Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

Текст договора 1

По божией воле и по великого государя веленью царя русского Василья божиею милостию царя и государя всеа Русии и великого князя Владимерского и Московского и Новгородцкого и Псковского и Тферского и Югорского и Пермъского и Блъгарского и иных. Се приехаша в великого государя и царя русского отчину в Великий Новгород к великого господаря и царя русского к наместником к новугородцким ко князю Данилу Васильевичу и к Григорью Феодоровичю из великого государя и царя русского отчины из Пскова от великого государя и царя русского наместника князя псковского Ивана Михайловича и от посадников псковских степенных и от старых посадников и от всего Великого Пскова отчины великого государя и царя русского послы псковские посадники Михаило Юрьевич Ледов, Александр Степанович Киверников, Григорей Яковлич Котлов да бояре псковские, Иван Харитонович Пученкин староста купецкий, и владычнь наместник Василей Игнатьевич Галкин, Алексей Михайлович старой дияк городцкой и Яков Ермолин староста гостевной и городской дияк Захарья. А также приехаша от честного князя Лифленьского от Волтер ван Плетенберг послы княж местеровы Иван Гилдорп да мистр Иван Олдензей кенселар. И прикончяше перемирье с послы псковскими отчины великого государя и царя русского с посадники псковскими и бояры на четырнатцать лет от Благовещеньева дни лета семь тысяч семаго на десять до Благовещеньева дни лета семь тысяч тритцать перваго за князя местера Лифленьского и за арцибискупа Ризского и за их князи и за их золотоносци и за их земных бояр и за посадников и за ратманов и за все их городы и за всю местерову дръжаву и за арцибискупову.

1. А в ту четырнатцать лет по сей грамоте сей мир дръжати крепко на обе стороны. А великого государя и царя русского наместнику князю Псковскому и отчине его Пскову в ту четырнатцать лет княж местеровы дръжавы и арцибискуповы не воевати, ни зацепляти ничем, ни на земли ни на воды их не наступати. Также князю местеру и арцибискупу изо всех их дръжав в ту четырнатцать лет великого государя и царя русского отчины Псковские земли не воевати ни зацепляти ничем, ни на земли ни на воды ни наступати 2.

2. А земле и воде промеж Пскова и князя местера и арцибискупа старой рубеж по старым грамотам. А озеро Великое ловити псковичем к своему берегу. А за озеро [92] Великое псковичем ловити не ездити на немецкую сторону. А станет по грехом изнеможенье — занесет ветром псковского ловца на немецкую сторону, ино в том пени нет. Также и немцем озеро Великое ловити к своему берегу. А за озеро Великое немци ловити не ездити на псковскую сторону. А по грехом станет изнеможенье — занесет ветром немецкого ловца на псковскую сторону, ино в том пени нет. А во Пскове озеро немцем ловити не ездити. А на Клицно остров немцем не наступати же. А межа промеж Псковом и князя местера по Норове реке стержнем 3.

3. А что вотчина великого государя Псков били челом Василью божиею милостию царю и государю всеа Русии и великому князю о том, что де имати [о]стровы, и арцибикупли люди вступилися во псковские земли через старой рубеж, и великого государя наместником новгородским на ту землю послати судей на съезд, а великого государя наместнику князю псковскому и вотчине великого государя Пскову с магистром и с арцибискупом учинивши срок, да на ту землю послати людей честных на съезд. А магистру и арцибискупу к тому сроку на ту землю послати своих людей честных на съезд. И те судьи великого государя и люди добрые с обеих сторон, на ту землю съехався да обыскав по крестному целованью, учинят земле и воде рубеж по старым перемирным грамотам и по сему крестному целованью. А вперед на чужую землю и воду не полости на обе стороны. А хто с которые стороны полезет на чюжию землю или на воду, ино тому живота не дати 4.

4. А из великого государя царя русского отчины из Псковские земли гостя и купцов по магистрове дръжаве и по арцибискупле земле и по бискуплим землям на Ригу и на Колывань и на Ругодив и во все городы Лифленские земли горою и водою путь им чист приехати и отъехати без всякие зацепки, и купити и продати добровольно всякой товар без вывета, опричь соли. Да и на Матерую реку псковичем торговати ездити по старине. И на розницу или вместе товар свой псковичем продавати добровольно во всех городех Лифлянские земли. И дрова псковичем на Матерой реке в лесе, и всякой запас, что надобе, сечи добровольно же по старине и по крестному целованью. А магистру князю и его князем и арцибискупу и бискупом и их людем у псковских гостей и у купцов товару цены не уставливати, и гостинцов от того не имати, и числа ночем над псковичи не устанавливать и колодам по дорогам не быти, и гостинцов от того у псковских гостей и купцов не имати 5.

5. Также и магистровьм и арцибискуплим и бискуплим людем из всех городов их дръжавы в великого государя вотчину во Псковскую землю во все городы горою и водою путь чист приехати и отъехати без всякие зацепки, и купити и продати добровольно всякой товар без вывета, опричь соли. А соли немцем во Псковскую землю во все городы не возити и не торговати солью во Псковской земле. Да и корчмы немцом во Псковской земле не продавати. А псковичем с немци солью не торговати же и не возити им соли из Немецкие земли во Псковскую землю. А цены товару немецких гостей и купцов псковичем не устанавливати и гостинцов от того не имати 6.

6. А воску у псковских гостей немцом не колупати опроче того, что уколупив немного на опыт, да ему отдаст назад 7.

7. А весчее имати с товару у гостей и у купцов с пскович в Немецкой земле, а у немец во Псковской земле на обе стороны по старине 8.

8. А что написано в первых в перемирных грамотах великих государей Ивана божиею милостию царя и государя всеа Русии и великого князя и сына его великого государя Василья божиею милостию царя и государя всеа Русии и великого князя, которые купци псковские в местеровых городех и во арцибискуповых и во все [и] их дръжаве пойманы и товар их у них поотниман, и местеру и арцибискупу тех купцов всех отпустити со всеми их животы. А которых будут купцов в том нястве не стало, или которые ис того няства утекли, а товар их остался в местеровых городех или в арцибискуповых, или который товар псковской положен у кого в местеровых городех и в арцибискуповых, и князю местеру и арцибискупу тех купцов все животы отдати псковичем; и чево будет того товару, магистр и арцибискуп и их люди по тем перемирным грамотам в те годы псковичем не отдали, и что после того перемирья псковского посла Якова Якова (Так в оригинале) Онфимова в Кеси у магистра ограбили, [93] и тем делом всем великого государя наместнику князю псковскому и псковичем, обослався с магистром и с арцибискупом, учинити срок на съезде. А псковичем на съезде на том целовати крест, кому будет того товару чего не отдали, и магистровым людем и арцибискуплим то платити; и что у Якова у посла грабежу взято, и послу псковскому на том целовати же, что у него грабежу взято, а магистру ему заплатите 9.

9. А вперед в ту четырнатцать лет о обидных делех на котором городе почнетца каково дело, псковитину в местерове дръжаве и во арцибискупове дръжаве и в бискуплих дръжавах и во всей земле Лифленской, ино туто ему и управа дати по исправе и по крестному целованью не в великих делех до десяти рублев новгородцких. А выше десяти рублев будет каково дело, ино в тех делех в немецких городех в местерове дръжаве и во арцибискуплих и в бискуплих городех псковитина с немчином не судити, а дать ответчика псковитина на поруку, а по котором не будет поруки, ино его дотоле дръжати на крепости, да о том им сослатися с наместником великого государя со князем псковским и с вотчиною великого государя со Псковом. А во Псковской земле каково дело будет немчину Лифленские земли, ино также туто ему и управа дати по исправе и по крестному целованью не в великих делех до десяти рублев псковских. А выше десяти рублев каково будет дело, ино во Пскове немчина со псковитином не судити же, а дати ответчика немчина на поруку, а по котором не будет поруки, ино его дотоле дръжати на крепости, да о том великого государя наместнику князю псковскому и отчине государево Пскову сослатися с магистром да срок учинити обоим истцом с обеих сторон стати на съезде. А наместнику великого государя князю псковскому и вотчине великого государя Пскову и магистру и арцибискупу и бискупом и бергаместром и ратманом, где будет то дело во чьей дръжаве, сослати к тому сроку на съезд судей, а судьям, те дела судивши на съезде судом вопчим, да и управа им тем делом всем чинити с обыском напряме по крестному целованью 10.

10. А дойдет которой немчин до казни в каково деле ни буди во Псковской земле, ино его во Пскове не казнити, а сослатся о том великого государя наместнику князю псковскому с магистром, да срок учинивши, поставить того немчина на съезде перед судьями. А доидет, в какове деле ни буди, псковитин, до казни в немецких городех в магистрове дръжаве и в арцибискуплих и в бискуплих городех, и того псковитина в немецких городех также не казнити, а обослатся магистру или арцибискупу и бискупом с великого государя наместником со князем псковским и отчиною великого государя со Псковом, да срок учинивши, поставить того псковитина на съезде перед вопчими судьями, и судьи вопчие учинят тем делом конец на съезде с обыском напряме по крестному целованью. А съезду быти на том месте на межи, где буди вопчие [судьи] земле и воде рубеж учинят 11.

11. А взыщет псковитин на немчине, а досудят до целованья, ино целовати ответчику немчину. А взыщет немчин на псковитине, а досудят до целованья, ино целовати ответчику же псковитину 12.

12. А судити немчина во Псковской земле как своего псковитина. А в Немцех судити псковитина как своего немчина 13.

13. А знати истцу истца по своей исправе, а порубу в том не быти на обе стороны 14.

14. А наместнику вдовскому князя псковского и посаднику и людям добрым вдовским целовати крест на том, каково будет дело Сыренца городка магистровым людем и ругодивцом до вдовлян, и им того обыскивати и управа давати всяким делом обидным напряме по крестному целованью. Также и ругодивскому князю, и Сыренца городка князю, и судьям ругодивским и сыренским, и людям добрым крест целовати на том, каково дело будет вдовляном до сыренцких людей и до ругодивцов, в им того обыскивати и управа давати всяким делом обидным напряме по крестному целованью 15.

15. А татя и беглеца и холопа и робу по крестному целованью обыскав, по исправе выдати 16.

16. А церкви божьи русские и конци русские в местерове дръжаве и во арцибискупле и в бискуплих дръжавах, где ни буди, и те церкви божьи русские и конци русские магистру и арцибиекупу и бискупом очистити и дръжати по старине, а их не обидити. А взятое церковное отдати все чисто по крестному целованью 17. [94]

17. А в котором городе в местерове дръжаве и в арцибискуплих и в бискуплих землях у псковитина бороду выдерут, и того немчина со псковитином поставити на съезде перед судьями нa вопчем суде. А доведут на того немчипа на вопчем суде перед судьями судом и неправою, и судьям тому немчину чинити вина и казнь по суду, а порубу не быти ни в чем на обе стороны 18.

18. А хотя будет промеж великого государя вотчин Великого Новагорода и Пскова с Лифленскою землею и дело каково, ино в обеих сторонах, в великого государя вотчинах в Новегороде в Великом и во Пскове и во всех городех, а в Немцех в магисторе дръжаве и в арцибискуплих и в бискуплих городех и во всей земле в Лифленской, посла и гостя в том не порубати и не грабити и товару у гостей не имати, а отпускати послов и гостей со всем на обе стороны доброволно без всякие зацепки 19.

19. А послу псковскому и княже местерову и арцибискупову от подворья найму не платити, то отложихом на обе стороны 20.

20. А в ту четырнатцать лет послу псковскому путь чист горою и водою и на Ригу и на Колывань и на Ругодив и во все городы княж местеровы и арцибискуповы и во всю княж местерову дръжаву и арцибискупову приехати им и отъехати доброволно без всяких зацепок. А блюсти князю местеру и арцибискупу псковского посла на своих городех на земле и на воде как своего немчина без всякие хитрости. Также и княже местерову послу и арцибискупову по великого государя и царя русского отчине по Псковской земле и до Пскова путь чист приехати им и отъехал доброволно без всяких зацепок 21.

21. А о обидных делех о всяких посылати послов управы просити до трижды на обе стороны, и дадут чему управу, ино дай бог так. А не дадут в чем управы обидным делом, и тем делом срок учинити на съезде, да учинят тем делом конец судьи на съезде по крестному целованью 22.

22. А что по первым перемирным грамотам которым делом которые стороны конца не учинят, и псковичи с немци в том промеж себя порубалися, а имали за свое на рубеже, и вперед которым делом с которые стороны сами конца не учинят, и тем делом всем быти на съезде перед вопчими судьями. А судьям вопчим на съезде всем делом учинити конец с обыском по крестному целованью и по сей перемирной грамоте 23.

23. А порубу не быти ни в чем на обе стороны. А рати и войны не поды[мати] ни которою нужею на обе стороны, ни грамот перемирных в те лета не отсылати на обе стороны 24.

24. А старым делом всем дерть опроче дел, которые в сей перемирной грамоте писаны 25.

25. А се перемирье князю местеру и арцибискупу издержати крепко без всякие хитрости по крестному целованью и по сей перемирной грамоте 26.

26. А как отойдут се лета по сей перемирной грамоте, ино быти месяцу на обе стороны. А в том месяце рати и войны не подымати на обе стороны по крестному целованью. А послом в том месяце ездити путь чист на обе стороны по крестъному целованью. А не порубати посла ни гостя и с их товаром ни в великом деле ни в малом ни которою нужею по крестному целованью 27.

27. А с которые стороны не учнут правити крестного целованья, ино на того бог и крестное целованье и мор и голод и огонь и мечь 28.

28. А огоидут се лета и нам жити в старом миру. А коли будет нелюбовь Великому Пскову до меня князя местера и до моих князей, или мне князю местеру или моим князем коли будет нелюбовь до Великого Пскова, ино нам мир отслати, А потом, оли же месяц четыре недели пройдет, на обе стороны тоже ся воевати. А в тот месяц послу ездити на обе стороны без всякие хитрости 29.

А на сем перемирье 30 и на сей перемирной грамоте руки дали и печяти свои приложили великого государя и царя русского наместники Великого Новагорода князь Данило Васильевич и Григорей Феодорович. Также великого государя царя русского наместник князь псковской князь Иван Михайлович руку дал и печять свою приложил. А посаднику псковскому степенному крест целовати и людем добрым за Псков и за все псковские городы и за всю Псковскую землю за отчину великого государя и царя русского и печять Святыя Троици приложити к сей перемирной грамоте. Также [95] и князю местеру крест целовати и печять своя приложити за все свои городы и за всю свою дръжаву, и арцибискупу ризскому рука дати и печять своя приложити за все свои городы и за всю свою дръжаву. А на сем перемирье крест целовали послы псковские в Новегороде посадник Михаиле Юрьевич Ледов да бояре Василей Игнатьевич владычень наместник да Олексеи Михайлович старой диак городцкой и за всю Псковскую землю великого государя царя русского отчину да и печять Святыя Троицы к сей перемирной грамоте приложили. А от князя местера и арцибискупа ризского я от бискупа юрьевского и от всех бискупов, кои в сей грамоте писаны, и от все[й] Лифленские земли местеровы дръжавы на сей грамоте целовали крест послы немецкие Иван Гилдорп да мистр Иван Олдензей кенселар. А как пошлют великого государя и царя русского наместники новгородцкие своего посла ко князю местеру, ино князю местеру на сей грамоте самому крест целовати перед тем послом и за арцибискупа и за бискупов и за все свои городы и за всю свою дръжаву и печять своя князю местеру к сей грамоте привесити. А арцибискупу ризскому рука дати за всю свою дръжаву и печять своя к сей грамоте привесити. А кончяли перемирье в великого государя и царя русского отчине в Великом Новегороде в лето семь тысяч семаго на десять. И послы немецкие, которые в сей грамоте писаны, и печяти свои к сей грамоте привесили.


Комментарии

1. Согласно формуляру псковско-ливонских договоров, договор 1509 г. делится на три части: начальный текст, включающий преамбулу и начальный протокол; статьи, излагающие условия договора; заключительный протокол. В преамбуле говорится, что договор заключен по “веленью царя русского Василья”, т. е. Василия III Ивановича. Эта формула подчеркивала то влияние, которое Москва оказывала на политику Пскова. В начальном протоколе назывались власти обеих сторон (с ливонской стороны — магистр Ордена Вальтер фон Плеттенберг), перечислялись поименно послы, определялся срок действия договора — 14 лет. Одна из формул начального протокола гласила, что посольства обеих сторон приехали в Великий Новгород, “к великого господаря и царя русского к наместником к новугородским”. Следовательно, псковско-ливонские переговоры проходили под контролем представителей великокняжеской администрации в Новгороде, что также свидетельствовало о решающей роли Москвы во внешней политике Пскова.

2. Ст. 1 содержит традиционную норму, включающую обязательство обеих сторон мир держать “крепко” и не покушаться на территорию друг друга.

3. В ст. 2 подтверждалась старая граница между Псковом и Ливонией. В связи с этим рассматривался и вопрос о рыболовстве на Чудском (“Великом”) озере. Помимо пунктов, читающихся в договоре Пскова с Дерптским епископством 1474 г. и псковско-ливонском договоре 1503 г. (Грамоты Великого Новгорода и Пскова (ГВНП). М.-Л. 1949, № 78, с. 134 и № 347, с. 333), рассматриваемая статья содержала и новый — о запрещении немцам ловить рыбу в Псковском озере. В заключении статьи более точно определяется северный отрезок границы между владениями Ливонского ордена и Пскова — по середине течения р. Наровы.

4. Ст. 3 по содержанию делится на две части. В первой рассматривается конфликт между людьми рижского архиепископа и псковитянами из-за пограничной территории в определяется способ его ликвидации: на съезде представителей обеих сторон, который должен состояться на спорной земле; это постановление послужило прецедентом для появления в последующих псковско-ливонских договорах нормы о порядке ликвидации конфликтов из-за пограничных земель. Во второй части статьи подтверждается обязательство сторон не покушаться на территорию друг друга и устанавливается, что виновные в захвате чужой земли подлежат казни.

5. Ст. 4 содержала традиционные гарантии для псковских купцов беспрепятственвого проезда по Ливонии, по сухопутным и водным дорогам в Ригу, Ревель (Колывань). Нарву (Ругодив) и в другие ливонские города, свободы торговли там всеми товарами без исключения (“без вывета”), права продажи своих товаров оптом и в розницу, освобождения от внутренних таможенных пошлин (по-видимому, так следует понимать клаузулу: “Колодам по дорогам не быти, и гостинцов от того у псковских гостей и купцов не имати”), права ездить торговать на р. Эмайыги (“Матерую реку”) и во время пребывания там рубить лес для своих нужд (ср.: договор 1474 г.— ГВНП, ,V” 78, с. 134). Новыми являются нормы об обязательстве ливонских властей не назначать цены на товары псковитян и не ограничивать срок пребывания (“числа ночем”) псковских купцов в ливонских городах, а также добавление к клаузуле о свободе для псковитян торговли всеми товарами “опричь соли” (псковским купцам запрещалась покупка соли в Ливонии).

6. Ст. 5 гарантировала ливонским купцам свободу проезда по Псковской земле и торговли всеми товарами. Однако немцам запрещались ввоз и продажа соли в Псковской земле, а также продажа крепких напитков (“корчмы”); последнее было запрещено еще псковско-ливонским договором 1474 г. (Псковские летописи. Вып. II. М.-Л. 1955, с. 196). Новым являлось также то, что псковские власти не назначают цены на товара ливонских купцов. Однако в отличие от ст. 4, определявшей права псковских купцов в Ливонии, в ст. 5 ничего не говорилось о запрещении псковским властям ограничивать время пребывания ливонских купцов в Пскове, а также о предоставлении последним права розничной торговли.

Сумма прав, которые договор предоставлял ливонским купцам в Псковской земле, была меньше той, которая гарантировалась псковским купцам в Ливонии. Это результат политики Пскова (так же, как и великокняжеского правительства), одной из целей которой являлось содействие развитию торговли псковского купечества за рубежом. Запрещение ввозить соль из Ливонии в Псков находилось в связи с общим запретом на ввоз соли на Русь, введенным правительством Ивана III на рубеже XV-XVI вв. с целью содействия развитию соледобывающего промысла (иную точку зрения на причины введения этого запрета см. Клейненберг И. Э. Серебро вместо соли. Элементы раннего меркантилизма во внешнеторговой политике Русского государства конца ХV — начала XVI века. — История СССР, 1977, № 2).

7. Согласно ст. 6, немцам разрешалось брать немного (“колупать”) воска, продаваемого псковитянами, для проверки его качества, но “отколупленное” надлежало возвратить продавцу. Эта статья ограничивала исстари принадлежавшее немцам право “колупанья” воска, которое они использовали для наживы. В истории псковско-ливонских отношений первое ограничение права “колупанья” воска немецкими купцами встречается в псковско-дерптском договоре 1474 г., но там оно касалось только дерптских купцов (ГВНП, № 78, с. 135), по договору же 1509 г. распространялось на купцов всех ливонских городов.

8. Взаимное обязательство сторон с купца одной стороны, находящегося на территории другой, взимать пошлину за взвешиванье товаров (“весчее”) “по старине”. Ст. 7 отличается от аналогичных статей русско-ливонских договоров конца XV в.: в них точно указывался размер “весчего” (см.: — псковско-дерптский договор 1474 г. и договоры Новгорода с Ливониеи 1481 и 1493 гг. — ГВНП, № 78, с. 135; Акты, относящиеся к истории Западной России (далее — АЗР). Т. I. СПб. 1846, № 75, с 96 и № 112, с. 131).

9. Ст. 8 гласила: в соответствии с условиями прежних перемирных грамот между Псковом и Ливонией, псковские купцы, задержанные в ливонских городах (возможно, в связи с русско-ливонской войной 1501-1503 гг.), должны быть отпущены вместе с их имуществом (“со всеми их животы”). Если кто из задержанных купцов умер (“в том нястве не стало”), или убежал (“ис того няства утекли”), или какой-нибудь псковитянин оставил свой товар у кого-нибудь в ливонских городах, то все их имущество подлежало возврату. Если же товар был возвращен не сполна, то по поводу него, а также имущества ограбленного в Вендене (Кеси) псковского посла Якова Онфимова должен был состояться съезд обеих сторон, на котором пострадавшие псковитяне целованием креста должны были подтвердить свои претензии, после чего люди магистра и архиепископа должны были возвратить требуемое. Эта статья представляет собой развитие более краткой статьи договора 1503 г., посвященной тому же сюжету (ГВНП № 347, с. 333).

10. Ст. 9 поясняла, что если между псковитянином, находящимся в Ливонии, к немцем возникает тяжба, иск по которой не превышает 10 руб., то она должна быть решена в том месте, где возникла. Если иск будет превышать 10 руб., то тяжба не должна рассматриваться ливонскими властями; ответчика-псковитянина слелует отдать на поруки, в случае же отсутствия поручителей — задержать и о случившемся поставить в известность псковские власти. Аналогичным образом надлежало поступать с “немчином” (ливонским подданным), находящимся в Псковской земле. В заключительной части статьи говорится о том, что после ссылки между псковскими и ливонскими властями должен быть назначен совместный (“вопчий”) суд, который в присутствии истца и ответчика разберет дело.

11. Ст. 10 предусматривает: если псковитянин в Ливонии или ливонский подданный в Псковской земле совершат уголовное преступление, караемое “казнью” (очевидно, имеется в виду телесное наказание или смертная казнь), то после ссылки между ливонскими и псковскими властями дело надлежит рассмотреть совместному суду на границе там, где назначат “вопчие судьи”. Ст. 9 и 10 вносили серьезные изменения в нормы судопроизводства в отношении подданных одной стороны, находящихся на тeppитории другой. Если раньше те, будучи на чужбине, по всем делам подлежали суду местных властей, то теперь последние могли разбирать только мелкие тяжбы. Более крупные тяжбы по гражданским делам, а также уголовные преступления рассматривались смешанным судом. Эти правила были введены по настоянию русской стороны: благодаря перемещению центра русско-немецкой торговли из Новгорода и Пскова в ливонские города русские купцы в большей мере, нежели немецкие, оказывались в сфере действия чужого, порою более сурового, чем русское, права. Поэтому русские власти добивались освобождения своих купцов из-под его действия.

12. Если при иске псковитянина к немцу или немца к псковитянину суд выносил решение о крестоцеловании, то ответчик должен был целовать крест в подтверждение правильности своих показаний. Крестоцелование как способ судебного доказательства было введено впервые в практику псковско-ливонских отношений договором 1509 года.

13. Согласно ст. 12, подданного одной стороны, находящегося на территории другой, власти последней должны судить как своего подданного. Эта обычная для псковско-ливонских договоров статья (см. ГВНП, № 78, с. 135) должна была защитить чужеземца от возможной пристрастности судей.

14. Ст. 13: в случае тяжбы между подданными двух сторон или какого-нибудь проступка к ответственности должен привлекаться лишь ответчик, и репрессии не должны распространяться на лиц одной с ним национальности. Эта статья, ранее встречающаяся в новгородско-ганзейских договорах и, начиная с договора 1448 г., включаемая и в новгородско-ливонские (см. ГВНП, № 73, с. 122; АЗР. Т. I, № 75, с. 97 и № 112, с. 132), была вызвана распространенной тогда практикой подвергать репрессиям, в случае невозможности покарать виновного, его соотечественников. В псковско-ливонских отношениях норма “знати истцу истца” впервые появилась в договоре 1509 года.

15. Ст. 14 оговаривала, что власти псковского пригорода Гдова должны целовать крест на том, что в случае возникновения спорных дел между жителями Гдова (“вдовлянами”) и жителями Нарвы (“ругодивцами”) или Ниеншлота (“Сыренца”—орденской крепости, расположенной на Нарове при ее истоке из Чудского озера) власти Гдова будут по справедливости производить следствие и разрешать спорные дела. Аналогичное обязательство, скрепленное целованием креста, должны были дать власти Нарвы и Ниеншлота. Ст. 14 — новая для псковско-ливонских отношений. Она должна была содействовать налаживанию стабильных отношений между жителями пограничных областей Пскова и Ливонского ордена.

16. Обе стороны, по условиям ст. 15, обязывались выдавать бежавших за рубеж вора, “беглеца” (возможно, здесь подразумевается лицо, скрывающееся от наказания), холопа, рабыню. Эта статья является модификацией имевшихся в псковско-дерптском договоре 1474 г. и договоре 1503 г. статей о взаимной выдаче уголовных преступников (ГВНП, № 78, с. 134 и № 347, с. 334). В договоре 1509 г. статья приобрела и социальную окраску, так как ее целью стала не только выдача уголовных преступников, но и борьба с бегством зависимых людей.

17. По ст. 16 ливонские власти гарантировали неприкосновенность имевшихся в городах Ливонии русских церквей и русских концов (городских районов, где останавливались русские купцы) и, кроме того, давали обязательство возвратить захваченное (возможно, во время войны 1501—1503 гг.) церковное имущество. Статья о неприкосновенности русских церквей, включаемая в русско-ливонские договоры со второй половины XV в., имела большое значение, т. к. русские церкви в ливонских городах были не только местами религиозного культа, но и организующими центрами русского купечества за рубежом.

18. В практике русско-ливонских отношений статьи о наказании за повреждение бороды впервые встречаются в договорах 1481 и 1493 гг. (АЗР. Т. I, № 75, с. 97 и № 112, с. 132). Они имели целью обеспечение личной безопасности русских в Ливонии.

19. Ст. 18 устанавливала, что в случае конфликта между Новгородом и Псковом, с одной стороны, и Ливонией — с другой, послы и гости одной стороны, находящиеся на территории другой, не должны подвергаться репрессиям, и товары гостей не должны конфисковываться; послов и гостей надлежало отпускать на родину беспрепятственно.

20. Псковские послы в Ливонии освобождались от “подворья” (платы за жилище, в котором они останавливались), как и ливонские послы в Пскове.

21. Во время действия договора псковскому послу гарантировался беспрепятственный проезд по Ливонии, и ливонские власти должны были его оберегать, как своего. Аналогичное обязательство налагалось на псковские власти в отношении ливонского посла. Ст. 18—20 содержат нормы посольского права. Гарантия беспрепятственного проезда и личной безопасности послов — одна из старейших норм псковско-ливонских (ср., например, ГВНП, № 347, с. 334-335), как и вообще средневековых международных договоров.

22. Согласно ст. 21, в случае конфликтных дел сторона, к которой принадлежит пострадавший, должна трижды посылать послов к другой стороне с просьбой об удовлетворении (“управе”), и если такового не будет, то назначается съезд и судьи (обеих сторон) должны решить дело в соответствии с договорными нормами (“по крестному целованию”). Это новая для псковско-ливонских договоров статья.

23. Дела, оставшиеся со времен первых договоров (очевидно, речь идет о договорах конца XV — начала XVI в.) нерешенными, из-за которых стороны применяли взаимные репрессии (“промеж себя порубалися”), и потерпевшие силою брали “за свое” на границе, и дела, по которым не будет достигнуто соглашение, надлежало решать на съезде совместному суду. Последний должен был провести расследование. Данная статья вносила существенные изменения в нормы прежних псковско-ливонских договоров, согласно которым сторона, к которой принадлежал пострадавший, должна была трижды требовать удовлетворения от другой, и если удовлетворение после этого не было дано, то пострадавший мог взять “за свое на рубеже” (ГВНП, № 78, с. 134 и № 347, с. 335), т. е. разрешалось действие, близкое по существу к самосуду. По договору 1509 г. такая возможность устранялась. Ст. 21 и 22, так же, как и ст. 9, 10 и 17, широко вводили в практику псковско-ливонских отношении “смесныи” суд (что составляет важную особенность договора), благодаря чему они ставились на более прочную правовую основу.

24. Согласно ст. 23, ни из-за каких дел стороны не должны были применять репрессии, начинать воину, отсылать договорные грамоты во время срока действия договора (такой шаг означал отказ от мира). Это модификация соответствующей статьи договора 1503 г. (ГВНП, № 347, с. 335).

25. Ст. 24 предавала забвению все старые конфликтные дела (“старым делом всем дерть”), кроме тех, которые указаны в данном договоре (очевидно, имеются в виду дела, названные в ст. 22).

26. Ст. 25 содержит обязательство ливонского магистра и рижского архиепископа соблюдать твердо заключенный договор и дублирует ст. 1 с тою разницей, что та имела двусторонний характер (касалась и Пскова, и Ливонии), а в рассматриваемой статье речь идет только о Ливонии.

27. Согласно ст. 26, по окончании срока действия настоящего договора в течение месяца сохраняется мир, послы обеих сторон могут ездить беспрепятственно и ни из-за каких дел нельзя подвергать репрессиям ни посла, ни гостя. Эта статья, имевшая целью продление мирных отношении, целиком заимствована из договора 1503 г. (ГВНП, № 347, с. 335).

28. Ст. 27 перечисляла кары, которые должны пасть на сторону, не соблюдающую условий договора. Заимствована из договора 1503 г. (ГВНП, № 347, с. 335-336).

29. Ст. 28 устанавливались правила отношений между сторонами после окончания срока действия договора: они должны регулироваться условиями прежних договоров (“нам жити в старом миру”); в случае возникновения вражды между Псковом и Ливонией и намерения начать войну надлежало сначала объявить об отказе от мира (“мир отслати”) и только через месяц после этого можно приступать к военным действиям, в течение же этого месяца послы могут ездить без всяких помех. Статья заимствована из договора 1503 г. (ГВНП, № 347, с. 336).

30. Отсюда начинается текст конечного протокола, описывающий процедуру формального заключения договора.

Текст воспроизведен по изданию: Договор Пскова с Ливонией 1509 г. // Вопросы истории, № 1. 1983

© текст - Казакова Н. А. 1983
© сетевая версия - Тhietmar. 2004
© OCR - Шуляк А. 2004
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Вопросы истории 1983