Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ПЕРСИДСКИЕ ИСТОЧНИКИ ПО ИСТОРИИ ТУРКМЕН И ТУРКМЕНИИ X-ХV вв.

Источники для истории туркмен на персидском языке представляются довольно разнообразными, так как к ним относятся все виды иранской историографии и ряд других литературных произведений, содержащих в той или иной степени исторический материал.

Прежде всего надо указать на всеобщие истории, конечно, компилятивного характера, излагающие в хронологическом порядке события всего мира, доступного тогдашнему знанию, от древнейших легендарных эпох до времени автора, например «Сборник летописей» Рашид-ад-дина или «Сад чистоты» Мирхонда. Далее, мы имеем истории частные, описывающие определенную эпоху той или иной династии или события, связанные с определенной исторической личностью; таковы история Сельджуков «Успокоение сердец» Равенди и «История завоевателя мира» Джувейни, повествующая о завоеваниях монголов, или две «Книги побед» — две истории с одинаковыми названиями, принадлежащие Низам-ад-дину и Шереф-ад-дину и рассказывающие о походах и завоеваниях Тимура.

К историям частным примыкает мемуарная литература, немногочисленные произведения которой представлены, прежде всего, в высшей степени цепными и оригинальными записками Бейхаки, изображающего с известной долей критики события и порядки в эпоху султана Мас'уда Газневида. [41]

Как всемирные, так и частные истории написаны большею часты» вычурным и цветистым стилем, в угождение вкусам феодальных кругов,, для которых составлялись указанные летописные своды.

К повествовательной литературе, в известной степени ценной как исторический источник, относятся собрания исторических рассказов и анекдотов, вроде «Сборника рассказов» Мухаммеда Ауфи.

Сюда же принадлежат «жития» суфийских старцев, служащие прекрасным источником для изучения главным образом разных сторон внутреннего быта, ценных исторических деталей и житья-бытья низших классов населения Ирана и Средней Азии, чего мы не найдем в упомянутых летописных сводах, рассчитанных на удовлетворение литературных вкусов феодальной Аристократии.

Ценные исторические сведения содержатся, далее, в географических сочинениях, описывающих или весь мир, доступный познанию современной автору эпохи, или же отдельные города, например «Услада сердец» Хамдаллаха Казвини или «Райские сады» Исфизари. Наконец, общепризнанной «шляется чрезвычайная ценность для исторического исследования разного рода официальных документов и целых сборников таковых; достаточно указать на «Инша», сборник документов эпохи Сельджуков (XII в.).

ЛИТЕРАТУРА ОБЩЕГО ХАРАКТЕРА

Туркестан, стр. 1-60.

Бартольд, В. В. Иран. Исторический обзор. Ташкент, 1926.

Storey, С. А. II, 1; II, 2.

Browne, Ed. G. A History of Persian literature under Tartar dominion (a. D. 1265-1502). Cambridge, 1920.

«Худуд ал-алем»

Географическое сочинение «Худуд ал-алем» («Границы мира») составлено в 372 (= 982/83) г. и содержит сведения «о земных областях и царствах, о всех, про какие можно было узнать из книг или рассказов умных людей».

Единственная рукопись этого сочинения, обнаруженная в 1892 г. в Бухаре и принадлежавшая первоначально А. Туманскому, заключена в одном общем томе с тремя другими рукописями: 1) географическое сочинение «Джехан-намэ»; 2) сочинение о музыке; 3) рассматриваемое нами сочинение под полным названием «Худуд ал-алем мин ал-машрик иля-л-магркс» («Границы мира от востока к западу»), на 39 отдельных листах; 4) сочинение под названием «Джами-ал-улюм» Фахр-ад-дина Рази.

Имя автора не выяснено и в самой рукописи не упоминается. В имени Абу-л-Муайяд Абд-ал-кайюм ибн ал-Хусейн ибн Али ал-Фариси, имеющемся в виде приписки на четвертой рукописи, А. Туманский видит имя ее переписчика и владельца, который списал географию «Худуд-ал-алем» в 656 (= 1258) г., а четвертое сочинение — в 658 (= 1260) г.

Как сказано в начале рукописи «Границы мира», труд начат в 372 ( = 982/83) г. и предпринят для правителя области Гузгана, или Гузганана (по-арабски Джузджан), Абу-л-Хариса Мухаммеда ибн Ахмеда из рода Феригунидов. Кроме отмеченного выше общего заявления о «книгах и рассказах умных людей», автор ни разу не приводит ни одного из своих источников. Изыскания В. В. Бартольда обнаружили зависимость автора от Птолемея и Аристотеля, а также от арабских географов Балхи и Истахри; кроме того, А. Туманским произведено сравнение соответственных мест рукописи с аналогичными сведениями о славянах и русских Ибн Русте. Главным же источником сведений автора о тюркских народах является, по-видимому, недошедшее до нас сочинение ал-Джейхани. [42]

Содержание сочинения распадается на две части: 1) географию физическую - пять первых глав, лл. 2-12, и 2) географию экономическую – пятьдесят две главы, лл. 13-39.

Выражения «место купцов» и «ворота» (в такую-то) страну употребляются систематически при описании стран и городов. Так же систематически и подробно перечисляются статьи вывоза; сведения о товарах во многом дополняют наши познания по этому предмету и могли бы быть предметом особого исследования. Рукопись имела географическую карту, судя по двум на нее ссылкам автора, конец рукописи, где могло находиться имя автора, оторван.

Неизвестное произношение многих географических названий заставило В. Бартольда отказаться от перевода рукописи. Тем не менее из рукописи делались частичные извлечения в работах: В. Жуковского, А. Туманского и В.В. Бартольда; наконец, В. Минорский сделал полный перевод. Язык «Худуд-ал-алем» прост и архаичен, напоминая своей морфологией, лексикой и синтаксическими конструкциями язык Бейхаки.

Перевод в настоящем томе сделан по фототипическому изданию Академии Наук СССР.

ЛИТЕРАТУРА

Худуд-ал-Алем. Рукопись Туманского с введением и указателем В.В. Бартольда. Лгр., 1930.

Minorsky V. Hudud-al-Alam. «The regions of the world» a persian geography. 372 a. H. – 982 a. D. Translated and explained by V. Minorsky, with the preface by V.V. Bartold (†1930) translated from the russian. London, 1937 (GMS, NS, XI).

Туманский А. Новооткрытый персидский географ X-го столетия и известия его о славянах и руссах. ЗВО, X, 1897, стр. 121-139.

«Тарих-и Бейхаки»

Мемуарная литература, один из интересных и ценных по своему содержанию жанров повествовательных произведений, представлена в иранской литературе незначительным количеством произведений. Самыми ранними известными нам мемуарами, написанными на персидском языке, является объемистая по своим размерам «История Бейхаки» - труд, несмотря на его громадное значение, до сих пор не использованный в заслуженной им мере, хотя он неоднократно и служил первоисточником для исторических изысканий.

Автором этого своеобразного и необычайно интересного памятника повествовательной литературы Ирана был Абу-л-Фазль Мухаммед ибн ал Хусейн Бейхаки. Он родился около 386 (= 996) г. и происходил из Бейхака, южного из северо-западных районов Хорасана (нынешний Сабзеварский район). Около 412 (= 1021) г., в пору наибольшего расцвета мощи газневидской державы, Бейхаки поступил на службу в одно из высших правительственных учреждений того времени в Газне – «диван ар-расаиль», нечто вроде нашего посольского приказа старых допетровских времен, и служил здесь, вероятно, в должности писца – составителя официальных и дипломатических документов, в течение 19 лет, под непосредственным начальством и руководством своего патрона ходжи Абу-Насра Мишкана, умершего в 431 (= 1039) г. По смерти Абу-Насра султан Мас’уд, сын Махмуда, по-прежнему благоволил к нашему автору; когда же Мас’уд умер, Бейхаки вследствие какого-то «юношеского увлечения», о котором он умалчивает, но в котором в какой-то степени считает себя виноватым, был, очевидно, смещен с должности; но, затем, при султане Абд-ар-рашиде (441-445 = 1049-1053), он был восстановлен на службе и ведал всем посольским приказом. Умер Бейхаки в 470 (= 1077) г.

Бейхаки писал свою «Историю» уже на склоне лет, после отставки – обстоятельства, позволившего ему излагать исторические события более [43] или менее беспристрастно и независимо. Однако его бывшее положение при султанском дворе дает себя знать в содержании повествования. Чаще и долее, чем это нужно, автор останавливается на деталях, характеризующих жизнь двора и «диванов», — иными словами — высшие военные и бюрократические сферы, — на придворных и чиновничьих интригах и соперничестве. Несмотря на. то, что подлинные документы, находившиеся у Бейхаки на руках, были у него отняты, вероятно, при отставке, его описание исторической эпохи по полноте событий и богатству деталей остается непревзойденным в иранской историографии, и — надо отдать справедливость писателю, — он изображает придворную жизнь, политические события и участие в них самого султана Мас'уда, (Поэтому «История» Бейхаки часто называется также «Тарих-и-Мас’уди» («Мас'удова история») его отношение к туркменам, его промахи и дурные поступки весьма откровенно, без того аффектированного почтения, какое свойственно многим восточным историкам, повествующим о носителях верховной власти. Бейхаки начал свой рассказ с 409 (= 1018) г., и весь труд его состоял из 30 томов; неизвестно, до какого года доведено было его огромное собрание исторических сведений, от которого сохранялась небольшая часть, посвященная царствованию султана Мас'уда (422-433 = 1030-1041/2), именно вторая половина 6-го тома, томы 7-9 и часть 10-го; эта сохранившаяся часть написана, вероятно, около 451 (= 1069) г., так как автор в своих отступлениях часто ссылается на эту дату; отрывки из первых томов приводятся у Джузджани (XIII в.) и у Хафиз-и-Абру (XV в.).

Нет сомнения, что материалом для исторического повествования Бейхаки послужили все же официальные записи, сделанные в свое время, о чем свидетельствуют даты событий, обозначенные точно. Нить связного рассказа часто прерывается вставочными поучительными или историческими анекдотами (чаще всего о Махмуде Газневиде) — излюбленный автором литературный прием.

События автор описывает или непосредственно, как очевидец, или со слов второго лица (Абу-Насра и донесений агентов). Особенность своих литературных приемов автор отлично сознавал сам и даже в одном месте своего сочинения дал о себе такую характеристику: «Эти рассказы от истории далеки, ибо в истории так читают: такой-то падишах такого-то "салара" послал воевать с таким-то, в такой-то день дали сражение или заключили мир, и этот того или тот этого разбил, и этой местностью они прошли. Я же писал то, что подходяще по моему мнению».

Язык Бейхаки резко отличается от шаблонно-литературного языка иранских исторических сочинений. Это не литературный, а скорее обыденно-разговорный язык с его живостью и простотой и с архаизмами, присущими языку той. эпохи.

Основные особенности языка Бейхаки, как и всякого разговорного, инверсии и эллипсисы. Эллиптируются не только отдельные члены предложения, но и группы членов, и .даже целые предложения, вследствие чего не всегда ясны детали текста. Оба существующие издания — калькуттское и тегеранское — крайне неудовлетворительны, содержат пропуски и искажения, особенно в географических названиях и собственных именах. Перерод в настоящем томе сделан по калькуттскому изданию, с привлечением» для сравнения, тегеранского; ряд мест, однако, остался неясным.

ЛИТЕРАТУРА

The Tarikh-i Baihaki, containing the life of Masaud, son of sultan Mahmud of Ghaznin. Being the7th, 8th, 9th and part of the 6th and 10th vols of the tarikh-i Al-i Saboktakeen... ed. by W. N. Morley... Calcutta, 1861-1862 (Bibliotheca Indica). [44]

Тарих-и-Бейхаки. Тегеран, 1307 (= 1890).

Menoutchehri, poete persan du ll-eme siecle... texte, traduction, notes et introduction historique par A. de Biberstein Kazimirski. Paris, 1886-1887, pp. 17-131 (конспект сочинения Бейхаки).

'Туркестан, стр. 22-25, 309 и сл.

Storey, II, 2, pp. 252-254, № 334.

Barthold W. Baihaki, EI.

«Зейн ал-ахбар»

Исторический труд общего характера, написанный около 442 (= 1050) г. или 440 (= 1048) г., в эпоху кратковременного царствования (440-444 = = 1049-1053) газневидского султана Абд-ар-рашида ибн Махмуда, по прозвищу Зейн-ал-милла, которому и был посвящен, на что указывает уже первая часть названия.

Автор его, Абу-Са'ид (или Са'д) Абд-ал-хай ибн аз-Заххак ибн Махмуд Гардизи, или Гардези, как показывает его нисба, происходил из г. Гардеза, существующего до сих пор к югу от г. Кабула в Афганистане. Других биографических сведений об авторе не сохранилось.

Содержание труда Гардизи составляют история древнеиранских царей (начиная с мифической династии Пишдади), история халифов до 423 (= 1032) г., история Хорасана до 432 (= 1041) г.; исторические сведения останавливаются таким образом на Газневиде Маудуде, сыне Мас'уда и внуке Махмуда.

В конце летописи приложено несколько глав о существующих эрах, о праздниках мусульманских, христианских, еврейских, зороастрийских и индийских, глава об Индии и очень важная глава о тюрках.

Исторический труд Гардизи должен быть признан главным источником для изучения истории Хорасана до эпохи Саманидов включительно и даже до воцарения султана Маудуда (1041 г.), вследствие утраты сочинения Селлами. Текст Гардизи иногда очень близок к тексту Ибн ал-Асира и в некоторых местах совпадает буквально, несомненно вследствие того, что оба автора пользовались одним и тем же источником (Селлами). Помимо этого, сам Гардизи своими источниками называет следующие: 1) неназванное сочинение Ибн ал-Мукаффы (VIII в.), быть может, его арабский перевод пехлевийской «Книги о царях» («Хватай-намак») под заглавием «Сияр ал-мулюк»; 2) труд неизвестного автора о «ничтожности земного мира» («таваду’ ад-дунья»); 3) Ибн Хордадбеха (IХ в.), «Книга известий» («Китаб ал-ахбар»); 4) географическое сочинение саманидского везира Мухаммеда Джейхани (начало X в.).

В части же, касающейся народов Восточной Европы, источником Гардизи служил Ибн Русте, на которого сам автор не ссылается.

Ибн Хордадбех и Джейхани — главные источники Гардизи, по его же собственным словам, при составлении вышеупомянутой главы о тюрках. Язык Гардизи отличается сжатостью, заметно отсутствие риторических прикрас, но встречаются слова, обычные для этой эпохи (например у современника Гардизи — Бейхаки), ставшие позднее архаизмами. Летопись издана М. Назимом по двум существующим рукописям в неполном виде, «по недостатку издательских средств» — лишь часть, относящаяся к Тахиридам, Саффаридам, Саманидам и Газневидам; по этому изданию, с привлечением отрывков, изданных В. В. Бартольдом, сделан перевод текстов.

ЛИТЕРАТУРА

Кitab Zainu'l Akhbar. Composed by Abu Said... Gardizi about 440 a. H., ed. by Muhammad Nazim. Berlin, 1928 (E. G. Browne Memorial series, I).

Туркестан, ч. I, стр. 1-18 (извлечения из разных мест труда); ч. II, стр. 22 [45]

Бартольд В. В. Отчет о поездке в Среднюю Азию с научной целью 1893-1894 гг. СПб., 1897, стр. 78-126 (текст и перевод главы о тюрках).

Storey, II, 1, pp. 65-67. № 102.

Вагthоld W. Gardizi, ET.

«Джами' ал-улюм»

Среди персидских энциклопедий, трактующих о всех пауках, в разные эпохи жизни на мусульманском Востоке представлявших интерес и имевших практическое значение, хронологически третье место занимает сочинение «Джами’ ал-улюм» («Собрание наук»), содержащее обзор пятидесяти семи наук, где тринадцатой значится «история» (тарих).

Второй редакцией данного труда является произведение того же автора, отличающееся от первого новым заглавием «Хадаик ал-анвар фи хакаик ал-асрар» («Сады светочей касательно истин тайн»); число трактуемых наук здесь увеличено до шестидесяти. Автором «Джами'ал-улюм» является известный философ Фахр-ад-дин Мухаммед ибн Омар ар-Рази, родившийся В 554 (= 1159) г. и умерший в 606 (= 1209/10) г. Прибыв в Хорезм, он получил доступ ко двору хорезмшаха Текеша ибн Иль-Арслана (568-596 = 1172-1199/1200), для которого и составил в 574 (= 1178/79) г. настоящий сборник.

Для настоящего тома «Материалов» использован древнейший список, датированный 658 (= 1260) г., являющийся четвертым в известной рукописи Туманского, принадлежащей Институту востоковедения Академии Наук 'СССР (С 612).

ЛИТЕРАТУРА

Rieu. Supplement, pp. 102-103, №№ 142, 143.

«Инша»

Всем понятно значение официальных документов, дипломов и всякого рода переписки как первоклассного источника при исторических исследованиях; тем более приобретают важность такие письменные источники на Востоке, где историографии очерчены были строго определенные узкие рамки придворно-феодального летописания.

Такие документы, правда не в подлиннике, но в копиях, встречаются и в иранской литературе, то в виде спорадически и случайно разбросанных в разных антологиях и литературных альбомах писем разных лиц, замечательных в том или ином отношении, то в виде отдельных специальных сборников такой корреспонденции. Ценность собраний таких документов на средневековом Востоке лежала в иной плоскости, нежели у нас: если для нас они важны своим содержанием, то на Востоке ценилась лишь их внешняя сторона как образцов изящного эпистолярного стиля, и авторы их, «катибы», сочинявшие и составлявшие их для разных важных лиц, считались выдающимися литераторами-стилистами на ряду со знаменитыми поэтами, мастерами слова.

Собрания этих произведений пера, имевшие и практическое применение как руководства для секретарей («мунши»), носили, большею частью, название «Китаб-и-инша».

Один из таких сборников официальных документов в 216 листов, имеющий большое значение как источник для истории эпохи хорезмшахов и эпохи султана Санджара, находится в Институте востоковедения Академии Наук СССР под шифром С 816. [46]

Автор, составитель сборника, не назван; большая часть документов принадлежит перу «катиба» Мунтаджаб-ад-дина Беди', (Он был одним из предков Ата-мелика Джувейни, автора «Тарих-и-джехангуша» (см. ниже); он же оказался заступником за поэта Рашид-ад-дина Ватвата в известной истории этого поэта, попавшего в плен к султану Санджару после взятия последним крепости Хазараспа) служившего в «диван-и-инша» (канцелярии по составлению документов) султана Санджара ибн Меликшаха; этот Беди' был, кроме того, и придворным поэтом, так как в сборник включены его изысканные касыды. Помимо Беди', в сборнике приведены письма, сочиненные и другими известными в то время «катибами». Есть письмо к везиру багдадского халифа, составленное от имени хорезмшаха Иль-Арслана его «катибом» — известным поэтом Рашид-ад-дином Ватватом (ум. 578 = 1182); его перу, может быть, принадлежат и другие документы, написанные от имени хорезмшаха. Рукопись, по Определению В. Р. Розена, относится к VIII (= XIV) в. Отрывки из сборника Беди' изданы В. Р. Розеном и В. В. Бартольдом.

ЛИТЕРАТУРА

Туркестан, I, стр. 23-43 (текст нескольких документов); ч. II, стр. 33-34.

Розен В. Р. Образчик персидского канцелярского слога VI-го века гиджры. ЗВО, VIII, стр. 153-157 (текст и перевод одного документа).

Storey, II, 2, pp. 260-261, № 339.

Collections scientifiques de l'Institut des Langues Orientates du Ministers des Affaires Etrangeres. III, Les Manuscrits persans de l'lnstitut des Langues Orientals decrits par le baron Victor Rosen. St.-P., 1886, pp. 146-159.

«Асрар ат-тавхид фи макамат шейх Аби-Са'ид»

Жизнеописания отдельных суфийских старцев, представляя необычайно богатый биографический материал, в значительной степени содержат такие ценные исторические подробности, данные по исторической географии и областной истории, подчас весьма правдиво обрисовывают такие характерные черты тех или иных исторических деятелей, отражают в себе столько интересных культурно-бытовых деталей, какие совершенно отсутствуют у большинства иранских историков, в силу тех предъявлявшихся к ним придворно-феодальных литературных требований и той манеры их изложения, о которых уже говорилось. В этих житиях суфийских старцев, в противоположность многим произведениям западно- и восточноевропейской агиографии, отсутствует риторичность, изощренность формы, они составлены большею частью на основе народных рассказов и изложены простым народным языком с присущими ему особенностями эпохи и местности. Но при оценке этих житий как исторических источников нужно, разумеется, проявлять осторожность, потому что на ряду с чертами живой истории быта в них достаточно обильно представлен элемент чудесности, с действительностью сплетаются легендарные мотивы, черты и чудеса, приписываемые одним старцам, переносятся на других, и эти легендарные и чудесные кочующие мотивы встречаются в других литературах Востока или в западноевропейских памятниках агиографической литературы, перекочевав с Востока в эпоху крестовых походов, а может быть и раньше.

Древнейшим, или вторым по древности, дошедшим до нас памятником иранской агиографии признается житие известного шейха Абу-Са'ида Фазлаллаха ибн Абу-л-Хейра, автора популярных в Иране четверостиший, большую часть жизни проживавшего в местечке Мейхене (или Мехене), (Ныне туркменский аул Меана, километрах в 50 на юго-восток от ст. Душак Среднеазиатской ж. д., на пути в Серахс, в пределах Туркменской ССР) [47] где он родился в 367 (= 968) г. и скончался в 440 (= 1049) г. Составителем этого интересного памятника, озаглавленного «Асрар ат-тавхид фи макамат шейх Абу-Са'ид» — «Тайны единения с богом в подвигах шейха Абу-Са'ида», является праправнук шейха Абу-Са'ида, Мухаммед ибн ал-Мунаввар.

Еще в молодости он заинтересовался сведениями о своем предке и стал собирать их путем расспроса разных шейхов, приходившихся родственниками Абу-Са’иду, тщательно проверяя источники, от которых они шли к нему. Эти сведения он затем, после нашествия гузов и разгрома Хорасана, обработал между 553 (= 1158) и 599 (= 1220) гг. в виде связной биографии, причем в основу этого труда он положил краткий сборник, заключавший сведения о жизни Абу-Са'ида и составленный за несколько времени до этого его двоюродным братом Кемаль-ад-дином Абу-Раухом. Последний сборник составляет одну шестую часть имеющегося у Мухаммеда ибн ал-Мунаввара материала, хотя не использован им вполне. Оба сборника составлены по одному плану: краткий состоит из 5 глав, полный — из 3 глав (баб), распадающихся на 3 отдела (фасль); оба жития состоят большею частью из отдельных более или менее коротких рассказов, излагающих разные случаи из жизни шейха, его «чудеса» и подвиги аскетизма.

Попутно с изложением жизнеописания рисуется довольно отчетливо историческая обстановка — появление и действия гузов в Хорасане, изображаются первые Сельджуки Тогрул и Чагры-бек, начало карьеры Низам-ал-мулька.

ЛИТЕРАТУРА

Жуковский В. А. Тайны единения с богом в подвигах старца Абу-Са'ида.. Толкование на четверостишия Абу-Са'ида. Персидские тексты. СПб., 1899.

Жуковский В. А. Халят ва сухунан-и-шейх-и-Аби-Са'ид…. Жизнь и речи старца Абу-Са'ида Мейхенейского. Персидский текст. СПб., 1899.

«Рахат ас-судур ва аят ас-сурур»

Одно из немногих сочинений но истории Сельджуков. Автор его — Абу-Бекр Мухаммед ибн Али ибн Сулейман ар-Равенди. Годы рождения и смерти его неизвестны; из отрывочных автобиографических сведений явствует, что Равенди принадлежал к одной ученой семье, жившей в Исфахане и происходившей из Равенда, небольшого городка вблизи г. Кашана. Мальчик потерял своего отца, прежде чем успел закончить свое начальное обучение, и не имел возможности получить дальнейшее образование вследствие большого голода, свирепствовавшего в Исфахане и всей его области. Как раз в это время (570 = 1174 г.) он поступил на попечение своего дяди Тадж-ад-дина Ахмеда ибн Мухаммеда ибн Али ар-Равенди, ученого и преподавателя медресе в Хамадане. Под руководством дяди автор в течение « 10 лет изучал толкование на Коран и хадисы, литературу арабскую и персидскую, юриспруденцию и, наконец, каллиграфию; последнюю он изучил до такой степени совершенства, что усвоил 70 почерков и составил нечто вроде трактата или руководства по каллиграфии, приложенного в конце сочинения «Рахат ас-судур». Благодаря этому искусству автор получил известность при дворе последнего сельджукского султана Тогрула (571-590 = 1175-1194). После вторжения хорезмшаха (Мухаммеда) в Персидский Ирак в 590 (= 1194) г. и смерти султана Тогрула, автор вел в Хамадане уединенную жизнь, в виду наступивших тяжелых обстоятельств вследствие занятия Ирака войсками хорезмшаха и бесчинств и произвола завоевателей.

Это продолжалось вплоть до того времени, когда на престол малоазиатских Сельджуков в Конии вступил Абу-л-Фатх Кейхосров ибн Кылыдж Арслан. Последнему и посвящено настоящее сочинение, написание которого начато было в 599 (= 1202/03) г. и закончено около 601 (= 1204/05) г. [48] Сочинение написано простым и в то же время изящным языком и внешне производит впечатление не столько исторического труда, сколько составленной без системы антологии из произведений изящной литературы.. Исторический материал этой антологии пересыпан кораническими текстами, отдельными, самыми разнообразными стихами — арабскими и персидскими, чужими и своими — и целыми касыдами, остроумными «лятифэ», пословицами, поговорками, афоризмами и сентенциями, также арабскими и персидскими.

Содержанием труда Равенди — «Рахат ас-судур ва аят ас-сурур» — Отдохновение сердец и чудо радости» являются история Сельджуков за период от их появления на исторической арене в начале V (= XI) в. до 595 (= 1199) г. и несколько добавочных глав, не связанных с основным содержанием книги (об охоте, об игре в шахматы и др.). Наибольший интерес и ценность представляет подробное изложение событий 555-595 (= 1160-1199) гг., то есть периода двух последних сельджукских султанов — Арслана и Тогрула, в виду почти полного отсутствия исторических сведений об этом периоде у других историков — ал-Бундари и Ибн ал-Асира. Материал для этого периода автор, конечно, брал непосредственно из жизни или от старших современников, источником же для повествования об истории великих Сельджуков, служил исторический труд «Сельджук-намэ» ; Захир-ад-дина Нишапури, бывшего воспитателем султана Арслана и родственника нашего автора; «Сельджук-намэ», трактующее об истории великих Сельджуков, было составлено Захир-ад-дином в царствование последнего султана Тогрула и служило главным источником для позднейших компиляторов.

Что касается заимствований из других произведений иранской исторической литературы, то, пожалуй, явственнее всего в труде Равенди обозначаются следы истории Бейхаки.

При турецком султане Мураде II (1421-1451) «Рахат ас-судур» было переведено на турецкий язык, составив вторую часть анонимной истории . «Теварих-и-али сельджук», третьей частью которой является перевод персидской истории малоазиатских Сельджуков, написанной Ибн Биби и изданной М. Houtsma одновременно с сокращенной редакцией персидского , оригинала последней. Текст персидский впервые был частично опубликован, Ch. Schefer'oм: сначала история царствования султана Санджара с французским переводом, затем история первых сельджукских султанов до смерти Меликшаха включительно. Описание рукописи сделал Е. G. Browne, он же указал на необходимость ее издания.

Наконец, полное издание текста, с которого и сделан перевод немногочисленных мест, имеющих отношение к туркменам, было выпущено в 1921 г. Мухаммедом Икбалем. С научной точки зрения оно выполнено вполне удовлетворительно, снабжено комментариями на персидском языке, списком редких слов и выражений и тремя указателями; кроме того, изданию предпослано подробное предисловие об авторе, его эпохе и его историческом сочинении.

ЛИТЕРАТУРА

The Rahat-us-Sudur wa Ayat-us-Surur…. by Muhammed ibn Ali.... al-Rawandi edited... by Muhammed Iqbal. London, 1921 (GM8, NS, II).

Histоire des seldjoucides d'Asie Mineure d'apres l'abrege du Seldjouknameh d'Ibn Blbl. Textepersan publie...par M. Th. Houtsma. Leide, 1902 (Recueil de textes relatifs a I'histoire des seldjoucides, v. IV).

Туркестан, стр. 30-31.

Storey, II, 2, pp. 256-257, № 336.

Browne E.G. Account of a rare... manuscript History of the seldjuqs. Journal of Royal Asiatic Society, 1902, pp. 567-610, 849-887.

Histoire des seldjoucides d'Asie mineure d'apres Ibn Blbi texte turc publie... par M. Th. Houtsma. Leide, 1902 (Recueil de textes relatifs a I'histoire des seldjoucides, v. III). [49]

«Джехан-намэ»

Географическое сочинение, называемое «Джехан-намэ», то есть «Книга о мире», или «Описание мира», было написано для хорезмшаха Ала-ад-дина Мухаммеда ибн Текеша (596-617 = 1200-1220) и служило одним из' источников для географического труда Хафиз-и-Абру, о котором см. ниже.

Автором этой «Книги о мире» является некий Мухаммед ибн Наджиб Бекран, о котором не имеется сколько-нибудь ясных сведений; в предисловии он лишь говорит, что, пожелав быть приближенным ко двору султанами не нашел лучшего средства для этого, как стать в ряды придворной ученой братии. Сочинение Бекрана представляет большую редкость и сохранилось в двух рукописях: парижской (Ancien Fonds Persan, № 384) и рукописи А. Туманского, написанной в 663 (= 1264) г. и принадлежащей теперь Институту востоковедения Академии Наук СССР; по последней сделай перевод в настоящем томе.

«Джехан-намэ», этот обзор географии мира, видимо, служил или должен был служить чем-то вроде предисловия или объяснительной записки к карте мира и, как объяснительная записка, не мог быть особенно пространным и подробным, но, несмотря на краткость, сообщаемые им сведения представляют большой интерес.

Приходится, однако, помнить, что, как и другие авторы арабских и персидских географических сочинений, Бекран механически соединяет сведения классических арабских географов X в. с данными, относящимися к его собственной эпохе.

Труд Бекрана мало известен — изданы из него только несколько отрывков, частью с русским переводом.

В рукописи Института востоковедения Академии Наук СССР (А 672) мы имеем позднее географическое сочинение конца XV в. «Месалик ва мемалик» Са'ида Джурджани, вторая часть которого представляет собою сокращение «Джехан-намэ»; оно использовано для разночтений в тексте.

ЛИТЕРАТУРА

Туркестан, I, стр. 81-82, II, стр. 37.

Туманский А. Новооткрытый персидский географ X столетия и известия его о славянах и руссах. ЗВО, X, 1897, стр. 124-125.

«Табакат-и-насири»

«Табакат-и-насири» — «Насировы разряды» принадлежат к типу всеобщей краткой истории и потому носят в большей своей части компилятивный характер. Автор их, Абу-Омар Минхадж-ад-дин Осман ибн Сираджад-дин Джузджани, (Т. е. из Джузджана, или Гузгана, — области в средней части нынешнего Афганского Туркестана, где теперь города Шиберган, Меймене и др) родился предположительно в 589 (= 1193) г. и, как него отец, находился при дворе султанов Гура в Фирузкухе и Бамияре в северном Афганистане. Его отец, о котором он часто упоминает, занимал должность кази и хатиба в Бамиане, участвовал в посольстве к багдадскому халифу и на дороге туда был убит разбойниками. Самого автора два раза — в 622 и 623 (= 1225-1226) гг. — также отправляли в качестве посла в Нимруз (Сеистан).

В 623 (= 1226) г, Джузджани, страшась вторжения монголов, бежал в Индию, в Синд, и, прибыв туда в 624 (= 1227) г., тамошним правителем, Насир-ад-дином Кубачэ, был назначен заведующим медресе Фируза. В [50] следующем году, после свержения Насир-ад-дина Кубачэ мамлюкским султаном Шемс-ад-дином Ильтутмышем (607-633 = 1210-1236), он перешел за этим последним в его столицу Дели и занимал при нем судебные должности. При следующих мамлюкских султанах он был судьей (до 651=1253 г.) и заведующим медресе Насирийе в Дели, попал затем в немилость, но был восстановлен в должности в 653 (= 1255) г. Кое-что о себе автор говорит в одном из «табакат». Год смерти его неизвестен. Историческая компиляция нашего, автора написана им, повидимому, в 657 и 658 (= 1259 и 1260) гг. и посвящена сыну Шемс-ад-дина Ильтутмыша, Насир-ад-дину Махмуд-шаху I (644-664 — 1246-1265); этот труд является основным источником для истории Гуридов; пособием для Джузджани при составлении его труда служило неизвестное нам сочинение Ибн Хейсама «Кысас-и-Сани» для истории прежних династий, для истории же гурских султанов он использовал стихотворную хронику Фахр-ад-дина Мубарак-шаха Мерверуди; заметны также следы и других источников (например Бейхаки). Все сочинение состоит из 23 разрядов (табакат), последний описывает монголов и их нашествие. События, происходившие в Афганистане, изложены особенно подробно. «Табакат-и-насири» изданы в неполном виде (только XI и XVII — XXIII разряды) W. Nassau Lees'oм и двумя его туземными сотрудниками в Калькутте. Перевод на английский язык, также неполный (только VII — XXIII разряды), но снабженный большим количеством примечаний, принадлежит Н. G. Ravertv.

Перевод в настоящем томе сделан по калькуттскому изданию, недостающие нее в этом издании «табакаты» взяты из рукописи Института востоковедения Академии Наук СССР (С 1846).

ЛИТЕРАТУРА

The Tabaqat-i-Nasiri of Aboo Omar Minhaj al-din Othman ibn Siraj al-din al Jawzjani ed. by W. Nassau Lees and Mawlawis Khadim Hosain and Abd al-Hai. Calcutta, 1863-1864 (Bibliotheca Indica).

Tabakat-Nasiri translated... by H. G. Raverty. London, 1881, 2 vols (Bibliotheca Indica).

The History of India, as told by its own Historians. The Muhammedan period. Edited from the posthumous papers of the late Sir H. M. Elliot, by John Dowson. I — VIII. London, 1867-1877, v. II, pp. 259-383.

Туркестан, стр. 39, 62-63.

Storey, II, 1, pp. 68-70, № 104.

«Тарих-и-джехангуша»

Эпоха завоеваний монголов ни в одной области знаний не была столь продуктивной для Ирана, как в области историографии. Здесь мы видим ряд описывающих данную эпоху исторических трудов, среди которых имеются выдающиеся по полноте и качеству сведений, по широте замысла и совершенству композиции.

Самым ранним из этих исторических сочинений, составленным по личным наблюдениям автора или на основании авторитетных, заслуживающих доверия данных и наиболее ценным как первоисточник .для всех последующих иранских историков, является «Тарих-и-джехангуша» — «История мирозавоевателя», составленная Джувейни, — полная история походов монголов, история хорезмшахов и история исмаилитов Ирана.

Автор этой истории Ала-ад-дин Ата-мелик Джувейни родился в 623 (= 1226) г. и происходил из очень древнего рода, представители которого, как сам автор неодиократно упоминает, занимали при Сельджуках, хорезмшахах и монголах высокие и ответственные государственные должности по административному управлению, главным образом по финансовому [51] (должность сахиб-дивана), и большинство из них, в том числе сам автор и его брат Шемс-ад-дин, занимая другие важные должности, были широко известны под титулом «Сахиб-диван».

Сам автор чуть ли не с семнадцатилетнего возраста служил в «диване», находясь в штате секретарей эмира Аргуна, выдающегося монгольского военачальника и наместника Хорасана, Мазандерана и областей, находившихся к западу от Джейхуна, управлявшего этими областями в 641 — 654 (= 1243-1256) гг., то есть до прибытия Хулагу в Иран. За время пятнадцатилетней службы в личных секретарях эмира Аргуна Джувейни несколько раз ездил со своим патроном в монгольскую столицу — Каракорум — и иногда живал там более чем по году (при Менгу-каане). С 654 (= 1256) г. Джувейни служит у Хулагу-хана и заведует делами Хорасана и Мазандерана. Джувейни сопровождал Хулагу-хана в походе на исмаилитов, состоя на том же амплуа. Во время взятия монголами столицы исмаилитов — Аламута — он нашел в библиотеке этой крепости «Историю Гиляна и Дейлема» анонимного автора X в., написанную для буида Фахр-ад-даула, и историю Хасан-и-Саббаха, причем спас от погрома и расхищения самую библиотеку, часть которой, содержавшую исмаилитскую догматику, он затем сжег. После багдадского похода Хулагу Джувейни вступил в должность багдадского губернатора, которую занимал до конца своей жизни.

Во время правления Абака-хана Джувейни был действительным губернатором Багдада и Арабского Ирака и много содействовал восстановлению города после войны и процветанию всей области в целом. Этот период его жизни, длившийся 24 года — шесть лет при Хулагу (656-663 = 1259-1265), 17 лет при Абака-хане (663-680 = 1265-1281) и один год при Токударе — султане Ахмеде (680-681 = 1281-1282), — был особенно беспокоен. Джувейни подвергся даже покушению со стороны исмаилитов, был тяжело ранен, нападавшие были схвачены и казнены.

В 681 (= 1282) г. между Токударом, сыном Хулагу и братом Абаки, сменившим Абаку, и племянником его Аргуном, сыном Абаки, возникла вражда, закончившаяся впоследствии восшествием Аргуна на ханский престол; при этом ходили слухи, что брат Джувейни, Шемс-ад-дин, отравил Абаку. Поэтому Аргун, прибыв из Хорасана в Багдад, казнил многих членов семейства Джувейни, стал хватать и пытать его служащих, а одного недавно умершего, Неджм-ад-дина Асфара, приказал выбросить из могилы. От этих тяжелых переживаний Джувейни умер. По Вассафу, он умер в Мугане 4 зу-л-хиджа 681 г. (= б III 1283) и похоронен в Табризе.

Сочинение Джувейни «Тарих-и-джехангуша» начато в 650 или 651 (= 1252-1253) г. и окончено в 658 (= 1260) г. Оно дает обстоятельный обзор монгольских походов от первых завоеваний Чингиз-хана и кончается на походе Хулагу-хана против исмаилитов к их уничтожении в 655 (= 125J) г. Кроме того, в некоторых рукописях прибавлена в качестве продолжения глава о завоевании Багдада, написанная современником Джувейни Насир-ад-дином Туси.

Сверх того, в целой серии глав Джувейни излагает историю хорезмшахов, представляющую для автора непосредственный интерес не только в связи с завоеваниями монголов в Хорезме и Хорасане. Одним из главных источников Джувейни в этой части является сочинение Абу-л-Хасана Бейхаки «Машариб ат-таджариб».

При обычных для значительного числа иранских историков недостатках — неуменье справиться с материалом и крупных противоречиях, — автор добросовестно старался дать полное и правдивое изложение событий. Огромное преимущество Джувейни перед Рашид-ад-дином и Вассафом заключается в том, что он жил в эпоху единства монгольской империи и лично посетил Туркестан, Уйгурию и Монголию; он старался, насколько [52] это позволяли его источники, изложить историю всей империи, тогда как Рашид-ад-дин и Вассаф обращали внимание преимущественно на историю монгольского государства в Иране и отчасти на союзный с ним Китай.

В сравнении с другими иранскими писателями, Джувейни, благодаря особенностям своего синтаксиса, производит впечатление какого-то иностранного писателя, — обстоятельство, обязанное, надо думать, тому факту, что автор подолгу живал в Монголии и вращался всю жизнь в чуждой монгольской среде. Что касается панегирического тона и обилия риторических фигур, то в этом отношении язык Джувейни не отличается от языка огромного большинства иранских историков; кроме того, надо добавить, что наличие и характер этих фигур в языке Джувейни едва ли так значительны, Даже если исходить от простоты языка писателей XI в. — Гардизи и Бейхаки. Кроме «Тарих-и-джехангуша», Джувейни под конец своей жизни составил два «рисалэ»: «Таслият-ал-ихван» («Утешение братьев»), написанное в 680 (= 1281/82) г., и второе, без названия, в год смерти автора. Оба содержат самые точные сведения о жизни автора; здесь Джувейни подробно рассказывает о перенесенных им испытаниях и несчастиях (конфискация имущества) вследствие клеветы и злобных интриг врагов и завистников, в особенности некоего Меджд-ал-мулька, обвинявших Джувейни в утайке огромных казенных сумм и в сношениях с врагами монголов — султанами Египта.

ЛИТЕРАТУРА

The Ta'rikh-i- Jahan-gusha of Ala ud-din Ata Malik-i-Juwaini (GMS, XVI, parts 1, 2, 3). Part 1, Containing the history of Chingiz khan and his Successors, edited with an introduction, notes and indices from several old Mss by Mirza Muhammed ibn Abdu'l-Wahhab-i-Qazwini. Leyden-London, 1912; Part 2, Khwarazmshahs. 1916; Part 3, Containing the History of Mangii Qa'an, Hulagu and the Isma'ilis. 1937.

Туркестан, стр. 40-41.

Storey, II, 2, pp. 260-264.

Barthold W. Djuwaini, EI.

«Джами ат-таварих»

Один из важнейших памятников персидской исторической литературы, единственный в своем роде не только в персидской, но и во всемирной литературе. Основная идея этого труда Рашид-ад-дина, понятная для некоторых его современников, заключалась в том, что история арабов и персов есть только «одна из рек, впадающих в море» всемирной истории; но других попыток изложения всемирной истории с этой точки зрения мы в персидской историографии, насколько известно, не находим.

Составитель этого исторического труда Фазлаллах ибн Абу-л-Хейр Рашид-ад-дин родился в половине 40-х годов ХIII в. (около 645 = 1247), происходил из г. Хамадана в Иране и по профессии был врачом и ученым — дрогистом.

Его происхождение из среды евреев давало повод его современникам-недоброжелателям упорно отказываться называть его «Рашид-ад-дином» («Проводником веры») и присваивать ему лишь прозвище «Рашид-ад-даула» («Проводник державы»). Зная об этих спорах, историк, очевидно не желая давать повод своим врагам к постоянным нападкам, скромно называл себя, «врачом Рашидом».

Еще при монгольских правителях Ирана — Абака-хане (1265-1282) и Аргун-хане (1284-1291) — Рашид значился на государственной службе и выдвинулся на должность придворного врача по воцарении Газан-хана (694 = 1295), а с 697 (= 1298) г. он фактически стал играть роль первого министра, хотя официально таковым считалось другое лицо. Причиной, [53] побудившей Рашида принять на себя роль негласного министра, надо думать, было нежелание усиливать чинившиеся против него нападки и стремление обеспечить себя таким образом от вражды влиятельных эмиров.

При проведении Газан-ханом финансовых и административных реформ несомненным представляется участие первого министра, но у нас нет ясного ответа на вопрос, в какой степени эта реформаторская деятельность Газан-хана была обусловлена влиянием, советами и указаниями Рашида.

Имя Рашид-ад-дина тесно связано со строительством благотворительных и научных учреждений, которое проводилось Газан-ханом вблизи, г. Табриза, — больницы, приютов, библиотеки, обсерватории и пр.; заведывание всем этим было поручено Рашиду. Исторический труд «Сборник летописей», которым Рашид-ад-дин обессмертил себя, возник по инициативе Газан-хана; он представлял, собой огромную историческую энциклопедию, какой в средние века не было ни у одного народа ни в Азии, ни в Европе, и самая мысль о составлении такой всемирной истории была безусловно новой.

К услугам составителя явились первоклассные для того времени источники - письменные и устные, например официальная история Чингиз-хана, так называемая «Золотая книга» («Алтан-дэптэр») на монгольском языке, подробная история монгольских походов, уже упоминавшаяся летопись Джувейни; устные рассказы двух лучших в ту пору знатоков преданий — эмира Пулад-чженсяна, прибывшего из Китая, и самого Газан-хана; наконец, при дворе Газана находились ученые люди всех народов, как подвластных монголам, так и входивших с ними в соприкосновение; сведения, касающиеся истории европейских стран, также отличаются большой точностью и, вероятно, доставлены Рашиду представителями какого-нибудь католического ордена, проникавшими в то время далеко в страны Азии.

Часть «Сборника летописей», излагающая историю монголов, была вчерне уже готова, когда Газан-хан умер (703 = 1304), и весь труд Рашида, написанный для Газан-хана, был преподнесен в 706 (= 1307) г. его брату и преемнику — Мухаммеду Худабендэ, принявшему монгольское прозвище Ульджейту; последний сохранил посвящение книги Газану и щедро вознаградил автора.

К составлению своего замечательного труда Рашид приступил в 700 (= 1300/01) г., но некоторые отдельные части его писались и после 706 (= 1307) г., окончание же его относится к 710 (= 1310/11) г.

Составленный таким образом летописный свод Рашид-ад-дина делился на 3 тома: 1-й, названный «Тарих-и-газани», в 2 частях, заключает в себе: а) перечисление и историю монгольских и тюркских племен и б) историю самого Чингиз-хана и его преемников; 2-й, также в 2 частях, содержал: а) историю царствования султана Ульджейту, сохранившуюся лишь в одной рукописи в Мешхеде, и б) всемирную историю; 3-й том должен был заключать географию семи климатов, как предполагают, никогда не написанную.

Еще до поднесения «Сборника летописей» султану Ульджейту Рашид-ад-дин занялся литературной деятельностью другого рода — богословской; видимо, в угоду султану, интересовавшемуся подобного рода вопросами, Рашидом был составлен ряд трактатов соответствующего содержания. Помимо указанных сочинений, Рашид-ад-дину принадлежит ряд работ по медицине, сельскому хозяйству, технике и государственному управлению. Сверх того, сохранилась коллекция из 52 его писем, написанных изящным стилем и представляющих большой интерес своим содержанием.

Все эти литературные произведения Рашид-ад-дина по его приказу переводились: персидские — на арабский язык, арабские — на персидский и размножались в большом количестве копий; но, несмотря на эти меры по обеспечению литературной славы, значительная часть этих трудов не [54] дошла до нас, так как после смерти Рашида построенный им для себя целый квартал к востоку от Табриза был разграблен и рукописи его сочинений были уничтожены.

После смерти султана Ульджейту, 16 декабря 1316 г., при его преемнике Абу-Са'иде, Рашид по проискам и интригам своих врагов подвергся опале и 17 июля 1318 г., обвиненный в отравлении султана Ульджейту, был казнен вместе со своим младшим сыном.

ЛИТЕРАТУРА

Нistоriе des Mongols de la Perse, ecrite en persan par Rashid-Eldin, рublieе raduite en francais, accompagnee de notes et d'un memo ire sur la vie et les ouvrages ds l'auteur par M. Quatremere, t. I. Paris, 1836.

Сборник летописей. История Монголов. Сочинение Рашид-Эддина. Перевод с персидского И. Н. Березина. Введение. Труды Вост. отд. Археол. общ., V, СПб., 1858; Сборник летописей... Введение о турецких и монгольских племенах. Персидский текст с предисловием и примечаниями И. Н. Березина. Труды Вост. отд. Археол. общ., VII, СПб., 1861; Сборник летописей... История Чингиз-хана до восшествия его на престол. Труды Вост. отд. Археол. общ., XIII, СПб., 1868; Сборник летописей... История Чингиз-хана от восшествия его на престол до кончины. Труды Вост. отд. Археол. общ., XV, СПб., 1888.

Djаmi et Tevarikh, histoire generale du monde par Fadl Allah Rashid ed-Din. Тагikh-i Moubarek-i Ghazani, histoire des Mongols. Editee par E. Blochet. Tome II, contenant l'histoire des empereurs mongols successeurs de Tchinkiz Khagan. London, 1911 (GMS, XVIII, 2).

Туркестан, стр. 45-49.

Blochet E. Introduction a l'histoire des Mongls par Fadl Allah Rashid al-Din. Leyden and London, 1910 (GMS, XII).

Бартольд В. Рецензия на книгу Е. Blochet, Мир Ислама, 1912, стр. 56-107 (лучший очерк жизни и трудов Рашид-ад-дина).

Хамдаллах Мустауфи Казвини и его сочинения

К историкам эпохи монголов принадлежит и Хамдаллах (род. ок. 680 = 1281/82 г.), происходивший из рода Мустауфи, представители которого давно обосновались в г. Казвине и, как показывает название рода, занимали должности по управлению финансами. Сам Хамдаллах был близким другом знаменитого везира ильханов Рашид-ад-дина и пользовался его покровительством; этот последний поручил ему (около 1311 г.) ведать финансами районов Казвина, Абхара, Зенджана и обоих Тарумов; ему же, видимо, Хамдаллах обязан работой над составлением исторических и историко-географических описаний мусульманского мира. Историческим трудом, составившим Хамдаллаху Мустауфи известность как историку, является его «Избранная летопись» («Тарих-и-гузидэ»), законченная в 730 ( — 1329/30) г. и посвященная сыну и наемнику Рашид-ад-дина, ходже Гияс-ад-дину Мухаммеду. «Избранная летопись» носит характер краткого руководства по всеобщей истории, основывается главным образом на «Сборнике летописей» Рашид-ад-дина и состоит из предисловия, шести частей и заключения. Впоследствии автор продолжил изложение до 742 ( — 1341/42) г., а сын его, Зейн-ад-дин, в отдельном добавлении (Встречается в чрезвычайно ограниченном количестве экземпляров «Тарих-и-гузидэ», к каковым принадлежат рукописи Института востоковедения Академии Наук СССР (С 501) и Библиотеки Ленинградского университета (№ 153, датир. 813 = = 1410/11 г.) описал события в Иране за 742-794 (= 1341/42-1391/92) гг., завершившиеся завоеванием его Тимуром.

Вторым историческим трудом Хамдаллах а Казвини надо признать его стихотворную летопись «Зафар-намэ», законченную в 735 (= 1334/35) г. и сохранившуюся в единственной рукописи Британского музея. Написана [55] в качестве завершения легендарно-исторической эпопеи Фирдауси — «Шах-намэ», но литературной ценности уже тогда, повидимому, не представляла; как исторический источник она ценна точностью фактов и дат в своей третьей части, излагающей историю монголов.

Помимо историко-географического описания г. Казвина, заключающегося в шестой части «Тарих-и-гузидэ», Хамдаллах Казвини оставил нам отдельное географическо-космографическое сочинение, озаглавленное «Нузхат ал-кулюб» («Услада сердец») и написанное в 740 ( — 1340) г. Оно делится на введение (фатихэ), три рассуждения (макалэ) и заключение (хатимэ). Третье рассуждение, содержащее географическую часть, является наиболее ценным; основывается оно на сведениях, заимствованных из древних, большей частью арабских географических сочинений, частью до нас не дошедших, пополненных собственными наблюдениями автора во время его путешествий в Иране. Сверх того, располагая в качестве «мустауфи» росписями государственных доходов с разных областей, Хамдаллах сообщает об этих областях много ценных сведений географического и экономического характера. Помимо описания Мекки, Медины и Йерусалима, он дает географический обзор Месопотамии, Малой Азии и Ирана, далее, географию стран, соседящих с Ираном, и некоторых местностей, никогда не входивших в состав Иранского государства. Его описание Рума (Малой Азии) является единственным в своем роде, и до сих пор остается невыясненным, из какого источника он почерпнул в данном случае свою превосходную информацию.

На третью часть «Нузхат ал-кулюб» утке давно обращено внимание в научной литературе: из нее делались извлечения, и она значительно использована в различных научных работах о средневековом Иране и Средней Азии.

Сведения, сообщаемые Хамдаллахом о нижнем течении Аму-дарьи и о впадении, в его эпоху, Аму-дарьи в Каспийское море, являются первыми наиболее подробными. Дорожные маршруты, приводимые Хамдаллахом, свидетельствуют об основательном знакомстве его источника с местностью, и таким источником были данные официального измерения некоторых путей, произведенного при монгольском султане Ульджейту (1304-1316), которыми автор мог располагать уже в силу своего официального положения.

Сведения, почерпнутые из «Нузхат ал-кулюб» касательно экономического положения Ирана в эпоху последних ильханов, использованы в настоящее время исторической наукой как ценнейший материал.

Полностью «Нузхат ал-кулюб» было издано литографским способом в Бомбее в 1311 (= 1894) г. и, как большинство так называемых восточных изданий, не отличается критичностью; более тщательное издание только третьей части с переводом на английский язык было сделано Le Strange'eм.

ЛИТЕРАТУРА

The Geographical Part of the Nuzhat-al-Qulub composed by Hamd-Allah Mustawfl of Qazwln in 740 (1340). Edited by G. Le Strange. London-Leyden, 1915 (GMS, XXIII), translated by... 1919 (GMS, XXIII, 2).

Туркестан, стр. 51.

Storey, II, 1, pp. 81-84, № 111.

Browne E. G. A history of persian literature under Tartar dominion (a. D. 1265-1502). Cambridge, 1920, pp. 87-100.

Le Strange G. Mesopotamia and Persia under the Mongols in the fourteenth I century a. D. From the Nuzhat-al-kulub of Hamd-Allah Mustaufi. London, 1903.

Бартольд В. В. Сведения об Аральском море и низовьях Амударьи с древнейших времен до XVII в. Известия Туркест. отд. Русск. географ, общ., IV, 11, Ташкент, 1902, стр. 50-55.

Петрушевский И. П. Хамдаллах Казвини как источник по социально-экономической истории восточного Закавказья. Известия Академии Наук СССР, 1937, Отделение общественных наук, стр. 873-920. [56]

Хафиз-и-Абру и его сочинения

Самым замечательным историком типа компиляторов — продолжателей старых исторических трудов в духе подлинника — надо признать Абдаллаха ибн Лютфуллаха ибн Абд-ар-рашида, по прозвищу Хафиз-и-Абру.

Хафиз-и-Абру родился в Герате, учился в Хамадане и умер 3 шавваля 833 г. (= 25 VI 1430) в Зенджане, во время похода войска Шахруха из Азербайджана в Хорасан.

По словам самого Хафиз-и-Абру, он был придворным уже при Тимуре, при Шахрухе же, по поручению последнего, Хафиз-и-Абру приступил к составлению двух компилятивных трудов: во-первых, в 817 (= 1414/15) г. он начал переводить на персидский язык, дополняя по другим источникам, какое-то географическое сочинение на арабском языке, преподнесенное Шахруху; здесь Хафиз-и-Абру, один из немногих географов, сообщает сведения о впадении Амударьи в Каспийское море.

Этот географический свод состоит из 2 томов: 1-й, законченный в 822 (= 1419) г., содержит введение космографического характера, написанное в 820 (= 1417) г., и описание отдельных стран в направлении с запада на восток — от Магриба до Кермана; в последних двух главах (о Фарсе, Кермане и Хорасане) за географическим описанием следует изложение сведений по политической истории соответственных стран вплоть до времени автора. 2-й том, законченный в 823 (= 1420) г., должен был содержать подробное описание Хорасана и Мавераннахра; полный экземпляр второго тома до сих пор не найден, большая часть рукописей этого тома содержит лишь главу о Хорасане, в Оксфордской же рукописи недостает исторического описания Мавераннахра. Через три года, в 820 (= 1417) г., задолго до окончания географического сочинения, автор, также по поручению Шахруха, должен был приступить к составлению компилятивного сборника по всемирной истории. В этот сборник полностью были включены, то есть списаны буквально, всеобщая история Табари в персидском переводе Баллами, «Джами ат-таварих» Рашид-ад-дина и официальная история Тимура, составленная Низам-ад-дином Шами и озаглавленная «Зафар-намэ».

Сам же Хафиз-и-Абру прибавил от себя к этой компиляции рассказы о событиях XIV в. — от смерти ильхана Газана в 703 (= 1304) г. до выступления Тимура, — то есть продолжил историю Рашид-ад-дина, и о событиях XV в. — от 806 (= 1403/4)г., до которого доведена «Зафар-намэ» Низам-ад-дина Шами, до начала составления компиляции, то есть до 819 ( — 1416) г. включительно. Весь этот труд именуется просто «Маджмуэ» — «Сборник».

К своему второму историческому сочинению «Маджма’ ат-таварих», неточно называемому «Зубдат ат-таварих», автор приступил в 826 (= 1423) г. по поручению Шахруха и его сына Байсунгара, которому и посвящена эта историческая хроника, прерванная смертью автора на изложении событий в 830 (= 1427) г. Все сочинение делится на четыре тома (руб’).

Четвертый том, носящий название «Зубдат ат-таварих», разделялся на две части: первая излагает историю Тимура, вторая — историю Шахруха; этот том без сомнения надо считать наиболее важной частью всего сочинения. Четвертый том сохранился только в двух рукописях, до сих пор не издан и нам не доступен.

Рукописи «Сборника летописей» Рашид-ад-дина часто принимались за экземпляры исторической хроники Хафиз-и-Абру «Зубдат ат-таварих», так как первый том исторической хроники Хафиз-и-Абру вошел в составленный по приказанию Шахруха и под руководством автора в 828 (= 1424/25) г. список всеобщей истории Рашид-ад-дина, заменив собой считавшуюся в то время потерянной часть летописи Рашид-ад-дина. [57]

Слог сочинения Хафиз-и-Абру отличается простотой, что отразилось на стиле Абд-ар-раззака Самарканди в части его труда, заимствованной у Хафиз-и-Абру; в отношении же полноты Хафиз-и-Абру далеко превосходит историка Рашид-ад-дина, взгляды и приемы которого он в точности воспринял.

ЛИТЕРАТУРА

Туркестан, стр. 56-57.

Storey, II, 1, pp. 86-89.

Бартольд В. В. Хафиз-и-Абру и его сочинения. «Аль-Музаффарийя». Сборник статей учеников профессора барона Виктора Романовича Розена. СПб., 1897, стр. 1-28.

Бартольд В. О некоторых восточных рукописях в библиотеках Константинополя и Каира. ЗВО, XVIII, 1908, стр. 0138-0144.

Barthold W. Hafiz-i Abru, EI.

Тauег F. Vorbericht uber die Edition des Zafarnama von Nizam Sami und der wichtigsten Teile der Geschichtswerke Hafiz-i Abru's, Archiv orientalni, v. IV, 1932. pp. 250-256.

Hafiz-i Abru. Chronique des rois Mongols en Iran. Texte persan edite et traduit par K. Bayani. II, Traduction et notes. Paris, 1936. (Остальные томы не появлялись.)

«Зафар-намэ» Низам-ад-дина Шами

Самой ранней известной историей Тимура, единственной написанной при его жизни, является составленная в 806 (= 1404) г. «Зафар-намэ» («Книга побед»). Автор ее, Низам-ад-дин, происходил из Шанба или Шама, предместья г. Табриза; от удлиненной формы названия этой местности Шам-Шам он и получил свою нисбу. Низам-ад-дин жил в Багдаде и был одним из первых его обитателей, вышедших навстречу Тимуру выразить готовность служить, когда этот завоеватель овладел Багдадом в 795 (= 1392/93) г.

В 804 (= 1401/02) г. Тимур поручил Низам-ад-дину привести в систематический порядок официальные записи о событиях эпохи Тимура, составлявшиеся его личными секретарями, и написать историю его царствования простым языком, без стилистических прикрас. Составленная при таких условиях Низам-ад-дином история послужила первоисточником для последующих исторических хроник Тимура и его эпохи — «Зафар-намэ» Шереф-ад-дина Али Езди и «Матла' ас-са'дейн» Абд-ар-раззака Самарканди (см. ниже). У первого из упомянутых историков Низам-ад-дин упоминается впервые по случаю празднества в лагере Тимура у Ардебиля в 806 (= 1404) г. и охарактеризован как замечательный писатель-стилист той эпохи.

Продолжение истории Низам-ад-дина под заглавием «Зейл-и-китаб-и-зафар-намэ-и-шахи» (?), излагающее события последнего года жизни Тимура, от половины месяца рамазана 806 г. (= конец марта 1404), на которой кончается «Зафар-намэ» Шами, до смерти великого завоевателя в ша’-бане 807 г. (= 18 II 1405), было написано по поручению тимурида Шахруха в 814 (= 1411/12) г. известным историком той эпохи Хафиз-и-Абру и составляет отдельную часть его «Маджмуэ» — «Сборника» (см. выше, стр. 56).

«Зафар-намэ», этот важнейший и редкий источник для истории Тимура, теперь также стал доступным исследователям благодаря прекрасному критическому изданию F. Tauer'a, по которому сделан перевод в настоящем томе.

ЛИТЕРАТУРА

Нistоirе des conquetes de Tamerlan intitulee Zafarnama par Nizamuddin Sami avec des additions empruntees au Zubdatu-t-Tawarih-i Baisunguri de Hafiz-i Abru. Edition critique par Felix Tauer. Tome I, Texte persan du Zafarnama. Praha, 1937. (Monographie Archivu orientalniho, v. V.)

Continuation du Zafarnama de Nizamuddin Sami par Hafiz-i-Abru edite d'apres les manuscrits de Stamboul par Felix Tauer. Archiv orientalni, v. VI, 1934, pp. 430-465. [58]

Storey, II, 2, pp. 278-279, № 354.

Tauer F. Vorbericht ueber die Edition des Zafarnama von Nizam Sami und der wichtigsten Teile der Geschichtswerke Hafiz-i Abru's. Archiv orientalni, v. IV, 1932, pp. 250-256. См. также литературу, указанную на стр. 57.

«Зафар-намэ» Шереф-ад-дина Ади

Знаменитый историк-стилист эпохи Тимура Шереф-ад-дин, родом из г. Езда, проходил карьеру придворного, ученого и литератора при дворе Шахруха (807-850 = 1405-1447) и его второго сына Ибрахим-султана (ум. 838 = 1435 г.). После смерти Шахруха он получил разрешение вернуться к себе на родину и поселился в 853 (= 1449) г. в Тафте, большой деревне вблизи г. Езда, где и умер в 858 (= 1454) г.

Как литератор-стилист, помимо обычных лирических стихотворений, он составил сборник загадок, антологию из арабских и персидских стихотворных произведений, собрание образцов изящного эпистолярного стиля и другие. Написанное в цветистом стиле историческое произведение «Зафар-намэ» («Книга побед»), являющееся второй редакцией официальной истории Тимура, в качестве своих источников имеет составленные при жизни Тимура и по его приказанию описания его походов, а также стихотворную хронику на тюркском языке; об общем характере этих источников говорится в «Зафар-намэ» довольно подробно, но не приводятся ни заглавия сочинений, ни имена их авторов.

Одним из прямых источников по истории Тимура, хронологически ранним, для автора «Зафар-намэ» служил «Дневник похода Тимура в Индию» Гияс-ад-дина Али; другим, целиком обработанным при составлении «Книги побед», источником является первая редакция официальной истории Тимура «Зафар-намэ» Низам-ад-дина Шами. Сюда Шереф-ад-дин, для которого официальные источники были, повидимому, доступны в большей степени, внес, как и в других случаях, не только стилистические поправки, но и значительное число фактических дополнений.

Составлялась вторая «Книга побед» с 822 (= 1419) г. самим Ибрахим-султаном с помощью секретарей (мунши) по упомянутым официальным историям Тимура и показаниям очевидцев и закончена в 828 (= 1424/25) г., после того, как Шереф-ад-дин отредактировал ее в присущем ему изящном стиле. Есть предположение, что Шереф-ад-дин, рассматривая настоящий труд как первую статью (макалэ), имел в виду составить вторую статью, посвященную истории Шахруха, и третью статью, повествующую об Ибрахим-султане.

В упомянутом 822 (= 1419) г. тем же Ибрахим-султаном было начато предисловие к «Зафар-намэ» («Мукаддамэ» или «Ифтитах»), имеющее и отдельное заглавие «Тарих-и-джехангир», встречающееся не во всех списках «Зафар-намэ» и трактующее о родословиях турецких ханов и об истории Чингиз-хана. Как и «Зафар-намэ», оно было отредактировано в том же стиле Шереф-ад-дином.

Издание текста «Зафар-намэ», выпущенное пятьдесят лет тому назад в Калькутте и исполненное по нескольким рукописям для Бенгальского Азиатского общества, нельзя признать критическим: несмотря на то, что издание имело место в Индии, даже собственные имена, относящиеся к этой стране, часто даются в тексте в наиболее искаженных вариантах.

ЛИТЕРАТУРА

The Zafarnamah by Maulana Sharfuddin Ali of Yazd. Edited... by maulawi Muhammed Ilahdad.v. 1-2. Calcutta, 1887-1888 (Bibliotheca Indica).

Туркестан, стр, 54-55.

Storey, II, 2, pp. 283-288, № 356. [59]

Бартольд В. Народное движение в Самарканде в 1365 г. ЗВО, XVII, 1907, стр. 04-06.

Дневник похода Тимура в Индию Гияс-ад-дина Али... издание JI. А. Зимина под редакцией В. В. Бартольда. Пгр., 1915 (Тексты по истории Средней Азии, вып. I; особенно стр. IV и XXV-XXVI).

«Матла' ас-са’дейн ва маджма’ ал-бахрейн»

Автор этого довольно объемистого труда — Кемаль-ад-дин Абд-ар-раззак ибн Исхак, родившийся в Герате в 816 (= 1413) г. и умерший там же в 887 (= 1482) г., получил нисбу Самарканд и, так как провел большую часть своей жизни в Самарканде, родном городе его отца.

Он состоял при дворе Тимуридов Шахруха и Абу-Са'ида, два раза посылался с дипломатическими поручениями: в 845 (= 1441/42) г. — в Индию и в 850 (= 1446) г. — в Гилян и, наконец, в 867 (= 1463) г. стал шейхом в обители дервишей (ханака), устроенной Шахрухом в Герате. Как и другие его современники, представители блестящей эпохи тимуридов, он пользовался покровительством знаменитого поэта, везира и мецената Мир-Али-Шира Невай.

Сочинение Абд-ар-раззака «Матла’ ас-са'дейн ва маджма' ал-бахрейн» («Место восхода двух счастливых звезд и место слияния двух морей») посвящено, главным образом, описанию событий, совершавшихся при упомянутых двух султанах; время составления его, с точностью не выясненное, падает на период между 872-875 (= 1467/68-1470/71) гг. Летопись эта обнимает период в 170 лет, содержит историю монголов, Тимура и Тимуридов от 704 (= 1304/05) г. до 875 (= 1470/71) г. и состоит из двух почти равных частей (кысм или дафтар): первая, содержащая 31 главу, обнимает период от рождения ильхана (иранского монгольского хана) Абу-Са'ида, сына Ульджейту, до смерти Тимура и воцарения Халиль-султана в Самарканде в 807 (= 1404) г.; вторая — пространно излагает события от воцарения Шахруха в Герате в 807 г. до смерти Тимурида Абу-Са'ида в 873 (= 1468-1469) г. и далее до второго воцарения Султан-Хусейна в 875 (= 1470) г. Обе эти части, до описания событий 830 (= 1426) г., основаны целиком на сочинении Хафиз-и-Абру «Зубдат ат-таварих» (о котором см. выше, стр.56-57) и через его посредство на Низам-ад-дине, самостоятельным же является только конец сочинения Абд-ар-раззака.

Перечень содержания всего сочинения Абд-ар-раззака дан J. v. Hammеr'ом в описании его восточных рукописей, подробному же разбору второй части, излагающей царствование Шахруха, посвящено исследование Е. Quatremere'a.

Изложение, в обычном цветистом стиле, начинается введением о Чингиз-хане и его потомках, правивших в Иране, и о некоторых современных ему династиях; затем, начиная с воцарения Абу-Са’ида, .главные события излагаются в порядке смены годов.

Как в компилятивной части, базирующейся главным образом на летописи Хафиз-и-Абру, бывшего непосредственным очевидцем изложенных им событий эпохи Тимура, так и в оригинальной части, будучи сам свидетелем и участником событий современной ему эпохи, Абд-ар-раззак в своем труде оставил нам ценнейший материал для изучения эпохи Тимура и его преемников (главным образом Шахруха).

ЛИТЕРАТУРА

Туркестан, стр. 57.

Storey, II, 2, pp. 293-298, № 363.

Hammer Purgstall. Wiener Jahrbuecher der Literatur, B. 71, Anz. Blatt, SS. 32-47. [60]

Notice de l'ouvrage persan qui a pour titre Matlaassaadein ... par M. Quatremere. Notices et Extraits des manuscrits de la Bibliotheque du roi... tome XIV,, pp. 1-514. Paris, 1843.

См. также литературу, указанную на стр. 57-58.

«Раузат ас-сафа»

Всеобщая история Мирхонда — это громадная историческая компиляция, написанная в последние годы владычества Тимуридов, в достаточной мере общеизвестна и в настоящее время оценена по достоинству европейской критикой. Сочинение это считается на Востоке образцовым и классическим трудом по истории, оно доставило автору большую известность, благодаря своему изысканному стилю и обилию и занимательности материала — чертам, вполне удовлетворявшим литературные вкусы на Востоке, и долгое время было почти единственным источником для европейских исследователей истории Ирана и Средней Азии, несмотря на полное отсутствие у автора исторической критики и метода.

Мирхонд (полное имя его — Мухаммед ибн Хонд-шах ибн Махмуд) родился в Балхе в 837 (= 1433) г.; отец его, Бурхан-ад-дин, происходил из древнего рода сейидов Бухары, выехал в Балх, Где постоянно жил и умер. Жизнь Мирхонда протекала в Герате при дворе последнего Тимурида Султан-Хусейна Байкары, где он пользовался покровительством Мир-Али-Шира Невай; по настоянию последнего Мирхонд и приступил к составлению своей обширной летописи, озаглавленной им «Раузат ас-сафа фи сират ал-анбия ва-л-мулук ва-л-хулафа» («Сад чистоты относительно жизни пророков, царей и халифов»), употребив, по собственному признанию, всю первую половину своей жизни на чтение и изучение исторических книг. Здесь же, в Герате, Мирхонд и умер в 903 (= 1498) г.

Находясь в благоприятных условиях, Мирхонд, конечно, имел возможность пользоваться широко и беспрепятственно нужными ему сведениями — письменными и устными — в особенности при изложении современных и близких к его эпохе событий в Средней Азии, стоя близко к современной ему политической жизни.

Всеобщая история Мирхонда состоит из предисловия (мукаддамэ), 7 томов (кысм) и заключения (хатимэ).

Предисловие ценно автобиографическими сведениями, частью выше уже приведенными; кроме того, здесь автор излагает свои взгляды на идеального, по его мнению, историка и перечисляет требования, предъявляемые исторической наукой к «людям ума и знания»; далее он называет поименно большое количество использованных им в качестве источников писателей как арабских (15), так и иранских (25), не придерживаясь при этом ни хронологического, ни какого-либо иного порядка; здесь названы сочинения от Мухаммеда ибн Исхака, биографа пророка Мухаммеда, до историков эпохи Тимуридов, причем автор добавляет: «а кроме перечисленных еще много и других, которые были вместилищем знаний своей эпохи».

Так как автор в дальнейшем своем изложении очень редко приводит свои источники, то трудно сказать, имел ли он в руках все те книги, которые перечисляет; среди редких цитат все же встречаются ссылки на книги, не дошедшие до нас. 1-й том повествует о событиях от сотворения мира до конца царствования Сасанидов (VII в.); 2-й обнимает время от появления Мухаммеда до эпохи четвертого халифа Али; в 3-м изложена история имамов, халифов омейядских и аббасидских; 4-й том трактует о мелких азиатских династиях до эпохи Тимура; в 5-м заключаются сведения о Чингиз-хане и его преемниках; 6-й том излагает историю самого Тимура и различных отпрысков его семьи до смерти султана Абу-Са’ида в 873 (= 1469) г., [61] наконец, 7-й подробно и систематически описывает события от 861 (= 1457) г. до 927 (= 1521) г." (фактически до 916 = 1510 г.), представляя собою органическое целое — законченную историческую монографию, содержанием которой является история возникновения, утверждения и упадка дома Султан-Хусейна Байкары (ум. 910 = 1504) г. Если принять год смерти Мирхонда (903 = 1498) г. как достоверную хронологическую дату, то все, что изложено в 7-м томе «Раузат ас-сафа» после 903 (= 1498) г., несомненно принадлежит не Мирхонду, а его продолжателю, внуку его Хондемиру. (См. о нем: Материалы, т. II, стр. 8-9.) Между тем, 7-й том представляет собою, как мы сказали, органическое целое не только в смысле содержания, но и в смысле манеры изложения, свидетельствующей об органической целостности отношений между автором и излагаемым им материалом. На этом основании автором 7-го тома «Раузат ас-сафа» Мирхонда, по крайней мере, поскольку дело касается литературной обработки материала, можно признать внука Мирхонда. Хондемира, автора не менее классического труда по всеобщей истории «Хабиб-ас-сияр». Кроме того, сличение текста 7-го тома с 4-м «джузом» 3-го тома «Хабис ас-сияр» показывает полную тождественность текстов,, за исключением незначительных и притом чисто редакционных сокращений в некоторых главах. Хондемиру принадлежит также окончательная обработка «хатимэ» — географического приложения «о диковинках и чудесах», которое не вошло в литографированные издания, тегеранское и бомбейское, и рукописи которого встречаются реже, причем в некоторых из них оно является в виде 8-го тома.

Следующим продолжателем «Раузат ас-сафа» Мирхонда является известный иранский писатель и историк литературы Риза-кули-хан Хидаят (См. о нем: Материалы, т. II, стр. 19-20) (ум. 1288 = 1871 г.). Он написал 8-й, 9-й и 10-й томы, доведя летопись до времени шаха Насир-ад-дина.

Рукописных экземпляров «Раузат ас-сафа» существует довольно значительное количество в разных библиотеках мира.

Полностью «Раузат ас-сафа» издавалось несколько раз на Востоке, в Европе же печатались отдельные части (истории разных династий) Мирхондовской истории, которые большею частью и переводились на разные европейские языки.

ЛИТЕРАТУРА

Туркестан, стр. 58-59.

Storey, II, pp. 92-101 (указаны все издания и переводы; можно добавить мало удовлетворительное издание 1308 г. в Лакно).

Текст воспроизведен по изданию: Материалы по истории туркмен и Туркмении, Том I. VII-XV вв. Арабские и персидские источники. М.-Л. АН СССР. 1939

© текст - Ромаскевич А. А. 1939
© сетевая версия - Тhietmar. 2012
© OCR - Парунин А. 2012
© дизайн - Войтехович А. 2001
© АН СССР. 1939