Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

Рыбное филе с овощами

Купить фрукты и овощи? Это к женщине. Рыбное филе с овощами.

www.multifruit.ru

Ввиду большого объема комментариев их можно посмотреть здесь (открываются в новом окне)

МУНИС И АГЕХИ

РАЙСКИЙ САД СЧАСТЬЯ

ФИРДАУС УЛЬ-ИКБАЛЬ

В течение понедельника, приходившегося на первое число месяца раджаба, соответствующее тридцатому числу джауза (марта), хан простоял здесь (т. е. в Казукли). Во вторник хан снова был в Дерегезе, а в среду он |482б| остановился в Кара-тепе. В этот вечер к хану прибыли Эвез-юзбаши и Джерен-юзбаши, которые отделились от Султан-хана в местности под названием Кенг-джай. 61 Продолжая здесь оставаться в течение четверга, приходившегося на четвертое число данного месяца (раджаба), хан в этот же день присоединил к курдским послам Сейид Назар-бека, из имрели, и отправил его к Неджеф Али-хану и Риза-кули-хану. Эвеза-юзбаши, вместе с человеком Султан-хана, он послал к последнему с тем, чтобы тот явился вместе со старшинами гокленов.

Выйдя в субботу из Кара-тепе, хан остановился затем в ущелье Кокче. В воскресенье он прибыл в место, которое носит название Чат и расположено при впадении в Атрек Чандыра и Сумбара. 62 В понедельник восьмого числа переправились через Атрек. Во время стоянки на этом месте, поступило известие о том, что Эвез-юзбаши и Мир Девлет-сердар, следующие от Султан-хана, уже достигли берегов Чандыра.

Его величество послал к ним гонца (с приказанием), чтобы они приходили скорее, так как рано утром (войска) отсюда уйдут. На следующей |483а| стоянке вечером к хану явились Султан-хан с предводителями (акабир) гокленов.

Выступив отсюда в четверг, хан остановился у “как”'а (стоячая дождевая вода) 63 Гарриче на юг от Кюрен-дага.

В этот день хан принял Султан-хана и (затем) отпустил его, облагодетельствовав царскими милостями. [396]

Выступив во время намаза “хуфтан” и пройдя ночь, хан остановился затем в Аджи-как, а в пятницу, ко времени намаза “пешин”, прибыл в Гебр-как, находящийся между Кюрен-дагом и Балканскими горами. Следующая остановка после ночного перехода была сделана в окрестностях Дана-ата. Пройдя в субботу через пески, в воскресенье хан достиг песков, носящих название Чин Мухаммед-какы. Следующая остановка была в Яска. Выступив в среду, хан, после ночного перехода, к полудню следующего дня остановился у Кара-тегелека и на берегу Асхаб-суи. Сделав после этого еще одну остановку восемнадцатого числа, двинулись дальше. В полдень (этого же дня) хан обедал у “как”'а, на границе Джамаль-айы, а затем остановился на “как”'е, в пределах Джамаль-айы. 64

Выступив вечером в пятницу, хан сделал еще две остановки, а затем в течение субботы он прошел через пески Уч-таган, после чего снова остановился на обед, а вечером остановился в Ак-яйлаке. Наполнив здесь водою все мехи и фляги и выступив отсюда в воскресенье около полудня, (войска) через сутки были уже в окрестностях Орта-кудука, а в четверг прибыли в Хатиб-как. Вследствие изнурительного зноя и отсутствия воды, здесь погибло много лошадей и верблюдов, многие должны были идти пешком. Следующая остановка была сделана в Айры-таме. По милости божьей, в это время выпал дождь настолько сильный, что “как” наполнился водой, и вся армия могла утолить свою жажду.

|484а| Пройдя затем через Чагыллы-кериш, войска в пятницу 28-го числа остановились в Бедркенте, а около полудня были в Хиве.

О некоторых происшествиях, имевших место после прибытия хана в свою столицу. В начале месяца ша'бана этого же, т. е. 1231 г. х. (27 июня 1816 г.) несколько аламанщиков из числа мервских теке собрали шайку, которая, в целях грабежа, направилась в Хиву. Пробравшись по берегу реки, они явились в Садвар, где убили двух пастухов, захватили некоторое количество скота (мал) и скрылись. Об этом услышал в Хазарасне великий эмир Кутлуг Мурад, который в погоню за теке послал Девлет Мурад-бека с сотней людей.

Двигаясь с необычайной быстротой и поспешностью, эти люди прошли Дарган и затем, подойдя уже к Кугерчину, напали на следы. Увидев, что |484б| со стороны преследующих им грозит неминуемая беда, (теке) бросили захваченный ими скот и спаслись сами тем, что бросились в реку и густые заросли леса. Преследующие забрали все имущество и с торжеством и победой возвратились.

[Здесь же сообщается об отправке ханом Кандум-сердара послом к эмиру Бухарскому.]

Набег Кока-сердара и Менгли Али-сердара на мервских теке. В понедельник 12-го числа названного выше месяца (ша'бана) хан приказал Кока-сердару, Менгли Али-сердару, Ата Нияз-мергену, Сунбар-сердару, а также [397] Халлы-аталыку, из узбеков, с двумястами человек храброго войска, совершить набег на мервских теке.

Подвигаясь с необычайной быстротой и стремительностью, указанный отряд достиг Денгиз-кудука и отсюда направился на восток. В среду 21-го числа того же месяца (отряд) достиг низовьев Мервской реки, на расстоянии |485а| полдневного перехода от Мерва. Здесь, в местности Кок-тепе, (отряд) напал на аул (оба) Мухаммед Нияза-кази, из племени (джамаа) арык, состоявший из 17 домов.

Перебив тридцать человек, забрав в плен около сорока женщин и детей и захватив в качестве добычи имущество и скот, (отряд) в среду 28-го числа того же месяца возвратился к хану, удостоившись его щедрой награды.

Набег Мурад-сердара на теке Ахала. Один из йомутских предводителей (сер-амед), по имени Мурад-сердар, испросивши разрешение его величества, отправился в начале месяца шавваля с небольшой группой храбрецов в набег на теке. (Через) семь дней он около одного колодца к западу от Ахала убил восемь человек теке, взял двоих в плен, и, захвативши четыреста голов верблюдов, возвратился.

В субботу 22-го числа того же месяца все они (воины) были милостиво приняты ханом.

|485б| Набег Баги-бек-бехадыра на окрестности Бами (и) Беурма. Йомут Баги-бек-бехадыр, ставши во главе аламана, с разрешения хана, в воскресенье 23 шавваля отправился по Орта-кудукской дороге. Около одного колодца, в окрестностях Бами (и) Беурма, они произвели нападение. Убивши семь-восемь человек, они захватили бесчисленное количество верблюдов и возвратились. Одиннадцатого числа месяца зуль-ка'да (3 октября 1816 г.) они прибыли в столицу.

________________________

В четверг 12-го числа того же месяца ханом были приняты, в качестве послов от кызыл-арватских теке, один из предводителей Халь Нефес-сердар и с ним семь представителей от (теке) родов, по одному от каждого рода. Двадцать седьмого числа хан отпустил этих людей, присоединивши к ним Хубби-кули-ходжу. Во вторник, приходившийся на первый день месяца зуль-хиджа (23 октября 1816 г.), Хубби-кули-ходжа вместе с теке отправился по своему назначению.

|486а| В третий день праздника курбана, приходившийся на субботу 12-го числа месяца зуль-хиджа (1231 г. х. — 3 ноября 1816 г.), хан для совершения набега на казахов назначил Соин-бехадыра, сына Мухаммед Нияз-сердара, из чоудоров, Клыч-юзбаши, из мангытов, и Елыч-бехадыра, из хытаев. Отряд их состоял из 250 человек, из которых четыре части приходились на чоудоров и имрели. Проводником (башчи) был назначен Эмир-кара-калпак.

|487б| В середине месяца мухаррема (1232 г. х. — конец 1816 г.) хан послал Сунбар-сердара к правителю гокленов Султан-хану.

В среду 29-го числа того же месяца ханом были милостиво приняты в его дворце послы теке и кызылбашей. [398]

В этот же день для совершения набега на казахов ханом были назначены: Кока-сердар, Ата Нияз-мерген и Менгли-сердар с отрядом в тысячу человек из йомутов. На Ирдарскую дорогу были назначены: Абдаль Туган |488б| Нияз-бехадыр, Клыч-юзбаши, Байли-юзбаши и Хусейн-сердар с отрядом в 700 человек из чоудоров и имрели. В качестве проводника был назначен каракалпак Торе-бек, из кыятов. Мехрем Мухаммед Нияз-ясаулбаши пересчитал (назначенных людей) и переправил их через реку, (после чего) возвратился.

В субботу 16-го числа месяца сафара (1232 г. х. — 5 января 1817 г.) было получено известие о том, что (этот отряд) овладел после боя многими казахскими караванами.

В среду 20-го числа того же месяца возвратился Сунбар-сердар, посылавшийся (ханом) к Султан-хану.

В пятницу 22-го числа пришло известие о том, что посланный отряд из йомутов разбил казахов.

В конце этого же месяца хан отпустил обратно послов теке, присоединив к ним с своей стороны Ходжа-джан-ходжу и Кандум-сердара. Вместе с послами от кызылбашей был отправлен Бек Нияз-наиб.

|490б| События двенадцатого года царствования Мухаммед Рахима

(1232 г. х.1817 г.)

Да будет известно, что в то время, когда Союн-бий был в походе против казахов, от теке прибыл Дулли-теке и сообщил, что Кандум-сердар умер и что племя теке нарушило свое обещание, отказавшись дать заложников (ак-уйлю).

В среду 20-го числа месяца раби II мятежники теке в числе двадцати пяти человек прошли по Союнчинской дороге и угнали всех баранов Мухаммед |491а| Юсуфа-мехтера, пасшихся около колодцев Денгиз-казган и Сагаджа. Убив при этом одного сборщика топлива, теке скрылись.

(Ныне) покойный хан назначил для преследования Хубби-кули-ходжу. Мухаммед-кули-бека и Бадаля-юзбаши.

|491б| Придя к (колодцу) Сагаджа и осмотревши (местность) около Денгиз-кудука, (отряд) не сумел напасть на след и возвратился обратно. Предводитель племени йомутов Ходжа- Назар-бек представил хану заложников (ак-уйлю) от своего племени.

|493а| Набег Алаш-бия на непокорных теке. В средине месяца раджаба 1232 г. х., что совпадает с началом хорезмского саратана, хан приказал Алаш-бию и Досум-бию, с многочисленным войском из йомутов, чоудоров, имрели и узбеков, совершить набег на теке.

Руководствуясь высоким царским приказом и уповая на бога, отряд, несмотря иа жару, выступил в субботу из города.

|493б| Пройдя мимо колодца Сагаджа, (отряд) через одиннадцать дней отправил обратно верблюдов и, оставшись только с лошадьми, стал быстро передвигаться вперед. [399]

Переночевали они в разрушенной крепости Биябанче-каласы. В среду

27-го числа они рано двинулись дальше. Около времени завтрака они произвели нападение на весьма многолюдный аул (рода) караханлы, располагавшийся на берегу Козгана, на склоне горы, и простиравшийся вверх до Келата, а внизу — до Дерегеза. Большинство семейств теке спаслось тем, что бежало в горы. Убив шестьдесят человек, (хивинцы) угнали много верблюдов и захватили так много имущества, что все воины были не в состоянии его увезти. Побросав тяжелые и неподходящие вещи и взяв с собой сколько можно было только хорошее и ценное, они пошли обратно.

Все взрослые мужчины (букв, “все конные”) этого аула уехали перед тем на праздник (“той”) к Кокче. Услышав во время тоя об этом происшествии, они стали переживать горе и раскаяние и перестали пировать. Сев затем на коней, все они пустились спешно в погоню и к полудню настигли (хивинский) отряд (аламан).

|494а| Алаш-бий отправил вперед многочисленную добычу и тех, у кого были слабые лошади, а сам вместе с теми, кто был на добрых конях, стал медленно двигаться позади, выстроив свои войска в боевой порядок.

Тем временем теке разделились на две части и с двух сторон храбро бросились в атаку.

Ата Нияз-мерген, Кока-сердар и все другие йомутские храбрецы направились к той части (теке), которая находилась с западной стороны, и храбро вступили с ней в бой.

С другой стороны, Алаш-бий вместе с чоудорами, имрели и узбекскими удальцами в количестве свыше 200 человек, атаковали восточный отряд (теке) и вступили с ним в ожесточенный бой (стихи).

|494б| Некоторое время мятежники держались, продолжая сражаться.

Наконец, они нe выдержали сокрушительного натиска (хивинцев) и обратились в бегство. В этом сражении отряду (аламан) досталось еще много лошадей, а врагов было убито так много, что нельзя сосчитать. С нашей (букв, “с этой”) стороны умер один (из рода) орус-кошчи, и во время набега пропал без вести один человек из (рода) кучик, да был убит по ошибке чоудорами один из (рода) кара-чока.

В этот же вечер все войска вышли на дорогу и отправились в путь. Клыч-юзбаши и пять-шесть воинов “проспали” своих лошадей и отстали. Придя в Теджен и узнав о случившемся, (из отряда) послали людей на розыски отставших. Посланные долго их разыскивали, но, никого не найдя, вернулись ни с чем.

Когда (отряд) совершил несколько переходов и достиг уже (колодца) Чирле, с радостной вестью к хану был послан Баба-джан-бек с пятнадцатью людьми. Эти люди прибыли в среду 4 ша'бана (19 июня 1817 г.) в столицу, где и сообщили эти известия.

|495а| Что касается Алаш-бека, то он около (колодца) Чирле разделил добычу между всеми (участвовавшими в набеге) племенами (таифе), а сам прибыл в пятницу 6-го числа того же месяца на рассвете к низовьям Кара-коля и [400] оттуда послал Рахматуллу Ак Катыша к хану с тем, чтобы тот отдал то или иные распоряжения относительно причитающейся ему (хану) доли добычи (ган). Его величество приказал Курбан Нияз-ясаулу принять “ган”, что было исполнено в тот же день. Каждому воину (аламан) при разделе добычи досталось по 40-50 и самому незначительному по 35 тилля (золотых). В субботу они (Алаш-бий и другие) представились хану и были удостоены с его стороны щедрых наград и всяческого рода отличий. В воскресенье все начальники, во главе с Алаш-беком, были награждены златотканными одеждами, а Кути-ходжа, сын Баба-дивана, был удостоен должности шейх-уль-ислама. Каждому из храбрецов, кто взял человека (в плен), было выдано из казны хана по десять тилля, а тем, кто убил человека, — по пять тилля, чем все были чрезвычайно довольны.

Набег Сары Карная на Ахал. В понедельник 28-го числа того же месяца |495б| Сары Карнай, вместе с сотней избранных джигитов из йомутов, получили разрешение хана на совершение набега. Выйдя в пески к западу от (мазара) святого Исм-и-Махмуд-ата (***) 65 и двигаясь окольными путями, отряд подошел к одному из колодцев, находящихся по ту сторону Ахала, на расстоянии дневного перехода. Напав стремительно (на теке), отряд убил четырнадцать человек, забрал большую добычу, в том числе шестьсот верблюдов и пошел обратно. В середине месяца рамазана они (воины) были приняты ханом и удостоились его высоких милостей и наград. Весь этот поход продолжался двадцать дней.

|496б| О выступлении Алаш-бия в набег на теке и о встрече его в пути с войском теке. Когда храбрецы из йомутов узнали о делах Сары Карная и привезенной им добыче, они обратились к хану за разрешением проявить свою удаль, путем совершения набега на непокорных теке. Отважный Алаш-бий, предпочитавший войну пиру и собиравшийся в поход еще раньше, также поддержал просьбу (йомутов) и ходатайствовал перед ханом о разрешении. Вследствие этого, его величество назначил (Алаш-бия) главным начальником (отряда), присоединив к нему Досум-бия, Соин-бия, Бек Али-мираба и некоторых других начальников, таких как Нияз Мухаммед-бай, Мухаммед-кули-бек, Мухаммед-джан-ходжа, Кутлуг Мурад-бек, Саттар-кули-ака-и-Кахра-мани, Камыш-бек, Аманбай-юзбаши, Девлет Назар-бий, Толяген-юзбаши и других вместе со всеми предводителями чоудоров и имрели с их войсками.

|496б| Прошло некоторое время, прежде чем все указанные выше (люди) приготовили необходимые для похода принадлежности и путевые припасы. Тем временем Кути-ходжа, шейх-уль-ислам, Торе Мурад-аталык и Тушекчи по собственному желанию получили разрешение хана и присоединились (к отряду). К ним же были присоединены сто нукеров царевича Алла-кули-торе, который в настоящее время занимает и украшает царский престол и о деяниях которого будет написано в дальнейшем. Кутлуг Мурад-инак присоединился (к отряду) Халлы-бека с двумя стами человек из своего [401] войска. (Таким образом, в отряде состояло): тысяча человек йомутов и имрели, тысяча человек чоудоров и две тысячи человек узбеков и каракалпаков, а всего — четыре тысячи человек.

Получив благословение хана, Алаш-бий, в понедельник 22-го числа рамазана (5 августа 1817 г.) выступил вечером (из столицы) и остановился в низовьях реки. Пока он стоял здесь в течение дня, собралось большинство военачальников (сипахдар). Выступив отсюда в четверг, войска через пять дней были у (колодца) Орта-кудук. После двухдневного отдыха направились |497а| дальше и достигли Куртыша, где также простояли два дня. Дальше стали двигаться по дороге на Кызыл-кыр. Когда до Кызыл-кыра осталось расстояние несколько более половины дневного перехода, был послан вперед разъезд (караул) из 200 йомутов, во главе с Торе Мурад-инаком и Бек Али-мирабом. С ними же отправились вперед по два, по три человека от большей части кошей для рытья колодцев.

Да будет известно, что начальники и предводители мятежных теке Мурад-сердар и Хани Кор-сердар послали людей ко всем племенам теке, от низших до высших (***), и собрали таким образом 700 отважных и храбрых джигитов, которые и направились для совершения набега и нападения на богоспасаемый Хорезм. Случилось так, что в этот день (теке), набрав воды в Кызыл-такыре и погрузив ее на верблюдов, отправили их вперед, а сами остались позади, чтобы напоить своих лошадей. Встретив верблюдов, указанный выше (хивинский) разъезд захватил пять-шесть голов этих животных и возвратился.

|497б| Узнав об этом происшествии, теке всем скопом бросились в погоню за разъездом и, нагнав его, вступили с ним в бой. Вследствие своей малочисленности, разъезд вернулся отдельными рассеянными группами. Во время преследования мятежники врезались (в разъезд) и убили пятнадцать человек из числа победоносного войска. В числе погибших был Яубасар-бек, сын Кара-бехадыр-мираба. Осведомившись об этом происшествии, Алаш-бий стремительно бросился со своими войсками в бой (стихи). Храбрецы на протяжении почти целого перехода преследовали мятежников и захватили всех их лошадей в верблюдов. Это произошло в субботу 11-го числа месяца шавваля (24 августа 1817 г.). В этот день из мятежников (теке) было убито сто пятьдесят человек во главе с Хани Кором. Когда счастливые своей победой и отягощенные доставшейся добычей войска возвращались обратно (в Хиву), они послали Пулад-кула и Мухаммед Риза-бека, кыята, вперед, чтобы сообщить радостную весть.

В четверг 9-го числа названного выше месяца хан выехал в Бедркент на охоту. В это время прибыли гонцы с радостной вестью. На следующий день, в пятницу, к хану в Бедркент явился и Алаш-бий со всеми эмирами и военачальниками. Все они были осыпаны неисчислимыми ханскими милостями.

Проведя в Бедркенте три дня, хан прибыл для поклонения (гробнице) святого Исм-и-Махмуд-ата и роздал там щедрую милостыню. Проохотившись [402] |499б| затем два дня в окрестностях Таш-хауза (Ташауз), хан возвратился. (в столицу).

Что касается теке, то они после (описанного) события были весьма встревожены и напуганы, а потому прислали двух своих послов вместе с Имр-шейхом, прося извинения. В конце названного месяца Имр-шейх вместе с послами прибыл к хану. Его величество для наставления теке в тот же день назначил к ним ишана Мухаммед Салих-ходжу, а послов спешно отправил обратно вместе с Имр-шейхом.

|500а| В четверг 20-го числа месяца зульхиджа (31 октября 1817 г.), на Янги-яб прибыл правитель гокленов Султан-хан со своими людьми и семействами, чтобы жить здесь под надежной защитой и покровительством хана. В пятницу его величество выслал навстречу (Султан-хану) Девлет Каракоза с конем и подарками (сарупа). В субботу Султан-хан удостоился милостивого приема.

События тринадцатого года царствования Мухаммед Рахима

(1233 г. х. — 1817/18 г.)

|501б| Ата Нияз-мерген с сорока удальцами из йомутов в конце месяца мухаррема (начало декабря 1817 г.), получив разрешение хана, отправился на войну с неверными.

|502а| После десяти дней пути они напали на одно из селений (кент), подчинявшихся Астрабаду. Захватив в плен шесть человек, они ускакали. Приблизительно через тридцать дней они вернулись.

Прибыли к хану с выражением своей полной покорности старшины теке (кедхуда) и представили заложников (ак-уйлю). Прибыли послы: от шахзаде Камран-бека, сына афганского Махмуд-шаха, вместе с грамотой от него; а также (посол) от правителя Серахса — Хаким-хана. Пришло (также) дружественное письмо от Буньяд-хана хезарейского. Поступило известие о том, что царевич Камран отнял Герат у царевича Фируза и, предав смерти гератского вельможу Ага Хаджи-хана, отправил Фируза в оковах к его отцу.

|503а| В начале месяца джумади II (начало апреля 1818 г.), ханом был принят Имр-шейх вместе с послами теке.

|504а| Третий поход великого хана на Хорасан с целью его завоевания. Приближение хана к мятежным ахальскии теке с целью их усмирения и бегство этого племени из страха перед ханскими войсками. Возвращение хана в свою столицу. Да будет известно, что в воскресенье 6-го числа месяца джумади II (1233 г. х. — 13 апреля 1818 г.), соответствующего году барса, что совпадает с 16-м числом хорезмского месяца саура (или) 25-м числом бухарского месяца хамаля, 66 хан возымел желание выступить в поход [403] на завоевание Хорасана и отправил из своей столицы артиллерию и палатки. 12-го числа того же месяца его величество, сопровождаемый (предзнаменованиями) счастья и победы, торжественно выступил (в путь). После остановки в Кесекли, хан в воскресенье достиг колодца Сагаджа, где также остановился. Проведя здесь в отдыхе два дня, во вторник, когда солнце находилось в зените, выступили дальше. Следующая остановка была сделана в Сузанлы, где также пробыли два дня, а отсюда пришли к (колодцу) Хан-кудукы. Выступив в пятницу дальше, достигли Мирза Чирлеси, где провели четыре дня. В воскресенье 20-го числа названного выше месяца хан отправил отсюда вперед разъезд (караул) из войска йомутов с Досум-бием. С разъездом же был отправлен обратно Гельды-хан, привозивший дружественное письмо от шахзаде Камрана. В понедельник хан отправил в Ахал Денгиза-халифе, вместе с заложниками теке, а Джан Назара-кази |504б| отправил к мервским теке. Выслав затем артиллерию вперед, хан в среду 23-го числа джумади II (30 апреля 1818 г.) выступил из Чирле и прибыл в Минарлы. В пятницу он был в Янтаклы. Сделав затем две остановки, (хан) в понедельник, около времени завтрака, остановился на берегу реки, в Баверд-тепе, у Теджена. В этот день разъезды доставили одного человека, пойманного из разъездов мервских теке. Во вторник хан оказал ему милость и, одарив его, отправил обратно. В течение среды и четверга, приходившегося на первое число месяца раджаба (7 мая 1818 г.), продолжали отдыхать. В пятницу снова выступили и дошли до Екке-узяка. В субботу, когда находились здесь на отдыхе, к хану прибыло серахское войско. В воскресенье 5-го числа того же месяца прибыл гонец (чапар) от аймаков, 67 а также явилось некоторое число людей от сарыков. В понедельник прибыл гонец от теке Денгиз-халифе с 22 человеками, во главе с Халь Нефесом и Мурад-ханом, |505а| с сообщением о том, что Мурад-сердар собирает войско в области Ашхабада и Анау и (скоро) прибывает в распоряжение хана. Во вторник прибыл Гельды-хан с войсками из имрели и теке (рода) караханлы, привезя с собой пять лошадей для подношения (хану). От мервских теке в качестве гонца прибыл сын Бегендж-бека с тремя людьми и сообщил, что они находятся в подчинении и полной покорности (хану), и что их войско уже прибывает.

В тот же день хан отправил Денгиз-халифе с четырьмя теке к Мурад-сердару (с приказанием), чтобы тот прибывал скорее. [404]

Отправившись в тот же день с Екке-узяка, хан подошел к “как”'у и здесь расположил свой лагерь. В среду выступили дальше. После остановки на Четли-су, прибыли в окрестности Хосроу-кала. Пробыв здесь два дня, |505б| предали уничтожению все находившиеся кругом посевы. Выступив отсюда в воскресенье 12-го числа, остановились затем в (крепости) Чилькан-кала. В понедельник вместе с послом Афганистана по имени Мирза Абдуль-Керим прибыл посол от Беглер-хана (по имени) Девлет-бахши, а также посол Риза-кули-хана, Мюршид-бек по прозвищу Кербелай и посол Неджеф Али-хана, Такы, курд, который привел в подарок (хану) трех лошадей.

Во вторник хан удостоил Мирзу Абдуль-Керима милостивого приема и обласкал его. В среду вечером Берды Али-наиб шах-абадский задержал в окрестностях лагеря (сенгир) одного вора, укравшего у (Такы) курда лошадь, и доложил об этом хану. Его величество приказал зарядить им пушку (?) и выстрелить. Тело его разлетелось на тысячи мелких частей. В этот же день хан присоединил Клыч Нияз-бая к послу курдов и отпустил их. Один из курдов бежал из иранской крепости Лютф-абад и прибыл к хану. В пятницу на службу к хану прибыли войска салыров, во главе с сыном Ходжи Назар-бека. Были отпущены (также) послы ахальцев с таким |506а| наказом, что если они (ахальцы) выразят свою преданность и явятся на службу хану, то они заслужат высокую милость; в случае же если они проявят непокорность и откажутся от повиновения, их ждет царское наказание. В субботу от Мурад-сердара прибыли Имр-шейх и Денгиз-халифе. От кызыл-арватских теке прибыли Шериф-сердар, Курбан Клыч и старший сын Назар-бая. Прибыли также три-четыре человека от ахальских теке, приведя с собой в подарок хану трех лошадей. Хан в тот же день отпустил их обратно вместе с Ходжа Назар-беком и ободрительной грамотой. Прибыв в Гяурс, посланные не нашли здесь войска теке и узнали также, что четыреста конных теке отправились на помощь Беглер-хану, что часть теке рассеялась и что Мурад-сердар расположился у входа в Дербендское ущелье и приготовился к бою. С этими известиями (посланные) вернулись и доложили обо всем хану.

Узнав о случившемся и придя в сильный гнев, хан приказал сняться из Чилькана и выступить вперед со всей артиллерией, обозом и имуществом. |506б| Направив Алаш-бия и Мухаммед-джан-инака во главе разъезда с противоположной стороны Куреня, хан со своим победоносным войском прошел с западной стороны Лютф-абада, направившись в Мирбурджи и, после прогулки и увеселения в окрестности Дербенда, расположился в поле за Кахланом.

В этот день умер сейид Мухаммед-диван. Гроб с его телом отправили в город (Хиву). Выступив в понедельник утром в поход против теке, вечером остановились на отдых в Гяурсе, а следующую остановку сделали в Анау. Узнав о приближении грозного ханского воинства, войска теке отсюда бежали и скрылись. Старшины Анау явились к хану и выразили ему свою полную преданность и покорность. Во имя обета, данного святому [405] шейху Джемаль-эд-дину, хан сохранил (букв. подарил) им Анау и отпустил их с дарами. В среду хан выступил отсюда и остановился затем в Ашхабаде. Непокорные теке отсюда также бежали.

|507а| Вечером накануне четверга его величество назначил отряды (аламан) из йомутов, сарыков, чоудоров и имрели в проходы (дербенд) Кельте-чинара, Бердара и Хиндувара. Отправившись вечером же по назначению, (эти люди) утром взяли из разъездов теке троих в плен, а троих убили, после чего возвратились к хану.

В течение этого же дня, около времени “намаз-и-дигер”, прибыл Салих Ходжа-ишан, в качестве посла Мурад-сердара, с сообщением о том, что идти (к хану) они (теке) боятся, но вместе с тем они готовы исполнить всякое приказание, какое (от хана) последует. В пятницу хан отправил названного ишана обратно.

В этот же день хан отправил в Кельте-чинар Халь Назар-бека, сына Союнич-бека, вместе с мулла Мухаммед Ниязом и еще одним человеком из простых (***) 68 с одобрительным письмом к Баба-онбеги и Аим-беку. Тогда же хаджи Махзум доставил из Анау два незначительных подарка.

В субботу хан отправил хаджи Махзума вместе с Имр-шейхом обратно в Анау.

В этот день один из теке попал в плен. Мать его привела в подарок хану верблюда и униженно просила (отпустить) ее сына. Из милости к ней и |507б| из чувства человеколюбия хан освободил (ее сына). Подарив (освобожденному) одежды, хан отправил его вместе с матерью к Аим-беку, чтобы подобного рода милосердным отношением заставить его стать на путь верности.

В воскресенье, когда хан уже выезжал, им были приняты прибывшие из Анау Джафар-хан и мулла Курбан Али, вместе с Имр-шейхом. В этот день хан остановился на хуторе Кеваши (***). После полудня хан проявил свои высокие царские милости к Джафар-хану, после чего отпустил его обратно.

В понедельник прибыли Клыч Нияз-бий и Мирза Абдуль-Керим с послами от курдских ханов. Во вторник одно за другим пришли известия о том, что Аим-бек не идет на примирение. В это же время хан отпустил кызылбашских послов вместе с Мирзой Абдуль-Керимом.

В среду его величество двинулся со своей победоносной армией на Азгандское ущелье. Выстроив свои войска и приведя их в полную боевую готовность, хан расположил их (на определенных позициях). В это время [406] |508а| ханские воины бросились на неприятеля и, войдя в ущелье, начали его истреблять своими копьями и мечами (стихи).

|508б| В этом бою было убито двадцать три человека из числа знатных и почтенных лиц неприятельского войска, включая сюда Мирзу Ишэ-баши, а также Эвез-бека, младшего брата Мурад-хана и Девлет Мурад-бека, младшего брата Аим-бека. О числе прочих убитых можно судить по сравнению с этим. Однако, и из числа победоносного (ханского) воинства погиб салак Керим-аталык.

Его величество прибыл (после боя) к месту своего пребывания (в лагерь).

В конце месяца (раджаба — начало июня) старшины мервских теке, а также (теке рода) караханлы были отправлены (ханом) обратно. В тот же день вечером (хан) назначил войско из йомутов, чоудоров и имрели для совершения набега на окрестности Ахала, с целью наказать этих бунтовщиков. 69

Случилось так, что в этот вечер выступило 400 всадников теке, приготовившихся напасть на окрестности (ханского) лагеря с целью захвата кого-либо из сборщиков топлива.

Один (из ханских) воинов ехал по следам разбойников. Встретившись с ними, он попал в плен. Узнав от пленного о движении отряда, они (теке) разделились на три части, из которых две поехали вслед за отрядом, а третья рано утром в пятницу наткнулась на ханское войско во время его перемещения (коч) и бежала. Его величество, приведя в порядок свои войска, |509а| спешно двинулся на Ахал. Узнав дорогой, что теке двигаются вслед за (хивинским) отрядом, хан отправил за ними Алаш-бия, Мухаммед-джан-инака и Соин-бия с состоящими при них войсками. Однако, да будет известно, что (указанные) две части войска теке соединились вместе и настигли хивинский отряд, в то время, когда последний находился в засаде. Воины думая, что это должно быть (хивинское) войско и не проявив вначале достаточного внимания, только потом поняли, что это неприятель. Произошла непродолжительная стычка, закончившаяся поражением (хивинцев).

В этом столкновении получил рану и упал (с лошади) Hyp Мухаммед-бехадыр, сын Туган Нияз-бехадыра. Из чоудоров и йомутов погибло несколько человек, 70 во главе с Саттар-берды-арбабом. В этот момент (на теке) набросился Алаш-бий со своими храбрыми воинами, которые в один момент покрыли все поле трупами врагов. Остальная часть неприятельского войска, не выдержав натиска победоносной армии, пустилась в бегство. Их |509б| преследовали на протяжении двух фарсахов, 71 но затем, согласно ханскому приказу, войска оставили преследование и возвратились.

Его величество, дойдя до берегов р. Хирманту, возвратился затем в Мехин, где была его ставка, и там остановился. [407]

В субботу 2 ша'бана (7 июня 1818 г.) был задержан и доставлен (к хану) Такы-кул с одним из теке. Такы-кул доставил (при этом) письмо от Неджеф Али-хана, который писал: “Великому везиру, почтенному сановнику, обладающему достоинством Асафа, Мухаммед Юсуф-мехтеру, да почиет на нем дух божий, Фетхи-хан посылает Мухаммед-кули-хана везиром (посланником) (с просьбой), чтобы его величество (хивинский хан) не разорял государства Беглер-хана, в виду того, что он подвластен нам и оба государства (т. е. и мое и его) составляют одно целое. Этому же порядку подчиняется и народ теке, вследствие чего и посылается настоящая грамота (собств. печать — ***).

Его величество (по ознакомлении с грамотой) наказал Такы-кула и отправил его обратно. 72

Этот и следующий дни хан провел в раздаче наград воинам, отличившимся во время происходивших боев. 73

|510a| В понедельник к хану прибыл из столицы (Хивы) раб, 74 Кутлуг Мурад-инака Исмаил, с двумя людьми и доложил (от имени инака) о положении дел в государстве.

В пятницу 8-го числа (ша'бана — 13 июня 1818 г.) к хану прибыл Мухамед Салих, сын Садык-бека, кыята, состоящего правителем Чарма-кала. 75

В субботу хан отправился из Мехина и расположился лагерем на берегу р. Хирманту, с южной стороны от Ахал-ата. Простояв в этой местности два дня, хан выступил в среду для того, чтобы проучить и как следует наказать теке, проживавших под управлением Мурад-сердара по берегам Кеюджек-чешмеси, послав впереди себя войско из йомутов и чоудоров. За ними вслед были назначены: Соин-бий, Досум-бий и Берды-бий со всем аральским и кара-калпакским войском. За ними последовал и сам хан со своими победоносными войсками. В Кеюджек пришло известие о том, что отряды вошли в соприкосновение с войсками теке. (Об этом) доложил хану в местности Агач — так называется один из солончаков — прибывший сюда Худай-берды Аркар.

Пройдя Кеюджек, йомуты поймали и доставили одного теке.

Узнав о приближении победоносного войска и не будучи, в состоянии выдержать его натиск, теке пустились в бегство.

|510б| Преследуя бегущего врага шаг за шагом, (хивинские) воины догнали его до Мехина. Не сумев удержаться и здесь, (теке) разделились на три части, из которых одна ушла в пески, другая, под предводительством [408] Мурад-сердара, направилась в Ак-тепе и Дурун и третья скрылась в ущелье, которое расположено к юго-западу от Мехина.

Некоторые из йомутских и чоудорских воинов погнались за ушедшими в пески токе и привели оттуда много верблюдов, лошадей и двух пленных. Кара-калпакское войско, некоторые чоудоры и Берды-бий погнались за Мурад-сердаром, (но) дойдя до Кара-тепе, вернулись. Соин-бий, Досым-бий, Клыч Нияз-бий и Хубби-кули-ходжа, назначенные сюда позднее, атаковали ущелье и нанесли здесь врагам большое поражение. Хубби-кули-ходжа, несмотря па постигшую его болезнь, сражался, вместе с Клыч Нияз-бием, в этот день с такой храбростью, что они расстроили и обратили в бегство ряды врагов.

|511a| В это же время сын Керим-берды-аталыка, лошадь которого была убита пулей, остался пешим среди врагов. (Однако) Мухаммед Керим Койчи, являющийся храбрейшим и отважнейшим из людей, бросившись на врагов, обратил их в бегство и этим спас (сына аталыка) от гибели. За этот промежуток времени воины отобрали у теке бесчисленное количество баранов, верблюдов, рогатого скота (карамал), 76 а также (разной) домашней утвари и ковров.

Пройдя Мехин, его величество остановился на одном из холмов (тепе) к северу от ущелья. В это время его храбрые воины убили восемь знатных лиц (акабир) из теке и представили их головы в качестве подарка хану.

С закатом солнца хан направился в обратный путь и к полночи прибыл |511б| в свой укрепленный лагерь (сенгир). Утром в среду была переписана богатая добыча, причем лошади и верблюды были распределены между теми (воинами), у которых пали эти животные. 77 В пятницу к хану явились Дула-сердар, Девлет Саат и Курбан-сейид от населения (халк) Кызыл-арвата, (а также) от Халь Нефеса и Девлет Назар-бая, с изъявлением своей полной преданности и покорности.

В ночь под воскресенье хан отпустил их обратно в Кызыл-арват, отправив вместе с ними Ходжу Назар-бека.

В этот же день весь бесчисленный рогатый скот, доставшийся в добычу, был распределен для резки (сокум) между всеми военачальниками (умара).

В понедельник к хану явились Алак Кор и Кул Мухаммед-сердар (***) которые, выехав из столицы (шехер) и следуя через Орта-кудук, прошли весь путь в девять дней. Во вторник девятого числа, ханская ставка была перенесена из Хирманту в местность на берегу Аша (***) к северу от озера. Через два дня после этого, в пятницу, ханом были милостиво приняты Халь Нефес, Шериф-сердар, Девлет Назар-бай и Курбан-сейид, которые доложили, что племя тохтамыш находится в полном подчинении и покорности. В субботу хан отпустил их обратно вместе с Имр-шейхом. [409]

В среду, через четыре дня после этого, Халь Нефес, Девлет-Саат-бай и Имр-шейх явились (снова).

В четверг хан перенес свою ставку в Асперзан-тепе. Отдохнувши здесь один день, хан в субботу 1-го числа рамазана (5 июля 1818 г.) прибыл в Мехин, а на следующий день он переместился в Дурун. Отсюда хан выступил против врагов со своим победоносным войском в Ирдадское ущелье. Во время осады ущелья произошла битва, в которой обе стороны понесли потери. (После этого) его величество невредимым вернулся с добычей в свой лагерь (сонгир).

|512б| Проведя понедельник за отдыхом, хан на следующий день, т. е. во вторник 4-го числа, возвратился в свой первоначальный лагерь в Мехине. Отсюда он в среду перешел в Хирманту. Во время перехода войско теке подошло сзади и, захватив одного верблюда, бежало. В четверг воины пустились в погоню за теке и, догнав их, изрубили восемь человек. Им досталось при этом бесчисленное количество лошадей и добычи.

В этой битве особенно отличился своей храбростью Мухаммед Керим Койчи. (Хивинцы) при этом пожгли много посевов и (в частности) пшеницы, принадлежавших неприятелю.

Выступив в пятницу и перейдя Кара-су, хан остановился в местности, носившей название Кокче, а в субботу он перешел отсюда в Ашхабад. В этот день йомутские храбрецы убили одного теке и голову его поднесли хану, а Садык Махзум привез ему свежий, только что созревший, виноград из Анау и выразил при этом пожелания его жителей (фукара). Он был возвращен в тот жe день.

|513а| В воскресенье 9-го числа того же месяца (рамазана) хан выступил из Ашхабада. Когда хан был близко от Анау, ему навстречу вышел Джафар-хан, который преподнес при этом одну лошадь и (другие) дары и выразил свое полное подчинение и рабскую покорность. Пройдя выше Анау, хан в тот же день для своей остановки избрал Гяурс. В то время, когда проходили окрестности Анау, некоторые из воинов вошли без разрешения в один или два сада. Как только владельцы садов доложили о случившемся хану, он, вследствие своего высокого человеколюбия и справедливости (направленной) на благо его народа, тотчас же послал людей, чтобы наказать нарушителей порядка, а (пострадавших) щедро наградил и осчастливил их своими милостями. В этот же день к хану явился Ходжам Шукур и преподнес ему двадцать баранов. На следующий день, (т. е.) в понедельник, ханом был принят хаджи Махзум вместе с купцами из Анау. В этот же день хан роздал роскошные одежды старшинам (кедхуда) племени имрели и бекам из сарыков, а также Ходжа Назар-беку. В этот же день войска наполнили водой кожаные мешки и фляги.

|513б| Во вторник 13-го числа хан оказал милости войскам имрели и сарыков, а также Ходжам Шукуру и хаджи Махзуму и разрешил им возвратиться к местам их постоянного жительства, а сам направился в свою столицу. [410]

Через два дня, именно в четверг, хан достиг окрестностей Теджена остановился на отдых здесь в Коша-чонгюле. В пятницу отсюда хан отправил в свою столицу (шехер) с известием о своем скором прибытии Хасана, сына Мухаммед Нияз-бехадыра, вместе с ранее прибывшим из столицы невольником Мурад-инака, Исмаилом и их спутниками, наградив их |514а| предварительно одеждами. К отъезжающим был присоединен также Денгиз-халифе.

Пройдя в воскресенье половину дневного перехода, хан остановился на берегу реки, отпустив отсюда вперед войско аральцев и кара-калпаков. В понедельник, около времени завтрака, хан отправил вперед обоз, артиллерию и походное снаряжение, а сам выступил после совершения намаза “пешин” и, проехав всю ночь, прибыл во вторник в Янтаклы.

|514б| В четверг 20-го числа (рамазана — 24 июля 1818 г.) хан был уже около Чирле-кудука, а в воскресенье он достиг Сузанлы. Сюда были доставлены вода и верблюды, а также дыни и фрукты, присланные (из Хивы) Мухаммед Ризою-кушбеги. Распределив все это между эмирами и сановниками, хан направился дальше и прибыл к Сагаджа. Проследовав через Кесекли, хан во вторник 22-го числа прибыл в Кара-коль. Навстречу ему выехала вся хивинская знать, в сопровождении которой хан достиг своей столицы (стихи).

________________________

|515а| Сунбар-сердар, входивший в состав свиты благороднейшего царевича |515б| Алла-кули-хана, бывшего в то время беком, в последний день праздника рамазана, приходившийся на вторник 2-го числа месяца шавваля (5 августа 1818 г.), собрал группу храбрецов из йомутов и имрели, числом в 150 человек и получил разрешение хана на совершение набега (на теке). Выступив в среду из своего аула и пройдя в спешном порядке большое расстояние, они прошли через Орта-кудук и достигли Куртыша. Выйдя отсюда в пески и двигаясь на восток, они достигли колодцев по ту сторону (аркасыдаги) Арчмана, Дуруна и Мехина, но людей здесь не нашли. Пройдя Мехин, они в темноте ночи встретили одного пастуха, по указанию которого дошли до Солты-кудука, который находился прямо на север от Ахала и от |516а| которого оставалось пол перехода до Геок-тепе. Здесь они нашли четыре юрты (уй) ходжей, которых (однако) не тронули. Всего в этой местности находилось 60 юрт ходжей, среди которых проживало также пять-десять семей (домов) теке. Узнав через товарища упомянутого выше пастуха о выступлении против них (хивинского) отряда, эти теке в ужасе разбежались в разные стороны.

Объехав все окрестности, (отряд) забрал у теке в качестве добычи шестьсот верблюдов, убив (при этом) девять человек (теке), и пошел обратно. Случайно они встретили в пути еще много верблюдов. Не будучи в состоянии гнать их всех, они взяли себе только несколько больше 260 — 300 штук, которых и выгнали на дорогу (стихи).

Когда довольные воины достигли Куртыша, они послали в столицу человека с радостной вестью. Гонец этот прибыл в четверг 18-го числа, [411] а в субботу 20-го прибыл весь отряд. Воины были щедро награждены ханом. |516б| Один из их среды заблудился и отстал. Кроме причитающейся ему доли добычи, родственникам его выдали двадцать верблюдов. (Однако) этот человек возвратился через три-четыре дня совершенно невредимым.

Набег Баги-бек-бехадыра. Принадлежащие к числу йомутских предводителей Баги-бек, Мурад-сердар и Сунбар-сердар, совместно с Араб-сердаром, из имрели, и другими (предводителями) и войсками из йомутов, имрели и хасан-эли в среду 2-го числа месяца зуль-ка'да (3 сентября 1818 г.) получили разрешение его величества хана на совершение набега на теке.

Пройдя через Орта-кудук и достигнув (колодца) Чирле, они сделали здесь своим проводником (башчи) Саат-сердара и направились на восток.

Дойдя через два перехода до Хан-кудукы, они отдыхали здесь два дня, а затем, напоив животных, направились дальше и снова остановились у одного колодца. Отсюда они возвратили верблюдов к пройденному ими ранее |517а| колодцу, а сами, пройдя полтора перехода, достигли низовьев Балыклы. Совершив нападение с западной стороны, они убили тридцать человек теке, (но) не найдя здесь имущества, захватили баранов и пошли обратно.

Причина (почему не оказалось имущества) заключалась в том, что один из сарыков три дня тому назад сообщил здесь о приближении (хивинских) наездников, вследствие чего (теке) заранее переправили все свое имущество на ту сторону Мервской реки (Мургаба).

Возвратились они (воины) к хану в понедельник 21-го числа упомянутого месяца, через двадцать дней (после своего выступления).

Набег Сары Карная. Получив разрешение хана, Сары Карнай, являвшийся одним из самых отважных воинов, с сорока такими же храбрецами, как и он сам, прошел через Орта-кудук и обрушился па подданных Мурад-сердара непокорных теке.

Изрубив девять человек, они захватили свыше ста верблюдов и направились в обратный путь. Узнав об этом происшествии, теке, в количестве семидесяти человек, вскочили на коней и бросились в погоню. Нагнав (хивинцев), |517б| они вступили с ними в бой. Повернув своих коней, (хивинские) воины дружно бросились на врага и нанесли ему поражение. Убив в этой стычке еще десять человек, они захватили в виде добычи лошадей, оружие и другие вещи, после чего благополучно с добычей прибыли в свою область. Выступив из столицы (Хивы) в начале месяца зуль-ка'да (начало сентября 1818 г.), они вернулись 19-го числа в воскресенье.

В начале этого же месяца в качестве русского посла прибыл (в Хиву) мулла Абдул-Насир-мингбаши. Его величество отпустил его 6-го числа того же месяца (7 сентября 1818 г.) 78 [412]

________________________

В понедельник 26-го числа месяца зуль-хиджа (27 октября 1818 г.) хан образовал из йомутов хасан-эли и имрели три отряда, включив в их число как сердаров, так и нукеров, и с трех разных сторон отправил их в набег. В пятницу (этой же недели) наступил месяц мухаррем (нового) 1234 г. х. (суббота 31 октября 1818 г.).

Действия первого отряда. Сары Карнай и Шах Нияз-бек |518а| со ста шестьюдесятью йомутами прошли через Орта-кудук и по ошибке напали на пятьдесят семейств теке рода Девлет Назар-бая, перекочевавших в Хиву из района Бами (и) Беурма. Произведя ограбление, (хивинцы) перебили мужчин, забрали женщин и детей в плен и возвратились. Этот поход (сафар) продолжался двадцать дней.

Действия второго отряда.В указанный выше день выступил Мурад-сердар с тридцатью храбрецами. Пройдя с большой быстротой через Сагаджа, они вышли с той стороны Дуруна и Мехина (произведя нападение), убили здесь пять человек, а затем захватили 200 верблюдов и вернулись обратно.

Действия третьего отряда. Все предводители хасан-эли и сердары племени имрели, а также Клыч-юзбаши, из узбекского рода хытай, с войском из туркмен и узбеков, а всего семьсот человек, под предводительством Хусейн-бехадыра, из чоудоров, выступили в указанный выше день по дороге к Сагаджа. Выйдя к Теджену и пройдя (затем) дальше, они напали на теке в округе Серахса. Когда они убили тридцать человек |518б| и дошли на обратном пути до берегов Теджена, то (от отряда) отделилось двадцать человек во главе с Клыч-юзбаши, Дурды Мурад-бехадыром, из рода игдыр, и Эвез-берды Таваром, которые заявили, что не возвратятся до тех пор, пока не совершат какого-либо (значительного) дела. Что касается Хасан-бехадыра, то он с Теджена возвратился к хану. Весь поход его продолжался восемнадцать дней.

События четырнадцатого года царствования Мухаммед Рахима

(1234 г. х. — 1818/19 г.)

|520б| Повествование о набеге Алаш-бия. Алаш-бий, совместно с назначенными эмирами (умара), к числу которых принадлежали: Кути-ходжа, шейх-уль-ислам, Досум-бий, Бек Али-мираб, Соин-бий, Хаджи Мурад-дастарханчи и военачальники, как Хубби-кули-ходжа, Нияз Мухаммед-бай, Мухаммед-кули-бек, Кутлуг Мурад-бек, Умбай-бек, из нукеров Кутлуг Мурад-инака, Ходжа Нияз-бий, кыпчак, Рахим-берды-бий, хытай, Девлет Назар-бий, из кара-калпаков, Кока-сердар, из йомутов, и прочие узбекские и йомутские “синахи”, большинство которых являлось беками и мехремами, с войском, доходящим до двух тысяч человек, выступили в воскресенье 1-го числа месяца сафара (1234 г. х. — 30 ноября 1818 г.) из Хивы и расположились |521а| лагерем около колодца Сагаджа. [413]

Для наблюдения за порядком среди войска (отряд) сопровождал Курбан Нияз-ясаулбаши. Простояв здесь один день и выступив в среду дальше, они на шестой день, в субботу, остановились у колодца Чирле. Здесь, напоили животных и двинулись дальше. Затем в воскресенье 15-го числа этого месяца (войска) прибыли к низовьям Кара-су и (здесь) утром расположились у крепостей Кыпчак и Арман. С целью опустошения и разорения окрестностей были посланы войска под начальством Хубби-кули-ходжи. В силу случайности, в этот день два ахал-текинских каравана, из которых один шел из Мерва в Ахал, а другой из Ахала в Мерв, встретились друг с другом в том месте, где проходили (хивинские) войска. (Люди караванов) были перебиты, а (имущество их) разграблено (стихи).

|521б| Завладев имуществом каравана, славное воинство произвело грабеж и опустошение во всей местности между Ашхабадом и Мехином, перебив здесь много людей и забрав в плен большое количество женщин и детей, так что в этой стране не осталось ни одного жилища и живого существа, которое не оказалось бы уничтоженным или не сделалось бы добычей (хивинских) наездников. 79 В этот день воины захватили необычайно большое количество верблюдов и лошадей. В полдень они собрались под сень знамен. Всего в этот день было убито свыше ста теке, в плен было взято семьдесят семь человек. Все дома их были разграблены и сожжены. Из (хивинского) войска было убито (только) три простых человека. В этот же вечер (войска) вышли в пески и направились в обратный путь. Вскоре достигли они (колодца) Чирле, откуда Алаш-бий отправил своего младшего брата, вместе с людьми указанных выше эмиров, с радостной вестью (к хану). За время двухдневного своего пребывания у колодца Чирле, (Алаш-бий) произвел распределение добычи между воинами, выделив предварительно из нее пятую долю (для хана). В среду 25-го числа этого же месяца они прибыли в Хиву.

|522а| Набег Саат-сердара и Халь Нияза-юзбаши. После того, как Алаш-бий отправился в набег, Саат-сердар и Халь Нияз-юзбаши со ста восемьюдесятью человеками из имрели и узбеков выступили в поход против Мерва, заручившись предварительно разрешением хана.

Встретив у колодца Сираб большое количество баранов, принадлежащих племени бурказ, они (воины) убили пастухов и, забравши всех баранов, возвратились. (Когда) они поделили между собой этих баранов, то каждому досталось по 25 голов.

Набег Клыч-сердара. В пятницу 20-го числа сафара (19 декабря 1818 г.), т. е. за пять дней до возвращения Алаш-бия из его похода, Клыч-сердар с девяноста воинами из йомутов, заручившись одобрением покойного (ныне) инака Кутлуг Мурада, прошел через могилу святого Махмуд-ата 80 в пески и, дойдя до местности около Шор-кудук, что к северу от Ахала, встретил здесь много верблюдов, принадлежавших теке. [414]

|522б| Убив восемь человек и поймав двух невольников (тогмэ), он захватил всех верблюдов и направился в обратный путь. 7-го числа месяца раби I он (Клыч-сердар) явился к хану и в качестве “ган” 'а представил ему двух невольников и пятьдесят верблюдов.

В это время большинство кызыл-арватских теке, со своими семействами, пришли на территорию (хивинского хана), под его покровительство. 11-го числа, того же месяца, прибыл и Халь Нефес со своим домом и семейством. Вместе с ним (Халь Нефесом) явились к хану двое старшин теке и изъявили ему свою полную преданность и покорность. В среду 15-го числа из Ахала явилось (еще) девять человек, которые (также) изъявили покорность.

В этот день Еутлуг Мурад-инак, совместно со всеми вельможами, вызвал в государственную канцелярию (диван-ханэ) старшин теке и, выслушав все, что было сказано ими, отпустил их. Взяв двадцать дней сроку, они (старшины) согласились затем представить сто конных нукеров и двести заложников (ак-уйлю).

|524б| [Сообщается о прибытии заложников (ак-уйлю) от теке (рода) караханлы в числе десяти (семейств)]

|525б| Набег Соин-бия на Мерв. 81 Для совершения набега на Мерв, его величество в пятницу 9-го числа месяца джумади I (6 марта 1819 г.) назначил Кутб-эд-дин-ходжу, шейх-уль-ислама, а также Мухаммед-джан-ходжу из числа военачальников, и Эвез-берды-юзбаши из числа фальконетчиков с двумя тысячами войска из узбеков и туркмен под начальством Соин-бия. 82 Сюда же (хан) присоединил и Мухаммед Нияза-ясаулбаши. Пробыв вечер этого дня в Ангареке, Соин-хан в субботу, 10-го числа направился через колодец Сагаджа к своей цели.

На тринадцатый день, т. е. в четверг 23-го числа, 83 он вышел в Мервскую область. В местности Кум-яб была выстроена новая (таза) крепость. Выступив против этой крепости и послав людей для разорения и грабежа ее окрестностей, они убили много людей, захватили бесчисленное количество верблюдов и возвратились. Через несколько дней они представились хану, который оказал им всяческие милости.

В субботу явился Имр-шейх, вместе о предводителями теке во главе с Аим-беком, которые изъявили свою полную покорность.

В воскресенье 6-го числа месяца ша'бана его величество возвратился в столицу с работ по устройству запруды на (канале) Лаудан, где он пробыл 18 дней.

В это время к хану прибыли мервские теке и сарыки с выражением своей покорности.

В субботу 13-го числа месяца ша'бана (7 июня 1819 г.) его величество отпустил старшин-теке во главе с Аим-беком, а также Мехди-бека, посла [415] Риза-кули-хана, и посла (имя не указывается) Неджеф Али-хана, который еще раньше приехал с выражением дружественных чувств, присоединив к ним (с своей стороны) Эвеза-юзбаши и Бек Нияз-наиба. (Послам было сказано), что если их слова правдивы, то пусть они шлют своих братьев и сыновей вместе со своими нукерами на службу к хану.

События пятнадцатого года царствования Мухаммед-Рахима

(1235 г. х. — 1819/20 г.) 84

|526а| В это время (начало сафара 1235 г. х. — ок. 20 ноября 1819 г.) вернулись один вслед за другим из похода на кызылбашей: Сары Карнай с двумя стами йомутов, Дост Мухаммед-сердар со ста конными гокленами и Менгли-гельды Ярук с шестнадцатью (своими) людьми, разновременно выступившие (из Хивы) в месяце мухарреме. Они привезли богатую добычу и бесконечное число пленников.

|526б| В пятницу 7-го числа месяца раби I (24 декабря 1819 г.) к его величеству явился правитель Серахса, Хаким-хан, из салыров, со своими старшинами (кедхуда).

В среду 15-го числа того же месяца к хану прибыли с выражением своей покорности сыновья (и родственники) кызылбашских ханов, а именно: сын Неджеф Али-хана, Искандер-хан, в возрасте 12-13 лет, племянник Риза-кули-хана, Шереф-хан, сын Алла-берды-хана и племянник Беглер-хана, Керим-хан.

В субботу 3-го числа месяца раби II хан устроил роскошное угощение Хаким-хану, а также курдским ханам, одарив их златотканными одеждами и лихими конями.

|532а| В это время (джумади II 1235 г. х. — март — апрель 1820 г.) прибыл к хану из Курдистана мулла Мурад Али с выражением покорности и был милостиво принят.

|532б| Около этого же времени один из предводителей гокленов, Мухаммед Хусейн-хан, убил людей кызылбашского Мехди-хана, каджара, и, став, таким образом, во враждебные отношения, ушел с тремя-четырьмя тысячами гокленов с берегов Гюргена.

Остановившись затем в окрестностях Бами (и) Беурма около Кызыл-арвата, он отправил своего сына вместе с Оглан-ишаном, в качестве послов к (хивинскому) хану. Явившись (к хану) послы выразили покорность.

После этого его величество назначил в набег на сарыков йомутских предводителей Мурад-сердара и Сары Карная, которые и выступили с четырьмястами конных йомутов. Дойдя до колодца Сираб и не найдя здесь людей, (отряд) захватил бесчисленное количество скота и пошел обратно. [416] Сары Карнай с двадцатью людьми отделился (от отряда) и, направившись в район Репетека, возвратился оттуда с чрезвычайно большим количеством баранов и верблюдов. За время этого похода было найдено и убито двадцать сарыков. Первая часть (отряда) вернулась в начале поста “руза”, а последние пришли в середине его.

|533а| В воскресенье, приходившееся на 21-й день поста, хан назначил сердаров, йомутов, гокленов, чоудоров, имрели и карадашлы с большим войском в набег на сарыков. Назначенные, в количестве двухсот человек, направились по дороге на Репетек, где убили некоторое число сарыков, а затем забрали себе в добычу много верблюдов и возвратились.

По окончании поста, в пятницу 3-го числа месяца шавваля, Кока-сердар с некоторыми “сипахи” из йомутов были назначены в набег на сарыков. Они со многими людьми отправились на сарыков и, захватив у них множество верблюдов, возвратились обратно.

|533б| В это время (месяц зуль-хиджа 1235 г. х. — сентябрь 1820 г.) хан назначил в набег на сарыков Эвеза-юзбаши с (войсками из) теке.

Некоторые говорят, что в этот же день хан пожаловал ярлык Мурад-сердару с назначением его ханом над всеми теке.

События шестнадцатого года царствования Мухаммед Рахима

(1236 г. х. — 1820/21 г.)

|534а| В то время, когда хан готовился к походу в Дашт-и-кыпчак для наказания мятежных казахских племен, мервскими теке были произведены многочисленные преступления и бесчинства. Одно из них состояло в том, что небольшая группа конных теке воровским путем проникла ночью |534б| в область Хазарасна, напала здесь на один дом и, захватив в плен двух-трех человек и небольшое количество имущества, бежала. Когда весть об этом достигла хана, он счел необходимым, после наказания казахов, проучить также и теке и занялся необходимой подготовкой к походу на Мерв. (Вследствие того, что) Мервская область находилась во владении бухарского эмира Хайдера, с которым его величество в течение долгого времени находился в дружеских отношениях и переписке, он (хан) написал о скверных поступках жителей этой области названному эмиру, отправив письмо со своим послом Берды-инаком. Сообщая о том, что ему приходится одновременно наказывать и казахов и теке, хан советовался (с эмиром). Когда Берды-инак сообщил об этом эмиру Хайдеру, тот был необычайно польщен (таким обращением) к нему и выразил свою радость и полное |535б| довольство.

Возражая против наказания негодных теке, (эмир) поручился в том, что все захваченные в Хиве пленники и имущество будут хану возвращены. После этого эмир всячески обласкал Берды-инака и отпустил его. Возвратившись к хану, Берды-инак доложил ему о всех дружественных словах эмира Хайдера. [417]

Отменив (вследствие этого) поход на Мерв, хан направился против казахов в Дашт-и-кыпчак и, подчинив себе этот народ и его страну, возвратился в свою столицу.

Прошло некоторое время, а обещание, данное эмиром Хайдером, оставалось невыполненным. По этой причине хан снова направил к нему своего посла. На этот раз (эмир) сказал с насмешкой: “Туркмены — народ, не знающий страха и непокорный. Если я пошлю кого-либо, чтобы отнять у них насильственно (взятое) ими имущество, они рассеются в разные стороны, и разыскать разбойников не удастся. На такое дело у нас не хватает смелости. Пусть их накажет сам хан (хивинский), если он в состоянии это сделать” (стихи).

|535б| Когда эти безумные и насмешливые речи эмира Хайдера стали известны хану, он потребовал, чтобы Мервская область (дияр) была разрушена, а теке были бы подвергнуты истреблению. Вместе с тем, зная, что терпение является ключом к счастью, и, не проявляя поэтому торопливости, хан отложил это намерение. Еще раньше, на протяжении нескольких лет (хан) вел многочисленные войны с хорасанскими туркменами (и в частности) с теке Ахала, а также теми из них, которые жили у подножия гор. Он покорил своей власти это племя и овладел народами и крепостями этих мест.

|536а| Когда было покончено с наказанием казахских мятежников, и во всех концах (хивинского государства) наступило спокойствие, хан решил проучить мервских теке, которые совершали набеги на хорезмские владения, похищали здесь имущество и уводили некоторых людей в плен, как говорилось об этом выше.

В конце 1236 г.х. (конец августа 1821 г.), соответствующего году дракона (лу), для набега на Мерв ханом были назначены: Яр-кули Палван, из предводителей йомутов, Ади-векиль, Араб-сердар и Али Назар-бек, из знатных лиц племени имрели, а также Сафар-бий, Байли-юзбаши и Курбан-гельды из знатных чоудоров. Выступив с четырьмястами конных, (эти лица) напали на сарыкское отделение (тирэ) алаша и, захватив двадцать человек в плен и взявши триста верблюдов, направились обратно.

В это же время правитель Чарджуя, Атаджан-бек, совместно с Керим-беком, собрали, по распоряжению эмира Хайдера, войско (букв. “всех конных”) среди населения южного берега Аму (дарьи) и выступили в числе |536б| полуторы тысяч человек против (возвращающегося отряда) в местности Бек-тепе. Начальствующие лица отряда (аламан) отправили к Атаджан-беку своего посла. Явившись к Атаджан-беку, посол, в надлежащей последовательности, рассказал ему о дурных делах мервских теке и о том, как (хивинский) хан посылал посла к эмиру Хайдеру, прося их наказать и как тот воспротивился этому, так же как и возвращению пленников, поручив это сделать самому хану, чем тот и удовольствовался. Для того, чтобы отомстить (теке), хан приказал совершить против них набег. Не обращая внимания на его слова, (бухарцы) в полной боевой готовности выступили против (хивинских) войск и, как бы ища своей гибели, вступили [418] с ними в бой. Не видя иного выхода, (хивинские) воины с полным единодушием и отвагой направили своих коней на неприятельские ряды и начали поражать их с такой энергией, что многие из врагов, в том числе и Атаджан-бек были перебиты, а их “черноголовое знамя” (***) 85 было опрокинуто.

|537а| Когда враги это увидели, ими овладели смятение и ужас: они пустились в бегство и не находили покоя до тех пор, пока не вошли в (Чарджуйскую) крепость. Хивинские удальцы преследовали и истребляли их, а затем возвратились с победой. Пройдя много переходов, они достигли Хивы, где были милостиво приняты ханом. Они доложили хану о неподобающем поведении бухарских войск. Его величеству это сообщение было чрезвычайно тягостно, (так как) оно явилось причиной раздоров и несогласий (с Бухарой). 86

|538а| Набег чоудорских молодцов на Чарджуй. В понедельник 22-го числа месяца джумади II данного (1236 г. х. — 27 марта 1821 г.) года хан назначил чоудорских молодцов, в числе свыше 400 человек, для совершения набега на Чарджуй.

В соответствии с ханским приказом, назначенные молодцы выступили по своему назначению в этот же день, направившись по берегу реки. В Чард-жуе был базарный день, когда они неожиданно ворвались (в город) (стихи). Истребив множество людей, больших и малых, 87 молодцы захватили бесчисленное количество всякого добра, а также множество баранов, верблюдов, лошадей и ослов и отправились обратно. Из числа победоносного [419] воинства пропал без вести один джигит из Таш-купрюка, а прочие в понедельник 7-го числа месяца раджаба (10 апреля 1821 г.) возвратились благополучно со своей добычей к хану, который и оказал этим храбрецам всяческие милости. Этот поход продолжался 15 дней.

|539а| Набег Сары Карная на Сакар и Чарджуй. Семь йомутских военачальников и восемь юзбаши, под начальством Сары Карная, получили разрешение хана и в четверг 8-го числа месяца ша'бана того же года (1236 г. х. — 11 мая 1821 г.) выступили в набег на Чарджуй.

Через несколько дней пути они приблизились к Чарджую, но, не напав на него сразу, остановились в одном месте в песках. Дождавшись восхода солнца, они напали на Сакар.

Однако местное население уже ранее знало об этом (нападении) и укрепилось. (Кроме того) пришло пятьсот человек конного бухарского войска и (также) к нему присоединилось. Окрестности были изрезаны заборами и покрыты садами и деревьями. По этой причине (хивинцы) не могли овладеть ни большим количеством людей, ни значительной добычей. Они взяли (в плен) пятнадцать человек, а из добычи до двухсот голов верблюдов, лошадей, быков и ослов.

Когда (воины) возвращались оттуда и подошли близко к Бек-тепе, который находится близко от Чарджуйской крепости, они увидели на вершине холма трех-четырех конных. Воины тотчас же направили туда своих |539б| коней и въехали на холм. Конные спустились вниз, убегая (от хивинцев). Тут воины заметили, что внизу у холма стоит пятьсот человек конного чард-жуйского войска. В виду того, что (хивинское) войско возвращалось после совершенного им набега не сплошной массой, а по-немногу, чарджуйские войска, увидя его немногочисленность, направились на него. (Хивинские) воины бросились в атаку, а чарджуйцы, не выдержав их натиска, пустились в бегство. Вследствие своей малочисленности победоносное (хивинское) войско их не преследовало (стихи). Тем временем Исметулла-бек, правитель Чарджуя, вывел из крепости всех жителей (улус) как конных, так и пеших и принял на себя главное командование, выстроив их у ворот крепости |540а| в боевой порядок (букв. “построил правое и левое крыло”). Прочие военачальники с войском около тысячи человек, под четырьмя знаменами (бай-дак) направились против победоносного (хивинского) войска. Йомутские сердары, увидев эти приготовления, бросились все вдруг в атаку (на наступающих). После первого же натиска победоносное войско (хивинцев) взяло верх, а неприятель бросился в бегство.

Преследуя и уничтожая своими копьями и мечами врага, богатыри достигли одного канала (яб), в который враги падали один на другого, так что этот канал до самых краев был заполнен лошадьми и людьми. Воины спустились в этот канал и перебили такое количество врагов, что внутренность его (канала) вся оказалась заполненной их трупами (стихи). Перейдя канал, победоносное воинство продолжало преследовать и во множестве |540б| избивать бегущих. Когда (хивинцы) приблизились к крепости, [420] Исметулла-бек, будучи не в состоянии противостоять их натиску, обратился в бегство. Он поспешно и с большими трудностями вошел в крепость (курган) и заперся. Победоносное войско в это время перебило так много врагов, что доставило (этим) удовольствие духу Исфендияра (стихи). До полудня воины занимались истреблением (врагов) и грабежем (их) имущества, |541а| а затем они, забрав много лошадей и три знамени, пошли обратно. Из (хивинских) воинов трое погибли во время набега на Сакар, да двое были поражены пулями под Чарджуйской крепостью. В пятницу, 23-го числа того же месяца (ша'бана) войска возвратились и были обласканы ханом. Весь этот поход продолжался шестнадцать дней.

|541б-543б| [В дальнейшем содержится краткое упоминание об участии йомутов, чоудоров и имрели в набегах на бухарские окраины.]

|544а| В середине месяца зуль-ка'да (1236 г. х. — середина августа 1821 г.), когда йомутский аламан вступил в набег на (бухарский) Ильджик, предводители чоудоров Соин-бехадыр, Абдаль, 88 Сафар-бай и Байли-(юзбаши), совместно с Толегеном-юзбаши и Тбре-беком-юзбаши, из кара-калпаков, и небольшим количеством войска, отправились с разрешения хана в набег на Бухару. Опи быстро достигли Варданзи, где убили много людей, захватив триста голов верблюдов, направились обратно. Дорогой их нагнали бухарские войска, которые, однако, после жестокой схватки потерпели поражение и обратились в бегство. |544-546а| [Далее излагаются подробности этого набега.] 89

События семнадцатого года царствования Мухаммед Рахима

(1237 г. х. — 1821/22 г.)

[Содержание данной главы (лл. 546-578а) сводится почти исключительно к описанию хивинских походов на окраины Бухарского ханства, в частности — на Чарджуй, который в данном году дважды подвергался нашествию хивинцев. Во всех описываемых в хронике походах и набегах, туркмены играют в составе хивинского войска исключительно активную роль. Большинство встречающихся в главе сведений и упоминаний о [421] туркменах чрезвычайно кратки и не дают ничего нового к тому, что сообщалось уже выше.

Ниже приводятся некоторые из более значительных эпизодов, происходивших во время второго похода хана на Чарджуй, похода, продолжавшегося шестьдесят шесть дней, начиная с 23-го числа ша'бана 1237 г. х. (15 мая 1822 г.).]

|561б| Кока-сердар и Берды-хан, татар, 90 являвшиеся вернейшими слугами хана, отправились (из рабата Дая-хатын, где находился в это время хан) с йомутским войском в набег на Чарджуйскую крепость, получив на это предварительно разрешение хана.

В это же время к хану прибыли Сохбей-сердар, Кока-сердар и Мухаммед-берды-сердар, в качестве послов от племени (халк) эрсари. Они вручили ханским придворным просьбу, присланную через них этим (эрсаринским) племенем. Ознакомившись через посредство своих приближенных с этой просьбой, хан через послов отправил им в ответ ласковое письмо такого |562а| содержания: “Проживающему в Лебабе 91 племени эрсари мое слово (таково): Если вы являетесь народом искренним и если вы (хотите, чтобы) ваши правдивые слова и добрые поступки вызвали к себе доверие, то отрубайте головы врагам (моего) государства — бухарцам и приходите ко мне в окрестности Чарджуя, как только прибудет туда мое победоносное войско. В противном случае к вам явится неисчислимое войско, и тогда вас постигнет самая бедственная судьба, и уже никакое раскаяние не принесет вам пользы”. С этим ответом хан и отпустил послов. Для сопровождения (послов) на протяжении ближайших двух-трех переходов, к ним был присоединен Ярыклы Палван, принадлежавший к числу йомутской знати.

|565б| В то время, когда хан со своим войском находился в местности под названием Бурья-баф, к нему от имени проживающего в Лебабе рода кара, принадлежащего к племени эрсари, явился Абдуд-вахид-ишан, Абд-ус-самад-кази, Назар-кази Эвез-джебачи, 92 Бек-кули, Расуль-кули-бек и Сахиб Назар-караулбеги. 93 От отделения (тирэ) букаул явились: Худай-берген-бай, Кули-бек, Хасан-бек, и Клыч-джебачи. Каждая из этих двух групп привела с собою по 200 нукеров и по 9 лошадей в подарок |566а| хану.

Из Перверда, от имени проживающего там племени эрсари, прибыли их предводители Курбан-бек, Сафа-бек, Халиль-бехадыр, Нефес-аксакал, Бек Назар, Султан Нияз-караулбеги и Мулла Нияз-вели, возглавлявшие собою большой отряд нукеров. Они выразили хану свою покорность |566б| и представили ему в подарок двух хороших коней. 94 [422]

|569a| Несколько (человек) из племени (джамаа) бачкурли-шейх, ушедшие вследствие жестокости судьбы со своей родины и скитавшиеся вместе со своими семействами, присоединились затем к аулу (оба) племени (халк) |569б| сакар. 95 (После этого) они пришли к хану и под его защитой стали спокойно жить.

Вместе со старшинами племени эрсари хан отправил в этот день, 96 под начальством приближенного Эвеза-юзбаши, своих посыльных (таваджи) для сбора с этого племени нукеров и доставки их на службу (в ханских войсках).

|573б| На сорок третий день пребывания хана в походе, к нему прибыли послы от населения (халк) Наразыма. При возвращении послов хан отправил с ними успокоительное письмо. В этот же день к хану прибыли Дунмас-токсаба 97 и Кандули-караулбеги от всех проживающих в Наразыме (племен) эски, чоудоров, мургакли и илиджек. Прибыли (также племена) баят и салыр, входившие в состав населения (улус) Кара-коля (Каракуль).

В четверг явился Эвез-юзбаши, который был направлен к эрсари для сбора нукеров. Он провел к хану пятьсот человек конных.

События восемнадцатого года царствования Мухаммед Рахима

(1238 г. х. — 1822/23 г.)

Отдельные эпизоды из третьего похода хана на Чарджуй. В то время, |590а| когда ханские войска грабили окрестности (Чарджуя) и наводили ужас на местных жителей, правитель Катлама, Султан Нияз-караулбеги, выразил свое полное подчинение его величеству и явился к нему с подарками и подношениями. Хан переселил его вместе с народом (эль), численность которого доходила до 800 человек, в Мерв, где и определил им местожительство.

|592а| Произведя ограбление окрестностей и овладев несметной добычей, хан со своими войсками направился в набег на область, подчиненную Керкам. Здесь он также овладел большой добычей, после чего возвратился в свой лагерь. 98 [423]

[На лл. 593а-593в содержится описание ограбления йомутами бухарского каравана, направлявшегося в Россию по Ирдарской дороге с грузом "дорогих шалей".]

События девятнадцатого года царствования Мухаммед Рахима

(1239 г. х. — 1823/24 г.)

Рассказ об отправлении великого эмира Кутлуг Мурада, инака, в Мервскую область для сооружения плотины, а также о том, как эта плотина, разрушилась, а инак во время обратного пути скончался. Во времена (султана |594а| Санджара) Мази, Мерв достигал такой степени процветания, что он являлся украшением земли и гордостью рая. Сооружая и поддерживая плотину на Мервской реке (Мургаб), могущественные цари орошали (ее водами), все (окружающие) волости (туманат) и возделываемые поля и поддерживали их таким образом в цветущем состоянии. Много лет тому назад эта плотина разрушилась и большинство пашен и садов этой области пришли в за-пустение. Когда эта (Мервская) область вошла в состав владений Мухаммед Рахим-хана, он увидел, что эта обширная страна находится в упадке и запустении вследствие безводия.

Решив привести (эту область) в благоустроенный вид, хан, во вторник 27-го числа месяца раби I 1239 г. х. (1 декабря 1823 г.), соответствующего |594б| году овцы, когда солнце стояло в созвездии Стрельца, назначил в Мервскую область своего любезного брата Кутлуг Мурад-инака, с тем, чтобы тот, произведя восстановление (собств. “сооружение”) плотины, оросил все мервские поля, и тем самым привел эту запустевшую страну в цветущий вид. Подчиняясь указу, названный инак в тот же день выступил из Хивы и прибыл в Хазарасп. Приготовив здесь все необходимое для путешествия, он выступил затем с подчиненными ему войсками из Хазараспа и, войдя через низовья Наймана в пески, стал быстро двигаться (к месту назначения). Прибыв в Мерв и расположившись лагерем на берегу реки, инак, употребляя все (свое) старание и силы, дважды производил запруду (плотины) Бенд-и-султан. Плотина и после второго раза разрушилась, и вода потекла пo прежнему (руслу).

|595а| В это время (ныне) покойный хан назначил для отправки в Мерв к инаку многих своих приближенных с многочисленными войсками; главнейшими из них были: предводители уйгуров — Рахметулла-аталык, Али-мердан-шигаул и Халь Нияз-даруга; из вождей мангытов — Досум-бий; из кыпчакской знати — Кутлуг Мухаммед-инак; из военачальников (сипахдар) — Хубби-кули-ходжа, Нияз Мухаммед-бай, Мухаммед-кули-бек, Ата Нияз-бек, Мухаммед Сафа-бек, Салар-юзбаши, Бадаль-юзбаши, Сефер, аймак, Бек Пулад-юзбаши, Худай-берды Таук, Шах Пулад-мерген и Хураз-аталык. [424]

В соответствии с высочайшим приказом, названные лица срочно отправились через степи и пустыни и в средине месяца джумади I (середина января 1824 г.) прибыли в распоряжение инака (в Мерв). Инак приказал заняться сооружением построек крепости Эгри-гузар, а некоторых усталых и изнуренных воинов, из числа прибывших одновременно с ним, он отправил обратно домой (в Хорезм). |595б| В это время инака постигла болезнь, вследствие чего он слег в постель.

В то же время ханом был послан к инаку один из приближенных, Рузум Палван, с письмом, в котором (инаку) предлагалось срочно возвратиться в Хорезм.

Прибыв к инаку, Палван, согласно полученному ханскому приказу, вручил ему письмо. Ознакомившись с содержанием (ханского) послания, инак выждал некоторое время, пока не закончились работы по постройке и оборудованию названной крепости, а затем поручив охрану и защиту области прибывшим военачальникам, он в пятницу 15-го числа месяца рамазана (14 мая 1824 г.) послушно выступил в обратный путь. Дорогой болезнь его с каждым днем усиливалась, и в пятницу 22-го числа он умер, дойдя до низовьев (реки) Теджена.

________________________

[Лл. 597а -597в содержат рассказ о набеге Курбан Нияза-ясаулбаши с отрядом из чоудоров на бухарскую крепость Ильджик в средних числах месяца ша'бана (середина апреля 1824 г.).]

Когда (чоудоры) достигли (на обратном пути) местности Уч-очак, они увидели здесь много конских следов, которые показывали, что (всадники) ехали сначала из Бухары (в сторону Хивы), а затем шли обратно.

Обстоятельства этого факта были таковы: Правитель Бухары эмир Хайдер отправил (для набега) на Хорезм (туркмен) отделения арабачи чоудорского племени, в числе ста человек конных, во главе с Мухаммед-берды-беком с тем, чтобы они воровским путем напали на степных жителей (бадиенишин) этого (Хорезмского) государства.

Случилось так, что в то время, когда победоносное (хивинское) воинство (т. е. хивинские чоудоры) совершали набег на Ильджик, то (бухарские чоудоры), пройдя через Уч-очак, достигли местности Мешекли и, убив здесь трех-четырех занимавшихся сбором гребенщика и камыша местных жителей, бежали отсюда. Когда (хивинские воины) увидели их следы, они догадались, что это — враги и что проходили они здесь недавно. Приведя себя в боевую готовность, они (хивинцы) вечером спешно бросились на преследование врагов. Проскакав всю ночь, они на заре настигли их в местности Ак-баш. Между тем Мухаммед-берды-бек только что отправил отсюда вперед свое злосчастное войско, а сам, оставшись позади, крепко заснул.

Его взяли в плен на том самом месте, где он спал, а затем настигли ушедший вперед (его отряд) и почти целиком его истребили. Оставшихся в живых преследовали до Хал-эта, а затем оставили преследование и возвратились. Из числа победоносного войска во время этого похода пострадал [425] один человек, в то время, как из врагов никого не осталось в живых, за исключением трех-четырех. После того, как победители забрали многочисленную добычу и отрезали множество голов (убитых врагов), они направились в обратный путь и в конце месяца рамазана (конец мая 1824 г.) прибыли к хану, который щедро их наградил.

Да будет известно, что войска и военачальники, во главе с Рахметулла-аталыком и Кутлуг Мухаммед-инаком, оставшиеся по приказанию покойного Кутлуг Мурад-инака в Мерве, как это было уже сказано выше, в середине месяца шавваля (середина июня), в силу ханского приказа, возвратились оттуда и удостоились высокой царской милости.

События двадцатого года царствования Мухаммед Рахима

(1240 г. х. — 1824/25 г.)

|599а| О набеге Сейид Нияза, ошака, и Яр-кули Палвана на Керкинский округ и о поражении, нанесенном ими неприятельскому войску. Иомуты Сейид Нияз, ошак, Яр-кули Палван, Галанг-бай, салак, Ораз Али, салак, и Абдул-Гафар-бек, салак, совместно с Кара-мергеном, из имрели, Бехадыр-ходжой, из гокленов, Кашукчи Курбан-сердаром, из карадашлы, и Искандер-беха-дыром, из узбекского племени уйгур, с 250 человек из йомутов, имрели, гокленов, карадашлы и узбеков, получили 10-го числа месяца мухаррема 1240 г. (4 сентября 1824 г.), соответствующего году обезьяны, разрешение хана на совершение набега (юртаул).

Направившись по берегу р. Аму-(дарьи), они в шесть дней достигли Кабаклы. Углубившись на седьмой день в пески, они после одной остановки прибыли в Тахт, а затем после двух остановок, расположились у колодца Угаджи. Еще через две остановки они были уже в Репетеке. Набравши здесь воды, они затем в два дня доехали до колодца Йол-кудукы, после чего сделали остановку у Дели-кудука. Пробыв здесь ночь и выехав на заре, |599б| они через две остановки были у Аджи-кудука.

На следующий день они вышли на Халаджскую дорогу и расположились на ночь около находившихся здесь двух колодцев. На рассвете они захватили в плен четырех туркмен из племени эрсари, которые ехали на ослах из Андхоя в Халадж. Из слов пленных выяснилось, что позади их следует кочевка (“коч”) из 40 верблюдов. После этого трое из них были убиты. На следующий день около времени завтрака кочевка из 40 верблюдов была захвачена, причем все мужчины были перебиты, а около 30 их семейств были взяты в плен. Оставив их вместе с (захваченными) верблюдами под охраной пятидесяти конных на Халаджской дороге, войска около времени намаза “хуфтан” выступили (дальше). Около полудня следующего дня они вышли на Зейтскую дорогу.

|600а| Напоив своих лошадей из находившейся здесь сардабы (водоема) Абдулла-хана, они поздно направились на Тонгуз-сырт, как называлась (здесь) одна возвышенность (кыр). Проехав указанное место, они ночью [426] прибыли к колодцу Кор-кудук. Выехав на рассвете дальше, они на восточной стороне Чаш-баба, находящегося на восток от Керков, встретили трех пастухов. Убив одного из них, они двоих заставили показывать себе дорогу и совершили набег на селение (кент) Ходжа-салар. Забрав себе в качестве добычи около 600 верблюдов и 100 лошадей и захватив в плен около 30 семей (оглан-ошак), они стали возвращаться.

В это время один из ханских воинов, Баба-бай из Хазараспа, упал с лошади. На нее тем временем вскочил один из эрсаринцев, по имени Шейх-бехадыр, который поскакал к правителю Андхоя и передал ему о происшедшем. Тот немедленно приказал Нейза-беку, сыну Юлдуз-хана, и Аббас-беку с тысячью людей отправиться на преследование (хивинского) отряда. Не зная о состоявшейся погоне, отряд двигался как ему было удобно по берегу реки, и, приблизившись к Керкам, направился затем в пески. Пятого числа месяца |600б| сафара (29 сентября 1824 г.) отряд поздно утром прибыл к колодцу Еке-кудук, где и расположился для того, чтобы произвести здесь раздел добычи. В это время караульные сообщили, что враг приблизился. Все в одно мгновение сели на коней и направились навстречу (неприятелю). Все вражеское войско взошло на холм, где выстроилось и стало в боевом поряде. Победоносное (хивинское) воинство также выставило против него свои ряды. Тем временем со стороны врагов выступили вперед стрелки и открыли огонь из ружей.

С обеих сторон на поле выехали конные отряды и начали военные действия, давая таким образом начало сражению. В этот момент Искандер-бехадыр, из племени уйгуров, который действовал на ратном поле как лев и был лучшим среди славных храбрецов, под влияием охватившего его чувства отваги, положил себе за пазуху горсть земли и бросился в числе |601а| некоторых других удальцов, на неприятеля. Доскакав первым до врага, Искандер-бехадыр напал на одного из вражеских богатырей, который стоял среди поля и вызывал на битву кого-либо из противников. Выбив богатыря копьем из седла, Искандер-бехадыр отрубил ему своей саблей голову. В это же время воины врезались в ряды неприятеля и так начали работать своими саблями, что обратили его в бегство. Преследуя неприятеля до времени намаза “пешин”, они большую часть врагов истребили, забрав при этом свыше трехсот (отрубленных) голов. Доставшееся им в добычу количество лошадей и оружия было так велико, что не поддается даже приблизительному подсчету.

Возвратившись оттуда, они прибыли в Репетек. Направившись далее, (отряд) миновав Чекес-тепе, прибыл затем к берегам Аму-дарьи. Выйдя оттуда и достигнув Кабаклы, они отправили впереди себя восемнадцать |602а| гонцов с радостной вестью. Этот поход продолжался сорок семь дней.

(пер. П. П. Иванова)
Текст воспроизведен по изданию: Материалы по истории туркмен и Туркмении, Том II. XVI-XIX вв. Иранские, бухарские и хивинские источники. М.-Л. АН СССР. 1938

© текст - Иванов П. П. 1938
© сетевая версия - Тhietmar. 2004
© OCR - Сергей. 2004
© дизайн - Войтехович А. 2001
© АН СССР. 1938