МУХАММЕД АЛИ-АЛ-ХУСЕЙНИ

МЕРВСКАЯ БИТВА

ДЖЕНГ-Е-МЕРВ

ПЕРЕВОД ИСТОЧНИКА «ДЖЕНГ-Е МЕРВ»

Странички из истории.
Мервская война 1860-1861 гг.

Из всех событий, произошедших в правление династии Гаджаров, особенно знаменательна Мервская [35] война. Событие это произошло 1277 хиджри камари (1860-1861 гг.). Правитель Хорасана Хымза Мирза Хишмет-Довле для наказания туркмен, занимающихся грабежами в Северном Хорасане (15 зил-кааде 1860 г.), направился в сторону Мерва. Эти вольно живущие племена годами поселялись тут и откочевывали в другие места на восток Ирана, лишая эту провинцию спокойствия и мира.

Правитель Хорасана настойчиво уклонялся от столкновений. Во втором сражении войско иранцев было разгромлено туркменами. При этом иранцы потеряли все дорожные обозы и провизию, пушки и оружие попали в руки туркмен. Вооружившись, туркмены расширили масштабы своих грабительских действий. Они взяли в плен столько людей, что, как свидетельствует генерал Сайке, стоимость рабов в Центральной Азии сильно упала.

События в Мерве в истории Ирана того периода были непосредственно связаны с потерей Ираном 17 городов на Кавказе, земель в Хирате, территории Афганистана и Белуджистана. В то время соперниками Ирана на востоке были такие сильные государства, как Англия и Россия, которые силой и тактикой вынудили иранское государство уступить часть своей территории. Здесь немаловажную роль сыграли разногласия иранских военачальников, а также отсутствие дисциплины в войсках.

Хотя правитель Хорасана первоначально взял город Мерв без всякого сопротивления со стороны туркмен, позднее, при столкновении с ними он потерпел поражение, потеряв весь свой обоз и боеприпасы. Все пушки и оружие попали в руки туркмен, способствуя продолжению больших набегов.

В «Дженг-е Мерве» ничего не сказано о причине возникновения войны. Автор подробно излагает события, начиная с того времени, когда войска начали поход из предместья Мешхеда, расположенного от него в 18 км, описывая способ доставления войску боеприпасов, воды, пищи, а также освещает причины возникновения разногласий между военачальниками. Автор отмечает небрежное отношение к дисциплине, отсутствие, плана (ведения) войны и ошибки военачальников, размеры потерь и, наконец, причины поражения. [36]

Рукопись состоит из 118 листов, 5 из которых занимает вступление, 111 — изложение событий, 2 листа - заключение. Здесь же автор коротко говорит о себе, о причинах составления данной книги и дате ее завершения.


ВВОДНАЯ ЧАСТЬ

Все начальники и подчиненные ничего не имели против своего государства. Они желали, чтобы это великое дело (поход) завершилось бы успехом. Они двинулись, вожделея о скорой удаче, думая, что туркмены, увидев их, либо разбегутся в Балх, Бухару и Хиву, либо примут подданство великого иранского государства. Но 17 числа месяца раби-ал аввал 1277 г. (1861) случилось непредвиденное. Растерявшись, персидские войска с позором бежали в сторону Мешхеда от преследования туркмен.

I ЧАСТЬ

Военачальники, не думая о воде и корме, двинули войско вперед. В Серахсе кроме камыша для корма (животным) не было ничего. Так же обстояло дело с гужевым транспортом. За семь дней до похода большого войска по приказу приближенного шаха Мамед Вали-хан сердара многие начальники, генералы и заместители Джахансуз Мирза, покойный Мухаммед Хасан-хан и приближенный шаха Хусейн Али-хан и с большими должностями Наги-хан и Реза Кули-хан Курт беклу и Фетх Али-хан Багдади с уполномоченными должны были выполнить в Сербенде порученные задания. Но им не удалось осуществить задуманное до прихода войск. (Они) запрудили только одну сторону плотины, другую же открыли, что не привело ни к какому успеху. Еще двенадцать дней работали над восстановлением плотины после приезда основных сил. Беспрерывно работая с утра до ночи, они закрыли плотину. Примерно 18 фарсахов 38 земли составляли солончаки и пустыня, поэтому через пустыню решили провести воду по арыку. Это дело возглавил Мамед Вали-хан сердар. За сутки удалось прорыть арык длиной не более чем в один, от силы - два фарсаха. В конце концов, не сумев довести дело до конца, от этой затеи отказались, потеряв 25 дней. [37]

Во вторник месяца зил-кааде 1276 хиджри большая орда от Кали Якути, что в трех фарсах от Мешхеда, двинулась в сторону Мерва. 15-го числа месяца зул-хиджа добрались до Мервской долины. Продвигались до Мерва 45 дней, ввиду того, что на закрытие плотины Кизыл-кая войско затратило много времени. Кормом для лошадей в пустыне служил высохший и сухой камыш. Во многих переходах корма не было, поэтому от привала к привалу необходимо было запасаться сухим камышом. Все верховые животные, выбившись из сил, не могли двигаться вперед. Когда (мы) добрались до пустыни, со всех сторон каждый день нападали туркмены. Шеститысячная кавалерия из Хорасана, Ирака, Азербайджана (Иран) до появления орды ничего не могла предпринять против более пятидесяти конных (туркмен), ни у кого не хватало смелости отлучиться от отряда и отбить у них угнанных коней и верблюдов.

II ЧАСТЬ

По выходу войска из Мешхеда, при его движении по Мервской пустыне, а также во время остановки около Мерва не раз нарушалась военная дисциплина. Каждый вечер выходил приказ, но никто не принимал его во внимание. За нарушение приказа никого не наказывали по закону военного положения.

В разведку отправляли дозоры. Для наблюдения за порядком был назначен Паша-хан казак, но его никто не слушал. Туркменские (ополченцы), дождавшись между Серахсом и Мервом персидского войска, начали томить его. Они отбивали от орды 2-3 человек или 10-15 верблюдов, но за это к ответственности никого не привлекали. Я в это время был среди войска, но не слышал, чтобы какой-нибудь офицер кого-либо привлек к ответственности. Когда я спросил Хишмат-ад-Довле о причинах беспорядка в войске, то он лишь ответил: «Я тоже не видел такого беспорядочного войска».

III ЧАСТЬ

От Кале-Якути к Мерву двигались во вторник начала зил-кааде 1276. г. Орда (войско) от Шорджа до Хишметабада добралась 9-го зил-кааде 1276 г. Вода там (в Шорджа) соленая. На берегу реки лес. [38] Основные силы войска там не останавливались. Им разрешили привал, когда доехали до Акдербенда. В том месте есть пресная вода. Два с половиной дня воду пили из ручья, была обильная трава, много фруктов. Почти до четырех фарсахов можно было продвигаться в лесах с пресной водой. Солдаты увлеклись охотой. К вечеру войско добралось до Шорджа. Затем ехали семь фарсахов среди песков и достигли крепости Хишметабад. Хишмат-ад-Довле, господин Ковам и другие офицеры пошли осматривать ее. Эта крепость вроде той, которую шахские солдаты отстроили в прошлом году и назвали ее «Мобареке Насери». Тогда по приказу Хишмат-ад-Довле и инженера Мирза Мехди генерал дивизиона Хададад-хан был вынужден строить ту крепость. Это одна из крепостей, которая находится в очень удобном месте на берегу реки.

За передвижением к приезду туркменских ополченцев должны были наблюдать 100 человек с одной пушкой. Большая орда (войско) остановилась в удобном месте на берегу Херата, оставшись здесь и на следующий день. Во время стоянки в крепости Мобареке Насери к Наввабу Хишмат-эд-Довле и господину Кавам-эд-Довле приехал приближенный шаха Мамед Вали-хан сардар. В Серахсе выращивали хорошие огурцы, которые к их приезду уже созрели. Мамед Вали-хан привез и угостил ими офицеров (войска). Войско доехало до Кизил-кая.

Навваб Джахансуз Мирза со своим полком, покойный Мухаммед Хасан-хан сертиб с полком под названием «ферахан», приближенный шаха Хусейн Али-хан сертиб с ардебильским полком и другие полководцы, как Фатхали-хан Шах-Совен Багдади и Ре- за Кули-хан Куртбеглу, со своими всадниками и обозами остановились для починки плотины. В течение 7-8 дней, до прихода главных сил, (они) в ремонте плотины ничего существенного не достигли. После прихода главных сил было потеряно еще 10 дней, хотя за 8 дней построили прочную плотину. Одну часть воды направили в сторону Шор-кала, другую — Кучек-кум.

Из священного Мешхеда прибыл приближенный шаха — Шихаб-ал-Молк. Хишмат-ад-Довле и Другие офицеры в парадной форме выстроились перед ним. [39] Он, Мухаммед Вали-хан Хаджи Мирза Ризаи, Мостофи Хорасани производили подсчет войска и занимались другими делами. Когда сосчитали пеших и конных, которые прошли перед ним, всего получилось более 21 тыс. человек.

IV ЧАСТЬ

После проверки 24 числа месяца зул-кааде войско двинулось от плотины Сербенда в сторону Мерва. Аббас-хан-сертиб Туршиду поручено было остаться в Сербенде со своим войском. Для охраны Сербенда остался еще один полк, они должны были оставаться до тех пор, пока главные силы не достигнут Мерва. Главные силы, как уже указывалось, шли вслед за водой. Судьба войска зависела от прихода воды в Шоркала. На следующий день, пройдя 4 фарсаха, добрались до привала Садыкая. Вода в арыке постепенно уменьшалась, так как земля впитывала большую ее часть. В течение суток можно было продвинуться только на 1,5-2 фарсаха. Погода была жаркой, вода постепенно становилась чрезмерно соленой и даже горькой — у солдат болели животы. В эти трудные дни войско возглавлял Мамед Вали-хан сардар. Если вода останавливалась, они очищали арык и таким образом ехали 17 дней. Кормом для животных служил только камыш. Все животные пали без сил. Людей охватил такой страх, что казалось —- все умрут среди песков. Среди военачальников начались разногласия. Высказывались разные мнения о дальнейшей судьбе похода. Аблулали-хан сертиб, Юсуф-хан сертиб и покойный Мухаммед Хасан-хан были за продвижение войска. Но Шехаб-ал-Молк, Мухаммед Вали-хан сардар и приближенный шаха заместитель начальника войска (имя не указано) считали что войско необходимо пополнить новыми людьми. Господин Кавам-эд-Довле покойный Нусрат-эл Молк и др. имели свои мнения. Если вода не доберется до песков, то войско в летнее время будет двигаться 18 фарсахов, тогда в армии умрет одна треть солдат. Большинство хорасанских главнокомандующих поддерживали эту мысль. Они считали необходимым возвращение в Хишматабад, затем в Пулхатын и далее Гератской дорогой, где много воды и травы, в Мерв. Об этом каждый день обменивались мнениями, что и привело к разногласию среди военачальников. [40]

Было поддержано первое мнение — идти вперед. Если случится беда, то они всю вину берут на себя перед диваном шаха (канцелярия). За два фарсаха до Шоркалы близкий к шаху Мамед Вали-хан сардар, Шехаб-ал Молк, хорасанские финансовые руководители (мостовфиян) и др., которые были в орде, по разным причинам вернулись обратно, будто бы их в вилайете ждут важные дела. Отсюда они направились в сторону Мешхеда, уведя за собой всех своих солдат. Как я слышал, в тайне от Шехаб-ал Молка приблизительно тысяча человек, а многие из них были конные, направились к Мешхеду.

До сегодняшнего дня, 2-го числа месяца зульхаджа, туркмены-теке не произвели никаких нападений и не было потерь в войске. Воровства тоже не было (от туркмен). На следующий день, когда животные орды паслись, враг (туркмены) внезапно напал и увел 65-66 верблюдов и многих солдат взял в плен. С того времени конные туркмены стали появляться часто и начали беспокоить сарбазов. Отделившиеся от войска люди, о которых упоминалось выше, после 5 дней, пройдя три фарсаха и 2 зульхаджа, остановились в Шооджаголе, что находится от Шоркалы в 1 фapcaxe. Вода сюда доходила в последнюю очередь. Начальники пришли к выводу, что воду надо брать отсюда — Шоркале. Оставшиеся 18 фарсахов воду надо перевозить в бурдюках.

V ЧАСТЬ

9-го месяца зульхаджа к вечеру раздался голос зурны, возвещающий приказ сбора. Когда войско начало свое движение, оставалось 3 часа до заката солнца. Причиной ночного движения войска были безводность и жара. До передвижения войска Навваб-эд-Довле, господин Кавам-эд-Довле и др. полководцы на конях скакали на полфарсаха впереди. (Они) проверяли все обозы, подготавливая авангард и фланговых солдат в поход. От нор крыс и змей земля была как сито, кони и верблюды проваливались в них, ломая ноги. Поздно ночью среди войска начались беспорядки. В ту ночь пали без сил более 2 тыс. животных: ишаки, кони и верблюды. Такое положение длилось до второй половины дня следующих суток. Артиллерия с боеприпасами пока еще не прибыла, [41] поскольку у одной из пушек сломалось колесо за 2 фарсаха до места назначения. Для ремонта пушек в обозе остались Абдул Али-хан сертиб, Юсуф-хан сертиб афшар и др.

Но господа Хишмат-эд-Довле, Кавам-эд-Довле и др. дали наказ — орде двигаться только ночью. Днем, куда бы не пребывали, следовало останавливаться. Вода в бурдюках испортилась, и ее не пили даже животные. По всему войску кончилась вода, все испытывали жажду. В течение суток выкопали 1500 колодцев, возле которых решено было оставаться 2 дня, потом двигаться к Дашрабату. Это был разрушенный караван-сарай. Туркмены говорили, что он построен по приказу Султана Санджары. Рядом с караван-сараем находилась еще крепость, построенная из жженного кирпича, но разрушенная. Некогда плодородные культурные зоны превращены в руины. От канала, что был проведен от Мургаба, ничего не осталось.

VI ЧАСТЬ

Сюда (в Дашрабат) 15-го зулхиджа со стороны Пенждех и Меймене приехал предводитель одного из родов сарыкского племени Ымам Кули-Мирзе со своими конными. От имени сарыкского народа принес ариза (жалобу) на туркмен. Мехди Кули-хан-беглер-беги из племени джемшиди живет в Меймене и Маручаке. По аризе выходило, что сарыки подчинены Ирану и готовы ему служить. Ымам Кули сердар выглядел умным и грамотным человеком и предлагал своим землякам быть покорными Ирану. 13-го месяца зулхиджа во второй половине дня он обещал стать проводником и показать орде Караяб текинское плодородное место. Он показал дорогу, по которой войско двинулось вперед. В течение этого дня туркмены им не встретились. Но позднее они начали нападать маленькими группами. Спустя всего два часа пути от Ташрабата из засад начали появляться туркменские конные отряды. Они появлялись внезапно, нападали и тут же куда-то исчезали. Большое войско приготовилось к обороне. Кони, пушки перестали действовать из-за того, что земля была мягкой. Туркмены в тот же день хотели уничтожить врага. Войсковые начальники считали это поле негодным для боя. Они отгоняли туркмен пушками. [42]

Орда остановилась в Караябе — богатом плодородном месте. Туркмены здесь жили отдельно — по 5-6 кибиток в разных местах. К приходу иранского войска была убрана только половина пшеницы, остальная оставалась в поле. Выращивали джугару, кунджут, пшеницу, а из овощей — дыни и арбузы. Росли маш, горох и чечевица, дававшие хорошие урожаи. Три дня орда оставалась в Караябе. В течение этих дней туркмены нас грабили. Орда собрала оставшийся урожай. Во время пребывания в Караябе стало известно, что туркмены покинули крепость Мерва. Должностные лица войска долго совещались — остаться здесь и собрать урожай или переселиться в Мервскую крепость. Большинство сарбазов (солдат) были сторонниками остановки в Караябе и давали совет — собрав всю пшеницу для провизии солдат, продвигаться далее, предлагали оставить тут один полк с пушками и офицерами для охраны. Но военачальники не согласились. Они сочли верным как раз обратное — надо двигаться только вперед. С таким соображением 18-го зулхиджа мы двинулись в сторону Мервской крепости. Бросили весь собранный урожай и испортили приблизительно 10-12 харваров туркменского хлеба. Только половину собранного урожая взяли с собой, остальное потоптали кони. От Караяба до Мерва расстояние составляет 4 фарсаха. Было намечено двигаться к Мерву после ночевки. Но произошло иное — войско двинулось в Мерв 17-го числа на рассвете.

Навваб Хишмет Довле и Кавам-эд-Довле в авангарде с полками Эрдебил и Мешкил, конные 16-ти шакаки и карайи и хезари шли далеко впереди от всех сарбазов. Они добрались до какого-то туркменского селения, в котором проживало 3 4 тыс. семейств 39. При виде туркменского селения под Мервом они подумали, что туркмен, не успевших толком собраться, мы уничтожим с ходу. Но оказалось, что туркмены успели приготовиться к встрече. В кукурузниках и других местах они держали в засаде 1000 конных и 500 пеших ополченцев, которые напали на войско. Кавам-эд-Довле дал приказ первой очереди конным хезарийцам отбить атаку туркмен. Туркмены увлекали (наших) солдат к своим засадам, где обстреливали их из зарослей кукурузного поля. Тогда [43] Кавам-эд-Довле для отражения туркмейскйх ополченцев отправил ардебилский и мешкилский полки. Туркмены начали отступать. Вслед за этими полками перешел в наступление 18-й полк. Туркмены продолжали отступление. Таким образом, мы завладели первым оборонительным пунктом, а вслед за ним — вторым и ворвались в село. Мы были очевидцами того, что даже женщины давали отпор: бросали камни, песок, заставляя останавливаться. Туркмены собрали силы и продолжили бой. Это столкновение длилось 7 часов. Главные силы войска стояли на том же месте и, не двигаясь, отправляли свежие силы своим воюющим частям. Сербазы думали, что село уже осаждено и без разрешения напали на деревню, занялись грабежом и никто не хотел воевать. Туркмены тем временем не растерялись — стреляли, рубили саблями, убивая многих. Они (кафиры) были вынуждены отступить. В ставке думали, что деревня уже завоевана и не отправляли дополнительные силы. В тот день многих из ардебильского полка во главе с самим Ымамберды Султаном порубили (туркмены) саблями.

Когда главные силы войска продвинулись на пол- фарсаха вперед, стало известно, что туркмены многих наших взяли в плен и многие пали на поле боя. Это столкновение прекратилось около 7 ч вечера. Потом стало известно, что туркмены взяли в плен и убили 200 солдат, тех самых, что ворвались в деревню без разрешения командующих. Со стороны туркмен было убито не более 50-60 человек. Туркмены, видимо, думали, что явятся персидские войска и уничтожат их. Но вышло все наоборот, несмотря на много превосходящие силы, гаджарские сарбазы, не способные на храбрость, боялись появления туркмен.

Командующие хорасанского полка от племени хезара Юсуф-хан; Атаулла-хан Теймури и др. считали, что либо туркмены станут рабами Ирана, либо разбегутся в сторону Хивы. Они решили, что сегодня следует переночевать, а завтра со свежими силами необходимо очистить дорогу от туркмен, составляющих не более 2-3 семей. Я узнавал мнения туркмен о ходе боя. Они отвечали, если Персы сражались бы и на следующий день, то мы бы не устояли. Но главнокомандующий войска, считая пребывание здесь делом [44] бесполезным, обойдя деревню, двинулся 19-го зулхиджа в сторону Мерва. 20-го числа месяца зулхиджа проехали 1 фарсах, и ночью добрались до местности Семендук. Остановили обоз около арыка, где течет вода в сторону Мервской крепости и 5 дней отдыхали здесь. Но тут на нас днем и ночью нападали и грабили туркмены. Войско охраняли 50 солдат. Туркмены группами нападали на орду и по мере возможности старались увести в плен. Сарбазы, которых отправляли за водой, встречали 1-2 туркмен, скрывавшихся в камышах. В тот момент, когда сарбазы хотели брать воду, голые туркмены тащили и уводили их с собой. В течение 5 дней повторялась такая картина. Всюду, где в укромных местах установили свои шатры полки Дамгана, Аджама, Араба, Мергаба, они тоже теряли по 1-2 сарбаза.

VII ЧАСТЬ

Они завладели крепостью Мерва без какого-либо сопротивления. Начался месяц ашура (мухаррам), который персы провели без боя. Люди, отправленные вдаль от крепости, пришли с пустыми руками. Между воинами из-за пустяков начались разногласия, например, по поводу того, кому и как принести траву для скота и т. д. К этому времени из сарыков пришло на службу 100 конных. Второго мухаррама 150 конных и 50 пеших сарыков из Пенждеха пришли в Мервскую крепость. Они были отправлены от племени Ымамкули сарыка для персидского подданства. Навваб Хишмет Довле и Кавам-эд-Довле назначили этим туркменам месячное жалованье, которое должен был платить заместитель командующего из ассигнований дивизиона. Каждому конному по 1 тыс. динаров, пешим — 500 динаров, каждому старшине — 2 тыс. динаров. Сарыки помогали нам и принесли баранов и фуража скоту. Текинцы, увидев присоединение к нам сарыков, объединились. Сарыки от текинцев забрали баранов и привезли пленных. Они (сарыки) служили нам до конца мухаррама.

Нусратул Молк Мир Пандж предложил: Салырское племя по численности меньше, чем текинское. Иолотанская крепость, где проживают салыры, недалеко от Мервской крепости. Их крепость полна продуктов. До сегодняшнего дня, как мы поселились в [45] Мервской крепости, они не выразили готовности служить Государю (Ирана). Сколько раз мы не просили у них помощи, отправляя гонцов, все было бесполезно — они не оказывали даже небольшие услуги и не желали слушать. Ни один человек не был направлен в нашу армию. Поэтому резонно неожиданно напасть на немногочисленных салыров, подчинить их, а потом завоевать текинцев Мерва. Все поддержали это мнение.

В этих целях 9-го мухаррама из каждого полка мы выбрали 500 солдат, 15 арб с пушками и экипировкой, а ненужные лишние грузы, как шатры, оставляли на месте, 13-го мухаррама выступили против салыров. 14-го ночью мы вышли на берег р. Шахт. Там была плотина, некогда выстроенная из камня, кирпича и извести. Ее не раз восстанавливали во времена султанов, когда расцветал Мару-шаху-и-джахан. Ныне же она лежит в руинах. Но туркмены осели недалеко от этой крепости и возвели новую плотину. К салырам заранее были отправлены сарыки и хорасанские аксакалы для переговоров. После этого последовал приказ атаковать Иолотанскую крепость. К Иолотанской крепости для ее ограбления отправляются Навваб Хишмет Довле и Кавам-эд-Довле. Хишмет-Довле, Чардовле с азербайджанскими конными ехали впереди дивизии, в пути сталкиваясь с туркменами. В конечном счете туркмены отступили. Когда они выразили покорность, (мы) не вошли в крепость. Они (салыры) привезли из крепости пшеницу, рис, масла, баранов и др. Продавали в течение нескольких дней: пшеницу 2 мана — 1 сахеп гран, муку пшеничную 1,5 мана — 1 сахеп гран, рис 1 мана — 4-5 тыс. динаров, масло 1 мана — 15 тыс. динаров, или 2 тумана.

15-го мухаррема войско возвратилось обратно. Салыры выставили 150 конных и 50 пеших добровольцев, которые прибыли с нами в Мерв. Салырам так же, как сарыкам. платили ежемесячное жалованье. Они (салыры) Хишмат-эд-Довле представили как друга некоего Аман-Назара, который был назначен командующим сарыкских конных.

Хишмет Довле, оставив за себя Касем-хана сертиба, уезжает на некоторое время. Одна треть войска осталась в его руках. Сарыки роптали на приход салыров в орду. Они говорили, что салыры никогда [46] не будут подданными Ирана, никогда не будут служить вам преданно и что их надо только грабить. Время показало, что салыры служили не из преданности.

После возвращения из Иолотани в Мервскую крепость начался военный совет. Многие выступили за нападение на текинцев. Заместитель Хишмат-эд-Довле, приближенный шаха Абдул-Али-хан сертиб, Навваб Джахансуз Мирза и др. полководцы предлагали напасть на текинское укрепление и уничтожить их. Против этой мысли были главнокомандующий войском Нусратул Молк, Юсуф-хан илбеги хезаре, Мир Атаулла-хан Теймури и др. Они считали необходимым оставаться в Мервской крепости до тех пор, пока не явятся сами туркмены.

С этого дня солдаты занимались только сбором продовольствия. Они мысленно успокаивали себя: «Если вода, которая течет из речки Шахта через Мервскую крепость к текинским землям и используется для питья и земледелия, будет направлена в сторону песков, они будут в безвыходном положении. В прошлом году все посевные поля текинцев были вытравлены шахскими войсками. Если и на этот раз поступить так же, то они либо подчинятся нам, либо же уйдут в Хиву».

Абду-л-Али-хан ратовал за нападение на текинское укрепление. Хазрат-ул-Молк, Юсуф-хан хезари и др. выступили против этого. В конце концов пришли к решению — атаковать текинцев.

Вопросы покупки хлеба у иолотанских туркмен- салыров обсуждались долго. Общее количество хлеба — 2 тыс. харваров, каждый харвар стоит 4 тумана, всего 8 тыс. туманов. Эта сумма передана Абду-л-Али- хан сертибу, чтобы идти в крепость салыров за хлебом. Каждое подразделение должно было идти со своим гужевым скотом, погрузить и привезти к месту его расположения. Но было известно и то, что этих денег не хватит даже на 2 тыс. харваров хлеба. Таким образом, каждому полку надо было 100 харваров хлеба, но и этого было недостаточно. Остальные солдаты, которым не досталось хлеба, вынуждены были покупать его на свои деньги. Абду-л-Али-хан сертиб с 8 арбами при пушках и с 200-300 людьми с каждого подразделения и с несколькими салырскими туркменами направился в сторону крепости. Многие [47] из этих салыров были сторонниками текинцев, которых они заранее оповестили об опасности. Те должны были разгромить войско Абду-л-Али-хана.

На следующий день приехали 1000 конных текинцев и окружили их. Салыры тоже до прихода текинцев угнали к себе добычу и начали атаковать. Абду-л- Али-хан сертиб, увидев такое положение, приказал солдатам отразить нападение туркмен и арестовал всех туркмен, находившихся среди войска. Отразив туркмен, отступили в сторону Мерва. Когда подошли к Мервской крепости, вновь столкнулись с туркменами, из которых 30 человек попали в плен. Салыры бежали в сторону Пенждех. Салыры, которые были арестованы в крепости и находились в плену, по просьбе сарыков, заступившихся за них, были помилованы в пути. В конце концов иранцы прощали их и отпускали.

VIII ЧАСТЬ

После этих событий большое войско двинулось в сторону текинского укрепления. Собрав несколько харваров хлеба, 25-го числа месяца сафара 15 полков с 24 арбами пушек, с азербайджанскими и иранскими конными, выйдя из крепости Мерва, приостановились и выстроились для марша. Для защиты крепости оставался Ага Реза-хан Аждан-баши, в распоряжении которого были и полки Хоя и Дамгана, в том числе Казвинские наемные конные и конные из г. Джама. На следующий день, 26-го сафара, орда от Мервской крепости направилась в сторону текинского укрепления. Проехали 1 фарсах и достигли упомянутого Семендуке, где остановились на привал. Через день, 27-го сафара, отсюда направились от Хангечена к текинскому управлению. Не успели проехать всего полфарсаха, как путь отрезали около 800 текинских всадников. Но их Могаллебал Хакан прогнал выстрелом из пушки. Орда проехала 1 фарсах и остановилась, не дойдя полфарсаха до текинского укрепления. Текинцы, видя свое положение, решили вести переговоры. Они отправили Сафарек-хана с некоторыми текинцами, которые раньше были в плену у персов. Текинцы готовы были подчиниться, но со своими условиями. Текинские сердары, прежде находившиеся в дружеских отношениях с Мамед Хасан-ханом и Навваб Хесам-эл-Салтане, говорили, что согласны на [48] перемирие, готовы на подарки или выставить несколько семей заложников от текинцев. Мы не будем заниматься грабежами на Хорасанской дороге, лишь бы помириться с вами, мы на все готовы. При необходимости будем предоставлять нукеров (солдат), конных и пеших. Однако Мервский вилает с давних времен был нашим и должен быть за нами. Мы будем жить здесь. Мы даяйе не против проживания сарыков на этой территории. Еще мы готовы даже сарыкам предоставить отдельные места в Мервском оазисе. Мы с ними будем жить дружно.

Военачальники орды говорили, что этим словам теке не следует верить. Они не держат своих слов, только хотят укрепить свое положение. И заявление (ариза) не удовлетворило Хасан-хана. Они 2 дня приезжали к Хасан-хану и настоятельно просили перемирия. Навваб Хишмат-эд-Довле 27-го сафара, взяв с каждого полка 500 солдат и 15 арб с пушками, с несколькими конными (всего 4 тыс. человек) двинулся вперед в целях разведки положения туркмен. Другой его целью являлся ремонт дороги в пути прохода войска. Каждому полку выделил по одной пушке; их расставили на расстоянии в 4 тыс. шагов. Туркмены говорили, что орда, согласно договору, должна стоять на прежнем месте. Поэтому следует дать приказ, чтобы она отошла назад и только после этого будем подписывать договор о перемирии.

Командующий артиллерией Навваб Джахансуз Мирза, Султан Хусейин Мирза были там наготове. Они говорили: «Пусть приедут туркменские аксакалы, мы будем подписывать здесь договор о перемирии». Со времени ухода туркмен за своими аксакалами прошло полчаса. Сертиб туп хане, Навваб Джахансуз Мирза и др. также говорили, что это хитрая уловка туркмен. На другом берегу р. Шахт собрались туркменские мужчины и женщины, чтобы полюбоваться ордой. Военачальники хотели их вспугнуть, давали залпы из пушек, били в барабаны, приблизительно в течение получаса выстрелили 800 раз из пушек. Остальным частям войска был дан приказ о движении на 4 тыс. шагов. В 4 часа ночи они соединились с авангардом войска. Туркмены выстроили укрепления приблизительно в 15 гязов (сажен), имея 2 арбы с пушками, когда-то завоеванные у войска Хивинского хана. Они [49] стреляли 25 раз в иранских солдат, но с их стороны потерь не было. С иранской стороны выстрелили из пушки, убившей самое большее 4-5 человек. 1-2 дня обе стороны не воевали. Текинцы пришли к мнению об уничтожении слабой гаджарской армии. С безграничной храбростью и смелостью туркмены начали окружать войско. Бой длился 4-5 часов, войско даже на это не обращало внимания. Туркмены возвратились восвояси. Следующий день прошел так же, как и предыдущий.

2-го числа месяца раби ал-аввала Навваб Хишмат- эд-Довле с другими полководцами начали обсуждать план войны. Они решили возводить укрепление в так называемом местечке Джейран-тепе, что в 2 тыс. шагах от текинского укрепления, с помощью лопат, досок и др. Об этом было объявлено по всем полкам войска. Пришли к выводу, что отсюда следует обстреливать текинское укрепление. Надо стрелять снарядами до тех пор, пока не будут вынуждены подчиняться государю. Кавам-эд-Довле и др. полководцы направились для возведения укрепления. Туркмены увидели людей, оторвавшихся от главных сил. Приблизительно 7-8 тыс. ополченцев, выйдя из укрепления, направились к нам. Тут произошла сильная стычка. Афшар и фераханские полки, намереваясь захватить Джейран-тепе, соперничали между собой. Первым вырвался вперед афшарский полк, а за ним с кличем «О, Али!»—и фераханский. Из-за жары, после 1500 шагов движения все потеряли силы. Туркмены дожидались их в траншее и внезапным нападением ранили и убили около 70 солдат. Сербазы, увидев такое положение, помчались в сторону главных сил войска. Туркмены опять воспользовались моментом и ранили и убили 30-40 человек. За ними и фераханский полк тоже бежал в сторону войска. Здесь и был убит Мухаммет Хасан-хан: его конь завяз в болоте и в тот момент, когда он свалился, Мухаммет Хасан-хану отрубили голову. Туркмены не узнали и убили его. Так начался ожесточенный бой. Персы стреляли из пушек 1500 раз, туркмены — 200 раз. На своем веку я не видел такого сражения, дрались даже кулаками. Бой длился до заката солнца, переходя иногда в кулачный. В этот день 1000 человек было убито, многие попали в плен или были ранены. Потом всем стало известно, что в этом бою [50] пропал без вести покойный Хасан-хан. 4ерез несколько дней, 3-го числа месяца раби-ал-аввал, было доложено, что он убит в сражении с туркменами.

В этот же день 2 полкам гераи и 16 полкам шакаки было поручено строить укрепление на том же Джейран-тепе. Когда они доехали до Джейран-тепе, их атаковали туркмены. Половина иранских войск сражалась, а остальные начали возводить укрепления. Туркмены возвратились обратно, а иранские полки остались. Они находились там даже до поражения гаджарских войск. Орда не обращала никакого внимания, существует этот полк или нет. Туркмены участили на них свои атаки. Хишмат Довле изредка стрелял из пушек и этим утешал только себя. Если сказать правду, то после убийства Мухаммет Хасан-хана все полки пали духом и потеряли боевое настроение. Туркмены, наоборот, с каждым днем дрались с новыми силами. Шахские войска были охвачены страхом.

Среди военачальников начались споры и ссоры — следует ли возводить еще одно укрепление или лучше возвратиться в Мервскую крепость? Этот спор затянулся. Туркмены день за днем ожесточали свои атаки. В ходе военных действий каждые 2 дня приходилось идти за травой для скота. Тогда тоже многих убивали. Некоторые офицеры наотрез отказывались идти за фуражом, заявляя «Пусть отрубят мне голову — не пойду». На 9-й день кончилась трава для коней артиллерийского полка. В это время прибыло распоряжение от Хишмат-эд-Довле к Нусратул Молку, предписывающее комплектовать из каждого полка 5 пушек и 200 сарбазов, поскольку до того во главе с Юсуф-ханом было комплектовано 500 человек из каждого полка для привоза продовольствия из Мервской крепости. Таким образом, из каждого полка осталось не более 250 человек. Ходадад-хан отказался идти с солдатами для сбора травы. Другие офицеры стали его уговаривать, но он не соглашался. Наконец Керим Султан, Мугатдам Султан с 5 пушками и солдатами вышли из укрепления. Туркмены скрывались именно в том месте, где много травы и камышей. Собиратели травы устремились прямо туда, где их ждали туркмены. Когда войско доехало к тому месту, где скрывались туркмены, произошло сильное столкновение. Многих из тех солдат взяли в плен, многих [51] убили. 100 человек были из полкой ардебила и мишкила, большинство из них сержанты и младшие офицерские составы, из них убито 40 человек. Туркменам достался трофей — 2 пушки. Орда собралась отступать; но 3-4 тыс. ополченцев-туркмен постоянно наблюдали за малейшим нашим движением. Каждый день они брали в плен 5-10 солдат. Многие офицеры выступали за возвращение орды, а некоторые против этого.

17-го числа месяца раби-ал-аввал орда (войско) должна была возвращаться. Заранее было объявлено о необходимости погрузки всех вещей и быть наготове. За 2 часа до рассвета, когда орда начала выходить строем, туркмены ворвались прямо в авангард войска, завязав ожесточенный бой. В течение 6 часов ни откуда не было помощи, хотя все сражались против туркмен. Таким образом, персидская армия в этом бою была разбита туркменами. Они жгли боеприпасы, убивали людей и брали в плен. Кто спасся от сабель туркмен, собрались у Мазара-тепе. Но все имущество, боеприпасы, обозы, даже все пушки остались в руках туркмен. Навваб Хишмет Довле и Кавам-эд-Довле советовали не оставаться здесь и направились в сторону Мерва. После убийства Носрот-ул Молка и пленения сертиба артиллерии все разбежались в разные стороны. Туркмены преследовали их до так называемой крепости Геок-тепе. Большинство уцелевших достигло Мервской крепости. Навваб Хишмат-эд-Довле и некоторые офицеры после приезда в Мер векую крепость намеревались возвращаться в Хорасан. Но об этом никому не говорили. Они пригласили к себе Юсуф-хан илбеги хезара и Мир Атаулла-хан Теймури и дали указание, что они должны покинуть крепость со своими конными. «Мы, — говорили они, — догоним вас в пути. По Келранской дороге вы проводите нас до Мешхеда». Они согласились. Командующий войсками, узнав о положении дел, явился к Хишмет Довле и Кавам-эд-Довле и сообщил, «что здесь есть 14 пушек с арбой и мы с вами бежим вместе». Они (военачальники) говорили: «Никому не говори, что ты пойдешь с нами». Но он поступил иначе. Собрал всех солдат и сообщил, что шахзаде и Кавам-эд-Довле нет с нами, они бежали и вы тоже спасайте свои шкуры. Хишмет Довле, установив пушки на арбах, выехал со своими нукерами. Оставшихся охватила паника и не [52] осталось никакого порядка. Коней, возивших пушки, распрягали, пересаживались на них и спасались. Командующий и Аждан баши сообщили о событиях Хишмет Довле, но он их не слушал и за одну ночь проскакал 15 фарсахов. Приближенный шаха Касем-хан сертиб, Хасан Али-хан сертиб, Рахматулла-хан серхенг и др. оставшиеся позади, не смогли этой ночью догнать офицеров и главнокомандующих, скакавших впереди.

На следующий день группы, отступившие первыми, проехали 15 фарсахов, затем еще 5 фарсахов и доехали до перекрестка. Здесь одна дорога идет через безводные пески до места Келле-буран, протянувшись на 18 фарсахов в сторону Хишматабада и Серахса, вторая — отделяется к сарыкским местам Пендждех. Навваб Хишмет Довле и господин Кавам-эд-Довле решили идти по безводной дороге. Но Юсуф-хан илбеги хезараец возражал: «Как можно допустить гибель от жажды 10-15 тыс. человек в безводной пустыне. Кто хочет идти по этой дороге, пусть идет, я же не разрешу своим всадникам идти по этому пути». После подобных споров они остались здесь на один день, так что отставшие офицеры и сарбазы успели к ним присоединиться. Они направились в сторону Пенждех.

Текинцы в 400-500 всадников преследовали отставших позади нукеров и грабили их в пути до тех пор, пока они не присоединились к впереди идущим частям. Следует честно признать, что у этого войска не было продуктов. Солдаты, заглушая голод, ели верблюжье мясо, конину. Они наивно думали, что в Пенждехе сарыкы будут служить им и накормят свежими продуктами. У Навваб Хишмет Довле и Кавам-эд-Довле и др. офицеров были хорошие кони и они быстро ускакали от нападения сарыков. Тех же, кто остался пешим, туркмены брали в плен по 5-6 человек ежедневно. Таким образом, на третий день 400-500 конных сарыков начали воевать с нами. Мы под руководством Юсуф-хан хезари защищались и открыли себе дорогу. Многие сарыки утонули в р. Шахт. Нескольких взяли в плен. В этом же месте по советам шахзаде и Кавам-эд-Довле освободили пленных сарыков, дали подарки и направили их к кетхудам с известием: «Мы с вами вместе служили Иранскому государству, почему вы нынче из- за пустяков не хотите жить с нами дружно? Когда войска шаха в трудном положении, вы должны [53] помогать. Где ваше былое гостеприимство? Если вы будете честно служить, государь этого не забудет. В следующем году прибудем с войсками и выделим вам земли в Мервском оазисе». На следующий день, когда до Пенждеха осталось всего 2 фарсаха, (нас) встретили сарыкские аксакалы, просили извинения из-за допущенного проступка, вернули пленных с выражением покорности Ирану. Наша орда остановилась в одном фарсахе от Ташкепри, чтобы запастись продуктами с близкого расстояния. Сарыки привозили продукты и продавали дорого, но солдаты вынуждены были покупать. Войско задержалось здесь на 2 дня, чтобы отдохнуть, а сарыки им служили по мере своих возможностей.

24-го числа месяца раби-эл-аввал один сарбаз (солдат) поссорился с сарыком из-за цены на ординском (войсковом) базаре. Сарбаз прицелился из ружья, а туркмен схватился за саблю. На шум пришли 2-3 солдата и от туркмен пришло несколько человек. Сарбазы крикнули: «Туркмен гельды» (пришли туркмены). Из-за этого по всему базару началась паника. Этот слух дошел и до орды. Там подумали, что на самом деле прибыли туркмены (текинцы). Все сели на коней и помчались в сторону песков, оставив скот и вещи. В ту ночь солдаты, конные и пешие, босиком прошли 4 фарсаха. Никто ни о ком ничего не знал, каждому была дорога своя жизнь. Никто не стал проверять, правда ли это было или вымысел — было не до этого. Увидев такое положение, туркмены-сарыки, собрав тысячу конных и пеших ополченцев, пошли по следам орды. Преследовали до гератского Батхиза Чеменебида. Приблизительно 2500 человек попали в плен. Положение сарбазов и офицеров стало еще хуже. На протяжении 40 фарсахов между Пенждехом и Гератом они ели конину, верблюжье мясо, кабанов, а вместо воды пили верблюжью и лошадиную кровь. Приблизительно 200 человек погибли в пустыне от голода. Кому удалось спастись от сабли текинцев и сарыков, в тяжелом положении добрались до Герата. Остались на ночлег в так называемом месте Хекибан. Отдохнув 4-5 дней, направились в сторону Мешхеда.

После этого события прошло два месяца, но пока еще солдаты, оставшиеся в пустыне, не добрались до иранской земли. [54]

Эта краткая история Мервского похода написана в назидание вышестоящим государственным чиновникам. Если кто-нибудь взялся бы изложить это происшествие более пространно, то получилось бы несколько томов. Этот документ был написан на скорую руку в месяц джумади-ал ахира в тюркский год обезьяны (биджин) 1277 г. х. в г. Мешхед.

Пусть шах соизволит принять этот маленький рассказ, написанный мной, если это будет угодно Аллаху.

Пусть Аллах хранит нас под своим покровительством, если это Ему угодно.

Переписал Сеид Мухаммед Али-ал-Хусейни в год рыбы 1298 год хиджры (1881 г.).


Комментарии

38. Один фарсах — 6,5. км.

39. Численность населения, по-видимому, завышена (М. С.)

(пер. М. Сапарова)
Текст воспроизведен по изданию: "Дженг-е-Мерв" как персидский источник по изучению истории Южного Туркменистана середины XIX в. Ашхабад. Ылым. 1990

© текст - Сапаров М. 1990
© сетевая версия - Тhietmar. 2012
© OCR - Парунин А. 2012
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Ылым. 1990

Решетки на радиаторы отопления

Решетки на радиаторы отопления купить декоративные решетки отопления.

dct31.ru