Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

№ 285

1772 г. декабря 16. – ПИСЬМО П. А. РУМЯНЦЕВА Н. И. ПАНИНУ О НЕЦЕЛЕСООБРАЗНОСТИ ПЕРЕБРОСКИ ИЗ ВВЕРЕННОЙ ЕМУ АРМИИ ПОЛКОВ К ШВЕДСКОЙ ГРАНИЦЕ

Стечение критических дел полагаю я причиною неполучения мною с последним курьером ваших милостивых писем и не желаю, чтобы оно произошло от какого-либо (боже вас сохрани) болезненного припадка.

Третьего дня получил я указ из Военной коллегии об отправлении из армии, мне вверенной, еще восьми пехотных полков к Пскову, без обещания подкрепления в замену отделенных, ниже преподания по оскудению сил на здешний край нового наставления. Не хочу скрыть перед милостивым моим благодетелем нечаянности и удивления моих: нечаянности в том, что в подобных случаях прежде удостоен был безпосредственно высочайших ее императорского величества повелений, и что во всевысочайшем рескрипте от 28-го сентября повелено мне стараться поместить войска, мне вверенные, в здешних землях для лучшей пользы в делах настоящих; удивление же, что в такое время, когда дела на конгрессе едва только начали являть вид некоторой наклонности, подобное движение войск предприемлется, а кто еще может ручаться, чтобы причины оного не достигли до знания неприятеля, хотя я оное скрыл и совсем другие виды давать ему непремину, и не произвели в нем не только упорства в переговорах, но и, по употреблению ими несходных нашим правил, не подали поводу искать ухищренным образом причины к разрыву и возобновлению не ко времени неприязненных действий; и что такое великое число войск собирается против шведов, которых ополчение, в лучшее сил их состояние, едва им соответствовало, да и в рассуждении особы короля, ежели позволено мне судить, все окрестности не показывают его стремительным в предприятиях, а являют более систематическим, когда он делит время свое на часы для упражнения на пользу общества, вводит белые платки для обнадеживания успехов и порядка в войске и другие малые правила. А разве наступательно? Нет, однакож, кажется, удобности, не обнадежившись окончанием в одной стороне, начинать в другой, в рассуждении далекости отстояния сих двух предметов. Инако же и оборонительно, кажется, доставало бы [полков] отряженных перед сим из второй армии и Польши, в рассуждении союза с датским и добрых услуг венского и берлинского дворов, обеспечивающих границы наши: разве открылась и тут невоображаемая двоякость в их расположениях, и что последние не ровное [561] усердие оказывают в прочих делах наших, как в разделе польском. 1

Простите мне, милостивый государь мой, что я смею обременять вас начертанием чувств своих, следуя единственно откровенности и чистосердечию, к которым благосклонная милость и дружба ваши меня обязывают. Известно вашему сиятельству, каким неизвестностям и опасностям подвергались наши здесь силы, и сколь счастливым образом, благодарение богу, нас благословящему, сохранена честь оружия. С распространением успехов и притяжением завоеваний, как наставала нужда и в приумножении сил военных, то ее императорское величество и благоизволила всевысочайше, по временам, присовокупить сюда войска из других частей. Теперь, может быть, полагается исполнение высочайшего ее величества повеления, в рескрипте от 23 апреля изображенного, чтоб по благопризнанию бывшего на конгрессе в Фокшанах послом, князя Григория Григорьевича Орлова, приуготовить здешние крепости к подорванию, которые и приуготовлены, а с тем сопряжено и испражнение краев здешних. Подобное и неизвестное дел состояние наносит сердцу моему наичувствительнейшее прискорбие и смущение, со стороны рвения моего к исполнению всевысочайшей воли всемилостивейшей моей государыни, и службе ее, и опасности быть подвержену каким-либо неприятным обстоятельства, а особливо в крайнем изнурении сил и здоровья моих. В сих смешанных моих размышлениях, и прошу помощи у того, которого имел я во всех делах советодателем и наставником в твердом уповании, что, от дружеской и милостивой его ко мне откровенности, снабден и подкреплен буду надобным в сем деле просвещением и наставлением.

С истинным высокопочитанием и беспредельною преданностью пребуду навсегда вашего сиятельства покорнейшим слугою.

«Чтения в Обществе истории и древностей российских». Архив военно-походной канцелярии Румянцева, М. 1865 г., кн. 2, стр. 215-217.


Комментарии

1. П. А. Румянцев очень верно оценивает двурушническую политику австрийского и прусского правительств, старавшихся ослабить результаты побед России против Турции и в то же время расширить свои владения за счет захватов в Польше.