Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

АРНОЛЬД ЛЮБЕКСКИЙ

СЛАВЯНСКАЯ ХРОНИКА

CHRONICA SLAVORUM

42. – Земля и люди на Востоке, пред началом третьего крестового похода.

1175 г.

(Из записок путешественника XII века).

В 1175 г. Фридрих Барбарусса отправил в Каир Гергарда, викария Страсбургского епископа, чтобы приветствовать нового султана на Востоке. Гергард на пути записал все, что ему удалось видеть или слышать; его записки попали в руки Арнольда Любекского (см. о нем ниже, в примечании к ст. 48), и он, составляя свою «Хронику славян», по литературному обычаю того времени, вставила эти записки целиком в VII книгу, где они и составили ее 10-ю главу. Ссылаясь на Горация, который говорит, что цель поэта составляет не только полезное, но и приятное, Арнольд прерывает свой рассказ об основании епископства в Лифляндии, и, желая позабавить своего читателя, утомленного серьезными предметами, переписывает в свою хронику вышеупомянутые путевые записки Гергарда, веденные им во время его поездки на Восток.

Все, что мне удалось во время моего путешествия (на Восток) по делам посольским увидеть или узнать из достоверных источников, я записывал всякий раз, когда находил что-нибудь редкое или новое, и где бы то ни случилось: на земле, обитаемой людьми, на суше или на море. Я сел на корабль 6 сентября (1175 г.) в Генуе. Отплыв оттуда, мы проехали между двух островов, а именно между Корсикой и Сардинией. Эти острова отстоят друг от друга на четыре мили; оба они весьма красивы по гористому положению и своим долинам и обилуют всякими произведениями земли. На Корсике жители обоего пола добродушны, обходительны, гостеприимны, а мужчины отважны и воинственны. Напротив того на о. Сардинии люди грубы, невежественны, дики, скупы и мужчины женоподобные и невидные; там встречается много волков. Море около Сардинии самое бурное и опасное. Сардиния имеет в длину и в ширину протяжения, на шесть дней пути, и, по климату, весьма нездорова; напротив, Корсика – величиною всего в три дня пути, но страна весьма здоровая, за исключением местности, по которой протекает [444] одна река, от поды которой умирает всякий, кто ее напьется, и даже птицы, пролетающие над нею, околевают.

Проплыв между этих двух островов, я прибыл в Сицилию. Этот остров имеет чрезвычайно здоровый климат; изобилует всякими произведениями природы, украшен долинами и горами, богат виноградниками, дугами и рощами, красивыми ручейками, источниками и реками; множество фруктов и красивых цветов; обтекающее его море образовало из него форму креста; для торговли положение Сицилии весьма выгодно, но она слабо населена. Этот остров имеет протяжения в длину и ширину шесть дней пути; на нем находится большое число городов.

Вблизи Сицилии, насупротив ее, лежит еще один остров, Мальта, в 10 милях расстояния и населенный сарацинами. Мальта находится в зависимости от Сицилии.

Недалеко от Мальты есть и другой остров, Панталеон (Понтелеария). Население его сарацинское, не признающее над собой ничьей власти. Люди там грубы и дики, и живут в пещерах. Если на них нападает сильное войско, то они удаляются со всем своим имуществом в пещеру, и таким образом ищут спасения в бегстве, не имея возможности вступить в борьбу. Живут они более скотоводством, нежели земледелием, и весьма мало высевают хлеба.

Оттуда я прибыл, после семи дней пути, в какую-то варварскую страну, населенную арабами. Этот народ живет, не имея жилищ, под открытым небом, где найдется какое-нибудь пристанище. Они говорят, что для временного пребывания человека на земле, весьма короткого по сравнению с временем божественного воздаяния, не стоит строить домов. Землю они возделывают мало, и живут одним скотоводством. Женщины и мужчины у них ходят почти нагими; только посредине тело прикрыто куском плохого сукна. Вообще этот народ имеет жалкую наружность, до крайности беден, не имеет ни оружия, ни одежды, черен, безобразен и слабосилен.

Затем я ехал по морю 47 дней и видел на пути различные породы рыбы; например, одна рыба по глазомеру была длиною в 340 локтей. Видал я также рыб, которые летают над морем на расстоянии полета стрелы.

Наконец, я вошел в Александрийскую гавань, пред которою возвышается громадная каменная башня, указывающая морякам вход в нее. Так как Египет – плоская страна, то на башне горит огонь всю ночь; он обозначает собою для мореплавателей место гавани, чтобы спасти их от опасности. Александрия – великолепный город, украшенный зданиями, садами, и с бесчисленным населением. В нем живут сарацины, иудеи и христиане; сам же город находится во власти Вавилонского султана (т. е. Каирского). В прежнее время этот город был очень велик, как то показывают следы развалин. Он протягивался на 4 мили в длину, и одну милю в ширину. С одной стороны его омывал рукав реки, проведенный из Евфрата (т. е. Нила); с другой же к нему примыкало великое море [445] (т. е. Средиземное). Ныне же город теснится к морю, а от рукава Нила его отделяет большое поле: при этом следует заметить, что Евфрат и Нил – это одно и то же. В Александрии народ живет по своему обычаю. Климат там очень здоров, и я часто встречал столетних старцев. Город окружен плохою стеною, без рвов. Замечу, что одна гавань доставляет доходу с пошлин 50,000 золотых, что больше нежели 8,000 марок серебра. Люди самых различных наций посещают Александрию с своими товарами. Пресной воды нет в городе, кроме той, которую раз в год впускают водопроводами из Нила в цистерны (водоемы). Там находится много христианских церквей, и между ними церковь св. евангелиста Марка, за чертою стены нового города, расположенного на морском берегу. В этой церкви я видел 17 гробниц, наполненных костями и кровью мучеников, имена которых, однако, неизвестны. Я видел также и капеллу, в которой этот евангелист писал свое евангелие, где он претерпел мученическую смерть и был погребен, и откуда венециане увезли его мощи. В этой же церкви избирается патриарх; там же его посвящают и после смерти хоронят. Христианская община в Александрии и доныне избирает своего патриарха, подвластного греческой церкви. В этом городе стоял в прежнее время громадный дворец фараона, окруженный колоссальными мраморными статуями; следы его видны и до настоящего времени.

Мне показывали, как Нил, вблизи Александрии, выступая из русла, разливается на небольшом пространстве по долине, продолжает некоторое время без всяких человеческих усилий и искусства стоять на месте неподвижно, и потом сам собою превращается в самую лучшую и чистейшую соль. Нил обыкновенно каждый год выходит из берегов, заливает водою Египет и чрез то оплодотворяет его; дожди же в этой стране бывают весьма редки. Начало разлива происходит в половине июня, и вода остается в таком положении до Воздвижения св. Креста (14 сентября); а затем она начинает убывать до Богоявления (6 января). Замечательна та быстрота, с которою вода возвращается в свое русло. Где только земля показывается снова, поселянин немедленно обрабатывает ее плугом и сеет хлеб. В марте убирается жатва. Земля не рождает ничего другого, как пшеницу и ячмень, но отличной доброты. Овощи всякого рода, фрукты и коренья имеются свежими от дня св. Мартина (ноябрь) до марта. Овцы и козы в той стране мечут два раза в год и, по крайней мере, двух вместе. Я слыхал также, что там ослицы дают приплод от жеребцов. По всему Египту христиане живут и в городах, и в деревнях, но платят определенную дань королю Вавилонскому (т. е. Египетскому султану). Почти каждая деревня имеет христианскую церковь. Но население крайне бедно и ведет жалкую жизнь.

Надобно знать, что от Александрии до Нового-Вавилона считается около 3 дней дороги сухим путем, а водою, по направлению от запада к востоку, ездят семь дней. Замечу при этом, что на свете существуют три города с именем Вавилона: один на реке [446] Хобаре (н. Кобур, река Месопотамии, впадающая в Евфрат), где правил Навуходоносор и где находится башня Бабеле (т. е. Ваала или Бэла). Этот, ныне покинутый, город называется Старым-Вавилоном и отстоит от нового на 30 дней пути. Есть еще один Вавилон в Египте на Ниле у подошвы горы и близь степей; там правил Фараон; этот Вавилон отстоит от Нового на шесть миль, и также разрушен. Наконец, Новый-Вавилон лежит в равнине на морском берегу. В прежнее время это был весьма значительный город, и до сих пор он не утратил своей важности и весьма населен, лежит в плодоносный долине, но посещается одними купцами. К нему часто подходят корабли из Индии, нагруженные пряностями, спускаясь по Нилу, а оттуда товары доставляются в Александрию. Хлеб и овощи разложены повсюду по улицам и переулкам.

В одной миле от Нового-Вавилона, в степи, находятся две горы (так называет автор пирамиды), выведенный искусственно из громадных мраморных камней и плит – изумительная работа! Они отстоят друг от друга на полете стрелы, четырехугольной формы и одинакового объема как в ширину, так и в длину; ширина их равняется одному сильному полету стрелы, а в высоту они будут в два полета.

Далее, вблизи Нового-Вавилона, на одну треть мили, находится другой значительный город, по имени Каир, где находится резиденция султана, дворцы его и вельмож, а равно и казармы. Этот город, населенный войском, лежит на Ниле. Здания его весьма роскошны и стоят того, чтобы их посмотреть. Он окружен стеною и лежит среди прекрасных садов. В нем живут сарацины, иудеи и христиане, и каждая народность имеет свое богослужение. Христианских церквей много.

С милю от этого города находится бальзамический сад, занимающей под собою около полудесятины. Бальзамное дерево равняется трехлетней виноградной лозе, а листья такие же как у трилистника. Когда приспевает время в мае месяце, дерево надрезывается по способу, известному тем, которые ходят за ним. Вследствие того из дерева начинает точиться каплями клейкое вещество; его собирают в стеклянные сосуды и держат так шесть месяцев, прикрыв сверху голубиным калом; потом его варят и очищают, после чего жидкость отделяется от густой массы. Этот сад орошается источником и не допускает для своего употребления никакой другой воды. Заметим, что бальзам не растет нигде в целом мире, кроме этого места. К тому источнику удалилась некогда св. Дева с нашим Спасителем, спасаясь от преследований Ирода, и долгое время укрывалась там, омывая в воде того источника пеленки ребенка, как то требовалось вследствие его человеческого естества. По этой причине и до настоящего дня этот источнике пользуется у сарацин особым почтением, и всякий раз, когда они омывались в нем, они приносили с собою восковые свечи и курения. В день Богоявления туда собирается множество народа из окрестностей, чтобы окунуться в источнике. Сарацины верят в [447] то, что св. Дева зачала Иисуса Христа от Ангела, родила и после пребыла девою. Но, говорят они, этот святой сын девы был только пророком, и Бог чудесным образом взял его на небо с душою и телом. Они празднуют и его рождество, но отрицают то, что он сын божий, что он был крещен, распят, умер и погребен. Далее, они уверяют, что не мы, а они следуют учению Христа и апостолов, ибо они обрезаны. Также они веруют в апостолов и пророков, и чествуют некоторых мучеников и исповедников Христа.

В Каире находится старая и высокая пальма, которая, когда св. Дева, проходя мимо нее с нашим Спасителем, хотела достать с нее плод, сама собою наклонилась и после снова выпрямилась. Сарацины, видя то, позавидовали св. Деве и надрезали дерево в двух местах; но в ту же ночь дерево исцелилось и стояло по-прежнему; до сих пор на нем сохранились следы тех надрезов. Эту пальму сарацины считают святою и каждую ночь освещают ее лампадами. Есть много и других мест в Египте, где пребывала св. Дева и который чтятся и сарацинами, и христианами.

Нил или Евфрат гораздо более Рейна; он вытекает из Рая, и никто не знает его источников; из письменных известий видно, что он протекает по равнине; вода в нем мутная и изобилует рыбой, которая впрочем нехороша. В Ниле живут иппопотамы; они скрываются под водой и часто выходят оттуда. Крокодилов же бесчисленное множество; они похожи на ящерицу, снабжены четырьмя ногами и имеют короткую и толстую лапу. Голова крокодила имеет сходство с головой кабана, длинная и широкая, с огромными зубами. Крокодил любит выходить на солнце, и если встретит зверя или ребенка, то умерщвляет их.

Есть в Египте одна христианская церковь, вблизи которой находится колодезь; круглый год он остается сухим, за исключением времени церковного праздника. Тогда вода поднимается в нем в течение трех дней так высоко, что ее хватает на всех христиан, собирающихся к торжеству. Но едва кончится праздник, как исчезает и вода.

В шести милях от Нового-Вавилона, в степи, откапываются в одной горе квасцы, употребляемые для окрашивания валяльщиками; доход с того идет в пользу султана. В Египте изготовляются и индейские краски. Кроме того, Египет богат всякого рода птицами. Хотя по всей стране не существует ни золотой, ни серебряной, ни другой металлической руды, но жители ее богаты золотом. Там водятся и хорошие лошади; множество попугаев; они прилетают из Нубии. Нубия отстоит от Вавилона на 40 дней пути; это страна христианская; она имеет своего короля, подданные которого однако необразованны и сама страна весьма лесиста. В Египте выводят цыплят от одной до двух тысяч в печке, при помощи огня, без наседки; это идет в пользу султана. Климат в Египте жаркий: дождь выпадает редко. Гора Синай лежит посреди степи в семи днях расстояния.

Сарацины верят, что дождутся рая на земле. Тот же рай, в [448] который они вступают по смерти, имеет, по их представлению, четыре реки: одна течет вином, другая молоком, третья медом и четвертая водою. Там, говорят они, растут всякого рода плоды; там можно будет есть и пить все, что угодно, и каждый получает ежедневно новую жену; если же кто пал в сражении от руки христианина, то ему даются в раю каждый день девять жен. На мой вопрос, что делается с теми женщинами, которые были уже один день женою, никто не мог дать удовлетворительного ответа.

Египет богат всякого рода птицами и плодами, по вследствие религиозного запрещения беден вином; если бы оно возделывалось, то надобно заметить, что страна имеет все необходимые для того качества.

Из Вавилона я отправился в Дамаск по степям; путь этот совершается в двадцать дней, и во все это время я не встретил ни одного куска возделанной земли. Степь представляет то плоскую, то гористую песчаную почву; на ней растет только низкий кустарник, и то местами. Климат в этой степи чрезвычайно неровный: зимою очень холодно, а летом крайне жарко. Проезд по всей этой стране сопряжен с величайшими затруднениями, и дорога весьма неверная: ибо при ветре песок заметает ее до того, что ничего нельзя разобрать; только бедуины, проезжая часто по степи, и другие странники могут руководить путешественниками, как лоцмана на море. Замечу, что степь изобилует львами, страусами, кабанами, буйволами, ослами и зайцами. Вода встречается редко, чрез каждые четыре или пять дней. С одной стороны степь примыкает к Индейскому, а с другой – к Красному морю. На берегу последнего я провел две ночи. Я видел также те 17 пальм, где Моисей из рассевшейся скалы достал воду.

От горы Синая я странствовал еще два дня. Замечу, что еще никто на свет не исследовал протяжения и границ степей, так как они, подобно морю, не везде доступны. Оставив степь за собою, я увидел равнину, некогда населенную христианами, а теперь она вся опустошена и мало обработана, ибо лежит на границе христианских и сарацинских владений. В этой стране я встретил древний город, по имени Буссерентин (н. Буссерет, древняя Бостра, столица идумеев, а впоследствии римской Аравии), некогда населенный христианами, отстроенный из мрамора, всячески украшенный, и, как о том свидетельствуют развалины, весьма красивый город и привлекательный. Теперь же он населен сарацинами, весьма сузился, так что от него остался только один замок, чрезвычайно хорошо укрепленный.

Оттуда я прибыл в Дамаск, после трех дней пути чрез страну, населенную отчасти христианами, которые платят дань владетелю Дамаска. Дамаск весьма замечательный город с двойною стеною и красивыми башнями; он отлично укреплен, имеет проточную воду, источники, водопроводы извне, а внутри водою снабжены различные места и отдельные дома; его окружают со всех сторон цветники, огороды; на украшения издержано весьма много. [449] Таким образом, жители имеют, и вне, и внутри воды сколько угодно, как в земном раю. Много есть христианских церквей и христиан; весьма много евреев. В окрестностях Дамаска растет отличное вино. Климат очень здоровый; много людей преклонных лет. От Иерусалима пять небольших дней, а от Аккона – четыре.

В трех милях от Дамаска, в горах, лежит местечко, называемое Сайданейда. Оно населено христианами, у которых есть церковь, лежащая близь него в поле и посвященная преславной Деве Марии. В этой церкви и в принадлежащем к ней монастыре служат Богу и святой Деве 12 монахинь и 8 монахов. Там же я видел деревянную дощечку, в локоть длины и пол-локтя ширины, за алтарем, в стене у окошка, за железною решеткой. На этой доске был изображен некогда лик святой Девы, ныне же чудесным образом изображение на дереве обратилось в плоте, и из него течет непрерывно благовонное масло, лучшее всякого бальзама. При помощи этого масла христиане, сарацины и иудеи часто освобождались от различных болезней, и замечательно, что это масло никогда не убавляется, не смотря на то, что им пользуются весьма много. До образа никто не смеет дотрагиваться, посмотреть дозволено каждому. Забота о хранении масла возложена на одного христианина; те, которые пользуются им с благоговением и верою в св. Деву, отслужив при этом обедню, достигают всего, чего бы ни пожелали. К этому месту, в день зачатия и рождества Богородицы (9 дек. и 8 сент.), стекаются все сарацины той провинции вместе с христианами для молитвы, и с величайшим благоговением представляют свои дары. Замечу еще: этот образ был изготовлен в Константинополе в честь св. Девы, и оттуда принесен патриархом в Иерусалим. Около того времени случилось аббатиссе того монастыря посетить Иерусалим для молитвы; она, выпросив этот образ для своей церкви у патриарха, взяла его с собою. Происходило же все это в 870 году от воплощения господня; но священное масло начало источаться из образа гораздо позднее.

Замечу еще: в области Дамаска, Антиохии и Алеппо живет в горах сарацинское племя, которое на своем языке называется гейссесины (ассассины), а у романских народов зовется людьми Горного Старца. Они не имеют никакой религии; едят свиное мясо, не смотря на запрещение его сарацинскою верою, и живут со всеми женщинами безразлично, не исключая матерей и сестер. Они населяют горы и считаются народом непобедимым, ибо имеют весьма крепкие замки. Земля их не плодородна, и они держатся скотоводством. У них есть свой повелитель, который держит в страхе всех соседних князей, как мусульманских, так и христианских, ибо он находит средство умерщвлять их удивительным образом. Вот как это делается у него. Этот князь имеет отличные замки, окруженные высокими стенами, через которые можно проникнуть только небольшою и заботливо охраняемою калиткою. В этих замках он воспитывает с малолетства сыновей своих простолюдинов и приказывает обучать их различным языкам: латинскому, греческому, романскому, сарацинскому и еще некоторым другим. [450] Воспитатели внушают им с раннего детства и до совершеннолетия, что они обязаны, и словом, и мыслью, безотчетно повиноваться своему повелителю; в этом случае он, имея власть над живущими богами, доставит им все утехи рая. Иначе, учили их, они невозвратно погибнут, если вздумают в чем-либо противоречить его воле. И удивительное дело: они живут с детства в таком заключении в этих замках, что не видит никого, кроме своих воспитателей, и ничего другого не слышат, пока не позовут их к князю для совершении убийства. Представ пред него, они получают вопрос, намерены ли повиноваться его повелениям, чтобы достигнуть рая. Тогда они отвечают, как их тому учили, бросившись, без дальнейших размышлений, ему в ноги и с величайшею ревностью, что они готовы исполнить всякое его повеление. Тогда он дает им золотой кинжал и высылает, чтобы убить какого-нибудь князя по его указанию.

Из Дамаска я прибыл чрез Тивериаду в Аккон после 4 дней пути, а оттуда в Иерусалим, из Иерусалима же в Аскалон. Это небольшой приморский город, отлично укрепленный стенами и рвами и весьма здоровый. Оттуда я возвратился степью через 8 дней назад в Вавилонию (Каир). При этом я видел одно место на дороге, покрытое на расстоянии целой мили каменною солью, и встретил множество диких ослов и буйволов.

Замечу, что в Агире (Эль-Арим) находится публичный дом разврата для содомитян. Жены у сарацин ходят под густым покрывалом и пи когда не бывают в храмах. За ними строго присматривают евнухи, так что знатные женщины иначе не выходят из дома, как с разрешения своих мужей. Ни брат, ни другой родственник мужа или жены без позволения мужа не смеет посетить ее. Мужчины ходят в храм пять раз в день на молитву. Вместо колоколов они имеют глашатаев, по голосу которых все сходятся вместе. Благочестивые сарацины моются каждый час; они начинают с головы и лица, потом моют руки, пальцы, ноги, ступню и, наконец, спереди и сзади; после того идут на молитву, и молятся не иначе как с коленопреклонением. Они верят в Бога, как творца мира, и говорят, что Магомет – святейший пророк и основатель их религии. К нему делают странствование сарацины, живущие вдалеке и вблизи. Также и другим основателям их религии они оказывают почтение.

Каждый сарацин имеет право жениться на 7 женах. Каждая жена на основании брачного договора получает известное содержание. Сверх того они живут по своему произволу со всеми рабынями и служанками, не видя в том никакого греха. Если раба родит ребенка, то получает свободу, и сарацин может по своей воле назначить наместником кого хочет из своих сыновей, будет ли он рожден свободною женою или рабою. Впрочем многие сарацины так благочестивы, что имеют только по одной жене. Менее семи жен дозволяется иметь, но не более, зато можно, как я сказал, увеличивать число наложниц.

При этом следует подумать о неизмеримой благости Спасителя, [451] который не оставляет своею любовью ни людей праведных, ни людей безбожных. Праведному, кроткому, благочестивому, боящемуся его заповедей, он доставляет в награду вечную жизнь, и осчастливливает его высшим благом, которое он есть сам, и созерцанием своего величия; людям же безбожным, осужденным на вечные муки, он ниспосылает изобилие временных благ в здешней земной жизни. Вот вследствие чего те отверженцы (т. е. мусульмане) пользуются лучшими землями, имеют в изобилии хлеб, вино и масло, украшаются богато в золото, серебро, драгоценные камни и шелк, утопают в благоуханиях и сладостях и не отказывают себе ни в чем, что приятно глазу. Над ними сбывается пророчество Исаака, который, благословив Иакова духовными дарами, сказал Исаву: «От тука земли будет дом твой и от росы небесныя свыше: в этом твое благословение» (I Моис. 27, 39, 40). Это же мы можем сказать словами самого Бога: «Любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас: да будете сынами Отца вашего небеснаго; потому что он велит восходить солнцу своему над злыми и добрыми, и посылает дождь на праведных и неправедных» (Матф. V, 44, 45). И Давид сказал: «Неправедные будут счастливы на свете и приобретут богатства».

Страсбургский викарий Гергард.

Помещено у Арнольда Любекского в Chron. Slavorum, VII, 10.


Гергард викарий Страсбургского епископа (Gerardus, Argentinensis Vicedominus), был отправлен Фридрихом Барбаруссою в Египет, чтобы приветствовать Саладина, по случаю смерти Нуреддина (1174 г.), которая открывала Сирию и Палестину честолюбию Египетского султана. Составленные им заметки на пути попались в руки Арнольда аббата Любекского и были им помещены в его «Хронику славян». См. о том же ниже, в примечании к ст. 48.

(пер. М. М. Стасюлевича)
Текст воспроизведен по изданию: История средних веков в ее писателях и исследованиях новейших ученых. Том III. СПб. 1887

© текст - Стасюлевич М. М. 1887
© сетевая версия - Тhietmar. 2012
© OCR - Рогожин А. 2012
© дизайн - Войтехович А. 2001