Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ЗАМЕТКИ О ЛЕТОПИСИ АГАПИЯ МАНБИДЖСКОГО

Во введении к изданным мною отрывкам из летописи Яхъи Антиохийского я высказал мысль, что прежде, чем решать вопрос об источниках Яхъи, необходимо исследовать хранящуюся во Флоренции рукопись, которая, по словам старинного каталога, есть историческое сочинение Агапия, сына Константина ал-Манбиджи (манбиджского), современника Евтихия, но очевидно, кроме того, содержит еще и продолжение этого сочинения и поэтому требует внимательного изучения 1. Отправляясь летом 1883 года в командировку в Италии для исследования Болонской коллекции арабских рукописей, я имел в виду заехать также и во Флоренцию, чтоб ознакомиться с летописью Агапия. Если б она оказалась годною для большого разъяснения вопроса об источниках Яхъи, то я намеревался просить управление библиотеки св. Лаврентия о присылке ее в Петербург на более продолжительное время. Весьма немного нужно было времени, чтобы убедиться в том, что для занимавшего меня вопроса Флорентийская рукопись не имеет ровно никакого значения: оказалось, что в ней не только нет никакого продолжения к истории Агапия, но что она и самую эту историю содержит только до второй половины VIII века, а затем прерывается. Т м не мен е она показалась мне достаточно интересною для того, чтобы посвятить ей несколько дней, и я надеюсь, что знатоки византийской истории и ценители арабской литературы не посетуют на меня за то, что я решаюсь представить на их суд нижеследующая заметки [48] об этом полузабытом арабском историке. Заметки эти не имеют притязания исчерпать предмет. Для этого у меня не было ни времени, ни охоты, так как тем периодом византийской истории, который содержится во Флорентийской рукописи, я не занимался, и впредь, по крайней мире до издания всей летописи Яхъи, заниматься не намерен.

Я назвал вашего историка полузабытым. И действительно, напрасно мы стали бы искать сколько-нибудь точных и подробных сведений о нем и его сочинениях в новейшей европейской ученой литературе, хотя бы в недавно только вышедшей книги Вюстенфельда „Die Geschichtschreiber der Araber und ihre Werke" (Gottingen. 1882) 2.

С Агапием случилось то же самое, что и с Яхъей, только в еще большей, мере. О существовали его истории знали еще в XVII веке из цитат у ал-Макина (то-есть, в не изданной первой части его сочинения) Готтингер 3, который называет ее „Historia Man-beghaei", тарйх-ал-Манбиджй, и Ренодо 4, который прибавляет еще, что у других авторов он называется „Muhabub Constantinj films". Затем, в 1742 году вышел каталог восточных рукописей библиотеки св. Лаврентия во Флоренции, составленный С. Э. Ассемани, и в нем именно встречается то описание занимающей нас рукописи, которое заставило меня предположить в ней то, чего на самом деле в ней не было. Вот это описание 5:

Mahbubi, Ben-Constantini, archiepiscopi Mabugensis, historia universalis, a Dominica Incarnatione ad suam usque aetatem perducta, in qua praeter accuratissimum lacobitarum, Syrorum scilicet, Coptornm, Habessynorum, Armenorumque Chronieon, quod a Monophysitis recentioribus passim citatur, continentur etiam:

„Gesta, et Series Romanorum Imperatorum, ab Augusto Caesare, ad Andronicum II Palaeologum, qui patri Michaeli successit, anno Cnr. MCCLXXXIII.

„Historia Nationum Orientalium, Graecorum, scilicet, Melchitarum, Nestorianorum et Maronitarum, quos Romanae Ecclesiae addictos, ac proinde Haereticos vocat. [49]

„Historia septem Synodorum Oecumenicarum Nieaenae, Constantinopolitanae, Ephesinae primae adversus Nestorlum, Ephesinae secundae adversus Euthychen (hanc recipiunt Copti Monophysitae, damnant tamen reliqui lacobitae) Calchedonensis (quam Mahbubus t-efert, ac reileit, eius loco quartam Synodum adpellans Ephesinam secundam) Constantinopolitanae, quae quinta, Constantinopolitanae, quae sexta, et Constantinopolitanae demum, quae septima adversus Iconoclastas (haec tamen Nieaeae, non Con-stantinopoli liabita est).

„Epitome Annalium Mahometanorum Arabum, Persarum, Africanorum, Hispanorum, et Syrorum, ab anno Alexandri non-gentesimo trigesimo tertio (Chr. 622) quo coepit eorum Imperium, usque ad annum Hegirae septingentesimum duodecimum (Chr. 1312) quo laudatus Mahbubus, Constantini filius, Syrorum Iacobitarum Ma-bugensis, idest Hierapolitanus archiepiscopus, insigni huie Operi ma-num extremam imposuit: cuius quidem Operis exemplar nusquam, quod sciam, nisi in hac jjBibliotheca reperitur. Is proinde Codex plurime faciendus est, maximaque cura adservandus:

„Codex in 4. bombyc. constat paginis 127. Arabicis Uteris, et ser-mone accuratissime exaratus a Sahido, filio Joannis, ben-Abu Al-badri, ben Abdalmesihi, idest Christoduli, Jacobita Edesseno, ut in fine adnotatur".

Ассемани, как видит читатель, дает весьма определенный указания. Летопись, значит, была окончена автором, архиепископом Манбиджским (=Иераполитанским ) Махбубом  6, сыном Константина, в 1312 году, до которого она и доводить изложение мусульманской истории, между тем как византийская доведена в ней. до Андроника II Палеолога, вступившего на престол в 1273 году. Трудно было предположить в этих точных цифрах какое-нибудь недоразумение или ошибку, и вот, когда знаменитейший Французский ориенталист Сильвестр де-Саси в сочинении Масудия Китаб-ал-Тэнбих наткнулся на известие о летописи христианского автора Маджнуба, сына Константина, ал-Манихи, то он в этом писателе не узнал Махбуба, сына Константина ал-Манбиджи, Флорентийской рукописи, а высказал лишь предположение, что вместо ал-Манихи следует читать ал-Масихи, [50] то-есть, христианин 7. Эту же самую конъектуру де-Саси повторить в частном письме от 26-го марта 1821 г. к Пюзею (Pusey), автору второго тома каталога арабских рукописей Бодлеевой библиотеки в Оксфорде, когда этот ученый обратился к нему с запросом по поводу хранящегося в Бодлеяне исторического сочинения некоторого Агапия, сына Константина, ал-Манихи. Но сам Пюзей 8 заметил, что следует читать ал-Манбиджи и совершенно верно отожествил этого Агапия, сына Константина, Манбиджского, с Махбубом, сыном Константина, Манбиджским Флорентийской рукописи, с „Manbeghaeus" Готтингера и „episcopus Menbigensis" или „Muhabub Constantini fillius" Ренодо. По видимому, его немного смущало 9 то обстоятельство, что по указаниям Ассемани Агапий-Махбуб жил еще около 1312 года, следовательно, спустя почти сорок лет после, смерти ал-Макина; но он в свою очередь упустил из вида статью де-Саси о Китаб-ал-Тенбихе Масудия, и потому, не имея других сведений об Агапие-Махбубе, не мог, конечно, думать об опровержении столь определенного показания Ассемани о времени его жизни. После Пюзее в ученой европейской литературе об Агапии из Манбиджа, сколько мне известно, больше не упоминалось вплоть до 1881 года, когда я имел случай указать на него в своих „Notices sommaires des manuscrits arabes du musee asiatlque" (St. P. 1881), p. 130 и прим, 3. Сопоставив сведения Масуди с данными Ассемани, Готтингера, Ренодо и Пюзее, я пришел к выводу, что Маджнуб, сын Константина, ал-Манихи Масудия и Агапий-Махбуб только что названных европейских авторов одно и то же лице, но, не имея права совершенно забраковать показания Ассемани о [51] Флорентийской рукописи, я мог устранить вопиющее противоречие между моею теорией и определением времени Махбуба-Агапия у Ассемани только предположением, что в рукописи, кроме сочинения Агапия, имеется еще продолжение к нему, доводящее рассказ до вступления на престол императора Андроника II Палеолога.

Исследование самой рукописи показало, что мое отожествление было правильно, но что точные, по видимому, хронологические показания Ассемани совершенно ни на чем не основаны. Откуда он их взял — остается для меня до сих пор загадкой.

Рукопись записана в библиотеке, св. Лаврентия во Флоренции под № 132 (323). Это небольшой томик обыкновенного формата в 8-ю д. л.; листов в нем 127, как верно сказано у Ассемани. На странице 17 строк. Почерк древний (XIV или XV века). Заглавного листа собственно говоря нет. На первой странице читается отрывок, относящиеся к истории Ирода, и вероятно, принадлежащей тоже перу Агапия. На второй же странице мы читаем следующие лишь слова, писанные, по видимому, тем же почерком, что и вся рукопись: „Вторая часть истории Махбуба, сына Константина, ал-Манбиджи, епископа города Манбиджа. Списал ее для себя Саид, сын Абу-л-Бедра Иоанна, сына Абд-ал-Месиха 10 — да помилует Бог его и его родителей и его предков и сынов крещения" 11.

Следующий затем лист есть первый самого текста, но он начинается с половины предложения. На первых листах рассказывается история Спасителя. Так как мы имеем дело со второю частью сочинения, и так как самым естественным делением подобного рода сочинений является деление на историю до и по Р. Хр., то мы могли бы предположить, что в нашей рукописи утрачено только нисколько листов в начале. В пользу этого предположена говорить Оксфордская рукопись Hunter 478, описание которой Николлем. 12 дало Пюзею повод к вышеприведенным соображениям. В ней содержится, по словам каталога, краткий, скорее хронологически, чем исторически, обзор всемирной истории от сотворения мира до Вознесения Господня. На заглавном листе она названа „Китаб-ал-унван" и тут же прибавлено: „Составил это сочинение почтенный шейх, ученый учитель, [52] совершенный мудрец, Агапий, сын Константина, ал-Руми ал-Манихи, и посвятил его почтенному мужу, именуемому Иса, сын Хусейна". В конце же книги читается следующая заметка 13:

„Кончилась первая часть книги, (история) начала мира, в которой находятся рассказы и сообщения о происходивших в первые века и поколения событиях с самого начала сотворения мира, от Адама до конца истории Ветхого Завета и до исполнения Спасителем всего того, что в пророческих книгах о нем сказано было, до того времени, месяца и дня, в который Господь наш Мессия вознесся на небо, то-есть, до четверга 3-го мая, Пасха в том году была в субботу 24-го марта, а день воскресенья 25-го того же месяца, и отсюда начнем мы вторую часть книги, историю Нового Завета со времени вознесения Господа нашего Мессии, и расскажем и изложим всю истории Нового Завета, все споры и все, что происходило на свете в это время и до наших дней, и изложим и расскажем некоторую часть того, что будет происходить до времени светопреставления „согласно указаниям пророков и книг Божественного откровения".

В этой рукописи, если только описание ее верно, мы должны будем признать первую часть летописи Агапия, вторую часть которой содержит занимающая нас Флорентийская рукопись. Последняя однако же первоначально должна была быть гораздо объемистее, ибо в разных местах ее сохранились следы пагинации. Счет ведется, по обыкновению, по тетрадям (корраса), и вот на 8-м лист наверху читается отметка „пятнадцатая" (тетрадь), на 18-м листе „шестнадцатая" и т. д. Тетрадь состояла, значит, из 10 листов, так что всего в нашей рукописи недостает в начале 137 листов, содержавших в себе, вероятнее всего, первую часть истории, то-есть, ту самую часть, которая сохранилась в Оксфордском кодексе, и начало второй. Сколько недостает листов в конце нашей рукописи — этого мы сказать не можем даже и приблизительно. Нужно полагать, что не мало, ибо рассказ доведен только до второй половины VIII века, тогда как автор несомненно жил в X веке, как мы увидим ниже.

Во Флорентийской рукописи нет никакого разделения на главы. До известной степени этот недостаток восполняется [53] встречающимися от времени до времени заглавными строчками, как -то: „рассказ о Мани", „рассказ о Вардесане" и т. д. Но весьма часто автор прямо переходить от одного предмета к другому. Его интересуют по преимуществу, но не исключительно, события, относящаяся к церковной истории, хронология патриархов, появление и история разных ересей и пр. Хронологическою рамкой для его рассказов служат годы царствования Римских и потом Византийских императоров. Год вступления их на престол и год смерти обыкновенно приводятся по Селевкидской эре. Понятно, что при этом свитская история также не могла оставаться не затронутою, и действительно, по мере приближения к более новым временам церковная история уступает все более и более свитской; это становится особенно заметным с 76-го листа, с начала царствования императора Маврикия. Автор обращает также внимание на явления природы и особенно тщательно отмечает небесные знамения. Не редко также встречаются указания на ученых, живших в данное время, и цитуются их главнейшие сочинения. Начиная со времени распространения ислама сравнительно много места занимает также мусульманская история, сперва в связи с византийскою, а потом и самостоятельно, и последние 20 — 30 листов Флорентийской рукописи, не смотря на краткость изложения, далеко не лишены значения для истории последних Омейядских и первых Аббасидских халифов. Жаль только, что эти листы на половину неудобочитаемы, так как склеились вследствие сырости.

Изложение вообще весьма неровное. Местами оно сухо и коротко до крайности, местами встречаются связные, оживленные рассказы с большими подробностями. Для полной оценки важности сообщаемых автором известий, конечно, нужно больше времени, чем я мог удалить изучению рукописи, и поэтому я ограничусь только обзором ее содержания и сообщением в переводе некоторых отрывков, которые мне показались наиболее интересными и важными.

На первых листах рассказана история Спасителя. Приводится переписка между Иродом и императором Августом. На лист. 7 b — 9а мы читаем следующее об Авгаре и Эдесском образе:

В семнадцатом году 14 кесаря Тиверия и [54] триста-сорок-первом от Двурогого (Александра), за один год до распятия Господа нашего Мессии — слава ему — отправил Авгар Черный, царь Эдессы, послов в некоторые города по разным делам. И когда они возвращались, то вошли в Иерусалим и были там очевидцами разных действий Евреев по отношению к Господу нашему Мессии — слава ему — и их приготовлений к распятию его. И заметили они себе твердо дела Господа нашего, Мессии, и все, что они узнали о его чудесах и исцелении им больных без лекарств. И когда они пришли в Эдессу, то рассказали своему повелителю все, что они сами видели и что узнали о делах Господа нашего Мессии — слава ему — и о дурном образе действий Евреев по отношению к нему, и что они соединились против него. И когда это узнал Авгар, то он удивился и пожелал отправиться к нему, чтобы быть свидетелем его действий и божественных дел, но не имел он возможности перейти за пределы своего государства, из-за страха перед врагами. И послал он Ханнана, живописца, и написал с ним письмо, в котором он говорит: От Авгара Черного Иисусу, врачу, который появился в Иерусалиме. Дошла до меня весть о тебе и о твоем врачевании и духовном знании, и что ты исцеляешь боли и болезни без лекарств. И было сильно мое удивление этому, и велика моя радость. И сказал я себе: „Ты непременно должен быть или Бог или сын Божий, так как делаешь эти дела". И я прошу тебя и приглашаю тебя придти ко мне. Может быть, ты исцелишь сильную мою болезнь. И дошло до меня, что Евреи желают убить тебя и распять тебя. А у меня есть один город, красивый, хороший, который достаточен для меня и для тебя для жительства. И пусть будешь ты в нем в спокойствии и здравии и безопасности. И если ты полагаешь возможным согласиться на то, о чем я тебя прошу 15, и обрадовать меня этим, то [55] сделай" 16. И принял Господь наш Мессия — слава ему — его письмо и прочитал его и написал ему:

„Благо тебе. Ты уверовал в меня, ибо написано обо мне, что те, которые увидят меня, не уверуют в меня. Что же касается твоей просьбы ко мне, чтоб я пришел к тебе, то необходимо, чтоб я довершил то дело, ради которого я послан. И когда я его довершу и вознесусь, то пошлю к тебе одного из моих учеников. И он исцелит твои недуги и болезни и введет тех, кто у тебя, в жизнь вечную".

„И после того как Ханнан — он был живописцем — взял ответ на его (царя) письмо от Господа нашего, Мессии, — слава ему — он взял четырехугольную доску и изобразись на ней Господа нашего Мессию — слава ему — блестящими, хорошими красками, и стал смотреть на него и изображать его образ на этой доске. И пошел он с нею в Эдессу и отдал ее своему -повелителю, Авгару Черному; и принял ее Авгар е почетом великим и положил ее в одну из своих сокровищниц, и там она находится по tie время 17 И когда вознесся Господь наш Мессия к своему отцу, то он послал Фому апостола, одного из семидесяти, в Эдессу. И когда он пришел в нее, и когда его увидел Авгар, то последний пал ниц, преклоняясь пред ним, ибо на его лице, сиял свет Божий. И сказал ему Фома апостол: „Если ты веруешь в того, который меня послал, то найдешь то, что тебе, нужно, и получишь то, чего ты просил ". И сказал ему Авгар Черный: „Я уже уверовал в него, и если бы не было между мною и Римлянами договоров, в которых я обязался пред ними и которые я не мог нарушить то я сам выступил бы с множеством моих людей и воевал бы с Евреями, которые распяли его, и погубил бы их ". И приблизился тогда он (Фома) к нему и исцелил его от его недуга и творил там многие чудеса, так что даже Муса 18, царь Асура, пожелал его видеть, когда узнал вести о нем. По-том Авгар написал кесарю Тиверию, повелителю Римлян, письмо, [56] в котором он говорил: „От Авгара, владетеля Эдессы, Тиверию кесарю, владетелю Римлян. Знай, о царь, что Евреи, которые находятся под твоею властью, распяли Мессию, хотя он и не заслужить этого и не сделал ничего, что вызвало бы необходимость (казнить его). И когда они его распяли, то затмилось солнце и затряслась земля, и воскресли многие мертвые и встали, и случились события великие, подобных которым никогда не было". И написал ему Тиверий, кесарь, в ответ на его письмо, письмо, в котором он говорит: „От Тиверия, повелителя Римлян, Авгару, повелителю Эдессы. Знай, что я уже узнал все, что Евреи сделали с тем человеком, о котором ты говоришь, и я имел намерение наказать их, но не мог, по причини войн, которыми я был занять, ибо жители Испании 19 взбунтовались и восстали против меня, и я был занят борьбой с ними. А если б я имел немного досуга, то обрушился бы на них своим гневом и наказал бы их. Что же касается Пилата, которого я назначил судьей их, то я уже отставил его с позором великим и унижением большим, ибо он послушался их и поступил согласно их словам, и послал на его место другого". И когда Авгар прочитал письмо, то он обрадовался ему и возвеселился. И спустя некоторое время до него дошла весть, что кесарь погубил предводителей Евреев, и он тогда обрадовался очень".

Следует несколько страниц о 12 апостолах и 70 учениках их, а затем краткое изложение церковной истории с кое-какими заметками о Римских императорах.

На л. 25а. особая глава посвящена Маркиону и некоторым другим еретикам.

На л. 28а и сл. „Рассказ о проклятом Вардесане".

На л. 34а—36b „Рассказ о проклятом Мини".

На л. 37а начинается история царствования Константина Великого, которая излагается с большими подробностями до л. 49b, особенно об еретике Арие и церковных делах (Никейском соборе). В конце главы об Арие, на л. 44а, читаем:

„И были вcе эти дела в 30-м году царя Константина. И признали мы нужным перечислить здесь царей, которые царствовали от Адама до этого времени (то-есть, до Константина), согласно с тем, что сообщают авторы летописей, которые ясно писали и [57] говорили о временах и годах. И соберем мы (сведения о) царях разных народов и различных наций, на сколько нам возможно будет, чтобы видно было, какое есть разногласие между ними относительно большего или меньшего числа (лет правления данного царя). Говорить А. р. а ус 20 в своей книги, которую он сочинил о временах: Адам управлял миром 930 лет" и пр...

Следует хронологическая таблица от Адама до Константина Великого. Затем другая, которая начинается так: (л. 46а)

„И говорит Златоуст 21 в трактате, который он написал для А. … уса, владетеля Мелитины: „Ты просил меня, чтоб я перечислил тебе годы всех царей, которые царствовали от Адама до Константина Великого, благочестивого царя. И я объясню тебе это" и пр.

Таблица доведена до смерти Константина, которая отнесена к 5460 году. За нею идет третья таблица, заимствованная из летописи (тарих) Яхъи (Иоанна), сына Адия, грамматика 22. Но от нее [58] сохранились только 2 строки (последние на л. 48а, и рассказ переходить прямо (л. 48, строка 1-я сверху) к появившемуся в Эдессе еретику Уди (или Ауди), а на л. 49 сообщается о смерти Константина Великого. Конец хронологической таблицы, вероятно, отсутствовал уже в том экземпляре, с которого была списана наша рукопись, но переписчик этого не заметил, что весьма мало говорить в пользу его внимательности и аккуратности.

На лл. 49b—55а находится много сведений о патриархах Римских, Константинопольских, Александрийских, Антиохийских и Иерусалимских. Затем идет опять история Византийских императоров. На л. 64а внизу, после рассказа о правлении Феодосия II, сына Аркадия, читаем:

„И в это время умножились христиане в государстве Персов, и весьма усилилось христианство благодаря Харуди 23, епископу Мейафарикина (Мартирополя), который отправился к Персам по приказанию Феодосия. Потом воцарился Ездеджерд; был он жесток и несправедлив, и его подданные бунтовали против него и боялись его и.проклинали его. И когда он однажды... 24...., то вдруг прискакал конь, красивой масти, прелестного вида, подобного которому никогда не видывали, и остановился у ворот дворца Ездеджерда. И были поражены (его появлением ) все, которые его видели. И вошли слуги и известили своего государя, Ездеджерда. И вышел он, чтобы посмотреть, и понравился он ему, и остановился он, чтобы погладить его рукой. И когда он встал подле него, чтобы погладить его спину, то конь его лягнул задними ногами и убил его, а затем ускакал и исчез, и осталось неизвестным, откуда он явился. И были таким образом избавлены люди от его притеснений. Потом воцарился после него его сын Р-х-в-з-а 25. Он преследовал христиан и притеснял их. И в этом году 26 было затмение солнца, и. в этом же году была битва между Греками и [59] Персами, и было убито с об их сторон множество народа и были Персы разбиты, и прекратилось преследование христиан. И из ученых этого времени был Мар-Исаак, ученик Map-Ефрема. Жил он в Антиохии; он автор многих проповедей на праздники, на мучеников, на войны и набеги, которые происходили в это время. А был он родом из Эдессы".

Приведенный отрывок заслуживает внимания потому, что некоторые части его (места, означеные разрядкой) буквально повторяются у Абу-л-Фараджа 27, а заметка о Мар-Исааке находится у него в несколько сокращенном виде

Лл. 65 а — 67 посвящены ересиарху Несторию.

Рассказывая далее об императоре Юстиниане автор пишет на лл. 74а и 74b: „В 35-м году Юстиниана, он (Юстиниан ) приказал 28 написать всем епископам праздновать Рождество Христово 24-го декабря и Богоявление 6-го января, ибо многие праздновали Рождество и Богоявление вместе в один и тот же день, именно в день Богоявления, 6-го января. И в 39-м году Юстиниана появилось на небе знамение, подобное копью огненному, и стояло четыре месяца и стало передвигаться с места на место. И в это время 29 был известен Иоанн грамматик в Александре. Он был философ и написал множество книг о грамматики, философии, логики и религии и другие. Придерживался он мнений Якова и Севера, но потом отстал от этого направления и признал, что Отец и Сын и Дух Святой — три ипостаси и три природы, который соединяются в одном существе" и пр.

На л. 76b начинается история Маврикия. Тут рассказ [60] делается более связным и подробным и поэтому более ценным. Mне показалось, что сообщаемые им сведения о Маврикии, Фоке и Ираклии не лишены значения, почему я и сделал именно из этого отдела книги более длинные выписки, которые и сообщаю здесь в переводе:

„В 30 8-м году Маврикия Персы напали на царя своего Хормуза и выкололи ему глаза и потом убили. И распались они на две партии. Одни стояли за сына его Кисру, а другие за одного мерзебана (сатрапа), Бахрама по имени. И опередила партия, стоявшая за Кисру, сына Хормуза, (другую партию) и поставила его царем. Бахрам же, мерзебан 31, был на войне с Дейлемийцами и не присутствовал при воцарении Кисры. Я когда он кончил войну с Дейлемийцами, то написал Кисре: „Я тебя не знаю. Или откажись от власти царской, или готовься к войне". А было с Бахрамом много войска. И был Кисра, сын Хормуза, молод и побоялся войны с Бахрамом и задумал просить помощи у повелителя Греков. И позвал он одного из своих слуг, которому он доверял, и сказал ему, что он намерен был сделать. И когда тот услышал слова царя, то вышел тайком и пробрался в лагерь Греков, вошел в него и встретил в нем одного человека, из предводителей арабских, Джафну по имени, который искал защиты у Греков, и рассказал ему это дело. И когда это услышал Джафна, то он отправился в Константинополь"...

На лл. 78а—79b рассказывается о заключении договора между Маврикием и Персидским царем и сообщается переписка между ними 32. Затем автор продолжает (л. 79b внизу и след.): „И когда прибыли войска к Кисье, сыну Хормуза, и ему доставлено было письмо царя, и когда он принял деньги, то он отправился против неприятеля. И когда до Бахрама дошла весть о бегстве Кисры к Грекам, то он пошел в Махузу и взял имущество, находившееся в сокровищницах, оружие и всякие припасы 33 и сжег весь [61] город и разрушил дворцы Кисры и приготовился к войне; и пошел Кисра, сын Хормуза, с греческими войсками на него и столкнулся с ним между Мадаином и Васитом. И был разбит Бахрам, и перебиты все его люди, и отданы на грабеж его имущество и его лагерь. И вернулся Кисра в свое государство и воссел в нем (на престоле), и весь народ принес ему присягу. И когда он немного отдохнул, он призвал Греков и назначил им хорошее вознаграждение и отправил их к их повелителю и послал Маврикию, царю Греков, вдвое больше денег и драгоценностей против того, что тот ему дал. Потом он приказал возвратить Дару Грекам, спустя 17 лет по завоевании ее Персами, и оставил у себя отряд Греков, которому он доверил охранение сокровищниц. И приказал он построить две церкви для христиан, одну в Мадаинте во имя св. Марии, а другую во имя св. Сергия, мученика, и взял Анастасия, патриарха Антиохийского, и тот освятил их и поставил в них двух священников и многих диаконов. И дал ему Кисра хорошее вознаграждение, и он — я разумею Анастасия — ушел. И было это в конце 902 года от Двурогого (Александра) 34. И в этом же году случился большой мор на людей. Потом появилась на них сильная чесотка, а в следующем году 35, то есть, в 903 от Двурогого (Александра) 36, затмилось солнце в марте, месяце 37 в полдень и в этот же самый день случилось землетрясение. И в 14-м году Маврикия случилась сильная жара, так что выжжены были деревья, виноградные лозы и вся зелень 38, а в 16-м году его царствования выпал сильный дождь, так что поглощены были водой многие города с их жителями и скотом. Потом появилась саранча в громадном количестве, подобного которому никогда не видывали. Она целый год этот продолжала [62] пожирать и уничтожать (хлеба). И в 17-м году его царствования случилось сильное землетрясение и выпало много снегу. И в конце, 20-го года Маврикия собрались вельможи греческие и патриции в городе Ираклии, и с ними был один муж из числа патрициев, но имени Фока, которого они пожелали сделать царем над собою. А прежде сего они нагревались поставить царем над собою К-т-ри 39, брата Маврикия, потому что Маврикий после заключения мира с Персами прекратил выдачу жалованья солдатам и вычеркнул их (имена) из списков. И сказали они К-т-ри, брату Маврикия, что они хотят его поставить царем над собою, и он тогда убежал от них и ушел в Константинополь. Потом бежал Маврикий в Халкедон, и Греки догнали его, а на нем были рубища, как у нищих. И убили они его и его сыновей и тех, кто был на его стороне, и поставили над собою царем Фоку. И царствовал Фока 40 восемь лет с 914 года от Двурогого (Александра) 41 и не был он из царского дома. И когда дошла до Кисры весть об убиении Маврикия, он уничтожил договор, существовавши между ним и Греками, и нарушил мирт, заключенный с ним, и совершил поход на Дару и взял ее. И в восьмом году Фоки появилось на небе знамение, на подобие большой звезды, которое блистало, и от которого исходили на разные стороны лучи на подобие... 42, которые наполняли большую часть неба и воздуха. И продолжалось это от октября до апреля. И в этом же году произошло в Сирии великое бедствие. Дело в том, что Евреи, которые жили там и в Месопотамии, возымели намерение убить христиан во всех городах и разрушить их церкви- И пока они еще собирались это делать, был сделан на них донос власти. И навали тогда на них христианe и убили многих из них. И когда Фока узнал об этом, то он разгневался против христиан 43 и наложил на них [63] тяжелые подати в Антиохии, Лаодикии и всей Сирии и Месопотамии. И в этом же году Персы сделали поход на Амид и взяли его. Потом они уклонились в Киннасрин и (затем ) вернулись в Эдессу. И в этом же году восстали против Фоки, царя Греков, два бунтовщика: один из них Ираклий, а другой Григорий в Ифрикии 44 (то есть, Африке, в смысле римской провинции Африки). И отправили они войска с двумя мужами из их парии и приказали им, то есть, Ираклии, сыну Ираклия, и Никите, сыну Григория 45, чтоб они убили Фоку, и заключили они между собою договор такого рода, что царство будет принадлежать тому, кто раньше дойдет до Константинополя и убьет Фоку. И отправился Ираклий, сын Ираклия, морем и нашел его тихим и спокойным, а Никита пошел сухим путем. И дошел Ираклий ранее Никиты и вступил в город и убил Фоку. И царствовал Ираклий 31 год и пять месяцев с 922 года от Двурогого (Александра) 46. И в первом году своего царствования он отправил посольство к царю Персов, чтобы заключить с ним мир, но тот не согласился. И когда дошла до Персов весть о воцарении Ираклия, они произвели набег на Антиохию и убили ее патриарха и были увезены в плен (многие) ее жители. Потом Никита, сын Григория, пошел в Александрию и овладел ею 47.

„И произвели набег Персы 48 и взяли Антиохию. Потом они уклонились в Апамею и взяли ее. Потом они пошли в Химс (Эмессу) и взяли его, и было все это в октябри месяце 49. И собрались Греки и сразились с ними при Д-л-се и были Греки обращены в бегство 50 и утонули многие из них в реке.

„И взяли они (Персы) Kecapию. И в этом же году был у Греков сильный голод, так что люди или падаль и шкуры животных. Потом Никита, сын Григория, выступил против мерзебана 51, имя же ему К-с-ру-ан-, который завоевал все эти [64] города 52, и столкнулся с ним и разбил его, и было убито с обеих сторон 20,000 человек. И в этом же году 53 появилось много саранчи. И в 4-м году Ираклия 54... И в 5-м году Ираклия выступили Персы из Кесарей и совершили поход на Иерусалим и взяли его. И в 8-м году Ираклия Персы взяли Александрию и соседние области и дошли до Нубии и совершили поход на Халкедон и взяли ее. И в 10-м году Ираклия Арабы произвели движете в Ятрибе (Медине) в 931 году от Двурогого (Александра) 55. И в 15-м году Персы совершили поход на Родос и завоевали его. И в этом году Кисра, сын Хормуза, приказал, чтобы был взят мрамор из церквей во всех городах, которые он завоевал, и чтоб он был привезен в Мадаин и Махузу. И людям и животным это причинило тяжелый труд. И в этом же году Ираклий воевал с Персами и взял столицу Кисры и увел в плен много народа и ушел; потом он заключил с Персами мир спустя три года после этого, то-есть, в 17-м году Ираклия 56. В это время затмилось солнце и продолжалось затмение его с октября до июня, а это 9 месяцев. И была половина его диска темна и другая половина нетемна, и было видно только немного его свита 57. И в 18-м году царя Ираклия был убит Кисра, сын Хормуза, царь Персов, после того как он царствовал 38 лет. Потом воцарился после него Кобад, его сын, и заключил мир с Греками и возвратил им города, которые завоевал его отец. И в 19-м году Ираклия умер Кобад, сын Кисры, после того, как царствовал один год, и [65] воцарился после него его сын Ардешир. Потом убил его Шахрабаз 58 Это тот самый мерзебан, который совершал все эти завоевания. Я заключил он мир с Греками и возвратил им те города, которые он и другие завоевали, до Дары, что выше Нисибина. И в этом же году появилась на небе, звезда хвостатая со стороны запада. Потом Ирами приказал Грекам, чтоб они е кинули землю Персов  59 и пришли бы в землю Греков, так как Греки и Персы заключили между собою мир. И приказал Шахрбаз Персам всем, чтоб они ушли в свои страны, каждый в свой город и к своей семьи, и чтоб уже не производили бесчинств на земле, но они не приняли его слова. И в конце 20-го года Ираклия Персы совершили поход на Евфрат и взял Шахрбаз (в плен) многие войска Греков 60, и были убиты многие из предводителей Персов 61 и их приверженцев. И в 21-м году Ираклия умер Шахрбаз, который захватил власть над Персами, и воцарилась Буран, дочь его. И заключила она мир с Греками и потом умерла. И воцарилась вместо нее ее сестра. И в этом году распространилась весть об Арабах и напугала многих людей из Греков и Персов. И в 22-м году Ираклия Греки столкнулись с Арабами при (реке) Ярмуке и убили столько из Греков, что (из тел убитых) образовался мост, по которому ходили. И было это в 943 году от Двурогого (Александра) 62. И был заправителем дел их тогда Абу Бекр Атик, сын Абу Кухафы, и пребывал он в Ятрибе, в земле — арусе 63. И отправил он войско во все стороны под начальством четырех человек. Одного (послал он) в землю Персов, другого на Халеб и Дамаск. И пребывал один из греческих патрициев в Кесарии, которого имя было Серий, и был он правителем ее от имени Греков, и выступил он против них, а они разбили его и убили его людей. И случилось в этом году землетрясение сильное и появилось на [66] небе знамение, именно огненный столб, и стало двигаться с востока на запад и с севера на юг, а потом исчезло. И отправил Ираклий своего брата — он был в Эдессе — против Арабов, а тог побоялся их. И двинулся Ираклий в Константинополь и оставил Сирию и отравил войска 64 к Арабам, и разбили их Арабы и разграбили их лагерь. И в этом же году двинулся Омар, сын Ал-Хаттаба, в Сирию и прибыль в Иерусалим. И вышел к нему патриарх и ввел его в город, и он посмотрел на него и на храм, который находится в нем, и молился в нем. И остался он в нем (городе) сорок дней. Потом он выступил и пошел в Дамаск и остался там короткое время. Потом он вернулся в Ятриб. И умер Ираклий, царь Греков, процарствовав 31 год и 5 месяцев. И в этом же году взяли Арабы город Kecapию и Палестину. Потом царствовал Константин, сын Ираклия, четыре месяца в 953 году от Двурогого, и был убит. И царствовали Ираклий, сын Ираклия, и его сын вместе с ним восемь месяцев. Потом они были низвержены. И воцарился Констант и царствовал 27 лет с 954 года от Двурогого 65. И в шестом году его царствования Арабы взяли Кипр и овладели им. И в седьмом году его царствования Арабы и Греки разделили между собою Кипр на две половины. И в конце 27-го года его царствования Греки убили его в бане Сицилии 66, то-есть, Константа. И от Адама до потопа прошло 1242 года...".

Следует хронологическая табличка, которая заканчивается следующими словами 67: „и от (начала) владычества Арабов до этого времени, то-есть, до 1273 года от Двурогого (=961), прошло 330 лет и 8 месяцев ". Но на полях тут замечено: „это ошибочно". Ошибка действительно есть, ибо 1273-й год Селевкидской эры не соответствуете 330-му году гиджры. Можно только колебаться, какая именно цифра переврана, но для решетя этого сомнения мы имеем указанное уже выше место Масуди, из которого явствует, что книга Агапия уже была кончена, когда Масуди писал свой Тенбих, то-есть, в 945 году, и что, следовательно, описка есть в цифре 1273, вместо которой нужно читать [67] 1253 (=941); этот год соответствуете 330-му году гиджры. Непосредственно за приведенными хронологическими указаниями читается следующее (л. 84в):

„И упомянем мы годы Арабов и их царей, царя за царем, и сколько царствовал каждый из них, на сколько нам это было возможно (узнать), если Богу угодно. Дела Арабов:

„В 933 году от Двурогого и 11-м 68 году Ираклия, царя Греков, и в конце 30-го 69 года Кисры, сына Хормуза, пришли в движете Арабы в Ятрибе и поставили над собою предводителем мужа, именуемого Мухаммедом, сыном Абдаллаха. И стал он их предводителем и царем и управлял ими десять лет. И собрались к нему его родные и его родичи и племя, и он заставил их уверовать в единого Бога, у которого нет товарища, и прекратить поклонение идолам. и поклоняться только единому Богу. И приказал им совершать обрезание, не пить вина, не есть 70 свинины, падали и крови, творить молитву и платить подать (зекат). Кто на это соглашался, оставался невредимым и спасался, а кто это отвергал и сопротивлялся, с тем он воевал. И убил он многих богатырей арабских, из собственного племени и из других, и завоевал много городов, принадлежавших соседним народам. И приходили к нему христиане, из Арабов и других, и он им давал безопасность и писал им грамоты (охранные). И точно также поступали другие несогласные с его учением народы, я разумею Евреев, магов и сабейцев. И присягнули они ему и взяли у него обещание защиты, с тем, чтобы платить ему подушную и поземельную подати. И приказал он своему народу веровать в пророков и послов и в то, что Бог им ниспослал 71, и чтоб они веровали в Meccию, сына Марии, и говорили бы, что он пророк Божий и слово его, раб его и дух его, и чтоб они веровали в Евангелие, в рай и ад и конечное воздаяние (в день страшного суда). И проповедовал он, что в раю есть яства и пития, и [68] брак и реки вина, молока и меда, и девы черноокие, до которых не дотрагивались ни люди, ни гении. И предписал он им пост и пять молитв и еще многое другое, чего я не упомяну, боясь длинноты. И в первом году 72 его царствования Шахрбаз, мерзебан Персов, совершил поход на Греков и осадил Анкиру и взял ее и убил и увел в плен всех находившихся в ней. И завоевал он далее, в конце этого года, остров Родос 73 и увел в плен его жителей. И во 2-м году его царствования Кисра, сын Хормуза, притеснял народы 74, обитавшие в его царстве, которые были другой виры, по причине вселившихся в него гордости и тщеславия по случаю многих совершенных им завоеваний и расширены своих владений. И наложил он на них тяжелые полати и удвоил их повинности и приказал разрушить церкви Сирии и Месопотамии и перевести весь мрамор их в его государство, как мы упомянули выше, вместе со всеми золотыми, серебряными и деревянными сосудами. И в 3-м году Мухаммеда, сына Абдаллаха, и 14-м году Ираклия и 35-м году Кисры, сына Хормуза, Шахрбаз совершил поход на Константинополь с многими войсками персидскими, и осадил его. Потом он воевал город, но не мог ворваться в него и ушел, постояв долгое время. И в этом году Кисра притеснил жителей Эдессы, тех именно, которые были исповедания мелькитского, и приказал им принять виру яковитов. Причиной этого было следующее 75: Был некий муж из яковитов, именуемый Юнан (Юбан, Ютан и пр.), врачом Кисры, сына Хормуза. И был он в родстве с одним мужем из жителей Эдессы, которого имя было Корра, а был он яковитом. И поручил Кисра, сын Хормуза, Корре взимание хараджа Эдессы. И возненавидели его жители Эдессы и донесли на него Кисре и дали за него... 76, так что он был отставлен. И когда врач Кисры увидел образ действия жителей Эдессы с Коррой, его родственником, то им овладел гнев, и он, оставшись однажды наедине, с царем, [69] сказал ему: „О царь, не следует позволять жителям Эдессы 77 оставаться при своей вере, ибо они прескверный народ. Но ты их притесняй, пока они живут в твоем государстве, ибо их вера — вера Ираклия и его приверженцев, и их учете о Боге подобно его учению. Они переписываются с ним и посылают друг другу послов. Так прикажи ты им, чтоб они приняли веру яковитов или веру несторианцев, ибо когда они примут одну из этих двух вер, то между ними и Греками возгорится вражда; если же они останутся при своей вере, то будут всегда склоняться на сторону Греков." И понравилась Кисре его речь, и приказал он написать Мерзебану, правителю Месопотамии, и повелеть ему, чтоб он отправился с войсками в Эдессу и заставил жителей ее принять веру яковитов или несторианцев и казнил тех из них, кто не согласится. И когда письмо Кисры дошло до Мерзебана, он выступил и пришел в Эдессу. И собрал он ее жителей в одной из тамошних церквей и сказал им: „Вы враги Божьи и враги царя Кисры. Вы шпионы, пишете его врагам об его делах. Изберите же одно из двух: станьте или яковитами, или несторианцами. И если вы примете одну из этих двух вер, (то останетесь) в тех местах, где вы преклоняете свои головы, и при том же образе жизни. А если вы не согласитесь на это, то я отрублю вам головы и отправлю вас и семьи ваши ко двору царя и все имущество ваше и все, что вы имеете. И даю я вам несколько дней срока. Совещайтесь же друг с другом прежде чем обрушится на вас беда". И 78 говорили они тогда друг другу: „Изберите одно из двух. Ешьте или удавленного быка, или заколотого осла". Говоря от удавленном быке, они разумели несторианцев, а под заколотым ослом — яковитов. И избрали они яковитскую веру и ушли из своей родины и из мест, где они преклоняли свои головы. И стали жители Эдессы все яковитами и сделали над собою начальником человека, имя которому было Исаия. И спустя нисколько месяцев после этого времени, Кисра приказал переселить жителей Эдессы в Персию и написал своему наместнику там об этом. А был наместник этот человек добродетельный, нрава кроткого и рассудительного. И медлил он исполнением и не отправил их всех за один раз, а стал отправлять их [70] постепенно, в ожидание, что сердце царя сжалится над ними, и скрывал он (наместник ) их проступки. И вот, пока он еще так действовал, царь Греков пошел войной на Персов и вступил в Ирак, и был отвлечен Кисра от жителей Эдессы, и спаслись таким образом остальные жители от плена. И никто не устоял пред Ираклием и не сражался с ним. И убивал он и полонил и ушел в Сирии. И в седьмом году Мухаммеда, сына Абдадлаха, затмилось солнце и стали видны звезды днем 79. И стоял Шахрбаз пред Константинополем до этого времени. Потом он присягнул Ираклию, царю Греков 80, и принял его подданство. А было причиной этому то, что некоторые люди донесли Кисре на Шахрбаза и сказали ему, что он подрывает царскую власть и говорите: я — тот, который совершил все эти завоевания, и что он нападает на царя и превозносится над ним и над всеми людьми и утверждает, что если бы не он, то не было бы прочным царствование Кисры. И разгневался за это Кисра и приказал написать Мерзебану — а был при Шахрбазе, некий муж по имени Мардиф — чтоб он приказал ему 81 принять миры, чтоб отрубить голову Шахрбазу и прислать ее ему (царю). И поручил ему начальство над этими войсками и ведение войны. И когда посол Кисры находился на пути к войску Шахрбаза, Греки взяли его в плен, когда он вступил в их пределы, и представили его царю Ираклию. И было это после возвращения его (Ираклия) из Персии. И взял царь письмо и заключил посла у себя. И когда он прочитал письмо, то послал к Шахрбазу и просил его придти к нему и обещал ему полную безопасность лично для него, для его имущества и семьи и сообщил ему, что он желает ему добра. И вошел Шахрбаз в Константинополь и наступил на ковер царя Ираклия, и заставил тот его прочитать письмо Кисры к Мерзебану и привел к нему посла, и поставили его пред ним, и узнал его Шахрбаз и говорил с ним и спросил его о всем деле; и рассказал ему посол.

… . 82 И когда Шахрбаз узнал, как было дело, он присягнул Ираклию 83. Потом он сочинил письмо от имени царя и [71] отдал его М-р-ану 84 и приказал ему прочитать его ему и всем его вождям и мерзебанам, и написал мерзебану: „Разве, ты считаешь возможным сделать это?" И преисполнились мерзебаны и знать гневом и ненавистью к Кисре. Потом они пришли к Ираклию и присягнули ему и покорились ему. И приказал Ираклий отослать тех, кто был в их войске, в Персии, без всякой обиды. И ушли они к своему повелителю. Потом Ираклий приготовился к войне с Персией и написал Хакану, царю Хазар, прося его прислать ему вспомогательных войск 40,000 всадников, с тем, чтоб он вступил с ним в свойство и женил бы его на своей дочери. И выступил Ираклий в Сирию и стал отнимать один за другим те города, которые были во власти Персов, и ставить в них своих наместников. И когда дошли до Кисры эти вести о Шахрбазе, и его товарищах, и что они покорились Ираклию, и что Ираклий выступил чтобы воевать с ним, и когда ему подтверждено было это положение дела и совершенные Ираклием завоевания, то он испугался и смутился и раскаялся в том, что сделал. И была большая часть войск персидских рассеяна в Сирии и Месопотамии, а Ираклий уничтожал их постепенно. И были Сирия, Египет, Месопотамия и Армения во власти Персов. Потом приказал Кисра одному своему мерзебану, которому имя было Рузбехан 85, чтоб он взял войска Персов и выступил на встречу Ираклию, царю Греков. И выступил Рузбехан и пришел в сторону Мосула. А Ираклий завоевал между тем Армению, Месопотамию, Египет и Сирию и сразился со всеми персидскими войсками, которые были в этих краях, и присягнула ему большая часть их и большая часть Армян. И шел Ираклий во главе, 300,000 воинов, и двинулось к нему со стороны Хазар 40,000 человек. И когда они дошли до Азербайджана, то Ираклий написал им и приказал им оставаться там, пока он не дойдет до них. И после того, как Ираклий занял Армению, он пошел и дошел до Ниневии и остановился у большого Заба. И пошел на него Рузбехан, и столкнулись обе армии, и произошло между ними сильное сражение, и были обращены в бегство Персы, и было тогда убито из них пятьдесят и нисколько тысяч человек, и был убит Рузбехан, предводитель войска, и отдал Ираклий их лагерь на грабеж. И дошла до Кисры весть [72] об убиении Рузбехана и его людей, и бежал он тогда из Махузи и Мадаина, и прибыл Ираклий и вступил в него и захватил сокровищницы царя и вынес все, что в нем (Мадаине) было; потом он сжег его и разорил соседние деревни и увел в плен их жителей. И жил Шируя, сын Кисры, в заключении у отца. И вышел он из места заключения 86 и отыскал своего отца, и когда он его нашел, то убил его и воцарился после него. И продолжалось царствование Кисры 38 лет. И случилось воцарение его сына Шируи в 7-м году Мухаммеда, сына Абдаллаха, и 18-м году Ираклия, то-есть, в 940 году от Двурогого (= 628). Потом Ираклий отправился в возвратный путь и остановился у деревни, именуемой Саманин. Это та самая, где остановился ковчег во время потопа в дни Ноя. И взошел на гору, именуемую ал-Джуди, и посмотрел на нее, на место ковчега 87, и взглянул на все четыре стороны. Потом он пошел в сторону Амида и пробыл там всю зиму эту. И послал Шируя, сын Кисры, послов к Ираклию, прося мира. И согласился на это Ираклий, с тем, чтоб ему были возвращены все города и селения, которые отнял у Греков его (Шируи) отец, и с тем, чтоб Ираклий выслал бы в Персию всех Персов, которые были в его власти. И был известен тогда из философов Стефан, мудрец египетско-александрийский, и был он учеником А-р-са-д-р-са, философа, и Феодора, философа, в Константинополе. Потом Ираклий решил отправиться в Месопотамию и Сирию и призвал к себе своего брата Феодора и приказал ему разрешить Персам, находившимся во всей Месопотамии и Сирии, выход из его владений и отправление в Персию. И выступил Феодор во главе авангарда 88 и стал Ираклий входить в один город за другим и ставить своих наместников в них, пока не обошел всех, и возвратился в свое царство в Константинополь.

„И.... 89 Федор, брат Ираклия, и когда он дошел до Эдессы, то приказал Персам, находившимся там, уйти из нее и переселиться в Персию. И отказались они и сказали: „Мы не знаем Шируя, сына Кисры, и не уйдем из своей родины". И направил [73] он тогда против них камнеметные машины и положил в них ослов и стрелял ими в них и бросил на них таким образом 40 и несколько ослов и убил много народа из них. И не могли они сопротивляться и просили у него пощады, и пощадил он их, и они вышли из города и ушли в "Персию"...

Затем является в Эдессу сам Ираклий и приказывает жителям принять опять мелькитскую веру. „Тогда они опять оставили яковитскую веру, кроме некоторых человек, которые остались верными яковитской вере по сиe время. И остался Ираклий в Эдессе целый год и приказал сослать Корру, епископа 90 Эдессы, на остров Кипр. А это он сделал потому, что видел, что он не тверд в чтении Евангелия. И сказал он ему: „О муж, каким образом стал ты епископом, когда ты не тверд в чтении Евангелия? Ступай теперь на этот остров и поселись на нем и учись чтении и прочим делам церковным ". И умер Шируя, сын Кисры, и воцарился после него Ардешир. И убил его Шахрбаз. Дело в том, что Шахрбаз после смерти Кисры употребил хитрость вместе с многими мерзебанами, и бежали они из лагеря Ираклия и пришли в Персию вследствие письма, присланного им Шируей, сыном Кисры. Потом умер Шируя, и воцарился после него его сын Ардешир. И убил его Шахрбаз и собрал войска Персов и собрал Мр-д-ган 91 также много войск, и распались Персы на две партии" и пр.

С 89-го листа почти половина текста становится неудобочитаемою. Автор рассказывает завоевание мусульманами Сирии и Египта не без некоторых интересных подробностей, хотя вообще говоря его рассказ весьма сжат.

На л. 93 b упоминается о смерти Ираклия: „Ираклий, царь Греков умер, царствовав 31-й год 92, в воскресенье 7-го февраля 952 года от Двурогого (=641), или 19-го года гиджры и 7-го года Омара. И воцарился Константин, сын Ираклия, и царствовал 4 месяца. Его убила одна из жен его отца. И царствовал Ираклий, сын Ираклия, 8 месяцев". [74]

Последняя часть рукописи, с 100-го листа примерно, заслуживала бы полного издания. К сожалению, таковое едва ли мыслимо по причине плачевного состояния текста. Особенный интерес представляет рассказ о переходе власти в руки Аббасидов. Тут же мы встречаем наконец, именно на л. 118 а ответ на вопрос об источниках нашего автора. Речь идет о битве при Забе между Мерваном и, последним Омейядским халифом, и Абдаллахом, сыном Али, полководцем Аббасидов; она кончилась, как известно, полным поражением Мервана.

„И почувствовали Сирийцы свою слабость, и атаковали их (Хорасанцы) с такою силой, что привели их к гибели и уничтожению. И обратились они вспять и столпились на мосту и стали давить друг друга. И упала большая часть их в Евфрат и потонула. Другие умерли задавленными, остальные погибли от меча или были взяты в плен. Говорит Феофил астролог, у которого мы заимствовали эти сведения: „Я лично не присутствовал при этих сражениях, но записывал многие вещи, так что ничего касающееся их не ускользнуло от меня". Он составил многие книги об этом, но мы сократили из них эту книгу и прибавили то, что нам казалось необходимыми устраняясь при этом от длинноты".

Феофил астролог — лицо не безызвестное. Ему приписывается перевод 93 на сирийский язык Илиады Гомера или, по крайней мере, некоторых песен ее. Абу-л-Фарадж 94 говорит, что Феофил, сын Фомы, из Эдессы, христианин маронитского исповедания, был главным астрологом при халифе ал-Махдие, и что он автор „хорошей истории". Зная сирийский и греческий языки, Феофил мог пользоваться богатыми историческими материалами, а официальное положение его при халифском дворе давало ему возможность знать многое. Судя по интересу, который представляют последние главы Флорентийской рукописи, сочинение Феофила действительно должно было быть „хорошим ", и утрата его во всяком случае весьма чувствительна. До некоторой степени оно могло бы быть заменено летописью Агапия, если б удалось отыскать полный, хороший список последней.

Кроме книги Феофила, у Агапия цитируются еще и другие источники. Я отметил цитаты из Евсевия Кесарийского (например, л. 7b, [75] Иосифа Флавия (например, л. 7а, 18b ), неизвестного мне пока Златоуста (см. выше), некоторого философа в. с. уса (в „пятой главе книги, которую он составил о войнах царей и их жизнеописаниях "; см. л. 6b), Африкана (? л. 44а), Иоанна грамматика (л. 48а, где он ошибочно назван Яхъей, сыном Ады). Трудно решить, читал ли Агапий сам этих авторов, или же он нашел цитаты в книге Феофила.

Читатель, конечно, обратил внимание на то, что в приведенных выписках Агапий об одних и тех же событиях времен Ираклия и Хосру Первиза говорит в разных местах, при чем кое-где замечаются довольно значительные противоречия. Они, разумеется, происходят от того, что сведения эти заимствованы из двух разных источников, но опять-таки мы не можем знать, кому из двух авторов — Феофилу или Агапию, следует приписать это заимствование.

. Столь же мало удовлетворительны наши сведения о жизни Агапия. Мы можем сказать только то, что он был епископом города Манбиджа (Иераполя) и составил свою книгу около 941 года.

Но за то в одном отношении добытые нами результаты имеют некоторое значение: мы знаем теперь положительно, что сведения Абу-л-Фараджа и отчасти ал-Макина о времени Византийских императоров Маврикия, Фоки и Ираклия заимствованы или, лучше сказать, сокращены из нашего автора. Этими сведениями, как бы они ни были незначительны сами по себе, пользовались и пользуются исследователи византийской истории, и потому, конечно, не безразлично, принадлежать ли эти материалы авторам ХIII или же X века. Дальнейшее изучение Агапия, хотя бы только по Флорентийской рукописи, без сомнения, показало бы еще яснее степень зависимости Абу-л-Фараджа от Агапия, а открытие полного списка летописи сего последнего, по всей вероятности, дало бы весьма драгоценные материалы для истории IX и первой половины X века.

Барон В. Розен.

(пер. В. Розена)
Текст воспроизведен по изданию: Заметки о летописи Агапия Манбиджского // Журнал министерства народного просвещения. № 1. 1884

© текст - Розен В. 1884
© сетевая версия - Тhietmar. 2005
© OCR - Николаева Е. В. 2005
© дизайн - Войтехович А. 2001
© ЖМНП. 1884