Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

АБУ ХАМИД АЛЬ-ГАЗАЛИ

БОЖЕСТВЕННОЕ ЗНАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Во имя Аллаха, Всемилостивейшего, Милосердного!

Хвала Всевышнему достойная, ибо Он украсил сердца избранных рабов Своих сияющим светом святости, взрастив их милостью и заботой, отворил ключом понимания и размышления врата единения для познавших сердца. А также слава и Божье благословение нашему предводителю, господину пророков Мухаммаду, да благословит его Аллах и да приветствует, обладателю Божественного закона, показавшему мусульманской общине путь к счастью, и его роду — капитанам корабля спасения и наставления.

Один из моих правдивых друзей сказывал мне, что отдельные ученые мужи отрицают Божественное знание и то сокрытое, во что верят избранные суфии и последователи суфийского пути обучения, которые убеждены, что означенное знание сильнее, глубже знаний получаемых и приобретаемых. Они говорят: «Мы не можем себе представить такое знание, которое является предметом веры и убежденности суфиев. Мы не думаем, что в мире найдется некто, способный добиться истины знания и истинной науки, не обретая знания и обучаясь мистическому ведению, а только размышляя и раздумывая».

На что я заметил: «Как будто бы заявивший подобное не имел полного представления о различных путях обретения знаний, не слышал об особенностях человеческого духа, о его качествах, а также о том, как он осознает сокрытые знания и как в нем отражается небесная наука». Мой друг ответил: «Да, тот человек говорит, что наукой являются только фикх, толкование (тафсир) Корана и калам, а более ничего». — «Так. Однако что же это за спорщик, который признает наукой толкование Корана, в то время как Коран — безбрежное море, хранящее в себе все виды жемчугов и драгоценных камней. И ни в одном из популярных среди народа сочинений и толкований не упомянуто об этих дорогих драгоценных камнях и высших истинах. Да и истина толкования представляет собой нечто отличное от воображаемого тем спорщиком». — [174] «Действительно, он кроме толкований, приписываемых Кушайри, Салаби, Маварди и подобных им по известности, не удостаивает иные вниманием». — «Поэтому он слишком далеко уклонился от пути истины. Скажем, Судами исследованиями, пристальным изучением высказываний и мыслей искателей истины собрал в своем толковании Корана искомое и сущностное, отсутствующее в каком бы то ни было из толкований. А тот муж, который за наукой признает только фикх, калам и заурядные толкования [Корана], — словно не знающий о видах знания, его степенях, истинах, внешней и внутренней сторонах и привыкший отрицать тот предмет, в коем невежествен. И как может такого рода спорщик, не вкусивший ни капли от пьянящей истины и не услышавший аромата Божественного знания, постигнуть его и утвердиться в нем? Как он, не обладая мистическим ведением, согласится признать что-то в противоположность слепому подражанию (таклид) и принять это?» Мой друг изрек: «Я хочу, чтобы ты немного поведал о видах знаний, а также о качестве Божественного знания, изложив письменно так, как ты сам представляешь». — «Сказывать об этом предмете очень трудно, но я могу начать вступлением к нему до того рубежа, который будет отвечать моему душевному состоянию и возможностям. Естественно, я воздержусь от пространности и подробностей, ибо лучшая речь — кратка и ясна. Ища у Всевышнего Господа успеха и помощи, я удовлетворяю просьбу достойного и благородного друга в этом низкопробном послании».

РАЗДЕЛ О ЗНАНИЯХ, ЗНАЮЩЕМ И ПОЗНАВАЕМОМ

Следует разбираться в том, что знание состоит из того представления, которое приобретает разумная человеческая душа об истинах отдельных вещей, отвлеченных от их внешней сущности, количества и качества, формы и содержания.

Знающий — тот, кто, обретя осведомленность в вещах, постигает и представляет их. Познаваемое — то, что в результате представления отпечатывается и отражается в душе. [175]

Также надлежит знать, что благородство и ценность знания зависит от ценности и благородства познаваемого, ранга и степени знающего в ранге и степени знания. Поскольку нет сомнения в том, что самое благородное, высокое и ценное из известного человеку — Единственный Господь, Знающий и Могущественный Творец, то знание о Боге, представляющее собой знание Единобожия и теологию, — наивысшее, благороднейшее и превосходнейшее из знаний. Обретение этого знания является обязательным и необходимым условием для всех разумных и мудрых мужей, как о том заповедал Владеющий Божественным законом, да благословит его Аллах и да приветствует: «Искать знание обязательно каждому мусульманину». Для обретения указанного знания он также повелел отправляться в странствия, сказав: «Ищите знание, даже если придется идти до Китая».

Сведущие в данном знании являются самыми достойными и превосходными из знающих. По этой причине Великий Господь упомянул их в ряду высочайших в ранге, сказав: «Свидетельствует Аллах, что нет божества, кроме Него, и свидетельствуют это ангелы, и свидетельствуют это обладающие знанием» (Коран, 3:18). Поэтому совершенно ведающими в знании Единобожия являются пророки, за ними стоят наследующие им ученые мужи.

Хотя знание Единобожия и мистическое ведение о Всевышнем — суть высочайшие из знаний, совершенные по сути и благородные, тем не менее, это не служит поводом для отрицания других знаний. Однако данные знания основаны на предпосылках, которые следует извлекать из многих других различных знаний, типа астрологии, астрономии и прочих наук. Сходным образом и другие науки, классификацию которых мы изложим в своем месте, можно получить из знания Единобожия.

Следует обратить внимание на то, что любое знание по природе своей, невзирая на познаваемое, превосходно, будь то даже колдовское знание, хотя ложное и вздорное, но — знание против невежества. А невежество — из необходимых предпосылок мрака, мрак же — из необходимых условий застоя, застой сочетается с небытием, тогда как знание есть синоним бытия и существования. Разумеется, бытие лучше небытия. Руководство, направление, истина, движение и свет — все они находятся в ряду бытия. Следовательно, поскольку бытие бывает превыше небытия, тогда знание тоже [176] выше и превосходит невежество. Ибо последнее подобно слепоте и темноте, а первое — вид света и зрения. Разве равны меж собою слепой и зрячий, свет и мрак? Всевышний Господь указал на данные вопросы, повелев: «Скажи, разве сравняются те, которые знают, с теми, кто не знает ?» (Коран, 39:9)

Разобравшись в том, что знание лучше невежества, мы должны понять, что невежество — из необходимых предпосылок тела, а знание — от качеств духа. Следовательно, дух благороднее и величественнее тела.

У знания много видов, точно так же, как для знающего существуют многочисленные пути обретения знаний, о которых мы расскажем в отдельных разделах. То, что следует знать сейчас, после рассуждения о знании и ведении его преимущества, представляет собой мистическое познание души, служащей местом пребывания и зеркалом знаний, ибо тело не может быть вместилищем знания из-за ограниченности и предельности тел. Оно не соответствует приумножению знаний и их беспредельности. В телах не находит отражения ничего, кроме обычаев и правил, тогда как душа обладает способностью вбирать в себя все знания без ограничения и стеснения, непрестанно и без устали. Итак, далее мы немногословно поведаем о душе и душевных состояниях.

РАЗДЕЛ О ДУШЕ И ДУХЕ ЧЕЛОВЕКА

Всевышний Аллах сотворил человека из двух субстанций: первая представляет собой приземленную материю, темную, сложную и мутно-рыхлую, подверженную действующим силам природы, существования и разложения, и зависимую от постороннего; вторая включает в себя постигающий дух, чистый, простой и сияющий, служащий движущей силой и совершенствующий все орудия и тела.

Он создал тело из веществ питающих и составных, взрастив его при помощи действующих сил природы, укрепив его устои, доведя до совершенства его структуру и определив его границы. Но неповторимую, совершенную и совершенствующую суть духа Он сотворил Своим сокровенным повелением. [177]

Говоря о душе и духе, я не имею в виду силу, нуждающуюся в пище, или силы, возбуждающие страсть и гнев, или же ту силу, которая обретается в сердце и истекает чувствами, движением и жизнью из сердца в другие органы. Поскольку оные силы именуются животным духом, то чувства, движение, страсть и гнев считаются его армией и войском. Например, сила аппетита, существующая в человеке в результате работы печени, носит название физического духа, а пищеварение и избавление от его последствий и атрибутов, равно как и все силы, связанные с размножением, воспроизводством потомства и другим, — физическими силами, состоящими на службе у тела. Тело же обслуживает животный дух. Последний забирает названные силы у тела и задействует их по своему желанию.

Что касается души, то это простая и совершенная субстанция, достоинство и особенность которой сведены только к тому, чтобы вспоминать, размышлять, обдумывать, определять и проницать. Она впитывает в себя все знания, никогда не зная усталости и утомления от принятия и постижения отвлеченных, нематериальных вещей. Эта суть души главенствует над духами и подчиняет себе все силы, которые находятся у нее в услужении, послушны ее повелениям.

У каждой группы есть свое особое название для разумной человеческой души, то есть для ее сути. Философы именуют ее «разумная душа», Коран для нее использует выражение «упокоившаяся душа» и «дух от повеления», суфии истолковывают ее как «сердце». Разница в именах, а суть — одна, и в ней нет расхождений. Поэтому «сердце» ли, «дух» ли в наших оборотах или «упокоившаяся» в выражении Корана, все они — имена «разумной души», состоящей из простой, активной и постигающей субстанции. И где бы ни зашла речь об абсолютном духе или о сердце, будет иметься в виду именно данная чистая субстанция. Суфии называют животный дух душой. И в шариате используется этот же подход, подобно тому как было сказано: «Злейший враг твой — твоя душа, пребывающая меж боков твоих».

Говоря так, Законодатель (Мухаммад, да благословит его Аллах и да приветствует) применяет слово «душа» и, помимо того, подчеркивает, что та душа, которая расположена между двух твоих боков. Использование данного слова указывает на силу страсти и гнева, поднимающуюся из сердца. А сердце — как раз то, что находится промеж двух боков. [178]

Теперь, после мистического познания имен души, следует знать, что исследователи и знающие мужи, обладая различными убеждениями и мнениями, по-разному истолковывают истину этой изящной субстанции. Мутакаллимы, известные и отличающиеся в схоластике, подразумевают под душой тело, говоря, что душа — тонкое тело, в отличие от плотных тел. По их убеждению, между духом и телом нет большей разницы, кроме как в тонкости и плотности.

Некоторые посчитали дух преходящим явлением, так, в этом убеждена часть врачей. Другие полагали дух кровью. Все эти группы удовлетворились только своими фантазиями и не стали искать альтернативу. Надобно знать, что дух бывает трех видов: тело, преходящее явление и чистая суть. Животный дух есть определенное тело, субтильное, подобное горящему фитилю, находящемуся за стеклом сердца, то есть той пирамидальной формы, что подвешена в груди: жизнь — освещение от того фитиля, кровь — его масло, чувства и движение — его свет, страсть, рвение и гнев — дым от него, а сила аппетита, заложенная в печени, считается его обслугой, охраной и представительством.

Данный дух присутствует во всех животных и также в человеке, ибо он сам есть тело, а его следами служат внешние свойства. Этот дух не приучен к знанию и совершенству. Не может он постичь сотворенное, и не знакома ему истина Творца. Он — пленный слуга, который умирает со смертью тела, разрушаясь сам, вместе с его разрушением. Если крови прибавится, то по причине перегрева этот фитиль потухнет. Если в нем возникнет изъян, то из-за переохлаждения он также погаснет, а его угасание приведет к смерти и уничтожению тела.

Не этот дух является адресатом Всевышнего Господа, и не ему вменены в обязанность религиозные заповеди. То, что животные и звери не становятся теми, к кому обращаются, и теми, кому должно выполнять заповеди Шариата, но человек взял на себя обязанности адресата, произошло ради нечто такого, что является его особенным свойством, которым не обладают животные. Это нечто и есть та разумная душа, тот упокоившийся дух. И данный дух — не тело, не преходящее явление, но — Божественное веление, как было изволено: «Скажи: дух - от повеления Господа моего» (Коран, 17:85).

И еще было сказано: «О ты, душа упокоившаяся! Вернись к твоему Господу довольной и снискавшей довольство!» (Коран, 89:27-28) [179]

Повеление Господа не является ни телом, ни внешней формой, но — одной Божественной силой, подобно Перворазуму, Скрижали, Перу, которые суть чистые субстанции, не связанные с материей и состоящие из нематериального света, рационального и внечувственного. Дух, или — в нашем выражении — сердце, подобен такой же чистой, не подверженной разложению субстанции, которая никогда не исчезнет, не погибнет и не превратится в ничто, а отделится от тела в ожидании Дня воскрешения, когда она снова возвратится к нему, как об этом упомянуто в шариате.

В философских науках было доказано убедительными доводами и ясными аргументами, что разумная душа человека не является ни телом, ни преходящим явлением, но — сутью, чистой, предвечной, не приемлющей разложения и вечной. Здесь нам нет нужды раскрывать аргументы и приводить доказательства. Всякий, кто пожелает, сможет обратиться к связанным с этой отраслью книгам и почерпнуть познания оттуда. Тот путь, который мы избрали, — не путь аргументов и доказательств, а путь откровения, очевидности, убежденности в видении и вере.

Всевышний Господь порой приписывал человеческий дух Своему повелению, а иногда — относил к Своему благородству, говоря: «И вдохну в него Моего духа» (Коран, 38:72). А также приказывая: «Скажи: дух - от повеления Господа моего» (Коран, 17:85). И еще сказав: «И Мы вдохнули в нее [Марию] от духа Нашего» (Коран, 66:12).

Естественно, Всевышний Господь выше и величественнее того, чтобы соотносить с Собой тело либо преходящее явление, которые презренны, ничтожны, подвержены отмиранию и тлену, изменению и разложению. О том же говорил Законодатель, да благословит его Аллах и да приветствует: «Духи — регулярные войска». И еще он сказал: «Духи павших мученической смертью пребывают в зобах зеленых птиц».

Форма же после исчезновения и смерти своего содержания сама исчезает и уходит в небытие, поскольку она не предвечна по сути. А тело, как упоминается в книгах по врачеванию, разлагается на составные части, которые у него были до составления из материи и формы.

Когда мы сталкиваемся с подобными аятами Корана, преданиями (хадисами) и рациональными доводами, то понимаем, что дух — особая субстанция, простая, нематериальная, совершенная [180] и живая по сути, так как годность и негодность религии и религиозных учений проистекают из него. А физический и животный духи, как и все силы тела, — его подданные, исполнители его приказаний. Эта простая субстанция постигает виды знаний и истины существ без обращения к лицам и их вере. Дух способен постигать истину человечности, не видя человека, равно как, не испытывая потребности видеть лиц и особ, он постигает ангельские и дьявольские создания, поскольку чувства людей неспособны их разглядеть, но могут постичь их суть.

Ряд суфиев утверждает, что как у тела есть глаз, видящий внешнее, так и у сердца есть видение, которым оно зрит истины. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует, говорил: «Только в рабе Божьем и в его сердце есть два ока, которыми он постигает сокровенное». В воле Всевышнего Аллаха оказать благорасположение к рабу и раскрыть его сердце для видения того, что скрыто от его очей. И этот дух не умирает со смертью тела, ибо Господь пригласил его к своему престолу, повелев: «Возвратись к Господу твоему» (Коран, 89:28).

Однако он отказывается от тела, отделяясь от него. Составной частью отказа является вывод из строя животных и физических сил и остановка движения, истолковываемая как смерть.

Упование и обращение людей Пути, то есть суфиев, к духу и сердцу — несравнимо больше их упования на личность и тело. Поскольку дух — от Всевышнего Господа, постольку он проживает в теле подобно страннику и скитальцу. Все его внимание обращено к своей основе и своему источнику. Поэтому в случае, если он окрепнет и его не затянет в трясину натуры, то широкое использование им своей основы и цели принесет больше пользы, чем ее приходит к нему от тела.

После того как выяснилось, что дух — это простая субстанция, и стало известно, что каждое тело поневоле требует пространства, а каждая форма не в состоянии пребывать без основания, следует усвоить, что данная простая субстанция не растворима ни в каком месте и не размещается ни в какой точке. Тело не служит местом для духа или помещением для души, но — инструментом духа, орудием души и верховым животным сердца. А дух не связан с органами тела точно так же, как не существует и отдельно от них. Тем не менее, его среда обитания — в теле, которое он использует. [181]

Самый первый свет торжествует в мозге, а первый мозг — место торжества его особенного сияния. Передняя доля мозга считается его охраной, средняя — советником и руководителем, задняя — его кладовой с хранителем, органы тела — его пешими и конными силами, животный дух — его прислугой, дух физический — его представителем и ходатаем, само же тело — его верховым животным, мир — ареной для него, жизнь — его капиталом, движение — его торговой деятельностью, знание — его прибылью, мир иной (тот свет) — его целью и устремлением, Божественный закон — его путем, похотливая душа — врагом в его сердце, порицающая душа — предостерегающими угрызениями совести, внешние чувства — его лазутчиками и помощниками, религия — его сторожем, разум — его учителем, чувства — его учеником, а Творец мира наблюдает за ним со стороны. Дух в том описании, о котором шла речь, и с теми орудиями и инструментами, которые были перечислены, не обращается всецело к материальному телу и не смыкается с ним, но, всесторонне используя его, устремляет взгляд к своему Творцу, пользуясь телом определенное время по Его повелению.

Стало быть, в таком путешествии и в течение его у духа нет другого занятия, кроме как приобретать мистическое познание и обучаться знаниям, поскольку украшать дух в вечном мире будут только наряд и красота знаний, а имущество с потомством, которые скрашивают жизнь мирскую, не смогут это сделать. Подобно тому, как глаза видят лица, уши слышат голоса, язык готов изрекать, животный дух хмелеет от плотских наслаждений, физический дух влюблен в животные удовольствия, — точно так же и святой дух, упокоившееся сердце человека, в течение всей жизни не ищет ничего другого, кроме знания и мистического ведения, не прикипая сердцем ни к чему другому. Всю свою жизнь он постоянно украшает красотой знания. Если же его привлекает что-то иное, кроме знания, то ради выгоды и интересов тела, а не в качестве цели и устремления.

Сейчас, когда стали понятными состояния духа, его стойкость и предвечность, его любовь, приверженность мистическому ведению и знанию, есть необходимость обратить внимание на классификацию знаний. И хотя у знания много видов, мы все же кратко их перечислим. [182]

РАЗДЕЛ О ВИДАХ ЗНАНИЯ

Следует понимать, что знание бывает двух видов — от Божественного закона и от разума. Большинство наук от Божественного закона причисляются сведущими в них к рациональным точно так же, как большинство рациональных наук у разбирающихся в них, представляют собой знания от Божественного закона.

«Кому Аллах не посылает света, тому - нет света» (Коран, 24:40).

Первый вид — знание от Божественного закона — подразделяется на два: знание основ и знание производных.

Знание основ, или знание Единобожия, является обращением и мистическим познанием Бога, Его предвечных, действенных и сущностных качеств, объяснявшихся разнообразными именами. Кроме того, это рассмотрение и изучение состояний пророков и последователей, имамов и сподвижников, обращение к смерти и жизни, к Дню воскрешения, сбора и Суда, достижение милости Творца — и это считается основой религиозных убеждений. Приверженность в рассуждениях изучающих настоящее знание такова: во-первых, аяты Благородного Корана, во-вторых, хадисы Пророка, да благословит его Аллах и да приветствует, и в-третьих, рациональные доказательства и сравнительные доводы.

Знатоки данного знания заимствовали посылки диалектических умозаключений и его базис из логики и философии, используя, однако, большинство выражений и терминов не по назначению, истолковывая словосочетания и обороты типа «содержание», «форма», «доказательство», «аргумент», «довод» и им подобные таким образом, что смысл каждого из терминов у различных групп разный. Например, философы имеют в виду под словом «джаухар» (суть, содержание, субстанция) нечто свое, суфии — свое, а мутакаллимы — совсем другое. То же самое и с остальными вопросами. Целью нашего послания не ставится изучение смыслов и терминов, раскрытие убеждений и мнений данных вероучений, и мы не будем это обсуждать. Те, кто в основах убеждений и в знании Единобожия уделяют исключительное внимание каламу, обсуждению и аргументированию, стали известны под прозвищем мутакаллимов, а наука калама обрела известность как знание Единобожия. [183]

В число знания основ входит толкование Корана, поскольку Коран — самая великая, благородная и ценная Книга. В нем содержатся многие символы и тайны, к которым не всякий разум в состоянии пробиться, кроме тех, по отношению к кому в понимании Книги были оказаны милость и благоволение.

Благороднейший Посланник, да благословит его Аллах и да приветствует, говорил: «Нет ни одного знамения из знамений Корана, опричь содержащего в себе явное и сокрытое. А сокрытое в нем скрывает еще до семи сокрытых» (в другом хадисе приведено: «до девяти сокрытых»).

Кроме того, он изрек: «Каждое слово из слов Корана обладает смысловой границей, и у каждого есть степень восхождения».

Всевышний Господь известил, что в Благородном Коране присутствуют все знания и истины, явное сущих и их тайны, от маленьких до великих, чувственных и постигаемых разумом, указав на это смыслом сказанного: «Ни свежей, ни сухой былинки, что в Ясной Книге Бога означена бы не была» (Коран, 6:59), а также повелел: «Чтоб над знаменьями ее могли бы поразмыслить все те, кто в разумении живет» (Коран, 38:29).

Когда вопрос Корана является главнейшим из вопросов, а понимание его затруднительно, какой из комментаторов сможет как следует, с честью выполнить свое дело и какой из ученых мужей сможет справиться с разрешением его тайн? Да, каждый из комментаторов толковал Коран в меру своих сил и понимания, прилагая усилия к разъяснению его смысла по степени своего разума и знаний. Каждый что-то сказал, на самом деле не сказав ничего.

Наука о Коране складывается из знания основ, производных от Божественного закона и рационального знания. Исходя из этого, комментатору необходимо рассматривать и изучать Коран с различных сторон: с точки зрения лексики, словосочетаний, аллегорий, со стороны грамматики, учитывать философские убеждения и мнения суфиев, чтобы его тафсир приблизился к истине и действительности. И всякий раз, довольствуясь какой-либо из сторон или удовлетворяясь одним направлением, он не сможет отстоять свою точку зрения.

Знание основ предполагает также знание преданий (хадисов Пророка) и притч. Благороднейший Пророк, да благословит его Аллах и да приветствует, был самым красноречивым среди арабов и неарабов. Его учитель от Бога повелевал ему Божественным откровением [184] (вахи), а его разум познал и объял все сущее на небесах и на земле. В каждом из его выражений, в любом его слове — море тайн, сокровищница секретов. Посему столь важно и необходимо знать притчи, предания и наследие Пророка, да благословит его Аллах и приветствует.

Никто не в состоянии обнаружить совершенное овладение словами Посланника, да благословит его Аллах и приветствует, и знанием пророческих высказываний, осознать их полностью, разве только поступать в соответствии с предписаниями Законодателя и выполнять их, делая безупречной свою душу и сохраняя свое сердце обращением к пути Истины и неуклонным руководством шариата.

Тот, кто пожелает вступить на путь комментирования Корана и эзотерического толкования преданий и захочет, чтобы его разъяснения соответствовали истине, должен, прежде всего, обрести познания в лексикологии, проявить совершенное мастерство в синтаксисе, отличиться на поприще правил и основ морфологии, поскольку лексикология считается лестницей для иных наук. У не познавшего ее нет пути к обретению знаний. Разумеется, пожелавший подняться на недосягаемый уровень вынужден сначала готовить себе лестницу, а уж затем взбираться по ней. Для других наук лексикология также является средством подъема, ибо она, как говорится, — фундамент и основа любого правила. Поэтому каждый из стремящихся к знанию должен испытывать потребность в лексикологии.

Первый предмет изысканий в области лексикологии — познание букв, из которых составлены отдельные слова. Затем следует ознакомиться с глаголами, например трех- и четырехбуквенными, и т. п. Лексиколог также должен обратить пристальное внимание на арабскую поэзию, в особенности на стихи доисламского периода, являющиеся в арабской поэзии лучшими и самыми ясными, несущими энергию мысли и пищу для духа.

Однако пристальное внимание к лексикологии, буквам, словам и арабской поэзии не освобождает от необходимости изучать грамматику. Грамматика для лексикологии — что весы для золота и серебра или логика для философии, она сродни метрическому размеру в стихах или метру для тканей и мере для зерна. Естественно, доколе не будет всякая вещь взвешена на пригодных для нее весах, дотоле не выявится ее даже приблизительная сущность. Стало быть, лексикология, считаясь одним из доказательств в знании Единобожия, есть [185] средство и преддверие к знанию толкования хадисов и Корана. Без знания Единобожия душам людей не найти пути к спасению. Без него невозможно обезопасить себя в Судный день.

Вот таким было изложение знания основ убеждений или основ религии. Вторая разновидность знания от Божественного закона представляет собой производное знание, или знание законов. Дело в том, что знания бывают теоретическими (умозрительными) и практическими. Знание основ — теоретическое, а производное знание — практическое.

Практическое знание включает в себя три вида прав.

Первый — право Всевышнего Господа, состоящее из столпов Бо-гопоклонения: вопросы ритуального омовения, молитва, пост, налог с имущества, паломничество, джихад, призывы к Аллаху, праздничные, пятничные и дополнительные молитвы и т. д.

Второй — права рабов Божьих по отношению друг к другу, состоящие из общественных установлений и подразделяющиеся, в свою очередь, на два типа: права, ведущие к определению взаимоотношений, например, в торговле, партнерстве, пожертвованиях, займах, наказаниях и всех вопросах чести, и права, определяющие односторонние акты и соглашения, как-то: брак, развод, освобождение от рабства, порабощение, вопросы и дела наследования. Эти два типа именуются термином фикх. Знание фикха — благородное, ибо оно, отвечая общим интересам, полезно и необходимо для всех людей.

Третий вид — право личности по отношению к своему духу, состоящее из знания черт натуры. Последние бывают либо порицаемыми, тогда их следует избегать, либо похвальными, тогда их нужно приобретать, украшая с их помощью дух. Они были раскрыты и разъяснены в Преславном Коране и пророческих преданиях.

Всякий, кто пожелает себя ими украсить, найдет вечный Рай.

Что касается второго вида знаний из первичного деления, а именно рационального знания, то оно чрезвычайно сложное, ибо в нем возможны как истина, так и ей противоречащее. Данное знание подразделяется на три категории.

Первая категория представляет собой математические знания и логику. В число математических знаний входят: арифметика, имеющая дело с числами; геометрия, рассуждающая о размерах и [186] формах; астрономия, изучающая и исследующая небо, звезды, сферы земли и все, с ними связанное. Определение дней рождения и предсказания по звездам также происходят от этих знаний. К числу математических знаний относится и наука о музыке, занимающаяся соотношением струн и аккордов.

Что касается знания логики, то это наука, изучающая человеческие представления и ведущая поиски в их понимании, в разъяснении границ и законов или в утвердительных суждениях, в раскрытии суждений по аналогии и аргументов. Основываясь на этом, знание логики сначала исходит из частностей, затем обсуждает составные части суждений и виды аналогий, а после — аргументы, являющиеся заключительными вопросами логики.

Вторая, или промежуточная, категория — естественное знание. В нем речь идет о чистых телах, фундаменте и столпах содержания, форм, движения, покоя, о свойствах небесных сфер, о воздействующих и реагирующих вещах. От этого знания происходят категории всего существующего, виды душ и тел, описания чувств, качество их постижения, а также медицина, или знание живых организмов, определение недугов, качество лечения и его способы. Производными от данного знания являются метеорология, минералогия, химия и им подобные.

Третья, высшая из категорий, судит о бытии и его разделении на необходимое и возможное, изучает бытие Творца мира, Его качества, деяния, повеления, заповеди и волю, обстоятельства очередности появления от Него всего сущего, а также исследует высшие решения, простые субстанции, абстрактные интеллекты, совершенные души, ангельские и дьявольские состояния, в конце концов вникая в пророческое знание, вопросы чудес и чудотворства, рассматривая состояния святых духов, качество сна и бодрствования, проблему внутреннего видения и т. п. Производными от данного знания служат чародейство, фокусничество и им подобное.

Для каждого из представленных знаний существуют свои внешние показатели, составные части, степени и объяснения, нуждающиеся в раскрытии, толковании и обосновании, от подробного изложения которых мы здесь воздержимся, предпочтя лаконичность.

Надлежит знать, что по своей сути рациональные науки просты, однако появилось состоящее из них знание, которое [187] обладает всеми особенностями и признаками простых знаний. Это знание тасаввуфа и образа действия суфиев, так как знание суфиев, или особый суфийский путь, есть совокупность, соединяющая в себе два знания — рациональное и от Божественного закона и имеющая в своей основе экстатические состояния, мистическое вкушение, экстаз, страсть, чистоту, образ действий, исчезновение, утверждение бедности и фана, любви к Богу и Божественной воли, устремления и стремящегося, равно как и других атрибутов и стоянок. Даст Аллах, мы в отдельной книге поговорим об этом тройственном знании. Сейчас же целью нашего послания является только изложение числа знаний и их видов, которые мы кратко и лаконично перечислили. А желающие подробностей и деталей могут обратиться к соответствующим книгам.

Сейчас, когда разговор о числе и классификации знаний подошел к концу, следует окончательно удостовериться в том, что для понимания и постижения любого из этих знаний и отраслей знания существуют особые условия, которые невозможно познать ищущим знания, не обучаясь им.

Итак, после перечисления знаний и изложения их видов есть необходимость выяснить пути обретения знания и мистического ведения, поскольку получение знания и обучение ему представлены определенными путями, которые нужно обсудить подробно.

РАЗДЕЛ О ПУТЯХ ОБРЕТЕНИЯ ЗНАНИЯ

Следует знать, что человечество обретает мистическое знание и обучается знанию двумя путями: первый — путь человеческого обучения, второй — путь Божественного наставления.

Первый путь есть тот обычный путь, путь чувственный, маршрутом которого следуют все рассудительные мужи. Но и он бывает двух видов: на одном из них, внешнем, знания осваиваются в процессе обучения, на другом — обретаются посредством размышления и обдумывания. Размышление и внутреннее обдумывание выступают в качестве обучения. Внешнее обретение знаний, то есть [188] приобретение знаний, когда один человек использует другого, является частичным. А размышление и осознание есть использование духом Всеобщего духа. Естественно, что Всеобщий дух с точки зрения обучения и наставления сильнее и эффективнее любого ученого мужа и учителя.

В целом знание потенциально заложено в духе человеческом, как зерно, посаженное в землю, или как перл, покоящийся на дне моря, как драгоценный камень в руднике. Самообучение (та'ал-люм) заключается в извлечении знания из возможного в реальное, тогда как обучение знанию (та'лим) состоит в выведении оного из потенциального положения в практическую фазу. Посему между духом ученика и духом учителя существует определенное подобие и родство. Учитель в разъяснениях подобен пахарю, ученик в их восприятии сродни пашне, потенциальное знание — как зерно, а знание реализовавшееся — словно росток. Когда дух ученика достигает ступени совершенства, то он как выросшее дерево или как перл, извлеченный со дна морского.

На этом основании всякий раз, когда телесная сила одерживает верх над духом, потребность ученика в наставлениях и учебе возрастает, а на пути овладения знанием становятся необходимы приумноженные усилия, старания, большие затраты времени. И, наоборот, всякий раз, когда свет разума и видения берет верх над телесными силами, ученик, немного поразмыслив и обдумав, избавляет себя от необходимости наставлений и учебы, а способный и просветленный дух его постигает в течение часа размышлений такое, к осознанию чего бестолковый и темный дух не сможет прийти в течение года.

Поэтому некоторые обретают знания путем учебы, а другие — путем размышления и обдумывания. Но в любом случае всякое наставление требует обдумывания, ибо человек не может обучаться всему познаваемому и всем общим и частным вещам наставлениями и учебой. Но, изучая что-то, он вникает в это мыслями и размышлением, приходя, таким образом, к осознанию чего-то иного. Большинство рационалистических знаний, научных отраслей и открытий философов и ученых появилось и было осознано ими силой мысли, глубиной проницательности, чистотой своей души с минимальными наставлениями и обучением. Если бы сие было не так, то человеку было бы обязательно все познавать учась и постоянно пребывать [189] при этом в плену мрака невежества, поскольку ни один дух не в состоянии охватить поочередным обучением совокупность всего частного и общего из ему потребного. Однако, как уже говорилось, некоторые предметы постигают обучением, другие масса людей понимает благодаря наблюдению и опыту, третьи — познают силой размышления и чистотой души, что служит основой подхода в работе ученых и его фундаментом в принципах наук.

Например, занимающийся геометрией не изучает и не сможет изучить сразу все то требуемое, в чем он испытает нужду за время своей жизни. Тем не менее, обучаясь, он постигает общие понятия и принципы основ геометрии, а затем из этих общих принципов, сравнивая и размышляя про себя, извлекает и выводит частные случаи. Сходным образом врач не в силах обучиться у учителя и познать все нюансы болезней и специфические свойства массы лекарств. Большинство врачей приступают к лечению людей, исходя из общих основ и универсальных принципов медицины. Астролог также изучает общие положения и основы астрологии, выводя из них различные умозаключения. То же самое касается фикха, нравственной этики и т. д. Этот закон справедлив и для изящных занятий. Для примера: в музыке один выдумывает доли силой мысли, другой, учитывая инструмент, находит иной способ. Подобным же образом все дела и занятия, духовные и физические, на первых этапах осваиваются через учебу, а впоследствии совершенствуются путем размышления и обдумывания.

Как только отворяются врата мысли и разума, человек начинает познавать, что представляют собой размышление, проницательность и внимание к искомому и возжеланному. Его грудь расширяется, а око становится видящим. Тогда потенциальные знания его духа без затрат и усилий достигают стадии воплощения. Что касается второго пути, то есть Божественного наставления, то он тоже делится на два вида. Первый — Божественное откровение (вахи). Оно бывает, когда дух достигнет степени совершенства, стряхнет со своих пол физические осквернения, выйдет за рамки и границы грез и желаний, отведет взор от плотских страстей и мирских удовольствий, скинет путы материальных просьб и чаяний и устремится к Источнику Вселенной и своему Создателю, ища поддержки в милости своего Творца и опираясь на Его [190] великодушие и покровительство. Тогда Господь Всевышний тоже, выражая Свое благоволение, удостаивает такой дух Своим особым вниманием и изысканной милостью. Отличая его Божественным взором, вверяет его Скрижали, а Всеобщую душу наделяет пером, запечатлевающим в нем все знания.

Совершенный и святой дух подобен ученику, а Всеобщий разум — учителю, с помощью которого этот ученик охватывает все знания и истины, не раздумывая и не учась. Основы и представления полностью запечатлеваются в нем, как на листе бумаги, становясь доказательством благородного аята, ниспосланного Всевышним Своему Пророку: «И научил тебя тому, чего ты прежде не знал» {Коран, 4:113).

Знание пророков благороднее и превыше всех знаний людей, так как оно получено и обретено от Творца без посредника и без использования каких-либо средств.

Данная тема затрагивалась в случае с Адамом, да пребудет мир над ним, и ангелами, когда они за много лет жизни обучились различными путями и способами всем знаниям и наукам, постигли все истины, став, таким образом, самыми знающими творениями Господа и самыми посвященными в тайны созданиями во Вселенной, тогда как Адам не вкусил от знаний, поскольку не обучался им и не имел учителя. По этой причине ангелы смотрели на него свысока, с гордостью и высокомерием, говоря: «Мы превосходим тебя в восхвалении и прославлении Господа, ибо посвящены во все знания и истины».

Адам, да пребудет над ним мир, в ответ на это чванство, отвратившись от всего, беспомощный и неспособный, обратился к Создателю с мольбой о покровительстве. Великий Господь обучил его всем истинам и знаниям, а затем представил их пред взором ангелов и сказал: «Сообщите Мне имена эти, если вы правдивы» (Коран, 2:31).

Ангелы увидели себя умаленными пред Адамом, и судно их величия и высокомерия пошло ко дну в море немощности и неспособности. Они обратились к Создателю: «Мы знаем только то, чему Ты нас научил» (Коран, 2:32). Тогда Господь сказал Адаму, да пребудет над ним мир: «Адам, назови им их» (Коран, 2:33). И Адам, мир ему, обучил ангелов всем истинам и таинствам.

Ученые мужи признают истину того, что знание, обретенное посредством вахи, мощнее, совершеннее и ценнее знаний, обретаемых через учебу и наставления. Вахи — особенность пророков и [191] наследуемое посланниками. Господь закрыл эти врата после нашего великого посланника Мухаммада, да благословит его Аллах и да приветствует. Великий вестник покорности перед Богом был печатью пророков, самым знающим и самым красноречивым из людей на земле. Он сам говорил:«Мой Господь воспитал меня и довел воспитание до совершенства». И еще он сказал: «Я самый знающий из вас, но и самый страшащийся Аллаха».

Знание нашего Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, совершеннее, могущественнее и превыше других знаний еще и с той стороны, что получено оно божественным путем, а сам он никогда не приступал к учебе и не обучался. Господь об этом сказал так: «Его обучил крепкий силою ангел» (Коран, 53:5).

Второй вид — Божественное внушение (илъхам).

Ильхам есть такой вид осознания, при котором индивидуальная душа человека приобретает у Всеобщей души, в меру своей чистоты, возможности и способности. Ильхам — своего рода пример вахи, поскольку вахи — это явное раскрытие и разъяснение скрытого повеления, а ильхам — предъявление его и указание на него.

Знание, приобретаемое посредством вахи, именуют пророческим ('илъм-и набави), а знание, получаемое через ильхам, — Божественным (ладуни). Божественное знание представляет собой то знание, в постижении и достижении которого духом отсутствует какой-либо посредник между ним и его Творцом, только как будто свет от скрытого светильника освещает просветленное сердце и очищенную, блестящую душу.

Пояснить можно так. Во Всеобщей первичной душе, духовная связь которой с Перворазумом среди первичных элементарных сущностей подобна духовной связи Евы с Адамом, мир да пребудет над ним, пребывают все знания и истины. А, как уже говорилось, Всеобщий разум — совершеннее и превыше Всеобщей души. Сродни этому и Всеобщая душа — совершеннее, могущественнее, благороднее и выше других творений. Таким образом, милостью Всеобщего разума обретается вахи, а от благородства Всеобщей души нисходит ильхам. Посему вахи — украшение пророков, а ильхам — выход для святых. Так как душа находится под разумом, степень «святой» ниже степени пророка. Аналогично ильхам — ниже вахи и могущественнее видений (ру'йа). [192]

Как было изложено, знание и мистическое ведение пророков и святых являются самыми совершенными и достойными из людских познаний. Однако знание, обретенное с Божественным откровением (вахи) и превосходящее знание от Божественного внушения (илъхам), свойственно только пророкам. Так, оно было обретено Адамом, Мусой (Моисеем), Ибрахимом (Авраамом), Мухаммадом, да благословит их Аллах и да приветствует, и другими пророками.

Нужно знать, что пророчество (нубувват) не тождественно посланничеству (рисалят) и что они отличаются одно от другого. Пророчество представляет собой принятие истин и знаний, которые святая душа впитывает от Перворазума, от которых она приобретает, и которые она широко использует. А посланническая миссия предполагает распространение и проповедование этих истин и знаний другим подготовленным душам. Вполне возможно, что некая душа достигает степени вахи, вбирая в себя и приобретая истины и понятия от Перворазума, но по какой-то из причин и вследствие чего-то она не в состоянии их распространять.

Божественное знание ('ильм-и ладу ни) присуще не только святым, им пользовались также и пророки. Так, Хизр, да пребудет над ним мир, обладал подобным знанием, о чем Всевышний Господь известил в Благородном Коране, сказав: «И дали познать ему знанием от Нас» (Коран, 18:65).

Предводитель верующих Али ибн Аби Талиб, да будет доволен им Аллах, высказался на сей счет: «Я запечатал свои уста, и в моем сердце отворились тысячи врат того знания, и каждые из них имели еще по тысяче врат». Кроме того, он сказал: «Если бы для меня приготовили подушку и я бы сел на нее, то вершил бы суд над людьми Торы — по их Торе, над людьми Евангелия — по их Евангелию, а над людьми Корана — по их Корану».

Это — те степень и ступень, которые не обретаются с человеческой учебой и с людскими наставлениями. Только силой Божественного знания человек может дойти до такого уровня и достичь таких высот, украсив себя им. И опять Али, да будет доволен им Аллах, когда зашла речь об обязательстве Мусы, да пребудет над ним мир, так сказал о его сорокакратном расширении книги: «Если бы Аллах призвал меня раскрыть смысл суры "Аль-Фатиха" [193] ("Открывающей"), то я раскрыл бы его настолько, что он достиг бы сорокакратной границы [расширения]».

Подобный размер увеличения, расширения и охвата знаний недоступен и неосуществим без использования божественного, мистического, небесного знания.

Да, Творец всегда, когда пожелает, вводит раба Божьего в Свои пределы и распространяет на него Свою милость, изымая покрывало между его душой и Хранимой Скрижалью. Тогда тайны и секреты становятся для него явными и очевидными, а тайный смысл и истины запечатлеваются так, что он может их объяснить и раскрыть, как пожелает, и кому пожелает.

Истинная мудрость — та, что исходит от Божественного знания. Всякий, кто не взошел до этой степени, — не прикоснулся к мудрости, ибо мудрость — из Божественных даров и щедрот, как Он и сказал: «Он дарует мудрость, кому пожелает; а кому дарована мудрость, тому даровано обильное благо. Но вспоминают об этом только обладатели разума!» (Коран, 2:269).

Те, кто взошли на ступени Божественного знания, избавлены от мук обучения и хлопот наставлений. Они меньше обучаются и больше обучают. Их усилия незначительны, а спокойствие продолжительно.

Следует знать, что за указанием доводов, сообщением о призыве и законченностью религии, о чем сказал Господь: «Сегодня Я завершил для вас вашу религию» (Коран, 5:3), человек более не нуждается в посланниках и пророках. А изложение и выражение уже разъясненного отстоит далеко от необходимости и мудрости. Посему развитие Божественного откровения (вахи) прекратилось, и врата посланничества (рисалят) закрылись.

Однако врата Божественного внушения (илъхам) остаются открытыми, и сияющее лучение Всеобщей души не прекратилось, но постоянно продолжается, ибо людские души нуждаются в ней для использования, размышления, пробуждения и напоминания. Эта потребность неизбывна, хотя человеку не нужны более посланничество и пророчество. Тем не менее, находясь непрестанно под напором природных сил и материальных страстей и погружаясь в пучину разнообразных искусов и желаний, он испытывает потребность в напоминании, осознании и пробуждении. Поэтому Всевышний Господь, закрыв по Своей воле врата вахи, оставил по [194] Своей милости и милосердию, равно как и для круговорота деяний, врата ильхама открытыми, дабы люди знали, что Господь милостив и благоволит рабам Своим, и всякому, кому пожелает, дарует бесчисленные блага.

РАЗДЕЛ О ГРАДАЦИИ ЛЮДЕЙ В ОБРЕТЕНИИ ЗНАНИЙ

Следует знать, что знания есть в собранном виде в духе всех представителей человечества. Все знания заложены в основу человека, а если кто-то оказывается обездолен знанием, то в силу посторонних причин и препятствий, повлиявших на него. В противном случае он знающ и сведущ по сути своей. Как об этом говорил великий Пророк: «Люди сотворены знающими Бога, но дьявол сбивает их с пути». И еще он сказал: «Всякое рождаемое рождается по своему устроению».

Поэтому мыслящая душа человека — место проблеска Всеобщей души. С первозданной чистотой, со своей изначальной и сущностной прозрачностью она способна воспринимать любого рода рациональные формы. Однако в этом мире некоторые души заболевают и по причине различных болезней и в силу многообразных препон лишены постижения истин. Другие же души, наоборот, никогда не утрачивают свое первичное здоровье и основную целостность, до конца жизни оставаясь здравыми и ведающими.

Здоровые души — святые души пророков — места сияния Божественного откровения (вахи) и Божественного внушения (ильхам), способные к проявлению чудес и обладающие силой в духовном овладении физическим миром. Эти чистые души пребывали в том же изначально здоровом состоянии, а причины и последствия болезней на них не сказывались. Поэтому пророки являлись духовными лекарями человечества, призывающими людей к их основному устроению и первоначальному духовному общению (сухбат).

Что же касается больных в этом мире душ, то они обладают различными степенями. Некоторые из них захворали ненадолго: их сияющий внутренний мир покрывается пылью забывчивости и забытья. Но, едва только приступив к получению знаний и [195] обретению мистического ведения, поспешив вслед за изначальным здоровым состоянием, они возвращаются к первичному здоровому состоянию, а эта пыль забытья улетучивается от незначительного обращения, напоминания и кратковременного лечения. Другие из них настолько подвергаются хвори и немощи, а их состояние и духовность, занемогая, претерпевают такие изменения, что если вся их жизнь пройдет в получении знаний, обретении мистического ведения и в поисках здорового состояния, то они все равно не смогут ничего воспринять. Оставшиеся впадают в беспамятство и невежество, но, вспоминая, ведя внутреннюю борьбу, занимаясь подвижничеством и обуздывая страсти, отыскивают немного света и кое-что постигают.

Подобные различия происходят от степени привязанности душ к дольнему миру и от их слабости и силы, сродни тому, как здоровый человек становится больным или больной выздоравливает.

Когда эти трудности разрешатся и высветится истина мистического состояния (халь), тогда люди признаются в существовании Божественного знания ('ильм-и ладуни) и осознают, что в начале своего становления они по своему изначально врожденному качеству обладали знанием и мистическим ведением, а их незнание возникло в результате общения и пребывания в обществе данного материального тела, в этом запыленном и темном пристанище. Они поймут, что обучение знанию не создает исчезнувшего знания и не открывает пропавший разум, но возвращает знание врожденное, сущностное, подлинное.

Как уже говорилось, возникновение и проявление болезней в душе происходит по причине ее страстей и привязанностей к телу, ее желания холить, лелеять и придавать силу плоти и организму. Это похоже на любящего отца, который на пути воспитания и счастья своего чада забывает самого себя, прилагая все усилия на благо дитя. Точно так же душа, испытывая безмерную страсть и привязанность к телу, отрешается от самой себя, вкладывая максимум стараний и усердствуя в его укреплении, увеселении и успокоении. Но из-за немощности, которой подвержена, она погружается с головой в дела материальные. Вот тогда для своего спасения в течение жизни у нее появляется нужда в учителе, который сможет напомнить о забытом и возвратить ускользнувшее из рук. [196]

Обучение и учеба не представляют собой ничего большего, нежели обращение, возвращение души к себе и вызволение потенциала, находящегося во внутреннем мире личности. Таким образом, ей нужно довести себя до пределов совершенства и счастья. Когда слабые души не могут сами достигнуть этой цели, тогда они вынуждены вверить себя воле предмета устремлений, сострадательного и любящего учителя, дабы ими руководили до конечной цели и довели до предела искомого совершенства. Так бывает с больным, который, не зная способа своего лечения, но желая совершенного здоровья и благоденствия, обращается к искусному и любящему врачу, рассказывает о своем недуге, чтобы тот сердобольно приступил к лечению и вернул его здоровье.

Мы видели даже, как врач, специализирующийся по одной болезни, например, по грудной или головной боли, сам заболев этой болезнью, забыл все свои познания, утратил способность вспоминать и запоминать, стер у себя память о своем прошлом, но, как только он выздоровел, состояние забытья пропало, он вспомнил то, что знал, а дух его пришел к осознанию прежнего состояния и, в конце концов, восстановил в памяти давно забытое.

Так что мы убеждены в том, что знания не исчезают, но забываются. А между этими двумя понятиями имеется разница, ибо забытье — состояние побочное и временное, наподобие луны или облачности, которые скрывают от глаз зрителей солнце, но не захода, когда солнце перемещается с одной стороны земли к другой, а его свет исчезает.

Поэтому обучение и изучение представляют собой смахивание пыли с зеркала души и излечение постигших дух болезней с тем, чтобы он смог вернуться к подлинным и врожденным знаниям, восстанавливая в памяти то, в чем он был изначально сведущ.

После изложения истины души и ее сути, осознания истины учебы и мотивов для нее следует понять, что для избавления от болезни хворающие души нуждаются в наставлении и обучении, тратя на этом пути жизнь, в то время как души, подвергшиеся кратковременной хвори и недомоганию, незначительно запылившиеся и не растерявшие своего здорового состояния, не требуют чрезмерного обучения, хлопот, наставлений и продолжительного времени — им вполне достаточно чуть-чуть напоминания, размышления и внимания, чтобы вернуться к своему первоначальному состоянию. [197]

Забытые воспоминания всплывут у них в памяти, а содержащееся потенциально в душе реализуется, украсив их. И вот тогда, увидев в свете этапы совершенства и красоты, они в наикратчайшие сроки обнаружат большинство истин мистического знания. Они прекрасно истолкуют и сориентируются в своих познаниях и в сути вещей, станут совершенными, знающими, учеными. О чем бы ни зашла речь — о любви ли, страсти ли к Богу, смятении или Божественном привлечении, — они будут искать в них сходство со своей сутью и истоками, уходя и отделяя себя от ненависти, зависти, злобы, оправданной мести, оков удовольствий и презренных материальных привязанностей. Тогда, достигнув этой степени и уровня, они спасутся и возрадуются, став обладателями именно того счастья и спасения, коих жаждут все люди.

РАЗДЕЛ ОБ ИСТИНЕ БОЖЕСТВЕННОГО ЗНАНИЯ И СПОСОБАХ ЕГО ОБРЕТЕНИЯ

Божественное знание состоит из сияния и влияния света Божественного внушения (илъхам) на дух после его создания, как об этом говорит Всевышней Господь: «Клянусь душой и Тем, Кто ее создал» (Коран, 91:7).

Подобное сияние и влияние приходят тремя путями.

Во-первых, путем обретения знаний и максимальным их использованием.

Во-вторых, путем подвижничества, правильного и правдивого наблюдения за собой, на истинность чего указал благородный Пророк, да благословит его Аллах и да приветствует, сказав: «Поступающий в соответствии с тем, что он знает, наследует от Аллаха знание, ему неведомое». А еще он сказал: «Кто проявит искренность к Аллаху в течение сорока дней, у того откроет Всевышний Аллах источники мудрости в сердце и в устах».

В-третьих, путем размышления, ибо как только душа познает подвижничество в знании и испытает муки обучения, она начнет размышлять и раздумывать о своих познаниях с учетом всего, с ним связанного. Тогда для нее отворятся врата сокровенного, как [198] у торговца, распоряжающегося своим имуществом и включающего его в дело согласно основам экономики, открываются двери прибыли и дохода. Если же он отклоняется от данных основ, то опускается в пучину убытков и разорения.

Думающий человек, следующий путем благоразумия, сам для себя превращается в путеводитель. В его сердце открывается окошко из скрытого мира, вслед за чем он становится совершенным, разумным, ведающим, впитывающим Божественное внушение (ильхам) и небесным, как об этом сказал Посланник Аллаха, да благословит его Он и приветствует: «Часовое размышление — лучше шестидесятилетнего поклонения (возможны разночтения: «семидесятилетнего» или «годичного»)».

Условия и основы размышления мы изложим в другом послании, поскольку сей предмет очень важный, нуждающийся в разъяснении и раскрытии.

Засим мы завершаем с Божьей помощью настоящее послание. Подобной лаконичности достаточно для тех, кому это под силу. Тот же, кто не попадал под Божественный свет, не будет им обладать.

Господь — Ходатай верующих, а мы — в поиске упования на Него. Хвала Пророку Мухаммаду, да благословит его Аллах и да приветствует!

Аллах наш прекрасен, благодетельствующий Защитник! Нет могущества и нет силы, кроме как в Нем, Высочайшем и Величественнейшем! На Него я полагаюсь всегда. Хвала Аллаху, Господу миров!

(пер. А. Минияновой, А. Хисматуллина; Х. Мадраимова; И. Насырова)
Текст воспроизведен по изданию: Абу Хамид аль-Газали. Наставление правителям и другие сочинения. М. Ансар. 2004

© текст - Миниянова А., Хисматуллин А., Мадраимов Х., Насыров И. 2004
© сетевая версия - Тhietmar. 2006
© OCR - Петров С. 2006
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Ансар. 2004