Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ГЕРАРД ФРИДРИХ МИЛЛЕР

ОПИСАНИЕ СИБИРСКИХ НАРОДОВ

BESCHREIBUNG SIBIRISCHER VOELKER

[ГЛАВА 10]

|л. 86| О КЛЯТВАХ У НАРОДОВ

Избранд в своем путевом описании сообщает о клятве тунгусов в Нерчинском уезде, которая состоит в том, что они пьют теплую кровь свежезабитой собаки 1. Только при этом он допускает погрешность, заключающуюся в том, что рассказывает не обо всех относящихся к этому обстоятельствах, а одно из обстоятельств излагает неверно, а именно, что будто бы приносящий клятву берет убитую собаку на плечи и таким образом высасывает кровь непосредственно из раны, как это изображено на гравюре, относящейся к этому месту описания 2.

Все тунгусы, не только нерчинские, но также и лесные тунгусы, имеют обыкновение клясться следующим образом. Мужчина берет кобеля, женщина-суку. Они забивают их так, как /л. 86 об./ обычно забивают рогатый скот а, лошадей б, овец в, оленей, а именно, прокалывают через грудину отверстие в груди, запускают туда руку и обрывают аорту, так что кровь собирается в верхней полости тела. Избранд говорит, что они наносят собаке рану прямо под левой лапой (а именно так говорится в английском переводе 3). Из этого не возникает значительной ошибки, поскольку не уточняется, под переднюю или под заднюю лапу, так что можно подразумевать и левую г переднюю лапу. Тогда это совпадает с тем, как забивают нерчинские тунгусы, так как они обыкновенно прокалывают грудь не прямо посередине, а немного левее. Однако французский перевод этому противоречит и очень неверен, ибо там сказано: il enfonce un couteau dans leflanc /л. 87/ au dessous de la cuisse gauche 4. И это выражение совпадает с гравюрой, что позволяет предполагать, что такая же ошибка имеется и в оригинале. Далее: приносящий клятву не прикладывает рот к ране, как утверждает Избранд д, и не поднимает забитую собаку к себе на плечи, чтобы высосать всю кровь: он спускает немного крови в берестяную посудину и затем выпивает из нее е только несколько глотков. Это делается непосредственно после прокалывания, и кровь пьется совсем [169] горячей, как она вытекает из раны. Но на этом церемония не заканчивается. Сразу после этого приносящий клятву бросает собаку в специально разложенный вне юрт большой костер и при этом говорит: как собака сейчас съеживается (скорчит) в огне, так пусть и я съежусь в годичный срок, если я /л. 87 об./ совершил то, в чем меня обвиняют. Весь обряд происходит в присутствии многих свидетелей, которых созывает тот, кто приводит к клятве. Так что если приносящий поклялся ложно, и его однажды постигнет несчастье или приключится внезапная смерть, то это приписывается не тому, кто приводил к клятве, поскольку он находился в ссоре с противной стороной, а неизбежному возмездию за принесение ложной клятвы. По-видимому, тунгусы верят, что дух собаки ж входит вместе с горячей кровью в того, кто дает клятву, и осуществляет наказание.

I: У самоедов в Туруханском уезде нет между собою более сильной клятвы, как взять нож или пальму (откас) 5 и укусить его зубами.

Остяки на Кети з в доказательство невиновности издавна съедали кусочек медвежьей шкуры и говорят, что клятвопреступник не проживет и года-медведь сожрет его в течение этого срока. Говорят, что хотя они и являются крещенными, однако тайком продолжают клясться таким образом. А если их заставляют приносить присягу или клясться перед русским судом, то используют это суеверие и вешают и над шпагой медвежью шкуру шерстью наружу, и заставляют приносящего клятву коснуться ее губами, или как бы поцеловать, так как остяки полагают, что и в этом случае медведи в лесу не оставят клятвопреступление неотомщенным. :I к

I: О тунгусах на Хатанге или Нижней Тунгуске, которых доктор Гмелин 6 имел случай расспросить в Киренге 7, он пишет в письме от 16 декабря 1737 г. следующее 8. Обычной клятвой у них является выражение Olimni 9, и оно употребляется так же, как и русское выражение ей бог. Но если дело большей важности и такой клятве положительно не доверяют, то раскладывается огонь и перед ним ударом по голове убивается собака. Эта собака, когда она уже убита, кладется на дрова в том месте костра, где еще не горит, и ей перерезается горло, а под него подставляется посудина, чтобы в нее стекала кровь. В это время обвиняемый перешагивает через костер и затем выпивает часть крови, а оставшаяся кровь выливается в огонь. Собака же кладется на помост. Что при этом говорят, я не смог разобрать, так как толмач был слишком плохим. :I л I: Но тунгусы твердо верят, что тот, кто осуществит эту церемонию, будучи виновным, не может долго прожить сверх года. :I м

I: Остяки на Енисее, когда они еще были язычниками, имели тонкие круглые медные пластинки, на которых были вырезаны человеческие лица или целые человеческие фигуры. Они называли эти фигуры Ees 10, то есть бог, [170] и перед ними также приносились клятвы. Такую пластинку держали перед тем, кто должен был оправдаться клятвой, и если он считал свою совесть чистой, то подходил и целовал пластинку, если же чувствовал себя виноватым, то не осмеливался подойти к ней, не говоря уж о том, чтобы поцеловать ее. Эти круглые пластинки назывались Guan. Их изготовляли шаманы.

Они полагают, что с этим мало различается то, когда теперь они должны целовать иконы. :I н

I: У остяков также была клятва, состоявшая в том, что они кусали медвежью шкуру. И того, кто делал это с нечистой совестью, будто бы вскоре после этого должны были задавить медведи.

Тунгусы на Нижней Тунгуске, относящиеся к Мангазее, говорят, что они клянутся следующим образом. 1). Наносят собаке удар по голове так, что она подыхает. 2). Убитой собаке разрезают повдоль горло. 3). Дают натечь полный чуман 11 крови. 4). Бросают собаку в специально разведенный для этого костер. 5). Оба, и тот, кто приводит к клятве, и тот, кто дает клятву, пьют эту кровь, так что от нее ничего не остается. 6). Посудину бросают в огонь. 7). Оба перешагивают через костер.

Остяки на Оби в Томском уезде называют медведя в знак почтения Ilja 12, то есть дедушка, настоящее же его название- Korga 13. Хотя теперь они крещены, но у них сохранился тот суеверный обычай, что для подтверждения чего-либо они кусают медвежью шкуру. :I о

У якутов клятва состоит в том, что они стоят на коленях с открытыми ртами лицом к солнцу [или огню], во втором случае еще посыпают голову золой или пьют растопленное масло, и при этом говорят: бог мне свидетель, солнце и огонь наших предков знают, что я /л. 88/ не совершал того, в чем меня обвиняют. Или: пусть солнце поразит меня своими стрелами, пусть огонь не даст мне пользоваться теплом, а масло, которое служит лучшей пищей, принесет мне смерть, если я это сделал.

I: Магометане целуют Алкоран 14.

Римляне-язычники при принесении своих клятв призывали в свидетели Юпитера. Приносящий клятву брал в руки кусок кремня и провозглашал: если я заведомо обманываю или ложно клянусь, то пусть Юпитер изгонит меня из всего доброго так, как я бросаю из моей руки этот камень. См.: Festum 15 et Gellium L[ibro] 1. C[apite] 21 16. Гофман в примечаниях к Обязанностям человека Цицерона: ad L[ibrum] III. C[apitem] XXIX 17. :I п

У брацких по эту сторону Байкала существуют особые скалы, которые они называют Aiechu-Tscholдn, то есть страшными скалами (русские называют их шаманской камень) 18. Одна из таких скал находится на берегу озера Байкал, там, где из него берет начало Ангара, по левую сторону; другая-на реке Иркут, на пути между Иркуцком и Тункинском; еще одна-на восточном берегу реки Лены, между Верхоленским острогом и Тутурской слободой. [171]

I: Такие скалы, говорят, есть и в верхнем течении реки Китой, и на реке Белой значительно выше Бельского острога, и на реке Убуса, впадающей в Осу. :I р

Эти скалы служат у брацких объектами их клятв. Если кто-либо обвиняется в преступлении и хочет оправдаться, то в знак невинности он идет к одной из таких скал, дотрагивается до нее и приносит /л. 88 об./ назад в доказательство камень, отломанный от скалы или отвалившийся от нее. Тот, кто заставляет клясться, стоит со свидетелями и другими зрителями в некотором отдалении, ибо все очень боятся подойти ближе. А тот, кто приносит клятву, приближается к скале не иначе, как с большим страхом и ужасом. А настоящий злодей, который по совести чувствует себя виновным, и вовсе не осмеливается подойти к скале, ибо ожидает от нее неминуемого возмездия.

I: В обычной речи брацкие клянутся: чтоб я ослеп, чтоб у меня руки отвалились, чтоб я сквозь землю провалился и т. д. :I с

Все народы рассказывают о якобы достоверных примерах больших несчастий, которые приключились с клятвопреступниками.

В случае принесения языческими народами присяги или какой-либо иной клятвы перед русскими начальниками в городах и острогах Иркуцкой провинции т, их заставляют поцеловать дуло пушки, винтовки, ружья или иного имеющегося в наличии огнестрельного оружия, или может быть саблю у. У якутов это проделывается стоя на коленях перед разожженным специально для этого костром, так как к огню они испытывают особое почтение. В Красноярском уезде, когда тамошних язычников приводят к присяге, /л. 89/ им держат голову между двумя саблями, одной над затылком, другой под подбородком, и кладут им на острие шпаги или ножа в рот кусочек хлеба, чтобы они его съели.

I: Самоеды кусают шпагу, которую держат перед ними. Также если перед ними держат русскую икону и велят укусить ее оклад, то это тоже считается за клятву. Но между собою они рубят своим откасом 19 их обычного идола, которого мангазейские русские называют Палкан 20, и о котором будет рассказано в главе о религии 21. :I ф

I: Клятва самоедов, когда они топором или ножом, или откасом надрубают своих идолов, называемых Junetta, или Палкан, должна означать, что тот, кто на это осмеливается, имеет чистую совесть, в противном же случае он бы не дерзнул совершить это из страха, что идол ему отомстит. Поэтому когда приносящий клятву рубит или бьет идола, он говорит следующее: ты знаешь, что я невиновен, и поэтому не будешь мстить мне за те удары, которые я тебе наношу. Ту же специфику, очевидно, имеет и кусание русских икон, которые перед ними держат. Однако они делают это не добровольно, а их к этому принуждают русские, если требуют от них клятвы, например, [172] при обычных торговых и меновых сделках, при взимании долгов, при заключении договоров и т. д.

Палтыш: Сибирская история. Том 1, стр. 395 22- возможно, это Палкан. :I х

От котовских язычников на реке Кан в Красноярском уезде я услышал, что будто бы самой сильной клятвой у них служит съесть лоскуток сырой ц медвежьей шкуры. Это, по-видимому, потому, что все такие кочующие по лесам народы подвергаются большой опасности со стороны медведей и, следовательно, очень боятся их. Якуты поэтому не осмеливаются называть медведя его настоящим именем, а из почтения обычно называют его Chara-Kuel 23, то есть черный зверь.

Брацкие, относящиеся к Удинскому острогу в Красноярском уезде, которые тоже большей частью живут в лесах и чащах, сообщили мне, что у них очень распространено точно такое же обыкновение клясться, съедая лоскуток медвежьей шкуры, хотя для подтверждения истины они также лижут ногти на пальцах. /л. 89 об./

I: У камасинцев не принято поедать лоскутки медвежьей шкуры. Они также говорят, что не приняты у них и никакие другие клятвы. :I ч

В наказной памяти 24 7150 (или 1642) года, которую якуцкий воевода Петр Петрович Головин дал посланному на реку Яну сыну боярскому 25 Василию Власьеву 26, клятва у якутов описывается следующим образом. Они вешают на березе 3 соболя и саблю, кладут под этой березой немного земли, опускаются на колени ш и произносят слова, которыми им велят клясться. Затем они кусают березу, а также лапы и хвосты 3 соболей и саблю, кладут землю себе на голову, склоняются головами до самой земли и говорят: Если они дают ложную клятву, то пусть земля их раздавит, поглотит щ (по-русски - задавит). Затем обращаются лицом к солнцу, повторяют еще раз все слова клятвы, или те слова, которые им велят произнести, и добавляют: Пусть мы никогда не увидим солнца, если не будем верны своей клятве или скажем что-нибудь не по правде. /л. 90/

I: Примечание доктора Иоганна Карла Генриха Дрейера, бывшего профессора в Киле, а ныне синдика 27 в Любеке, относительно принятого прежде в Голштинии обыкновения принимать присягу на клинке шпаги, находится в первой части его собрания различных статей, напечатанного в Ростоке в 1754 г., в 8°. 28 :I ъ

Клятва и принесение присяги у калмыков-у Витсена, на стр. 292 29.

Красноярские татары называют клятву Abatuga, по-русски шерть 30, и она состоит в том, что обвиняемый, который хочет оправдаться от подозрения в злодеянии, должен съесть лоскуток сырой медвежьей шкуры с кожей и волосами. А лоскуток этот ему преподносят в присутствии [173] свидетелей те, кто приводит его к клятве. У кого совесть нечиста, тот не легко решится съесть медвежью шкуру, ибо они твердо верят, что наказание последует тотчас же. Кроме того, они клянутся и словами, и проклинают себя и своих детей, но это не считается столь сильной клятвой, как первая. Если затем ы у татар обнаруживается, что кто-либо с нечистой совестью съел лоскуток медвежьей шкуры, хотя он и виноват, то /л. 90 об./ такого человека считают за ь великого грешника э. Он не может жить по соседству с тем человеком, который взял с него клятву ю, не смеет пользоваться водой из той реки или речки я, близ которых тот живет IIа, а должен со всем своим имуществом уйти в другое б место в. Но если затем окажется, что он невиновен, то грех падает на того, кто приводил его к клятве и давал ему съесть лоскуток медвежьей шкуры: тогда последний должен точно так же удалиться и не может г жить вместе с тем, кого он так жестоко обидел навязыванием ему лоскутка д медвежьей шкуры.


Комментарии

1. «У этих язычников [тунгусов] существует весьма необыкновенный способ принесения клятвы... Однажды в Нерчинске сидели заложниками двое знатных тунгусов. Случилось так, что они поссорились, и один из них обвинил другого, будто тот волшебством сжил со света несколько его покойных братьев. С этой жалобой он обратился к воеводам. Воеводы спросили жалобщика, согласен ли он, чтобы по тунгусскому обычаю обидчика заставили подтвердить свои показания клятвой. Жалобщик ответил утвердительно. Тогда обвиняемый взял в руки живую собаку, положил ее на землю, вынул нож и вонзил его ей в тело прямо под левую лапу. Затем он присосался к ране, пил кровь из нее и наконец поднял собаку вверх, чтобы высосать оставшуюся кровь, как показано на нашей гравюре. В самом деле-неплохое питье! Так как это является у них высшей формой клятвы и подтверждением истины, жалобщик был наказан за ложное обвинение, обвиняемый же отпущен.» (Идес 1967. С. 155).

2. Гравюра «Принесение клятвы у эвенков (тунгусов)»: Идес 1967. С. 154. Гравюра заимствована из первого голландского издания записок И. Идеса 1704 г.

3. «...after which the Accused took a live Dog, laid him on the Ground, and with a Knife stuck him into the Body, just under his left Foot, and immediately clapped his Mouth to the Wound, and sucked out the Dog's Blood as long as he could come at it; after which he lift him up, laid him on his Shoulders and clapped his Mouth again to the Wound in order to suck out the remaining Blood...» (Isbrand Ides 1706. S. 45).

4. Франц.: вонзает нож в тело ниже левого бедра. «...auquel il enfonce un couteau dans le flanc, au dessous de la cuisse gauche, & portant ensuite sa bouche a la playe, il suce le sang de l'animal, jusqu'a la derniere goute.» (Isbrand Ides 1727. S. 85).

5. Пальма, откас-см. Глоссарий.

6. Иоганн Георг Гмелин.

7. Имеется в виду Киренский острог.

8. «Ein gebraeuchlicher Schwur unter ihnen ist Olimni, und wird so gebraucht, wie der Russen Jei bog. Wo aber die Sache von Wichtigkeit ist, und dem Schwure schlechterdings nicht geglaubt wird, so wird ein Feuer angeleget; und bey selbigem ein Hund vor den Kopff geschlagen. Eben dieser Hund, wenn er tod geschlagen, wird auf das Holtz=Feuer gelegt an einem Orte, da es noch nicht brent, und ihm in die Gurgel geschnitten, und ein Gefaess untergesetzt, dass das Blut darein auslauffe. Waehrendem diesem Thut der beschuldigte einen Schritt ueber das Feuer, und saufft darauff einen Theil des blutes aus, was aber uebrig bleibt wird ins Feuer gegossen; der Hund aber auff ein Geruest gelegt. Was darbey gesagt wird, habe nicht verstehen koennen, weil der Dollmatsch allZu schlecht ware.» (И.Г. Гмелин в письме Г.Ф. Миллеру из Киренского острога от 16 декабря 1737 г.: ПФА РАН. Ф. 21. Оп. 3. Д. 115. Л. 14-17 об.; Миллер в это время находился в Иркутске).

9. Ср. эвенк. «элэмэ»- совершенно верно (Болдырев 2000. Ч. 1. С. 377; Мыреева 2004. С. 768).

10. Остяц. (енис.) «es» -небо, бог (Schiefner 1858. S. 160); кет. «es» или «ёs»-небо, бог (Donner 1955. S. 42); «... и они [енисейские остяки] почитают трех могущественных божеств: 1) бога неба, которого они называют Es; ...» (Middendorff 1874-1875. S. 1434).

11. Чуман-берестяной сосуд, коробица, лукошко, кузов из бересты. (Даль 1978-1980. Т. IV. С. 614; Аникин 2000. С. 674; Аникин 2003. С. 693).

12. Остяц.-самоед. «ilia»-старший дядя, старший родственник этого рода, также бог; «ilda», «ildakka» -медведь (Schiefner 1855. S. 107); селькуп. «ilea»-дед, старик, медведь (НЗС 2005. С. 324).

13. Остяц.-самоед. «korg», «kuerg», «kuerge», «kuerga»-медведь (Schiefner 1855. S. 202203); остяц.-самоед. (нарым.) «Korgo» или «Kuorgo» и (р. Кеть) «Korgo»-медведь (И.Э. Фишер: ПФА РАН. Ф. 21. Оп. 5. Д. 134. Л. 165); остяц.-самоед. (нарым.) «корга»-медведь (В.Н. Татищев: ПФА РАН. Ф. 21. Оп. 5. Д. 152. Л. 66 об.).

14. «Коран-священная книга в исламе. ... встречается выражение с арабским артиклем в форме Алкоран...» (Pfeifer 1995. S. 718).

15. «Lapidem silicem tenebant juraturi per Jovem, haec verba dicentes: Si sciens fallo, tum me Diespiter salva urbe, arceque bonis ejiciat, uti ego hunc lapidem.» (Festus/Flaccus 1699. P. 199).

16. «Jovem lapidem ... , quod sanctissimum jusjurandum est habitum, paratus sum ego jurare... » (Gellius 1706. P. 107).

17. «Die Heiden riefen bey ihren Eidschwueren den Jupiter vor allen zum Zeugen an. Der Schwoerende nahm einen Kieselstein in die Hand, und rief: So ich wissentlich betruege, oder falsch schwoere; so verbanne mich Jupiter aus allem Guten, wie ich jetzt diesen Stein aus meiner Hand werfe! Siehe den Festus, und den Gellius im 21 Kapitel des 1 Buches.» (Cicero 1742, S. 511-512).

18. «Шаманских камней у бурят имеется четыре: один ниже села Качег, называется Ajeghu-Tscholon, или Nojun-Tscholon; второй-выше р. Тутуры на р. Лене называется Adsiarai, или Adscharai; третий поблизости от острова Ольхон, а четвертый у верхнего истока р. Ангары, где она вытекает из Далая. Оба эти камня называются Nojun Tscholon» (Линденау 1983. С. 138); «Значение слов... Ajechu Tscholon-страшный камень» (Я.И. Линденау: РГАДА, ф. 199, оп. 2, портф. 511, Ч. 1, д. 6, л. 4-4 об.) «Bey denen zur Lamaischen Religion noch nicht bekehrten Buraten ist die Besteigung eines, diesem aberglaeubischem Volk hoechst fuerchterlichen Felsen, am westlichen Busen des Baikals, den sie Ajechu=tscholon (schrecklichen Felsen) und die Russen Schamanskoi Kamen (Zauberfelsen) nennen, die allerstaerkste Eidesversicherung.» (Pallas 1779. S. 332-333); бурят. «sulun», «sulun(n)», «colu»-камень (Schiefner 1857. S. 141); бурят. «шулу(н)»-камень, каменный (Черемисов 1973. С. 733); ср. бурят. «айдуу»-страх, ужас, и бурят. «айха»-бояться, ужасаться (Там же. С. 36, 38).

19. Откас-см. Глоссарий.

20. Ср.: «Полкан... , вероятно пол(у)конь, сказочное животное, кентавр (Даль 1978-1980. Т. III. С. 262).

21. Как отмечалось во введении, к написанию главы о верованиях сибирских народов Миллер так и не приступил. Среди его черновых экспедиционных записей нам не удалось обнаружить сведений о так называемом Палкане.

22. Палтыш-изображение божества, священный символ власти хантыйских князей Алачевых, правивших Кодским княжеством до середины XVII в. В приложениях к 1-му тому «Истории Сибири» Г.Ф. Миллера приводится текст документа, датируемого 12 июля 1606 г.: «Грамота царя Василия Шуйского в Березов воеводе князю Петру Черкасскому о пожаловании Онже Юрьеву «княжения» его брата Игичея Алачева, о выдаче ему «палтыша» брата его и о разрешении сбирать на себя ясак в волостях Васпуколоке и Кулпуколоке» (Миллер 1999-2005. С. 407). Копия этого документа, озаглавленного в «Описи Березовской архивы» как «7114 [1605/1606] году грамота от царя и великого князя Василья Ивановича всеа Русии в Березов об оддаче из казны князю Оньже Палтыша-болвана» (Актовые источники 1993-1995. Т. 1. С. 208), хранится в фонде Г. Ф. Миллера в ПФА РАН (Ф. 21.Оп.4. Д. 16. Л. 137-137 об.). По мнению современных исследователей, «Под «Палтыш-болваном» подразумевалось, очевидно, изображение или богини Калтащ, или духа Пол-туш-ики, имя которого можно перевести как «Полбороды старик» или «Вертлявая борода старик»» (История ХМАО 2000. С 183. См. также: Главацкая 2005. С. 72-73). В полевом дневнике Г.Ф. Миллера, наряду со сведениями о родословной князей Алачевых, сообщается: «Палтыш был идолом в семье Алачевых. Он состоял из серебряной пластины весом в 2 фунта, на которой, наряду с солнцем и полумесяцем, можно было разглядеть фигуру человека. После того, как остяки были крещены, князь Алач скрывал этого идола еще 3 года. Об этом, однако, было донесено, и он вынужден был доставить идола в Тобольск архиерею» (РГАДА. Ф. 199. Портф. 521. Ч. 2. Л. 96 об.).

23. Якут. «хара»- черный, темный (Пекарский 1958-1959. Т. III. Стб. 3329; Middendorff 1851. Theil 2. S. 80); якут. «кыш»- зверь, дикие звери и птицы (Пекарский 1958-1959. Т. II. Стб. 1375); якут. «хара кыш»-черный зверь, медведь (Там же. Стб. 1376); якут. «кыш»-зверь, живущий в дикой местности (Middendorff 1851. Theil 2. S. 65).

24. Наказная память, наказ-письменная инструкция должностному лицу.

25. Сын боярский-см. прим. 10 (дети боярские) к главе 8.

26. Г.Ф. Миллер ссылается на копию документа, озаглавленного в «Описи Якуцкой архивы» как «7150 [1641/1642] году память сыну боярскому Василью Власову с товарищи, чтоб ехать им на Яну реку для збору с янских якутов и с юкагирских людей ясаку с прибавкою» (Актовые источники 1993-1995. Т. 2. С. 198). Копия хранится в фонде Г.Ф. Миллера в ПФА РАН (Ф. 21. Оп. 4. Д. 30, Л. 301-302 об.).

27. Синдик-глава местного самоуправления, правительственный чиновник.

28. Dreyer 1754, S. 174 (Kapitel «Anmerckung von der in Holstein ehedessen ueblichen Gewohnheit, die Eyde an der Klinge des Degens abzulegen von D. J. C. H. Dreyer», S. 173204): «§ 1. Zu dieser Anmerckung, welche ich von denen in Holstein ehedessen auf das Schwerdt, oder an der Klinge des Degens geleisteten Eyden kuertzlich entwerfen will, veranlassen mich drey Documenta, so mir von einem geehrten Freunde ohnlangst guetigst mitgetheilet worden... »

29. «Als de Kalmakken een Eed zweeren, hakken zy zomtyds een Zwyn in twee stukken, en lekken 't bloed van't Mes: of houwen ook wel met een Zwaerd een zwarte Hond door, en lekken zijn bloed van't Zwaerd, daer dan eenige woorden by zeggende.» (Witsen 1705. S. 292)

30. Шерть (из тюрк.)-присяга для представителей аборигенных народов Сибири нехристианского вероисповедания.


Разночтения

а. Далее зачеркнуто или.

б. Далее зачеркнуто или.

в. Далее зачеркнуто или.

г. левую написано над строкой.

д. как утверждает Избранд написано над строкой.

е. из нее в ркп исправлено из крови.

ж. Далее зачеркнуто который.

з. на Кети написано над строкой.

и. Вешают написано поверх зачеркнутого кладут.

к. От У самоедов до неотомщенным написано на правом поле л. 86.

л. От О тунгусах на Хатанге до слишком плохим написано на правом поле л. 86 об.

м. От Но тунгусы твердо до сверх года написано на правом поле л. 87.

н. От Остяки на Енисее до целовать иконы написано на правом поле л. 87.

о. От У остяков также была до медвежью шкуру написано на правом поле л. 87 об.

п. От Магометане целуют до ad L. III. C. XXIX написано на правом поле л. 88.

р. От Такие скалы до впадающей в Осу написано на правом поле л. 88.

с. От В обычной речи до провалился и т. д. написано на правом поле л. 88.

т. Иркуцкой провинции написано над строкой.

у. или может быть саблю написано над строкой.

ф. От Самоеды кусают до о религии написано на правом поле л. 88 об.

х. От Клятва самоедов до это Палкан написано на правом поле л. 89.

ц. сырой написано над строкой.

ч. От У камасинцев до другие клятвы написано на правом поле л. 89.

ш. опускаются на колени написано над строкой.

щ. Поглотит написано над строкой.

ъ. От Примечание до в 1754 г., в 8° написано на правом поле л. 89 об.

ы. затем написано над строкой.

ь. Далее зачеркнуто такого.

э. Далее зачеркнуто что с ним никто не хочет знаться.

ю. тем человеком, который взял с него клятву написано поверх зачеркнутого другими людьми.

я. или речки написано над строкой.

IIа. тот живет в ркп исправлено из живут другие.

б. другое написано поверх зачеркнутого отдаленное.

в. Далее зачеркнуто на речку, на которой больше никто не живет.

г. Далее зачеркнуто общаться с другими людьми.

д. Навязыванием ему лоскутка в ркп исправлено из лоскутком.