Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

АРНУЛЬФ МИЛАНСКИЙ

КНИГА О НЕДАВНИХ ДЕЯНИЯХ

LIBER GESTORUM RECENTIUM

Книга I

1. Год от воплощения Христа 925-й. Царствовал в Италии вместе с сыном своим Лотарем некий Уго, по происхождению бургунд который, чтобы прочнее укрепиться в королевстве, выделявшейся среди прочих городов Милан себе присвоить вознамерился. Поскольку был известен древнего места такой обычай, что по смерти митрополита, кто-то один из главных священников большой церкви, которые именуются ординариями, наследовать должен. Что дозволялось римскими епископами и самими императорами по установлениям некоторых канонов, и о том свидетельствовали бумаги, в церковной ризнице хранившиеся.

2. Для воплощения этого замысла младшего сына в той самой церкви постричь он распорядился, но так как тот находился в малолетнем возрасте и не казался способным к епископскому служению, то Ардериха, мужа преклонных лет, он временно избрал предстоятелем, с надеждой на его скорый уход. Но на деле многократно ошибся в замыслах и расчетах, так как архиепископ счастливо прожил в мире 22 года и 2 месяца. Когда же [Гуго] заметил это, тотчас стал тайно помышлять о том, чтобы лишить его жизни. И был устроен всеобщий совет в Павии всех князей королевства, где палатины по распоряжению короля с миланцами намеренно устраивали столкновения, чтобы, воспользовавшись случаем, убить этого старца. Из-за этих столкновений столь опасная рукопашная схватка началась, что были нанесены смертельные ранения девяноста миланским мужам благоразумным, но по божьей милости невредимым ушел архиепископ. И так как долго оказалось невозможным скрывать обман, весьма устыдился виновник такого преступления, опасаясь блаженного Амвросия, викарием которого был тот епископ.

3. Тогда с тем, чтобы воздать достойное удовлетворение, он даровал церкви за девяносто убитых аббатство Нонантола, которое, как говорят, так называлось из-за девяноста дворов, которые находились под его юрисдикцией, и, кроме того, дал золотой реликварий и крест, которые поставили под балдахином, находившимся в алтаре зимней церкви. Впоследствии, поскольку Уго со многими обращался слишком пренебрежительно, не обращая внимание на то, что говорили: ”ты сделался правителем, не прославляться, но стать одним из всех” и стал нетерпимым ко всем. Поэтому, к тому моменту все единодушно предпочли его более мягкого сына Лотаря, по общему соглашению всего королевства сам Уго был вынужден вернуться в Бургундию и уже не мог быть правителем над остальными.

4. В то время разразился в Милане опасный мятеж. Поскольку Ардерих архиепископ был призван к высшему суду, два противника сразились за архиепископское достоинство св. Амброзия – Манассия, епископ Арля, и Адельмано, миланский священник, – забыв апостольское прорицание: не должны мы желать пустой славы, так как пустая слава вызывает ненависть и одно порождает другое. И сражались долго, так как один получил инвеституру от короля, но Бургундии, а другой имел поддержку от части простолюдинов и от Милана, и на протяжении пяти лет друг против друга взаимно упорствуя строили козни и организовали каждый собственную партию. И по причине этого была ввергнута обоими в мерзкие ссоры и понесла ущерб церковь, в сокровищах и в других ценных вещах, которые в больших количествах проистекали. Среди этих волнений плыл с осторожно Вальперт, привлекая на свою сторону волною благоразумия, так что оба добровольно или силою уступили место ему одному.

5. После смерти Лотаря царствовал лангобард Беренгарий. К нему Вальперт, бывший в то время архиепископом, испытывал подозрение, и сам он узнал об этом. Чтобы предупредить гнев короля и не навлечь на себя его ненависти - ведь написано же: ”гнев короля это предвестеник гибели” – он приготовился бежать и, придя к Оттону Тевтонскому, попросил у него помощи; потом же ему итальянское королевство по его настоянию было обещано. Откликнувшись на это предложение, король Оттон взял себе в жены итальянскую королеву Аделаиду, которая раньше была женою Лотаря, и задумал посредством этого брака захватить королевство Беренгария.

6. Тогда были отправлены послы для того, чтобы просить мира для Вальперта. Когда же этого он не добился, то отправил с войском Лудольфа, своего сына от прежней супруги. Но соотечественники ненавидели короля Беренгария из-за чрезмерной алчности жены, которая звалась Вилла, а также из-за ее жестокости. По этой причине оставленный своими, он менее всего мог противостоять спешившим навстречу врагам, но вступив в некий неприступный муниципий, остался там лишенный сил. В то время как Лудольф обо всем узнал, некоторые приближенные к Беренгарию войны, притворяясь верными, как было должно, сопровождали его за укрепления с уверениями в безопасности и затем в руки противников передали. Действительно, враги человека те, кто в доме его! И тогда, внимательно посмотрев на него, Лудольф сказал: ”Советую тебе, король, подчиниться великому августу Оттону, если же ты этого не сделаешь, то навредишь самому себе”. Когда король с покорностью ответил, [Лудольф] вновь сказал: ”Далеки от меня попытки победить с помощью коварства, так как я пытаюсь победить с помощью силы. Теперь, король, смотри на лживых воинов из этого рода”. После этих слов он его освободил, после усердно все исполнив. О благочестивая враждебность и враждебное благочестие! Позднее же этот благочестивый человек из-за вероломства лангобардов был отравлен.

7. Оттон же, хотя и лишившийся сына, однако по совету достопочтенной августы Аделаиды, а также Вальперта и других князей королевства, c сильной и высоко поднятой рукой, пришел в Италию, став первым императором из тевтонов, кто назвался итальянским. И тогда он подчинил всех, а самого Беренгария на хорошо укрепленной горе долгой подвергнув осаде, укротил, сыновей его Гвидо, Адальберта и Конона по разным местам раскидав. Его же самого с дочерьми и супругой взяв с собою, доставил в Швабию, где, немного позже, в душевной горечи Беренгарий окончил дни наконец.

8. В это время скончался Вальперт и принял кафедру Арнульф, истинно избегавший зла и творивший добро. Брату этого Арнульфа, деяния которого я сейчас описываю, я прихожусь законным правнуком. Этот Арнульф находился на епископской кафедре три года и вне сомнения навечно получил лучшее достоинство. Ему наследовал Готфрид, сперва клиром и народом не признанный, поскольку он не был посвящен в достоинство священника или диакона, а был только субдиаконом. В конце концов мирно принятый, для того, чтобы быть верным королю, против сыновей Беренгария он сражался. Из них Гвидо был убит, Конон успокоился мирно, а Адальберт, наиболее пылкий из всех, остался во все дни своей жизни беглецом в различных местностях.

9. После того как Оттон скончался, царствовал его сын, носивший то же имя, сильный оружием, рассудительный умом, который взял в жены гречанку, благодаря мудрой деятельности своей матери Аделаиды благополучно правил Римской империей. Отправившись из Германии, он обосновался в Риме, завладел Апулией и Калабрией и многие достойные императорского величия предприятия совершил. В его время сарацины, переправлявшиеся через море, начали на калабрийские границы наступать). Против них выступил император и ему самому содействовали, его, хотя и не многочисленные, сотоварищи. И так как в действительности единение немногих крепче единства многих, несмотря на это неравенство они сражались до тех пор, пока, наконец, не пали.

Чего же более? Сражаясь, [император] был схвачен и приведен к кораблям. А местность вблизи морских берегов оказалась занята врагами). Зная, что волей или неволей предстоит пересечь море, он обратился с притворными просьбами, чтобы его единственной жене, с небольшой свитой, позволили последовать в изгнание с ним, и пообещал, что возьмет с собой несметное количество золота и серебра. Когда же это было ему позволено, он пришел с несколькими юношами, переодетыми в женское платье, которые скрывали под ним оружие. Как только они взошли на судно, тотчас обнажили оружие и немедленно напали на врагов и всех перебили, не пощадив никого. Между тем, поторопившись вскочить, император спрыгнул в море и вплавь добрался до берега, свободный и гордый. Отчего враги, устрашенные этим, возвратились к себе. В остальном, распорядившись на морских волнах властно вместе со всеми переплывать Италию по всему королевству приказал готовиться к войне. Но Господь другим способом остановил людские дела, согласно известным словам: ”Сердце человека распоряжается своей жизнью, но Господь сам направляет их шаги”. [Оттон] оставил в одной из частей Германии сына того же имени, который будучи еще младенцем сделался королем по смерти отца.

10. В то время Готфриду уже наследовал архиепископ Ландольф, который из-за чрезмерной дерзости отца и братьев терпел большую неприязнь народа. Родичи Ландольфа действительно притесняли народ более чем обычно, злоупотребляя господством над согражданами. Оттого граждане, возмущенные притеснениями, составили тайный союз. Оттуда в городе произошло возмущение и горожане разделились на партии. Эти партии устроили распри и началось сражение в городе. Увидев же, что это началось со всех сторон и, не имея возможности сопротивляться, архиепископ вместе со своими братьями удалился из города, оставив своего отца, который был стар и слаб. По этой причине богатства церкви и многие бенефиции он распределил от клириков к войнам. Затем, собрав воинов со всех сторон, архиепископ вступил в сражение со своими согражданами на поле Карбонариа. Там с обеих сторон произошла большая резня, от этой же войны с трудом избавился также и в этот раз. В городе же, некий раб, услышав о гибели своего господина, отца архиепископа, лежавшего в постели, пронзил кинжалом насквозь. После этих и многих других происшествий, благодаря божьей милости и вмешательству мудрых людей с обеих сторон новый мир сменил старые раздоры. Архиепископ, помня о заботе пастыря, народ же, вспомнив о покорности паствы, забыли прошлое и объединились в вечном мире. Помимо того, епископ, почувствовав себя расточителем церковного имущества, чтобы клирики и народ успокоились, основал монастырь святого мученика Цельса и дал ему многие дары, там же по истечении многих дней своих он умер и упокоился в склепе. Ему наследовал другой Арнульф, о котором мы скажем позже.

11. В то время царствовал Оттон III с матерью гречанкой, некий грек, капеллан императрицы-гречанки, сделался епископом Пьяченцы, о нем говорят, что он коварно пытался перенести в Грецию достоинство римского императора. По совету и побуждению некоторых римских горожан, прежде всего, богатейшего из них, Кресценция, он уже насильно захватил апостольский престол, низложив достойного папу, который в то время его занимал. Услышав об этих событиях, Оттон оставил Швабию и поспешил прибыть в Италию.

12. Не теряя времени император устроил совет со знатью Римского государства и выступил в путь с войсками латинов и тевтонов, наводя ужас на все местности. Когда же он вошел в Рим, то все поколебалось. Грек взывал к состраданию, а мятежный Кресченций приготовился сопротивляться за Тибром в замке Святого Ангела. Император со всех сторон окружил этот замок всеми военными машинами и ежедневно сражался до тех пор пока по заключении перемирия Кресченций не предал себя его власти. Вскоре на Нероновом лугу он был обезглавлен. Его жена Стефания была отдана тевтонам. А грек, ставший антипапой, лишился носа, глаз и ушей и на спине осла со связанными сзади руками был провезен по всему городу. Так прежде мятежный Рим успокоился на глазах короля.

13. Через некоторое время император решил сочетаться браком с девушкой из рода своей матери. По этой причине вышеупомянутый архиепископ, достопочтенный Арнульф, повинуясь королевскому приказу, направился через море в Константинополь. Там он был принят с большим почетом самим достопочтимым монархом, который обращался с ним как и подобало его епископскому сану в императорском городе так любезно, что что бы он не просил, то легко получал. Завершив поручение, ради которого он прибыл, он был подобающим образом отпущен императором Василием и отправился назад.

14. В это время умер в цветущем возрасте император Оттон, на котором пресеклась династия Оттонов). Тогда некий Ардуин, знатный маркграф Ивреи, был избран лангобардами в Павии и провозглашен всеми цезарем, проехав по всему королевству, все королевские права поправ. Узнав же о возвращении вышеупомянутого архиепископа, он вышел к нему навстречу с предложением дружбы, дабы со всей возможной осторожностью попытаться приблизить его к себе.

15. В это время Генрих сделался королем Германии. Среди тех вспыхнула большая распря за итальянский скипетр. Войдя в доверие князья королевства открыто сражались за Ардуина, втайне же поддерживали Генриха, желая поживиться на этом, согласно с тем, что сказано о прорицателях в Иерусалиме: Правители твои неверные, сообщники воров, все они желают даров, задыхаясь от денег. По совету их Генрих отправил в Италию свое войско во главе с герцогом. Мужественно пойдя им навстречу, Ардуин встретил их на поле Фаббриче и многих поразил, а остальных вплоть до границы королевства прогнал.

16. Немного времени спустя с сильным войском тевтонов Генрих поспешил из Германии, чтобы расположиться на границе самой Италии. С противоположной стороны Ардуин, доверившись силам не менее оружием вооруженным, не столько защищаться, сколько на него готовый подняться, поспешил ему навстречу к Вероне. Но, введенный в заблуждение коварством князей, большей частью воинов был покинут. И после его вынужденного отступления, Генрих был введен в королевство, немедленно избран королем, и по пришествии своего времени сделался императором римлян. Когда же прибыл он в Павию, она воле его не пожелала подчиниться, и все он спалил огнем. Отчего содрогнулась вся Италия, подобного [деяния] испугавшись. С тех пор истощилась вера в того [короля] и везде получила перевес власть этого. Но все же, когда Ардуин вновь собрался с силами, то как только мог творил возмездие над предателями. Поэтому после он город Верчелли взял и Новару осадил. Кумы захватил и многие другие опустошил местности, выступившие против него. В конце-концов, трудом измученный и недугом, он лишился королевства, удержав только монастырь, называвшийся Фруттуария. И там, возложив регалии на алтарь и облачившись в одежды нищего, он упокоился в свое время.

17. В те дни состоялось первое прибытие в Апулию норманнов, советом князей земли призванных, после того как греки отяготили ее многочисленными притеснениями. Победив и обратив их в бегство, норманны, заметив слабость апулийцев, изобилие той области во всем, даже будучи немногочисленными, захватывают часть провинции. Тогда, отправив в свое отечество послов, чтобы привлечь к тому делу остальных и, увеличив постепенно численность, они всю заполнили Апулию; потом едва ли не по праву собственников завладели ею, став отвратительнее греков, свирепее сарацин, а кроме того, низвергнув тех, которые были прежде них, они сами сделались князьями.

18. О том, что же Генрих впоследствии совершил, каким образом Трою, прославленный город Апулии, он осадил, как четырех итальянских маркграфов, Уго, Аццо, Адельберта и Обиццо вместе хитростью захватил, рассказывать не пристало; в то время как мощь его всю землю сотрясала, вплоть до того, что если [люди] благоприятствовали стороне Ардуина, то они были вынуждены либо бежать, либо сдаться. Среди этих людей оказался епископ Асти, который оставив свою кафедру, до самой смерти в Милане укрывался. Несмотря на то, что он сам был еще жив, император даровал епископство некому Одельриху, брату знаменитого маркграфа Манфреди. Этому делу весьма ужаснувшись, архиепископ Арнульф, всеми способами препятствовал посвящению, которого тот для себя домогался. Одельрих же тот, положился на себя, а также на могущество брата, чтобы, отправившись в Рим один, обманом получить посвящение от римского понтифика. Когда об этом узнал Арнульф, то был приведен во вполне справедливый гнев, не столько из-за королевского поступка, сколько из-за поступка Рима, так как считал его хуже неподобающего посвящения.

19. Тогда, придя на собор миланской церкви, он копьем анафемы поразил посвященного слух. Потом, собрал отовсюду многочисленное войско вместе с суффраганами или епископами пришел к городу Асти, заперев в городе маркграфа вместе с епископом, плотную осаду устроил. До тех пор опустошения и войны не прекращал, покуда заключенный мир не удовлетворил его волю. Условием же этого мира было то, что придя в Милан, они должны были три мили от города пройти босоногими, причем епископ должен был нести книгу, а маркграф – собаку, перед дверями церкви блаженного Амвросия благочестивейшим образом покаявшись в собственных проступках. Потом епископ посох и перстень принятой епархии на алтарь святого исповедника возложил, которые после в качестве дара архиепископа набожно вновь принял. Брат же его маркграф Манфред принес в дар церкви множество золотых талантов, из которых был выкован крест такой красоты, что до сих пор он выносится только в торжественные дни. Оттуда босоногими они прошествовали посреди города к большой церкви святой Феотоки, у которой были мирно приняты архиепископом, клиром и всем народом.

20. В дальнейшем Арнульф, священнодействуя, управлял своей церковью, поддерживая как клир, так и народ и своим делам полностью посвящая время. Благодаря его благодати многим церквям были переданы бенефеции. В его время были открыты останки святого исповедника Моны). Он также основал монастырь святого мученика Виктора в большом почете и изобилии плодов, в котором он мирно скончался и был погребен. Для того, чтобы воздать ему похвалу не достаточно одного дня, поэтому эта страница закроется, с тем, чтобы открылась другая.

Текст переведен по изданию: Arnulfo di Milano. Liber gestorum recentium. Bologna. 1996

© сетевая версия - Тhietmar. 2012
© перевод с лат., комментарии - Боровков Д. А. 2012
© дизайн - Войтехович А. 2001