Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ВИЛЬГЕЛЬМ (ГИЙОМ) ТИРСКИЙ

ИСТОРИЯ ДЕЯНИЙ В ЗАМОРСКИХ ЗЕМЛЯХ

HISTORIA RERUM IN PARTIBUS TRANSMARINUS GESTARUM

Битва при Монжизаре

Книга XXI

Глава 20. Саладин вторгся в государство из Египта с бесчисленной армией и расположился перед Аскалоном. Король с объединенными силами королевства пришел ему навстречу и дал долгий бой врагам перед городскими стенами.

В то время пока это происходило в Антиохи, Саладин узнал, что граф 1 и все силы христианской армии, которых сам он не без опасения ожидал в Египте, отправились в Антиохию. Он решил что теперь, когда королевство осталось без защиты, он с легкостью может сделать одно из двух: либо запереть города королевства осадой, либо, если ещё оставались воины в королевстве, перебить их, и таким образом, одержать полную победу.

Собрав отовсюду в огромном количестве войско и оружие, и все, что нужно обычно для ведения военных действий, они вышли из Египта, опустошая всё на своем пути. Быстрым маршем они скоро достигли древнейшего, но безлюдного города, который называется Ларис 2. Там они оставили войсковые обозы, взяв с собой только самое необходимое, что может понадобиться в бою, надеясь все остальное доставать в пути. Оставив позади себя нашу крепость Даром и славный город Газа, они стремительно приблизились к Аскалону.

Король же, несколькими днями раньше получив донесение, срочно созвал оставшиеся в королевстве войска и вышел с ними в тот же город несколькими днями раньше.

Граф Триполи, как уже было сказано выше, уехавший раньше с сотней лучших рыцарей, не принимал участия в этом походе, так как находился далеко, также как и магистр госпитальеров со своими братьями, и большая часть рыцарей тамплиеров. Оставшаяся же часть братьев укрылась в Газе, опасаясь осады, потому, что это был первый из наших городов, находившихся на пути Саладина. Королевский коннетабль сеньор Онфруа, как я уже говорил, был сильно болен.

Король, у которого осталось небольшое войско, узнал, что в наших незащищенных пограничных областях свободно разгуливают враги, опустошая земли. Призвав Божью помощь и оставив часть рыцарей для защиты города, он выступил с остальными для защиты своих земель.

Саладин же собрал всех своих людей возле города.

Выйдя же, христианская армия увидела войско противника, которых было бесчисленное множество и они посчитали, что лучше оказаться в заложниках оставаясь в городе, чем необдуманно начинать сражение в таких неравных условиях.

Таким образом, вплоть до самого вечера, несмотря на то, что оба войска были близко друг к другу, все ограничивалось редкими отдельными стычками. Когда же день подошёл к концу, и опасность уменьшилась, небольшой отряд, выйдя ночью из лагеря, дал сражение, но вокруг было столь много врагов, что они снова благоразумно отступили назад в Аскалон.

Узнав об этой вылазке, Саладин исполнился гордыни и уже ничего не опасаясь, чувствовал себя победителем распределяя захваченные земли между своими людьми. Полагая, что они получили все что хотели и, забыв об осторожности, враги разбрелись беспорядочно по захваченным территориям и принялись там хозяйничать.

Глава 21. Опустошая и сжигая города и их окрестности, враги распространились далеко в наши пределы.

Той же ночью, расположившись лагерем перед городом, куда пришли накануне, враги осаждают и блокируют все соседние города. А сами, не дав отдыха ни себе ни лошадям, заняли всю область вокруг, насколько смогли распространиться, быстро продвигаясь.

Был среди них некий правитель, называемый Ивелин 3, человек отважный, но ищущий легкой наживы, отступник, который отставил посредничество Бога и доверие людей, достигший своего положения вероломством, армянин по происхождению. Этот человек со своим войском в это время дошел вплоть до города Рама, который располагался в равнинной местности. Увидев же, что город оставлен людьми, Ивелин сжег его. Жители же того города, испугавшись того, что город был не достаточно защищен, потому что гарнизон ещё раньше отбыл с королем Балдуином к Аскалону, а в городе остались лишь немощные, с женщинами и детьми, бежали в Яффо. Часть жителей поднялась в горы, в хорошо защищенную крепость Мирабель.

После того как вышеупомянутый Ивелин сжег Раму, он быстро пошел со своей армией к соседнему городу Лида. Выстроив отряды в боевом порядке, они внезапно окружили городские стены. Осадив город, они начали беспрерывно засыпать его градом стрел и обстреливать со всего оружия. Направляя удар на церковь блаженного мученика Георгия, где укрывалась большая часть населения.

Ещё больший страх охватил наших людей, что нет уже надежды уцелеть, только если бежать. И так чувствовали не только жители открытых районов, где так свободно хозяйничали враги. Но даже и остальные, которые были в укрепленных обителях, предались ужасу. И даже люди Святого города, оставшиеся без защитников, не чувствовали себя в безопасности и собирались в башне Давида, остальные же жители, снимались с мест и быстро уходили.

Враги же распространились вплоть до места, называемого Калькалия 4, ими были заняты все дороги. И не только равнинные местности были захвачены, но и крепости им сдавались.

Были опустошены центральные районы страны и горе было в тот день, который закрыл мраком Господь в гневе своем, и с горечью взывали люди:

неужели навсегда отринул Господь, и не будет более благоволить?

неужели навсегда престала милость Его, и пресеклось слово Его в род и род?

неужели Бог забыл миловать? Неужели во гневе затворил щедроты Свои? 5

но, вслед за этим, повторяли: при умножении скорбей наших в сердце нашем, утешения Твои услаждают душу нашу. 6

Глава 22. Король покинул Аскалон и настиг врагов. Оба войска расположились в должном порядке и приготовились к бою.

Между тем, как это происходило в наших землях, король видел, как далеко в его пределы вторглись многочисленные враги и заняли обширные территории. Он выступил из Аскалона и быстро двинулся навстречу врагам, так как он считал, что лучше положится на удачу и выступить против врагов, чем позволить им грабить, поджигать и разорять земли. Выйдя со стороны побережья, он пошел вдоль морского берега вслед за врагами и смог внезапно и незаметно приблизиться к тому месту, где Саладин встал лагерем со своим войском. Когда они настигли врагов, король дал сигнал своему войску готовиться к сражению. Рыцари и пехота первого фланга выстроились в боевом порядке. Там же к ним присоединились и братья-рыцари тамплиеры, которые были в Газе.

Рыцари, построившись в боевом порядке, были готовы двинуться навстречу врагу, в единодушном порыве негодуя оттого, что они видели вокруг только выжженные земли и убитых. И отважные воины с Божьей помощью все как один были готовы ринуться в бой. И увидели они впереди на небольшом расстоянии толпы врагов.

Был же приблизительно восьмой час дня 7.

Саладин же, увидев наших, которые быстро приближались с намерением дать бой, устрашился такого стремительного столкновения, которому раньше был только рад, и начал отовсюду созывать свои рассеянные по местности войска. Зазвучали сигнальные горны и бубны загремели, а так же команды, которые звучат обычно в таких случаях, и речи пылкие для ободрения бойцов перед столкновением.

Были там с королем Одо де Сент Аманд, магистр рыцарей тамплиеров с восьмидесятью братьями своими, князь Рейнальд, Балдуин де Рам и брат его Балиан, Рено Сидонский, граф Жослен, сенешаль и дядя короля по материнской линии. Было же всего около 375 рыцарей. И каждый призывал Божью помощь, видя впереди животворящее древо истинного креста, который нес в руках Альберт епископ Вифлиема 8 перед рядами воинов, которые мужественно приготовились к сражению.

Тем временем подтянулись те из врагов, которые рассеялись по окрестностям что бы грабить и подживать и их стало много больше. Но Господь не оставляет тех, кто надеется на него, и он наполнил наших воинов воодушевлением и дал надежду, что это будет не просто победа, но и избавление и проявление воли Бога. Враги же выстраивались в боевом порядке в колонну, которая вступала в бой первой, и за которой следовали остальные.

Глава 23. Сражение началось. Одержали победу над Саладином и обратили его с позором в бегство, навсегда внушив страх.

Тем временем обе армии приблизились друг к другу и вступили в бой, несмотря на то, что силы были не равны, и этот бой раньше казался невозможным. Далее наши мужественно наступали и небесная благодать, на которую они отвечали храбростью, помогла им сломить вражеские легионы, и потом, разбив врагов, наши обратили их в бегство.

Врагов же, которые безжалостно вторглись в наши границы, было числом, как мне удалось узнать и тщательно выяснить, истинно много: 26 тысяч всадников, не считая тех, кто сидел на вьючных животных и верблюдах. Из них 8 тысяч были превосходными воинами, которых они на своем языке называют «товаши» 9. Остальные же 18 тысяч были обыкновенными ратниками, которых сами они называют «карагулямы» 10. Из тех лучших всадников была тысяча, они были одеты в роскошные одежды желтого цвета поверх брони, такие же, как и у Саладина и это была его личная охрана, которая окружала его.

Турецкие правители и князья, которых сами они на арабском языке называли эмирами, имели обычно охрану из молодых воинов, которые были или рождены рабами, или куплены, или захвачены в боях и специально отобраны из пленных. Они проходили тщательное обучение военному делу, когда же они взрослели, каждый получал сообразно своим военным заслугам: им платили жалование и также щедро одаривали земельными владениями. При любом исходе боя их задачей было защищать и спасать своего господина, первыми вступая в бой. Таких они называют мамелюки.

И в этот раз охранники единодушно направили все свои силы на защиту султана, до самой своей смерти не покидая его. Тогда как остальные бросились бежать, эти охранники, проявив стойкость в битве, дали возможность бежать их султану, но сами же практически все были убиты.

Обратив врагов в бегство, наши начали преследовать их, и гнали их до самой ночи от того места, которое называется Монжисар, вплоть до тех болот, которые всеми называются Cannetum Esturnellorum 11.

Во время этого бегства наши гнали их убив12000 врагов или даже больше. Они гнали бы их и дальше и добили бы мечами остальных, если бы не настала ночь.

Те же, кто смог бежать с поля боя выбрасывали оружие и снаряжение, избавлялись от поклажи, оставляли раненых. И тяжеловооруженные и легкая конница, все убегали в меру возможности. Отступление было кровавым, и только наступление ночи было для них спасением. Для остальных же последствия были очень тяжелыми: их либо взяли в плен, либо зарубили мечами.

Из наших же лишь в самом начале боя погибло лишь четверо или пятеро рыцарей. Сколько же погибли пехотинцев, нам достоверно не известно.

Когда убегающие достигали вышеупомянутого болота, они увязали в болотной тине и в самой воде потому, что были, разумеется, в кольчугах и кованых солдатских сапогах. Они сбрасывали с себя все, что бы легче было продвигаться вперед, и в то же время что бы наши не могли воспользоваться их оружием или взять его себе в качестве трофеев. Но все же наши продолжали преследовать противника. Они преследовали их и той ночью и следующим днем. Тщательно обыскивали тростник и сами заходили в болото и баграми исследовали его, быстро находя то, что там спрятали враги.

Как я слышал от некоторых достойных людей, которые были тому свидетелями, за один день наши достали более сотни доспехов: шлемы, железные ножные доспехи и другие, менее важные вещи, но не менее ценные и полезные.

Достопамятное это сражение случилось, как знак милости Божьей, на третий год царствования короля Балдуина IV, в ноябре месяце, 25 числа (12), в день почитания святых великомучеников Петра Александрийского 13 и девы Екатерины 14.

Затем король вернулся в Аскалон, где ожидал возвращения остальных, которые преследовали убегающих врагов по всем дорогам и вернулись они только через четыре дня. Возвращались же они отягощенные военной добычей, с пленными, стадами верблюдов и лошадей, с военными палатками. И вслед за пророком с радостью сказано было: как веселятся во время жатвы, как радуются при разделе добычи 15.

Глава 24. Пошел сильный дождь, и стало очень холодно, это сверх сил измотало остатки убегающей армии, убив многих из оставшихся. Король вернулся в Иерусалим с победой.

Случилось же и ещё кое-что, что ещё очевиднее показало проявление божественной милости к нам. На следующий день и в течение десяти дней подряд шёл сильный беспрерывный дождь, и стало так необычайно холодно, что можно было не сомневаться, что сама стихия выступила против врагов.

Они также потеряли и всех своих лошадей, которые в течение этого трехдневного пребывания в наших границах не ели, не пили и даже не отдыхали, а так же верхнюю одежду и остальную одежду они бросили. Ко всем этим несчастьям прибавилось то, что у них совершенно не было продуктов, так что они сильно страдали от голода, холода и тягот пути.

Некоторых из них можно было встретить в разных местах, где-то больше где-то меньше, они были обессилены и слабы, так, что каждый мог безнаказанно выместить на них свой гнев. Большая часть из них была в смятении, ибо, не зная тех мест, большинство из них, слонялись и вместо дорог, которые привели бы их домой, выходили к нашим домам или как путники или как просящие.

Между тем, как мы говорили выше, неверный народ арабов, оставшийся с багажом возле города Ларис, увидев, какое поражение потерпели турки, были напуганы сообщением о поражении и тоже в спешке обратились в бегство. Также как и тех, которым удалось каким-то образом спастись от рук наших, их жестоко преследовали. И если кто-то из убегавших видел наших, то оставляли добычу свою, так что здесь исполнилось сказанное пророком: оставшееся от гусеницы ела саранча 16. Эти подлые люди, всегда готовые под чьим-либо руководством вступить в любую войну, и до тех пор, пока исход боя неясен, они смотрят издали, а когда видят, что одна сторона побеждает, они присоединяются к победителю и преследуют побежденных, что бы поживиться их добычей.

Ещё много дней потом их находили в лесах, горах и сами они выходили из своих укрытий. Иногда даже сами по своей воле сдавались нашим, когда встречали их, так как считали, что лучше попасть в плен или тюрьму, чем терпеть мучения от голода и холода.

Тем временем, король, распределив добычу и трофеи, как того требовал военный обычай и, вознеся благодарность Господу за проявленный им знак милости, поспешил в Иерусалим.

Саладин же, который с такой гордостью и множеством конницы пришёл к нам, возвратился, по воле Бога, всего едва ли с сотней всадников. И даже сам он, как говорили, ехал верхом на верблюде.

Хочу рассмотреть и взглянуть глубже на величину этого божественного дара, как дал нам от щедрот своих утешитель наш, и вся слава достается только ему.

Поистине, божественная рука была в этом, и если бы граф Фландрии, князь Антиохии, граф Триполи, и все то множество рыцарей, которые отсутствовали, были бы здесь, то они не стали бы, словно глупые люди в гордости своей говорить, если не на словах, то в сердце своем: наша рука высока, и не Господь сделал все сие 17.

Но теперь, как написано, по словам его: и не дам славы Моей иному 18, славу этой победы оставляет за собой, потому, что не во множестве слава, а в предназначении нескольких. Повторив милостиво чудо Гедеона 19, положил бесчисленное множество врагов, это значит, что он победитель, а не кто другой, чьей милостью один преследует тысячу, а двое обращают в бегство десять тысяч. Ибо ему принадлежит всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше 20, потому что так было явлено чудо его, что ни один человек не может причислить его себе.

Это был подарок божественной милости, а не человеческой силы: Ты простер десницу Твою: поглотила их земля 21. Величием славы Твоей Ты низложил восставших против Тебя 22.


Комментарии

1. Раймунд де Сен-Жиль (Raymond of Saint-Gilles) граф Триполи (1152-1187) (Раймунд III),

2. Современный приморский г.Ал-Ариш (Египет) на Синайском полуострове. Первая крепость со стороны Египта в Палестине близ Газы.

3. ал-Джавали (al-Jawali) по Д.Принглу; Рерихт также называет его Джавали (Dschawali).

4. Calcalia - Djaldjoulia по Таки-ад-дину Ахмеду Макризи (Катрмер Э. М. История мамлюкских султанов Макризи (Histoire des sultans mamloucks de l'Egypte, ecrite en arabe, par Makrizi, v. l p.256)

5. (Псалтырь, гл 76, стих 8-10)

6. (Псалтырь, гл. 93, стих 19).

7. Примерно между 13-ю и 15-ю часами дня по современному стилю.

8. Около 1110 г. по ходатайству Балдуина I перед церковными властями базилика в Вифлееме получила статус кафедральной церкви, а Вифлеем вместо Аскалона стал местом пребывания епископской кафедры.

9. или тоассины (вероятно, конные воины-лучники).

10. по Кл. Каэну это легкая кавалерия, по С. Лен-Пулю в буквальном переводе «черные рабы-суданцы".

11. Возможный вариант перевода "Гнездовья жаворонков" (или скворцов)

12. Дословный перевод: седьмой день до декабрьских календ (где 1 calendae -"первый день месяца")

13. Петр Александрийский (III-IV в. н.э.) — архиепископ Александрийский. Память в Католической церкви 25 ноября.

14. Екатерина Александрийская (287-305 г.) — христианская великомученица. Память совершается в Католической церкви — 25 ноября.

15. (Исайя, гл.9, стих 3)

16. (Иоиль, глава 1, стих 4).

17. (Второзаконие, глава 32, стих 27).

18. (Исаия, глава 42, стих 8).

19. Гедеон (персонаж Ветхого Завета) прославился тем, что с небольшим войском, избавил за одну ночь евреев от их врагов мадианитян, которых было очень много, и которые на протяжении семи лет угнетали евреев.

20. (Иаков, глава 1, стих 17).

21. (Исход, глава 15, стих 12).

22. (там же, стих 7).

(пер. Е. В. Вилковой)
Текст переведен по сетевому изданию: http://thelatinlibrary.com/williamtyre.html

© текст - Вилкова Е. В. 2011
© сетевая версия - Тhietmar. 2011
© дизайн - Войтехович А. 2001