«Оный Слесарев всем тем нещастливым приключениям... был самовидец»

Свидетельства современника о Пугачевском бунте

Предисловие

Крестьянская война под предводительством Е. И. Пугачева 1773-1775 гг. была самым крупным выражением массового социального протеста против помещичьего произвола во второй половине XVIII столетия. Феномен самозванчества, характерный для истории «бунташного» XVII века, неоднократно проявлялся и в эпоху «просвещенного абсолютизма» Екатерины II. Так, в 1765 г. в Воронежской губернии однодворец Гаврила Кремнев, объявив себя императором Петром III, ездил по деревням, приводя народ к торжественной присяге себе. Как Кремнев, так и другие, дерзавшие присваивать имя покойного императора (армянин Асланбеков, беглый солдат Петр Федорович Чернышев), после ареста властями были биты плетьми и отправлены на Нерчинскую каторгу. Когда в ноябре 1772 г. донской казак, участник Семилетней войны 1756-1763 гг. Емельян Иванович Пугачев появился в Яицком городке, он также назвал себя Петром III. Начавшееся как казацкое волнение, движение Е. И. Пугачева превратилось в Крестьянскую войну.

От имени «государя Петра Федоровича» русским и нерусским крестьянам раздавали отобранное имущество дворян и управителей-приказчиков, в том числе скот, соль и деньги. Но «ничего более четкого, чем туманный образ дикой первобытной свободы... идеологи движения дать не могли» 1. Поощряя самосуд крестьян над помещиками, бывшей администрацией и попавшими к ним в руки военными, пугачевцы способствовали выходу на поверхность самых темных человеческих инстинктов и страстей.

Именно об этих драматических в своей беспощадности событиях русской жизни 70-х гг. XVIII века повествует публикуемый ниже документ — воспоминания Михаила Слесарева, сына повешенного бунтовщиками Алексея Слесарева, управителя Саранской вотчины графов Воронцовых 2.

Автограф этого «мемуара» отложился в коллекции фонда Воронцовых среди документов хозяйственной отчетности в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА). Текст «Известия...» записан на листах с обеих сторон. Верхнее, нижнее, левое и правое поля одинаковые, около 1,5 сантиметра. Использованы листы одного формата и фактуры. Они довольно плотные, склеены в виде одной тетради. Белая бумага пожелтела от времени и достаточно ветхая. Чернила темно-коричневые, без блесток. Запись сделана одним почерком, который можно определить как скоропись. Выносных букв нет. Нет также клякс, помарок и описок.

Почерк, которым написано «Известие...», не похож на манеру письма ни Г. Т. Мещерягина, ни других графских приказчиков. 9 октября 1774 г. Р. И. Воронцов в письме управителю Владимирского имения Г. Т. Мещерягину (получено в селе Андреевском 23 октября) требовал отправить в Москву к начальнику графской Домовой конторы Прохору Антипову «Слесарева сына... для письменных дел». В повествовании Михаил Слесарев упоминается в третьем лице, но на основании своеобразной преамбулы и концовки («Знаю начало, а конец видеть остановилось») можно предположить, что запись сделана самим Слесаревым.

При публикации сохранены орфография и пунктуация рукописи Михаила Слесарева. Точки заменяются знаками (:/ или ;/).

Названные стилистические особенности текста могут затруднять его восприятие современным читателем. Сын управителя начинает рассказ с того, как при занятии Пугачевым города Алатыря из Саранска бежали дворяне, в том числе местный воевода Алексей Ильич Шувалов. Путь их лежал через [6] село Иса, где приказчик графов Воронцовых Алексей Слесарев предоставил семье воеводы ночлег в господском доме. Шуваловы не успели уехать — исенские крестьяне задержали их, а потом отвезли в Саранск к Пугачеву. Отца там повесили, а сын, «спасая жизнь свою, пошел охотою в казаки». Так поступить был вынужден после гибели своего отца и Михаил Слесарев. Впрочем, о происшедшем расскажет сам автор.

Публикатор считает своим долгом выразить признательность за содействие при подготовке материала к изданию Ирине Борисовне Стрижовой, младшему научному сотруднику НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия.


МИХАИЛ СЛЕСАРЕВ

«Известие...»

Известие из Саранской их сиятельств Государей графов Александра Романовича и Семена Романовича вотчин селе Исе 3, в каковых она по приходе злодея Пугачева в оные места расстройствах, бунтовствах и смертоубивствах была, и что именно происходило, и чем и как решилось, значит ниже сего. Что всю (всё) пересказано бывшего во оном селе управителя Алексея Слесарева сыном Михайлой Слесаревым, села Андреевского 4 их же конторщику — всею Матренинской волостью управителю Григорью Мещерягину, ибо оный Слесарев всем тем нещастливым приключениям до самой поездки в село Андреевское был самовидец.

1. 5 Месяца июня 25 дня

Начало зделалось сим образом.

Онаго 25 числа чрез село Ису господа дворяне услышав, что Пугачев в город Алатарь, кои от города Саранска состоит в 80 верстах, то они из Саранска, где бы спасти жизнь свою от грабителя того злодея Пугачева, ехали в разные места через село Ису:/ По коей оказии крестьяне исенские, уведав о притчине действительной тех господ из Саранска уездки, почему духи новые в вечеру оного числа в них исенских крестьянах и посеялись, да и к возрастанию того злодеяния и о недальном разстоянии осведомлению, случай подал приездкою в село Ису прежде бывший в городе Саранске воевода Алексей Ильич Шувалов знать/; Разумея что и он от тогож уехал со всем домом, то есть с сыном и со всем своим именем 6 и людьми:/ коего застигла ночь в селе Исе, почему он и ночевал у Слесарева:/

2. Июля 26-го дня

Поутру сего числа ничего от крестьян дурного, а паче доброго слышно не было, а после святой литургии 7 вышедши они крестьяне из церкви, коих во оной столько было, что ни праздникам в праздник, то есть в день Христова Воскресения такого многолюдства в церкви не бывало, и старой с малыми, пришед на господский дом послали в покои выборного 8 Алексея Юдина, приказали притом ему чтоб управитель Слесарев к ним вышел, кое послушание от управителя своего они и получили; и на первой встрече голосы подали управителю сии: 1 почему-де ты строил хутор и подпаривал 9 под яровое поле землю, и тем-де нас раззорял, на что и предъявлены им были от него те его сиятельства повелении 10, по которым вопрошаемые крестьянами работы производимы но только без малейшего, однако ж, им раззорения были, итак для им доверенности отдал Слесарев прочитать, созванному ими же крестьянами попу кои прочитав сказал что действительно по воле графской чинено было, но вместо того чему бы верить они Слесареву сказали вольно де тебе самому написать и читая нам себя тешить потом большая толпа пошли вон из двора, а малая толпа ж но, однако ж, первые горланы взошли в покои где Слесарев жил и начали обирать крепости 11 /повелении их сиятельств/ и словом, все письменные дела, а потом поклали в сундуки и унесли в церковь. Как скоро оное сделали, и обе толпы вместе сошлись, то определили круг всего двора даже и в покои караулы, приказав притом чтоб господина воеводу Шувалова кои еще не успел, а видно, так уже промыслом Божиим вон в путь им воспринятый из Исы выехать управителя Слесарева, словом, ни одного человека вон из двора не выпущать а сами друг за друшкой по переменкам ходили обедать / и все потом [7] у господского двора з большим шумом и криком, да еще и весьма пьяные, дожидались вечеру, в кое время выбрали казака Данилу Саратовцова и одного мужика, послали на господских лошадях в город Саранск о проведовании зверством наполненного вора Пугачева, куда именно его прибытия [следует ожидать. — Дм. Б.], откуда посланные, возвратясь, шуму и крику крестьянскому известием своим дополнили волнование, чрез что посеянное в них уже стало возрастать, ибо как услышали что вор Пугачов в Саранск пришол то они опять на господский двор всею партиею пришед, и остановили хоромы 12, из числа коих человек с 20 взошли внутрь комнат и начали говорить управителю Слесареву сие зачем-де ты у себя воеводу держишь а потом ухватя оного воеводу за волосы и в том числе кто за что ни взял потащили вон, и посаде его с сыном в коляску и повезли его на его ж лошадях, а куда, того еще неизвестно было, а именно казаки Яков Клещевников, Андрей Сосин, столари 13 Гаврила Уханов, Федор Стешин, сотник Корнило, итого 5 человек./ Казаки на шести лошадях, верхами и с ружьями, кои у него воеводы обрали, а столари с ним в коляску и в кибитку сели. После чего на Исе крестьяне стали переговаривать чтоб и управителя Слесарева туда ж везти о чем человек его Слесарева Захар услышав донес Слесареву; что крестьяне подслушав, взошли в комнаты, и стали Слесареву на его человека, оного Захара, объявлять, подвидом плутовских вымыслов, будто он хвалится всю Ису зажечь и не приняв от помянутого человека справедливого оправдания сказали Слесареву что-де он тебе на нас наговаривает то есть шпионничает и взяв человека оного сковав в цепь посадили в судную избу, после чего вся крестьянская толпа была без сходно 14 на господском дворе, и должностью обладали характера Слесарева:/

3. Июля 27-го дня

С самого дни оного утра до обеда крестьяне с шумом прибывали как во двор, так и вне оного, а в обедное время из возимых воеводу с Исы столарь Уханов в кибитке парой буявым образом взъехал на господский двор и вылес из кибитки держит голую шпагу в руках кои и подошедшей всей толпе крестьянам объявил что-де наш батюшка Петр Федорович воеводу коего мы возили в Саранске повесил, а сын его пошел к нему в службу в казаки и притом слышно было что все его воеводы пожитки и деньги, сих гораздо много было возители разделили по себе и так по оным его Уханова речам всю крестьянское собранство закричали, подобно как бы наказанием Божиим земле трясение появилось и по наружной видимости у всех на злодеяние воскурились сердца что в них тогда не погасло, но еще умножилось ибо взошед они столько сколько могли уместиться в покои взяв управителя Слесарева таким же образом как и помянутого выше сего воеводу потащили вон ис покоев с тем чтобы везти его в Саранск на жертву врага нашего и разбойника Пугачева, и к тому подошел на плач Слесаревой фамилии столарь Уханов коему сын Слесарев Михаила пал в ноги просил, чтоб отца его не возить на что и было Ухановым объявлено крестьянам чтоб [8] его в город не возили, а потом проговорил управителю Слесареву надо-де тебе команду 15 нашего батюшки коя сюда быть намерена встретить а батюшка наш Петр Федорович сам на Ису не будет;/ во исполнение коего Уханова Слесареву объявления вышед он из господского дому со всем своим домом к церкве и с приготовлено вынесенному уже из церкви святыми образами и при них для того же готовыми попами пошли со всем народом за господский дом в поле да оный Уханов опять поехал в Саранск за генералом Сипягиным, кои тогда везен был и с ним еще другой незнаемый господин в карете других господ крестьянами да позади оной еще 2 кареты ехало ж да в них сидели крестьяне, так же и в колясках дву крестьяне ж сидели;/ и вскоре ж увидали злодейскую партию ехавшую верхами в уборе казачьем двенадцать человек; и подъехав ко встречающим начали спрашивать крестьян о управителе что-де сей у вас за человек на что со стороны крестьян ответствовано, он наш де приказчик, кои нас бил не на живот, а на смерть, и не хотел всех нас вживе видеть, на что злодейские казаки объявили, чтоб все встречники воротились назад и приказчика вели б в дом господский куда и они поехали что крестьяне от казаков услыша, взяв управителя Слесарева, жену его и сына связали руки назад повели в дом господский за казаками, а казаки взъехали прежде на двор, увидели Слесарева человека в цепи спросили о притчине вины его, на что он объявил что де крестьяне посадили кои и выпустили его вон, и велели в казаки ему идти. Как же скоро управитель Слесарев пришел в дом господский, то уже все его сундуки раскиданы и опростаны валялись по двору похищенные от крестьян и до взъезду еще злодея Пугачева казаков на двор и подвели всех трех связанных к крыльцу хоромному, где казаки начали с угрозами требовать от управителя Слесарева денег кои видя конец жизни своей, сколько денег ни было, все им отданы были; сверх коего числа еще требовали, но за неимением уже их дать нечего было; вместо чего крестьяне им объявили что де у него много ружей, почему казаки 8 ружей взяв, пошли, и связанных трех персон повели крестьяне за казаками ко вдове Арине Жемчужниковой, и так же и с нею поступили как у крыльца со Слесаревым то есть требовали денег, от коей и дано им было 50 рублев из оных же 12 человек отлучившихся тогда для выбрания как казенных 16 12, так Слесаревых 3 и вдовы ж трех же, итого осьмнадцати лошадей, пришли ко вдове ж Жемчужниковой и требовали денег, от коей вместо дачи услышали что де сколько было денег вашей братьи казакам теперь отдала, кои ухватя ее за волосы, вытащили вон из покоев во двор и плетьми мучительски били, а к тому приложили еще крестьяне пластырь сей, что де ее муж нас бил не на живот, а на смерть, чем больше казаки и озлились положили намерение ее повесить, однако Божиим так соизволением, оставя ее тут сами пошли по двору грабить а она видя спасение жизни своей открытую дорогу к побегу, что и учинила со всеми своими детьми и укрылась у пахотного конюха 17 Василия Силантьева в доме. Села же Исы крестьянин Василий Малышков подошед к злодеям казакам просил их, будто выборный Алексей Юдин взял с него денег во взяток, а когда того не предъявлял 10 рублев, чтоб оказали над ним за то злодейский свой поступок, на что казаки объявили ему свою резолюцию чтоб вместо 10 рублев шел выборного Юдина в дом и взял бы то что ему поглянется, а сверх того велел зделать с ним тож 18 крестьянину угодно будет почему проситель с товарищами взяв выборного Юдина за бороду, и привели к погребу, и на застрехе 19 повесили. А казаки возвратясь к вдове Жемчужниковой хотели намерение свое исполнить, то есть повесить, коей за побегом найти тогда не могли, на что крестьянам они и приказали чтоб вдову Жемчужникову сыскать и под крепким караулом до другого их же казаков сюда приезду держать; потом крестьяне, приступив к казакам просили, чтоб имеющуюся в селе Исе в анбаре казенную соль позволили по себе всю разделить, на что они им и приказали не только соль всю по себе разобрать но и анбар весь по бревну раскидать, что же посему крестьяне зделали, о том завтрешнего дня будет писано. А казаки подошед к сему связанному управителю Слесареву и приказали крестьянам вести 20 его в город Саранск, кои с надменным духом посадя его Слесарева в кибитку, и вместе с казаками повезли, а извощиком был исенский казак Данила Саратовцов, коего сын Слесарев Михаила просил об избавлении отца своего от смерти, на что он и обещался известь от оной погибели живота после чего жену и сына сего для того что обещался итти в казаки развязали из числа же 12 человек казаков 1 остался и был на Исе до вечера дни, к коему исенские крестьяне приходя просили о лошадях, что они их у себя не имеют по которой их просьбе он им объявил чтоб брали из конного господского заводу таких какие им любы и надобны, а сам потом поехал за своею братьей в Саранск, платье женское, разграбленное у фамилии Слесаревой и вдовы Жемчужниковой, юпками лошадей покрывали и вместо шероваров на себя надевали, а прочее в тороках 21 повезли. После же оных казаков крестьяне конного заводу всех кобылиц и жеребят, также и одного приведенного из Андреевского аглинского 22 жеребца, затем только оставя на Исе 12 жеребцов, погнали в город Саранск, проговаривая при том, что-де нас за оное батюшка Петр Федорович, как к нему пригоним, будет жаловать. И не догоняя г. Саранска по окружным дороги местам всех лошадей растеряли и к Пугачеву ни одной лошади не пригнали. Жена Слесарева и с сыном после оного находились в господских покоях, а сноха 23 с малолетним ее сыном [9]и племянница Слесарева, во время попала сего дня злодеями поступок, бежали и быди тринадцаь дней безвестны; о явлении коих ниже сего будет писано. после сего оного дня приключения вечер крестьяне и с ночью провождали в большом пьянстве икрыку:/

4. Июля 28-го дня

На самом оного дни разсвете крестьяне вдову Жемчужникову с детьми привели в дом господский, которую нашли в первый раз у пахотного конюха Силантьева в доме, за держание ее хотели крестьяне оного Силантьева бить, однако ж того не делали. Откуда опять она у них из рук ушла и спряталась было на мельницу, где и переоделась в крестьянский убор, то есть сарафан, но и тут плуты крестьяне и Пугачева комисионеры нашед и привели, как выше сказано, в дом господский; и стали караулить, после того весь оной день провождали в пьянстве и шумстве, открыли государевой питейной дом и как вотку, так вино и пиво начали пить, от чего и целовальник 24 бежал. Также и соляные казенные анбары открыли ж и имеющуюся соль всю по себе на каждую душу по 11/2 пуда разделили, и не только одни исенские крестьяне, но и других жительств крестьяне ж, а именно госпожи Долгоруковой села Долгорукова, господина Бестужева села Бестужева, господина Кошкарова села Кошкарова, графа Шувалова села Костыляй; брали по такой же мере или весу, а вместо соленых целовальников вступили исенские крестьяне Петр Голохвост, сей отдавал из анбара, Филипп Алексеев, Тимофей Петровский смотрителями и щетчиками были, чтоб лишнего кто не взял. Исенской поп молодой не хотел было соли брать, за коим оные целовальники пришед, сказали, зачем-де ты соль, кою нам батюшка Петр Федорович пожаловал, не хочешь брать, так разве хочешь повисеть на кресте, чего поп убоясь и исполнил их плутовскую волю. Потом из погребов господских управительское пиво бочками вытаскивали и выпивали, а бочки пустые начнут по двору катать, и разных видов оного дня поступки, кои нимало не уступали врага нашего Пугачева зверстного своею злостию над ними, бывшими властями;/ оказывали, и продолжали до другого дня:/

5. Июля 29-го дня

Что вчерашнего числа делали, то и сего дня чинили, с приумножением шуму и крыку, а более в делении происходило соли, кто не добрал, тот с тем, кто перебрал, крычал:/

6. Июля 30-го дня

Сего числа управителя Слесарева человек Захар, вдовы Жемчужниковой человек Тимофей Яковлев, еще конюх Максим Клещевников, сии ездили в село Бестужеве расстоянием от Исы 4 версты, на жеребце, которого и задушил 25 до смерти, затем осталось на Исе 11 жеребцов, и крестьянин Степан Малышков, итого 4 человека, отлучились из дома поутру рано, и по второму часу дни привезли живущего расстоянием от Исы в 12 верстах из села Троицкого господина с женой, а как именами и фамилией, того неизвестно, да еще из Каменного Броду господина Мневского в коляске, что же с ними учинено, о том ниже сего будет объявлено, и притом в телеге денги и вещей серебряных, что всю помянутой Малышков проворством своим, а именно, первые три человека повели оных господ в дом господский, а оной Малышков сел в телегу и уехал с оною добычею в дом свой, у которого же господина оная добыча взята была, того подлинно не известно, а по примечанию оказывалось тогда, что из дому господина Мневского. После чего оного же дни вскоре Пугачевой партии на Ису в господский дом приехало 5 человек и реченного господина с женой вывезли вон из двора к деревне Симанской 26 в поле, где и отрубили им головы, а Мневского господина сын пошел охотою в казаки, чем и спас жизнь свою. Откуда опять они приехали в дом господский, и с пришедшими в комнаты исенскими многими крестьянами, равно и с попами, пьянствовали, и друг друга поздравляли с батюшкой своим Петром Федоровичем. При выезде же из села Исы, оные казаки приказали крестьянам, чтоб они всем дворовым людям выдавали месячину 27, чем отъезд свой для дворовых людей и сделали памятным, ибо от несенного немалое время голоду протчие совсем было изнемогали; да с ними же пошли в казаки и уехали управителя Слесарева человек Захар да вдовы Жемчужниковой два человека — Родион Глебов и Тимофей Яковлев, конюхи Максим Клещевников, Иван Болда, крестьяне Артем Анофриев, Кирило Логинов, итого семь человек; из числа коих вдовы Жемчужниковой люди, спрятанное оной вдовы добро, похитив и с тем всем бежали:/ [10]

7. Июля 31-го дня

Сего дня с начала и до совершения исенские крестьяне вступили в дележ всего господского рогатого и мелкого скота, и в конной весь снаряд, то есть хомутов, узд, шор и с протчими упряжками, також из анбаров хлеба, масло коровье с постным, в хоромах обдирали со стен обои и панели, а с потолку холст, и как управителя Слесарева коляски, так и у вдовы Жемчужниковой равное же с протчиею упряжкою, и все сие повытаскивали за двор на площадь, с колясок и линеек обдирали кожу и железо, а потом разделили по себе, и сим дележом сей день препровождали:/

8. Месяца августа 1 -го дня

В самую полночь на оный день казак Клещевников из города Саранска в село Ису приехал и бывшим на господском дворе крестьянам приказал, чтоб они разошедшихся по домам свою братью крестьян же всех поголовно поутру собрали, и приготовляли б для приездки Пугачева партии обедать; что со стороны крестьянской и учинено было, и обед приготовляла присланная из села Андреевского столаря Андрея Иванова жена по прозванию Камчатка; а по утру оного дни рано, прибыла Пугачева на Ису партия, содержащая в себе число людей человек 30, кроме исенских оного казака Клещевникова, столарей Гаврилы Уханова, Федора Стешнева, крестьянина Андреяна Сухого, да с собою оные казаки привезли саранского воеводу Протасьева в кибитке, а жену его в простой телеге, да еще в колясках восемь дворянок девушек. Казаки все взошли в господские хоромы, и приготовленное кушанье вместе с исенскими крестьянами стали есть и пить, поздравляют при том друг друга с батюшкой Петром Федоровичем. Из числа осьми шесть девушек дворянок с ними принуждены были обедать, коим положены были лошки обыкновенно деревянные крестьянские, однако теми лошками девушки не кушали, то плуты и принесли дюжину серебряных ложек. И столько над ними ругались, сколько им, плутам, хотелось, и напоили их пьяных, и оставшие две девушки хотя и были на то принуждаемы, однако не пошли. Во время оного их обеда воевода прислал находящемуся тут в партии воровской полковнику с прозьбой, что ему, будучи в одной рубашке, сидящему в кибитке, невтерпеж стало от стужи сидеть, на что ему злодейской оной партии называемой полковник велел объявить сие, что-де он воевода умел людей и зимой босых ставить на снег и тем морозить, а сам де и летом говорит, озяб, чем прозьба и оставлена без удовольствия. После обеда помянутой полковник, призвав вдову Жемчужникову, содержающуюся до оного время под караулом, и стал допрашивать, для чего она прежде как оной полковник был на Исе, от него бежала, на что в ответ от нее объявлено было, что-де у страха глаза велики, на что судья воровской партии покрыл сим: ваши-де мужья крестьян как били не боялись а вы так теперь и смерти стали бояться, и указал тогда тут же на стоящую управителя Слесарева жену и с сыном говорил так: для чего они не бегали, да еще сын старухи оной хотел итти и в казаки, и тем нас обманул, не пошел, да и то не бегает и подошед к сыну Слесареву, объявил: я тебя дарую животом с жизнию, для твоей старухи матери, кого ты умей кормить, а за тем самым и с собою не возму. После чего обратился опять ко вдове Жемчужниковой и требовал от нее денег, коя пошед и вынесла золотых триста рублев, и золотой же с бриллиантами перстень, что все и отдала оному злодейскому полковнику, кои от нее приняв, приказал исенским крестьянам, чтоб управительшам и дворовым людям никому и нисколько хлеба не давать, а вдове Жемчужниковой объявил, что Бог тебя простит, и дарую тебя животом, после чего оной злодей, называмый полковник, взошед к своей партии казакам и крестьянам в хоромы, поднялись все и поехали вон из села Исы, да повезли с собою воеводу з женою, и девушками дворянками, а тех, кои с ними обедали, посадили верхами. Путь их был в город Пензу к Пугачеву, ибо Главной оной злосеятель Пугачев, как был в городе Саранске, услышал, что правоверной стороны полковник Михелсон 28 разбил его партию и следует в Саранск, чего испужась и поехал из города Саранска в Пензу, куда и оные следовали, и с ними исенских двое столарев, о именах коих выше сего было упоминаемо, уехали, а казак Клещевников, крестьяне Андрей Сухой 29 и Максим Артабалевский, остались на Исе, чрез коих спознали, что управителя Слесарева, как в Саранск привезли, так и повесили. А о девушках тех, коих верхами с Исы повезли, слух пришел, что две упали с верховых лошадей, кои и заколоты пиками, суть вину нашли к их смерти, что де они не казачки, и не умеют верхами ездить.

9. Августа 2-го дня

В сей день села Исы от крестьян кроме пьянства, шумства и крыку ничего не произходило. [11]

10. Августа 3-го дня

Сего числа из города Саранска в село Ису прислан был порутчик с командою для увещевания крестьян и возвращения от заблуждения их на истинный путь, и читал им о том указ, что выслушав, объявили они ему сие: вольно-де вам указ оной в Саранске написать и нас тем обманывать, теперь де вы опять в Саранском ожили, а прежде сего так вас не могли и сыскать. Потом порутчик от крестьян по данной ему из канцелярии записке требовал крестьянина ж Максима Артабалевского, казака Якова Клещевникова, и двух столарей, по коему его требованию первого Артабалевского привели к нему, а Клещевников в то же время бежал. А столари как выше сего значит, пошли в казаки. И приведенного Максима Артабалевского поручик начал допрашивать куда он, как воеводу в лесу нашел и отдал в руки Пугачевой партии, пожитки употребил; на что ответствовано им Артабалевским было, что-де спрашиваемые Вами пожитки я отдал деревни Мураевки мордвам, а сам де взял себе только 2 лошади и полушелковый кушак 30, и с оным допросом порутчик, оставя оного крестьянина Артабалевского на Исе, и з добычей;/ Поехал обратно в город Саранск.

11. Августа 4-го дня

Оного дни все исенские крестьяне находились в пьяном образе, шумстве и ссорах.

Поступки Якова Клещевникова.

12. Августа 5 - го дня

И в сей то же, толко по всей Исе пронесся слух, что казак Клещевников как в 3-м числе значит, бежал и около Исы состоящих разных жительств, набрал подобных себе плутов людей сот пять человек, и срядил их по-казачьи, то есть волосы остриг, а посадя верхом, у кого было ружье, тот с ружьем, а у кого пика, тот с пикою, а Клещевников сделался над оной партией полковником, и поехали в город Инзару 31, где как слышно, с неделю жили, разумея, что он, Клещевников, оным городом обладал:/ и нимало отставных военно-инвалидных, а особливо чиновных людей, где кого найдут и привезут в Инзар к Клещевникову, кои или повесит, или голову отрубит, или пиками заколет.

13. Августа 6-го, 7-го, 8-го дней

В оные дни Исенские крестьяне как услыхали, что Клещевников в городе Инзаре с многолюдством, да еще и полковником, то посылали к нему з жалобою, что от города Саранска наезжать на Ису команды и их притеснять стали, и просили его от того им избавления. Почему он Клещевников туда со всей своей разбойнической партиею и поднялся, а больше чтобы показать, что он злодея Пугачева не последний комиссионер, после же себя в городе Инзаре оставил злоумышленных два указа под видом, якобы они к нему от Пугачева были писаны. И оного 8 ч 32 на Ису с пятью сот человеками приехал, как же скоро показался близ Исы, то тот же самой час все крестьяня взошед в церкву и вынесли обще с попами и дияконы одеянными в ризы, Божия образа, и пошед за село, встретили оного плута Клещевникова и его партию с колокольным звоном, сам Клещевников и другой такой же, называемый полковник с есаулы встали в господские покои, а команду свою среди улицы расстановили:/

14. Августа 9-го дня

Сего числа Слесарева сноха с малолетним ее сыном и племянница, кои были с 27 июля по сие число и того 13 дней, от злодеев спасая жизнь свою, в укрывательстве, первая ходя по степи многие дни без всякой пищи, а другая в селе Исе у крестьянина Ивана Шураева 33 в доме коего крестьянина сын ее держал, так что и оной Шураев не знал, ибо он такой же бунтовщик был; а плут Клещевников с партиею, будучи еще на Исе, веселился, ездя по партии своей верхом, коему с барабанным боем и честь отдавали, и в оное число приехал за своими надобностями из вотчины генерала Сипягина приказчик на Ису, коего исенские крестьяне привели к Клещевникову, да еще из незнаемого месту Пензенского уезду крестьяне ж земчиху старуху привезли [12] на нарочную мерскую жертву 34, по коем приводе злодей Клещевников и повесил обеих 35 в селе Исе подле господского двора на качелях, после чего, оставшие как осмого числа в пункте значит, в городе Инзаре двое казаков с написанными двуми им же Клещевниковым к себе, под видом якобы от Пугачева указами, в село Ису приехали, для чего крестьянам и был поголовный наряд, чтоб шли все в церкву к обедне. А по обедни вышед, то их всех остановили у церкви, коим той же партии земским привезенные указы и читаны. А в них сие содержание написано было в 1) жалует вас батюшка государь Петр Федорович головами и бородами, первых чтоб пучки незавязывать, другого не брить, а есть ли кто будет завязывать волосы и брить бороды, тем приказал резать вместо волос и бород головы во 2) Буде кто курит трубку табаку, то резать губы. Кто же нюхает табак, тому резать нос. Так же тут было приписано сие а тебе, полковнику Клещевникову со всею партиею как наивозможно поскорее и не мешкав ни одного часу, ехать ко мне, то есть к Пугачеву то всю выслушав, начали молить о Пугачеве богу, после чего стали просить Клещевникова, чтоб прежде уездки к Пугачеву он со всей своей партиею пяти, да еще на Исе к дополнению пошли в казаки сто, итого 600 человек ехал в город Саранск, и его б весь раззорил и выжек, а паче судебные места, от коих к ним команды наезжают, и наконец жития им от тех судебных мест не будет вечно уничтожил. На что Клещевников ответствовал им, что де вы слышали присланные от батюшки ко мне указы, коими повелевает, нимало не мешкав, ехать к нему. Указы же в таком сей плут Клещевников написанные в Инзаре разуме оставил, знал наперед, что исенские крестьяне его как звали с Инзары на Ису, так тогда просили Саранск разорить, то и опять, будучи на Исе, будут просить о том же, а если по их просьбе делать ему, то слышал, что в Саранск команда казаков пришла, чрез коих ему никакой, кроме погибели, удачи не будет, после всего оного им во удовольствие и их прозбы объявил, что де вы не будете оставлены, и я вместо себя здесь оставлю таких людей, которые вас немало в обиду не дадут, чем и провожден сей день с большим пьянством и стрельбой из ружей, а особливо крестьяне в наибольших радованиях и веселостях были, что слышали милостивые указы от плута Пугачева, а ими щитаемого государя.

15. Августа 10-го дня

Сей день была Иса в таких же мерских торжествах, как и в оной, и турок 36 Клещевников при своей команде за долгую на добычу поездку и с барабанным с боем наказывал плетьми, в чем много смеху представлялось.

16. Августа 11 -го дня

Сего дня до обеда Клещевников с партией, состоящей в 600 человек, выехал из Исы опять в город Инзар, а при том своем отъезде приказал всем исенским также и посторонним крестьянам, чтоб у них от старого до малого человека у всех были пики, и когда их потребуют на означенное им к защищению их есаулы, то б все шли с пиками, в случае неимения пик будут жестоко сечены; также команда Клещевникова разбойническая, взошед на двор господский, из оставших 11 жеребцов, как в 30 числе июля значит, разобрали по себе девятерых, из числа чего двух жеребцов и самых лутчих тут же застрелили, коих Клещевников на мясо и отдал татарам, затем на Исе осталось и теперь на лице негодных 2 жеребца, разобранных же крестьянами месяца июля 27 числа кобылиц всех конюх Илья Ларионов оной партии указал, коих от крестьян и отобрали, сам же плут оной конюх Ларионов хотел ехать с ними в казаки, однако не поехал и остался в селе Исе, а во всю его Клещевникова 4 дни на Исе бытность пищу как для себя с другими полковниками и есаулы, так и для всей своей партии, имели все из господского, и убили оного господского скота, две, да управителя Слесарева одну, итого трех коров, овец господских же с десяток. (При самом своем отъезде, за курением Слесаревым сыном трубки табаку, Клещевников против силы 37 своих указов, хотел обрезать губы, в чем однако ж, простил 38. 3 дороги прислал Клещевников исенским 2 крестьянам, а именно Максиму Артабалевскому, и Ивану Андрееву указ, кои они получили в самую полночь и самого того часу, ударя в набат, и созвали всех крестьян, коим ночью же оной указ и прочитали, где написано было следующее: есаулам нашим Максиму Артабалевскому и Ивану Андрееву оставлены вы на место меня на Исе для обережения мужиков, которыя б вам были послушны, также и сторонние, и друг дружке имейте подавать во всем помощь, а наконец, писарь по приказу полковника Якова Степановича, полковой писарь Федор Богданов. [13]

Поступки есаулов

17. Августа 12-го дня

А оного дни поутру весма рано написаные два есаула, приказав на Исе, чтоб все крестьяне пики себе делали, от коих и исполнено, ибо созвав всех на Исе имеющихся как дворовых, так и на крестьян 39 кузнецов, кои им пики и поделали, кому же недосталось, тот шило воткнет в ратовище и с тем воевать был в готовности. А сами есаулы поехали с полученным указом по всем около Исы жительствам, и тем всем оной объявляли, кои и оказывали им толь скорое и всякое послушание, с уничижением к подчиненности и повиновению их всех к ним, с чем и возвратились в село Ису, и поставили отводные около всей Исы и весьма дальние караулы, чтоб из города Саранска кто из военных людей ни ехал, всех ловя, приводить на Ису, где есаулы ударили в набат, почему и сошлись все крестьяне, потом посланные с капралом 40 письма все, от него отобрав, прочитали, а кто читал, того неизвестно, кои и оставил есаул Артабалевский у себя, а капрала били смертельно и держали до рассвету под караулом.

18. Августа 13-го дня

Сего дня поутру реченного капрала взяв, привязали на шею ему камень и бросили в реку Ису.

19. Августа 14-го дня

В сей день пришед к есаулам исенских крестьян два мальчика и объявляли, что они ходили в поле лен брать и видели человека, который пошел в конопли, на что есаулы ударили в набат и все крестьяне съехались к господскому двору верхами с ружьями и пиками и поехали по оному мальчиков объявлению искать в поле человека, в чаянии что вор или из солдат; однако никого не нашли, а уведомленось 41 опосле, что исенская баба ходила свой лен брать.

20. Августа 15-го дня

Сего дня исенские 2 крестьянина, будучи в кабаке, ибо уже опять целовальник приехал на Ису, и напились пьяные, подрались а за отлучкою с Исы есаулов в вотчину к генералу Сипягину за лошадьми, пришли оные два крестьянина к гранадиру 42, присланному из Петербурга Филиппу Сергееву судиться, кои присудил было виноватого повесить и приказал подать для того веревку, однако Бог до сего злого намерения его не допустил, и крестьянин остался по старому в целости.

21. Августа 16-го дня

Сего числа господина Щербачева села Украинцева в селе Пятинах, кое от Исы расстоянием состоит в 16 верстах, поймали ехавшего из города Саранска в город Керенск с указами сержанта, коего взяв связали и привезли в село Ису, на решимость к есаулам, которые, получа его, били смертельно, и посадили в пустую избу, где и сидел с того по 18 число, т. е. двое сутки, а указы то же обрав прочитали и удержаны Артабалевским у себя, а что с ними он, равно и с пойманным сержантом [сделал. — Дм. Б.], то о указах в завтрашнем, а о сержанте в 16 числе будет писано.

22. Августа 17-го дня

Сего числа, реченные есаулы выбрав из крестьян одного человека Емельяна Афонасьева и послали в телеге на господской лошади с оными канцелярскими письмами искать Клещевникова, что б он, их прочитав, и приехал бы на Ису для защиты города Саранска от команд со всею своей партиею, которого посланный расстоянием от Исы в 300 верстах в селе Головинщине, кое он также обладал, и нашел, и посланные канцелярские указы ему отдал, кои земским и были Клещевникову читаны. [14]

23. Августа 18-го дня

Сего дня поутру посаженного в пустую избу как в 16-м номере значит сержанта, есаулы, выняв, и били смертельно, после чего крестьяне повезли его в поле, где и закололи пикой. Оного ж дни в самой полдень из села Долгорукова разстоянием от Исы в 8 верстах двое крестьян приехали на Ису к есаулам с объявлением, что к ним в село пришла из города Саранска команда за хлебом. И просют оные объявители от есаулов подмоги, чтоб команду умертвить. На кое их объявление есаулы ударив в набат, и крестьян набралось верхами с нарядом ружейным и с пиками сот до 6, в том числе были из вотчины господина Щербачева села Украинцева крестьяне ж, и поехали в оное село Долгоруково, где с командой учинили сражение. И справой, то есть со стороны команды, никого не убили, кроме как со стороны исенских крестьян трех ранили лехко, а двух с собой в Саранск увезли, а именно есаула Артабалевского сына, да еще Петра Куделкина, с чем крестьяне и домой воротились, где других объявителев из деревни Мураевки разстоянием от Исы в 19 верстах мордву нашли, кои есаулам доносят, что-де в нашу деревню сей день из города Саранска следующая в город же Керинск команда прапорщик и с солдатами, вместе человек до 50 пришли, и намерены ночевать. На что есаулы оным доносителям приказали, чтоб шли домой, и всю команду перевязав, пригнать на Ису, что со стороны мордвы и учинено, у всех команды, перевязав руки назад, да и головы назад к рукам притянули, и гнали всех пешком до Исы, где, взяв их уже в самую полночь, и тогда ударили в набат, почему все крестьяне и сошлись на господский двор, и оного прапорщика с солдатами прибили до полусмерти, потом в погреб харчевной, имевший в себе половину воды, побросали и завалили бревнами и на аршин набросали на них земли.

24. Августа 19-го дня

Во весь сей день исенские крестьяне на господском доме к причинению неповинным людям; кто б им тогда, а паче из военных, ни попался, смерти были готовыми.

25. Августа 20-го дня

Сего числа из города Саранска нарочно отряженного капитана з донскими 25 казаками на Ису для усмирения крестьян. Как скоро они его увидали, подъезжающего под село Ису, то тот час, ибо они были во всякое время готовыми, вышли пешком сот до 6 с ружьями и пиками против оного капитана под предводительством присланного на Ису из Петербурга отставного солдата Сергея Филиппова, кои шел наперед, с держащей в руках своих шпагой, которую ему плут Клещевников дал и приказывал ему с нею воевать; однако капитан хотя и видит против себя врагов, великодушно с ними наперед поступил; то есть подъехав к ним, чинил им увещевание, и чтоб они от заблуждения своего отстали, и опомнились бы, за кого они дерутца, на что от крестьян было ответствовано ему, что-де опомнитесь сами вы за кого стоите, а мы де стоим за батюшку нашего государя Петра Федоровича, при сем и учинили драку, однако капитан, не хотя сию глупую тварь борющуюся уже с ним, побить, стрелял по ним из ружей холостыми зарядами. Крестьяне увидели, начали переговаривать между собой, видно у них ни дроби и ни пуль нет, и опять вторично со стороны капитана было им увещевание, чего в ответ благодарности крестьяне под двумя казаками ранили верховых лошадей, так же и все крестьяне с большим зверством бросились на капитана и казаков его. К защищению с военной стороны и произошло сие: зарядя пушку с картечами, и одним выстрелом убили из крестьян трех человек, да 9 тяжело ранили, в том числе и реченной гренадер ранен. А после чего крестьяне все кто куда разбежались. А после исенских крестьян казаки увидели, что господина Щербачева из вотчины едут ста два человек крестьян для таковой же с капитаном стычки, что сойдя капитан и приказал казакам Ису с конца зажечь, коей и выгорела вся та половина, где господский дом был, равно и оной, то есть дом господский, згорел же; и так едущие Щербачева крестьяне, видя, что Иса горит, то они все с своей стороны капитану с командой виды свои подали, что драться не будут. То капитан, к ним подъехав, спрашивал, кому они веруют и служут, от коих в ответ ничего больше, как одна винность ни произошла, и пики побросали в воду, за что и прощены были они оным капитаном. От коих крестьян капитан взъехал на Ису и был встречен образами с попами и дьяконом, также и слесаревым 43 сыном, где безвестно потерянную команду искали, точию ни одного человека не нашли. Спросили у исенского мальчика об оной потерянной 50 человек команде, кои им и указал, и так ис помянутого пустого и водяного погреба команду вырыв и выняли, кою едва могли застать в живых, во первых от смертельных побой, во вторых от воды и от запертого земленого духу, и так учиня, капитан со своею командою все оное от него происходившее и поехал в город Саранск как со своею, так и с нашедшей в погребу командами. А крестьян в селе Исе за укрывательствами их ни одного человека найти не мог. [15]

26. Августа 21 -го и 22-го дней

Во оные два дни все исенские крестьяне подле церкви толпами стояли, думали к защищению себя принять меры, ибо и чаемая на злодея Клещевникова надежда сама по себе исчезла. Посыланной крестьянин с канцелярскими указами от Клещевникова возвратился, у которого рука прострелена, будучи на стычке обще с клещевниковой партией от команды, коя всю Клещевникова партию разбила, и тем врагам высокие роги посломила, да и сам он Клещевников вместе с оным крестьянином оттуда бежал и поднесь шатается подле Исы, в лесах.

27. Августа 23-го дня

А сего числа приехал из Саранска подполковник, Сергей Васильевич Неклюдов с полком, то есть казаки, уланы, гусары и солдаты и требовал исенских крестьян для учинения им увещевания, однако ни один человек к нему не вышел, с чем оный полковник и уехал обратно.

28. Августа 24-го и 25-го дни

В сии дни оной подполковник прислал в село Ису команду и по записке главы возмутителей и бунтовщиков крестьян возили в город Саранск, где и поныне некоторые содержатся.

29. Августа 26-го дня

За продолжавшимся на Исе бунтовством как управительша Слесарева, так и вдова Жемчужникова, и все дворовые люди за недачею месячины помирали голодной смертию, от чего избавил присланный из Андреевского от конторщика Григория Мещерягина для наведывания о состоянии села Исы с писмом сержант, кои, собрав сход крестьян, и приказал за месяц выдать месячину, что они и учинили; а с оного числа предсказатель всего сего приключения покойного управителя Слесарева сын Михаила Слесарев, чем и продолжение вдал:/знаю начало:/ а конец видеть остановилось.

РГАДА. Ф. 1261. Оп. 7. Д. 181. Л. 153-173 об.


Комментарии

1. Милов Л. В. Крестьянская война 1773-1775 гг. // История России с древнейших времен до конца XX века. Ред. Сахаров А. Н., Новосельцев А. П. В 3 т. Т. 2. История России с начала XVIII до конца XIX века. М. 1996. С. 219.

2. Воронцов Роман Илларионович (1707-1783) — государственный деятель, генерал-поручик и сенатор при императрице Елизавете Петровне, в день восшествия на престол Петра III получает чин генерал-аншефа и ленту св. Андрея Первозванного. При императрице Екатерине II после недолгой опалы прощен и назначается на должности наместника губерний Владимирской, Пензенской, Тамбовской и Ярославской. Был убежденным сторонником дворянской монополии на владение землей и крестьянами. За склонность к лихоимству получил прозвище «Роман — Большой Карман». От брака с богатой купеческой дочерью Марфой Ивановной Сурминой (1718-1745) имел сыновей Александра и Семена, а также дочерей Марию, Елизавету и Екатерину. Последняя (по мужу Дашкова) во вдовстве возглавляла Российскую академию наук. В 1760 г. Роман Илларионович грамотой австрийского государя Франца I возведен с нисходящим потомством в графское Римской империи достоинство.

Воронцов Александр Романович (1741-1805) — государственный деятель. При императрице Екатерине II действительный тайный советник, сенатор и президент Коммерц-коллегии, при императоре Павле I, как и многие екатерининские вельможи, в опале, на его имения был наложен секвестр. При Александре I опала снята, граф занимал пост государственного канцлера (1802-1804) и министра иностранных дел.

Воронцов Семен Романович (1744-1832) — военный и дипломат. В молодости участвовал в русско-турецкой кампании под руководством графа П. А. Румянцева-Задунайского, впоследствии более сорока лет был русским послом в Лондоне.

Двоюродный брат А. Р. и С. Р. Воронцовых, граф Артемий Иванович (1748-1813), действительный тайный советник и сенатор, в 1797 г. испросил у императора Павла I именной указ о внесении рода графов Римской империи Воронцовых в число родов российско-графских.

3. Находящееся ныне на территории Пензенской области близ ее границы с Республикой Мордовией село Иса (в современном написании — Исса) в 1774 г. было центром Саранской вотчины графов Воронцовых, куда входили также деревни Симанская и Кулешейка. Изученные ведомости сборов оброка и других доходов по имениям графов Воронцовых 1775 и 1779 гг. в Саранской и других приволжских вотчинах упоминаний об Исе не содержат (см.: РГАДА. Ф. 1261. Оп. 2. Д. 100.Л.5 об. — 13;тамже. Оп.7.Д. 53. Л. 29-31 об.; там же. Д. 311. Л. 104-104 об.). Наиболее крупным селом Саранского имения оказывается с. Спасское (Шат тож) (см.: Там же. Оп. 7. Д. 311. Л. 104-104 об.). К 1913 г. Исса была центром Иссинской волости, включавшей ряд сел: Бестужево, Мишино, Надеждинка (Орловка тож), Николаевка, Нижнее Архангельское, Симанка, Украинцево, а также поселки и три хутора. До 1861 г. эти села и «присудные» к ним деревни были владельческими. Упоминание в рассказе Михаила Слесарева названий ряда соседних селений позволяет говорить о сохранении топонимической традиции по крайней мере с первой половины 70-х гг. XVIII в. Нерусское же население, в первую очередь мордва и татары, относилось либо к государственному, либо к удельному крестьянству. В 1859 г. через Иссу проходил Московский почтовый тракт из Пензы в Саранск, в настоящее время — железнодорожная линия Пенза — Рузаевка.

4. Село Андреевское — центр Владимирской вотчины графов Воронцовых.

5. Цифры перед датами обозначают, каким по счету от начала описываемых Слесаревым событий был день восстания.

6. Возможно, здесь мы сталкиваемся с неправильным написанием слова «имение», то есть в данном контексте подразумевается движимое имущество. Либо же речь идет о «сыне и всей семье», только вместо формы «своя фамилия» употребляется «свое имя».

7. Литургия — торжественное богослужение, во время которого читаются отрывки из Библии и совершается таинство евхаристии (причастие).

8. Выборный (в крепостном имении) — представитель низового звена вотчинной администрации и одна из должностей в системе общинного самоуправления. Если приказчики (управитель, конторщик) назначались самим барином или Главной домовой конторой (канцелярией) на неопределенный срок, то выборные, старосты, сотские и т. д. чаще всего избирались самими крестьянами на мирском сходе. Их могли освободить «миром» от господской барщины. Эта льгота сохранялась в течение всего периода исправления должности (избирали чаще всего на год или на три).

9. То есть, возможно, расширял яровой клин за счет целинной или залежной земли или же велел для улучшения структуры почвы перепахать «отдыхающее», паровое, поле.

10. Распоряжения землевладельцев, регламентирующие все сферы производства и жизни поместья, носят название «инструкций» или «наказов». По более конкретным же, «текущим», вопросам приказчики получали «повеления», «предписания», на которые отвечали «рапортами», «отписками» и другими формами отчетов.

11. Обычно «крепостями» назывались купчие на недвижимое (имение, дом) или движимое имущество, на крепостных людей.

12. Слесарев, по всей видимости, имеет в виду то, что крестьяне вошли в господский дом гурьбой, ведя себя как на полевом стане (а не так, как следует себя держать в барских покоях).

13. То есть столяры.

14. Речь идет, скорее всего, не о том, что крестьяне собрались там не на время мирского схода, а о том, что они не расходились по домам.

15. Термин «команда» употреблялся не только в качестве синонима военного отряда. Так иногда называли и вотчинную администрацию, например, в слободах графов Воронцовых Павловского уезда Воронежской округи. Военизированная лексика в Подонье и Поволжье в конце XVIII в. объясняется всей предшествующей историей региона. Здесь располагались засечные черты — форпосты обороны России от степных кочевников, турецких и крымских набегов. До начала широкой крепостнической колонизации Поволжья славяно-русское население здесь было в основном представлено казачеством, солдатами из русских рекрутов и малороссиян-переселенцев на Самарской, Оренбургской и других «линиях».

16. То есть господских.

17. Функции и место этого лица в системе организации вотчинного хозяйства до конца не ясны.

18. Вероятно, Михаил Слесарев пропустил первую букву «ч» в словосочетании «чтож», «чтоже», писавшемся слитно.

19. Застреха — балка (брус), поддерживающая нижний край крыши строения (здесь — надземной части погреба).

20. Везти.

21. Торока (мн. ч.) — ремешки, с помощью которых груз крепится к задней луке седла.

22. Английского.

23. То есть жена Михаила (Алексеевича) Слесарева.

24. Продавец спиртного в кабаке.

25. Задушить (зд.) — загнать.

26. Также владение графов Воронцовых.

27. Месячное жалованье хлебом, а также, возможно, другими продуктами. Одежда и деньги выдавались обычно реже.

28. Михельсон Иван Иванович (ок. 1735 — 19 августа 1807 г. в Бухаресте) — подполковник, 12 февраля 1775 г. произведен в полковники. По некоторым данным, сам был из крепостных крестьян, бежал от своего владельца и дослужился до офицерских чинов. К концу жизни стал генералом от инфантерии, командовал Молдавской армией в Русско-турецкую войну 1806-1812 гг.

29. См. примечание 14.

30. Кушак — широкий матерчатый пояс, часто расшитый. Надевался поверх кафтана или шубы.

31. Г. Инсар на территории современной Республики Мордовия.

32. Ч[исла].

33. В «росписи...» не упомянут.

34. По всей видимости, на жертву именно «мерзкую», а не «мирскую».

35. Обоих.

36. Других упоминаний о турках ни в цитируемом, ни в иных документах по Саранской и соседним (Пензенской, Симбирской, Казанской) вотчинам Воронцовых не встречается. Поэтому об обстоятельствах появления их в отряде Клещевникова, численности и т. д. ничего сказать нельзя. (очевидно в данном контексте слово «турок» вступает как бранное. Прим. OCR)

37. То есть «по силе своих указов».

38. Помещенный в круглых скобках фрагмент текста писан на левом поле листа теми же чернилами, что и основной текст. — Там же. Л. 167 об.

39. Из крестьян.

40. Об обстоятельствах, при которых капрал был схвачен бунтовщиками, Михаил Слесарев не упоминает.

41. То есть «уведомилось», стало известно.

42. Гренадеру.

43. Речь идет о Михаиле Слесареве.

Текст воспроизведен по изданию: «Оный Слесарев всем тем нещастливым приключениям... был самовидец». Свидетельства современника о Пугачевском бунте // Источник. Документы русской истории, № 5 (65). 2003

© текст - Быков Д. 2003
© сетевая версия - Тhietmar. 2008

© OCR - Волков В. 2008
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Источник. 2003