Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

Этнологические заметки о папуасах Берега Маклая на Новой Гвинее*

(* Эти заметки, как и антропологические (см. Natuurkundig Tijdschrift, 1873 <с. 1029 наст. тома>), были написаны в течение 1872 г. на Новой Гвинее. Предполагалось зарыть их, подобно другим, на Берегу Маклая в месте, относительно которого я условился с капитаном императорского российского корвета «Витязь». Во время моего пребывания в прошлом году в Бейтензорге я нашел время и возможность частично переписать их под диктовку. Так как мои заметки по большей части были написаны по-русски, а ни в Батавии, ни в Бейтензорге не нашлось человека, который бы мог писать по-русски, то я решился, переведя сам свои наброски, продиктовать их по-немецки. Только одну часть (антропологическую) моих заметок удалось опубликовать в прошлом году; моя вторая поездка на Новую Гвинею помешала их продолжению. Теперь, перед моей экскурсией на п-ов Малакку, я нашел еще время просмотреть часть заметок за 1871 и 1872 гг. И хотя к ним следовало бы очень много добавить, я этого не делаю в надежде, что когда-нибудь буду в состоянии заняться этим в Европе при большем количестве досуга. Только там можно будет изготовить к ним рисунки, которые здесь нельзя сделать, но которые я считаю важной, даже необходимой частью своей работы. Выпуская в свет настоящую статью, я прошу читателя не забывать, что это только «заметки» и что они написаны были на Новой Гвинее.)

I

На мою долю выпало редкое счастье наблюдать население, жившее еще полностью вне сношений с другими народами и притом на такой стадии цивилизации, когда все орудия труда и оружие изготовляются из камня, кости и дерева.

Н. Маклай. Natuurkundig Tijdschrift. 1873. С. 2.

Пища папуасов

Пища папуасов этого берега преимущественно растительная. Она состоит из плодов и овощей, круглый год поспевающих на плантациях, или, как кокосовые орехи, на деревьях, сажаемых [34] около хижин. Я перечисляю далее эти предметы питания, следуя степени их важности в хозяйстве папуасов.

1. Мунки (кокосы). Играют у папуасов большую роль, так как поспевают круглый год. Число кокосовых деревьев, однако, в некоторых селениях залива Астролябия весьма невелико, так что их жители стараются получить кокосовые орехи из других деревень. Только в немногих горных селениях встречаются кокосовые деревья, тогда как по берегам соседних островов деревья эти растут в изобилии, но лишь около хижин, посаженные туземцами. Излюбленное кушанье папуасов — наскобленная раковиной мякоть кокосового ореха, которая, будучи полита кокосовым молоком, образует род каши; это кушанье, называемое мунки-ля, составляет обязательную принадлежность каждого пира папуасов. Тертый старый кокосовый орех, молоко которого уже не годно для питья, употребляется при изготовлении всяческих папуасских кушаний вместо жира или масла.

Папуасы не умели готовить кокосовое масло. Я часто объяснял в разных деревнях способ его приготовления, но не знаю, пользовались ли им туземцы после моего отъезда.

2. Аян (Dioscorea). Разводится в большом количестве на плантациях и поспевает с августа по январь; его варят в воде, и в эти месяцы он составляет главную пищу. В горах, где воду приходится таскать на большую высоту, аян пекут в золе. Папуасы разводят много разновидностей аяна, разнящихся по величине и вкусу.

3. Бау (Colocasia). Главная пища с марта по август (РАД. Добавлено: Сажают его в начале октября, и в некоторых деревнях (например, Богатим) можно найти его вплоть до октября следующего года, в других — нет). Бау едят, как и аян, в вареном и печеном виде. Вареный бау толкут небольшой деревянной колотушкой, смешивают с наскобленным поджаренным кокосовым орехом и полученное таким образом тесто разделывают в виде пирогов. Это кушанье считается на праздничных пирах лакомством. Листья этого растения также употребляют в пищу (РАД. Далее: (по Крауфорду 1, вес бау может доходить до 50 фунтов)).

4. Дегарголь (Convolvulus). Его также пекут или варят. Папуасы знают две его разновидности: одну, у которой плод красноватый, и другую — белую. Дегарголь поспевает главным образом в сентябре и в октябре; в качестве пищевого продукта он уступает первым двум по значению (РАД. Далее: (в Богатим его не разводят)).

5. Аусь (РАД. Далее: (на Яве называется «грабук» или «грубак»)). Его разводят также на плантациях <и собирают> в (РАД. Добавлено: декабре) январе и феврале. Его варят или, завернув в листья, пекут на угольях.

6. Mога (бананы). Хотя я встречал у здешних папуасов 8 или 9 разновидностей бананов, все же их разводят мало, и этот плод является редкостью (РАД. Добавлено: Впрочем, в некоторых деревнях (например, Богатим) они встречаются чаще). Папуасы едят бананы в вареном виде; нижняя часть ствола и корни молодых бананов тоже варятся и идут в пищу.

7. Буам (саго). Вследствие редкости саговой пальмы саго здесь более лакомство, чем пищевой продукт. На долю каждой деревни саго приходится очень мало, и поэтому его едят только по праздникам (РАД. Добавлено: Приготовление саго здесь такое же, как на Сераме (по описанию Уоллеса 2)). [35]

8. Ден (сахарный тростник). С октября по февраль его усерднейше жуют мужчины, женщины и дети. Сахарный тростник растет на Новой Гвинее великолепно и нередко превышает 14 футов в высоту (съедобная часть).

9. Боли (плод хлебного дерева) (РАД. Добавлено: Artocarpus incisa). Не особенно в почете у папуасов как продукт питания, но все-таки его собирают и едят в вареном или печеном виде.

10. Могар. Небольшие бобы, разводимые на плантациях.

11. Орлан (РАД. Добавлено: (Pangium edule)). Плод дерева, которое растет далеко не везде на этом берегу, так что я даже никогда не видел его. Эти плоды подвешивают на деревьях в лесу в больших корзинах. Мякоть плода, а также зерна расколотого ореха образуют быстро, вследствие гниения и брожения, род кислой и очень дурно пахнущей жидкости, которую папуасы считают главным деликатесом.

12. Кенгар (Canarium commune). Собирается в мае, июне и июле. В выставленных на солнце плодах орехи легко отделяются от мясистой оболочки и сохраняются в таком виде.

Другие плоды, встречающиеся на Берегу Маклая, например Pandanus, Mangifera и др., попадаются слишком редко, чтобы их упоминать в числе пищевых продуктов. Не только плоды, но даже листья и цветы многих растений употребляются папуасом в пищу. Во всякое время года горшки, в которых варят аян или бау, наполняются различными листьями, почками и цветами; их едят преимущественно женщины и дети, мужчины же реже, забирая себе лучшую пищу (РАД. Упомянуты еще другие плоды и время их созревания: owal — в сентябре; kabul — июль, август, сентябрь; buger — в начале октября; mangifera — октябрь; aul — ?; разновидность рамбутана — в начале сентября. Далее следует фраза: Зерна aul кладут в морскую воду и уже после едят).

Мясная пища у папуасов редкость, главные ее источники:

1. Свиньи. Свиньи, разводимые в деревнях, представляют собой потомков дикой новогвинейской свиньи. В молодости они бывают полосатыми, с возрастом становятся черными; имеют стоячие уши, вытянутое рыло и длинные ноги. Папуасы закалывают свиней только в торжественных случаях, причем одной свиньи должно хватить не на одну только деревню, но и на две или три (РАД. Добавлено: Свиньи заботливо выкармливаются женщинами, за которыми они бегают, как собаки). На диких свиней папуасы устраивают в июле облавы с выжиганием высокой травы (РАД. Добавлено: Случайно пойманные дикие поросята и теперь одомашниваются в деревнях).

2. Собаки. Собак папуасы держат преимущественно ради мяса и закалывают при менее торжественных случаях: мясо довольно приятно на вкус, но слишком сухое (РАД. Добавлено: Собаки пожирают все съедобное, охотятся даже (во время отлива) за морскими животными на коралловых рифах, а также уничтожают экскременты в деревнях.).

3. Маб (Cuscus). Мясо считается лакомым кушаньем; я нашел его неприятным из-за сильного запаха. Туземцы охотно едят также различные виды сумчатых крыс.

4. Птицы. Куры, хотя и имеются в каждой деревне, употребляются в пищу редко. Так как они живут в полудиком состоянии в лесу, окружающем деревни, папуасы редко находят их яйца. За мое 15-месячное пребывание я видел только 2 яйца в посещенных мною деревнях. Казуаров промышляют очень редко.

5. Пресмыкающиеся. Большие ящерицы (мониторы) употребляются в пищу в вареном виде; мясо их очень вкусное, белое, нежное (РАД. Добавлено: Папуасы едят также случайно попавшихся змей).

6. Насекомые. Все насекомые без исключения, особенно большие жуки, потребляются папуасами в сыром или вареном виде. [36]

7. Рыбы. Более крупных промышляют сетями, меньших — ночью копьем или в лужах при отливе (РАД. Добавлено: Для ловли рыбы служат юр (острога), ра (сеть) и ненир (корзина)).

8. Моллюски. Все женщины и дети собирают моллюсков на коралловых рифах при отливе.

Так как папуасы здесь не знают соли, то они варят пищу с небольшим количеством морской воды, обычно разбавляя пресную воду на одну треть морской. Горные жители, приходя на берег, никогда не упускают случая захватить с собою в горы наполненные морской водой бамбуковые стволы, как ни трудно нести их целыми днями по крутым тропам. Папуасы имеют суррогат соли: прибиваемые к берегу приливом сухие стволы и корни, которые месяцами носились морем и пропитались соленой водой; папуасы их извлекают, сушат несколько дней на солнце и поджигают. Стволы горят слабым пламенем и оставляют значительное количество белой золы. Эту еще теплую золу папуасы жадно поглощают; она и на самом деле довольно солона; к сожалению, ее нельзя долго хранить, так как вследствие значительного содержания соли она очень гигроскопична; за несколько часов она превращается в черную кашу. Эти прибитые к берегу стволы раскалывают; прибрежные жители часто приносят их в виде подарков в горные деревни, где их расходуют очень экономно.

У папуасов существует также сильно опьяняющий напиток. <На Берегу Маклая> есть кустарник, называемый туземцами кеу (Piper methysticum) (Об этом обычае я уже сделал в прошлом году сообщение в журнале имп. Русского географического общества <см. 9294 наст. тома>.), листья, стебли и особенно корни которого жуют, и, когда масса достаточно измельчена, ее выплевывают в скорлупу кокосового ореха с возможно большим количеством слюны (РАД. Здесь помечено, что папуасы Берега Маклая употребляют также: полузрелый орех пинанга с сухой известью, да еще жуют при этом плод (редко лист) сири). К разжеванной массе доливают немного воды и, профильтровав грязно-зеленую кашицу через пучок травы, пьют эту отфильтрованную жидкость, очень горькую и ароматную. Напиток этот не особенно вкусен, о чем свидетельствуют и лица папуасов, проделывающих при питье различные гримасы, но он сильно опьяняет: достаточно маленькой рюмки, чтобы в полчаса сделать человека нетвердо стоящим на ногах. Этот напиток разрешен только старшим мужчинам, а женщинам и детям строго запрещен обычаем. На пирах все мальчики и юноши используются для жевания (но не для питья) кеу; так как корень тверд, его предварительно размягчают ударами камня.

Судя по приготовлению, папуасское кеу, по-видимому, тождественно полинезийской каве, только полинезийцы доливают больше воды.

Насколько мне известно, ни у одного папуасского племени, живущего на Новой Гвинее, до сих пор не было засвидетельствовано приготовление подобного напитка (И, как сообщил мне г. д-р Шеффер, директор Ботанического сада в Бейтензорге, никто из многих ботаников, посещавших побережье Новой Гвинеи, не привозил оттуда соответствующего вида Piperaceae (РАД. Пометка, из которой видно, что это перечное растение и приготовляемый из него напиток в Бонгу, Тумбу и Горенду называется «кеу», в Теньгум-Мана и Колику-Мана«киаль», в Энглам-Мана«кеува», в Гориме«иссе», на о. Били-Били«айн», в Марагум-Мана«айо», в Эремпи«сегу». Имеется также пометка о том, что, по У. Маклею 3, употребление Piper methysticum встречается и на юго-западном полуострове Новой Гвинеи)). [37]

О приготовлении пищи

Оно оказалось гораздо более сложным, чем у туземцев Полинезии; это доказывает как число кушаний, так и употребление глиняных горшков при варке. Большинство кушаний, как уже упомянуто, здешние папуасы варят с некоторым количеством морской воды. Но они умеют также обжаривать куски мяса и рыбу или печь их в <горячей> золе, завернутыми в листья.

Так как из-за <жаркого и сырого> климата приготовленную пищу нельзя долго сохранять, папуасы имеют обыкновение слегка обжаривать или пропекать утром то, что сварено накануне (так они поступают с вареным бау, аяном и различными видами мяса), или, наоборот, варить утром то, что было ранее поджарено (так они поступают, например, с рыбой, которую обжаривают тотчас же после улова и в течение следующих дней варят с различными овощами). Этой варкой и печением обезвреживаются и задерживаются в развитии миллионы грибных спор и нитей, которые в несколько часов пронизывают все сваренное или испеченное.

Приготовление пищи лежит частью на женщинах; они моют и чистят плоды, носят дрова, разводят огонь, приносят в бамбуковых стволах морскую и пресную воду. Мужчины нарезают своими костяными кинжалами или бамбуковыми ножами плоды, наливают воду в горшки и ставят их на огонь, причем прикрывают горло горшка свежими листьями и скорлупой кокосового ореха. Когда пища готова, мужчины же раскладывают ее из горшков по деревянным блюдам для раздачи присутствующим. В торжественных случаях все приготовление пищи производится мужчинами, равно как и в случае прибытия почетного гостя. Обыкновенно муж готовит пищу только для себя, а жена — для себя и детей отдельно. Мужья и жены никогда не едят у одного очага или из одной и той же посуды. Посетителю обыкновенно варят отдельно и остатки дают ему на обратный путь.

Посуда и утварь для еды

Посуда состоит из глиняных горшков различной величины и из деревянных блюд.

1. Ваб (горшок). Самые большие имеют 35 — 40 см в поперечнике, самые малые — 15 — 20 см; форма этих горшков обычно одна и та же, почти круглая, несколько суживающаяся книзу. Их изготовляют в немногих деревнях на побережье и на соседних островах (РАД. Уточнение: Горшки изготовляют только на двух маленьких островах — Били-Били и Ямбомба. Туземцам прилегающих местностей, даже жителям Кар-Кара, это искусство неизвестно). Горшки обычно сделаны очень тщательно, но орнамент их несложен: прямые линии, ряды точек или маленькие дужки (отпечатки ногтей). Горные жители не умеют делать горшки и вынуждены их выменивать или получать в подарок у береговых жителей.

2. Табир (деревянное блюдо). Эти величиной иногда более полуметра в поперечнике круглые или овальные тарелки и блюда [39] делаются весьма искусно, в особенности если принять во внимание, что их изготовляют каменными и костяными орудиями, гладко полируют обломками раковин и натирают черной краской. Табиры вместе с оружием составляют основное богатство папуасов и играют главную роль при обмене (РАД. Добавлено: Меня удивляло, что я ни в одном селении не видал изготовления табиров. По-видимому, вследствие их прочности и большого количества они передаются от одного поколения к другому 4).

3. Гамба (скорлупа кокосового ореха). Употребляется при еде вместо тарелок отдельными членами семьи, так как только хозяин и гости получают пищу в больших деревянных блюдах.

4. Хассен (вилка). При еде папуасы используют род вилки, состоящей из заостренной палочки длиной в 20 см. Иногда три палочки соединены друг с другом; их носят обычно в волосах, так как их одновременно употребляют для почесывания в голове.

5. Кай. Нечто вроде ложки, изготовляемой или из большой раковины, или из скорлупы кокосового ореха.

6. Шилюпа. Плоско отточенная кость кенгуру или свиньи; используется и как нож, и как плоская ложка.

7. Ярур. Очень важный инструмент; состоит из простой гладкой раковины, в которой камнем вырезаны зубья. С его помощью выскребают кокосовый орех, так как его <мякоть> обычно едят только в таком виде.

Орудия и оружие

Орудия

1. Топор. Главное и весьма простое орудие, которым они выдалбливают свои пироги и делают свое оружие, — каменный топор. Рассматривая их постройки, пироги, утварь и оружие и убеждаясь, что все это сделано каменным топором, осколками кремня и раковин, можно только поражаться большому терпению и искусству этих дикарей. Топор — это твердый серый, зеленый или белый камень, уплощенный и заостренный путем долгого шлифования. На островах архипелага Довольных людей я видел также топоры, сделанные не из камня, а из массивной раковины Tridacna. (Для рукоятки) выбирают ствол молодого дерева, от которого отходят довольно прямые сучья, и срубают таким образом, чтобы обрубок с отходящим от него суком напоминал по форме цифру 7. Ствол составляет верхнюю ее часть, которую делают сверху плоской, слегка выдалбливают, затем горизонтально кладут на нее отшлифованный камень, затем вырезают кусок дерева, прикрывающий камень сверху. При помощи крепких шнуров, изготовленных из лиан или коры различных деревьев, вырезанный кусок фиксируется на верхней части, так что камень оказывается защемленным.

Такой топор может быть пригодным и полезным только в руках опытного человека; непривычный же к обращению с ним легко может его сломать или ничего не добьется. Это я знаю из собственного опыта, и не потому, что мне при этой попытке не достало терпения. Туземцы же своими легкими топорами, [40] ширина лезвий которых едва достигает 5 см, в состоянии свалить древесный ствол, имеющий полметра в поперечнике, а также вырезают тончайшие узоры на своих копьях. Папуасы пользуются обычно маленькими топорами, лезвия которых не шире 5 см, но каждая деревня располагает еще одним или несколькими большими топорами, у которых лезвия имеют в ширину 7 — 9 см и которыми действуют обеими руками, тогда как первые держат в правой руке. Камни для топоров (разновидность агата) получают от горных жителей; такие камни встречаются нечасто, так что каждый взрослый располагает только одним хорошим топором, а большие топоры хранятся их обладателями как нечто в высочайшей степени драгоценное и редкое.

2. Куски кремня и раковин. Эти на вид грубые маленькие орудия оказываются в искусной руке достаточными для самых разнообразных работ. То, что каменным топором может быть только грубо обтесано, острым краем кремня полируется или заостряется, как, например, острия метательных копий и стрел. Различные раковины и куски их предпочитают даже кремню, так как они не так хрупки, как кремень. Острыми краями обломков раковин на бамбуке можно вырезать разнообразные узоры. Большие гребни папуасов с резным краем, а также бамбуковые банки, в которых они хранят известь для жевания бетеля, и их стрелы могут служить образцами этого искусства.

3. Донган. Это заостренная или плоско заточенная кость, имеющая форму кинжала или долота. Для изготовления первой разновидности пользуются костями казуара и лишь изредка человеческими костями, для изготовления второй — костями свиньи и собаки. Этими донганами разрезают плоды в сыром и вареном виде. Их обычно носят на руке <выше локтя>, заткнутыми за браслет. Столь короткая, хотя и острая кость едва ли может быть пригодной в качестве оружия.

4. Бамбуковый нож (РАД. Далее: (серао)). Изготавливается так: с одного края расщепленного бамбука удаляют внутренние волокна и оставляют только острую кремневидную кору. Бамбуковым ножом режут мясо, различные плоды, овощи, тогда как донганом их нет возможности резать, а можно только расщеплять и прокалывать (РАД. Дополнение: Пользуются также зубами кускуса (нижней челюстью), костями рыб и «гигир» — кожей акулы. Донганов различают несколько видов: 1) сурлау — из кости казуара, 2) туй — из femur свиньи, 3) нонёли — из tibia свиньи, 4) шилюпа — из кости Macropus tibol. Смотря по твердости кости, ее обрабатывают различно: кости казуара полируют острым кремнем, кости кенгуру обтачивают на точильном камне, кости свиньи — на коралловом известняке во время отлива).

Оружие

1. Xадга. Метательное копье, около 2 м в длину, из твердого тяжелого дерева; самое употребительное и вместе с тем самое опасное оружие папуаса. Оно сопровождает его всюду.

2. Сервару. Такое же длинное, но несколько более легкое метательное копье, сделанное из того же дерева (одного вида пальмы), но с плоским бамбуковым наконечником, имеющим 25 см в длину. Обычно в месте соединения наконечника с древком, копье украшено мехом кускуса и (птичьими) перьями. Бамбуковый наконечник обыкновенно ломается при употребления и остается в ране. [41]

3. Араль. Лук, изготовленный тоже из тяжелого дерева, приблизительно 2 м в длину; тетива бамбуковая.

4. Араль-ге. Стрела с наконечником из твердого дерева около 1 м в длину; наконечник обыкновенно круглый, длина его составляет треть или четверть длины всей стрелы; вставляется в древко из легкого тростника. Встречаются <наконечники>, очень красиво вырезанные и снабженные зубчатым крючком.

5. Палом (РАД. Исправлено: Палам.). Стрела обычной величины, но, подобно сервару, снабженная широким бамбуковым наконечником. Считается более опасной, чем предыдущая.

6. Саран. Стрела на рыбу с 4, 5 и более остриями.

7. Юр. Метательное копье со многими остриями, сделанными из твердого дерева; его употребляют при рыбной ловле ночью, при свете факелов. Древко делается из бамбука, чтобы копье не тонуло в воде.

У жителей близлежащих островов (Били-Били, Ямбомба, Григер, Тиара и др.) есть еще большие круглые щиты (РАД. Далее: (хаярун)), около 80 см в поперечнике, изготовленные из твердого дерева и украшенные резьбой. Мои соседи на побережье таковых не имеют. Я видел также в некоторых деревнях плоские палицы (РАД. Далее: (пани)) длиной в 1 1/2 м; ими действуют, держа обеими руками, подобно тому как употребляли старинные тяжелые мечи.

Во время войны употребляют также метательные камни.

Главное боевое оружие — метательное копье, опасное на расстоянии 35 — 40 шагов. Стрелы на расстоянии более 50 шагов едва ли можно считать опасными ввиду их легкости. На войне и при охоте на диких свиней наконечники метательных копий и стрел натираются красной охрой. Здешние папуасы своих стрел не отравляют.

Одежда и украшения

Единственное одеяние мужчин — маль, обыкновенно окрашенный в красный цвет платок длиной 3 м, шириной 15 — 20 см, который изготовляется из древесной коры (РАД. Далее: (вида семейства Artocarpeae)). Приготовление мал я сходно с приготовлением тапы полинезийцев. Отделив верхний слой коры, ее бьют куском дерева на гладком камне до тех пор, пока кора не станет мягкой и гибкой; тогда маль красят красной охрой и носят. Красная краска держится недолго, и мали со временем начинают выглядеть серыми. Придерживая маль за один конец на животе у пупка, его пропускают между ног, потом обвивают несколько раз вокруг талии и закрепляют сзади другим концом. Просунутая между ногами часть маля крепко стягивается, а передний конец висит спереди.

Женщины носят передник стыдливости, называемый также маль (РАД. Слова: также маль заменены на най); у них он состоит из бахромы длиной 1/2 м, которая закреплена на поясе. Бахрома хорошо закрывает тело, свисая в виде длинных прядей до колен и не затрудняя движений. Женские мали (РАД. Слово мали заменено на най) обыкновенно имеют черные и красные [42] горизонтальные полосы, девушки носят мали (РАД. Слово мали заменено на най) более короткие и менее густые, чем у (замужних) женщин (РАД. Добавлено: Девушки, едва достигшие половой зрелости, обычно бывают украшены многочисленными ожерельями и серьгами; кроме того, они имеют <1 нрзб.> пояс, сплетенный из нуг-сель. Иногда весь костюм девушки состоит из одной раковины Ovula. В Богатим, на Били-Били и в Архипелаге Довольных людей най делают из волокон листьев саговой пальмы, в Бонгу и др. деревнях — из луба растения Aroma). В некоторых деревнях (о. Били-Били и в архипелаге Довольных людей) девичий маль (РАД. Слово маль заменено на най) вплоть до замужества состоит даже из одного пояса, к которому спереди и сзади прикреплено по кисти из крашеного луба; передняя кисть свисает над mons Veneris, другая — сзади над средней частью седалища. Садясь, девушки заботливо протягивают заднюю более длинную кисть между ногами. С обеих сторон ягодиц у этих девушек висят украшения из раковин и окрашенных плодовых зерен.

Кроме малей, папуасы употребляют еще различные длинные и широкие куски материи; их выделывают таким же образом, как мали. Ночью и утром их надевают из-за холода, накидывая на плечи.

Папуас неразлучен со своими ямби и гуном. Первый представляет собой маленький мешок, носимый на шее, второй — мешок побольше, носимый на левом плече. В первом папуасы носят табак и мелкие предметы, во втором — банку с известью для жевания бетеля, ярур, шилюпу, кай, раковины, маленькие бамбуковые баночки для красной и черной краски и еще много других необходимых вещей. Эти мешки сплетены очень красиво из тонких различно окрашенных шнурков; особенно изящны ямби, украшенные часто маленькими раковинами.

На верхней части руки, над бицепсом, мужчины носят браслеты, называемые сагю. Они очень искусно плетутся из древесной коры или травы и украшаются раковинами; за браслет обыкновенно затыкается донган. Если молодые папуасы хотят себя украсить, они затыкают за сагю ветки пестролистных растений. Подобные браслеты (самба-сагю) носятся и над икрами. В виде особенного украшения папуасы носят на груди клыки диких свиней, поддерживаемые ожерельем. Это очень ценное украшение называется буль-ра. Так как такие клыки редко удается добыть, вместо них чаще носят на шее раковины и зубы собак.

В ушах мужчины носят широкие черепаховые или деревянные серьги. Если их нет, то втыкают в уши бамбуковые палочки, продолговатые камни или цветы. У женщин встречаются два [43] вида серег. На мочке уха висит одно или несколько колец. Через отверстие в верхнем крае уха протянут шнурок, который проходит также через отверстие в другом ухе; на обоих концах шнурка прикреплено несколько пар белых собачьих зубов, свисающих по обеим сторонам шеи, тогда как шнурок покоится на голове.

У женщин также есть два мешка, называемые нангели-гун; мешки эти много больше мужских. Их и носят иначе: мешок закидывают не через плечо, а на спину и шнур обвивают вокруг лба. В одном мешке ежедневно приносят в деревню плоды с плантаций, а в другом, немного поменьше, носят маленьких детей. Если детей нет, женщины вместо них таскают поросят и щенят, которых они нежно воспитывают (РАД. Далее: и кормят своей грудью).

О деревнях и жилищах

Войдя в залив Астролябия на судне, нельзя заметить никаких признаков человеческого жилья. Лишь кое-где, может быть, поднимаются столбы дыма, указывающие на близость человека, но и это не всегда; все побережье покрыто густым лесом.

Если исследовать тщательно берег в подзорную трубу, то скоро обнаружатся группы кокосовых пальм, расположенные в некоторых местах друг подле друга. Высадившись поблизости от такой группы пальм и поискав немного, найдешь вытащенные на берег или спрятанные в кустарнике пироги с балансиром. Следуя берегом, попадаешь на тропинку, ведущую в лес; идя по ней в направлении пальмовой рощи, скоро открываешь также между деревьями высокие крыши. Тропинка кончается на открытой площадке, вокруг которой стоят хижины в тени кокосовых пальм и бананов.

Со стороны эти хижины кажутся состоящими почти сплошь из крыш; боковые стены поднимаются едва на 1/2 м от земли. Спереди имеется вход, над которым часто выступает навесом полукруглая крыша. Одна из хижин обычно отличается от [44] остальных гораздо большими размерами и высотой; она открыта с обеих сторон (передней и задней). Одна из сторон ее снабжена широким столом. Почти у каждой хижины посетителю бросается в глаза стоящий на четырех ножках помост вроде стола или широкой скамьи. Такие помосты, называемые барла, имеют 1 — 1 1/2 м высоты; они встречаются во всех деревнях как на побережье, так и в горах этой местности. Именно это — место трапезы и отдыха мужчин. Когда еда готова, деревянные блюда ставят на барлу, гости и хозяин дома занимают места на ней и могут кушать, не подвергаясь назойливому приставанию многочисленных свиней и собак, кишащих в деревнях. Разделавшись с едой и убрав блюда, папуасы растягиваются на барле, которая теперь играет роль дивана или кровати. Барлой пользуются только мужчины; женщины же сидят на корточках на земле.

Открытая площадка, вокруг которой стоят хижины, не всегда имеет круглую форму; она бывает овальной, подковообразной, иногда принимает форму буквы S, смотря по условиям местности.

Деревня состоит из нескольких групп хижин, расположенных вокруг открытой площадки и соединенных узкими тропинками. Селения окружены высоким девственным лесом. Каждая такая группа <хижин> имеет особое название (РАД. Добавлено: Иногда, чаще всего в горных деревнях, эти группы довольно далеко отстоят друг от друга, даже расположены на различных холмах и имеют разные названия; однако во всех случаях они обладают и общим наименованием). [45]

Хижины стоят не на сваях, в большинстве своем малы и темны, но хорошо и прочно построены, особенно крыши, которые всегда бывают выпуклыми. Цель такого устройства — дать лучший сток дождевой воде. Стены хижин сложены из расщепленного бамбука или из черенков саговых пальм, а иногда и из грубо расколотых древесных стволов. Двери подымаются обыкновенно на 1/2 м над землей, чтобы свиньи не могли проникнуть внутрь хижины.

В общем можно различать 3 рода хижин: одиночные, семейные и так называемые буамбрамры 6. Первые, самые маленькие, имеют в длину 6 — 8 шагов и открытую дверь, которая только изредка бывает защищена полукруглой крышей. Вторые имеют в длину 10 — 15 шагов, спереди обыкновенно снабжены еще полукруглой пристройкой с отдельной крышей; входная дверь еще гораздо меньше. Наконец, буамбрамра представляет собой большую хижину, которой пользуются по большей части только взрослые мужчины. Она служит также спальней для молодых людей и для гостей из других деревень. В ней бросаются в глаза толстые длинные выдолбленные стволы деревьев, играющие в жизни папуасов большую роль. Эти стволы, называемые барум, похожи на неуклюжие толстостенные челноки. Они покоятся на двух поперечных балках и на своей внешней [46] стороне приблизительно посередине имеют более гладкое, стертое место, по которому ударяют палкой толщиной в руку. Уцары производят громкий, глухой звук, слышный по берегу на 5 — 6 морских миль. О всех важных событиях в жизни папуасов соседние деревни уведомляются посредством барума. Наступает ли неприятель, умер ли мужчина, устраивается ли пир (РАД. Далее: созываются ли работающие на полях люди на трапезу, для питья кеу, на строительство новой хижины) — обо всем этом окружающая местность извещается рядом последовательных ударов в барум, более сильных или слабых, с более или менее продолжительными между ними паузами. В каждой деревне имеются люди, умеющие особенно искусно бить в барум (РАД. Дополнение: Барумы встречаются и на о-вах Фиджи, где они употребляются так же, как на Берегу Маклая; есть они и на о-вах Адмиралтейства).

Странно, что здесь почти все береговые жители не знают никакого способа добывать огонь, почему они всегда и везде носят с собою горящие или тлеющие головни. Идя рано утром на плантацию, они берут из своего очага полусгоревшее полено, чтобы развести огонь где-нибудь на краю плантации. Отправляясь в более далекий путь, например в горы, они берут с собою огонь для курения, так как их сигары, завернутые в зеленые листья, то и дело гаснут. Во время поездок по морю они держат обыкновенно раскаленные уголья в полуразбитом горшке, на дно которого насыпана земля. Люди, остающиеся в деревне, никогда не забывают поддерживать огонь. Даже ночью разводят маленький огонь в хижине под спальными местами, что при полном отсутствии одежды защищает от прохладного ночного воздуха. Тепло проникает вместе с дымом сквозь щели бамбукового помоста и согревает, даже почти припекает одну половину тела, тогда как другая половина мерзнет. Ночью им приходится много раз вставать, чтобы смотреть за огнем.

Жители гор, как, например, <деревень> Энглам-Мана, Теньгум-Мана и лишь нескольких других деревень, не поддерживают этого вечного огня. Они умеют добывать огонь: каменным топором расщепляют кусок очень сухого дерева, называемого ими «илоль», но так, чтобы обе половины не совсем отделились друг от друга; в расщелину вводят крепкий шнур (расщепленную лиану) и, придерживая полено на земле коленом или ступней, приводят лиану в движение, которое все более ускоряется, пока не вспыхнут подложенные внизу сухие волокна со скорлупы кокосового ореха.

Этот способ добывания огня очень неудобен: одному папуасу потребовалось 1/2 часа, чтобы таким образом добыть мне огонь. Поэтому и в горах туземцы по возможности стараются, чтобы огонь никогда не потухал в очаге. Жители прибрежных деревень неоднократно говорили мне, что им частенько приходится ходить в другие деревни за огнем, если случайно во всех хижинах их деревни огонь погаснет.

Внутренность хижины

Папуас живет почти целый день вне дома; большая открытая площадка, вокруг которой стоят хижины, располагает достаточным пространством и тенью, чтобы все жители хижин могли [47] производить на ней свои домашние работы и готовить себе вечером пищу на отдельных кострах, зажигаемых перед каждой хижиной. Хижины служат преимущественно кладовыми, а также убежищами ночью и во время дурной погоды. Смотря по величине хижины, в ней имеется одна или несколько барл (высоких и широких бамбуковых скамей), расположенных вдоль стен. Нередко под крышей находится каморка с особой дверью, куда попадают с помощью лестницы; в этой каморке хранят плоды. Пучки аяна, бау висят рядами на бамбуковых жердях; там же можно найти несколько горшков и табиров, которые извлекаются в торжественных случаях. К балке, поддерживающей гребень хижины, прикреплена веревка, несущая внизу мему (палку с несколькими крючками). Перед палкой привешен кусок листового влагалища саговой пальмы таким образом, что веревка проходит через его середину. Это приспособление лишает доступа <к палке) многочисленных мышей, пожирающих ночью в хижинах все съедобное. На крюках мему вешают завернутые в листья кушанья, гуны, ямби и другие предметы, требующие охраны от мышей. Обыкновенно на той же балке висит нечто вроде плоской корзины с подобным же приспособлением против крыс, в ней сохраняются остатки ужина в горшках или табирах до следующего обеда.

Кроме пары копий, нескольких стрел и других орудий охоты и рыболовства, в хижине папуаса больше ничего нет. Трудно было бы найти человеческое жилье с меньшим числом предметов, составляющих, однако, все имущество его обитателей. [48]

В более поместительных открытых хижинах (буамбрамры), о которых я уже говорил, бывает иногда также верхняя каморка, служащая кладовой. Вдоль стен висят многочисленные нижние челюсти заколотых на праздниках свиней и черепа съедобных рыб. Здесь существует обычай сохранять что-нибудь от каждого съедобного животного на память об этом событии.

Плантации и обработка почвы

Немногие плантации находятся вблизи деревень, большинство скрыто в лесу для того, чтобы защитить их от врагов. Выбрав участок земли для плантации, срубают сначала подлесок, а потом и более крупные сучья больших деревьев. Этим достигается больший доступ солнца, отчего все срубленное быстро увядает и засыхает. Тогда разводят огонь и сжигают срубленный кустарник и засохшие сучья. Остаются только большие деревья, их постепенно поджигают у корня в течение нескольких дней, а иногда и срубают большими каменными топорами. Очищенный участок окружают забором: втыкают по два ряда тростниковых кольев (Sacharum spontaneum) в рост человека близко один к другому. Пространство между двумя рядами наполняют грубо наколотой древесиной от больших деревьев. Стоящие один против другого тростниковые колья связывают парами через короткие промежутки лианами. Забор делается приблизительно в рост человека; он необычайно прочен, так как стебли тростника скоро пускают корни. Стебли стоят вплотную друг к другу, поэтому забор представляет надежную преграду против нападений диких свиней, которые в противном случае могли бы причинить большой вред молодым плантациям.

Прежде чем срублены все деревья и устроен забор, землю уже взрыхляют, размельчают и насыпают в кучи, имеющие около метра в поперечнике и полметра высоты. Каждая куча обсаживается только одним сортом растений, так что бананы, сахарный тростник, бау и аян растут вперемежку. Меньше чем в месяц новая плантация бывает уже готова. На более старых плантациях почва в особенности хорошо обработана и измельчена. При этом папуасы пользуются очень простыми орудиями:

1. Удья — крепкая, длиной в 2 м палка, заостренная с одного конца; ею пользуются мужчины, так как для работы с этим примитивным орудием требуется много силы.

2. Удья-саб — небольшая узкая лопатка, применяемая женщинами.

Работа производится следующим образом: двое, трое или более мужчин становятся в ряд, с силой втыкают заостренные удья в землю и потом одновременным толчком подымают большую глыбу земли. Если почва тверда, то в одно и то же место втыкают удья два раза, а потом уже поднимают землю. За мужчинами следует ряд женщин, которые ползут на коленях и, держа крепко обеими руками свои удья-саб, размельчают [49] поднятую мужчинами землю. За ними идут дети различного возраста, растирающие землю руками. В такой последовательности мужчины, женщины и дети обрабатывают всю плантацию; потом накидывают кучи земли, группируемые в ряды.

Предварительная подготовка плантации, вырубка кустарника, сжигание и рубка деревьев, постройка забора по большей части производятся всеми жителями деревни совместно; дальнейшая же обработка земли — уже только всеми членами семьи. Но кучи обсаживают отдельные члены семьи, между которыми разделена плантация, так что даже младшие сыновья имеют свои особые плантации, которые они обязаны обработать и возделать и плоды с которых им принадлежат.

Ежегодно в определенной последовательности папуасы получают с плантаций плоды и овощи, уже перечисленные мною выше. Так, в марте, апреле, мае, июне, июле они снимают урожай бау, в августе, сентябре, октябре и ноябре — аяна, в декабре и январе — дегарголя, и в эти же месяцы особенно едят сахарный тростник. Каждый день посылают на плантации женщин, чтобы они принесли на вечер и на следующее утро нужные плоды. Каждая плантация делится между несколькими семьями, и обыкновенно одна деревня владеет несколькими плантациями 7. Всего больше плантаций у прибрежных жителей, тогда как островитяне занимаются (больше) различными ремеслами (гончарство, постройка лодок и т. д.).

Сношения и обмен между деревнями

У папуасов Берега Маклая нет ни торговли, ни упорядоченного обмена. Если туземцы прибрежной деревни, например сразу несколько, отправляются в другие прибрежные деревни, на острова, лежащие к северу, или к жителям гор, то они берут все, что в их деревне имеется в избытке, и несут с собою в виде подарка. При уходе они получают ответные подарки, состоящие из продуктов, бывающих всего чаще в той деревне. Чрезвычайно редко я замечал, чтобы подарок предлагался за определенный ответный подарок или давался в ответ <на конкретный) подарок.

Так, горные деревни Теньгум-Мана, Энглам-Мана, Марагум-Мана и др. богаты арековыми пальмами и табаком. Их жители приносят эти продукты в прибрежные деревни и получают взамен гончарные изделия, рыбу, соль (в виде кусков (пропитанного морской водой) дерева). Островитяне изготовляют преимущественно горшки и мали, за которые они принимают продукты плантаций прибрежных жителей. Эти островитяне служат также посредниками при обмене продуктами между прибрежными деревнями, расположенными далеко одна от другой.

Обычай взаимного отдаривания так укоренился, что даже жители соседних, близлежащих деревень при своих весьма частых посещениях приносят почти каждый раз что-нибудь своим приятелям и получают от Них при уходе ответный подарок. [51]

Не все деревни имеют пироги. Причина тому — расположение многих деревень в таких местах, где постоянный сильный прибой затрудняет приставание к берегу. Пироги выдолблены из древесных стволов, имеют балансир и маленькую платформу, находящуюся посредине, там, где прикрепляется балансир. Двух гребцов (один спереди, другой сзади) достаточно для быстрого продвижения этого судна; самые маленькие пироги могут вместить только трех человек. Жители Били-Били и архипелага Довольных людей строят, однако, большие пироги, имеющие вместо платформы маленькую хижину. Они употребляются для более продолжительных поездок под парусами, нередко имеют даже две мачты, наклоненных в противоположные стороны: одна вперед, другая назад. На этих пирогах туземцы превосходно ходят под парусами при самом слабом ветре, но пироги держатся довольно хорошо и при сильном ветре, хотя папуасы по возможности его избегают. Большой парус — это циновка из пандануса, вместо веревок пользуются расщепленным бамбуком и лианами. Якорем служит кусок древесного ствола с обрубленными и заостренными четырьмя или пятью сучьями, образующими лапы якоря, между которыми для его утяжеления, укреплены посредством плетения из расщепленного ротанга камни (РАД. Далее: Якорным тросом служит толстая лиана. Последнее слово зачеркнуто и заменено на: ротанг). На этих пирогах жители Били-Били (лучшие мореходы во всей округе) предпринимают поездки на различные острова архипелага Довольных людей, даже на Кар-Кар (о. Дампир) и к юго-востоку, на берег у мыса Риньи (РАД. Далее: (Рай Мана)).

Жители Bar-Вага (о. Рич) не имеют, по словам береговых жителей, никаких судов, на которых они могли бы посещать берега Новой Гвинеи; их также никто не посещает, и они живут совершенно обособленно (РАД. Дополнено: Они, однако, посещают Кар-Кар, и на маленьком острове Били-Били встречаются мужчины, знающие языки Кар-Кара и Ваг-Вага).

Горные жители боятся больших морских переходов, да и жители побережья не выказывают себя отважными моряками. Они предпринимают плавания только в хорошую погоду и при благоприятном ветре (РАД. Пометка: Частично обусловлено несовершенной конструкцией каноэ) и остаются дома, как только ветер усиливается и в море начинается волнение.

Повседневная жизнь папуасов

Папуас Берега Маклая женится рано, имеет (РАД. Далее: обычно) только одну жену (РАД. Уточнение: Изредка, впрочем, встречается многоженство: так, у Саула было три жены, у Яго — две и т. д., но это, наверное, исключения) и отличается строгой нравственностью. Насколько мне приходилось видеть, внебрачных связей почти не бывает или они встречаются очень редко. Брачные обряды очень просты. Жених делает, с согласия своей семьи и семьи невесты, подарки (5 — 10 табиров, редко 15 и больше таких деревянных блюд, несколько малей и т. п.). Спустя несколько дней режут свинью или собаку, устраивают праздничный обед и жених приводит невесту в свою хижину. Еще проще развод, так как при этом обходятся без праздничного обеда. Муж просто отсылает жену к ее родственникам, если она оказывается неспособной к работе, например при болезни ног, затрудняющей ходьбу, и берет себе другую. [52]

Вообще же мужья обращаются с женами хорошо и лишь изредка их колотят. Ежедневно жена приносит с поля плоды, собирает дрова для ночного огня; она же таскает воду с морского берега или из ручья. Под вечер часто можно видеть женщин, возвращающихся с поля тяжело нагруженными. На спине у них висят два мешка, прикрепленные к веревке, обвивающей лоб: нижний — с плодами, верхний — с самым младшим ребенком. На голове, сильно нагнутой вперед благодаря тяжести мешков, они несут еще большие вязанки сухих дров, в правой руке держат пучок сахарного тростника, а на левой руке висит иногда еще один маленький ребенок. Такой груз при жаре и при узких тропинках очень утомителен; свежесть и здоровье молодой женщины уносятся поэтому очень скоро.

Дети очень веселы, а плачут и кричат весьма редко; отец, а иногда и мать обращаются с ними очень хорошо, хотя мать обычно относится к детям менее нежно, чем отец. Вообще папуасы обнаруживают очень большую любовь к детям. Я видел у них даже игрушки, что не часто встречается у диких народов: нечто вроде кубарей, маленькие лодочки, которые дети пускают по воде, и некоторые другие в том же роде. Но уже рано мальчик сопровождает своего отца на плантацию, в его походах по лесу или в поездках на рыбную ловлю. Ребенок научается из практики почти в детстве всем своим позднейшим занятиям и еще маленьким мальчиком становится очень серьезным и осторожным в обхождении.

Мне частенько приходилось видеть комичную сцену, как маленький мальчуган, лет четырех, пресерьезно разводил огонь, носил дрова, тщательно мыл блюда, помогал отцу чистить плоды, а потом вдруг вскакивал, бежал к матери, сидевшей на корточках за какой-нибудь работой, схватывал ее за грудь и, несмотря на ее сопротивление, принимался сосать. Дело в том, что здесь весьма распространен обычай кормить детей грудью очень долго.

День папуаса начинается, едва забрезжит свет. Папуасы любят крик петуха, возвещающий близость дня, а потому держат петухов в деревнях (РАД. Добавлено: Кур почти не держат, так как собаки загрызают цыплят). Если папуасу не нужно отправляться далеко в лес или горы, он еще в темноте идет, завернувшись в свой маль, на берег моря и ожидает, сидя на корточках и дрожа от холода, восхода солнца. Собирается обыкновенно целая компания, однако люди лишь изредка обмениваются словами, обычно же все молчат и молча расходятся. Когда солнце поднимается выше, папуас возвращается в деревню, где приказывает жене или детям принести остатки вчерашнего ужина или варит себе немного свежей пищи. Женщины готовятся идти на плантации; они загораживают бамбуковыми палками и циновками двери своих хижин, забирают свои мешки, удья-саб, засовывают кричащих детей в мешки, не забывая при этом захватить с собою и тлеющую головню, и по нескольку вместе, в сопровождении детей и собак, оставляют, болтая, деревню. Мужчины остаются в [53] деревне, сидя перед своими хижинами, спокойно поедают свой завтрак, после чего жуют бетель и курят свои зеленые сигары. В это время в деревне очень тихо, хотя в ней осталось еще много мужчин. Около 10 часов утра мужчины один за другим и по [54] нескольку вместе покидают свои хижины: одни уходят на плантации, другие — на рыбную ловлю, третьи — в соседние деревни. Все они вооружены луком и стрелами (В тексте статьи: стрелой), иногда и метательным копьем и, кроме того, нагружены еще различными орудиями (удья, рыболовные сети, весла и т. п.). Они тоже закрывают свои хижины.

Если прийти в деревню в полдень, часто не найдешь в ней ни одного человека; только несколько собак и свиней посмотрят на пришельца и исчезнут в кустах. Все хижины заперты, и только буамбрамра манит своей прохладой, соблазняя путника растянуться на широкой барле и отдохнуть. Около 4 или 5 часов слышатся шаги мужчин, возвращающихся с работы или из своих походов. С них со всех еще струится вода, так как перед приходом в деревню они искупались в ближайшем ручье и даже натерлись вместо мыла песком и жесткой шероховатой травой. Несмотря на распространенность у папуасов накожных болезней, их нельзя назвать нечистоплотными; они купаются ежедневно, даже по нескольку раз, и часто натираются песком или травой. Придя в деревню, они растягиваются на своих барлах и ждут, когда наступит время готовить себе еду. Визгливые голоса в лесу возвещают скоро и о прибытии женщин, которые с тяжелой ношей, в поту, подходят к хижинам, сбрасывают вязанки дров и осторожно снимают мешки с детьми и плодами.

Зажигаются огни. Дети постарше помогают своим родителям приносить горшки и табиры, смотреть за огнем, чистить плоды и раскладывать их по горшкам. Иногда сходятся несколько соседей; каждый приносит немного плодов и овощей, и вместо нескольких малых горшков варят в одном большом. Между тем девушки приносят морскую и пресную воду в бамбуковых сосудах. Прежде чем положить или налить что-нибудь в горшок, кладут в него зеленый или сухой лист, чтобы предохранить овощи от пригорания. Также кладут в горшок содержимое бамбуковых сосудов, которые мужчины носят с собою во время прогулок. Их содержимое иногда очень разнообразно: там можно найти жуков, улиток, раков, крабов, гусениц, маленьких ящериц и т. п. Все это бросают в горшок вместе с землей и сухими листьями, попавшими в сосуд случайно. Еще живые животные пытаются спастись, но в Горшок всыпают аян, бау или дегарголь, наливают воды, на одну треть морской, а затем накрывают горшок зелеными листьями и скорлупой кокосового ореха и ставят на огонь. Смотря по содержимому, горшок стоит на огне час или более. Мужчины ломают сухие дрова на колене или на твердом камне, женщины — на голове.

Когда еда готова, ставят круглый в основании горшок на сплетенный из соломы кружок. Хозяин дома раскладывает кушанья по поставленным вокруг табирам; лучшие куски достаются гостям и ему самому, худшие — детям и женщинам. К этому времени обыкновенно уже совсем темнеет, однако костер не разжигают ярче, а продолжают сидеть в сгущающейся темноте [55] и медленно едят, пережевывая трудно перевариваемую пищу. Чтобы в какой-то мере удовлетворить потребность в соли, пьют, приложив табир в губам, жижу, в которой были сварены с некоторым количеством морской воды гусеницы, пауки и ящерицы. Женщины удаляются в хижины. Время от времени слышны крики детей и тихая беседа мужчин, жующих свой бетель или курящих сигары. Но эти звуки скоро умолкают, мужчины разводят в хижинах небольшие костры под своими барлами и засыпают; но им приходится нередко вставать, так как огонь под ними часто гаснет, и холод ночного воздуха их будит.

Так проходят дни у жителей Берега Маклая. Перемены вносят только войны, многолюдные визиты в соседние деревни, а также празднества, которые устраиваются в их собственных деревнях и у соседей.

Мыс Уединения на Берегу Маклая в Новой Гвинее, 1872 г.
Батавия, 22 ноября 1874 г.

(Я надеюсь еще в этом году просмотреть продиктованную уже в 1873 г. часть моих заметок; возможно даже, я найду достаточно времени продолжить перевод и публикацию написанных по-русски заметок (РАД. Пометка: Это сделано в ноябре и декабре 1875 г. в «Тампат Суса» в Богоре). Йохор-Бару, 7 февраля 1875 г.) (РАД. Далее: в ночь перед отъездом в Сингапур).


Комментарии

Печатается по: Ethnologische Bemerkungen ueber die Papuas der Maclay-Kuste in Neu-Guinea // NTNI. 1875. D. 35. Afl. 1. Bl. 66 — 93; 1876. D. 36. Afl. 3. Bl. 294-333.

Впервые в переводе на русский язык: Изд. 1923 г. С. 349 — 376, с пропусками и неточностями. Отсюда: Изд. 1940 t. С. 221 — 256, с небольшой правкой и устранением отдельных пропусков и неточностей; СС. Т. 3.. Ч. 1. С. 52 — 118, с дополнительной правкой и исправлением еще нескольких (но не всех) неточностей.

В первом авторском примечании к статье Миклухо-Маклай сообщает, что писал эти заметки в 1872 г. во время пребывания на Новой Гвинее, но называет их набросками. В письме в РГО от 22 ноября 1874 г. (это и другие письма публикуются в т. 5 наст. изд.) ученый поясняет, что заметки «представляли смесь содержания и языков» и «оставались в примитивном виде» до 1873 г., когда он передиктовал их на немецком языке в Бейтензорге, подвергнув существенной переработке. В этом же письме Миклухо-Маклай называет причины, побудившие его опубликовать данную статью и некоторые другие работы, на немецком языке в журнале Королевского общества естествоиспытателей в Нидерландской Индии, выходившем в Батавии. Публикация «Этнол. заметок» задержалась в связи с поездкой ученого в Папуа-Ковиай.

18 сентября 1874 г. на заседании правления упомянутого Общества Миклухо-Маклай был избран его членом-корреспондентом одновременно с выдающимся английским натуралистом А. Р. Уоллесом (NTNI. 1874. D. 34. Ап. 3. Bl. 300). На том же заседании было объявлено, что Миклухо-Маклай предложил Обществу «различные сообщения относительно своих исследований на Новой Гвинее» (Ibid. Bl. 306). Весьма вероятно, что к таковым относились и «Этнол. заметки». Во всяком случае на заседании правления 20 ноября того же года русский ученый присутствовал лично, причем обратился с просьбой о скорейшей публикации данной статьи в журнале (NTN1. 1875. D. 35. Afl. 1. Bl. 94 — 95). Его просьба была выполнена, и первая часть статьи вышла в том же выпуске журнала, что и решение о ее публикации. Примечание в конце первой части о желании автора продолжить публикацию «Этнол. заметок», датированное 7 февраля 1875 г. (Йохор-Бару), представляет собой, очевидно, отрывок из его письма президенту Общества П. А. Бергсме. Это примечание, по-видимому, добавлено к статье издателями журнала.

Вторая часть статьи была закончена Миклухо-Маклаем в ноябре 1875 г. по возвращении с Малаккского полуострова, когда он жил в Тампат-Сусе близ Бейтензорга (см. его письма П. А. Бергсме от 16 декабря 1875 г. и секретарю РГО от 31 декабря 1875 — 8 января 1876 г.). В обоих письмах Миклухо-Маклай упоминает о третьей части статьи, диктовку которой приходилось отложить в связи с подготовкой к путешествию по Западной Микронезии и Северной Меланезии, начавшемуся в феврале 1876 г. Эта часть статьи, по-видимому, так и не была завершена автором, во всяком случае не была опубликована.

В АГО (Ф. 6. Оп. 1. No 92) хранится оттиск «Этнол. заметок» с рукописными авторскими добавлениями (см. с. 353 наст. тома). Эти РАД учтены в нашем издании.

Примечания 15, 25 (част.) сделаны А. Н. Анфертьевым, 13, 14, 16, 18, 19 — В. Н. Беликовым, 9, 12 — А. Г. Козинцевым. Остальные примечания написаны Д. Д. Тумаркиным. Введение к примечаниям подготовлено А. Н. Анфертьевым.

1. О Дж. Кроуфорде см. прим. 2 к тексту «Этнографическая экскурсия в Йохор» в т. 4 наст. изд.

2. Об А. Р. Уоллесе см. прим. 13 к тексту «Острова Адмиралтейства» в т. 2 наст. изд.

3. Уильям Джон Маклей (1820 — 1891) — крупный австралийский фермер-овцевод, политический деятель, покровитель науки на пятом континенте, один из основателей Линнеевского общества Нового Южного Уэльса. Опубликовал более 70 работ по энтомологии, ихтиологии и другим отраслям зоологии. В 1875 г. снарядил за свой счет экспедицию к берегам Новой Гвинеи на судне «Чеверт». Коллекции, завещанные им Университету Сиднея, положили начало Музею Уильяма Маклея при этом университете, существующему поныне. Маклей покровительствовал Миклухо-Маклаю, когда тот в 1878 г. прибыл в Австралию, и написал вместе с ним большую работу «Plagiostomata of the Pacific» (в трех частях), публиковавшуюся в Proc. LSNSW (1879. Vol. 3. Р. 318 — 334; 1884. Vol. 8. Р. 426 — 431; 1886. Vol. 10. Р. 673 — 678).

4. Табиры не изготовлялись в Бонгу и соседних деревнях. В рамках многоступенчатых межобщинных обменов крупные табиры поступали сюда из горных селений, а овальные — с о-вов Сиаси, куда, по некоторым сведениям, они доставлялись с о-вов Тами. См.: Тумаркин Д. Д. Хозяйство папуасов бонгу // На Берегу Маклая. С. 106.

5. Явная ошибка. Еиир — собачий клык.

6. О буамбрамре (буамрамре) см. прим. 52 к «Первому пребыванию» в т. 1 наст. изд.

7. О поземельных отношениях в Бонгу и окрестных деревнях см. прим. 104 к «Первому пребыванию» в т. 1 наст. изд.

8. См. об этом дневниковую запись or 14 декабря 1871 г. (т. 1, с. 132 наст. изд.).