28. Рапорт маиора Ильинского 2 генералу Ермолову от 1-го августа 1826 года № 830. — Остров Сара.

По вступлении в Талышинское ханство многочисленных персидских войск и не имея ни малейшего сведения о приближении их к Ленкорани, я необходимо нужным почел оставить лагерь и перейти с вверенными мне войсками в крепость, чтобы не подвергнуться значительному урону. Снесясь с эскадренным командиром флота, капитан-лейтенантом бароном Левендалем, 24-го июля перешел и сжег все строения; а, вступив в крепость, довершил укрепление оной - разрушивший земляной вал утвердил кольями и плетнями, засыпал землею и, возвысив оный в два ряда, положил сверх бревна и сделал маленькие амбразуры для удобной пальбы ружей и предохранения людей; окружность вала очистил, канаву обрыл глубоко, приготовив рогатки внутри оной, дабы в случае штурма удобнее можно было отразить неприятеля штыками.

Противник, пользуясь берегом за речкой Ленкоранкой, усугублял меры под защитою леса, делал укрепление батарей, чтобы препятствовать нашей работе; почему я, заложив ворота, избрав фас со стороны моря, подрылся и ежедневно с приличным конвоем посылал с топорами людей для вырубки окружающих правый фас садов и леса, где неприятель, вырыв шанцы, намеревался делать укрепление; для чего под прикрытием 6 фунтовых орудий с вала крепости высылаемы были стрелки с подпоручиками Дибичем, Алхазовым и фон-Леном, которые с помощью оружия и храбрости русского солдата, при довольно сильном огне, прогоняли и овладели местами, чтобы очистить совершенно сады и дожечь остальное; сим способом несколько удержаны порывы его для прекращения моего [28] сношения с морем, которое могло бы совершенно преградить ход и уничтожить меня совсем; сверх того в течение десяти дней беспрерывно шли дожди, и суда не могли бы оказать ни малейшей помощи; а неприятель построил бы окопы.

В продолжение девятидневного пребывания в крепости убито 4 человека, а у неприятеля значительное число убитых, ибо картечные выстрелы не позволяли убирать тела.

Неудача неприятеля в отрезании коммуникации моей заставила его устроить за речкой возвышенные три батареи между густым лесом и укрепиться земляным валом.

1-я батарея на берегу моря, чтобы причинять вред военным судам, которые отлично действовали, в особенности капитан-лейтенант барон Левендаль с ревностным усердием подходил к берегу на картечный и ружейный выстрелы, пускал ядры к ним, препятствуя работам, а затем успевал уходить вне выстрелы.

2-я — не более 200 сажень от крепости, действовала сильным огнем из 24, 12, 8 и 6 фунтовых орудий, стрелявшая осадными 24 и 18 начиненными снарядами с намерением взорвать пороховой погреб; со взрывом его все могли бы погибнуть, но, благодарение Богу, намерения неприятеля не исполнились.

3 я — в близком расстоянии от средних ворот, противу которых свободно могли действовать 6 и 3 фунтовые снаряды, которые совершенно истребили батарею и воспретили неприятелю пользоваться местом.

Заметив силы неприятеля, я не желал оставить крепость; но, узнав, что в приобретенных провинциях делается возмущение, и в виду прекращения получения досылаемых бумаг, почел укрепление свое ненадежным, тем более, что мог бы иметь большой недостаток в огнестрельных припасах, почему последовал повелению вашего высокопревосходительства за № 96, по которому, в случае превосходства сил неприятеля, я должен был удалиться на о. Сару, но, не оставляя в добычу неприятеля пушек, я должен был рисковать вывести некоторые, хотя и был окружен неприятелем; [29] предупредив о всем командира эскадры, просил приказать прибыть с острова Сары всем мелким судам; более же еще устрашало меня осеннее время; многие тяжести в ночное время отправлял на суда, чтобы неприятель не мог предугадать намерений наших. 30-го числа обратил особенное внимание на укрепления неприятеля и действовал с трех бастионов до разрушения двух батарей. В ночь на 31-е число неприятель, вероятно с народом талышинским, исправил вновь батареи и действовал по крепости удачно; но я, с помощью Бога, совершенно разбил батареи противника и может быть подбил 24 фунтовую; ибо слышен был треск и они уже не действовали. В ночь на 1-е число августа отправил трехфунтовую батарею на судно; после этого бурун препятствовал сделать дальнейшее распоряжение; в сей день неприятель не тревожил нас; а после обеда видно было как около двух баталионов сарбазов переходили в морю; в таких стесненных обстоятельствах решился я в ночь на 2-е число непременно выступить; к счастью, неприятель производил стук в укреплении, и наши гребные суда могли подойти в берегу моря, куда, по пробитии зори, обернув кошмами колесы 12 фунтовых орудий, отправил с конвоем в сто человек маиора Карцова и поручика Смолина и 50 рабочими для погрузки оной; приготовив место и катки удачно отправил вслед за оной и другую 12 фунтовую; в первом часу пополуночи выступил с двумя ротами и 3 фунтовым единорогом с должной тишиной удалился от берега, потом остальные две роты с 3 фунтовым орудием также погрузил на гребные суда; передки всех орудий были сняты и поставлены у порохового погреба для предания огню, а снаряды увезены мною в мешках.

Распоряжение же мои в течение дня были следующие: внутри порохового погреба, где оставались некоторые ядра, установил кругом оного наличные лафеты и ящики облитые нефтью; хранившееся имущество бежавшего хана также установил там, а в средине под кошмами поставлен бочонок с порохом; в мечети, где собрано было собственное имущество наше — также бочонок пороха и пол [30] улит нефтью; провиант находившийся внутри крепости до 400 четвертей муки и дрова для печения хлеба облиты нефтью и все строения также. Для скорейшего предания огню и истребления строений оставлен был по выходе нашем капитан Перкин с 4 унтер-офицерами и 20 рядовыми для производства на всех батареях сигналов часовыми, которые по поданному сигналу каждый в назначенном месте зажигал; действие произведено скоро и успешно, чему мы были очевидцы, как все загорелось и подняло на воздух. Пожар продолжался до вечера. Магазин же, стоявший за крепостью и хранивший зернового хлеба 2260 четвертей, облит был нефтью, равно и сарай со всеми материалами; все это подожгли скоропалительными свечками; по окончании капитан Перкин с бывшими при нем людьми через полчаса прибыл к берегу на гребное судно благополучно и мы в ночь отплыли с рейда Ленкоранского, дабы неприятель не мог причинить вред ядрами.

В добычу неприятеля вследствие тяжести, неудобству лафета и начатию перестрелки, к несчастью, остались две крепостные чугунные 6 фунтовые пушки, равно и 6 фунтовая морская, которые однако все были заклепаны. При выходе из крепости ни одного человека не имел раненых и убитых, кроме денщика артиллерии прапорщика Батракова, без вести пропавшего, полагаю, что умышленно, ибо он и прежде сего неоднократно делал отлучки.

2-го числа к ночи прибыли на остров Сару, где стараюсь обеспечить себя продовольствием во время водяного пути.

Имею счастие почтеннейше представить вашему высокопревосходительству все горестные обстоятельства, смею просить премудрого воззрения к подчиненным вашим.

Там же.