Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

№ 24. 25 апреля. Универсал в воеводства, поветы и вольные города литовской провинции.

По пренесении толиких бед и уничижений всевышнее провидение народу нашему ниспослало щастливое время, коим мужество не упустило случая воспользоваться, а естли [50] обывательская добродетель и расторопность восхощет оказать помощь, то, любезное Отечество, ты избавлено будешь.

Послушай, литовской народ, что тебе представляет не слабый король из безсильнаго трона, не своевольное собрание ничего, кроме суетного титула не имеющаго народа, но спокойная связь добродетельных твоих сынов, которые долго о освобождении твоем трудились в ту пору, когда ты уже об оном отчаивался.

Мужественной народ французской сейчас с другими дает нам дружескую руку и желает, чтобы мы возстали, дает нам к тому всякую помощь. Доброжелательство его основано на взаимной корысти двух народов, не причастно той обманчивой и хищной политике, которой, увы, несколько крат мы жертвовали. Одно остается из двух нам избрать: или достальную силу употребить на освобождение себя или погибнуть от руки всегда не доброжелательствующих, а ныне ещё раздражненных соседей.

Доносим Вам, прехвальные обыватели, что литовское войско предводительствуемое инженерным полковником Ясинским, не уступая деятельностию своею мужеству и неустрашимости начальника, исполнило уже свой долг, составя чрез единодушие связь. Столичной город Вильно освобожден от квартирования неприятельскаго. Вся онаго команда, пушки, стандарты и все без изъятия тут бывшие солдаты в наших руках. Достальная команда всего неприятельскаго войска в течение нескольких дней будет нашею. О, естли ж ты народ благосклонен будешь к тем, которые добровольно от усердия сюда будут стекаться, то и навсегда уже мы останемся свободны.

24 апреля бывшие в Вильне обыватели, в силу особаго акта о возстании литовскаго народа для отыскания вольности, равенства обывательскаго и всех тех выгод и предприятий, которые актом краковским сего 1794 года марта 24 числа постановлены, учинили торжественнейшую присягу о защите себя и Отечества, учредили Вышний совет из особ в том же акте упомянутых, яко-то:

Иосифа Неселовского, воеводы новогродскаго Антония Тышкевича, хоронжаго виленскаго и президента места Вильни, Бенедикта Морикония, Станислава Мирского, писарей литовских, Михаилы Бржостовского, старосты минскаго, Доминика Нарбута, войского лидскаго, Иосифа Паца, старосты вилейскаго, [51] Михаилы Грабовского, конюшего литовскаго, Станислава Воловича, подкомораго речицкаго, Томаша Вовржевского, эксхоронжаго литовскаго, Николая Храповицкого, маршалка оршанскаго, Валентина Горецкого, войскаго виленскаго, Бенедикта Карпа, хоронжего упитскаго, Михаила Страшёвича, маршалка упитскаго, Иосифа Котла, полковника литовскаго, Каетана Нагурского, хорунжего шавельскаго, Вишневского, подкомораго пренскаго, Николая Моравского, експисаря войсковаго, Тадеуша Висогерда, Аллоизия Сулистровского, експисаря литовскаго, Самуеля Корсака, Игнатия Гелгута, ексстражника литовскаго, Мартына Почобута, ректора академии виленской, Михаила Корпиловича, архидиакона смоленскаго, Юрия Белопетровича, Антония Хлевинского, генерала майора, Ясинского, полковника инженерного и коменданта виленскаго, Антония Ляхницкого, вице-президента того ж места, которым предоставя избирать особ в другие присутственные места или лучше депутации, которых в пунктах к сему акту принадлежащих, назначили, а из такового порядка открываются следующие пункты.

1-е. Уголовный суд, со времени постановления акта существующий, обязан будет с сего времени казнить изменников Отечества и не согласующих на возстановление онаго, которые советом или заговором угрожают, которые в недоброжелательстве к Отечеству своему уже оказались. Суд ево будет краткой так, что естли бы и чрезвычайная открылась надобность, однако ж в течении 24-х часов жалобы, доказательства и декрет должно окончить и приговор онаго не иной будет, как или оговореннаго с посрамлением жалобщика освободить или виннаго смертию на виселице казнить. В сей суд определены Иосиф Неселовский, воевода новогродский, Каетан Нагурский, хоронжий шавельский, Самуэль Корсак, Фелициан Помернацкий, судья земской виленский, Доминик Нарбут, войский литовский, Гаспар Чиж, воевода виленский, Иозеф Пац, староста виленский, Тадеуш Висогерд, Ян Буховецкий, судья земский виленский, Антоний Боржимовский, ротмистр кавалерии народовой, Юрий Белопетрович, Людвиг Вязовский, Матвей Бобрович, Ротмистр, Тадеуш Мордас, коморник, Игнатий Войнич, обыватель виленский. В заседании же по крайней мере должно быть семи особам.

2-е. Депутация призрения, с того ж времени начинающаяся, вообще примется за все то, чего только надобность возстания [52] народнаго самым сократительнейшим образом требовать может. В ней нет никаково судопроизводства, но смотря по обстоятельствам будет отсылать в надлежащий суд. В сию депутацию назначены: Михаиле Грабовский, конюший литовский, Николай Храповицкий, маршалок оршанский, Станислав Воллович, подкоморий речицкий, Антоний Тизенгауз, хоронжий виленский, Бенедикт Карп, хоронжий упицкий, Николай Моравский, експисарь войсковый, Игнатий Товянский, судья земский виленский, ксендз Михаил Карпович, архидиакон смоленский, ксендз Николай Томашевский, Иван Миллер, Франц Фрибес Готлиб и Цейлер, обыватели места Вильни. В заседание же по крайней мере должно быть трем особам.

3-е. Депутация общей безопастности, ровным образом того ж времяни начатся имеющая, будет иметь в своем ведении военную народную силу, предостерегать безопастность, предупреждая всякие препятствия народного возстания. Она наипаче обязана будет найсильнейше пещись, дабы не точию ничего не было предпринято действованием против возстания народнаго, но ниже в том, что говорено бы было. Судопроизводства иметь не будет, но имеет отсылать куда по роду дела следовать будет. Может, однако же, подозрительных, снесшись с воинскими командами, между тем задержать и по допросе, естли бы задержанной оказался виновным и не было донощика. В таком случае публичный инстигатор дело производить должен, не ответствуя, однако ж за недоказательство, но яко по должности за сие вступившийся. В сию депутацию назначены Бенедикт Морикони, писарь литовский, Михайло Бржостовский, староста минский, Иосиф Котел, полковник войск литовских, Валентин Горецкий, войский виленский, ксендз Иосиф Мицкевич, каноник инфлядский, Симон Малевский, профессор академии виленской, Иозеф Меер, Антоний Ляхницкий, вице-президент места Вильни, Михайло Дашкевич, Вовржинец Гуцевич, Лейко, обыватель меской. А комплект заседания таким же образом по меньшей мере из трех особ состоять будет.

4-е. Депутация публичной казны иметь будет в своем ведении казну и исполнять обязанность по праву на скарбовую комиссию возложенную и тотчас должна начать свое распоряжение, к которому назначены члены: князь Радзивил, каштелян виленский, Игнатий Домбровский, Ян Непомуцен, Гориян Флориан Сыруц, судья ковенский, Томаш Вавржецкий, ксёндз [53] Пихловский, официал виленский, Антоний Важинский, подкоморий ошмянский, Пляцид Тршласковский, Матвей Нелюбич, Ксаверий Юрага, писарь актовый виленский, Никодим Пршеменецкий, Пётр Билинг, обыватели места Вильни. А заседание их должно быть из трех особ.

Все таковые депутации под властию Найвышшаго управляющего совета долженствующие быть в Вильне и всякая особенно по своей части без отлагательнаго учреждения порядок представить оный на утверждение совета. В отправлении же должностей взаимное между собою и Вышним управляющим советом хранить должно непременно благопристойность. А как особы в уголовный суд и в депутации вышесказанные от Найвышшаго совета теперь назначенные к комплекту совета не принадлежат и в случае вакансий могут занимать другие места, для того, естли бы и в самом совете оказалась какая-либо вакансия, то Вышний совет по большинству секретных голосов избрать должен будет. За всем же сим, желая так сказать народу с каким духом приверженности для освобождения его силимся подъять труд, к Вам, почтеннейшие обыватели, взываем, дабы с Княжества Жмудского трех, с воеводств, поветов и с главных мест по одному, за получением сего универсала, тот час соединясь с нами для взаимной обороны и акт относящийся наипаче до таковой связи имея в предмете возстания народа, вделавши в тот же Вышний совет для отправления публичнаго служения, выбрав из согласных нам, прислали делегатов. Вышний же совет, имея тогда умноженное из столь сотоварищей число, смотря по обстоятельствам и надобности, увелича свой комплект, будет могущественнейше на неиспровержение ига уничижительной неволи и на исторжение всех забранных своих краев.

Преславные мужья! Потщитесь воспалить в себе любовь к вольности древних предков Ваших и, смотря на их всеобщее Рушение, примитесь все за оружие, которое всегда подвластно было руке польской. Возьмите пример коронных провинций, в коих исправно устроенные по воеводствам и провинциям хорунгвы, наилучшей горячностью молодые воины отличились победами над неприятелем. Напоследок, прехвальные обыватели, доставляйте к народному войску как найскорее рекрут, сколько кто может и хощет, не брегите о имени и жизни, когда дело идет о сохранении дражайшей той вольности. Отзовитесь [54] приятным гласом натуры к народу, который, толикими бедствиями удрученный и питающий оторванным от своего рта куском хлеба неприятеля, в последней крайности и отчаянии, как кажется, Вашего только ожидает приказания.

Пусть то оружие, которое распустной салдат препятствует ему употребить на обработание земли, пронзив грудь ево, останется посвященным в честь защиты Отечества и вольности. Испытаем общих народных сил, возьмемся за руки, авось в сем разе увидим, чья из двух сил будет слабее.

Прехвальные обыватели! Знак тревоги есть смерть или победа, в которой войска наши при многократно выигранных сражениях воспользовались добычею. Кто не согласен с нами, тот идет против нас. На сих добродетели и мужеству свойственных основаниях, утвердив нашу связь торжественнейшею присягою на публичном месте в Вильне учиненною, тогда ж с другими обывателями заключили сими словами:

Присягаем всемогущему богу в Троице святой единому, что Отечеству жизнью и имуществом усерднейше служить будем, властей, которые по акту о возстании народа постановлены, найвернейше слушать станем и все то, что от нас следовать будет в подкрепление обороны нынешнего акта о возстании народном, с горячностию при всей честности исполнять неукосним, а что нам от власти какой бы то ни было, по нынешнему акту устроенной, поверено будет, не точию в секрете сохраним, но и все наши поступки не на собственности, но вообще на благосостояние края обращать будем, как нам в том господь бог и невинное мучение сына его да поможет.

Остается ещё нам, прехвальные обыватели, Вас удостоверить, что, удерживаясь только до времяни в крае при расправных и других присутственных местах, не будем принимать никаких приватных дел, ниже определения делать такового роду и никакой законской власти быть не допустим, но в чрезвычайном нынешнем произшествии, изыскавши щастливую минуту, которую открыло нам мужество народового войска, быв призваны к пособию Отечества, отрицаясь от всяких пенсий, наград и корысти, потом с найвяцшею ревностью исполнять возложенное на нас будем, пока Речь Посполитая не освободится совсем от иностранных войск, пока не очистится от всех Отечества нашего изменников, наказывая злодеяния, и не настанет найвысочайшей степени щастие. [55]

Достойные обыватели! Вышший совет и всякая особо из тех депутаций будет Вас, смотря по надобности и обстоятельствам, извещать. Послушайте того, естли не желаете погибнуть. Желательно, чтоб сей универсал читан и публикован был при публичных богослужениях и для того исполнение сего возлагаем на ксензя официала с тем, дабы он от себя о том в парафиях зделал препоручение.

Происходило в Вильне 25 апреля 1794 года.

Антон Тышкевич, президент места Вильни
Бенедикт Морикони,
великий писарь Великого Княжества Литовского
Станислав Мирский,
великий писарь Великого Княжества Литовского
Михаил Бржостовский, староста минский
Доминик Нарбут, войский лидский
Михаил Грабовский, великий конюший Княжества Литовского
Станисллав Воллович, подкоморий речицкий
Николай Саба Храповицкий, маршалок оршанский
Валентин Горецкий, войский виленский
Бенедикт Карп, хоронжий упитский
Иозеф Коцел, полковник Великого Княжества Литовского
Каетан Нагурский, подкоморий шавельский
Николай Моравский, експисарь войсковой
Тадеуш Висогерд, земянин виленской
Самуэль Корсак, полковник Княжества Литовского
Юрей Белопетрович

РГВИА, ф. 41, д. 266, л. 337-344об., РГАДА, ф. 16, д. 758, ч. 1, л. 486-493 об. Белорусские переводы в сокращении: Емеяльянчык У. Паланез для касiнерау. Мн., 1994. с. 52-55, Анiшчанка Я. Статут жыцця Ясiнскага // Маладосць. 1998. № 2. С. 231-232