Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

РОДЖЕР ХОВЕДЕН

АНГЛИЙСКИЕ АННАЛЫ В ДВУХ КНИГАХ

ANNALIUM ANGLICANORUM LIBRI II

49. — Ричард Львиное Сердце на о. Сицилии, и его договор с Филиппом II Августом. 1190 г.

(В 1202 г.).

Автор этой хроники пишет собственно историю Англии, продолжая труд Бэды Преподобного (см. о нем т. I, примеч. к ст. 66 и 79), от 738 г. до начала ХIII века, и помещая в ней отрывочные известия о других странах, а между прочими также и о Палестине; но первые два крестовые похода нашли у него для себя мало места, за то автор гораздо более заинтересовался третьим крестовым походом, именно потому, что в нем хотел принять участие английский король Генрих II, а его сын, Ричард Львиное Сердце, принял действительно. Изложив подробно сборы к походу Генриха II с приложением многочисленных документов, актов, писем, [498] договоров его с Филиппом II, а также различных астрологических предсказаний и легенд, автор объясняет, каким образом междоусобия Франции с Англией не дозволяли соперникам отправиться в поход до самой смерти Генриха; потом автор останавливается долго на первом времени правления Ричарда I, описывает новые его переговоры с Филиппом II и наконец поход чрез Марсель до о. Сицилии, где должны были встретиться оба короля. По этому случаю автор дает предварительно описание самого острова.

По средине пути между Марселью и Сицилией, надобно знать, лежат два большие острова: тот, который больше, называется Сардинией (Sardena), а другой — Корсикой (Corzege). Около самой Сицилии множество островов; некоторые из них, также как и около Сардинии, вулканические (ardentes). Подле Корсики водятся рыбы, который, выскочив из моря, летают по воздуху; пролетев около одной мили, оне снова падают в море; за этими рыбами гоняется множество чаек (falcones), которые преследуют их и ловят для пищи. Мне ручался в справедливости этого тот, кто сам видел; а его показания правдивы: он сидел за столом на палубе, и одна из таких летучих рыб упала перед ним на стол. Замечу, что самый большой из островов, окружающих Сицилию, называется Мунтгибель; он до такой степени пылал огнем, что около него высыхало море на большом пространстве и сжигало рыбу; но теперь уже давно погас этот остров заслугами и молитвами блаженной Агафии, девственницы и мученицы. Однажды, когда огонь вылетал из жерла горы Гибель более обыкновенного и начал приближаться к городу Катанам, где почивали святые мощи блаженной Агафии, множество язычников прибыли к ее гробнице, выставили ее покрывало против пожара, и огонь возвратился в море, высушил воду на расстоянии одной мили и сжег рыбу; немногие из них спаслись полусожженными, и от них ведет свое начало та порода, которая и до сих пор остается полусожженною и называется рыбою св. Агафии. Если случится какому-нибудь рыбаку поймать такую рыбу, то он ее немедленно пускает на свободу из уважения к блаженной Агафии и во славу Господа нашего Иисуса Христа, всечудного и преславного во святых своих.

Между тем Роберт из Саблайля, Ричард из Камуиллы и Вильгельм, владетель замка Улера (Это были вассалы Ричарда, которые вели флот прямо из Англии в Марсель, куда король пошел сухим путем чрез Францию) проплыв на корабле Ричарда, короля Англии, между Африкой и Испанией, и испытав на пути частые бури, прибыли в Марсель, в среду, в восьмой день после Успения Богородицы (22 авг.), и вместе с ними весь врученный им флот. Не найдя государя короля, они оставались там восемь дней, занимаясь необходимым исправлением судов. После того они отправились за королем, и в день Воздвижения Креста (14 сент.) прибыли в Мессину на о. Сицилии, в пятницу; а в следующее [499] воскресенье приехал туда же и Филипп (II Август), король Франции, 16 сентября; Маргарет эмир (admiralis), Иордан Пинский (del Pin) и другие начальники города приняли его с почестями и отдали ему для помещения дворец Танкреда, короля Сицилии (Незадолго до появления крестоносцев, умер король Сицилии Вильгельм II, последний потомок Гвискара, женатый на сестре Ричарда I, Иоанне; его единственная дочь Констанция была замужем за имп. Гейнрихом VI, сыном Фридриха Барбаруссы, которому она и передала свои права на Сицилию и Неаполь; но побочный сын Вильгельма II, Танкред, провозгласил себя королем и возбудил междоусобную войну. Танкред сначала боялся крестоносцев, ибо Ричард должен был мстить за свою сестру Иоанну, которую он держал в плену, а Филипп был союзник германского императора, мужа ее дочери).

Когда король Ричард услышал, что его флот прибыл в Мессину (из этого видно, что Ричард один пристал сначала к южной Италии), он удалился из Салерно 13 сентября и, миновав архиепископские города Амальфа и Концу, прибыл 18 сентября к городу и крепости, называемой Эскала. Вблизи этой крепости находится небольшой остров, на котором, говорят, помещалась школа Лукана, и до сих пор виден там под землею прекрасный покой, где Лукан имел обыкновение заниматься. Следующую ночь король провел в вилле, называемой Лацерарт, что в приорстве Монте-Кассино. Сентября 19 король, миновав приорство св. Михаила Иосафатского, прибыл к другому приорству того же ордена, называемому приорством св. Марии, где помещается замок св. Лукеи. Сентября 20 король, миновав замок Ламанту, подошел к вилле св. Евфимии. Сентября 21 король прибыл в Мелиду, где его с почетом принимали и угощали в аббатстве св. Троицы. Близ этого аббатства стоит деревянная башня, которую завоевал Роберт Гвискар и овладел после того замком и городом Мелидою. Сентября 22 король Англии, выйдя из Мелиды в сопровождении одного только рыцаря, проходил мимо какой-то небольшой виллы, и по дороге обратился к одному дому, в котором заметил ястреба; войдя в дом, он взял себе эту птицу; видя, что король не намерен возвращать ее, крестьяне сбежались во множестве и напали на него с камнями и дубинами в руках. Когда же один из них обнажил свой нож против короля, Ричард ударил его мечем плашмя, но меч сломался; тогда он, отбившись от других камнями и едва успев ускользнуть из их рук, прибыл в приорство Лабайнарию и, не останавливаясь там, переправился чрез большую реку Фар-Мескинский (le Far Meschines, т. е. Мессинский пролив. который автор называет рекою). Близ каменной башни, поставленной в Сицилии у самого входа в Фар, король провел ночь в палатке. Река же Фар отделяет Калабрию от Сицилии. При входе в Фар, близ Лабайнарии, есть опасное место для моряков, называемое Сциллой, а при выходе другое — Харибда. Сентября 23 Ричард, король Англии, прибыл в Мессину, что на о. Сицилии, с многочисленными судами, кораблями и галерами, в такой славе и при таком звуке труб и литавров (buccinum). что жителями овладел страх. Король [500] же Франции с своими людьми, со всеми знатными города Мессины, с духовенством и народом стояли на берегу и изумлялись тому, что видели и слышали о короле Англии и о его могуществе. Когда он пристал, то тотчас же вступил в беседу с королем Франции, и после этого разговора король Франции в тот же день сел на свои корабли с намерением отплыть в Иерусалимскую землю; на едва он вышел из гавани, как поднялся противный ветер, и. он с досадою и против воли должен был вернуться в Мессину. Король же Англии поместился в доме Регинальда из Мугека, где ему приготовили жилище, за городом, в виноградниках. Сентября 24 и 25 король Англии навещал короля Франции в его помещении и разговаривал с ним о различных предметах. Между тем Ричард, король Англии, отправил послов к Танкреду, королю Сицилии, и успел освободить из под стражи свою сестру Иоанну, бывшую королеву Сицилии (см. выше выноску 1 на стр. 499). Сентября 28 король Англии вышел на встречу своей сестре Иоанне, которая в тот же день прибыла из Палермо в Мессину на галерах, отправленных Танкредом, королем Сицилии. Сентября 29, то есть - в день св. Михаила, король Франции навестил сестру короля Англии в ее доме, увиделся с ней и был тому весьма рад. Сентября 30 король Англии переправился чрез Фар и, овладев укрепленным местом Баниар, первого октября ввел туда свою сестру Иоанну; оставив ее в Баниаре, он, в сопровождении рыцарей и другой многочисленной прислуги, возвратился в Мессину. Октября 2 король Англии овладел монастырем Гриффоном, местом, укрепленным посреди реки Фара между Мессиною и Калабриею, и сложил там свои съестные припасы, прибывшие к нему из Англии и других его стран; выгнав оттуда монахов и их прислугу, он снабдил монастырь рыцарями и другою стражею. Когда, же жители Мессины увидели, что он поместил войско и свою сестру в замке Боар и занял при этом монастырь Гриффон, они начали его подозревать в намерении овладеть всем островом, и взволновались. Вследствие того 3-го октября произошел раздор между войском короля Англии и жителями Мессины; негодование с обеих сторон возросло до того, что жители заперли городские ворота и сошли со стен в полном вооружении. Войско королевское, заметив то, бросилось с жаром к городским воротам, а государь король на быстром скакуне разъезжал по войску и, желая воздержать его от неистовств, бил палкой всякого, кто попадался, под руку, но ничего не мог сделать и наконец вернулся домой; вооружившись, он выехал снова, чтобы прекратить зло, если то будет возможно. Потом, сев в лодку, он отправился во дворец короля Танкреда для совещания с королем Франции о всем случившемся. Между тем вмешательством городских властей ссора прекратилась: обе стороны, положив оружие, разошлись по домам. Октября 4 к королю Англии пришли: Ричард, архиепископ Мессинский, Вильгельм, архиепископ с Королевской Горы, Маргарет эмир, Иордан Пинский и многие другие сторонники короля Сицилии, приведя, с собою Филиппа короля Франции, Регинальда Шартрского, [501] Манассера Лангрского, епископов, Гуго герцога Бургундии и многих других надежных людей, для заключения мира с королем Англии. Во время их переговоров, когда все было готово для заключения мира, граждане Мессины в огромном числе удалились на горы и замышляли оттуда напасть изменнически на короля Англии; некоторые из них нанесли даже оскорбление Гуго Черному в его помещении, и страшный их крик дошел до слуха короля Англии. Прервав совещание с королем Франции и другими вышеупомянутыми лицами, он приказал немедленно взяться за оружие; а сам с немногими поднялся на крутую гору, которую считали неприступною. Когда он достиг с великим трудом вершины горы, все находившиеся на ней бросились бежать в город, а король преследовал их с мечем в руках. Рыцари и королевские воины схватились жестоко с гражданами у ворот и под стенами и, выдержав удары камней, которыми их осыпали, то врывались в ворота, то отступали; при этом из вассалов короля Англии было убито 5 рыцарей и 20 простых воинов, на глазах короля Франции, который не оказал им никакой помощи (Автор оставляет необъясненным такое поведение Филиппа II: Танкред успел склонить на свою сторону Ричарда тем легче, что король Франции начал еще прежде замечать в Ричарде намерение отказаться от руки его сестры Алисы), хотя они были товарищами по странствию. Король Франции и его люди вошли даже в город и с полною безопасностью ходили посреди граждан. Между тем войско английского короля, после тяжелых усилий, взяло такой перевес, что сбило городские ворота, овладело стенами и, вступив в город, расставило вдоль укреплений по стенам знамена короля Англии. Король Франции в высшей степени оскорбился тем и потребовал снять английские знамена и водрузить его собственные. Король Англии не соглашался сначала, но после, во исполнение воли французского короля, приказал убрать свои знамена и передал город на охранение Госпиталитов и Тамплиеров, пока не будет исполнено все, чего он требовал от Танкреда короля Сицилии.

Восьмого октября король Франции и король Англии, в присутствии графов, баронов, духовенства и народа, клялись над мощами святых, что они и их войско во время странствования туда и обратно будут верно охранять друг друга; графы и бароны присягнули также, что они будут твердо и непоколебимо служить. Потом короли, сообразно с волею и желанием всего войска пилигримов (peregrinorum), постановили, чтобы все пилигримы, которые могут умереть на дороге во время своего странствования, могут распорядиться вполне всем, что относится до оружия, лошадей и одежды, которыми пользуются, также и половиною всего состояния, взятого для путевых издержек, но с тем, чтобы ничего не отсылать на родину; подобно тому и клерики при капеллах могут устраивать, как угодно, вещи, касающиеся капеллы, и все свои книги. Другая же половина должна быть передана в руки Вальтера, архиепископа Руанского, Манассера Лангрского, магистров воинства Тампля и Госпиталя, Гуго, герцога Бургундии, Радульфа Куси, Дрогона Мефо, [502] Роберта Саблейля, Андрея Шавоннь и Гильберта Васкуиля; эту часть они будут употреблять на пользу Иерусалимской страны, когда сочтут то необходимым. Все это короли подтвердили сами лично и обязались соблюдать то на всем пути, как по сю, так и по ту сторону моря, в отношении всех пилигримов обоего королевства, как тех, которые придут, так и тех, которые уже пришли. Архиепископы и епископы обещали также соблюдать то во всей истине. Магистры Тампля и Госпиталя согласились за свой орден; графы и бароны клялись лично. Сверх того было запрещено играть в какую бы то ни было игру, исключая рыцарей и духовенства, но с тем, чтобы они в течение одного дня или ночи не проигрывали более 20 солидов. Если же рыцари или бароны превысили в проигрыше 20 солидов в течение одного дня или ночи, то они должны внести 100 солидов вышеупомянутым архиепископам, епископам, графам и баронам, которым вверено хранение вышеупомянутых денег для увеличения той казны. Но короли могут играть на сколько им угодно (pro beneplacito suo). В доме королей простые воины могут играть с их дозволения до 20 солидов. И у архиепископов, епископов, графом и баронов их простые воины, получив от них дозволение, могут играть не свыше 20 солидов. Если же простые воины, матросы и другие служители будут пойманы за игрою без позволения, то первые водятся нагими три дня но лагерю и бичуются, если не захотят откупиться от такого вышеупомянутою пенею; то же и в отношении служителей. Моряки же, по их обычаю наказывать, опускаются рано утром в море ежедневно в течение трех дней, если не захотят откупиться от такого испытания вышеупомянутою пенею. Если какой-нибудь пилигрим во время странствования у другого на пути сделает ссуду, то обязуется возвратить. Но относительно того, что было им занято до начала странствования, не отвечает во время похода. Если какой-нибудь матрос или простой воин, или другой кто-либо, исключая духовных и рыцарей, тайно убежит от своего господина, то никто не должен его принимать без согласия на то прежнего господина. Если же кто примет такого без согласия на то прежнего господина, то будет наказан по определению вышеупомянутых лиц. И если кто покусится безрассудно нарушить эти постановления столь торжественно утвержденные, то да будет такому ведомо, что его отлучат архиепископы и епископы всего воинства; и нарушители сообразно их состоянию будут подвергнуты наказанию по определению вышеупомянутых лиц. Сверх того короли постановили, что никакой купец, чем бы он ни торговал, не может скупать в лагере ни хлеб, ни муку, для перепродажи, если не будет то доставлено ему посторонним. Из этой муки следует напечь хлебов; зерном же не везти, если не сделан хлеб или если зерно не взято для перевоза. Вообще запрещено покупать тесто; также запрещено все покупать в городе или на 1500 шагов от города. Если же кто купит зерном и испечет хлеб, то может приобретать барыша на одну долю унции. Другие же купцы, чем бы ни торговали, могут наживать на десять денариев один денарий. Запрещено скупать битую и живую скотину для перепродажи; должно [503] бить в лагере. Никто не может увеличивать цены на вино, после первого ее объявления. Никто не может печь хлеба больше, чем на один денарий. Относительно английской монеты определено, чтобы при всякой продаже один денарий принимался за 4 денария анжуйской монеты. Да будет ведомо, что все вышесказанное было постановлено по определению и волею королей Франции, Англии и Сицилии.

На третий день после взятия Мессины, городские власти и правители страны вручили королю Англии заложников, в ручательство сохранения мира, и обещали сдать ему город. если Танкред, король Сицилий и их господин, не выполнит в скорости всех сделанных ему требований. Ричард же требовал от Танкреда уступки горы св. Ангела со всем графством и другими принадлежностями в пользу сестры своей Иоанны, так как Вильгельм (II), бывший король Сицилии, и ее муж, дал ей то во вдовье владение (indodarium); также золотой престол, который в обычае у королей той страны; а для себя просил золотую столовую доску длиною 12 фут и шириною 1 1/2 фута, и большую шелковую палатку, в которой могут помещаться 12 рыцарей; также два золотых треножника для поддержки той доски, 24 золотых кубка и столько же серебряных тарелок; 60000 мер хлеба, столько же жита и вина и сто вооруженных галер со всеми принадлежностями и с съестными припасами на два года. Все это требовал, король Англии для самого себя, как наследник короля Генриха (II, Плантагенета); Вильгельм, король Сицилии, умирая, завещал ему все вышеупомянутые предметы. На это Танкред, король Сицилии, отвечал следующим образом: "Я дал Иоанне, вашей сестре, пред ее отъездом землю в вознаграждение за вдовий удел, а относительно ваших требований исполню все, что следует по обычаю этой страны". Вследствие того, по совету с лучшими людьми, король Сицилии представил королю Англии 20,000 унций золота на требование вдовы, его сестры; другие же 20 т. унций на остальные требования, которые предъявлял Ричард на основании завещания покойного Вильгельма, короля Сицилии, и в приданое за дочерью Танкреда, которая выйдет за Артура, герцога Бретани, племянника Ричарда.

Затем автор приводит, по своему обычаю, несколько подлинных документов: два мирных договора между Ричардом и Танкредом, и письмо Ричарда к папе Клименту с извещением о заключенном мире.

Но прежде нежели был заключен и утвержден мир между королями Англии и Сицилии, Маргарет эмир и Иордан Пинский, друзья короля Танкреда, которым он вверил охранение Мессины, скрылись ночью, увезя с собою семейства и все имущество в золоте и серебре; но дома, галеры и другие их владения конфисковал король Англии. После того король Англии велел прорыть широкий и глубокий канал по средине того острова, который находился на реке Фаре (в Мессинском проливе) и на котором лежал монастырь Гриффон, где охранялись деньги и съестные припасы короля. Канал проходил в длину всего острова от одного берега до другого; [504] а конец его упирался в Харибду (следует за тем повторение о Сцилле и Харибде того, что уже выше объяснил автор). Пока медлили заключением мира, король Англии укрепил себе место на вершине горы за стенами города Мессины, и этот замок назвали Матегриффон. Обитатели же Гриффона до прихода Ричарда были сильнее всех прочих жителей страны и ненавидели тех, которые приходили из-за гор; так что ни во что ставили убивать их, и некому было им помочь. Но когда прибыл король Англии, злоба их укротилась, сила убавилась, и они сделались самыми презренными людьми в стране. Рассчитывая, что они могут оскорблять Ричарда, как в прежнее время грабили других, они попали в яму, которую вырыли сами, и разбежались по стране. Английский же народ (Gens autem anglicana) пользовался большим уважением в королевстве Сицилии (по этому случаю автор приводит рассказ об одном старинном пророчестве, предсказывавшем о том, что англичане со временем овладеют королевством Сицилиею).

Потом король Англии из любви к Богу и для спасения души своей и своих родственников объявил вечный мир (in perpetuum urec) по всей своей земле, по сю и по ту сторону моря, постановив, что всякий спасшийся от кораблекрушения сохраняет в целости свое имущество; если же кто умрет на корабле, то сыновья, дочери, братья и сестры получают наследство, доказав, что они ближайшие наследники; но если умерший не имеет ни сыновей, ни дочерей, ни братьев, ни сестер, то король получает все движимое имущество (catallum, от capitale — капитал). Это постановление о вреке (мире) и утверждение грамоты сделал Ричард король Англии во второй год своего правления, в месяце октябре, в Мессине (следует список лиц, скрепивших грамоту). В том же году более 100,000 язычников (т.-е. мусульман), служивших в королевстве Сицилии королю Вильгельму, после его смерти, отказались служить королю Танкреду, как потому что Гейнрих (VI), король Германии, домогался Сицилии, так и потому что Ричард, король Англии, напав на остров, овладел большею его частью. Они удалились в горы с женами, детьми и скотом, и теснили христиан. причиняя им великий вред. Но, услышав о мире и согласии между королем Англии и королем Танкредом, они возвратились на службу последнего и, дав ему заложников, разошлись по домам. Обрабатывая землю, как они то делали при короле Вильгельме, язычники оставались на службе Танкреда.

Следует большое отступление: автор, отложив в сторону сицилийские дела, обращается к рассказу об осаде Птолемаиды христианами, поджидавшими Ричарда и Филиппа II, и, отметив несколько других отрывочных событий, как, например, смерть папы Климента, неудовольствие в Англии против папского лагеря, теснившего народ и т. п., переходит снова к Ричарду в Сицилию.

В том же году (т. е. в конце 1190 г.) Ричард, король Англии, по вдохновению свыше, припомнив всю греховность своей жизни, с [505] уничижением сердца созвал в капеллу Регинальда всех архиепископов и епископов, находившихся с ним под Мессиною, и, выйдя к ним нагишом, не устыдился у ног их исповедать Богу в их присутствии всю греховность своей жизни. Отец милосердый Господь, не желающий смерти грешника, но да исправится и живет, воззрел на него оком сострадания, дал ему кающееся сердце и призвал к покаянию; Ричард же восприял наказание от рук епископов, и с того часа сделался богобоязненным, избегал зла и творил добро. О, счастлив тот, кто падает с тем, чтобы подняться выше! О, счастлив тот, кто после раскаяния не впал в грех!

Следует новое и большое отступление по поводу беседы Ричарда с старцем Иоакимом из Калабрии о том месте Апокалипсиса, где говорится о семи царях, из которых пятеро пало, а двое остались, именно Саладин и Антихрист; после того автор приводит свои собственные соображения об Антихристе, сообщает длинный список князей, стоявших под Птолемаидою, и затем внезапно возвращается к Ричарду в Мессину, начиная хронику 1191 года.

В феврале месяце (1191 г.), в день Сретения господня, в субботу, после стола, Ричард король Англии и многие из его дома вместе с приближенными короля Франции сошлись, по обычаю, за стенами города Мессины, чтобы заняться народными (popularibus, по друг, списк. pluribus) играми. На обратной дороге, идя по городу, они встретили какого-то крестьянина, ведшего из деревни осла, навьюченного камышом, который называется также тростью (canna). Король Англии и другие бывшие с ним взяли каждый себе по трости и начали друг на друга нападать. Случилось, что король Англии и Вильгельм из Бара, лучший из рыцарей короля Франции, напали друг на друга и сшиблись тростями, при чем ударом Вильгельма было разорвано верхнее одеяние (cappa) Ричарда. Рассерженный король напал на него, так что и он, и лошадь его заметались; пока король старался сбросить его на землю, у него самого перевернулось седло, и он спрыгнул с лошади. Ему подвели другого, более сильного коня, и он снова старался напасть и сбросить Вильгельма, но не мог. Вильгельм припал на шею лошади, и король разразился в угрозах. Тогда Роберт Бретейль, сын Роберта графа Лейстерского, которого накануне король подпоясал графским мечем отца, наложил руку на Вильгельма, чтобы помочь своему сузерену; король ему закричал: "Пособи мне и бей его!" Долго еще Вильгельм и король состязались делом и словом. Наконец, король сказал ему: "Убирайся отсюда и берегись, чтобы не попасться мне: я буду вечным врагом и тебя, и всех твоих". Сказав это, он удалился. Вильгельм же, скорбя и сожалея о негодовании короля, обратился к Филиппу, своему государю, прося у него помощи и совета относительно случившегося на улице. На следующий день король Франции пришел, от имени Вильгельма, к королю Англии и униженно просил мира и прощения, но король не хотел его слушать. После [506] него пришли к королю Англии архиепископ Канторберийский, герцог Бургундии, граф Неверский и многие другие из князей Франции и, пав к его ногам, униженно молили о прощении Вильгельма, но король не хотел слушать их. На третий день Вильгельм удалился из Мессины; его государь, король Франции, не хотел держать его у себя долее против воли короля Англии. Гораздо позже, когда наступило время отъезда, к Ричарду явились король Франции и все архиепископы, епископы, графы, бароны и вожди армии; припав к его ногам, они просили простить Вильгельма, указывая на важность потери столь отличного рыцаря. С большим трудом, но они успели склонить Ричарда дать разрешение Вильгельму возвратиться в мире и обещание не делать зла ни ему, ни его людям, пока они находятся на службе господней.

После того король Англии дал много кораблей королю Франции и его людям, и столь щедро наделил всех рыцарей и простых воинов целой армии, что многие говорили: еще никто из его предшественников не роздал столько в один год, сколько он в один месяц. И должно полагать, что такою раздачею он заслужил благоволение Громодержца, ибо сказано: "Щедрого дателя любит Бог".

В том же феврале месяце король Англии отправил галеры в Неаполь на встречу матери своей, королеве Элеоноре (Alienor, Элеонора Пуату, была замужем сначала за Лудовиком VII, французским королем, a после за Генрихом II, отцом Ричарда; расстроив брак сына с Алисою, сестрою Филиппа II, она привезла теперь ему другую невесту, Беренгеру), Беренгере, дочери Санхо, короля Наварры, на которой он был намерен жениться, и Филиппу, графу Фландрии, ехавшему вместе с ними. Но мать Ричарда и дочь Наваррского короля отправились в Брундузий, где их встретил с почетом Маргарет эмир и другие вассалы короля Танкреда. Граф же Фландрии прибыл в Неаполь и, найдя там галеры Ричарда, отправился в Мессину и отдал себя в распоряжение короля Англии. Но король Франции, оскорбленный тем, устроил так, что граф, оставя Ричарда, перешел к нему.

Следует небольшое отступление по поводу жалоб из Англии на самовластие правителя, оставленного Ричардом на время своего отсутствия.

Первого марта (1191 г.) Ричард уехал из Мессины и отправился в Катаны — там покоится святейшее тело блаженной девы Агафии и мученицы — для переговоров с королем Танкредом, который прибыл туда ему на встречу. Когда же король Танкред услышал о прибытии короля Англии, он встретил его и, приняв с должною королю почестью, ввел в город. При посещении ими пещеры блаженной мученицы Агафии, народ и духовенство, хваля и благословляя Господа, соединившего королей союзом, ожидали их у входа во храм. Помолившись на гробе блаженной Агафии, король Англии вместе с Танкредом отправился во дворец и провел там три дня и три ночи. На четвертый день король Сицилии отправил [507] Ричарду большие дары золотом, серебром, конями и шелковыми тканями; но король Англии ничего не принял от него, кроме небольшого перстня, удержанного им в знак дружбы. Король же Англии подарил Танкреду знаменитый меч, который бритты называют Caliburne; это был меч Артура, известнаю короля Англии. Сверх всего, Танкред дал Ричарду четыре больших корабля, называемых ursers, и 15 галер. Когда же король Англии уходил, Танкред лично провожал его до Таверня, который отстоит на два больших перехода от Катан. На следующий день, когда Ричард хотел отправиться дальше, Танкред передал ему записку (breve), доставленную ему от короля Франции герцогом Бургундским; в этой записке было сказано, что король Англии — изменник, и не соблюдает заключенного мира; если Танкред желает вступить в войну с королем Англии или напасть на него ночью, то люди Филиппа помогут ему истребить Ричарда и его войско. На это король Англии отвечал: "Я не изменник, не был им и не буду; мира, который я заключил с вами, не нарушил и не нарушу, пока жив; притом не могу легко поверить, чтобы король Франции мог таким образом писать обо мне, ибо он мой сузерен (dominus meus) и клялся быть союзником во время этого странствования". Ему отвечал Танкред: "Вручаю вам подлинные письма, которые он мне прислал чрез герцога Бургундии, и если герцог Бургундии откажется от того, что он доставил мне их от своего господина, короля Франции, то я готов доказать ему то чрез одного из моих герцогов". Получив из рук короля Танкреда эти письма, Ричард возвратился в Мессину. — В этот же день и король Франции прибыл в Тавернь, говорил с Танкредом и, проведя там ночь, на следующий день вернулся в Мессину. Король же Англии, раздраженный против него, сумрачно смотрел на него, что не обещало мирного расположения, и старался отыскать предлог, чтобы отделиться от короля Франции. На его вопрос, что все это значит, Ричард передал ему чрез Филиппа, графа Фландрии, все, что он слышал от Танкреда, и в доказательство показал ему те письма. Король Франции, видя то и чувствуя себя несправедливым, замолчал, ибо не мог возражать. Но, вернувшись к себе, он объявил: "Теперь я вполне убежден, что король Англии ищет предлога делать мне зло, и все это выдумка и ложь; я думаю, что он решился на такую выдумку, чтобы отказаться от моей сестры Алисы (Alesia), с которою он клятвенно обручился; но пусть он знает, что если это случится и он женится на другой, то я буду врагом его и всех его людей до конца жизни". Услышав то, король Англии отвечал, что он никогда не женится на его сестре, ибо его отец (Генрих II) знал ее и имел от нее сына, чему он приводил многих свидетелей, готовых подтвердить то всяческим образом. Когда и король Франции удостоверился в том, вследствие многих показаний, то он, по совету графа Фландрии и других своих вассалов, согласился покончить дело миролюбиво, чтобы предать забвению все происшедшее между ним и королем Англии. Ричард освобождался от всех клятв, обязательств и договоров, заключенных по поводу [508] обручения с Алисою, и за то обещал королю Франции уплачивать в течение 5 лет ежегодно по 2 тысячи марок стерлингами (strilingorum), и тут же на месте заплатил первые две тысячи. По возвращении домой, король Англии отпустил на свободу Алису и выдал Жизор и прочее, уступленное в качестве приданого. На этих условиях король Франции дал согласие Ричарду жениться на ком угодно; сверх того, Филипп предоставил и подтвердил хартией, чтобы герцогство Бретань на вечные времена считалось вассальным владением герцога Нормандии, и чтобы герцог Бретани был вассалом (homo) герцога Нормандии и относился к нему как ligius (зависимый) к своему сузерену, а герцог Нормандии дает присягу Франции и за Бретань, и за Нормандию.

Таким образом, в тот день оба короля сделались друзьями и утвердили все свои договоры клятвою и приложением печатей. Того же месяца марта 30 числа, в субботу (Если в 1091 г. Пасха была 16 апреля, то 30 марта приходилось в четверг, а не в субботу), Филипп, король Франции, отплыл из Мессинской гавани со всем своим флотом, и 22 апреля, в субботу на святой неделе, прибыл с войском к осажденной Птолемаиде (Accоn). Король же Англии и его войско остались, по отбытии Филиппа, в Мессине. В тот же день, когда король Франции удалился из Мессины, прибыла туда королева Элеонора, мать Ричарда, и привезла с собою Беренгеру, дочь Санхо, короля Наварры, на которой король Англии имел намерение жениться. Апреля 4, Элеонора возвратилась в Англию чрез Рим по делу Готфрида, избранного в архиепископы Иорка. Король просил чрез нее первосвятителя и униженно умолял, чтобы он утвердил избрание Готфрида и посвятил его сам или чрез другого. По удалении Элеоноры, дочь короля Наваррского осталась на руках Ричарда вместе с его сестрою Иоанною, королевою Сицилии.

Так как 11 апреля умер папа Климент и был избран Целестин III, то автор по этому случаю делает отступление и рассказывает подробно как избрание нового папы, так и коронование им Гейнриха VI императорскою короной, a затем снова обращается к Ричарду.

Между тем король Ричард срыл в апреле месяце и разрушил свою крепость Матегриффон, еще до своего отъезда из Мессины, как то обещал Танкреду. В четверг же он вышел со всем своим войском и флотом из Мессинской гавани, на 150 больших кораблях и 53 галерах, хорошо вооруженных; но в субботу, в девятом часу дня, подул страшный восточный ветер и рассеял флот. Король с частью кораблей пристал к о. Криту, а потом к Родосу. Большой же корабль, на котором ехала королева Сицилии и дочь короля Наваррского, вместе со многими приближенными Ричарда, и другие два судна подошли к о. Кипру; король ничего не знал, что с ними случилось. [509]

Далее автор рассказывает историю завоевания Кипра Ричардом, его прибытие под Птолемаиду, осаду города, его завоевание, возвращение Ричарда, его плен и освобождение, войну с Филиппом II и смерть, наконец, начало правления Иоанна Безземельного до 1202 года, на котором останавливается хроника. Для истории четвертого крестового похода у нашего автора замечателен особенно только один эпизод, а именно проповедь четвертого крестового похода монахом Фулько Нёльи в Англии и его свидание с Ричардом, незадолго до смерти короля (см. о том ниже, в ст. 57).

Рожер Говеден.

Annalium Anglicanorum Libri II. 731 — 1201. — Под 1190 и 1191 годами.


О жизни и сочинениях Рожера Говедена см. ниже, в примечании к ст. 57.

(пер. М. М. Стасюлевича)
Текст воспроизведен по изданию: История средних веков в ее писателях и исследованиях новейших ученых. Том III. СПб. 1887

© текст - Стасюлевич М. М. 1887
© сетевая версия - Тhietmar. 2010
© дизайн - Войтехович А. 2001