Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

№ 54

1778 г. сентября 4 1. – Из рапорта передовщика, иркутского купца Д.Я. Шабалина в канцелярию Охотского порта о пребывании на Курильских островах и встречах с японскими купцами

№ 827

В канцелярию Охотского порта конпании якутского купца Павла Сергеева Лебедева-Ласточкина от передовщика иркутского купца Дмитрея Яковлева Шабалина

покорнейший репорт

По насланному ея и.в. указу ис канцелярии Охотского порта под № 1077-м сентября от 2-го чисел, а мною полученным маия 3 дня сего 1778 года, в котором прописано в силе высочайших повелении и исполнении как с разбитого судна «Святый бот Николай», так и вновь прибывших из Охотского порта и мною привезенных по отправлении ис Камчатской Большеретской канцелярии людей совокупить в одну конпанию, а бывшаго там на осьмом на десять Курильском острову передовщика дворянина Ивана Антипина возвратить в Охоцк порт со уведомлением о тамошних обстоятельствах. На том же осьмом на десять острове по прозьбе конпанейщика Лебедева для лутчаго приведения мохнатых курильцов в подданство под высочайшую ея и.в. власть, как оной народ состоит не под владением Российской империи и под Японским государством не в подданстве, а не менее к свиданию и начатию з японцами знакомства и к заведению торгу, взять находящегося тамо знающий японский разговор ученика Ивана Очередина, ежели согласными будите к простиранию по Курильской гряде даже и до японской границы. И в путеследовании накрепко к жизни своей иметь от тамошняго азиатского дикого народу как на мори, так и на сухом берегу крайнюю предосторожность, и с теми народами обходитца ласкою, не чиня им не токмо какого насилия, но не и малейших обид и огорчения под смертною казнию, но старатца тех курильцов, как возможно, обнадеживать высокомонаршею ея и.в. ко всем верноподданным матернюю милость, приводить в подданство со всякою к ним снисходительною, а в случаях и уговаривать к платежу ясака и дарить, и просить от них в залог оманатов, и содержа оных на кочте конпанейщиков со обучением российским обхождениям, а из желающих для смотрения российских народов принимать с согласия их, а естли случай допустит, и до самых японских городов или где возможно, с тамошними народами увидетца, то со всякою к ним благосклонностию иметь с ними ласковые обхождения и между тем старатца приводить их, с Российским государством не будут ли они согласны торгующим российским купечеством утвердить торг, где пристойно для того учинить порт и растолковав им, что Российская империя со всеми государьствами имеет союжства и торг. И какия от них будут в получении вещы, хто оныя представить без утайки здешняго Охосткого порта в канцелярию и разведывати, не найдетца ли каких вновь неизвестных земель и народы каким пропитанием довольствуютца, и какое имеют платье, от своего ли рукоделания или получают и тем имеют торг, и на что более склонны, и какое имеют орудие из железа и от каких мест получают?

По вышепрописанному ея и.в. и по общему всей конпании служителей и мною, передовщиком Шабалиным, согласию сего 1778 года майя 25 дня положились мы, чтоб следовать в тритцати дву человеках тремя большими байдарами по Курильской гряде для приведения в подданство под высокосамодержавную ея и.в. власть ясашной платеж мохнатых народов и разведывания неизвестных земель и живущих народов, число и жилищ их, для свидания японского государства народов, докуль [164] протти господь поможет, в чем и подпискою обязались и отбыли из гавани, где состояло судно брегантин «Св. Наталия» маия 31 числа в трех байдарах.

И по прибытии на Лопатку против самого проливу с осьмаго на десять острова, называемаго по-мохнатски Друпа 2, на девять на десять остров и торгу чрез перескас мохнатых курильцов жилья во ожидании двух атаманов, а имянно: перваго – Опаннут, втораго – Омандеву здешняго Носу девятаго на десять Курильского острову, которыя и прибыли июня 5-е число на осьмой на десять осторов Уруп, от которых производима была нам встреча шестьюдесят человеками мохнатых курильцов, которыя по прибытии своем, не доходя до брегу в примере сажен 70, и дали байдарами реи в море. Да их команды был ясаул Субобенегур в двадцати человеках, да женского полу человек 12, на том месте Урупа, которой ходил со всею своею командою как мужеским и женским полом вдоль берегу с обнаженными саблями и копьями и ноги выметывали кверху и сами кричали нелепным и зверообразным гласом и скакали, а женской пол ходили позади их и кричали необыкновенно тонкими голосами. И тогда оныя атаманы и з будущыми при себе людьми имели обнаженныя в руках своих сабли и копья и начали крычать таким же свирепым гласом, и тогда мы от них свирепообразного и превеликого крычания и обнаженных орудиев все пришли в превеликой страх и ужас и вооружились все даже до одного человека и встали в парат по нашему российскому манеру во учрежденное для защыты перваго от чего, боже, сохрани, какого случаю место. И вдруг оныя байдары стали давать вдоль берегу реи и пристали к берегу. И по приставании совокупились все в одну толпу с вышеозначенным обнаженным орудием и начали скакать. А с нами бывшей толмач курилец Григорей Чикин был тут же, во оном их производстве, держал обнаженную свою саблю и копие, к коему в народе приходили атаманы порознь с обнаженными саблями, сабли держали над ево галовой, даже ис прибывших с ними приходили ко оному толмачю все порознь, не выключая не одного человека и уверяли таким же образом чрез сабли и копья. И по окончании оной встречи спрашивали толмача, дозволено ли будет побывать у вашего командира, об нем мне, Шабалину, оным толмачем и переказано. И приказал я оных атаманов и с командою позвать к себе, которыя и приходили со всею своею командою. И по бытности у меня одарены были как атаманы, так и вся команда их даже до одного человека конпанейскими товарами, а какими имянно, о том значит да получено от дворянина Антипина казенных подарошных вещей, а имянно: 9 парок драгетовых алых, подклад под оными фанзовой, обложены мишурным гасом; 9 шапок голубаго бархату, обложены таким же гасом, 9 пар сапогов алых козловых для подарок главным атаманам мохнатого народа. По положенному ж нашему всей компании служителей и мною, передовщиком Шебалиным, общему согласию в силе вышепрописанного ея и.в. указу приведено мною, передовщиком Шабалиным, старанием и рачением всей конпании служителей чрез ласковость и приведство подарошныя казенныя и партикулярныя вещы под высокосамодержавную ея и.в. власть и ясашной платеж девятого на десять Курильского острова, именуемаго Иторот, мохнатых людей атаманов и родами их... 3.

А вышеозначенныя казенныя подарочныя вещы отданы упомянутым атаманам при письменных знаниях впредь для показания российским людям. И прибывшем со мною ученике Иване Очередине и в проезде от оных атаманов браны были от атамана до атамана даже и до самого острова Аткиса для препровождения чрез ласковую обходительность по человеку и по два. И вышеписанныя атаманы спрашиваны были чрез бывшаго со мною толмача Григорья Чикина, какое имеют орудие и с какими народами имеют торг, и какое платье, своего ли рукоделия или от кого получают, не знают ли каких земель? На что ими и [165] соответствовано: железное орудие – топоры, сабли, копья, пальмы получаем от японского государства, а платье, бумажные азямы, получаем от оных же японцев, а от своего рукоделия платье имеют ис таловаго лыка тканое, из орудия – луки со стрелами, которыя стрелы натирают лютиком. А для драк имеют крепости, куяки деревянныя, собранныя из мелких же досок, на коих ж имеет шостии деревянныя, собранныя ис таких же досок, и на них по одному деревянному обручу, и которым вышеозначенным крепостям приобщена при сем репорте верная опись 4 и значит в приложенной карте 5. А о пропитании пересказывают, имеем от рыб да приходивших от японского государства на японских судах каждогодно народу привезенных ими ис харчевых припасов пшеном. А об разделывании земель оных атаманами пересказано: против 20 острова, Кунашири, северной стороны земля, которую они называют Короска, и людей на ней множество и язык имеют один, а о пропитании пересказывают: имеют от рыб же. И на оную землю приходят торговатца крапуы, а платье имеют бумажное, длинное, стеленыя азямы, в подобие японцов, которыя имеют торг китайского государства с народом, а у оных мохнатых народов покупают соболи и лисицы и дают им своей державы деньги сребрянныя, а цена оным соболям чрез переказ их: насыпают за хороших соболей по полному соболю. И оная земля в проезде и нам видна была, а которая значит и на карте, в приложенной при сем. Да с полуденной стороны 20-го острова Кунашири видели остров Чикоту вбоку, о котором значит в той же приложенной карте, да острова Аткиса атаманом послано своего рукоделия ис платья в знак Россие один азям, тканой ис таловаго лыка, обложен синей дабой да нешитой той же материи семь аршин с половиной. Да у них же, вышеозначенных атаманов, прошены были аманаты для верности и обучения российским обхождениям и нраву с ясным им, растолковав, доказательством, ибо они нам дать не пожелали, что де мы и без аманатов будем жить с вами хорошим порятком и вы нас ни в чем не опасайтесь и бутте безсумнительны. А что же касаетца для взору и нравов их: взор имеют зверообразный, а о нравах их за скорым нашим путеследованием разведать было невозможно да чрез перекас, вышеозначенныя атаманы мохнатого народу, живущих на острове Аткисе и на других островах, знающих ими 1500 человек согласных в подданство, да и о протчих старание иметь обещались, а всех мохнатых народов неизвестное число, но токмо множество.

По прибытии на дватцать второй остров, называемой Аткисом, где стояло судно японское, которое называетца «Таненморе» июня 19-е число сего 1778 года ввечеру, не доходя до брегу ста полтора сажен, и остановились. А для благополучного прибытия и привалу ис трех байдар ис трех ружей приказано было мною, Шабалиным, и для чести их выпалить и, пристав к берегу, из байдары выгрузились. И не зная нас японцы, какия и которого государства мы люди, однако, мы чрез бывшаго с нами толмача и курильца Григорья Чикина соответствовали, что мы, люди Российского государства, пришли к вам для свидания и к заведению дружества и знакомства, напротив оного послали они к нам того ж июня 19 число того ж толмача, которым нам соответствовано, когда вы к нам пришли для дружества и знакомства, об оном мы де весьма радуемся и не имеете ли вы в харчевых припасах скудости, ежели имеете, то б об оном дали знать, и мы довольствовать будем. На что мною, Шабалиным, чрез бывшаго со мною толмача соответствовано было, что в путеследовании нашем по милости божии никакой скудости в харчевых припасах не имеем, да при том спрашивал нас по приказанию японцов, чтоб мне дать знать об харчевых припасах, привезенных мною. Почему мною того ж 19 июня часу во 2-м ночи для перваго случаю посылано было порознь раскладенного на четырех блюдах оловянных: на первом – аржаныя хлеб, на втором – булки здобныя пшенишныя, на [166] третьем – правианту аржаного, на четвертом – крупы яшной, три папуши табаку листового, с которыми посылано четыре человека: японской ученик Иван Очередин, коему приказано от меня, Шабалина, разговор их японского диалекту скрыть по новости всякого случаю. А для отдачи оных подарков и переговору был послан бывшей с нами толмач Григорей Чикин, которого и приняли они, и от посланных мною честно и отданы по их манеру благодарности. Напротив, послали они к нам небольшую часть пшена чистого и табаку листоваго пять папуш.

Июня 20 числа ходил я, Шабалин, и при мне 8 человек работных, для переговору и переводу был со мною японской ученик Иван Очередин и мохнатского разговору толмач Григорей Чикин. Тогда для стречи нас был збор японской стороны японцов 36 человек да мохнатской стороны острова Аткиса и других островов мохнатых народов з двести. Вставали все на колени и, поднявши каждой свои руки кверху, и ладони свои сообщали, и лодонь о лодонь гладили и кланялись по-своему маниру. И по приходе повели нас оныя японцы в свои казармы и садили во учрежденныя про нас нарочное место. И с ними оного судна начальники двое, а имянно: перваго звание Фиогичи, а второму – Генимон, которыя стояли на зделанных своих особых местах, а платье на оных было однопарное – черныя канфеныя длинныя азямы до самого полу, а сверх оного на ето было платье короткое канфяное кофейного цвету, а на головах не имели ничего, и головы у них бритые по самой средине так чисто, бутто на оных местах и сроду власов не имели, только оставлено назади небольшая часть волосов, которыя забирают и намазывают ваксой, и загибают на бритое место. И спрашивали, во-первых, об нашем путеследовании, в коликом растоянии и долго ли время обращались в пути от своего судна, и не было ли какого препядствия от народов. И в прибытие наше велели нам жить без всякой опасности и быть с ними в дружестве, и при том проговаривали, что де наш государь указами нам подтверждает никого не обидить. На то мною им соответствовано было, что и наша всемилостивейшая государоня то же и нам указами подтверждает под смертною казнию не токмо обид, но ни малейшаго огорчения по свидании с ыностранным народом не чинить. И на оное они мне веселым видом ответствовали, мы де об оном весьма радуемся, а в путеследовании объявил от осьмаго на десять Курильского острова, с Урупа, маия 31 июня по 20-е число, не упуская одного дни и препядственных нам ветров, а растоянием дальности 630 верст и притом как меня, так и бывших при мне, просили по небольшей чарке своим японским напитком.

И при походе от них по их ласковой обходительности отдавшыя и з бывшими при мне служители чрез японского ученика Ивана Очередина благодарности просил их к себе в гости, которыя приходили того ж 20 июня как Фиогис, так и Гениамон в восьми японцах хороших людей и пред ними, японского судна командирами Фиогесом и Гениамоном, несены были попереди их двумя японцами два копия, которыя оправлены были серебром, с надетыми на них футляры под черным лаком, и ратовья у оных копей под черным же лаком, имели при себе по две сабли, у которых ефесы сребрянныя под золотом, а протчая японцы имели по одной сабле и по приходе вставали на колени, и кланялись по своему маниру учтивым образом. И от нас сажены были нарочно приуготованное про них место и прошены были чаем з головным сахаром и булками пшенишными, которыя ставлены были по их маниру на оловянных торелках порознь перед каждого японца. А по бытности у нас разговор имели чрез бывшего ученика Ивана Очередина, во-первых, о жаловании их от своего государя и о путеследовании их судном: долго ли время обращались в мореплавании от отечества своего до острова Аткиса и в коликом растоянии верст, и в каком граде имеют жительство, и какое животное из скотов и птиц? И на что оными японского судна предводителями Фиогесом [167] и Генимоном соответствовано было: получают они от своего монарха жалованьем Генимон Ознафивеич Кашифа получает тысячю с двести червонных, Фиогес – 500 червонных, а жительство имеем в городе Нанасаги, а судном обращались от своего отечества 15 дней, а в ростоянии дальности 500 верст. А из животного из скотов коней, коров довольно имеют и разных птиц довольно ж. И сидели оныя японцы по бытности у нас примерно часа два, и отдавши они нам по своему маниру благодарность учтивым образом, и пошли в свои кааармы, и тогда вышеозначенныя копья несены были позади оных двумя японцами.

Июня 21 ходил я, Шабалин, и со мною толмачи ученик Иван Очередин, мохнатского разговору курилец Григорий Чикин в японския казармы. И по приходе моем как меня, так и толмачей стретили и приняли нас по своему маниру учтивым образом в то ж, преждеучрежденное место, а сами сидели в тех же преждеозначенных местах, а платье тогда было на них зеленыя канфяныя длинныя азямы, с нашитыми золотыми травами, однопарное. Во-первых, просили меня, так и толмачей по небольшей чарке их японского напитку и простым чаем, с вареною чистою пшеною и при том поставлены были канфеты, в маленьких под лаком черным чашечкам ягоды, которыя по их называютца «уме», имеют вкус кислой, да еще ж ис канфетов поставляемо было кушанье, которое называетца шога, имеет вкус кислой и горькой, а горестию подобно перцу.

И во оную, бывшую у них нам конпанию, чрез перевотчика японского ученика Ивана Очередина и мохнатского толмача Григорья Чикина, понеже имеют оныя японцы своего природного японца, знающего мохнатский разговор, и переговор был о учреждении торговли с обоих сторон, российской и японской, для приходу судов портоваго места, второе, по первому случаю невозможно ли будет ис товарных вещей на привезенныя наши товары поторговатца, третие не пожелает ли кто из бывших при вас в команде из вольножелающих для посмотрения Российского государства городов, четвертое – об разведывании их японского государства столичного их города и других разных городов. На что оными Фиогесом и Генимоном против предложенного нами соответствовали, что де наш столичный град называетца Еддо, державец в нем Кубосама, стоящия приморская града, именуемы большия: первой – Матма, владелец – Тоноса; второй – Намби, владелец – Моносам; третий – Шендан, [владелец] – Тоносам, оное значит ранти и ампозя, поблизости града: первой – Фачин, второй – Каданши, третей – Кешенбу, четвертой – Чаши, пятой – Бушу, шестой – Кванто, седьмой – Енму, осьмой – Ише, морская губа называетца Канагава. При ней застава, называетца Вуразава, город Тева. А от острова Аткиса да Матмаи 500 верст, а от Матмая до столичного града Едда то ж недальное растояние. А о учреждении портоваго места, которое и положено со обоих сторон общим согласием с нашей, российской, мною, Шабалиным, чрез обоих бывших при мне толмачей, а с японской стороны вышеозначенными японского судна предводителями Генимоном и Фиогесом на словесном основании впредь до указу японского государя настоящей асигнации, чтоб приходить российским и их, японским, судам на два десятый остров Кунашик 6 в северной строне от Лопатки, которая лежит на зюйд. Верстах, примерно, в семнатцати есть бухта, в которой, они сказывают, и прежде судами стаивали, которое место залегло земли. И об оных земляных и об положенной со обоих сторон портоваго места гавани для приходу судов явствует в приобщенной к сему репорту карте. Да при том же вышеупоминаем нашем со обоих сторон по положении портоваго места просили меня, Шабалина, чтоб быть на вышеозначенное портовое место для торгу неотменно в предбудущей 1779 год июля к 20-му числу. А что же касаетца для торгу, то мы теперво без дозволения своего монарха приступить опасны, разве для дружества и с перваго случаю однеми презентами. Да и служителям дано было дозволение з бывшими со мною даритца между собою, а торгу не производить. [168]

В предбудущей год хотели быть с полным для верного и точного предбудущих годов оного порту установлением торговать и после всего того ласково обходились, казали нам свое японского дела ружье, в подобие турки, еще глаткой, не имея замка. Жителем 22 июня послано было от меня к преждеозначенным японского судна предводителям ис привезенного от господ конпанейщиков товарных разных вещей для дружества в подарки: сукна алого чистого Фиогису – 8 аршин с половиной, Генимону – 7 аршин с половиной, сукна зеленого галанского 5 аршин, полуратину алого аршин одна четверть, две пары сапогов, мыла жироваго 10 фунтов, один плат бумажной, двои перчатки замшены черные, трупка холста лысковской мерою 94 аршина шесть верхов, два кушака шелковы, два персня муских, два – женских, сребрянныя, четыре заланки сребрянных же, две шляпы, пазументу канитильного два аршина 15 верхов, две пары тюфлей, две чашки цеиинные з блютцами, две пары чюлков бумажных, кафтан васильковаго сукна. Да с ними бывшим японскому купечеству и служителям 4 пары сапогов, 2 аршина голубаго сукна, четыре куска лент шелковых, две пары тюфлей, две бумашки игол, 32 хвоста орловых. Да к их матманскому начальнику послано в презент: одно зеркало стеновое большее, штоф бакал, в которой посылке дали оныя предводители на их диалекте росписку своей руки, да четыре письма: два об своем звании да два ж к пересылке к бывшим у нас в России японцам, которыя при сем репорте представляю 7. А о бывших у нас в России японцах переказано чрез японского ученика Ивана Очередина: как и с которых лет оныя японцы у нас в России находятца. А напротив оного к нам послано с оными вышеозначенными японцами Фиогесом и Генимоном в подарки для точного уверения в [дружестве] России ис платья: азям черной канфы холодней, подбит лазоревой канфой, второй – зеленой канфы с разными травами на хлопчатой бумаге, подбит дабой красной, третей – черной канфы с ткаными травами, подбит дабой красной же, четвертой – тафтяной, тканой на три части цветов на хлопчатой бумаге, подбит дабои же; пятой – глаткой фанзы с разными нашытыми травами, холодней, одне штаны синего цвету бумажныя в подобие брюков, одне голевыя тюфли, подсолнешник – шляпа травяная, банка точеная с ношками под черным лаком, которая местами оправлена медью, три зеркала, один веэр, одна лошечка чистой меди, небольшая частица чаю и разных слатких канфетов по маленькой частице, две чашки толстаго цейну, сахару черного маленькая частица, чарочка небольшая под красным лаком, четыре чашки под черным лаком, три подноса разных под черным же лаком, ефес от сабли простой, один кушак шелковой, одна ганза с кошельком, медная полуженая сребром, у которой трупка под красным лаком, одна бритва, платочик двоесторонной с нашитою травкою, одне ноженки маленькия, да японского напитку небольшей штофик, из медных денег японского государства 10 копеек, два яичка куречьи, а из мелких вышеозначенных вещей в получении имею от купечества и служителей да пшена 5 мешков.

Того ж 22 июня просил я оных японцов Фиогеса и Генимона, чтоб дозволено было побывать для посмотрения на их японском судне, называемом «Тиненмаре». На что и приказано меня, Шабалина, и з бывшими при мне японским учеником Иваном Очерединым и служителей пятью человеками свозить на их японское судно их матросам елботом. И по приставании к судну приказано нам верхней обувь скинуть, итти во оное судно в однех чюлках, которое, по свидетельству моему, длины оказалось 15 сажен, в ширину по палубе з бархотами – 7 сажен, в трюме – 6 сажен. Которое судно построено из буковаго лесу, реи – осьми сажен, руль – 5 сажен, не имея петель, ходит на блоках, а румпель правеж имеет из верхняго трюму, мачта ис кипаристу вышины 15 сажен, становыя конаты из волосов, 7 якорей о четыре лапы каждой, весу о шести до семи и до 12 пудов. Парус имеют один из материи, которая [169] подобна толстого серого холста подымаетца изнутри судна. А оное судно о двух интрюмах: в нижнем погружают напитки и протчия сырыя товары, а в верхнем – харчевые припасы, да и другия лехкия для опасности мочи товары. А в судне стоит наподобие образа, резной, без венца, и оное судно весьма изрядного строения. А японцев на оном судне всего 36 человек, которыми переказано мне, Шабалину, что де стоит еще судно от здешняго места растоянием в осте в 50 верстах, а другое наше же, японское, за оными же припасами покупки жиру и сухих разных рыб в толиком же числе людей 36 человеках, ибо я ко оному судну байдарами иттить не посмел, потому что за долговременным мною отбытием по положенному нашему сроку не опустить в Охоцкой порт судно без настоящаго известия. А оныя ж Фиогес и Генимон переказывали, что приходят в их город Нанасаги из двенатцати разных мест суда. А коликое число судов, ис каких стран, того знать не дали, только объявили об одном судне, которое приходит ис Китайского государства, большее, на котором бывает матрозов человек по семидесят и более. А 23-е число был я, Шабалин, в своем месте для исправления общественных дел.

Июня 24-е число вознамерился я, Шабалин, с работными служителями во обратный путь свой для заставания судна брегантин «Санк-Наталии». И ходил я к японцам в казармы для прощения Фиогесом и Генимоном, з бывшими при мне двумя служители и японским учеником Иваном Очерединым, объявил отбытие возвратный путь свой. На что они мне соответствовали, что де севоднишного числа туманно и ветр вам к путеследованию способен или нет, и на оное мною им ответствовано, что касаетца для туманов, то имею для узнания при себе конпас, а ветр ныне нам способен. Тогда оныя японцы, Фиогес и Генимон, в восьми японцах хороших людей приходили к нам для препровождения. И тогда несено было попереди их одно копие, оправленное сребром в футляре под лаком черным. И у оного копья ратовье под черным же лаком, а посредине ратовья колица золотая длиною четверти три, а в ширину пальца с два. Имели при себе оныя предводители пристегнутыя по две сабли, у которых ефесы сребрянныя под золотом, а у протчих японцов по одной сабле. Да для служителей принесено было японского напитку с осьмину, об котором просили они, чтоб за здравие общее по отвале подать служителям, которое по их прошению и учинено. Да с мохнатской стороны провожали три атамана: острова Аткиса атаман Сихману да 20-го острова, Кунашари,– Тукиное, Исанкинц в 30 человеках, от которых вышеписанных японского судна предводители и с мохнатской стороны атаманов провожены были честным образом. И для благополучного отвалу на мори приказано было мною, Шебалиным, выпалить из одной пушки один раз да ис трех байдар по три крат ис трех ружей, ибо оныя японцы стояли в то время на берегу и вслед нам кланялись по нашему маниру.

А о бывших со мною у японцов в конпанейских работных при сем реэстр подношу, а имянно: камчатской посацкой Никифор Кошкаров, большеретской посацкой Лаврентей Скокнев, города Тотьмы купец Василей Момотов, города Чердыни купец Иван Горохов, большеретской разночиц 8 Григорей Лоскутов, тобольской Михайло Пушкарев, иркутской посацкой Федор Глазунов, иркутской посацкой Василей Звездочетов, иркутской Василей Кожин, енисейской посацкой Михайло Туголуков, киренской крестьянин Амос Балушин, тобольской мещанин Василей Шустов, тяхтинской цеховой Петр Самойлов, екатеринбурской посацкой Тимофей Жуков, Исак Быков, илимской мещанин Алексей Курбатов, киренской крестьянин Михайло Марков, от Охотского порта ясашной Семен Пежемской, большеретской посацкой Петр Коломин, большеретской посацкой Иван Плюснин, Алексей Свиньин, Кудинского камисарства Оецкой слободы крестьянин Никита Кузнецов, камчадал Василей Шелковников, Иван Заев, Никита Мухоплев, Андрей Панов, Василей Овцын, курилец Никита Шпанберхов, алеут Александра Попов. [170]

А что в пути примечено было при сем журнал 9 представляю також и мохнатского толмача Григорья Чикина, вывезенного сюда, объявляю и посланной комверт от дворянина Антипина в Большерецкую канцелярию при сем представляю 10, а другой – на имя на компанейщика, хозяина моего якутского купца Павла Лебедева-Ласточкина, отдан здесь ему. Сим моим репортом обо всем моем пути, как значит и в приложенном журнале, нижайше Охотскую канцелярию и репортую, а таков же и хозяину оной конпании купцу Лебедеву-Ласточкину мною подан.

К сему репорту конпани судна брегант «Св. Натали» конпанещика якуцкого купца Павла Лебедева-Ласточкина передовшик иркуцкой купец Дмитрей Яковлев сын Шабалин руку приложил

Помета: Подан сентября 4 числа 1778 году, записав, доложить.

ЦГАДА, ф. 7, oп. 2, д. 2539, л. 124-132. Подлинник.


Комментарии

1. Дата подачи рапорта в канцелярию Охотского порта.

2. О-в Уруп.

3. Опущен текст о числе приведенных в подданство, перечислении полученного ясака и подарков, врученных курильцам за ясак.

4. Опись в деле отсутствует.

5. См.: ЦГАДА, ф. 7, oп. 2, д. 2539, л. 531.

6. О-в Кунашир.

7. См.: ЦГАДА, ф. 7, oп. 2, д. 2539, л. 153а-153д.

8. Так в документе.

9. См.: ЦГАДА, ф. 7, oп. 2, д. 2539, л. 133-137.

10. В деле отсутствует.