Турция.

Турецкий флот, как пишут из Мальты, возвратился в Дарданеллы, ведя с собою около 30 греческих купеческих судов, которые удалось ему захватить. 16 из сих судов отбиты были у турок крепким северным ветром.

— Из Константинополя пишут: “Султан приказал посадить в темницу всех находящихся в сей столице персиян. Часть янычар отправлена в Азию, чтоб действовать против Персидской армии. В Эпир послан гонец, для отозвания командующего там [183] Паши, который определен губернатором Эрзерумским, для защищения Натолии от персиян.

— Командир французской корветы la Levrette, прибывший 2 ноября в Тулон, подтверждает известие о победе, одержанной греками над турецким флотом при Занте, и о том, что жители сего острова желали всеми селями помогать грекам, вопреки стараниям английского гарнизона. С острова Мальты отправлен в Корфу линейный корабль с 1.400 чел. английского войска.

— В Триесте носился слух, что греки взяли приступом Патрассо, потеряли притом великое число людей, и истребили весь тамошний турецкий гарнизон.

— По новейшим известиям из Kорфy, удалось Князю Маврокордато учредить в Сулии главное правление всего Эпира. (По другим письмам составилось также благоустроенное Правление острова Кандии). После сего сулиоты завладели двумя главными пунктами в Эпире: позицией при пяти колодезях, сильно укрепленном Али-Пашою, и замком Фапари командующим над гаванью Глихисом при устье Ахерона. Таким образом, они совершенно отрезали Хуршид-Пашу от Арты и заняли военную гавань при Ионийском море, что для них весьма важно.

— По партикулярным письмам из Сереса от 21 октября, турецкие войска, большей частью азиаты, захватили в окрестностях Салоники до тысячи греческих женщин и девиц, и отвели их на продажу в Салоники и [184] Константинополь. Из числа их четыреста умертвили самих себя, большая часть голодом; некоторые взаимно убивали друг друга, чтоб освободиться от варваров.

— Проходящие чрез Булгарию и Румелию турецкие войска силой принуждают живущих там христиан к вступлению в магометанскую веру”.

В Смирне ежедневно умерщвляют христиан.

— Находящиеся в Константинополе Сербские депутаты, по приказанию Султана, поса-Жеаы под арест.

Сообщаем подробное известие о победе при Термопилах, писанное к начальникам Пелопоннесским; “Почтеннейшие Архонты! С неописанным удовольствием извещаю вас о победе, одержанной нашими войсками на том самом месте, где некогда Леонид кровью своею запечатлел любовь к отечеству. Четыре Паши получили приказание обратиться к Пелопоннесу. Один из них, Бекир-Паша, разбитый и раненый при Палатамоне, умер в день приезда своего в Лариссу; прочие трое Пашей прибыли 20 августа в Цитун, 33-го ночевали в Молосе; 23-го отправлены были 6 Делипашей с 300 отборного войска для осмотра занятых нами горных ущелий; из них воротились в турецкий лагерь только 60 человек. На следующий день трое Пашей решились взять проход силою. Сражение началось чрез два часа по восхождении солнца. Первый удар неприятеля был самый сильный. [185] Деликанлисы, составлявшие передовое войско, атакованные спереди и с боков, долгое время выдерживали ужаснейший огонь. Наши войска, коим сопротивление турок наскучило, бросились с мечами в руках на варваров, но долго не могли обратить их в бегство. Сие упрямое защищение турок происходило от того, что сзади подходили к ним свежие войска, подкрепляли передние и не позволяли им отступать. Наконец храбрый Паласка с четырьмястами своих охотников кинулся из засады, и разрезал непоколебимые до того ряды врагов. Сей подвиг решил битву. Атакованные со всех сторон неприятели искали спасения в бегству; их преследовали неутомимо; вся дорога от Фонданы и Базилики до Молоса покрыта была мертвыми телами. Малое число спасшихся от поражения турок убежало в Цитун. При сем случае взято: 300 фур с провиантом, 7 пушек, 17 знамен, весь багаж, 32 прекрасные Арабские лошади, и еще великое число кавалерийскнх лошадей. Солдатам нашим досталась богатая добыча платья, оружия и денег. Храбрый капитан Гурас умертвил Мемис-Пашу собственными руками. Саим-Али Паша, тяжело раненый, унесен с поля битвы своими Делипашами. Воины наши, осматривая леса и ущелия, нашли еще множество турок, укрывшихся со страху Булукбахи-Фрассарис, албанец, размененный за месяц пред сим на храброго Георгия Диобунитиса, с обещанием не служить против греков, взят в плен и расстрелян. [186]

Вскоре обратимся к Цитуну. Термопилы 26 августа Анастасий Перонас.

— В Константинополе чувствуют великий недостаток в деньгах, ибо казна не получает доходов и из тех провинций, кои остались верными: тамошние Паши употребляют все деньги на приготовления к войне.

— Друзы, марониты, греки и другие жители Ливанской горы заключили между собою оборонительный договор против Паши Акрского, который угрожает им нападением. Сей варвар приказал разорить главнейший монастырь маронитов Св. Ильи Францисканский монастырь в Назарете. Французский консул в Агире тщетно противился сим насильственным поступкам.

24 октября янычары 71 оды или роты в Яссах напали на тамошнего жителя Гаджи-Мандироса в его доме и отняли у него три сундука с драгоценностями на 300.000 пиастров. Салиг-Паша немедленно приказал первое му Аге захватить виновных, и они отданы были под присмотр коменданту города, а похищенные возвращены хозяину. В тот же самый день после обеда, лишь только сей Ага лег отдохнуть, 160 янычаров той же роты напали на него, стреляли в него чрез окна и двери, и непременно лишили бы жизни, если б верный слуга не спрятал его в трубе. Между тем другой отряд той же роты напал на коменданта, который с трудом спасся в задние двери своего дома, и призвал на помощь 38 роту янычар. В тоже время [187] освободила заключенных грабителей, и между обеияи ротами началось на улицах жестокое сражение, продолжавшееся несколько часов. Многие Янычары были ранены и убиты. Наконец подоспел Паша Пашли-Ага с отрядом в тысячу человек, обещал сражающимся оказать всякое удовлетворение, и побудил их разоряться. Ночью зачинщики мятежа, по приказание Салиг-Паши, были взяты в своих казармах и без дальнейших разысканий казнены. Их товарищи на то роптали, но не нарушали спокойствия. Но в тоже время 38 рота, помогавшая начальству, потребовала, чтоб ей выдали 10-го человека из бунтовщиков, a всех прочих отправили на Дунай. При отходе почти спокойствие еще не было восстановлено. Каймакан Стефан Воиводы, поспешивший в город для восстановления спокойствия, был окружен бигтенсгавующими Янычарами, но появление Паши Пашли-Аги спасло ему жизнь.

В последних заграничных Ведомостях заключаются следующие известия из Турции:

— В начале ноября турецкий Рейс-Эфенди Гамид-Бей отставлен он должности и сослан в Азию, как полагают с секретными поручениями, по причине нападения персов.

— Инсургенты, взятые в плен в монастыре Секу, привезены в Константинополь. 32 человека из них казнены в разных частях города, капитан Фармаки в главной улице предместья Перы.

Английский генерал Сир Томас Гордон, вступивший на греческую службу, назначен [188] комендантом Триполиццы. Он прибыл в Грецию в августе месяце со многими английскими и французскими офицерами, и привез с собою великое количество оружия и военных снарядов.

Текст воспроизведен по изданию: Новости политические // Сын отечества, Часть 74. № 50. 1821

© текст - Греч Н. И. 1821
© сетевая версия - Трофимов С. 2008
© OCR - Трофимов С. 2008
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Сын отечества. 1821