Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

БОГДАНОВ А. И.

ОПИСАНИЕ САНКТПЕТЕРБУРГА

ПРЕДИСЛОВИЕ

Настоящее издание впервые знакомит читателей с полным текстом рукописной книги “Описание Санктпетербурга”, которая хранится в Петербургском филиале Архива Российской Академии наук [р.II, оп.I, д.95] и представляет собой уникальный памятник русской исторической и географической науки середины XVIII века.

“Описание Санктпетербурга” было составлено “Императорской Академии наук при библиотеке помощником” А. И. Богдановым [1696-1766].

Таким образом, А. И. Богданов создал своеобразный комплексный труд, включающий первое отечественное описание новой русской столицы и первое комментированное произведение отечественной художественной литературы, посвященное этому городу.

Работу над своим трудом и оформление его в виде иллюстрированной рукописной книги А. И. Богданов завершал в 1749-1751 гг. После переписки черновиков писцом-профессионалом, готовая беловая рукопись была А. И. Богдановым авторизована [откорректирована и подписана].

По архивной нумерации в книге 340 листов, в том числе 79 иллюстраций. По авторской нумерации в ней 498 страниц без иллюстраций, титульных листов, посвящения, предисловия и указателя.

Одной из отличительных особенностей “Описания Санктпетербурга” является “грубый слог” [по самооценке А. И. Богданова] “Кратчайшего синопсического описания” и примечаний к “Описательной похвале” – непоследовательное [10] смешение церковнославянского и русского языков, тяжелый строй фраз, обилие местоименных плеоназмов и тому подобное.

В 1751-1766 гг. А. И. Богданов собирал материалы для продолжения “Описания Санктпетербурга”, хранящиеся сейчас в Отделе рукописей Российской Национальной библиотеки [Собрание Новгородской духовной семинарии, N 6819].

С “Описания Санктпетербурга” во второй половине XVIII века было снято несколько полных и частичных копий. Одна из частичных копий хранится в Отделе рукописной и редкой книги Библиотеки Академии наук СССР [Основное собрание, N 16.3.19]; в ней довольно много ошибок.

В 1776 г. историк и литератор В. Г. Рубан объявил о выходе в скором времени в свет подготовленного им печатного издания “Кратчайшего синопсического описания Санктпетербурга А. И. Богданова; ранее тот же В. Г. Рубан в своем альманахе “Старина и новизна” [1772-1773] издал “Описательную похвалу Санктпетербургу” Г. Бужинского, но без примечаний А. И. Богданова.

В 1778 г. в “Месяцослове на лето Рождества Христова 1778, которое есть простое, содержащее в себе 365 дней, сочиненном на знатнейшие места Российской империи” была опубликована статья “Краткое описание начала и приращения царствующего города Санктпетербурга, с начала по 1748 г. Выписка из Топографии архивариуса Андрея Богданова”, представляющая собой созданный составителем “Месяцослова” С. Я. Румовским конспективный обзор [или сокращенный парафраз] богдановского “Кратчайшего синопсического описания Санктпетербурга”. Статья эта, изложенная хорошим литературным языком, резко отличающимся от языка А. И. Богданова, является самым первым отечественным печатным описанием Санктпетербурга.

В 1799 г. в продажу поступила книга, о предстоящем выходе которой В. Г. Рубан объявлял в 1776 г. На ее титульном листе стояло: “Историческое, географическое и топографическое описание Санктпетербурга, от начала заведения его, с 1703 по 1751 год, сочиненное г. Богдановым, со многими изображениями первых зданий; а ныне дополненное и изданное надворным советником, правящим должность директор [11] над новороссийскими училищами, Вольного Российского собрания при Императорском Московском университете и Санктпетербургского Вольного экономического общества членом Васильем Рубан. Издание первое. В Санктпетербурге 1779 года”. Книгу эту целесообразно кратко называть “Богданов – Рубан”, ибо подлинный богдановский текст подвергся В. Г. Рубаном кардинальной переработке.

Как указал сам В. Г. Рубан, “Кратчайшее синопсическое описание Санктпетербурга” он издавал не по авторизованной А. И. Богдановым рукописи, а по частичной копии с нее, находившейся в библиотеке Н. И. Неплюева.

В. Г. Рубан прежде всего изменил название богдановского сочинения, а затем опустил в нем ряд разделов и добавил несколько написанных им самим. В сохраненных богдановских разделах В. Г. Рубан менял орфографии, опускал или заменял отдельные слова и выражения, добавлял от себя как отдельные слова и выражения, так и целые абзацы. В результате был несколько смягчен богдановский “грубый слог”, читатель печатного издания получил многочисленные пояснения к тексту и информацию о некоторых изменения, произошедших в городе после того, как А. И. Богданов закончил работу над Кратчайшим синопсическим описанием Санктпетербурга”. Наконец, В. Г. Рубан сделал и “Конъюнктурную правку”, иногда весьма любопытную [так, например, он изъял упоминание о яицких осетрах].

Проведя с богдановским “Кратчайшим синопсическим описанием Санктпетербурга” большую работу, В. Г. Рубан допустил весьма мало ошибок. Вместе с тем он, к сожалению, не счел нужным как-либо отметить в печатном издании многочисленные изменения, внесенные им в исходный текст. В связи с этим следует сказать, что исследователи многократно совершали ошибки, делая те или иные выводы на основании лишь “Богданова – Рубана” без знакомства с авторизованной А. И. Богдановым рукописью. Так, И. Н. Кобленц, говоря об авторском стиле А. И. Богданова, подчеркивает, что последний, в целом выдерживая “Возможно более объективный тон изложения”, лишь изредка позволяет себе “Отступления от него”. В подтверждение И. Н. Кобленц приводит из “Богданова – Рубана” следующие слова об А. Д. Меньшикове: “Но [12] в то же почти время, всех званий сих лишен и умер в заточении. Вот игра щастия”. В действительности же это замечание принадлежит не А. И. Богданову, а В. Г. Рубану.

Что же касается материалов для продолжения “Описания Санктпетербурга”, то одна из статей была издана в 1839 г., а в 1903 г. их полностью опубликовал А. А. Титов.

Тщательное изучение “Описания Санктпетербурга” впервые провели сотрудники Санкт-Петербургского филиала Архива РАН и Северо-Западной Библейской Комиссии. В ходе этой работы были, среди прочего, выявлены источники, которыми А. И. Богданов пользовался при составлении “Кратчайшего синопсического описания Санктпетербурга” и примечаний к Описательной похвале Санктпетербургу” а также все отличия “Кратчайшего синопсического описания Санктпетербурга” от “Богданова – Рубана”. Вопрос об источниках требует специального исследования, ему будет посвящена отдельная статья, готовящаяся авторами настоящей публикации. Здесь укажем, что среди упоминаемых А. И. Богдановым печатных источников – издания “высочайших” указов [в том числе “указанная книга” 1739 г.], “Ведомости”, “Санктпетербургские ведомости”, “Примечания к Ведомостям”, Морской устав [1722 г.], “Книга Марсова”, сочинения Аполлодора, И. Гюбнера, Ж. Савари де Брюлона, П. Шафирова тексты Священного Писания и другие [в тексте А. И. Богданова сокращенные названия раскрыты нами в квадратных скобках].

В 1987 г. впервые был опубликован препринт нескольких образцов подлинного текста богдановской книги вместе с описанием структуры этой книги и изложением ее литературной судьбы.

В 1989 г. нами была опубликована упомянутая выше статья С. Я. Румовского из “Месяцослова” за 1778 год и часть Историко-географического ключа к “Описанию” А. И. Богданова.

В настоящем издании текст “Описания Санктпетербурга” воспроизводится полностью, с сохранением всех его смысловых и всех принципиальных языковых особенностей. Авторами публикации, в целях облегчения восприятия текста современным читателем, устранены лишь непоследовательности [13] в орфографии, встречающиеся в рукописи. Кроме того, устранены явные описки, допущенные переписчиком.

Буквы “Ь, i, q , n ” передаются, соответственно, как “е, и, ф, и”; знак “ъ” на конце слов после согласных опускается.

Публикаторами была разработана и применена оптимальная система нумерации и обозначения разнообразных и многочисленных структурных подразделений текста “Описания”, так как проведенная А. Богдановым систематизация объемного фактического материала, его нумерация глав, разделов и подразделов, к сожалению, несовершенны и имеют много непоследовательностей. Поэтому при подготовке рукописи к изданию проведено следующее:

– Части обозначены соответствующими словами [“первая”, “вторая” и т. д.].

– Главы обозначены римскими цифрами.

– Разделы обозначены арабскими цифрами.

– Подразделы обозначены буквами русского алфавита [“а”, “б”, “в” и т. д.].

– Внутри подразделов каждая новая рубрика начинается с дефиса.

Заголовки отдельных частей текста, находившиеся на полях рукописи, были перенесены составителями в основной текст, причем в тех случаях, когда заголовки на полях совпадали с заголовками в тексте, они опускались.

Необходимо подчеркнуть, что публикаторами не нарушена рубрикация фактического материала, предложенная самим автором.

В публикации в фигурных скобках воспроизведена авторская нумерация страниц рукописи.

Издание снабжено следующим научно-справочным аппаратом:

  1. Историко-географический ключ к “Описанию Санктпетербурга”.
  2. Указатель “Изъявление вещей, находящихся в книге...”, составленный А. Богдановым.

К.И.Логачев, В.С.Соболев [15]

ИСТОРИКО-ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ КЛЮЧ

К “ОПИСАНИЮ САНКТПЕТЕРБУРГА”

А. И. БОГДАНОВА

Обращаясь к “благосклонному читателю”, А. И. Богданов откровенно указывал, что “сие описание... не таким, как надлежит, порядком писано”, приводя в свое оправдание следующее: “Мне казалось лучше по возможности потрудиться для пользы общей, нежели ничего не предпринимать по недостатку сил моих. Что собрано, из того можно излишнее отложить и безпорядочное разположить порядком... а чего нет, о том прежде стараться надобно, как бы собрать, а потом думать о расположении”.

“Описание Санктпетербурга” является важнейшим первоисточником по истории и исторической географии Северной Столицы России. Однако особенности композиции богдановской книги, где материал сгруппирован по вилам объектов, могут затруднить пользование текстом этой книги для современного читателя, поэтому настоящее издание снабжено специальным историко-географическим ключом, где богдановский материал перегруппирован по территориальному принципу. Это немаловажное обстоятельство следует учитывать при чтении богдановского сочинения.

Ссылаясь на общее мнение, А. И. Богданов относил “строение” Санктпетербурга к числу “важнейших” дел Петра Первого. За сорок восемь лет – с 1703 года по 1751 год – развитие нового русского города, согласно А. И. Богданову, шло необычайно интенсивно. “Известно есть”, писал он, “сколь пространен и великолепен был с начала своего [16] построения... град сей... Но есть ли прежнее его состояние сравнить с нынешним, то такая в том будет разность, какова бывает между первым его основанием и совершенством. Ибо... ныне столь град сей разпространен и новыми преславными зданиями украшен и возвеличен... что пред многими славнейшими европейскими городами, которые древностию своею славятся, имеет в том преимущество”. “О прежнем его (Санктпетербурга. – К. Л.) строении и о его великолепии” в богдановском сочинении говорится, что их “мы ныне, кроме приложенных здесь рисунков, совсем не видим”. Поэтому А. И. Богданов стремился не только описать современный ему Санктпетербург середины XVIII века, но и воссоздать уже отошедший в прошлое облик Санктпетербурга 1710-1720-ых годов – для того, чтобы ясно показать “разность между прежним и нынешним помянутого града состоянием” и “коим образом оный и кем происходил в толикое возвращение и цветущую славу”.

“Преименитый, новый в свете, Царствующий Град Санктпетербург” был, согласно А. И. Богданову, построен в “провинции... Ингрии или Ингермоландии”, именуемой “по нашим российским старым летописцам... Ижерской землей”, которая “положением своим лежит между Синусом (Заливом. – К. Л.) Финским и Озером Ладожским, сообщается... Невою рекою, что начало свое восприемлет в длину от Ладожского Озера, и продолжается до Великого Княжества Эстляндского”. Помимо названия “Ижерская земля”, А. И. Богданов употребляет также другое – “Ижерская область”. Конкретизируя положение Санктпетербурга, А. И. Богданов указывает, что в восточном направлении от города находится Ладожское Озеро, в западном – “Варяжское Море” (Балтийское Море – К. Л.), в северном – Княжество Финляндское, в южном – “Российская Провинция Псковская” и Ливония, и что “Царствующий сей Град Санктпетербург по географическому разположению стоит на меридиане под шестидесятым градусом долготы, под пятьдесят девятым градусом широты, близ Полюса Арктического, под знаком небесным Урса Майор, то есть Медведя Большого”.

Для обозначения местности, на которой расположен Санктпетербург, А. И. Богданов употребляет выражение [17] “положение места” и характеризует последнее как “всюду ровное, или горизонтальное, речными берегами, также и приморскими, повсюду украшающееся, высоких гор чрезвычайных кручей, и глубоких рвов неимущее, но по премногу отложистыми местами красящееся”. О “качестве земли сего места” А. И. Богданов пишет, что “оная есть по большей части болотистая, или сыроватая, а более глинистая, и отчасти каменистая”.

Характернейшая особенность Ингерманландии – “преизобильнейшие воды”: “превеличайшее Ладожское Озеро” – на востоке, Варяжское Море – на западе, и реки, “наиглавнейшая” из которых, Нева, начало своего течения производит из Озера Ладожского и впадает в Море Варяжское разными устиями”, втекая в “Синус”, или Залив, этого моря. “Разстояние долготы сея реки”, согласно Богданову, – “шестьдесят верст”; в тридцати верстах от ее истока имеются “небольшие пороги”, названные А. И. Богдановым “Невскими Порогами”.

По Варяжскому, или Балтийскому морю, согласно А. И. Богданову, пролегал главный торговый путь между Санктпетербургом и Европой.

В Неву до того места, где от нее начинают отделяться рукава, впадают, как указывает А. И. Богданов, Ладожский канал и следующие “малые реки”: Жерновка; Дубровка; Первая Черная речка; Вторая Черная речка; Мойка; Мга; Святка; Тосна; Красная речка; Ижора с притоком Малая Ижорка; Славянка с притоком Кузьминка; Охта, или Утка, с притоком Малая Охта; Третья Черная речка.

Ладожский канал А. И. Богданов описывает как один из участков главного торгового пути между внутренними областями России и Европой.

Отделять от себя различные рукава (то есть образовывать дельту) Нева начинает лишь на территории Санктпетербурга. В пределах этой территории А. И. Богданов называет ее “Большой Невой”. Большую Неву и “из нее две Малые Невы произшедшие” А. И. Богданов определяет как главные три реки, три Невы, основу структуры Невской дельты. Первую из этих “двух малых Нев”, исток которой расположен выше по течению Большой Невы, А. И. Богданов называл “Малой Невой”, вторую, исток которой расположен ниже по [18] течению Большой Невы – “Малой Невкой”. Иногда, впрочем, А. И. Богданов и вторую “Малую Неву” (свою “Малую Невку”) называет “Малой Невой”.

Названные “Главные три реки”, “три Невы” в свою очередь отделяли от себя различные рукава – “производили небольшие речки”.

От Большой Невы влево отделялась “небольшая речка” Фонтанка, от Фонтанки вправо – Мойка, или Мья. Согласно А. И. Богданову, она стала речкой, вытекающей из Фонтанки, лишь с 1711 года, когда ее “прокопали” в Фонтанку. До этого “глухая” Мойка “протока себе сквозного не имела”. А. И. Богданов сообщает, что в 1738 году Мойка была “вся вычещена... и сваями обита наподобие канала... и сию речку более сможет ныне всяк почесть за нарочно зделанный канал”.

Вправо от Большой Невы отходила и обратно в нее впадала “Река Невского Протока”, омывающая Остров Санктпетербургской Крепости.

О Малой Неве А. И. Богданов пишет, что она “разделилась ко взморью на разные устья”. Из речек, отделившихся от Малой Невы, А. И. Богданов называет лишь Карповку.

От Малой Невки вправо отделялась Первая Безымянная, или Никольская, речка, а влево – Вторая Безымянная речка, или Маякуша, которая текла “в море”. Как “малая речка” упоминается какой-то из этих рукавов Малой Невки.

С 1727 года вправо от Малой Невки стала отделяться Третья Безымянная речка. Эта речка образовалась “от запору осеннего льда” на Санктпетербургском Острове, там, где “был небольшой” ручей на болотном месте, и во время весны оной ручей оказался речкою”.

Правый берег Большой Невы, становящийся после того, как от Большой Невы отделяется вправо Малая Нева, правым берегом последней, а затем – северным берегом Финского Залива, называется в Описании А. И. Богданова “Выборгской Стороной”.

Помимо всех названных выше рек и речек, А. И. Богданов упоминает и о находящихся в окрестностях Санктпетербурга “приморских реках”, или “реках при приморских берегах”: речке в Стрелиной Мызе, речке в Петергофе, Сестре (“издревле российской пограничной реке”), Лахте и Четвертой [19] Черной речке, которая протекала “при взморье” и впадала в Малую Неву.

А. И. Богданов указывает, что рек и речек в Санктпетербурге и его окрестностях “может более быть, но о тех не известно”.

Из островов Невской Дельты А. И. Богданов выделяет, как основу ее структуры, следующие десять:

1. Остров Санктпетербургской Крепости – “небольшой островок, посреде Большой Невы лежащий”.

2. Санктпетербургский Остров – “остров большой”, “лежащь напротив” Острова Санктпетербургской Крепости.

3. Аптекарский Остров, “лежащь подле Санктпетербургского; меж ними течет Река Карповка”.

4. Каменный Остров, “лежащь позади Аптекарского Острова к Выборгской Стороне”.

5. Крестовый Остров, “лежащь подле Каменного Острова позади Санктпетербургского, величеством нарочито про странный”.

6. Первый Безымянный Остров, ранее называвшийся “Шафировым Островом”, – “небольшой”, “лежащь позади” Крестового и Каменного Островов.

7. Петровский Остров, который “лежит пониже Санктпетербургского, а напротив Васильевского Острова (о котором смотри ниже. – К. Л.), величиною посредний, но весьма продолговатый, отделяется от Санктпетербургского небольшою речкою”. Речка, отделяющая Петровский Остров от Санктпетербургского, – это Первая Безымянная, или Николь ская Речка.

8. Буян, который “лежит на Малой Невке” у Санктпе тербургского Острова. А. И. Богданов отмечает, что “сей остров не самородный, но в 1727-м году от запору осеннего льда оный промыло, потому что... был небольшой ручей на болотном месте, и во время весны оный ручей оказался речкою”.

9. Васильевский Остров (с 1727 года до начала правления Анны Первой называвшийся Преображенским Островом) – “величеством пространный, красотою нарочитый, лежит про меж устий Большой Невы и Малой Невки, при самом [20] взморье”, “от всех прочих островов сего места пространнейший”, “фигурою состоящь треугольною”.

Васильевский Остров делила на две части (два острова) упомянутая выше Вторая Безымянная Речка, или Маякуша. Два острова, считающиеся вместе Васильевским Островом, никаких особых названий каждый в “Описании” А. И. Богданова не имеют.

10. Адмиралтейский Остров.

11. Второй Безымянный Остров.

Относительно Адмиралтейского Острова и Второго Безымянного Острова необходимы уточнения, так как А. И. Богданов в отдельных местах своего “Описания” говорит об Адмиралтейском Острове, “отделяющемся от Большой Реки Невы маленькою Речкою Фонтанкою”.

С 1711 года Адмиралтейский Остров делила на две части (два острова) упомянутая выше Речка Мойка, которая в этом году была “прокопана” в Фонтанку. Из двух островов, ранее бывших одним Адмиралтейским Островом, тот, который лежит между Большой Невой и Мойкой, называется в “Описании” А. И. Богданова Адмиралтейским Островом, другой же назван Безымянным. О последнем (который должен быть назван Вторым Безымянным Островом – в отличие от Первого Безымянного, или Шафирова Острова) в “Описании” А. И. Богданова говорится: “Остров Безымянный, новый, лежит промежу дву речек – Мойки и Фонтанки, который был прежде за один со Адмиралтейским, и когда в 1711 году перекопали глухую речку, именуемую Мойку, в Фонтанку, тогда уже стал быть прямой остров. Сему острову имени не назначено для того, что оный со Адмиралтейским за один остров почитается... оный остров с первых лет долго был не населен... а Адмиралтейский довольно жильем умножен был, а потом и на сем (Втором Безымянном) Острову время от времени всякое строение стало умножаться, как ныне уже предовольно умножен стал быть строением, то оное все соединило за один остров”.

Для части городской территории, ограниченной Большой Невой и Фонтанкой, в описании А. И. Богданова очень часто употребляется обозначение “Адмиралтейская Сторона”. Левый берег Большой Невы, становящийся после того, как от [21] Большой Невы отделяется влево Фонтанка, левым берегом последней, в некоторых местах описания А. И. Богданова (отражающих, очевидно, более раннее деление городской территории) в целом называется Московской Стороной. В других местах этого описания (отражающих, вероятно, более позднее деление городской территории) левый берег Большой Невы вместе с левым берегом Фонтанки до пересечения последней с Невской Большой Перспективой Дорогой называются Литейной Стороной, а название “Московская Сторона” относится к части города, ограниченной Невской Большой Перспективой Дорогой и левым берегом Фонтанки ниже того места, где эта дорога ее пересекала.

Кроме островов Невской Дельты, в “Описании” А. И. Богданова говорится еще о “морских островах”. Это:

1. Котлин Остров, “разстоянием от Санктпетербурга в тридцати верстах, нарочитой величины”, который “счисляется с Санктпетербургом за одно правление, или за один город”.

2. Березовые Острова, “в море лежащие” на расстоянии тридцати верст от Котлина Острова.

А. И. Богданов подчеркивает, что “сии оба Острова, Котлин и Березовые, суть звания российского”.

1. ОСТРОВ САНКТПЕТЕРБУРГСКОЙ КРЕПОСТИ

Освоение этого острова началось с постройки на нем “первоначальной земляной крепости” Санктпетербург “Крепости Святого Петра”, “Санктпетербургской Крепости”), заложенной, согласно А. И. Богданову, 16 мая 1703 года, “в самый Праздник Святыя Живоначальныя Троицы, то есть в Неделю Пятидесятницы”. Часть этой крепости находилась на соседнем Санктпетербургском Острове.

Оборонительные сооружения земляной крепости состояли из шести “Болверков”, носивших названия “Государев Раскат”, “Меншиков Раскат”, “Нарышкин Раскат”, “Трубецкой Раскат”, “Зотов Раскат” и “Головкин Раскат”; шести Куртин с четырьмя Воротами в них, носившими названия “Петровские Ворота”, “Невские Ворота”, “Первые Кронверкские Ворота” и “Вторые Кронверкские Ворота”; Равелина у [22] Петровских Ворот; Кронверка на Санктпетербургском Острове. К оборонительным сооружениям крепости следует отнести и “небольшой канал, прорытый вдоль всея крепости с водою”. Кроме того, как можно понять из описания А. И. Богданова, еще при строительстве земляной крепости “назначен был канал от Большой Невы сквозь Невские Ворота до Церкви, дабы оным каналом можно свободный приезд иметь к самой Церкви”.

Внутри земляной крепости (“города”) находились: “Соборная Церковь Святых Первоверховных Апостол Петра и Павла деревянная”, “самая первоначальнейшая”, смененная позднее каменной Церковью и перенесенная в связи с этим в 1720 году на Санктпетербургский Остров, где ее освятили уже “во Имя Святого Апостола Матфия”; “хоромы деревянные”, которые были построены для “Правительствующего Сената... самого первоначального”, и которые позднее, после перевода из них Сената на Санктпетербургский Остров, использовались как “Церковь Святых Апостол Петра и Павла во время строения каменной Церкви”; “Оберкомендантский Дом” – “небольшие деревянные хоромцы”; деревянные “небольшие хоромцы плац-маэора”; деревянные “соборных священников домы и причетников их”; деревянный “цехгаус” – строение небольшое наподобие светлиц; деревянная “гобтвахта”) – “нарочетой величины хоромы”, при которой была устроена “плясовая” – место наказания штрафованных солдат; деревянные “провиантские магазейны” – “обычайные анбары простой работы”; деревянная “гарнизонная канцелярия”; “главная аптека” – “в каменных казармах близ Болверка Меншикова”; “колодязь с покрытым шатром”; различное “мелкое деревянное строение”.

При постройке земляных оборонительных сооружений Остров Санктпетербургской Крепости был соединен с Санктпетербургским Островом “мостом деревянным с подъемным” “на сваях”.

“С первых лет” в Кронверке была “гавань всяким судам”.

Каменная “Царствующего Санктпетербурга Крепость”, постепенно сменявшая первоначальную земляную крепость, начала, согласно А. И. Богданову, сооружаться в “1706 году [23] маия 30 дня, то есть в самый Торжественный День Преподобного Отца Исаакия Долмацкого, в который День торжествовано было День Рождения... Петра Великого. И перво всех заложен фланг Болверка, Бывшего тогда "Князя Меншикова" именованный, который ныне именуется "Бастион Петра Второго””. Завершилась перестройка земляной крепости в каменную в 1740 году. Санктпетербургская Крепость называлась и просто “Крепость”.

Каменные оборонительные сооружения Санктпетербургской Крепости на 1749 год состояли из шести “Болверков”, носивших названия “Болверок Его Императорского Величества Петра Первого”, “Болверок Святыя Екатерины, который прежде именован был "Нарышкин"”, “Болверок Его Императорского Величества Петра Второго, который прежде именован был "Меншиков"”, “Болверок Ее Императорского Величества Анны Иоанновны, который именуемый "Санкта Анна", а прежде назывался "Головкин"”, “Болверок Зотов” и “Болверок Трубецкой”; шести Куртин с пятью Воротами в них, носившими названия “Петровские Ворота”, “Васильевские Ворота”, “Невские Ворота” (в которые “в День Преполовения и в День Произхождения Честных Древ ходят из Собора со крестами для освящения вод” на Большую Неву), “Первые Кронверкские Ворота” и “Вторые Кронверкские Ворота”; двух равелинов – “Ровелина, наименованного "Санкт Иоанн"” (или, иначе, “Ровелина Святого Иоанна”) с одними Воротами и “со фланки и контрогарды”, построенного “с восточной стороны против Петровских Ворот”, и “Ровелина... наименован "Санкт Алексий"” (или, иначе, “Ровелина Святого Алексиа”) с двумя Воротами и “со фланки и контрогарды”, построенного “от западной стороны против Васильевских Ворот”; “Кавалиера, который построен посреди Болверка Святыя Анны”.

На Болверке Святой Екатерины был сооружен “Павилион” “Башенка” с флагштоком для поднятия “городского флага”. “По Болверкам” стояли “дватцать три бутки каменных”.

Канал, “прорытый вдоль всея крепости” еще при возведении земляных оборонительных сооружений, был сохранен и при перестройке крепости в камне, а по сторонам его были [24] посажены “кленовые и липовые деревья”. А. И. Богданов писал, что этот “водяной канал” “еще совершенно не отделан”.

Говоря о Невских Воротах каменной Санктпетербургской Крепости, А. И. Богданов отмечает, что “сим Воротам по намерению Петра Великого быть было оным без сводов и сквозь оные проведену быть намерено каналу до самой Соборной Церкви, дабы Его Величеству можно было из Невы оным каналом приехать или на буере, или на верейке к самой Церкви, но оное после Его Величества отменено”.

В числе оборонительных сооружений перестроенной в камне Санктпетербургской Крепости А. И. Богданов упоминает и “водяной ров”, за Равелином Святого Иоанна. От Петровских Ворот к названному равелину через этот ров был переброшен “мост деревянный на сваях”.

Частью перестроенной в камне Санктпетербургской Крепости был оставшийся от земляной крепости земляной кронверк на Санктпетербургском Острове (“фортеция кронверк”). На 1749 год оборонительные сооружения Кронверка включали “пять Болверков, два Больших Ровелина, и пять Малых, и трои Ворота”, а также “кругом всего Кронверка... водяной ров”. При этом А. И. Богданов отмечает, что “внутри, кругом всего Кронверка, в стенах прежде сего были казармы, но ныне оных не имеется”.

Внутри каменных стен Крепости на 1749 год находились: “Соборная Церковь Святых Первоверховных Апостол Петра и Павла каменная и посреди Крепости стоящая” (“Петропавловский Собор”, “Собор”); “каменные правиантские два магазейна”, “превеликие”, построенные в 1732 году и сломанные в 1749 году; “магазейны провиантские деревянные”, остававшиеся еще от земляной крепости; “каменный Дом для Житья Обер-коменданту”; “гобвахта, или Главный Караул... каменная”; “пороховой каменный анбар, или магазейн”; “цехауз, или кладовой магазейн... каменный”, сменивший в 1749 году деревянный “цехауз”, остававшийся еще от земляной крепости; “в Болверке Трубецком и в другом Монетный Двор”; “Канцелярия Гарнизонная и Обер-комендантская”; “три караульни деревянные”; “Артиллерийский арсенал”; “Тайная канцелярия”; “Канцелярия Соляная”; “Рентерея”; “Отдатошный Двор, откуда вино на кабаки отпутают”. В 1724-1737 годах [25] на Трубецком Болверке стояла “ветряная мельница мушная”. В другом месте А. И. Богданов пишет, что эта “мушная мельница” была построена в 1720 году.

От Петровских до Васильевских Ворот внутри крепости, параллельно каналу, шла дорога, по обеим сторонам которой были “разсажены березы подчищенные”.

У Алтаря Соборной Церкви хоронили Комендантов Крепости.

Внутри земляных стен Кронверка на 1749 год находились “Артиллерийский арсенал”; “верфь для починки небольших морских судов и некоторых вновь делания”; “той верфи магазейн”; “провиантские магазейны деревянные”, “превеликие”, в 1749 году уже не существовавшие; “гоубвахта”. До 1734 года там находилась также “Старая лабаратория”, А. И. Богданов пишет, что “при Крепости Кронвергской” “три моста подъемные назначены быть”.

Остров Санктпетербургской Крепости с возведенными на нем каменными оборонительными сооружениями и Санктпетербургский Остров соединял “от Ровелина (Святого Иоанна. – К. Л.) до берега (Санктпетербургского Острова. – К. Л.) чрез Реку Невского Протока Мост каменный с перилами, а по средине подъемный мост” “на сваях”, носивший название “Петровский Мост”. Для связи Острова Санктпетербургской Крепости с Санктпетербургским Островом была устроена также понтонная переправа. Сначала “перевоз на пантоне” действовал у Первых Кронверкских Ворот, затем “перевозной пантон” был перенесен к Вторым Кронверкским Воротам.

В то время, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”, “у Соборной Церкви Святых Апостол Петра и Павла” уже не было сосны, которая стояла здесь раньше и считалась достопримечательностью.

2. САНКТПЕТЕРБУРГСКИЙ ОСТРОВ

“Санктпетербургский Остров” считался “Первой Частью” Санктпетербурга. А. И. Богданов характеризует этот остров как “первоначальный от прочих”, который “с начала [26] первый жительми здешними стал населяться”. Один раз А. И. Богданов называет его “Городским Островом”.

“Всех партикулярных людей домы” начали строиться на Санктпетербургском Острове в 1704 году. Как можно понять из “Описания” А. И. Богданова, “регулярного строения” здесь не производилось.

На вершине острова (“на берегу Невы Реки, на мыску Малой Невы”) с 1710 года стояли “Полаты Каменные Графа Гаврила Ивановича Головкина, Великого Канцлера”. От вершины острова (“где Дом Канцлера Гаврила Ивановича Головкина”) вниз по правому берегу Большой Невы шла “Линия Каменная Набережная”. К западу от Дома Г. И. Головкина в этой линии с 1713 года стояли “Полаты небольшие Зотовы, Конона Никитича”, или “Зотовы Полаты”, западнее их “Полаты каменные... называемые "Строевы"”, в которых “сперва состоялась Академии Наук Гимназия”. К западу от “Строевых Полат” в этой же линии с 1713 года стояли “каменные полаты бывшего вице-канцлера и сенатора Петра Павловича Шафирова”. В “Шафировых полатах” в 1726 году “первое свое начало возымела Императорская Академия Наук... и первое свое публичное собрание в них учинила”. Далее к западу с 1713 года стояли “Полаты Каменные Бывшего Князя Гагарина и Сибирского Губернатора”, или “Гагариновы Полаты”. По-видимому, с середины 1720-ых годов и до 1739 года их занимал Святейший Синод (почему о них и идет речь как о “полатах”, в которых “был Святейший Синод” и которые “строил Князь Гагарин”). По-видимому, именно их А. И. Богданов имеет в виду, когда пишет о “бывших Синодальных полатах”, куда была на какое-то время “перенесена” с находившейся к западу от них Троицкой Площади из обветшавшего церковного здания “Соборная Церковь Святыя Живоначальныя Троицы”. В то время, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”, в “Гагариновых Полатах” (по-видимому) размещалось “Духовное Правление Здешней Епархии”. Возле “полат”, где был “Святейший Синод”, находилась “Синодальная Пристань”, ранее называвшаяся “Гагариной Пристанью”, или “Гагариновой Пристанью”. “У Гагариной Пристани”, на берегу Большой Невы, в 1723 году были “на сваях” построены “Постоялые Дворы” (“Постоялые Деревянные Домы [27] Казенные”) – “нарочетые светлицы”, просуществовавшие лишь “несколько лет”. “На Постоялых Дворах, при Гагариной Пристани” с 1723 года имелся Мясной ряд, о котором А. И. Богданов писал, что он “хотя и ветх, однако в нем и ныне торгуют”. В другом месте А. И. Богданов пишет, что “на том месте, где Постоялые Дворы были, или близ Гагариновой Пристани” “сперва... с прочими рядами” находился “Мясной ряд”.

В линии, о которой идет речь, к западу от “Гагариновых Полат”, “на берегу Большой Невы”, с 1712 года стоял Первый “Деревянный Дом Генерала Романа Вилимовича Брюса” (“Брюсов Дом”, “Брюсов Двор”), в 1721 году, по смерти владельца, ставший “Синодальным Домом” (местом заседаний Святейшего Правительствующего Синода, в том числе самого первого заседания) и выполнявший эти функции в течение ряда лет до слома “за ветхостию”. Неподалеку от Первого Деревянного Дома Р. В. Брюса после 1721 года “покойного Брюса оставшая его фамилия построила Иной Деревянный Дом”, который, как сообщает А. И. Богданов, “и поныне стоит”.

“На берегу Невы реки”, к западу от (“напротив”) Первого “Брюсова Дома” стоял “Первый Деревянный Дом, или Дворец... Петра Великого” (“Императорский Первоначальный Дворец”, “Первоначальный Императорский Дом”), представлявший собой “малинькой и убогий домик”, “небольшие хоромцы брусчатые”, которые “разписаны по кирпишному маниру”. Дом был “огорожен... для охранения в предбудущие роды, каменным шатром”. “Сия вещь”, добавляет А. И. Богданов, “великой куриозности предбудущим родам достойна”, “ибо “сей маленький Петра Великого Домик возрадил на сем новнаселенном месте превеликое и прекрасное гражданство и Царствующий Дом стяжал”.

“Близ маленького Первоначального Императорского Дому” в 1703 году построен “Губернаторский Дом”, или “Дом... Бывшего Князя Меншикова” – “Первый Посольский Дом”. Его сломали задолго до того времени, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”.

А. И. Богданов сообщает, что “на берегу, где маленький Первый Императорский Дворец стоит”, “спервоначалия” [28] имелся “Рыбный Ряд” и что “у Старого Дворца деревянного, против Брюсова Двора” были “первые” рыбные садки.

К западу от “Первоначального Императорского Дома”, боком к Большой Неве, по-видимому с конца 1710-ых годов до 1732 и 1733 годов стояли “мазанковые Коллегии”, называвшиеся также “Первые Коллегии” (в одной из этих мазанковых построек, иногда называемой “Правительствующим Сенатом”, размещался Сенат, и она называлась иногда “Правительствующим Сенатом”). Местонахождение “Первых Коллегий” определялось А. И. Богдановым обычно по отношению к Троицкой Площади с Троицкой Церковью, расположенной перед их западным фасадом (“на Троицкой Площади, близ Церкви Святыя Троицы”).

А. И. Богданов указывает, что “на Троицкой Площади”, “по Большой Неве Реке, где были Коллегии Мазонковые” (или “близ Императорского Первоначального Дворца, где Коллегии были”), с 1705 по 1710 или 1711 год находились торговые ряды, “в которых продавались товары всякие смешенные, а не посортно” (“рынок с протчими рядами”). Ряды эти “за Гостиный Двор почиталися”. В числе их был “ряд хлебный, который назывался "Ростовский ряд"”.

К западу от “Коллегий” до ведущего в Санктпетербургскую Крепость Петровского Моста простиралась обширная “Площадь... называемая "Троицкая"” (“Троицкая Площадь”). У этой Площади, на берегу Большой Невы находилась “Троицкая Пристань”. Думается, что иногда А. И. Богданов употребляет название “Троицкая Пристань” вместо “Троицкая Площадь” и наоборот.

На Троицкой Площади, “на берегу, недалеко от Петровского Мосту”, вблизи “Троицкой Пристани” до 27 марта 1750 года стояла новая деревянная “Соборная Церковь Святыя Живоначальныя Троицы” (“Соборная Церковь Святыя Троицы”, “Соборная Церковь Живоначальной Троицы”, “Церковь Святыя Троицы”, “Церковь Живоначальныя Троицы”). Первоначальная “Церковь во Имя Святыя Троицы” была сооружена в 1710 году как памятник основания города – “в память зачатия Царствующего Санктпетербурга”, “для новопостроенной... Крепости Санктпетербургской”, “в знак того Дне, в онь же заложена”, “понеже сей град заложен... в [29] самый День Святыя Пятидесятницы”. Обветшавшая Первоначальная Церковь (расширявшаяся в 1714 и 1720 годах) была в начале правления Елизаветы Петровны разобрана и на ее месте построена “таковым же образом, слово в слово, безо всякой отмены” упомянутая выше Новая, освященная 17 мая 1746 года. В 1747 году при этой Новой Церкви были построены богадельни.

В 1713-1737 годах “на Троицкой Площади” стоял мазанковый “Старый Гостиный Двор”. А. И. Богданов отмечает, что “сквозь оного начат был и канал строиться, дабы сквозь оного могли всякие торговые суда проходить”. “Внутрь” этого “Гостиного Двора была Биржа”, а кроме того, “важня, или Весовой анбар”. В 1736-1737 годах “во оном Старом Гостином Дворе лежала полковая аммуниция”.

“На Троицкой Пристани” до 1733 года был “Первый Порт Купецким Кораблям”. В 1720-1733 годах “на Троицкой Пристани” находилась “Портовая Таможня, или Карабельная”. В другом месте А. И. Богданов пишет, что “в Портовую Таможню” был “переменен” построенный на этой пристани в 1722 году “Кофейный Дом”.

“На Троицкой Площади” “для сходу купечества” в 1724-1735 годах имелась Биржа.

“На Троицкой Пристани” (может быть, здесь имеется в виду “Троицкая Площадь” – К. Л.), “у Петровского Мосту”, “с первых лет” имелась “Австериа” (“Австерия”), или “знатный Питейный Дом”. “Австерию” эту А. И. Богданов называет “торжественной”, так как перед нею “Государь Петр Великий отправлял почасту фейерверки торжествам”. В 1720 году “на Троицкой Пристани” был построен “Первый Трактирный Дом”, а в 1722 году на той же “Троицкой Пристани” был построен “Кофейный Дом”, о котором А. И. Богданов пишет, что он был “переменен... в Портовую таможню”.

“Близ Города (Крепости. – К. Л.), то есть близ Петровского Мосту” (“у Петровского Мосту”), с начала существования Санктпетербурга (“спервоначалия”) и до 1705 года (до постройки крепостного Кронверка) находился “Рынок с протчими рядами” (“торговые ряды”). С 1711 (или с 1712) года “близ Петровского Мосту”, или “Мосту Петровских Ворот”, [30] стояли первоначальные “небольшие мазанки образцовые”, в которых помещалась Типография.

“На Троицкой Площади, против Австерии, подле Петровского Мосту” в 1714 году были построены “Триумфальные Ворота”. В 1720 году “против Коллегий, близ Церкви Святыя Троицы” была сооружена “Триумфальная Пирамида”. В 1732 году “на Троицкой Пристани, против Церкви Святыя Троицы” были еще раз построены “Триумфальные Ворота”.

В то время, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”, “у Троицкой Пристани” продавали кирпич, глину и песок для печей.

За Петровским Мостом, на берегу “реки Невского протока”, то есть на берегу протока, отделявшего Остров Санктпетербургской Крепости от Санктпетербургского Острова, находился Кронверк. Кронверк являлся частью Санктпетербургской Крепости, поэтому о нем шла речь при рассказе о последней. “У Кронверка” Санктпетербургской Крепости стояла являвшаяся достопримечательностью “засохлая сосна”.

За Кронверком, на берегу Малой Невки стоял “Старый Деревянный Мытный Двор” (“Мытный Двор”), “посреди которого была Таможня мазанковая состроена и важня деревянная”. А. И. Богданов указывает, что этот Мытный Двор “ныне весьма ветх и весь развалился”. С 1715 года у Старого Мытного Двора были устроены рыбные садки, с 1725 года здесь протянулся “Рыбный ряд”, который, как отмечает А. И. Богданов, “и поныне в том месте имеется”. В то время, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”, на Старом Мытном Дворе проходил также Мясной ряд и размещалась “важня, или Весовой анбар”. Возле Старого Мытного Двора продавали кирпич, глину и песок для печей, а кроме того, был устроен “извощичий притон” (“извощичье становище”). “Близ Мытного Двора” с 1732 года стояли “два великие каменные Провиантские магазейна”. Возле Мытного Двора на Малой Невке имелась Пристань, называвшаяся “Пристань у Мытного Двора”. В 1734 году около нее были “сваи... побиты для наведения мосту на судах”, но этот мост был “отменен”.

“Пониже Мытного Двора, на берегу Невы реки (то есть Малой Невки. – К. Л.)” находилось “урочище Мокруша” – “небольшая Слободка”, которая “стоит весьма на ниском [31] месте, и когда морская вода в реке прибудет, оную кругом водою понимает”. “На Малой Невке, против Васильевского Острову”, “в Мокруше, подле Мытного Двора”, с 1715 по 1725 год стояло “на сваях” мазанковое здание с Рыбным и Мясным рядами. “На Малой Невке, в Мокруше, против Васильевского Острова помещались в свое время и “торговые бани”, уже не существовавшие в то время, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”.

Сразу же за Мокрушей располагалась выходившая к берегу Малой Невки “Слобода Никольская” с главной улицей “Большой Никольской”. “Пониже Большой Никольской” находилась Первая “Улица Малая Никольская”, “близ Мытного Двора” – Вторая (“другая”) “Улица... Малая Никольская”. А. И. Богданов указывает, что ранее “Большая Никольская и Малая называлися "Татарские улицы"”. Возле “улицы Большой Никольской” находилась “Набережная Никольская улица”.

“На берегу Малой Невки, против Васильевского Острова” (точнее – “Пеньковых анбаров” на этом острове), “промеж четырех Улиц” Никольских, с 1713 года стоял мазанковый “Собор Успения Пресвятыя Богородицы” (“Церковь Успения Богородицы”), иначе названный “Церковь Николая Чудотворца”, поскольку в нем имелся “придел Николая Чудотворца, который освящен прежде настоящей Церкви, и по сему... имя Церкви восприяло зваться в употреблении "Николая", а не "Успения"”. Об этой Церкви А. И. Богданов пишет, что “ныне оная весьма обетшала”, что в 1740 году она была “начата... строиться каменная, которая достроена по самые своды” и что ее предполагается “достроить о пяти главах по древнему российскому обычаю”. “Под строение каменной Церкви Успения Богородицы” было сломано “Подворье Тверского Архиерея”, ранее служившее “Подворьем Рязанской Епархии”. “У Церкви Успения Богородицы” имелись богадельни.

“В Большой Никольской Улице, по конец оной” (или “по конец Никольской Большой Слободы”) до 1720 года стояла “Канцелярия Губернская деревянная” с “Острогом для содержания в нем колодников”. С 1719 года “в Большой Никольской” стояла мазанковая “Австериа”, или “знатный Питейный Дом”. [32]

“По близости Церкви Николая Чудотворца”, в “Слободе Никольской” находилась “Никольская Пристань”.

Вблизи западной оконечности Санктпетербургского Острова, выходя, судя по всему, и к правому берегу Первой Безымянной, или Никольской, Речки, и к левому берегу одной из речек, отделившихся от Малой Невы, располагались “Слободы Колтовского Полку Гарнизонного”, или просто “Салдатские Слободы”. При этих “Салдатских Слободах” стояла деревянная “Церковь Преображения Господня”, построенная в 1726 году, с кладбищем при ней. Когда А. И. Богданов пишет о богадельнях “при Церкви Спаса Преображения Господня”, он, по-видимому, имеет в виду Преображенскую Церковь именно при Слободах Колтовского Полка, а не Преображенскую Церковь при Преображенском Полку на Московской Стороне или Преображенскую Церковь при Новгородском Подворье на Санктпетербургском Острове (хотя возможно и последнее).

От вершины Санктпетербургского Острова, “по Малой Неве”, шла “Набережная Линия Деревянная”. Где-то в начале этой линии (то есть вблизи истока Малой Невы) размещалось “Подворье Псковское” – “двор, который прежде был Директора от Строений Городовых Дел Ульяна Синявина” (или бывший “Дом Синявин”). Возле “двора, который прежде был Директора от Строений Городовых Дел Ульяна Синявина”, находилась “Синявина Пристань”.

А. И. Богданов сообщает, что “на Малой Неве, против Синявина баталиона”, “близ Карповки” с 1711 года стояло здание с Рыбным и Мясным рядами, причем до 1715 года “при Мясном ряду” имелись рыбные садки. Далее он говорит, что “на Малой Неве, у Аптекарского Острова, против Синявина Баталиона” помещались “бани торговые”, уже не существовавшие в 1749-1751 годах, и что на Малой Неве, очевидно, вблизи истока Карповки, находилась “Пристань против Церкви Сампсониа”.

Из других построек, стоявших в разное время “на Малой Неве” (“на берегу Малой Невы”, “на Малой Неве, на берегу”), А. И. Богданов называет “Подворье Вологоцкой Епархии” (“Вологоцкое Подворье”) с “Церковью Домовной во Имя Великомученницы Варвары”, устроенной “в хоромах”; [33] “Подворье Новоспаского Монастыря”; “Первый Магистрат”, находившийся здесь до 1727 года; первоначальные “Гофшпитали... деревянные... сухопутные, которые тогда называлися "Лазареты"”.

“На Карповке Речке” располагалось “Подворье Новгородское” с деревянной “Церковью во Имя Преображения Господня”, построенной в 1737 году. Подворье это было куплено “после умершего Генерала и Обер-Коменданта Санктпетербургского Рамана Вилимовича Брюса”. По-видимому, это Подворье имеет в виду А. И. Богданов, когда говорит о “Доме Феофана, Епископа Псковского и Нарвского”. “На Новгородском Подворье” имелся пруд.

А. И. Богданов упоминает довольно много объектов, находившихся по берегам Санктпетербургского Острова за линиями построек, сооружений, участков и т. д.

“От Старого Гостиного Двора к Малой Неве” протянулась “Улица Большая Дворянская”, где стояли “деревянные Хоромы... Бутурлина”.

“Подле Большой Дворянской Улицы” проходили Первая “Улица Малая Дворянская” и “Вторая Малая Дворянская” Улица.

“Подле... Троицкой Площади” на “Конной Площадке”, размещались “Таможня Первоначальная Внутренняя и Мелочная” – “просто состроенная светлица из бревен”, “извощичий притон” (“извощичье становище”), ведерная и “важня или Весовой анбар” (если А. И. Богданов не имеет здесь в виду Конную Площадку на Втором Безымянном Острове). Наконец, на Конной Площадке зеленела считавшаяся достопримечательностью сосна.

“Близ Конной Площадки” находился “Старый Отдатошный Двор”. На его месте с 1710 или 1711 года стояли “ряды, в которых продавались товары всякие смешенные, а не посортно”, и которые “за Гостиный Двор почиталися”. Был здесь и “ряд хлебный, который назывался "Ростовский ряд"”.

“Подле Отдатошного Двора” торговал Сенной ряд.

Недалеко от “Старого Отдатошного Двора” находилась Посадская Слобода с главной Улицей “Большой Посадской”, подле которой пролегала “Улица Малая Посадская”, или “Малая Посадская Слобода”. В Посадской Слободе [34] находилась также “Улица Рожественская”. “В Посадской Большой Улице” (или “Посадкой Слободе, на “Улице Рожественской”), “с приходу от Старого Гостиного Двора”, стояла (вероятно, до 1729 года) деревянная “Церковь Рожество Богородицы”. Построенная в 1712 году, она до 1721 года называлась “Церковью Казанской Богородицы” (“Церковь во Имя Пресвятыя Богородицы Чудотворного Ее Образа Казанской”).

“В Малой Посадской Слободе”, или “в Посадской Улице”, находилось “Трунилово” – место, где стояла построенная “в простых хоромах” деревянная “Церковь Святого Николая Чудотворца”, называемая “Никола в Трунилове”. Раньше на ее месте находился “Двор Купца Трунилова”, “просто в хоромах” которого была первоначально освящена эта Никольская Церковь.

Недалеко от “Старого Отдатошного Двора” протянулись также Оружейные Улицы: “Улица Большая Оружейная (“Оружейная Улица”), и проходившие вблизи нее “Налишная Оружейная Улица” и “две Улицы Малые Оружейные”. “В Улице Оружейной (“Большой Оружейной”), “позади Старого Отдатошного Двора”, стоял мазанковый “Старый Оружейный Двор”, где делали “про Дом Его Императорского Величества всякие слесарные дела, а более токарных Его Величества машин” и где первоначально находилась “Оружейная Канцелярия”. А. И. Богданов пишет о Старом Оружейном Дворе, что “остатки оного ныне стоят”. “В Большой Оружейной” до 1730 года имелись “кузницы”.

По-видимому, вблизи Троицкой Площади, “против Кронверка” до 1736 года располагались “деревянные брусчатые хоромы” – семь “деревянных домов”, в которых “стояли всякие иностранные мастеровые люди и прочие чины вместо Постоялых Домов”. Эти “деревянные дома” были сооружены на месте сломанных “семи домов мазанковых”, построенных в 1714 году “для житья иностранным колежским служителям и членам”.

“Против Кронверка” (против его центрального бастиона) с 1711 года находился рынок с харчевнями, “от простого народа” названный “Обжорным рынком”, который приказано было для благозвучия называть “Сытным рынком”. На этом рынке торговал Хлебный ряд. [35]

На одной из двух Площадей возле Сытного Рынка продавали “дрова и сено”, размещался “извощичий притон” (“извощичье становище”) и с 1730 года протянулся “Кузнешный ряд”.

За Сытным рынком были построены “Гарнизонные Слободы” (Солдатские Слободы), в их числе:

1. ”Салдатские Слободы Санктпетербургского Гарни зонного Полку”. Возможно, частью этих Слобод была нахо дившаяся на Санктпетербургском Острове “Слобода Налишная Петербургская”. За Слободами Санктпетербургского По лка (“за Салдатскими Слободами”) находилась “Полянка” (“Луг”). На этой “Полянке” (на “Лугу”), “при Салдатских Слободах Санктпетербургского Гарнизонного Полку” с 1720 года стояла “Церковь Святаго Апостола Матфия дере вянная” (“Церковь во Имя Святаго Апостола Матфия”, “Цер ковь Апостола Матфия”), у которой имелись богадельни. На этой же “Полянке” (“на Лугу”), “при Гарнизонных Слободах”, были построены “лазареты гарнизонные”.

“На Полянке, где... стоит Церковь Святаго Апостола Матфия”, с 1714 года торговали “хлебные ряды” (называвшиеся “Ростовский ряд”), а также Рыбный ряд.

2. “Слободы Салдатские Копорского полку здешнего... гарнизона” (“Гарнизонный полк Копорский”).

3. ”Салдатские Слободы Ямбургского Полку Санктпе тербургского Гарнизона” (“Гарнизонный Полк Янбургский”). Возможно, частью этих Слобод была находившаяся на Сан ктпетербургском Острове “Слобода Налипшая Введенская”.

“В Янбургском полку” 30 января 1732 года была освящена деревянная “Церковь Введение Пресвятыя Богородицы”. “У Церкви Введения Богородицы” имелись богадельни.

4. ”Слободы салдатские Невского полку” (“Гарнизон ный полк Невский”).

“Близ Сытного рынку” проходила “Пушкарская улица”, в которой жили “Гарнизонные от артиллерии кананиры”, а также “шесть Улиц Белозерских”, “неподалеку” от которых находилось место, где “прежде... жил Белозерский Гарнизонный Полк”.

Рядом с “Полянкой” (“Лугом”), располагавшейся “за Салдатскими Слободами” (за “Гарнизонными Слободами”), [36] были построены “Пороховые Заводы”, называвшиеся также “Зелейным Двором”.

“От Большой Никольской к Мытному Двору” (“у Мытного Двора”) находилось “урочище, именуемое "Татарская", то место, что против Кронверка, где ныне качели стоят”. Ранее “на том месте были татарские юрты”. “У Качелей” имелся “извощичий притон” (“извощичье становище”).

“С первых лет” приблизительно до 1730 года “у Мытного Двора, против Кронверка, или по тогдашнему званию в Татарской”, стояла “кирка лютерская”.

По-видимому, где-то за Татарской или за Никольской Слободой находились “две Улицы Гребецкие” и “Улица Законплетная”.

А. И. Богданов сообщает, что на Санктпетербургском Острове размещалось “Подворье Нижегородской Епархии” с церковью, которое до этого было “Подворьем Троицкого Сергиева Монастыря”, а еще раньше – “Подворьем Ипатского Монастыря”, но точного местонахождения этого Подворья не сообщает.

В “Описании” А. И. Богданова говорится, что на Санктпетербургском Острове в 1711 году “для некоторого предохранения... обывательских домов построен был по маниру фартификационному полисадник, который начался от Кронверка линиею мимо Старого Отдатошного Двора и Оружейного и продолжался вдаль позади всей Оружейной Улицы”.

Санктпетербургский Остров с Московской Стороной соединялся перевозом от “Синодальной” (или “Гагаринской”) Пристани к “Пристани у Литейного Двора, на Пустом Рынке”; с Адмиралтейским Островом – перевозом от “Троицкой Пристани” к “Пристани у Старого Почтового Двора”; с Островом Санктпетербургской Крепости – каменным “Петровским Мостом” с “срединой... на сваях с подъемным мостом”, построенным в 1738 году (до этого, “с начала строения Санктпетербургской Крепости”, эти острова соединялись “Мостом, построенным на сваях”) и “перевозом на пантоне” у Вторых Кронверкских Ворот; с Васильевским Островом – перевозом от “Пристани у Мытного Двора” к “Пристани на Стрелке” и перевозом от “Никольской Пристани” к “Пристани у Пеньковых Анбаров”; с Выборгской Стороной – перевозом [37] от “Синявиной Пристани” к “Пристани у Гофшпиталей” и перевозом от “Пристани против Церкви Сампсония” к “Пристани у Церкви Сампсона Странноприимца в Синявине баталионе”.

3. АПТЕКАРСКИЙ ОСТРОВ

Судя по “Описанию” А. И. Богданова, “регулярного строения” на Аптекарском Острове не производилось. Остров находился “под ведением Главной Аптеки” и на нем имелся “Аптекарский Сад превеликий”.

4. КАМЕННЫЙ ОСТРОВ

По первоначальному распределению земельных участков в Невской Дельте, этот остров “был в даче Гавриила Ивановича Головкина, Великого канцлера”. Судя по “Описанию” А. И. Богданова, “регулярного строения “на этом острове не производилось”.

5. КРЕСТОВЫЙ ОСТРОВ

По первоначальному распределению земельных участков в Невской Дельте, этот остров “в даче был... Государыни Царевны Наталии Алексиевны”. “Когда оный остров был за Государыней Царевной Наталией Алексиевной”, на нем построен был дворец.

С 1718 года на острове находились “пильные мельницы собственные Князя Меншикова”, которые, по словам А. И. Богданова, “все обветшали”.

Судя по “Описанию” А. И. Богданова, “регулярного строения” на Крестовом Острове не производилось. [38]

6. ПЕРВЫЙ БЕЗЫМЯННЫЙ (ШАФИРОВ) ОСТРОВ

По первоначальному распределению земельных участков в Невской Дельте, этот остров “в даче был Петра Павловича Шафирова, бывшего тогда Вице-Канцлером”.

Судя по “Описанию” А. И. Богданова, “регулярного строения” на этом острове не производилось.

7. ПЕТРОВСКИЙ ОСТРОВ

По первоначальному распределению земельных участков в Невской Дельте, этот остров “был собственный Государя Императора Петра Великого” и на нем имелся “Дворец Его Величества”, “деревянным строением построен”.

С 1710 года на острове построены “деревянные магазейны, в которых хранится всякая военная аммуниция”. С 1736 года на берегу Малой Невки стояли “Масленые анбары”, у которых имелась “Важня, или Весовой анбар”.

Судя по “Описанию” А. И. Богданова, “регулярного строения” на Петровском Острове не производилось.

8. БУЯН

На Буяне, образовавшемся в 1727 году (“на Малой Невке, против Васильевского Острову”, “на островку”), в 1736 году построили “Пеньковые Анбары”, причем “в строении” этих амбаров оказался “Каменный Пороховой Погреб”, или “Пороховой Магазейн”, построенный в 1722 году “на воде”. Он стал использоваться “под пеньковую клажу”. У этих “Пеньковых анбаров” было “две важни” (или два “Весовых анбара”) – если только А. И. Богданов не имеет здесь в виду “Пеньковых анбаров”, находящихся в другом месте.

“Регулярного строения” на Буяне, судя по “Описанию” А. И. Богданова, не производилось. [39]

9. ВАСИЛЬЕВСКИЙ ОСТРОВ

Васильевский Остров считался “Пятой Частью” Санктпетербурга.

“Первоначальное строение партикулярных людей” появилось на Васильевском Острове в 1703 году, причем А. И. Богданов пишет, что “сей остров с самых первоначальных лет населен был служителями... Князя Меншикова”,

По планам Петра Первого на этом острове надлежало быть “главному строению и жительству”, поэтому здесь со времени Петра Первого, после “первоначального нерегулярного”, производилось “регулярное строение”. По словам А. И. Богданова, “сей преизрядный остров Император Петр Великий вознамерен был оный наибогатейшим строением населить и украсить, как деревянным, так и каменным, и каналами устроить, и фартецию укрепить, наподобие Амстердама, что всему тому обстоятельный план и модель зделанная имеются, по которому плану все строение на сем острове и производится”. В то время, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”, Васильевский Остров был “строением каменных полат довольно изнастроенный, а деревянным строением преизобильно населенный, и все оное строение, имеющееся на нем, преизрядной архитектории”.

20 мая 1727 года, в связи с тем, что на Васильевском Острове предполагалось устроить Императорский Двор и “квартиры строить” для “Гвардии Преображенского Полка”, острову было дано название “Преображенский Остров”. Так он назывался до начала правления Анны Первой, после чего в употребление официально ввели прежнее название – “Васильевский Остров”.

На вершине Васильевского Острова, или на “мысу Васильевского Острова”, находилось “Урочище "Стрелка"” – место, которое “меж дву рек мысом вышло”. “На Стрелке” имелся “извощичий притон” (“извощичье становище”).

В 1731 году на Стрелке (“на мысу Васильевского Острова против Большого Императорского Зимнего Дому”, “на воде”) был построен “Мост, или Театр”, “для отправления торжественных фейерверков”. [40]

В 1703 году на Стрелке “поставлена была батарея, которая бы не допускала никаких от обоих устий (от устий Большой Невы и Малой Невки. – К. Л.) со взморья приходящих неприятельских судов” и было устроено нечто вроде “отводного караула”. Возможно, что этой батареи и подобия “отводного караула” здесь не было уже в следующем 1704 году, когда у Котлина Острова был сооружен Кроншлот.

От Стрелки вниз “по Большой Неве Реке” шла “Каменная Набережная Линия” (“Линия ко Взморью”).

Первыми в этой линии стояли два здания, которые занимала “Императорская Академия Наук и Художеств”. Одно из них, расположенное ближе к Стрелке, начали возводить в 1720 году не как академическое здание, а как дворец, – “Полаты Государыни Царицы Параскевы Феодоровны”. Другое, расположенное дальше от Стрелки, строилось с 1719 года специально для Академии и для организованной при ней “Библиотеке и Куншткамере”, разместившихся здесь в 1726 году. Поэтому второе здание называлось “особливые департаменты, то есть те полаты, в которых ныне... Академия... находится”, “Полаты Императорской Академии Наук”, или просто “Академические Полаты” (Кунсткамера называлась также “Императорской Куншткамерой”). Над вторым зданием возвышалась “башня абсерватория”.

По-видимому, иногда оба этих здания вместе назывались “Академия наук”.

Возможно, что позади этих зданий была построена “Лаборатория Императорской Академии Наук, в которой отправляются всякие химические опыты”.

Возле “Академии Наук” находилась Пристань, называвшаяся “Пристань у Академии Наук”.

“По берегу” Большой Невы, на том месте, где во время составления А. И. Богдановым “Описания”, стояла “Императорская Академия Наук”, “с первых годов” до 1718 года имелись “Собственные Князя Меншикова” “пильные мельницы... которых числом было около десяти” (“между сими мельницами была модельная мельница для взводу воды в фонтаны” Сада Меншикова Дома, располагавшегося дальше к западу), и “казенные пильные мельницы”, “числом около пятнадцати”. [41]

На небольшом расстоянии от здания, где размещались академические “Библиотека и Куншткамера”, боковым фасадом к берегу Большой Невы выходили “Каменные Коллегии”, которые были “состроены расположением на двенадцать постаментов”, причем “с протчими коллегиями в ряд” стоял Синод. С 1714 года в этом здании, наряду с другими учреждениями, размещался Магистрат.

Перед главным фасадом Коллегий (“Перед Kоллегиями”, или “против Коллегий”) и за зданиями Академии наук находилась большая Площадь.

“Пред Коллегиями” в 1730 году было начато строительство отходящего от Большой Невы канала (“один сложен, оный так и оставлен”).

За Коллегиями, на берегу Большой Невы находился Отдатошный Двор, занимавший незаконченный “двор каменный, не малой величины”. Строительство его началось в 1726 году, но к 1751 году “состроено только одне погреба, оный оставлен”. По-видимому, на этом месте (или возле него), на берегу Большой Невы, “подле Меншиковых Полат” (стоявших на том же берегу к западу от Отдатошного Двора), построены (очевидно, в 1710-ые годы) “небольшие кaменные Полатки... которые были... Князя Меншикова его Mapшала Соловьева”.

За тем местом, где стояли “полатки Соловьева” к берегу Большой Невы выходила обширная территория, до 1728 года являвшаяся Усадьбой А. Д. Меншикова.

С запада эту территорию ограничивал отходивший от Большой Невы канал, который был “зачат 1727 году и не быв докончан оставлен”.

Главной постройкой на этой территории были стоявшие на берегу Большой Невы с 1710 года “Меншиковы Полаты” -”Каменный Большой Дом Князя Меншикова”. При этом доме с 1727 года начали строить “другой флигель”. В 1733 году дом Меншикова (Меншикова Усадьба) был отдан под “Кадецкий Дом”, или “Кадецкий Шляхетный Корпус” (“Кадетский Дом”, “Кадецкий Корпус”, “Кадетский Корпус”) В Кадетском Доме в 1738-1744 годах “в Полатах, что над Воротами”, а с 1744 года “в зале” имелась церковь. “При Кадетском корпусе” имелась также “кирка”. [42]

“Княжий Сад” (или “Огород”) сохранился позади Дома Меншикова и после того, как Меншиков Дом стал “Кадетским Домом”. В этом саду с 1710 года стояли принадлежавшие Меншикову деревянные “Посольские Хоромы”. В 1733-1738 годах, когда они находились уже “под кадетским владением”, в них помещалась “Церковь Воскресения Христова”, а в 1738 году их перестроили в “хоромы... для учителей Кадецкого корпуса”.

В 1711 году из Большой Невы к этим “деревянным покоям” был проведен “небольшой канал” или “каналец”. В саду имелись также “ренжерея” и пруд.

На территории Бывшей Меншиковой Усадьбы находились также двое “полат, которые стоят на канале” (речь идет о канале, отходившем от Большой Невы и ограничивавшем территорию Бывшей Меншиковой Усадьбы с запада). Одни их этих палат были “наугольные”, другие стояли дальше от Большой Невы. В палатах, стоявших на канале дальше от Большой Невы, в 1730-1731 годах находилась “Церковь Воскресения Христова”, а в то время, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”, в них размешался “гофшпиталь”. В “наугольных полатах” с 1731 до 1733 год находилась перенесенная сюда из палат, стоявших на канале дальше от Большой Невы, “Церковь Воскресения Христова”. “При Кадетском Корпусе” (“подле Княжова Саду”) с 1722 года стояли каменные конюшни, на месте которых в 1721-1722 годах начинали строить Гостиный Двор. При них жили “служители конюшенные”. В 1734 году при Кадетском Доме был построен манеж.

Возле Дома Меншикова, “на том месте, где ныне каналец проведен к деревянным хоромам в саду”, до 1730 года стояла освященная 23 ноября 1713 года мазанковая “Церковь Воскресения Христова”.

У Кадетского Дома, на Большой Неве, находилась Пристань, называвшаяся “Пристань у Кадетского Дому”, или “Пристань у Кадетского Корпусу”.

Сразу за территорией Кадетского Дома к Большой Неве начинали выходить “линии”. А. И. Богданов указывал, что “поперег всего острову, начиная от Кадецкого Дому до взморья, числится всех двадцать восемь линий, то есть четырнадцать улиц”, причем каждая из этих улиц “пересекается [43] вдоль каналами, по которым (улицам. – К. Л.) как пеши ходят, так и конные ездят не по середке, но по сторонам” (разумеется, что когда А. И. Богданов говорил о “каналах по линиям”, он имел в виду прежде всего их проект, а не фактическое наличие).

“По Каналу подле Кадецкого Дому” (каналу, ограничивавшему территорию Бывшей Меншиковой Усадьбы с запада) шла “Каменная Линия”. Напротив также шла “Каменная Линия”.

Из расположенных далее с западу “нумерованных” линий А. И. Богданов отдельно упоминает “Вторую”, “Третью”, “Четвертую”, “Пятую”, “Шестую”, “Седьмую”, “каменную”, “Восьмую”, “Девятую”, “каменную”, “Десятую” и ((Двадцатую”.

Судя по всему, на берегу Большой Невы, “на Площадке у Кадецкого Корпуса” продавали кирпич, глину и песок для печей, кроме того, там имелся “извощичий притон” (“извощичье становище”). Сенной ряд “близ Кадецкого Дому” находился, очевидно, на этой же “Площадке”, почти наверняка на месте “Меншикова рынка”, размещавшегося до 1733 года “на берегу Большой Невы, промеж Второй и Третьей Линии”. Когда А. И. Богданов пишет, что “близ Кадецкого Дому, в Третьей Линии” до 1733 года торговал Мясной ряд, он, судя по всему, имеет в виду Мясной ряд на Меншиковом рынке.

“Промеж Четвертой и Пятой Линеи” в 1727 года начато строительство отходившего от Большой Невы канала, засыпанного к тому времени, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”.

“На Большой Неве, промеж Пятой и Шестой Линии” имелись рыбные садки.

У Восьмой Линии на Большой Неве находилась Пристань, называвшаяся “Пристань в Восьмой Линии”.

“Промеж Линей Восьмой и Девятой” был в 1727 году начат отходивший от Большой Невы канал, засыпанный к тому времени, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”.

Возможно, что ведерная, о которой А. И. Богданов пишет как о находящейся “в Десятой Линии”, стояла на берегу Большой Невы. [44]

В идущей по берегу Большой Невы “Набережной Линеи” (“Линии ко Взморью”), к западу от Десятой Линии, среди прочих построек, стояло здание, в котором с 1731 года размещались “Академия, называемая "Морская"”, или “Адмиралтейская Академия”, “Полаты Бывшего Канцлера Андрея Остермана”, перешедшие затем к “Бывшему Фелтмаршелу Миниху” и получившие поэтому название “Минихов Дом” (по-видимому, к западу от Морской Академии), а также “Первоначального Архитектора Здешнего Андрея Трезина Двор” (очевидно, к западу от Минихова Дома).

А. И. Богданов упоминает ряд подворий на Васильевском Острове (не указывая более точного их местоположения): “Подворье каменное Александроневского Монастыря”, “Подворье каменное Казанской Епархии”, “Подворье каменное Новгородской Епархии” с каменной “Церковью Двенадцати Апостол”, освященной 2 июля 1736 года, “Подворье каменное Псковской Епархии”, “Подворье каменное Ростовской Епархии”, “Подворье, именуемое "Семибратское", каменные полаты, которые строены со всех монастырей Новгородской Епархии”, “Подворье каменное Троицы Сергиева Монастыря”, “Подворье каменное Устюжской Епархии”. Возможно, что все эти подворья находились в той же “Набережной Линеи” (“Линии ко Взморью”), в которой стояли Морская Академия, Минихов Дом и Двор Трезина.

Неподалеку от “Первоначального Архитектора Здешнего Андрея Трезина Двора” (скорее всего, на берегу Большой Невы, к западу от этого двора), располагался небольшой торговый центр с “лавочками погребными, хлебными и колашными скамьями” и с продажей “квасов” и с “извошчичьей площадкой”. Ранее здесь находился “Рынок Бывший, называемый "Трезин"”.

“По конец Набережной Линеи” (“Линии ко Взморью”), “против масленых мельниц” (находившихся на левом берегу Большой Невы “при Калинкиной”) и “против того места, где стоял в свое время “Трезин Рынок”, размещалось “"Чекуши" урочище именуемое”, где стояли построенные в 1727 или в 1728 году “Кладовые анбары... для поклажи пеньки” (“Пеньковые анбары”, “анбары деревянные... и в тех анбарах прежде [45] клалась пенька”), причем А. И. Богданов высказывает догадку, “не клалась в них провиантская мука”.

На том берегу Васильевского Острова, который омывался Малой Невкой, возле Стрелки находилась Пристань, называвшаяся “Пристань на Стрелке”. В 1734 году у этой Пристани были “сваи... побиты для наведения мосту на судах”, но этот мост был “отменен”.

Далее “по Малой Невке” стоял каменный “Портовый Гостиный Двор”, или “Кладовой Гостиный Двор”, который начинали строить в 1722 году как “Мытный Двор”, но затем он был “занят весь под кладовые товары”. Посреди Портового Гостиного Двора имелась “важня каменная”, или “Весовой анбар”. С 1733 года при этом Гостином Дворе были устроены “Иностранный и Российский Карабельный Порт”.

При “Порте”, на Малой Невке, с того же 1733 года находилась “Портовая таможня, или Карабельная”, называвшаяся также “Главная таможня при Порте Санктпетербургском”, кроме того, “Внутренняя таможня” и, с 1735 года, “Биржа”.

А. И. Богданов пишет, что в 1736 году “при Портовой таможне” был построен “Пакгаус, или Кладовые каменные анбары”, и что “на Бирже” имелось “две важни” (или два “Весовых анбара”), а также “извощичий притон” (“извощичье становище”).

К западу от Портового Гостиного Двора, “по берегу Малой Невки” стояли с 1733 года “Купецкие Пеньковые кладовые анбары на сваях” (“Пеньковые Анбары”). Ранее здесь было “жилье служителей Бывшего Князя Меншикова”. У этих Анбаров находился “Порт, или Пристань Купецким Российским Судам... где пристают галиоты и барки с пенькою, с юфтью и с прочими товарами”.

У Пеньковых Амбаров на Малой Невке имелась Пристань, называвшаяся “Пристань у Пеньковых Анбаров”.

На берегу Васильевского Острова, выходящем к Финскому Заливу (“при взморье”), располагалась “Галерная гавень” (“Галерная гавань”, “Гавань”), строительство которой началось в 1722 году. В 1747 году ее стали переделывать в камне. При Галерной Гавани с 1740 года имелась “Галерная верфь” для постройки галер с “пильной мельницей для [46] пилования лесов” и с “деревянными магазейнами для поклажи всяких материалов”, а также “Слободы, в которых живут морские служители и галерные офицеры и матрозы”. Близ Галерной гавани (“близ своей должности”) жили также мастеровые Галерной верфи – “до несколько сот человек”. В Слободах близ Галерной Гавани (“в Галерной Гавани”) “на время в хоромах” была устроена “Церковь во Имя Святыя Троицы”. В тот период, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”, здесь был “ров под фундамент выкопан для битья свай” под каменную Троицкую Церковь, “которая построена будет о пяти главах”. При этих же Слободах (“при Галерной Гавани”) имелся рынок.

На Васильевском Острове, от территории Бывшей Меншиковой Усадьбы к Финскому Заливу, “вдоль острова”, шла “"Большая Першпективая"... называемая, на которой жилье по обе стороны построено”. “По разположению плана Петра Великого” надлежало “быть на ней прорыту каналу, дабы сквозь остров с моря на Гостиный Двор приходили торговые карабли”, ввиду чего этому каналу надлежало быть “большим”.

“Во Второй Линии” у Большой Перспективой стояла “кирка лютерская”.

Далее “на Большой Прешпективой” (у Шестой Линии) стояла построенная в 1728 или 1729 году и освященная в 1732 году деревянная “Соборная Церковь Святого Апостола Андрея Первозванного”, которая была “заложена во Имя Рожества Богородицы”. По-видимому, возле Андреевской Церкви стояла, упоминаемая А. И. Богдановым, какая-то “каменная Церковь”.

“У Церкви Апостола Андрея” против “Линии Каменной, называемой "Седьмой"”, с 1748 года находился “рынок” (“Новый Рынок”), который сначала был “построен строением простым, а... 1749 году выстроен по Шестой Линии настоящим хорошим строением наподобие Мытного Двора”. “На Новом Рынке, что против Церкви Апостола Андрея”, с 1748 года были Рыбный и Мясной ряды, а также Хлебный ряд и “извощичий притон” (“извощичье становище”), причем Мясной ряд, по словам А. И. Богданова, находился “в Седьмой Линии”. Если указание на Седьмую Линию не является ошибкой, то это [47] значит, что территория этого рынка не ограничивалась Шестой Линией.

“На Большой Першпективой, близ Двадцатой Линии”, имелась “Полянка”, на которой с 1733 по 1748 год размещался рынок, где, среди прочих, торговал Мясной ряд.

Где-то на Большой Перспективой (“по Прешпективой на взморье”, “ко взморью”) до 1729 года стояли “Хоромы Деревянные Князя Меншикова” – часть “Первого Посольского Дома”, возведенного в 1703 года на Санктпетербургском Острове.

Параллельно Большой Перспективой шла Первая “Першпективая... называемая "Малая"”, “жилая”. “Близ речки, что к Гавани течет”, параллельно Большой Перспективой и Малой Перспективой проходила Вторая (“еще другая”) “Малая Першпективая”.

На “Второй Малой Прешпективе” стояла деревянная “Церковь Благовещение Пресвятыя Богородицы”, построенная в 1738 году. В 1749 году здесь начали бить свои под каменную Благовещенскую Церковь. “У Благовещения Богородицы” с 1748 года имелись “богадельни... каменные... для купечества”, а также кладбище. По-видимому, за “Второй Малой Першпективой” “по конец Линии” (А. И. Богданов не указал, какой именно линии. – К. Л.) был острог. “За Малой Прешпективой” (неясно, Первой или Второй. – К. Л.) в 1738 году появились “Новые Слободки”. “На Малой Прешпективе” (неясно, Первой или Второй. – К. Л.) имелся “извощичий притон” (“извощичье становище”). “За Линеями к Речке” (очевидно, к Маякуше. – К. Л.) имелся “луг... где становятся лагири”. На правом или левом берегу Маякуши, в ее среднем течении, находилось место, называемое “Чухонская деревня”. В “Чухонской деревне” имелось “кладбище, где обще с российскими и иностранные хоронятся”.

А. И. Богданов называет без конкретизации места, находящиеся на Васильевском Острове, “Ботанический Сад Императорской Академии Наук”; “Армянские Дома”, упоминая при этом, что “в Армянских Домах” имелась “Армянская Кирка”; называет действующую на острове с 1736 года “Аптеку Адмиралтейскую”; а также уже не существовавшую в то время, когда он составлял свое “Описание”, “Французскую [48] Слободу, в которой жили всякие приезжие мастеровые иностранные люди” и которая “построена была казенная”.

По словам А. И. Богданова, в 1727 году на острове начали строить “салдатские покои” для “полка от Гвардии Ингермоландского”, но точного местонахождения этих покоев не указывает.

Васильевский Остров соединялся с Адмиралтейским Островом перевозом от “Пристани у Академии Наук” к “Пристани у Зимнего Ее Императорского Величества Дому” (“Пристани у Зимнего Императорского Дому”), “Мостом Наводным через Большую Неву... на барках” от “Кадетского Дома” (“Кадетского Корпуса”) к “Церкви Святого Исаакия Долматского” (этот Мост регулярно наводился с 1734 года; его “не бывало весною и в осень... за льдами”; до 1734 года на этом месте Мост на барках был наведен лишь один раз, в 1727 году, от “Бывшей Тогда Церкви Воскресения Христова” к “Церкви Святого Исаакия Долматского”), перевозом от “Пристани у Кадетского Дому” (“Пристани у Кадетского Корпусу”) к “Пристани у Церкви Святого Исаакия” (перевоз этот действовал “только весною и в осень, когда не бывает Мосту”) и перевозом от “Пристани в Восьмой Линии” к “Пристани у Крюкова Канала”; с Санктпетербургским Островом – перевозом от “Пристани на Стрелке” к “Пристани у Мытного Двора” и перевозом от “Пристани у Пеньковых анбаров” к “Никольской Пристани”.

10. АДМИРАЛТЕЙСКИЙ ОСТРОВ

Адмиралтейский Остров – участок суши, омываемый Большой Невой и Мойкой. Вместе со Вторым Безымянным Островом (участком суши, омываемый Мойкой и Фонтанкой) Адмиралтейский Остров образовывал “Адмиралтейскую Сторону” – участок суши, омываемый Большой Невой и Фонтанкой и делящийся на два острова Мойкой. “Адмиралтейская Сторона” (называвшаяся также “Адмиралтейским Островом”) считалась “Второй Частью” Санктпетербурга.

“Первоначальное строение... партикулярных людей” появилось на этом острове в 1705 году. “С первых лет” [49] Адмиралтейский Остров “довольно жильем умножен был”. Со времени Петра Первого на этом острове после “первоначального нерегулярного” производилось “регулярное строение”.

На вершине острова, “по Большой Неве и по Фонтанке речке” стоял Первый “Императорский Дом Летний” (“Летний Дом”) – “хотя строения и небольшого, но преизрядного”. При этом доме имелся “Летний Сад” (“Старый Летний Сад”) – “преизрядный и великий сад, в котором множество деревьев с разными плодами, притом преизрядные аллеи и прешпективы, преудивительные всюды разставлены статуи, премножество имеет фонтанов и преудивительный грот”. Имелись в саду и пруды.

С 1725 по 1731 год при этом доме, “на берег Невы Реки”, стоял “Торжественный Зал”, построенный “для брачного сочетания Государыни Цесаревны Анны Петровны с Его Королевским Высочеством Карлом-Фридериком Голштейн-Готтарпским”. На месте Торжественного зала в 1732 году были построены “другие деревянные покои” – “Ее Императорскому Величеству Анне Иоановне летние покои”.

При Первом Летнем Доме имелась “караульня каменная”. В 1731 году на берегу Большой Невы, на подходе к Первому Летнему Дому с запада, начали строить “каменную кардегардию”.

К фонтанам Старого Летнего Сада из “Бассейна” на Московской Стороне шли трубы.

С 1750 года “при Летнем Саду, на берегу Большой Невы”, строился “Театральный Дом”.

В ряде мест “Описания” А. И. Богданова под “Летним Домом” следует, по-видимому, понимать Летний Дом и Летний Сад вместе.

“У Летнего Императорского Дому” (точнее, у Старого Летнего Сада. – К. Л.) из Большой Невы отходил канал в Мойку, который был “зделан 1711 году”. В одном месте А. И. Богданов говорит о прорытых в 1711 году “каналах при Летнем Доме”, имея в виду, по-видимому, канал, соединивший Большую Неву с Мойкой, и канал, соединивший с Мойкой Фонтанку.

“Против” (или “подле”) “Летнего Дому”, “промеж каналов”, одним из которых был только что упомянутый “Канал [50] у Летнего Императорского Дому”, а вторым – расположенный дальше к западу канал из Большой Невы в Мойку (о котором пойдет речь ниже как “о Канале у Старого Почтового Двора”), “к Старому Почтовому Двору” (о котором также пойдет речь ниже) с 1740 года начали разводить выходивший к Большой Неве “Императорский Сад”, На месте этого сада ранее находился “луг, который назывался "Царицын"”, где “были две качели”.

“Канал у Старого Почтового Двора” был “проведен из Большой Невы в Мойку речку 1711 году”. Через этот Канал, вблизи Большой Невы, имелся “Мост у Старого Почтового Двора... в Летний Дом”; Мост “прежде был подъемный”, но затем “зделан простым”.

К западу от “Канала у Старого Почтового Двора” находилось урочище “Старый Почтовый Двор” – “порожнее место, на котором прежде стоял Почтовый Двор”, “Площадь, где был Старый Почтовый Двор”.

На месте этого урочища, или “Площади”, в 1711 году находился “Зверовой Двор”. Возможно, что когда А. И. Богданов пишет, что там, “где был Старый Почтовый Двор”, “сперва” находился “Охотный ряд”, он имеет в виду тот же “Зверовой Двор”. С 1714 года на месте этого урочища, или “Площадки”, стоял “Почтовый Двор... мазанкавой”, ко времени, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”, уже исчезнувший.

“У Старого Почтового Двора” размещалась “Гавань для мелких судов” (“Гавань, или Гавонь у Старого Почтового Двора, против Троицкой Пристани”). А. И. Богданов пишет также, что у названного урочища находилась Пристань – “Пристань у Старого Почтового Двора”. Неясно, нужно ли считать “Гавань у Старого Почтового Двора” и “Пристань у Старого Почтового Двора” одним объектом или разными.

“У Старого Почтового Двора” имелись также рыбные садки.

За Старым Почтовым Двором по берегу Большой Невы шла “Линия Милионная Набережная” (также просто “Миллионная Линия”, “Милионная”, “Набережная Линия”) “от Старого Почтового Двора починающаяся, и продолжается до Адмиралтейства (о котором пойдет речь ниже. – К. Л.), [51] началася строиться в 1718 году”, которая “каменным своим строением для карабельной пристани (то есть для того, чтобы большие корабли могли подойти ж самому берегу. – К. Л.) весьма вдалася в глубину Невы Реки”. По словам А. И. Богданова, “она самая первоначальная зачала строиться линиею”. Эта линия делилась на два участка (первый – ближе к Старому Почтовому Двору, второй – дальше от Старого Почтового Двора), которые соединял друг с другом Мост через “Канал у Зимнего Старого Дворца” (об этих мосте и канале речь пойдет ниже. – К. Л.). На месте, где в то время, когда А. И. Богданов составлял свое “Описание”, проходила “Милионная (Набережная. – К. Л.) Линия”, в первые годы существования города “более хотя и нарочитое строение было, но жили все иностранные люди”. В Набережной (Милионной. – К. Л.) Линии в 1711 году появились принадлежавшие Царю Петру каменные “небольшие полатки с фронтошпицом”, простоявшие до 1722 года, а в 1712 году в этой же линии, “близ Адмиралтейства”, появились “Кикнны Полаты Набережные”, в которых была “Адмиралтейская Академия” и которые простояли до 1732 года.

На первом участке Набережной Милионной Линии к Большой Неве выходил “Мошкой Переулок”. На Большой Неве, “у Мошкова Переулка имелись рыбные садки”.

По-видимому, на первом участке Набережной Милионной Линии в 1732 году Князь Алексей Михайлович Черкасский начал строить “двои превеликие полаты, одни с Невы, от берегу, а другие задние с улицы, кои достроены, одне в 1742, а другие, набережные, в 1749 году только вчерне достроены”. Полаты А.М.Черкасского строились на месте находившихся здесь ранее полат В.Д.Карчмина. Возможно, что эти “полаты Лейб-гвардии Преображенского полку маэора Василья Дмитриевича Карчмина”, простоявшие до 1732 года, были первым зданием в Каменной Набережной Милионной Линии.

Недалеко от конца первого участка Набережной Милионной Линии (“в Милиоиной Линии, подле Старого Императорского Зимнего Дому”, о котором войдет речь ниже) находилось “Подворье Переяславского Архиерея” (“Подворье Преосвященного Епископа Переясловского”) с церковью.[52]

В самом гонце первого участка Набережной Милионной Линии, “в Набережной в Милионной Линии, подле Каналу” (о котором пойдет речь ниже) находился “Старый Императорский Зимний Дом” (“Старый Зимний Дом”, “Зимний Старый Дворец”). Он был выстроен на расширенном участке, до 1722 года занятом принадлежавшими Царю Петру каменными “небольшими полатками” с “фронтошпицом”, которые были первоначально “набережными полатами”, но потом оказались “во дворе”. “Старый Зимний Дом” состоял из каменных “набережных полат”, которые начали возводить в 1721 году и каменных “жилых покоев вкруг всего дому с трех сторон”, строительство которых началось в 1726 году. Возможно, что в Старом Зимнем Доме размещался “Корпус Лейп-Компании”. “В Корпусе Лейп-Компании” имелась “Церковь Полковая во Имя Введения Пресвятыя Богородицы”.

“У Зимнего Старого Дворца” проходил “канал... проведенный из Невы (Большой. – К. Л.) в Мойку 1711 году”. На этом канале имелся подъемный “Мост у Старого Зимнего Дому по Набережной (Милионной. – К. Л.) Линей”, соединявший первый и второй участки этой линии.

По-видимому, у первого участка Набережной Милионной Линии (“в Милионной Линии”) с 1737 года в течение некоторого времени был “Порт Карабельный”.

На втором участке Набережной Милионной Линии, на берегу Большой Невы, находился дворец, называемый “Большим Зимним Императорским Домом” (“Большим Императорским Зимним Домом”, “Зимним Ее Императорского Величества Домом”, “Зимним Императорским Домом”, “Зимним Домом”, “Зимним Дворцом”, “Большим Зимним Ее Императорского Величества Домом”) – “весьма преогромного строения и богатого убранства состроенный”. Он состоял из “наличных (выходящих на Неву. – К. Л.) полат”, “линии”, обращенной к Адмиралтейству (представляющей собою “полаты” с “большим залом”), “задних у ворот низеньких полаток” и “надворных” построек. “Наличные полаты”, “здание полатки” и “надворные” постройки были возведены для Генерал-Адмирала Ф. М. Апраксина, завещавшего весь свой дом Императору Петру Второму. В 1732 году весь Апраксинский Дом стал Императорской Резиденцией и для ее “разпространения” было [53] начато строительство обращенной к Адмиралтейству “линии”. Эта “линия” строилась на месте сломанных “Полат Адмиралтейских, называемых "Кикины", в которых была Морская Академия” и которые стояли между Апраксинским Домом и Адмиралтейством. “В Зимнем Доме” (“Дворце”) были устроены две Церкви. Одна, “во имя Сретения Господня”, находилась в каменном здании и, по-видимому, ее имеет в виду А. И. Богданов, говоря об устроенной “при Доме Императорском Зимнем” в 1732 году временной, а позднее “настоящей” Церкви. Вторая находилась “в деревянных покоях”. “В Зимнем Ее Императорского Величества Доме” был “Театр”.

У Дворца, о котором идет речь, находилась Пристань, называвшаяся “Пристань у Зимнего Ее Императорского Величества Дому”, или “Пристань у Зимнего Императорского Дому”.

Рядом с Большим Императорским Зимним Домом (к западу от него), на берегу Большой Невы, было возведено Адмиралтейство.

Текст воспроизведен по изданию: Богданов А. И. Описание Санктпетербурга. Северо-Западная Библейская Комиссия. Санкт-Петербургский филиал Архива Российской Академии наук. СПб. 1997

© текст - Логачев К. 1997
© сетевая версия - Тhietmar. 2004
© OCR - Лялина Н. 2004
© дизайн - Войтехович А. 2001
© РАН. 1997