государства и правах церквей, проехал через всю Лигурию, Эмилию и города Адриатического побережья и, прибыв в Пенненское и Абруццское графство, в силу славного дара и владения в этом округе передал монастырю Христова мученика Винцентия грамоту, текст которой приводится ниже:

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Пипин, по милости Божьей, предопределяющей свыше правление всех королей и императоров, милости, которой подчиняются власти всего мира, держащий бразды правления франкским народом, правитель города Рима и август. Проходя во главе неисчислимого войска через Лигурию, пределы Эмилии и города Адриатического побережья, я прибыл в Пенненскую и Абруццскую землю и там, спросив о положении церквей и народа, осведомившись, исправил то, что следовало исправить. Между тем, молва о славном мученике Винцентии, о благочестии и многочисленности его братии, широко распространилась и вызывала восхищение по всей Европе, ибо этот дорогой Богу мученик претерпел двойной категории муки, вследствие чего на земле по праву почитается его тело, а душа его должна быть увенчана славой Божьей. По этой причине Аутперт, аббат его монастыря, наставник моего отца Карла в свободных науках, отправил к нам четырёх монахов, отличавшихся похвальной жизнью и нравами, которые были спрошены нами о славе монастыря и ради величия славы и дела ответили немногое, но совершенную правду и, представив нашим взорам грамоты лангобардских королей, а именно, Айстульфа и Дезидерия, а также грамоту благочестивой памяти нашего родителя, господина Карла, благочестивейшего августа, в которых содержались [пожалования] их предшественников, а именно, королей и герцогов Гизульфа, герцога лангобардского народа, и Лиутпранда, герцога Сполетского герцогства, внушали и просили нас утвердить эти грамоты подтверждением нашей грамоты; превознося, однако, Дезидерия, короля лангобардского народа, больше прочих королей лангобардов, они говорили, что он пожаловал им в пределах Валерии удивительный дар, а именно, монастырь в честь блаженного апостола Петра, что был открыт ему в Беневенте во сне, расположенный в Тританской долине, вместе с дарами и имениями, как то содержится в его грамоте. Услышав всё вышесказанное, мы спросили их, чего хотят от меня мужи из такой общины столь славного мученика, и они сказали, что аббат и все братья желают плодородных земель вдоль побережья Адриатического моря, которые могли бы постоянно из года в год давать монастырю названного мученика что-либо от семян и вод, по мере возможности и справедливости. Радуясь святости места, дару веры, просьбе аббата и желанию всех слышавших это добрых людей, мы дали им все крепости, деревни и земли, плодородные и бесплодные, в Пенненском графстве в таких пределах: [граница идёт] от начала Мао к Гомано и по Гомано спускается к подножию Атри; точно так же от начала Мао она идёт вдоль подножия горы Корний и другим прилегающим к ней местам до истоков реки Фине, и равным образом по течению Фине до Атри; и в Абруццском графстве – всё, что находится, начиная от реки Мартилиано, которая течёт к Трутину, и от холма под названием Цистерна, чуть выше, в то время как граница тянется через Музиано и Туциано к речке, впадающей в Трутин; и посредством инвеституры церкви Пресвятой Приснодевы Марии, расположенной в Ароле, мы навсегда передали это в руки монахов в силу потребности и службы названного монастыря. Кроме того, мы составили предписание и наказание, чтобы если кто-то захочет что-то отнять или умышленно причинить ущерб, то он должен будет по нашему законному повелению уплатить сто фунтов превосходного золота: половину – Вольтурнской церкви и половину – в нашу казну. В подтверждение этого изображение нашего лица пусть всегда содержится на этой грамоте. Дано 10 июня, по милости Христовой в 4-й год правления господина Пипина, благочестивейшего августа, 10-го индикта. Благополучно выполнено во имя Божье в Абруццском графстве. Печать Пипина, светлейшего императора.

Также Арихиз, правитель лангобардов, по просьбе Радохина, монаха названной обители, передал этому достопочтенному аббату Аутперту утвердительную грамоту на Вико, что зовётся у святого Таммара, в Капуанском округе; вот текст этой грамоты:

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Мы, господин славнейший муж Арихиз, великий герцог лангобардского народа, в монастыре блаженного и святого Винцентия, ради вас, достопочтенного аббата Аутперта, и ввиду того, что Радохин, монах этой святой обители, внушил нашей милости, чтобы мы утвердили за этим святым и достопочтенным местом те поместья, которые Арихиз, сын Радихиза, некогда передал сюда посредством своих грамот ради спасения своей души и которые, кажется, находятся в числе земель в Капуанских пределах, наконец, по той причине, что наша власть помнит о милосердии всемогущего Бога и спасении нашей души и послушна просьбе этого Радохина, мы посредством этой нашей утвердительной грамоты утвердили во владении как уже названного монастыря блаженного Винцентия, так и служащих в нём эти поместья, то есть поместье Банциола вместе с его родными братьями и племянниками, их жёнами, невестками, сыновьями и дочерьми; также поместье Ронциола, точно так же с его родными братьями и племянниками, их жёнами, невестками, сыновьями и дочерьми; также поместья Мерула и Юста, двоюродных братьев Ронциола, вместе с их жёнами, сыновьями и дочерьми; и всех вышеназванных, которые проживают в Вико, что зовётся у святого Таммара, со всеми их владениями, то есть с домами внутри [этого Вико], виноградниками, территориями, полями, лесами, болотами, всем и во всех отношениях движимым и недвижимым имуществом, в той мере, в какой названные мужи служили под рукой Арихиза, а именно, с тем условием, чтобы отныне и впредь, согласно этой нашей надёжнейшей грамоте, согласно тексту хартии, которую некогда издал Арихиз, все эти имущества подчинялись названному монастырю; чтобы они не имели от наших судей, то есть графов, гастальдов и любых ревизоров, каких-либо поборов и тягот, но чтобы аббаты этого монастыря на вечные времена могли спокойно и безопасно владеть названными поместьями со всем, что им принадлежит. Эту утвердительную грамоту я, нотарий Бененат, написал по приказу нашего вышеназванного господина Арихиза, в 21-й год его правления. Благополучно дано в Беневенте, во дворце, в мае месяце, первого индикта.

В это время некие люди из Карапелле 348, хитрым образом освободившись от уплаты податей и повинностей, которые они обычно всегда выполняли в пользу святого монастыря, оказали гордое сопротивление. Поэтому, по приказу блистательного герцога Гильдебранда 349, епископом Муноальдом и другими достойными мужами было вынесено судебное решение, и их дерзость была обуздана и укрощена, согласно тому, что содержится в приведённой здесь записи:

Запись о лесе в Карапелле.

Во имя Христа, всемогущего Бога. Я, Дагари, был по приказу господина Гильдебранда, славного и великого герцога Сполетского герцогства, направлен в Триту, в пределах Бальвы, по поводу захвата, который отдельные люди из Карапелле совершили в лесу, что зовётся Роборе, и в крепости выше святого Лаврентия, где, кажется, возвышается церковь святого Киприана; (этот лес, как известно, принадлежит церкви святого Петра в вышеназванной Трите, которая принадлежит монастырю святого Винцентия); и равным образом по поводу терратика 350 и других захватов, которые совершили другие люди, а именно, Трибун, он же Цитул, а также Павел и Альпари со своими родными братьями; и опять таки по поводу солёного озера, то есть по поводу терратика, от которого отказались Теудемари и Синдерад, и леса, который они захватили на холме Бониол и в районе святого Панкрата; также по поводу начальников, то есть вилланов, которые имели обыкновение осуществлять со своими топорами начальство в вышеуказанном дворе, то есть Лупари, Пальдула, Амвросиола и их брата, которые освободились от этого начальства; и вместе с тем по поводу горы над Виллой Магной у перевала, откуда отдельные люди из Вилла Магны имели обыкновение давать терратик, но отказались давать его вышеназванному двору; и по поводу отдельных мельниц, которые имели некоторые из этих людей и с которых обычно платили подати этому двору, а ныне отказались платить. Поэтому мы, вышеназванный Дагари, придя по приказу моего господина вместе с вами, епископом Синуальдом, гастальдом Анскаузом и Синтарином для расследования по всем вышеуказанным пунктам и вынесения судебного решения, обстоятельно разобрались в каждом из этих дел и вынесли решение: во-первых, по поводу жителей Карапелле в отношении вышеназванного места, что они захватили, сюда пришли епископ Синуальд и гастальд Анскауз и выяснили, что те захватили в атрии святого Киприана, в крепости выше святого Лаврентия, по дороге из Карапелле, затем по рубежу выше святого Лаврентия и, наконец, в усадьбе у самих жителей Карапелле; когда те предстали перед нашей особой, то, хотя епископ всё выяснил по поводу этого захвата, они заявили: «Мы ничего не захватывали, кроме того, что является нашей собственностью». По этой причине к нам пришли лесники – Родулу, Альбу и Эрисп, которые издавна были бродягами, и сказали, что вышеназванные места, которые мы обошли вместе с епископом, всегда относились к лесу; и, поскольку, со своей стороны, жители Карапелле не могли доказать, что эти земли были их собственностью, мы постановили, чтобы эти лесники клятвенно подтвердили сказанное; так и было сделано, и они засвидетельствовали это перед нами. После этого мы велели этим жителям Карапелле уплатить приору Гайдоальду в качестве возмещения за эти захваты штраф и освободить эту землю в пользу монастыря, и они представили поручителей в лице епископа Синуальда; а по поводу других вышеназванных пунктов всё было сделано нами таким образом: эти люди показали правду как о терратике, так и о податях с мельниц, и по поводу самих вилланов. И мы, вышеназванные судьи, узнав, что всё это – правда, присудили, чтобы они и впредь совершали без какой-либо надбавки ту терратику, подати и начальство, которые издавна совершали в пользу Тританского двора; и мы велели вышеназванным людям уплатить приору Гайдоальду штраф из этой терратики и податей. Поэтому, ради устранения всяких судебных споров я, нотарий Тотиманн, по приказу и под диктовку вышеназванного должностного лица благополучно записал это судебное решение в марте месяце, второго индикта.

В эти же дни Трибун, некий муж из Карапелле, пожертвовал себя монастырю блаженного Винцентия вместе с четырьмя своими сыновьями посредством такого рода поручительной грамоты:

Во имя Господа. В правление господина Карла, выдающегося мужа, короля франков и лангобардов, и в то же время в правление господина Гильдебранда, славного герцога, в присутствии гастальда Аудо, в июле месяце, 5-го индикта. Я, Трибун из Карапелле, решился вместе с моими сыновьями, также согласными со мной, а именно, с Пертулом и Юстином, Маруцолом и Бибулом, в качестве платы и средства спасения наших душ отдать наши персоны в услужение и под защиту монастырю святого Винцентия, чтобы во все дни нашей жизни и мы, и наши наследники обязаны были повиноваться этому святому и достопочтенному месту и должны быть послушны во всём, что захочет справедливо приказать аббат, приор или страж этого достопочтенного места, и должны оставаться под их защитой, сохраняя нашу свободу; мы торжественно обещаем это и обязуемся посредством записанного выше, что если мы или наши наследники захотим выйти из-под воли или послушания у этого монастыря, то мы предоставляем разрешение стражам этого монастыря схватить нас и взять в залог, пока мы не обязуемся исполнять их волю, как мы сказали выше, по поводу всего, что они захотят нам справедливо приказать. Дано в Трите, во дворе святого Петра, келье святого Винцентия, в вышеуказанном месяце и индикте. Я, нотарий Атто, по просьбе Трибуна и его сыновей, написал эту поручительную грамоту в их присутствии.

А теперь мы укажем пределы названного Карапелле, как они содержатся в грамотах и арендах, принадлежавших монастырю блаженнейшего мученика Винцентия. Отсюда, прежде всего, то, что указывает названное судебное решение: весь тот лес у Роборе и в крепости выше святого Лаврентия, где построена церковь святого Киприана, лес на холме Бониоле и в районе святого Панкрата, и гора над Виллой Магной; затем [земли] в Калазии, ниже Финиле вплоть до вершины горы, до дороги, до Беррагине, до Петрарусии, до Мацерелонге, до долины у Каприле, до Петре де Лемеленари и до Петре Вультуире; затем [земли] в Пресуто и на поле Монациско вплоть до вершины горы, до древней дороги и до ущелья Деолаци; эти [земли] составляют 600 модиев; затем [земли] в Церрете, в Волумбре, в Фракте, на рубеже Феликуле, в Супери и в Лимити вплоть до ущелья Урсулы, до перевала у Помецеллы, до дороги, которая ведёт в долину Пагана, до распутья трёх дорог у Карпенето, до густого леса у Буты близ самого Пера, и по древней дороге до самого солёного озера, до перевала у Турбиде, до Ронциллоне и оттуда – к прежнему рубежу; затем [земли] в Буте до самого озера, до холма, до дороги Плайя и дороги, которая ведёт к Петра Цербиария; затем [земли] в Казелонге до Петра Цербиария; затем – вновь в Калазии до долины у Каприле, до Мацерелонге, до Петры Рубеи, до дороги и до вершины горы; затем – вновь в Пресуто и на поле Монациско до брода у Толокке, до древней дороги, до вершины горы; затем – [земли] в Луккле вплоть до Ноце, до Парети, до перевала у самих земель в Карапелле, ниже и выше, [в целом] в размере 1000 модиев; затем вплоть до Турбиде, до Бестубблу, до Карру Рукту, до Спелуке и до Бусси.

Чудо святых, по причине которого была построена церковь святой Бальбины в Абеге.

То, что мы узнали в качестве правдивого рассказа от заслуживающих доверия отцов, мы весьма кстати решили вставить здесь в краткой речи, и пусть эти сведения, ставшие благодаря слухам широко известными в народе и дошедшие некогда также до нас, прозвучат в виде сотни похвал в устах народа.

В Рим ради молитвы отправились некие отцы, стремлением которых было в непрерывных молитвах постоянно искать Бога и посетить святые пороги светочей мира, чтобы доставить себе и товарищам дары Божьи. Итак, исполнив долг своей набожности, они получили от некоторых людей предоставленные им свыше мощи святых мучеников; завернув их в драгоценные покровы, они положили их в свою пастырскую суму и, повернув обратно, начали возвращаться сюда, старательно оказывая им подобающий долг святой службы на протяжении всего долгого пути. Когда они добрались до мест своего владения, а именно, возле реки Калид, где, кажется, проходит рубеж между Бальвенским и Фурконским графствами, то, утомившись, расположились под сенью одного дерева и наслаждались приятным отдыхом после тягот долгого пути. Тогда же, повесив мощи святых на ветку этого дерева, они утешались воздержанной пищей и небольшим количеством сна. Между тем, поднявшись, они хотели продолжить начатый путь и, желая найти и взять названные мощи мучеников, вдруг увидели, что те поднялись на самую вершину этого дерева. Пытаясь дотянуться до его вершины и не в силах это сделать, они крайне изумились этому небесному деянию. Можно было видеть сильное замешательство и удивление, что привело посмотреть на это замечательное чудо тысячи людей. Очень многие пытались дотянуться, чтобы схватить [мощи], но добраться до них было нелегко. После усилий долгой молитвы рабы Божьи сочли необходимым построить там для мучеников Христовых храм, и многие мужи, которые там были, услышав это, завершили его за короткое время, и с их одобрения храм был освящён местными епископами; когда там были помещены названные драгоценные мощи святых, пожертвованы многие дары и расширены владения, эта церковь в честь святой девы Бальбины был передана под покровительство нашего монастыря. Затем, когда мы, однажды, пришли туда ради проверки имуществ монастыря, мы в радостной беседе услышали от местных жителей, что и в эти времена они видели там много чудесных знамений, и мы видим, что в этой церкви часто собирается очень много людей, особенно, в день её освящения, который до сих пор отмечается 1 июня. Есть в этом месте также жилище благочестивых монахов, из которых в наши времена блистал один славный [муж] по имени Альдо. Но, дабы не сочли всё это невероятным, скажем, что подобное или даже ещё большее можно найти в книге мученичества блаженного Евстратия, где говорится, что, когда не могли найти голову святого Ореста, то по крику вороны её внезапно обнаружили в переплетении ветвей дерева.

В этих краях произошло и ещё одно прекрасное и замечательное чудо, подобное этому. В тех долинах, над замком, что зовётся Горгиан, расположена высокая и выдающаяся гора, на вершине которой издавна стоит часовня в честь драгоценного мученика Винцентия. У рабов Божьих, живущих в названном месте, в обычае было каждый год, в установленные дни, с великой набожностью посещать обитель нашей святой общины. Ибо это место находилось в частной собственности нашего монастыря. Итак, когда они в очередной раз пришли сюда и, выполнив долг своей набожности, возвращались обратно, – а было весеннее время, – вдруг поднялся такой сильный ветер и с неба пошёл такой дождь и снег, что они, оказавшись среди крутых горных троп, не могли ни шагу ступить дальше. Я со скорбью сообщаю то, что слышал: посреди этой снежной бури и урагана они все разом задохнулись и испустили дух. Когда об этом услышали здесь, то все ужаснулись, и долгое время никто не смел там ходить; редко находился кто-нибудь, кто хотел там жить. И когда, однажды, случайно, как я полагаю, разожжённый огонь наполнил это место, в этой церкви находился крест, который был посвящён мощам святых и почитался всеми по обету. На виду у всех, кто мог там находиться, он далеко отошёл от церкви, хотя никто его не нёс, и обхватил огромное буковое дерево. О удивительная и ошеломляющая сила! Это дерево, расколовшись, тут же приняло в свои недра половину названного креста, и только малая часть его конца осталась снаружи в качестве доказательства виденного. Когда мы как-то пришли туда, то увидели то, о чём слышали, и, увидев, поверили тому, чему едва ли поверили бы, если бы не видели сами. Тогда же мы узнали, что некоторые рабы Божьи живут в этой часовне в качестве отшельников, почитая заслуги мученика Винцентия, в честь имени которого местные жители до сих пор называют это дерево.

Итак, достопочтенный аббат Аутперт, проведя в святом правлении один год, два месяца и 25 дней 351, получив награду за праведные труды, счастливо отошёл к Христу в 778 году от воплощения Господнего, второго индикта, и был удостоен достойного погребения в церкви святого Петра.

О Павле Дьяконе.

В этом месте хотелось бы сказать несколько слов о Павле Дьяконе, ибо он достойным пером написал кое-что о наших отцах, и был хорошо знаком с достопочтенным отцом Аутпертом.

Он был нотарием короля Дезидерия и вёл своё происхождение из рода лангобардов; отцом его был Гварнефрид, а матерью – Теоделинда. С детства наставленный в свободных науках, он занимал при дворе короля Дезидерия влиятельное место и был архидьяконом Аквилейской патриархии. После захвата в плен короля Дезидерия он сделался также весьма близок [королю] Карлу. Но впоследствии, когда некоторые люди из зависти обвинили его в том, будто он из верности к Дезидерию хотел его убить, король спросил его [по этому поводу], и он ответил, что да, верно, он всегда был весьма предан своему господину и будет упорствовать в этой верности, пока жив. И король в гневе велел отрубить ему руки. Но, тут же придя в себя, он ввиду величия его мудрости, вздохнув, сказал: «Если мы отрубим ему руки, то где найдём писца со столь изящным почерком?». Когда он спросил у вельмож, что они думают по этому поводу, те сказали: «О король, ты по праву сострадаешь столь видному мужу; но, чтобы он никогда и никому не смог отправить против вас никаких писем, прикажите вырвать ему глаза». «А [где], – сказал король, – и когда мы сможем найти столь замечательного историка и поэта?». Тогда те, видя милость [к нему] короля, убедили его сослать [Павла] на остров Диомеда, который ныне называется по трём горам Тремити 352; так и было сделано. А спустя малое время один маленький человек, увезя его оттуда, привёл [Павла] в Беневент, где Арихиз, почтительно его встретив, удержал при себе. Он велел [ему] украсить стихами построенные им дворцы: один – в Беневенте, другой – в Салерно. Затем, добившись разрешение жить в Монтекассино, он стал монахом. Названный Карл постарался отправить ему из Рима такого рода письмо, составленное в стихах:

«О моя грамота, спешно уйдя отсюда, ты лёгким полётом,
А также стремительным бегом, через леса, холмы и долины
Отправляйся в благодетельный дом дорогого Богу Бенедикта.
Ибо здесь – надёжный покой пришедшим сюда утомлённым [скитальцам],
Здесь для странников овощи, рыба и хлеб, всего в изобилье,
Драгоценный мир, смиренный образ мыслей, прекрасное согласие среди братьев.
Хвала, любовь ко Христу и Его почитание во все часы.
Скажи отцу и всем товарищам: «Здравствуйте, будьте здоровы!».
С радостью обними шею моего милого Павла,
Говоря многократно: «Здравствуй, наилучший отец, здравствуй!» 353.

Хайрирад, аббат святого Винцентия, правил 3 года, 10 месяцев. Он умер 2 ноября 780 года от воплощения Господнего, 3-го индикта.

Пото, аббат святого Винцентия, правил 2 года, 5 месяцев, 16 дней. Он умер 22 апреля 783 года от воплощения Господнего, 6-го индикта.

Павел, аббат святого Винцентия. Он построил в этом монастыре церковь Пресвятой Марии возле реки, которая получила название Малой. И поскольку в это время людьми из Тританской виллы, расположенной в пределах Бальвы, которую монастырю святого Винцентия подарил король Дезидерий, был начат спор по поводу выгод монахов, господин аббат Павел представил милостивейшему императору Карлу донесение об этом деле, и император, согласившись с его просьбами, направил туда своих посланников Рисма и Агильберта, которые должны были согласно справедливости и закону выяснить правду об этом деле. Пусть то, что было там обнаружено, зачитано на глазах у императора, записано их руками и оставлено на память потомкам, будет приведено здесь среди прочего также и нами.

Описание Рисма и Агильберта.

О Пельтине.

Во имя Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. В правление государей наших Карла и его сына Пипина, благочестивейших королей франков и лангобардов и римских патрициев, по милости Божьей в 14-й год правления в Италии первого и в 7-й год второго, а также во времена господина Гильдебранда, славного и великого герцога, в 14-й год его правления во имя Божье. Мы, Агильберт и Ресмо и гастальд Хильпидий, будучи отправлены по приказу господина короля в Бальву по поводу спора, который возник между монахами из монастыря святого Винцентия во главе с Павлом, их аббатом, с одной стороны, и жителями Бальвы, с другой стороны, по поводу тех имуществ, которые были отобраны и конфискованы Тасо, тщательно и основательно расследовали это дело и заставили поклясться в том, что они скажут нам всю правду о том, что знают по этому поводу, первых людей Бальвы, то есть прежде всего: гастальда Анскауза, Синтари, скульдаиса Скаптульфа, скульдаиса Лупо, Радихиза, скульдаиса Фому, скульдаиса Иоанна, скарионов Адо и Узуальда, Аудоальда, Феликса, Алло, Баронцелла, Бароза, Пробата, Теудари, скариона Теодоальда, Грациана, Алиперта, Ансперта и Фронтола. И мы, вышеназванные, велели сделать запись по поводу тех имуществ, о которых было сказано выше. И о деле, по поводу которого возник спор и которое мы не смогли разрешить, мы приказали сделать два кратких перечня: один пусть держат сами монахи, а другой – гастальд Анскауз, чтобы в таком порядке эти дела были решены теми, кто давал клятву. И чтобы затем они сделали краткую запись о том, что смогут собрать, в присутствии указанных выше судей. И если между монахами и народом случайно возникнет спор по поводу земель, которые записаны в этом кратком перечне, и будут говорить, что эти люди, мол, не владеют стольким количеством земли, сколько записано за ними в этом кратком перечне, то пусть придут те вышеуказанные мужи, которые давали присягу, и решат этот спор по поводу названных мест посредством своего свидетельства, согласно той присяге, которую они давали, чтобы они сами решили между собой, какое количество земли оттуда они держат, и не искали большего, если только не будет обнаружено указанное ими количество, а именно:

Во-первых, из акта о Пельтине: Узоальд, 120 модиев. Хидельперт, скульдаис, 100 модиев. Грациан, 30 модиев. Аутари, скульдаис, 50 модиев. Талони, купец, 20 модиев. Барбар, 15 модиев. Петрол, 108 модиев. Адемари, 70 модиев. Баронкул, 30 модиев. Сикулатор, 30 модиев. Айо, общественный скарион, 100 модиев. Патерно и Сабурро, 150 модиев. Аудемунд, 15 модиев. Каузари со своими братьями, 300 модиев. Стаккул, 12 модиев. Мерул, 10 модиев. Летеол, 20 модиев. Бенедикт, пресвитер, 30 модиев. Алари, 30 модиев. Гундоальд, пресвитер, 12 модиев. Айдол, 15 модиев. Сабатин, 20 модиев. Римекауз, 15 модиев. У сыновей Пинцола 30 модиев. Рамул, 20 модиев. Виталий, 30 модиев. Артагио, 6 модиев. Гуодерад, 40 модиев. Его братья, 140 модиев. Палумб, 20 модиев. Арипальд, 110 модиев. Теодоальд, державший 20 модиев. Аликауз, 10 модиев. Гризо, пресвитер, 10 модиев. Пальдо, 40 модиев. Проб, 10 модиев. Гуодериз, 20 модиев. Скаптульф, 30 модиев. Стефан, 30 модиев. Радихиз, 6 модиев. Фулькул, 10 модиев. Палумб, 30 модиев. Вилекауз, 10 модиев. Радоари, сборщик налогов, 30 модиев. Анскауз, 9 модиев. Лукан, 12 модиев. Кальвул, 9 модиев. Теодоальд, 150 модиев. Аримунд, 12 модиев. Аноальд, 40 модиев. Аерфул, 40 модиев. Роделинда, 15 модиев. Айроальд, 10 модиев. Юстул, 110 модиев. Декул, 120 модиев. Виулари, 20 модиев. Алирад, 25 модиев. Алихиз, 30 модиев. Баро, 30 модиев. Формоз со своими братьями, 40 модиев. Аллоказиндий, 12 модиев. Наталис, клирик, 15 модиев. Сандари, 15 модиев. Айделап, 15 модиев. Дагари, 10 модиев. Радоари, 10 модиев. Майо, пресвитер, 20 модиев. Кальв, резчик, 100 модиев. Петрул, 8 модиев. Вилецикуз, 10 модиев. Лиудоальд, 20 модиев. Римифрид, 7 модиев. Аутари, 5 модиев. Анастасий, 93 модиев. Аудемунд, 3 модия. Аноальд, 5 модиев. Прозерий, 7 модиев. Венерий, 3 модия. Падо, 6 модиев. Бриликарий, 10 модиев. Теодоальд, 20 модиев. Маврика, 20 модиев. Алериз, 20 модиев.

В Церулах 320 модиев. Ало …, 200 модиев. Теудериз, 100 модиев. То, что было передано клириком Палумбом вместе с его сотоварищами: Теодоальд, 120 модиев. Гуодериз, 120 модиев. Стаккул, 20 модиев. Дагари, 20 модиев. Анастасий, 20 модиев. Сандари, 111 модиев. Пертари, скарион, 30 модиев. Радоальд, 20 модиев. Гризио, пресвитер, 20 модиев. Аудол, 12 модиев. Гуодеперт, 40 модиев. Стефан, 20 модиев. Теудеруна, 30 модиев. Тиндони, 36 модиев. Родул, 15 модиев. Алифрид, 6 модиев. Гульфари, 6 модиев. Сенуальд, 5 модиев. Петронакс, 10 модиев. Пурольф, 10 модиев. Дакул, 15 модиев. Вуартула, 15 модиев. Суммул, 9 модиев. Теуделап, 12 модиев. Сабурро, 6 модиев. Радехиз, 15 модиев. Павел, 12 модиев. Айрольф, 15 модиев. Теудерам, 10 модиев. Иоаннаций, 15 модиев. Донациан, 15 модиев. Гундерам, 15 модиев. Арноальд, 30 модиев. Констанций, 10 модиев. Синдар, 3 модия. Меркул, 10 модиев. Редемптул, 40 модиев. Вуалерин, 20 модиев. Земля, которой владеют Опетани, 40 модиев. Земля, которой владеют Пресвитерани в Кампо, 300 модиев, и лес, и, сверх того, их усадьба, которой владеют те же Пресвитерани. Марацинола, 110 модиев. Таларик, 20 модиев. У сыновей Арелауза 20 модиев. Сабурро, пресвитер, 20 модиев. Аноальд, 15 модиев. Бринцио, 20 модиев. Теуделаиз, 20 модиев. Аутари, 9 модиев. Фулькул, 10 модиев. Редонат, пресвитер, со своими сотоварищами, 40 модиев. Радоари, сборщик налогов, 30 модиев. Анскауз, скульдаис, 12 модиев. Эбремунд, 70 модиев. Адериз, 12 модиев. Домнизо, 8 модиев. Пётр, скульдаис, 30 модиев в Пельтине и 150 модиев в Йовеме.

Также из другого краткого списка о Пельтине, который дал нам господин Гильдебранд: Радоари, скульдаис, 300 модиев. Баронкул, 30 модиев. Юстул, 108 модиев. Арипальд, 110 модиев. Пальдо, 15 модиев. Антоний, 120 модиев. Майо, пресвитер, 15 модиев. Луцелл, 15 модиев. Скаптул, 30 модиев. Стефан, 30 модиев.

Также в Лапиде Виво 200 модиев. Гуодерам, 20 модиев. Адол, 20 модиев. Северий, 30 модиев. Гизульф, 30 модиев. Алливиан, 40 модиев. Алари, 140 модиев. Флор, 20 модиев. Аримунд, 20 модиев. Мерул, 6 модиев. Новул, 15 модиев. Аркаюл, 20 модиев. Мангул, 20 модиев. Теодоальд, 10 модиев. Суппул, 10 модиев. Эрфул, 10 модиев. В Фуске 20 модиев. Аггерул, 10 модиев. Иоанн, 20 модиев. Майол, 10 модиев. Майорин, 10 модиев. Урселл, 10 модиев. Фускари, 10 модиев. Бонул, 10 модиев. Прогул, 10 модиев. Ансол, 20 модиев. Сеноальд, 3 модия. Мангул, 10 модиев. Сыновья Мерула, 10 модиев. Айо, маршал, 9 модиев. Вало, 8 модиев. Марциол, 80 модиев. Тиан, 20 модиев. Теодоальд, 15 модиев. Скалькул, 15 модиев. Анастасий, 9 модиев. Сабурро, 6 модиев. Аднинаризи, 30 модиев. Айрольф, 30 модиев.

Также в Абегии. Усадьба Пинциола. Лес в Казулах, которым владеет Лупари. Земля в Кампане и Баррициане, которой владеет тот же Лупари. Виноградник в Претурии и в Погиане, которым владеет тот же Лупари. Лес в Руффи, которым владеет Вальдеперт. Земля в Валле Купе, которой владеет тот же Вальдеперт. Лес, которым владеет Арноальд со своими братьями. Лес, которым владеет Фазо со своими братьями. Лес, которым владеет Теудол со своими братьями. Лес, которым владеет Виригалио со своими братьями. Лес, которым владеет Пальдо со своими братьями. Лес, которым владеет Стефан. Лес, которым владеет Скаптул. Лес, которым владеет Фазо со своими братьями. Земля, которой владеют Скаптул и Пётр. Лес, которым владеет Эрфул. Земля, которой владел Грациан. Лес, которым владеет Радоари в Суммо Вико вместе с Эбремундом. Усадьба Лупола, четыре дома Радихиза. Лес, которым владеет Тотеманн со своими братьями. Общественная ореховая роща, которой владел Вальдул. Земля, которой владел скульдаис Аутари. Земля, которой владел Стефан. Земля, которой владел Мангул. Усадьба Флора. Усадьба Бароза. Усадьба Альбина. Лес, которым владеет Баронций.

Также из акта об усадьбах в городе Маттуле. Две усадьбы. Усадьба Северула. Теодоальд, три усадьбы. Усадьба Индола. Усадьба Романа. Лес у сыновей Дардана. Лес Граузоальда. Франкол и Бароз, лес Фрактула. Теодоальд Ценцин, холм святого Ангела. Патрициол, холм у Акцелия. Имение Лиоды, которое было дано Патрициолу, и земля, 30 модиев. Эрфенари владеет у святого Ангела 200 модиями. Теудериз, 10 модиев. Теодоальд, 40 модиев. Адельхиз, 40 модиев. Пробат, 120 модиев. Родекауз, 10 модиев. Вальдеперт, 1 усадьба. Бобул, 1 усадьба. Скарион Анскауз владеет в поле Лице 20 модиями земли.

Также в Перелле. Айрол, 70 модиев. Синдульф, 12 модиев. Римульф, 12 модиев. Асцизи, 40 модиев. Теодоальд, 15 модиев. Вальтари, 8 модиев. Кунцио, 110 модиев. Эрфемари, 15 модиев. Грациоз, 13 модиев. Аутари, 20 модиев. Алари, 30 модиев. Урс, 120 модиев. Флор, 8 модиев. Аудериз, 13 модиев. Теудикул, 20 модиев. Гуодол, 9 модиев. Флориан, 10 модиев. Флура, 20 модиев. Барунцио, 15 модиев. Массул, 15 модиев. Аникауз, 30 модиев. Франкул, 12 модиев. Мерул, 8 модиев. Нигелл, 105 модиев. Фулькул, 6 модиев. Теудол, 15 модиев. У сына Аудо 30 модиев. Римульф, 110 модиев.

Краткая запись о Молине из актов Эбремунда. Лес Лупари. Усадьба Агилинды. Усадьба Пикко. Усадьба Бринциола. Усадьба Ало.

Также о том, что в самом городе. Кампул со своими братьями переданы скульдаису Петру. Каузул со своими братьями переданы Теодоальду и Дамоальду. Земля и виноградник, которые переданы Теудеперту, сыну Сполитина. Земля, которая передана магистру Апраниану.

Также о лесе. Сыновья Дардана владеют в лесу средним холмом. Граузо владеет там другими частями. Теодоальд Центен, 2 холма. Патрициол владеет имением Лиоды. С санкции Эрфемара передано 30 модиев. Кунцио, 7 небольших имений. Усадьба Вальдеперта. Усадьба Ало. Усадьба Аудольфа. Усадьба Аудемара. Усадьба Импортуна. Усадьба Баронцио. Усадьба Аймо. Усадьба Кальвенциола. Усадьба Альдо. Усадьба Аудольфа. Усадьба Теудерака. Усадьба Упилио. Усадьба Аудакула. Усадьба Дезидериола. Усадьба Наталиса. Усадьба Саббатина. Усадьба Пинцио. Усадьба Юлиола. Усадьба Радо. Усадьба Петронакула. Усадьба Урсола и его братьев. Усадьба Гумара, которой владела Бринка. Две усадьбы Теуто. Усадьба Кандида, которой владела Муникунда. Теудериз, 10 модиев и в Фунделло 200 модиев. Земля, которой владели Кальвенциол и Гуодол, сыновья Франкула, в том же месте. Земля, которой владеет Пётр вместе со своими братьями. Земля, которой владеет в Фунделло вышеуказанный Граузоальд со своими братьями. И участок в Тританском лесу, со стороны у Каприни, который был собственностью Пробата. Аудоальд, 12 модиев. Усадьба Павла.

Краткая запись, которая в нашем присутствии была передана вышеуказанными посланниками этим монахам. Во-первых, Ансоальд, сын Скаптульфа, 20 модиев земли. В Риа Аркайо 208 модиев. Икто и Фермозиан, сыновья Петрола, 20 модиев земли в Валле Купе. Феликс и Лев передали обратно землю, 3 модия. Сын Лукана, 7 модиев земли. Иоанн из Климиньяно, 50 модиев земли в Лаце Педиле. Айроальд из Тарулло, 20 модиев земли в Каподакве. Луп, клирик, передал обратно землю, помимо коня. Астул, 15 модиев земли. Луп, скульдаис, возвратил себе 6 модиев земли. Северул, 12 модиев земли. Айдоальд, земля и виноградник в Розекунде. Земля в Перелле, которая была у Гульфари, передал Энцио.

Я, епископ Синуальд, участвовал в составлении этого краткого перечня и подписал его. Я, гастальд Анскауз, участвовал в составлении этого краткого перечня и собственноручно подписал его. Я, скульдаис Скаптульф, участвовал в составлении этого краткого перечня и собственноручно подписал его. Я, скульдаис Луп, участвовал в составлении этого краткого перечня и собственноручно подписал его. Я, Радихиз, участвовал в составлении этого краткого перечня и собственноручно подписал его. Я, Гайдоальд, участвовал в составлении этого краткого перечня и собственноручно подписал его. Я, Феликс, участвовал в составлении этого краткого перечня и по причине безграмотности поставил крестик. Я, Адоин, участвовал в составлении этого краткого перечня и собственноручно подписал его. Я, Бароз, участвовал в составлении этого краткого перечня и по причине безграмотности поставил крестик. Я, Узоальд, участвовал в составлении этого краткого перечня и по причине безграмотности собственноручно поставил крестик. Я, Фронто, по причине безграмотности поставил крестик. Я, Теодари, участвовал в составлении этого краткого перечня и поставил крестик. Я, Алло, участвовал в составлении этого краткого перечня и поставил крестик. Я, Эрезмо, нотарий, участвовал в составлении этого краткого перечня и собственноручно подписал его. Я, Агильперт, посланник господина короля. Я, гастальд Хильпидий, участвовал в составлении этого краткого перечня и собственноручно подписал его. Затем я, нотарий Тагиперт, написал этот краткий перечень в мае месяце, десятого индикта, в Пельтине, во дворе скульдаиса Скаптула.

Затем милостивейший император, ознакомившись с этим утверждением, передал достопочтенному аббату Павлу такого рода утвердительную грамоту своей власти по поводу этих прекариев.

По поводу эдикта.

Карл, король франков и лангобардов и римский патриций, достопочтенному мужу, аббату Павлу, и монахам монастыря святого Винцентия, расположенному в Беневентском округе, в пределах Самния. Поскольку ты вручил нам грамоту короля Дезидерия о том, что он подарил Тританскую виллу, расположенную в пределах Бальвы, этому святому монастырю ради пользы монахов, то и мы дали наше подтверждение по поводу этой грамоты; но, в то время как впоследствии, как известно, между вами и теми людьми, которые заявляли, что они, согласно грамотам герцогов, являются свободными, возникли некоторые разногласия, мы, отправив туда по этому поводу наших посланников – Рисма и Агильберта, досконально расследовали через них это дело и узнали о нём всю правду; поэтому ради преумножения нашей награды мы нашей жалованной грамотой приказываем названным людям из упомянутой Тританской виллы, чтобы, как с давних времён их предки были обязаны служить этому дому святого мученика Винцентия, так и они, отбросив всякие мысли о свободе, впредь вечно и во всякое время оказывали ему законную службу и повиновение.

Этот император и король Карл пожаловал названным монахам монастыря святого левита и мученика Винцентия также полное разрешение императорского величества рукополагать аббата без всякой тяготы с чьей-либо стороны и устраивать, судить и распоряжаться всеми подчинёнными им кельями, выдав такого рода грамоту.

Грамота господина императора Карла.

Карл, милостью Божьей король франков и лангобардов и римский патриций, всем епископам, аббатам, герцогам, графам, судьям, гастальдам, сборщикам налогов, викариям, сотникам и прочим нашим верным, нынешним и будущим. Мы полагаем, что существенно увеличим этим прочность нашего государства, если с охотой прислушаемся к просьбам священников и рабов Божьих, которые были доведены до наших ушей, и приведём их в исполнение, и совершим королевское обыкновение, и будем верить, что это послужит нам к умножению награды и укреплению во имя Божье нашего государства. Поэтому пусть ваше хитроумие знает, что мы по просьбе благочестивого мужа Павла, аббата из монастыря святого мученика Винцентия, который построен в месте под названием Самний, над рекой Вольтурно, как видно, сделали в отношении этого монастыря такое благодеяние, что они должны справедливо и разумно иметь полную власть в подчинённых им по закону монастырях, названия коих следующие: монастырь святого апостола Петра, который основан возле стен нашего города Беневента; монастырь Пресвятой Марии, что расположен в месте под названием Луогозано; монастырь Пресвятой Марии, расположенный в Сполетских пределах, в месте под названием Апинианичи; и, сверх того, в прочих монастырях, кельях, дворах и прочих владениях, которые даны или приписаны ему по щедрости королей и королев, герцогов и добрых людей, а также над крепостными, избавленными от повинностей, или принесшими себя в дар, которые или уже законным образом подчинены этим монастырям, или захотят набожно пожертвовать себя со своим добром; и чтобы ни один общественный судья не смел ни в какое время вступать или требовать что-то с того, чем дом Божий в нынешнее время наделён, как известно, справедливым путём, или что впредь будет прибавлено или приписано ему по закону богобоязненными мужами, ни для слушания дел, ни для взимания оттуда налогов, ни для совершения там постоев или параты 354, ни для выставления поручителей, ни для обуздания людей этого монастыря, ни для требования каких-либо общественных повинностей. Поэтому мы и велели написать эту охранную грамоту, посредством которой решили особо постановить, чтобы никто, ни из вас, ни из судебного сословия, ни любое иное лицо, отныне и впредь не смели ни в какое время вступать или требовать что-то с монастырей, келий, дворов и всех прочих вышеуказанных владений, или с того, чем по милости Христовой этот дом Божий в нынешнее время наделён, как известно, справедливым путём в пределах нашего королевства, ни для слушания дел, как мы говорили, ни для взимания оттуда налогов, ни для совершения там постоев или параты, ни для выставления поручителей, ни для обуздания людей этого монастыря, ни для возложения какого-либо нового обычая, ни для требования каких-либо общественных повинностей. Точно так же мы во имя Божье уступаем и утверждаем за этим святым местом, как то имеет человеческая слабость, чтобы всякий раз, как аббат этого монастыря уйдёт из этого мира, они, согласно уставу святого Бенедикта, имели право без всякого беспокойства и возражения с чьей-либо стороны избрать меж собой в аббаты того, кого найдут наилучшим, достойнейшим и мудрейшим, и чтобы правители этого монастыря святого Винцентия, как сами, так и их преемники, и сами братья, которые, кажется, служат там Богу, могли на основании охранной грамоты во всякое время жить спокойно и по уставу со всеми пожалованными налогами, чтобы им было лучше и удобнее усердно молить милосердие Божье за нас, за наших жён и детей и за весь наш народ. И чтобы это распоряжение считалось более прочным и по воле Божьей нерушимо соблюдалось на долгие времена, мы решили утвердить его ниже собственной рукой и приказали скрепить нашим перстнем. Печать славнейшего короля Карла. Печать Иакова, вместо Радо. Дано 24 марта, в 19-й и 14-й год нашего правления. Благополучно совершено во имя Божье в нашем городе Капуе. Аминь.

Итак, после того как отец Павел провёл на своём престоле 9 лет, 5 месяцев и 20 дней, он отошёл ко Христу 19 марта 355, в воскресенье, в 792 году от воплощения Господнего, 15-го индикта, и был погребён в мире.

В Монтекассино же, после того как Теодемар правил 19 лет, аббатом был поставлен Гизульф 356. В Беневенте умер Арихиз, и ему наследовал его сын Гримоальд 357. После того же как Карл, счастливейший август, правил империей 49 лет, пережив их всех, наследником его царства и нравов стал его сын Людовик, который был прозван Благим 358. Поскольку это завершилось таким образом, то и мы положим конец нашей первой книге.

Текст переведен по изданию: Chronicon Vulturnense del monaco Giovanni, Vol. I. (Fonti per la storia d'Italia, 58). Roma. 1925

© сетевая версия - Thietmar. 2012
© перевод с лат., комментарии - Дьяконов И. В. 2012
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Fonti per la storia d'Italia. 1925